Развлечения и Страхи

Наконец полу-бог вылез из купален, обтирая влажное и отмытое от мерзких игрищ тело бархатным нежно-голубым полотенцем, хотя его не покидало чувство, что даже в теплой воде его настигали руки похотливого Колдуна и даже там продолжали измываться над его телом. Фуджин с трудом полностью очистил себя от остатков спермы из ануса, хотя внутри его не покидало чувство, что какая-то маленькая мерзкая капля осталась внутри его тела. Внизу все дергало и болело, а дрожь не покидала его все это время. От ужаса он даже поласкал себе рот мыльной водой, ибо хотел полностью очистить себя от любого присутствия в себе этого Колдуна. И вот Фуджин достиг своей комнаты, после чего моментально переоделся и принялся за прическу – Шан Цзунг рассыпал ему всю косу, и потому божок, очистив и просушив пусть не до конца свои длинные волосы, принялся за заплетение косы. Намеренно спрятав зеркало под плотной тканью, Фуджин принялся за ухаживания. Невольно у него на глазах вновь проступили слезы – он вспомнил, как старший брат помогал ему осторожно с косой, бережно расчесывал все локоны кристальным гребнем, при этом делая этот процесс расслабляющим и спокойным, во время которого братья общались и делились новостями: Рейдан от смертных сторонников, а Фуджин из Храма Стихий, в котором он и проводил большую часть жизни. Руки громовержца были невероятно теплыми, заботливыми и очень осторожными с волосами божка, словно те были как хрустальная ваза или тоненькие нити, что могут моментально оторваться, если их дернуть – чтобы и самому успокоиться, да и поддержать младшего брата Рейдан сперва аккуратно расчесывал ему волосы, после чего натирал при необходимости легким маслом некоторые локоны и начинал с макушки заплетать косу; на полпути он вплетал в волосы Фуджина одно или два золотых кольца, дабы ветра, которые кружили вокруг божка, услаждали его слух теплой мелодией, напоминающую им колыбельную, которую однажды они услышали в одной деревне простых смертных; и только ближе к кончику косы Рейдан закреплял волосы брата лентой или небольшим железным кольцом, но чаще черной лентой, дабы волосы брата не мешали ему, да и третье кольцо в волосах мешало бы ему. Во время этого ритуала братья и смеялись, и плакали, и успокаивались – в это время они могли побыть наедине с собой и вести себя как люди, родные и любящие друг друга братья. Когда Рейдан еще был в заплетении кос опытнее и частенько причинял брату дискомфорт, то сам Фуджин бережно клал на его запястье руки свою руку, и громовержец прекрасно понимал брата. Как же сейчас этого не хватало Фуджину – от воспоминаний он не мог бережно и красиво заплести свою косу, боль и слезы отвлекали его, он вновь запрокинул ноги на кровать и поджал под себя, смотря в сторону окна, откуда он мог видеть силуэт своего брата. Сейчас он так сильно желал вырваться, добраться до Рейдана, освободить его и унести как можно дальше – дать тому возможность бежать и начать все заново. Сам же Фуджин ощущал себя не таким, как раньше – сама мысль о том, что он позволил себя отдать Колдуну, чтобы тот его поглощал и трахал, а тот отвечал ему взаимностью, пугала Фуджина. Он считал себя непростительно слабым и ничтожным, недостойным вернуться к статусу Защитника Земного Царства, пусть и ставшее руинами… богам и полу-богам не пристало ложиться и подчиняться своим тюремщикам и надзирателям, но ведь Фуджин не мог поступить иначе, ибо тогда Шан Цзунг не будет гнушаться и по-настоящему уничтожит Рейдана. Фуджин себе в жизни не простит его смерть, не сможет с этим дальше существовать, а ведь Колдун не позволит ему последовать за братом, не даст умереть, а оставит в живых и оторвётся на его теле еще сильнее, теперь уже не шантажируя ничем и никем, а затрахает до того момента, пока самому насильнику не надоест. А ведь Фуджин видел, как мерзкий Колдун совершал подовые акты с другими пленниками, но все они были явно девушками, ибо он и не вспомнит, чтобы это мерзкое создание могло