Глава 10: В тот момент он почти подумал, что Се Ань мог его увидеть
6 марта 2025 г., 17:41
На мгновение Се Шуцы ощутил, что лучше бы его сожрал призрак.
Он был высокорослым парнем, висевшем на Се Ане, который был младше него на три года, и до сих пор плакал.
Длинные ресницы Се Шуцы были украшены каплями слёз, руки крепко обнимали шею Се Аня, а одна нога отчаянно втиснулась между ног Се Аня.
Он понял, что на нём нет ни дюйма одежды, которая прикрывала бы его грудь, и его кожа царапалась материалом одежды Се Аня.
— Я… — паника в голове Се Шуцы сменилась смущением и неловкостью, и он расслабил руки, пытаясь отстраниться от Се Аня.
— А-а!
В темноте раздался ещё один крик, и прежде, чем мозг Се Шуцы успел отреагировать, его руки в страхе крепче сжали Се Аня.
Се Ань напрягся и не оттолкнул его.
У Се Шуцы возникло желание покончить с собой.
Тебе, по крайней мере, девятнадцать лет, неужели ты не можешь быть немного смелее? Чего трясёшься, как новорожденный олень?
Се Ань, вероятно, никогда раньше не находился так близко к кому-либо, поэтому выражение его лица было немного ошеломленным. Он замер, не двигаясь в течение долгого времени.
Хотя Се Шуцы не видел ничего плохого в том, чтобы быть раздетыми друг перед другом, это всё равно смущало. Они оба были мужчинами, но, поскольку древние люди придерживались традиций и скромности, он не хотел никоим образом обижать Се Аня! Это действительно было бы катастрофой, если этот случай аукнется ему в будущем.
Се Шуцы шмыгнул носом и убрал свою длинную ногу от Се Аня, но он всё ещё был немного напуган, и одной рукой невольно держался за Се Аня, а другой — за сползающую с плеч одежду.
«Хлоп».
Се Шуцы вздрогнул от звука распахнувшейся двери гостиницы, его сердце шумно забилось. Может, быть обнажённым перед Се Анем и было неловко, но он уж точно не хотел быть увиденным другими людьми.
Се Ань быстро среагировал, схватив соскальзывающую мантию, плотно обернув в неё тело Се Шуцы.
Щёки Се Шуцы пылали, уголки его глаз были немного красными, лицо всё ещё блестело от невысохших слёз, а белоснежная рука покоилась на шее Се Аня. Его тело было закутано в халат чернильного цвета, из-под которого выглядывали две тощие икры, а его длинные волосы были мокрыми и разбросаны вокруг ушей. Нетрудно было заметить, что он недавно был в купальне: на нём не было ничего, кроме верхнего халата.
Он прижимался к подростку и плакал, кончик его носа покраснел, словно с ним совершили какую-то несправедливость, отчего по непонятной причине сердца людей сжимались.
Ли Сун, который ворвался и стал свидетелем этой сцены, замер. Он глядел на привлекательную бледную руку несколько мгновений, его глаза странно мерцали.
— Ты…
Се Ань искоса взглянул на него, между его бровей мелькнула тень недовольства, и он намеренно, хотя. Вероятно, не совсем намеренно отступил в сторону, чтобы прикрыть собой большую часть тела Се Шуцы.
— Помогите! Кто-то умер!
— Быстрее, кто-нибудь! Пожалуйста, приведите врача!
Ли Сун пришёл в себя, его взгляд столкнулся с растерянными глазами Се Шуцы, и он почувствовал собственные горящие уши. Он быстро отвёл глаза и, сжав меч в руке, спросил:
— Я слышал, как ты кричал, что случилось?
Лицо Се Шуцы побледнело, как только он услышал, что кто-то умер. Крепче обняв Се Аня, он покачал головой:
— Нет… я только слышал, как кто-то кричал.
Се Ань не понимал, что происходит, он только чувствовал, что тело Се Шуцы снова мелко дрожит; его холодная ладонь прижалась к спине Се Шуцы, успокаивающе погладив по ней пару раз.
Ли Сун вздохнул с облегчением и сказал ему:
— Не бойся, в город ворвалось демоническое существо, мой старший дядя и я гонимся за ним. Тебе следует отвести его в комнату и запереться там.
Возможно потому, что Се Шуцы в то время отличался от себя прежнего и выглядел необычайно жалко, Ли Сун не мог не смягчить свой голос.
— Я не боюсь, — слабо возразил Се Шуцы, схватившись за одежду Се Аня.
— Тогда почему ты плачешь? — спросил Ли Сун.
— Эти слезы из-за ветра, я беспокоился о Се Ане и бежал слишком быстро.
— А почему ты кричал?
— Я… я хотел отпугнуть демона.
