Роль обстоятельств

Он сказал это словно мысли вслух, так невероятно просто для себя. Зная, как в Стране Огня принято относиться к слабости, особенно физической, неудивительно было слушать рассказ девушки. К хрупкости снисходительности нет, таков был немой лозунг воспитания нации, его личного формирования, взращивания его детей. Но момент, когда эта щупловатая девочка, оказавшись на грани, вцепилась в жизнь так, что дала отпор ему, ошеломил Озая. Особенно теперь, когда он знал... Может, это всего лишь случайность, исключение? Всю жизнь он считал, что слабые умирают, сильные остаются, никак иначе, но что делать с одуванчиком, пробивающимся к солнцу сквозь камни мостовой? Прошел месяц, по ощущениям. Фелли сказала, что сейчас конец июля. Он вновь был один в этой каменной коробке, будто выпиваемый по капле ежеминутно. В темноте и тишине все развлечения — это размышления, разговоры с самим собой, рассказы и счёт вслух. И так весь предыдущий год, чтобы с ума не сойти. Хотя насчёт последнего Озай не уверен. Несмотря на полную недоступность внешнего мира, сны у него были цветные и насыщенные, в отличие от реальности. В дальний левый угол камеры он старался не смотреть. Ему там виделись люди, погибшие от его рук, приказа или простой неосмотрительности, безразличия. От громилы-генерала до ребёнка лет пяти. Особенно страшным было, если приходила мать. Расплывчатая тень и голос шепотом. Первый человек, чью жизнь он прервал своим рождением, если верить заветам отца. Ох, ну вот, лёгок на помине... — Убирайся, старик. Не до тебя сейчас, ещё и голова болит. — И чем же ты занят? Считаешь камни в полу? — сутулая, до жути худая фигура неподвижно стояла по диагонали от него со сложенными за спиной руками. Даже в кромешной тьме Озай видел его гнилую улыбку. — Зачем пришёл? — Полюбоваться, во что превратился мой сын, а встретился с неуважением. Мало я тебя в детстве порол. — Мало я тебе яду налил. — Выбираться тебе пора. Власть в руках у сопляка, а ты... — Вот оно что? Так попроси об этом своего любимого Айро, при чём здесь я? Или ты мне ключ от камеры подкинуть решил? Что-то я не вижу благоприятных обстоятельств для побега. — Не видишь? Соизволь открыть глаза. Головная боль нарастала, с каждым словом призрака уши закладывало, и в тот самый момент из-за двери показался свет, пропускающий слишком уж знакомую фигуру... *** — Творилась такая жуть, и без меня! Иногда ужасно раздражает, что наша семья живёт за городом. Свежий воздух, тра-ля-ля, ближе к маминой тюрьме... Короче, Зуко рассказал, что под маской Камурикаге скрывалась Азула с её приспешницами, а... — чуть нахмурившись, Фелли покачалась из стороны в сторону, глядя на Озая. — Ты... в порядке? — Что? — В одну точку смотришь, не комментируешь даже. А тема так-то интересная. Может... мне уйти? — Нет. Просто задумался... ○○○ — Я обещал, что если хоть раз увижу тебя снова, то прикончу тебя и ВСЕХ, кого ты любишь! ...Н-не смей оборачиваться спиной ко мне! Вернись и пади ниц! ○○○ Заключенный дёрнул головой, стряхивая недавнее воспоминание. Большим и указательным пальцами провёл по бровям до кончика носа. Как это... жалко. Он никогда бы не признался себе в этом, ибо быть ещё более униженным для него — сродни со смертью, хотя Озай признавался себе: он и так почти мёртв. Удерживать вспышки гнева на воле получалось лучше, за исключением некоторых моментов. Сейчас же бить кулаками стены хотелось ежедневно. В совокупности с приходившими к нему мертвецами это давало "великолепнейший" коктейль психоза, с удовольствием вылитый вчера на жену, которую он увидел впервые за... восемь? Десять лет. И, скорее всего, в последний раз. Не сказать что расстроен, наверное, но если бы не помутнение в виде отца... встреча могла пройти и получше. Кстати, насчёт его слов, Озай думал о них. Он смотрел на девочку за прутьями решётки, осмысливающую в данный момент свой ход в Го. "От скуки", она говорила. Конечно, вряд ли у неё остались близкие друзья, а если так, возможно ли как-то втереться в доверие к ней, в итоге получить свободу? "Нет. Девчонка не так проста". — Так. Это что? — комбинация в виде фигуры из белых камней на доске показалась ему слишком знакомой. — Что? — Откуда ты взяла эту тактику? — Оттуда же, откуда и ты. Из головы, дядь. — Не придуривайся. — Ха-ха, ладно, ладно! Айро научил, — ответила она с хитрющим выражением лица. Озай хлопнул по колену, довольный, что попал в точку. Однако после вздохнул с осознанием: опоздал. Партия заведомо проиграна.