отрахать мужчину, пусть и любящего экспериментировать и был бы готов на все, лишь бы Повелитель его пощадил. Первой оказалась Кассандра Кейдж. Шан Цзунг решил начать с младшей из этой семьи, и не из-за того, что она была девственницей… а из-за того, что временные деяния Кронники даже после ее смерти могли существовать, и если бы Колдун сперва расправился с Соней, то Кассандра бы не появилась, а Колдун не хотел терять наслаждение разорвать больше девственных плев. В первую ночь Кейси… сразу отдалась своему насильнику. Фуджину казалось, что она спасает своих родителей, но похоже, что то ли магия, то ли Кейси сама оказалась падшей девой, ибо она отвечала Колдуну взаимностью. В том зале были слышны и стоны, и скулеж, и крики, и звуки взаимного наслаждения друг другом. От этого осознания Фуджин ощутил, как разбивается его сердце. Но недолго продолжались эти развлечения, недолго Кейси седлала Колдуна – она явно ему быстро надоела, а потому в одну ночь, пригласив ее в свои покои, Колдун решил поиграть по-жесткому. Вместо кровати он привязал девицу к столу, обездвижил ее, зафиксировал руки и шею, подвесил ножки и принялся за обыденную процедуры. Сперва он взвалился на нее и позволил сосать свой член на протяжении нескольких часов, а после вводил им вокруг ее, как оказалось, больших грудей, обильно играясь и с ее сосками. После нескольких таких часов он вошёл в ее избалованную киску, дразня и трахая, позволяя девчонке смеяться и целоваться с Колдуном в засос. Но в ту ночь почему-то Колдун долго не мог окончить – он то ли намеренно сдерживал себя, то ли специально зацепил себя кольцом для накапливания жидкости. После часа входа/выхода в киску Кейси начала молить о том, чтобы и ее попка получила столь шикарные наслаждения, вот только Колдун вместо этого воткнул ей в писю своеобразный предмет, от чего девица скривилась, но Шан Цзунг не оставливался, трахая падшую девчонку все активнее и сильнее, доходя уже наверное до самой матки. На лице Колдуна читалась типичная змеиная ухмылка, которой он одаривал всех. Фуджин не смог слышать этого кошмара, ибо с каждой минутой Кассандра билась в истерике и умоляла не то кончить, не то закончить насилие над собой, прося прощения. Утром Фуджин увидел, как Милина поглощала грудь и отдирала светлые волосы. Похожая ситуация вышла с Соней и Жаклин. И он не исключал, что в самом нижнем ярусе нового замка Шан Цзунг мог их оставить как материл для своих зверских экспериментов – тому было подтверждение в лице словно склеенных друг с другом Джейд и Жаклин и ходящий на четвереньках Эрон Блэк. И пусть тогдашняя вывозка ничем не кончилась, так как Фуджин успел достичь своей комнаты от страха раньше, чем его настиг Переделанный Герас, но он прекрасно осознавал, что Колдун может и так погубить Рейдана. - Ты готов? – без стука Шан Цзунг вошёл в комнату Фуджина, но тот лишь вжался в себя – Позволь помочь тебе с прической! - Не стоит! – взял себя в руки Фуджин и поднялся с кровати – Я и сам справлюсь! - Но столь неопрятным даже стыдно показываться твоему брату на глаза! – подметил Колдун, приблизившись к божку и бережно перехватив кристальный гребень – Не бойся… я буду осторожен со столь прелестными волосами! - Осторожен… - вздохнул бог ветра, когда Шан Цзунг посадил его на колени на пол, после чего сам опустился – Ты ведь хочешь, чтобы я по-настоящему любил и был тебе за что-то благодарен… принуждаешь меня спать и трахаться с тобой, угрожая расправой Рейдана! Но я не могу… я знаю, что ты сделал с Кейси! Ты вынудил ее! - Ты про эту шлюшку? – посмеялся Колдун, на удивление бережно расчесывая волосы божка – Знаешь , Фуджин, я предложил ей расслабление за жизнь ее отца из будущего! Но на удивление… она сама оценила мою заботу, мне и магия не понадобилась! Вскоре она стала одержима сексом со мной, что даже продала семью и друзей за это! - Лжешь! – вздрогнул Фуджин, но Колдун на его удивление вздохнул: - Нет! Эта дрянь только и хотела, чтобы я ее трахал и даже