……
Ли Сун не стал продолжать с ним спорить, строго приказав ему вернуться в свою комнату, закрыть двери и окна, а затем покинул гостиницу, забрав меч.
В коридоре больше никого не было, горело лишь несколько свечей, а владельца гостиницы и А-Дуна нигде не было видно.
Се Ань схватил одну из его рук и написал на ладони:
— Что случилось?
Тело Се Аня было не таким уж слабым, как казалось, он почти полностью обнимал тело Се Шуцы, которому было гораздо спокойнее в его объятиях.
Он вздохнул, вытер слезы с лица, прижал руку Се Аня к своим губам и сказал:
— Давайте сначала вернёмся в комнату.
Вернув Се Аня в его комнату, Се Шуцы, глядя на тёплый жёлтый свет свечей в комнате, наконец расслабил своё тело.
Он отпустил руку, тянувшая Се Аня, и повернулся, чтобы закрыть дверь на несколько замков, прежде чем вздохнуть с облегчением.
Когда Се Шуцы обернулся, он увидел Се Аня, стоявшего перед ширмой. Он подошёл и похлопал Се Аня по плечу, и Се Ань в замешательстве повернул голову в сторону.
Се Шуцы увидел, как шевелятся его губы, и снова спросил:
— Что случилось? Почему ты плачешь?
Теперь, когда он успокоился, он задумался о том, как крепко только что схватился за маленького слепого, и выражение лица Се Шуцы стало немного смущённым. Он прижался губами к коже на тыльной стороне руки Се Аня, объясняя:
— Ничего особенного не произошло, купальня загорелась. Я не успел одеться, а слёзы навернулись из-за дыма.
Опираясь на то, что слепой человечек ничего не знает, Се Шуцы мог активно выдумывать всякую чушь, чтобы спасти своё достоинство.
К счастью, Се Ань, услышав это, кивнул, не проявив никакого скептицизма, и повернулся, чтобы спросить:
— Ты ранен?
— Нет. Этот маленький огонёк не может причинить мне никакого вреда, он даже не коснется ни одной пряди моих волос.
Се Ань не мог слышать, поэтому, естественно, не знал, что Се Шуцы говорил грубым гнусавым голосом, звучавшим совсем не правдоподобно.
Се Ань: ……
Се Ань слегка поджал губы.
Се Шуцы проигнорировал эту немую эмоцию на лице Се Аня.
Сначала он подумал, что Се Ань был шокирован его поведением и хотел его утешить. Однако Се Ань вёл себя как обычно, как будто не принимал эту ситуацию близко к сердцу, поэтому Се Шуцы больше ничего не сказал. Се Шуцы нашёл набор сменной одежды. Он хотел переодеться по ту сторону ширмы, но на полпути он увидел, как свет свечи за ней ярко мерцает, становясь тусклым, отчего угол стал похож на пристанище монстра. Его шаги тут же застыли на месте, и он внезапно вздрогнул, нерешительно взглянув в сторону Се Аня, колеблясь идти дальше.
Се Ань на краю кровати, прислонившись к её бортику. Его зрачки были пусты, лицо — бесстрастным, и было совсем непонятно, о чём он думал.
Се Шуцы, ты что, тупой, а? Маленький Слепой ничего не понимает, зачем его избегать?
Се Шуцы придумал себе откровенное оправдание, чтобы не заходить за ширму, чтобы переодеться.
Се Ань — маленький слепой юноша, который не может видеть и слышать. Се Шуцы мог бы станцевать перед его лицом, но тот бы ничего не понял.
То есть, он не пошёл переодеваться за ширму не из-за страха, а просто потому, что в этом не было необходимости. Набравшись достаточно храбрости, Се Шуцы встал перед ширмой и спокойно снял верхнюю одежду.
Кожа Се Шуцы была бледной и очень нежной, и даже лёгкое прикосновение могло вызвать покраснение. Только что после того, как он половину вечера тёрся об одежду Се Аня, довольно много мест на его теле были поцарапаны, эти участки кожи выглядели так, будто их ущипнули. Это не было больно, просто выглядело немного… страшно.
Се Шуцы уже наполовину снял с себя одежду, когда увидел, что Се Ань сидит на кровати напротив него, и по какой-то причине он почувствовал себя немного смущённым.
Подумав об этом, он повернулся и, стоя спиной к Се Аню, снял одежду полностью.
Когда он надел сменную одежду, Се Шуцы почувствовал, что на него устремлён чей-то взгляд.
Ощущение было странным, словно кто-то пристально наблюдал за ним из темноты, этот взгляд казался холодным и напряжённым; Се Шуцы вздрогнул и инстинктивно обернулся.
Се Ань закинул одну ногу на кровать, удобно устроив на ней локоть, положив щеку на ладонь. Он молча смотрел в его сторону.
Пламя свечи заплясало в его глазах, и сердце Се Шуцы замерло.