***

Август. Стараясь не обращать внимания на Мин-Ё, стоящую в дверном проходе её спальни, Фелли собирала чемодан. — Надеюсь, ты взяла тёплую одежду? Вопрос сестры заставил девушку сдержать раздражённый вздох и обернуться. Та смотрела на неё краем глаз, помешивая кофе десертной ложечкой. — Ты считаешь меня настолько глупой? — Ну почему же? Я просто забочусь, — дохлебнув оставшееся, Мин-Ё подошла к младшей, стряхнула что-то с плеча и оглянула разбросанные по двуспальной кровати вещи. — Удачи на Северном полюсе. Поездку Фелли предложил Зуко, к её огромной взволнованной радости. Зуко... он был ей мил. Ассоциировался с огненными хлопьями и щенячьими глазами, глядя в которые его хотелось обнять... пожалеть, что ли. Корабль уже приближался к цели. На ледяном берегу дворянка заметила огромную белую стену. Вздохнув поглубже морозного воздуха, она закашлялась. — Всё в порядке? — Да... Ты так нормально и не объяснил, зачем мы едем сюда. Судно причалило к порту. Золотые глаза молодого правителя окутали её. — Нужно уладить некоторые моменты после волнения в Южном племени. Всё же нам будет капать процент с нефтедобывающих заводов там. Организовать партнёрство, взаимную поддержку полюсов. Сойдя на занесённую снегом ледяную платформу и оказавшись по ту сторону защитной стены, взору Фелли предстал огромный город, окружённый утёсами арктической пустыни, почти целиком состоящий изо льда. Резные крыши двух- трёхэтажных домов, улицы — водные каналы, по которым на узких лодках плавают жители в шубах и курточках холодных оттенков. Солнечные лучи, отражённые отовсюду, слепили глаза. Девушка осматривалась вокруг с приоткрытым ртом. — Это просто... Юноша тихо посмеялся. — Что? Так нравится? — Да. И у меня очень, очень много вопросов. Вдалеке она увидела две приближающиеся фигуры. — Зуко! То были Катара и Аанг. Фелли узнала их почти сразу по тому, как смугленькая кареглазка кинулась на Зуко с объятиями. Аватар же... где вы ещё встретите в мире воздушного монаха? Быстро познакомившись, Фелли заметила, что Аанг, несмотря на дружелюбие к ней, не спешит следовать примеру своей девушки. Он лишь кратко сказал Зуко: "Привет", — чем напомнил Дейю о какой-то ссоре между ними. "Что же там было?.. А, да! Что-то, связанное с будущим этапом глобальной индустриализации. Аанг против, тогда..." Она взглянула на Зу, будто говоря: "Помиритесь, не переживай". Он улыбнулся в ответ. Подписание документов прошло во дворце Анрука, вождя племени. Он принял партнёров с радушием, а после налаживания дипломатических нюансов пригласил к столу. Правда большинство еды, сколько бы Фелли ни пыталась назвать экзотикой (в положительном ключе), показалось ей дикостью. Жареные плавники акуло-льва, суп из моржа, допустим, но сырые и тушёные водоросли как основной гарнир... Хотя Катаре и Аангу нравится, уплетают за милую душу. Фелли же на пару с Зуко ограничились мороженым. — Зу, а ты тоже в детстве думал, что северяне живут в домах полностью изо льда, пока не узнал, что лёд лишь снаружи, для сохранения тепла? Когда Зуко лишь промямлил что-то в ответ, Фелли заметила его задумчивый взгляд, устремленный на то, как Аватар, обнимая, шепчет что-то Катаре на ухо, а та тихо посмеивается и делает глоток из пиалы холодного чая. Не нужно быть гением, чтобы догадаться о его состоянии после разрыва с Мэй. Фелли не успела подумать над идеальностью момента. Её рука осторожно поднялась к руке парня, безвольно лежавшей на столе, и сперва легонько коснулась его пальцев, а затем легла на них тёплым покрывалом. Было в этом жесте поровну и желание быть рядом, и холодный расчёт. Журчание причудливого механизма водных часов. Она уже хотела убрать руку, когда Хозяин Огня взглянул ей в лицо. Несколько секунд безотрывного зрительного контакта. Чужая рука, сжимающая её кисть. Крепче, теплее...