оплодотворил! Но я терпеть не могу столь мерзких игрищ… а потому мне пришлось от нее избавиться! И Китану я также устранил! А те, кто так же не пал, сейчас или мертвы, или настолько ничтожны, что их плоть и кости я оставил для моих исследований! И тут он резко схватил Фуджина за волосы: - Ай! - И я кстати знаю, что ты видел несколько моих отходов! За попытку бежать я мог бы поставить на твоем брате несколько экспериментов… - после этого он отпустил его и продолжил заплетать косу - …но ты вернулся назад, потому я и решил простить твой глупый побег! - Это же были люди! – всплакнул Фуджин, на что Шан Цзунг, закончив достаточно быстро заплетать косу, его оборвал: - Были! Теперь они мирно покоятся вдали и не терпят столь сильную боль! Фуджин вздохнул, Шан Цзунг поднял его на ноги, после чего убрал пряди с его лица: - Идем! Рейдан уже в замке! - Что? – удивился Фуджин, на что Колдун, чуть приподняв его взгляд, ответил: - Я решил дать вам комнату и возможность пообщаться друг с другом, пока я буду кормить Милину! Ты заслужил… - Тебе это не свойственно! – заметил Фуджин, осознав, что он не в силах отвернуться, ощущая, как внутри него бьётся сердце от страха и возможно даже какой-то радости. - Неужели ты думаешь, что я настолько жесток? – уточнил Колдун и погладил Фуджина по шее – У тебя есть час, после этого Герас вернет тебя в твою комнату! - А Рейдан?! – вскричал Фуджин, на что Колдун успокаивающим голосом произнес: - Я уже распорядился выдать для него скромную комнатку возле моей лаборатории! – Шан Цзунг облизнулся и хотел тут же наброситься на растерянного божка, чтобы вновь зацеловать его шею, но смог удержаться – Это на тот случай, если тебе вновь захочется запротивиться мне! Божок от ужаса упал, но смог сесть на кровать, подавляя вновь подступающие слезы. Колдун усмехнулся и поцеловал Фуджина в правый висок: - Но я уверен, ты не будешь совершать такие глупости! А я буду улучшать условия жизни твоего любимого брата, он даже не узнает о наших развлечениях! Фуджин встал на ноги благодаря Шан Цзунгу, который приподнял его, схватив за плечо. После этого он повел его к дверям и остановился: - Спускайся по лестнице до самого нижнего этажа! Там лежит твой брат! На столе будет стоять мазь… она залечит оставшиеся раны Рейдана! - Ты точно не лжешь? – спросил Фуджин с настороженностью и сталью в голосе, на что Колдун успокаивающим голосом произнес: - Нет! И жду завтра от тебя продолжения наших наслаждений… Фуджин аж вздрогнул от этих слов, прижимая руки к груди, но Колдун словно на это не обратил внимания, удаляясь прочь. Все же пересилив себя, полу-бог поспешил спуститься вниз по лестнице, как и говорил Шан Цзунг. Он надеялся все же наконец-то увидеть своего брата, обнять его и просто расплакаться от этой радости. Чем ниже спускался часто озирающийся по сторонам Фуджин, тем темнее становилось в самом сооружении. Даже факела реже горели, располагаясь друг от друга на очень большом расстоянии. Но все же Фуджин продолжал спуск, пока не оказался на самом нижнем этаже – зал был чуть лучше освещен, на стенах были именно лампы, а не факела, сами стены напоминали обгоревшую плоть, а вот пол был из черного стекла. В центре зала кровать , в которой лежал раненный, но явно потихоньку выздоравливающий постепенно Рейдан. Бог ветра не мог в это поверить, у него аж перехватило дыхание. Медленно он начал подходить к кровати, откуда донёсся слабый, но такой знакомый, такой родной голос: - Фуджин… Не веря в это, но все же поддавшись эмоциям, Фуджин бросился к брату, достигнув в два прыжка кровати и упав на колени рядом с ним, зарыдав: - Рейдан! Брат… - Тише-тише… - с трудом громовержец смог приподняться на локтях и второй, не пострадавшей, рукой погладил Фуджина по голове, так как он уткнулся в его другую руку – Как я рад тебя видеть живым! - О, Рейдан! – плакал Фуджин – Прости меня! Я… - Простить? – уточнил Рейдан и добавил – Я не обижен на тебя! То, что произошло с нами, не твоя вина и даже не вина