Парень с мятными волосами

- Итак, запишите… – как будто эхом доносился до меня голос учителя, сегодня я спал всего два часа, поэтому меня клонило в сон, я еле держался. Глаза закрывались сами по себе, сколько бы усилий я не прилагал. Я решил сдаться на пару секунд, но почувствовал, как голова моя летит навстречу к парте, и резко открыв глаза, предотвратил удар. - Ты снова не спал… - огорченно прошептал Мацуи, у меня не было сил даже отреагировать на его слова.       Когда прозвенел звонок, я поудобней улегся на парту закрывая глаза. Как раз была большая перемена, смело можно было подремать. - Мацуии! – снова этот голос. Харада ненадолго перестала обращать внимание на парня, но в последние несколько дней, только и делает, что вертится рядом. – Что слушаешь? - Не трогай! – послышался достаточно грубый голос парня, что даже я удивился и открыв глаза, поднял голову. Мацуи отобрал у девушки наушник, который она, видимо, выдернула из его уха. – Я ненавижу, когда трогают мои вещи.       Я уставился на парня, вспоминая, как я, бывая у него дома, часто брал без спроса книги, и мне за это ничего не было. - И…извини… - испуганно проговорила девушка и вышла прочь из класса.       Парень нервно снял наушники и, заметив, что я смотрю на него, вдруг улыбнулся. Меня никогда не перестанет удивлять его быстрая смена эмоций. - Знаешь, я подумал… мы могли бы делать домашку вместе, – как ни в чем не бывало, заговорил он. – Думаю, твои родители не будут против, если ты будешь приходить домой поздно, но со сделанными уроками. Они больше не будут… тебя…бить… - Я не знаю, – тихо сказал я. – Разрешит ли мне мать… - Попробуй все же спросить у нее аккуратно, – Мацуи потянулся и посмотрел в окно. - Ты обидел Хараду, – зачем-то сказал я. - И что с того? – не поворачиваясь ко мне, произнес парень. - Ничего… – проговорил я, понимая, что этот разговор ни к чему не приведет. – Она же девочка…       Больше мы не разговаривали, и я не мог понять, в чем причина плохого настроения Мацуи. Я думал, что он уйдет, но он ждал, пока я соберу вещи и пошел следом за мной. - Пойдем ко мне? – сказал он, когда мы вышли из здания. - Я домой, – ответил я, у меня и самого было паршивое настроение, и спать очень хотелось. - Пожалуйста… - сказал он и я, наконец, посмотрел на него. – Мне очень грустно, я не хочу оставаться один. - Что-то произошло? – обычно Мацуи никогда не был таким, как сейчас. Он выглядел подавленным. - Не то, чтобы… просто сегодня особая дата, точнее… - он запинался и нервничал. - Прости, если хочешь, то, конечно, иди, я не буду тебя задерживать…       Сегодня было семнадцатое июня. Что это за день такой для Мацуи? И почему его эта дата расстраивает? - Хорошо, пойдем к тебе, – сказал я, ведь это единственный шанс узнать, что случилось. Парень приободрился и одними губами произнес «спасибо».       Как только мы зашли в квартиру, Мацуи поставил чайник, а потом сопроводил меня в свою комнату. Несмотря на то, что я был у него дома уже несколько раз, и парень постоянно говорил мне не стеснятся, я все же не мог без приглашения заходить в какую-либо комнату и стоял в прихожей. - Выбирай, – сказал парень, протягивая мне пластинки. - Давай, сегодня на твое усмотрение, – предложил я и Мацуи кивнул. Он подошел к проигрывателю, поставил пластинку. Началась песня с веселым мотивом, а на кухне засвистел чайник. Парень поспешил туда, а я последовал за ним. - Ты не против чая с ромашкой? – спросил он. - Нет, не против, – ответил я, наблюдая за Мацуи. Он нервничал, это было заметно даже в его движениях.       Когда мы пили чай, парень постоянно постукивал пальцами по столу и часто смотрел на меня как-то странно, что меня это стало беспокоить. А еще он поглядывал на время в телефоне, чуть ли не каждые пять минут. - Что с тобой? – не выдержал я. - А, все хорошо – улыбнулся он. – Пойдем в комнату?       