***

— Ты необычно молчалива сегодня. — Это было потрясающе... — Поездка? А, да... Как там на Севере? Фелли с полуулыбкой глядела в пол. Теплота в душе обволакивала её. — Я впервые видела снег. Мягкий, когда опадает белыми хлопьями в ночи, похож на пух... А ещё, если долго держать его в руках, он жжётся. Ты представляешь? Холодный и жжётся... Мне показали оазис духов, — карие глаза взглянули на Озая. — Вот ты его видел? — Слышал в подробностях, — фишка огненной лилии в его руке переместилась на противоположный край доски. — Это нужно видеть! Поверить не могу. Я тоже думала, что знала обо всём из книг. Но нет, нет, совершенно! И как представлю... весь мир, в каждом его уголке живут люди, и у всех разные традиции, взгляды. Во мне вдруг проснулась необъяснимая тяга жить. Вся моя жизнь прошла в столице, академии... Ну, иногда поездки на Угольный остров. Знаешь, там, на полюсе, я увидела столько звёзд, сколько за всю жизнь не сосчитать. Я хочу увидеть ночное небо с каждого уголка земли. Озай смотрел на неё с непривычной для себя горькой усмешкой, слушая поток её накопившихся мыслей. — О. В тебе проснулись наивные мечты. Он прокашлялся. Девушка вскинула бровь, сдвигая фишку белого лотоса на четыре пересечения вниз. — "Наивные"? Это вполне в моих силах. — Хо-хо! — Не хохокай! — Озай ответил взглядом на крик. — Зуко с командой Аватар весь мир облетали. Я тоже... — Что? Тоже хочешь? — брови его сошлись вместе. — Позволь напомнить, что вся эта шайка — обученные маги, пусть и дети. Они в любой момент могут за себя постоять. А ты? Нет, если ты собралась путешествовать с кем-то, сообщи. Фелли молчала, глядя на свои оставшиеся две фишки. Узник тяжело выдохнул и провёл рукой по лицу с неприятно-липким ощущением внутри. Конечно, он не верил, что девочка завтра же сорвётся с места и помчится на край света, но будто считал своим долгом объяснить. — Прими истину. Ты ведь понимаешь, что из такого "приключения" можешь и не вернуться. У тебя ведь был план, вполне осознанный. Жени на себе Зуко да и... — Слушай, — она собиралась с мыслями несколько секунд, чувствуя на себе тяжёлый, но не требующий взгляд бывшего правителя. — Если бы... если бы тебе предложили свободу, с условием, что ты никогда не сможешь вернуться к власти. С условием, что проживёшь остаток жизни как обычный человек, может, как крестьянин. Что бы ты ответил? Молчание. Факел на стене издал что-то похожее на треск. Озай смотрел Фелли в глаза, отвечая: — Я бы посмеялся над таким предложением. Ты забываешь кто я. Внук Созина, сын Азулона и полноправный претендент на трон. Думаешь, здесь, в камере, я насекомое?  Имя — единственное, что у меня осталось. Оно и вытащит отсюда. На свободе тысячи моих сторонников, скоро они придут за мной... — на его лице блеснула улыбка. — И когда это случится, я не пощажу никого. Разве что для тебя сделаю исключение... Фелли догадывалась, чем заполнены его мысли. Как сбежать и обеспечить возмездие. Странно. Почему же тогда она не чувствовала от него опасности? — Мир. На воле у тебя был бы весь мир. — А зачем мне мир, где я не на его вершине?