Лю Кана! Мы все переоценили себя! Но мы живы, и это наша сила! - Рейдан… - не мог перестать плакать бог ветра, стыдливо опуская свой взгляд – Я… чтобы ты жил… Шан Цзунг… - Не плач! – попросил спокойно бог грома – Иначе Колдун подумает, что мы слабеем! Нам нужны силы и немного времени! - О, брат… - поднял взгляд Фуджин, после поспешил спрятать его в ладонях – Я… я не достоин твоей поддержки… не достоин быть Защитником! Ради того, чтобы мы даже просто увиделись, Колдун… он принудил меня… - Согрешению? – вздохнул бог грома, он в один момент в самом деле чуть не закричал от ярости, но удержал силы – Фуджин … - Рейдан! – перебил его плачущий Фуджин и отвернулся – Прости меня! Я знаю, что виноват, но я не переживу твоей гибели! Ты в праве отвернуться от меня, отказаться от нашего родства… и я не стану молить тебя о прощении! А молю только о том, чтобы ты выжил! Рейдан вздрогнул, его взор опустился на пол, лишь на миг он посмотрел с нотками печали на брата, который сел возле его кровати и продолжил плакать, уткнувшись лицом в подогнутые колени. Оба брата долго молчали, и если Фуджин от стыда и раскаяния от того, чем ему стоили эти минуты, не смел даже всхлипнуть и посмотреть на любимого Старшего брата, то Рейдан, недолго отводя от брата взгляд с неким отторжением, все же продышался и увидел, как раскаивается его брат, как он сожалеет об этом и не простит себе именно смерти брата, и он пошел на этот грех ради его спасения. Громовержец посмотрел на свои руки и тело – они были в крови и при этом залечены. И Шан Цзунг, судя по всему, заживил его раны, при этом принуждая бедняжку Фуджина отдаться ему. - Шан Цзунг будет гореть в Аду за то, что он совершил… - произнес наконец и посмотрел на брата, осторожно погладив его по голове – Особенно за то, что он сделал с тобой! - Но я согрешил! – всхлипывал Фуджин – Ведь боги не должны позволять своим пленителям себя даже трогать! - Однако в то же время они не грешат, если сознают свой грех! – заметил Рейдан и поднял взгляд брата, смотря на него с тем же заботливым взглядом, он при этом точно сочувствовал Фуджину – Ты ведь не сам падаешь… ты ведь не Шиннок, что поддался тьме! И я не позволю тебе отрекаться от нашего родства! - Но твоя жизнь… - произнес Фуджин, он присел рядом, когда брат взял его за руку и поднес его ладонь к своей щеке: - Если кого и винить в грехе, Фуджин, так это меня! Желая изменить ход нашего времени и не допустить губительного Армагеддона, которым Шао Кан уничтожит всех нас, я прогневал Кроннику и поддался тьме амулета Шиннока! А теперь наши друзья мертвы, а мой брат вынужден слушаться змеиную мразь… Это я сейчас должен плакать и молить прощения, а не ты! – Рейдан вздохнул, на его лице появились слезы, а Фуджин подполз ближе и положил руку на предплечье брата, который продолжил чуть увереннее – Не борись за меня, Фуджин! Прекратим наши страдания и слезы, которыми играется и наслаждается Шан Цзунг! Пусть делает со мной, что хочет… пусть его магия и твари убьют меня, но ты не должен за мои грехи расплачиваться! Ты должен жить, а не подчиняться его воле! - Но я не прощу себе твою смерть! – взмолился Фуджин, обняв брата – И мне страшно… я видел, как он скармливает Милине Цетрион… я видел его мутантов! Я не смогу простить себя, если тебя съедят или убьют! Я не смогу… - Мой бедный Фуджин! – вздохнул бог грома, гладя того по голове и спине – Ты не меняешься и продолжаешь во всем винить не меня! Но во всем этом повинен только я! Знаешь, будь сейчас у меня возможность все повернуть назад, я бы не стал менять тот ход событий и не прогневал Кроннику! Из-за меня погибли наши друзья, а без моего вмешательства они бы остались живы, мы бы нашли способ победить Шао Кана, а после создали свои любящие семьи… - Но ведь ты боролся за жизнь Земного Царства и его жителей! – произнес Фуджин – Да, ты поддался тьме и впустил в себя Хавика… но ты хотел спасти всех нас! Я всегда готов тебя поддержать и направить, пусть ты не всегда меня