Не дождавшись от меня ответа, он встал и вышел из кухни. Что с ним происходит такое? Я медленно встал из-за стола и тоже пошел в его комнату. Мацуи сидел на подоконнике, грызя свои леденцы, задумчиво глядя в одну точку. - Что случилось? – я встал рядом с парнем, жмурясь от яркого солнечного света. – Я вижу, что ты очень нервничаешь, это как-то связано с сегодняшней датой? - Да… извини, я не знаю, что на меня нашло, – тихо ответил Мацуи. - Что за день сегодня? – спросил я. - Сегодня… - Мацуи тяжело вздохнул, а потом посмотрел на меня изучающе. – В этот день умер один мой знакомый… Не то, чтобы мы дружили… я его просто с детства знал, это так странно…       Он снова запинался, и мне казалось, что он не рассказывает всей правды. Ему тяжело было вспоминать об этом человеке, и я решил не налегать на эту тему. Потеря близкого человека – тяжелое событие, а тот, о ком Мацуи рассказал, явно был ему близок. - Можешь, не рассказывать, если не очень этого хочешь… - сказал я. - Спасибо, – прошептал он. – Спасибо, что ты пришел…       Мацуи нервно поправил свои волосы и снова посмотрел на меня. Мне показалось, что парень выглядит еще более огорченным, и тут уже нервничать стал я. Как его подбодрить? Что вообще говорят в таких ситуациях? «Мне жаль»? - Мне тебя обнять? - сказал я неуверенно, вспоминая, как объятия помогают в таких ситуациях. Я не знал, на всех ли людей это влияет так же. Когда Мацуи обнимал меня, он ведь пытался меня успокоить, может ему самому это не нравится. - Почему ты спрашиваешь? - удивился парень, и я почувствовал себя глупо. - Я не знаю... как тебя поддержать... я не знаю... не знаю, - нервно проговорил я, но Мацуи это явно позабавило, и он улыбнулся, а потом слез с подоконника и сам обнял меня, положив голову на мое плечо. Я сначала замер, а потом осторожно обнял его в ответ. - Спасибо - сказал парень. — Это именно то, что мне было нужно.       Мы простояли так около минуты, и Мацуи отстранился. – Мне, правда, стало легче, – улыбнувшись, сказал он. Кажется, парень действительно немного успокоился, и я облегчённо вздохнул. Видеть его дерганным было для меня непривычно, и это выбивало меня из колеи. Но все встало на свои места. - У меня нет друзей, - проговорил тихо Мацуи. - Меня это никогда не волновало, но все же, иногда мне очень одиноко.       Я смотрел на него, и удивлялся. У него были все шансы стать популярным парнем в школе, благодаря своему уму, да и внешности. Даже то, что он полукровка не могло быть помехой. Людей, которые презирают таких как он достаточно мало среди молодёжи. Но он намеренно отталкивал всех одноклассников, кто пытался с ним подружиться. Почему? И почему он обратил внимание лишь на меня. - Ты сам противишься дружбе, - сказал я. - В классе много желающих пообщаться с тобой. - Нет, они вовсе не те, с кем бы мне было комфортно, - задумчиво проговорил парень. - С кем тебе комфортно? - я подошёл к подоконнику и посмотрел вдаль. - С тобой. - Мацуи зашагал к своей кровати и плюхнулся на ее. Со мной? Но чем я отличаюсь от остальных? Ничем кроме своей отсталости. - Но... - хотел сказать я. - Давай без "но". Мне сложно это объяснить, - сказал парень, и я глянул на него, столкнувшись взглядом. Я промолчал. Это все было странно. И я пока не понимал, что же он во мне нашёл. - Ты против? - вдруг задал вопрос Мацуи. - А? - не понял я. - Ты против нашей дружбы? - он посмотрел на меня взглядом полной надежды, что меня это даже смутило. - Нет, конечно, я не против! - сказал я удивленно, и парень улыбнулся.       По дороге домой меня не покидало странное ощущение после нашего разговора с Мацуи. И почему он выбрал именно меня? В голове сразу стали зарождаться подозрительные мысли. Вдруг он все-таки решил поиздеваться? Мне сложно было поверить, что это все просто так. Когда я зашёл домой, моё настроение тут же упало, ведь у входа стояла мамина обувь. Снова она пришла раньше времени. Как же меня напрягает, когда родители дома. Только я зашёл в комнату, как на пороге появилась она. Увидев её недовольное лицо, я сразу понял, что она не в духе, хотя, в настроении она, кажется, никогда не бывала. - Надеюсь, сегодня без плохих оценок? - сказала она строгим голосом. - Да... - тихо ответил я, опустив взгляд.       Она искала повод сорваться на меня, ведь для неё я был своего рода грушей для битья. Она осмотрела мою комнату, видимо не найдя к чему придраться, повернулась и собиралась уйти, но я её остановил. - Можно... мне... оставаться в школе до вечера и делать уроки с одноклассником? - неуверенно произнёс я, а сердце стало биться быстрей от волнения. - С каким ещё одноклассником? - резко повернувшись, уточнила она. - Он новенький, - я уже жалел о том, что начал этот разговор, кажется, ничем хорошим он не закончится. - Очень хорошо учится... - Да что ты? - усмехнулась она. - Кому может прийти в голову помогать такому тугодуму? Я замолчал. Плохая была идея. - Никто в этом мире не будет делать что-то просто так, наверняка он решил над тобой пошутить, а ты наивный дурачок ему поверил, да? - засмеялась женщина.       