В этот момент он почти поверил, что Се Ань может видеть!
— Се Ань? — неуверенно позвал Се Шуцы.
Се Ань не ответил и остался в той же позе.
— Маленький слепой?
Се Шуцы поспешно надел нижнюю мантию, облегчил шаг и подошёл к Се Аню, помахав рукой перед его лицом.
Взгляд Се Аня всё время был устремлён на то место, где только что стоял Се Шуцы, и, хотя свет свечи отражался в его глазах, они по-прежнему были лишены какого-либо выражения.
— Ха… — Се Шуцы вздохнул с облегчением, это было всего лишь его воображение.
В этот момент Се Ань внезапно схватил Се Шуцы за руку, когда он собирался её отдернуть.
Сердце Се Шуцы пропустило удар, но он увидел, как уголок губ Се Аня слегка приподнялся, на его лице промелькнула усмешка, когда он пошевелил губами и сказал:
— Я почувствовал ветер от твоих движений.
…сердце Се Шуцы, которое было воодушевилось, снова упало.
Маленький слепой человечек мог чувствовать ветер, он почти забыл об этом.
Се Ань не стал дожидаться ответа, его нос слегка дернулся.
Он отпустил руку Се Шуцы, встал и на ощупь пробрался к окну, открыл его, слегка нахмурился и повернул голову, чтобы посмотреть на Се Шуцы. Его пальцы дважды легонько постучали по оконной раме, как будто он хотел привлечь внимание Се Шуцы.
Се Шуцы с подозрением подошёл и увидел, как Се Ань говорит:
— Ветер пахнет кровью и трупами.
Лицо Се Шуцы побелело, он притянул Се Аня к себе и одним махом плотно закрыл окно.
— Что именно произошло? — добавил Се Ань.
Се Шуцы был немного беспомощен. Изначально он не хотел, чтобы Се Ань узнал об этом, чтобы тот не испугался.
Но он не ожидал, что у Се Аня обоняние будет острее, чем у собаки, чтобы это можно было просто учуять.
У Се Шуцы не было выбора, и ему пришлось сказать правду.
Он приложил руку Се Аня к своим губам и тихо сказал:
— Не бойся. Я слышал от Ли Суна, что демон ворвался в город и, похоже, ранил кого-то, и что они с его старшим дядей пытаются поймать демона.
Люди по природе своей боятся смерти и трупов, поэтому Се Шуцы подсознательно чувствовал, что Се Ань тоже будет бояться.
Однако Се Ань никак не отреагировал, услышав это, выражение его лица было спокойным и невозмутимым.
Се Шуцы удивился и спросил:
— Ты не боишься?
Се Ань был ошеломлен, он колебался мгновение и наконец кивнул.
Се Шуцы воспринял его нерешительность как смущение и, как старший, похлопал Се Аня по плечу и сказал:
— Не бойся, сегодня я посплю с тобой.
— Тебе страшно? — Се Шуцы увидел этот вопрос Се Аня и запротестовал:
— Я не боюсь, я совсем не боюсь, как я могу бояться? Я просто побуду рядом с тобой, и когда ты заснёшь, я вернусь в свою кровать.
Услышав это, Се Ань поджал губы и кивнул:
— Хорошо.
Они вернулись к кровати, Се Ань сразу забрался на неё. Се Шуцы сказал, что подождёт, пока он уснет, поэтому чувствовал себя некомфортно, если бы лёг рядом.
Но он не осмеливался отходить слишком далеко от Се Аня. Поколебавшись долю секунды, он снял обувь и сел на подставку для ног возле кровати, скрестив ноги под себя. Обе руки обхватили мягкую ткань одеяла, подбородок покоился на руке, и некоторое время он смотрел на умиротворённое лицо Се Аня. Комната освещалась несколькими свечами, профиль Се Аня был скрыт в тени, открывая лишь грубый контур, словно тот был очень красивой, но спрятанной картиной.
Се Шуцы всегда был очень застенчивым.
В юности, чтобы развить в себе смелость, он смотрел много фильмов ужасов, и в результате, чем больше он смотрел, тем страшнее ему становилось, а его воображение делалось всё богаче и богаче.
Се Шуцы подождал некоторое время, думая, что Се Ань, должно быть, спит.
Он тихонько сунул руку под одеяло и сжал в ладони уголок халата Се Аня, чувствуя температуру его тела. Се Шуцы вздохнул с облегчением.
Се Шуцы сегодня был напуган до слёз, его глаза уже давно слипались от усталости, он придвинулся ближе, схватился крепче за край халата маленького слепого, закрыл глаза и уснул.
Мерцал свет свечей, в комнате было тихо, дыхание Се Шуцы постепенно выровнялось.
В тишине комнаты человек на кровати медленно открыл глаза.