слушаешь… Ты ведь мой брат, и кроме тебя у меня больше никого нет! И если я останусь без тебя, я останусь один! Я не хочу остаться один… с Колдуном, который не даст мне умереть, а будет принуждать к еще большему ужасу! - Ты не останешься один! – произнес Рейдан, поцеловав брата – Я всегда буду рядом с тобой! Пусть ты меня не увидишь, но я духом буду возле тебя и не успокоюсь, пока ты не будешь свободен! Пусть Шан Цзунг и запугивает тебя, но ты не должен поддаваться… Борись с его коварством! Не поддавайся! - Рейдан! – не мог прекратить плакать Фуджин и прошептал – Я… я освобожу тебя, только дай мне времени! Ты не должен оставаться здесь! - Не вздумай! – строго заметил Рейдан – Я не позволю тебе лечь под Колдуна и не позволю ради моей ошибки страдать! - Мне твоя свобода важнее… - произнес шепотом Фуджин, отпустив брата – Слишком много крови пролилось и слишком много жизней извратил Шан Цзунг! Он заставил Кассандру продать себя и свою семью, отравив ее… Но если я помогу тебе спастись и завладеть Песками Времени, ты сможешь изменить ход событий! - Фуджин… - произнес Рейдан, но внезапно замер, прижимая брата к себе, когда бесцеремонно вошёл новый Переделанный Герас: - Время вышло! Повелитель приказал тебе вернуться в свои покои! - Я еще… - попросил Фуджин, но Герас в ту же минуту схватил его за руку и оттащил от брата, хотя оба они старались уцепиться друг за друга, но переделанное создание оказалось сильнее и неумолимее, потому Фуджину пришлось подчиниться, но на прощание он прокричал брату – Рейдан! - Не подчиняйся ему! – произнес Рейдан, оказавшись на полу, ибо из-за Гераса он оказался на краю. Герас тащил Фуджина прочь, тот старался освободиться и хоть еще немного времени побыть с любимым братом. Но чем дальше Герас уходил, тем расплывчивее становился в глазах Фуджина Рейдан. - Повелитель приказал тебе вернуться в свои покои! – повторил Герас, когда они оказались на этаже с покоями божка. - Но ведь время не вышло! – старался освободиться из его рук полу-бог, но неожиданно Герас его сам отпустил и удалился, а перед все еще лежащим на полу Фуджином предстал довольный Шан Цзунг: - Вышло… потому что ты решил за моей спиной устроить братику побег! - Это не правда! – поднялся на ноги бог ветра – И не смей меня более запугивать! - И в мыслях не было! – мягко произнес Шан Цзунг и начал его теснить к стене, медленно надвигаясь на божка – Но позволю себе напомнить, что мне не нравится, когда кто-то смеет мне перечить и готовить заговор за моей спиной! В этот же момент Фуджин оказался зажатым к стене спиной, а сам Колдун прижал и вдавил его рукой в шею, от чего тот вскричал: - Не смей… - Запомни наконец, Фуджин… - произнес соблазняющим и намеренно хищным тоном Колдун – Если ты захочешь обыграть меня, то это очень плохо отразиться на твоем брате! Я отобрал его у голодной Милины и оказал медицинскую помощь… а могу… - Шан Цзунг намеренно приподнял Фуджина, освобождая себе шею божка, в которую он вцепился рукой, образовав нечто напоминающее ошейник, а после схватил божка за ворот кафтана - …и устроить так, что смерть любимого брата станет захватывающим зрелищем! Поэкспериментирую с ним, а остаток отдам Милине, а ты будешь за всем этим наблюдать… и в этот раз я не сжалюсь над твоими мольбами! После он слегка ударил Фуджина в живот, и тот скатился по стене на пол, стоя на коленях и издав стон от боли. Колдун сменил строгость на милость: - Вот и умница! Завтра буду ждать тебя в своих покоях! И помни, что мои слова на ветер не бросаются! - Сними… - задыхался от попыток снять ошейник Фуджин – Не… могу… - Я сниму его завтра! – ответил Шан Цзунг, удаляясь прочь – Завтра научу тебя особым играм! Если ты целый день будешь меня ублажать, то я освобожу твою соблазнительную шею! И возможно вновь позволю повидаться с братом! Колдун тут же пропал из поля зрения Фуджина, который был не в силах подняться на ноги, он ползком добрался до кровати и схватился руками за покрывало: - Брат… я не смог… Прости!