***

Прошёл месяц, два, три... Осень была холодной в этом году, по крайней мере для Страны Огня. Приходилось даже надевать мантии с капюшонами, чтобы не продуло, дикость какая. Небо покрывала перина слоистых облаков, рассеивающаяся ближе к вечеру. Вот как сейчас. Фелли сидела вместе с Айро в одной из гостиных, допивая женьшеневый чай. Айро весь день играл с Кии, уж очень ему полюбилась маленькая племянница. Несмотря на её уговоры и приказы, он должен уехать завтра обратно в Ба Синг Се. — Неужели вы и правда не можете остаться ещё хоть на пару дней? — Боюсь, без меня "Жасминовый дракон" просто развалится! За лёгким скрежетом двери о пол последовали шаги Зуко. — О, дядя! — парень глянул на Фелли. — Я заберу её ненадолго. Дядя не возражал. Шагая по коридорам мимо колонн и строгих портретов, Фелли не раз задумывалась, как бы на таком портрете выглядела она вместе с Зуко? Но потом сразу стирала эту мысль в смущении. Рано, очень рано говорить о чём-то, даже учитывая, что отношения их становились всё теплее. — Куда мы идём? — Увидишь. Зуко шёл впереди, но сквозь его голос она заметила улыбку. Поднимаясь выше по лестницам в сторону западного крыла, девушка думала о постороннем. Наконец её взгляд упёрся в приставную лестницу в незнакомом ей закутке. — Мы что, идём на чердак? Зуко почесал висок. Взгляд его куда-то ускользал. — Тебя подсадить? — Что?? Я не полезу туда первой. — Должен же я подстраховать тебя. Или ты сомневаешься в безопасности дворца? — Иногда. — Ладно. Тогда подержу лестницу сверху, — прогундел он. Забравшись по перекладинам, он открыл дверцу в потолке, и, вопреки ожиданиям Фелли, с чердака на них взглянуло лазурно-синее небо. Девушка мысленно смеялась, поднимаясь за ним вслед. Видно, немного испортила сюрприз. Взобравшись, она ощутила дребезжание в животе. Высоко. Впрочем, там, где они стояли, крыша была без наклона. Зуко взял Фелли за руку. — Теперь ты понимаешь, почему я всегда выигрывал в прятках. Услышав это, Фелли едва сдержалась, чтобы не столкнуть его вниз, пока тот ухохатывался. — Жучара! Мы же договаривались, что не выше второго этажа!! Она успела пару раз отвесить парню по плечу, заставить чуть пригнуться, как вдруг карие радужки осветило розовое осеннее солнце. Оно плыло за горизонт над огромным городом, притаившемся в жерле давно потухшего вулкана, с каждой минутой окрашивая его всё ярче. Конец радуги, красовавшейся после недавнего дождя, огибал его. Два тонких облачка бежали вслед за солнцем по золотисто-медной кромке неба, словно умоляя подождать. Их догоняла стайка мелких птичек, только что пролетевших с щебетанием над двумя юными головами. Есть закаты, помнящиеся вечно. Глядя на всё это, Фелли с удивлением заметила, что плачет. Как странно. Взглянула на друга. Он стоял так непривычно близко, что в мыслях у неё пронеслось: "Может... поцеловать его?" Но вышло неожиданным то, что Зуко сделал это прежде. Вышло сперва неожиданно, и оттого нелепо. Фелли чуть сдвинулась, его губы пришлись в левую щеку. Наверное, он волновался — по лицу ничуть не скажешь, но рука, сжимавшая её запястье, была холодной. Нужно исправить положение. С ладонью, мелькнувшей в его волосы она протянулась и соединила их уста... И вот он, настоящий момент, возможно, решающий её судьбу. Момент, стоящий циничных родительских упрёков, чтобы в конце концов сбежать, полюбить... Она не почувствовала ничего. Рука юноши легла на её талию, скользнула выше. Поцелуй оборвался. — Тц-тц-тц... Кажется, ты чуть-чуть торопишься, — усмехнулась она. Зуко со смущенной улыбкой потер шею. — Кх... да. Извини. Впоследствии оставшись одной, ей хотелось разорвать себя. Почему? Ну почему происходит так?.. Это нечестно! Внутри неё всё сжималось от чувства лицемерия и отвращения к себе, от желания рассказать, прервать всё это, раз уж не судьба. Нет. Необходимо было сбежать, пока родительский дом не задушил её. К тому же... кажется, она впервые была любима. Фелли думала о нём, осмысляла каждый свой поступок, каждое действие, направленное к её цели. Зуко был тактичен, добр, заботлив не только к ней: к своим близким, к друзьям, к детям и животным. Красив и, мягко говоря, обеспечен. Зуко был её лучшим вариантом. Только вот... Любовь не ласкала её сердце.