Я стал нервно теребить рукав пиджака, чувствуя себя отвратительно. Даже родная мать сомневается, что с её сыном кто-то может подружиться просто так. - Не неси ерунды! - в заключение сказала она, и ушла, оставив меня одного, в комнате, которая до потолка наполнилась сомнениями. Я ощущал, как они постепенно наполняли каждую клеточку моего тела. Может, она права? Может, Мацуи действительно хочет пошутить? Из этих мыслей меня вытащил Лис, который стал ластиться к моей ноге. Я поднял его и с нежностью погладил по головке. - И что мне делать? - прошептал я, глядя в глаза своему коту, будто тот мог ответить. На следующий день первое, что сделал Мацуи, увидев меня - спросил, не дала ли моя мать разрешение делать с ним домашнее задание. - Она сказала "нет". - Ответил я, вспоминая этот неприятный разговор. - Да что с ней не так! - возмутился парень, глядя на меня, а я лишь пожал плечами.       В класс вошла Харада, и парень вдруг встрепенулся и посмотрел на неё. Обычно он в упор её не замечал. - Я сейчас, - сказал он, а потом подошёл к ней. Сказать, что это удивило меня, ничего не сказать. Я не слышал, о чем они говорили, только видел, что сначала Харада выглядела обиженной, но потом вдруг заулыбалась. Что бы это могло значить? Вчера Мацуи был с ней очень груб, а сегодня наоборот. Когда парень вернулся на место, я вопросительно на него посмотрел. - Решил извиниться за вчерашнее… - сказал он мне.       Снова на каждой перемене Харада подходила к Мацуи и болтала с ним на всякие бессмысленные темы. Он отвечал ей, но я видел, что ему это не нравится. - Ой, а когда у тебя день рождения? - вдруг спросила она. Тут парень напрягся. - Какая разница? - спросил он. - Ну, мне просто интересно, - заправляя прядь волосы, проговорила она. - Это неважно, - скучающе проговорил Мацуи. - Ну чего ты такой, - протянула она. - Я не отстану, пока ты не скажешь! - Двадцатого июня - мрачно произнёс парень. - Так это уже послезавтра! - воскликнула Харада. - Я не отмечаю дни рождения... - Ну почему? - к счастью, раздался звонок на урок, и девушка ушла на свое место, так и не дождавшись ответа.       Не празднует дни рождения. Это так знакомо. Я тоже не праздную, никто меня не поздравляет. Я как будто призрак дома. В нашей семье вообще ни чьи дни рождения не отмечаются. - Почему? - прошептал я, а Мацуи непонимающе глянул на меня. - Почему не празднуешь? - Потому что это не было моим выбором. - вдруг проговорил он, а я не понял значение этого выражения. Не было его выбором? Рождаться?       Учитель стал объяснять тему по математике, и я отвлёкся от ненужных раздумий, пытаясь сконцентрироваться на его словах. Однако его монотонный голос лишь вызывал во мне приступ сонливости. Мне так хотелось спать. Именно сейчас почувствовал эту сильную усталость, накопившуюся за последние две недели. - А теперь, буду вызывать к доске, чтобы проверить, как вы усвоили материал, - сказал учитель, а я уже не мог бороться со сном и медленно опустил голову на сложенные на парте руки. Не знаю, сколько прошло времени, но разбудило меня холодное прикосновение пальцев к шее, и я тут же поднял голову, посмотрев на Мацуи. - Прости, не хотел тебя будить, - прошептал он. - Но учитель стал на тебя коситься. - Спасибо… - прошептал я и посмотрел на доску, которая уже вся была исписана. - О, Кавасаки, неужели мы прервали твой сон? - послышался голос преподавателя, и я замер от стыда. - Лучше бы вместо того, чтобы спать на уроках, учился, как следует.       Я почувствовал, как к лицу прилила краска, и посмотрел на Мацуи, заметив, что он нахмурился и собирался что-то сказать учителю, я резко сжал его запястье, всем видом показывая, что лучше ему промолчать. - Простите, этого больше не повторится, - проговорил я быстро. - Буду надеяться, что так! - сказал он и тут прозвенел спасительный звонок.       Учитель уже ушёл, а я все ещё не мог прийти в себя. Он ведь обязательно позвонит матери и нажалуется. И меня снова накажут. Это просто какой-то бесконечный круг: я не могу усвоить материал в классе, поэтому допоздна делаю уроки, и так постоянно. - Кавасаки? - Мацуи помахал перед моими глазами ладонью, и я повернулся к нему. - Ты как? - Я устал, - прошептал я. Кажется, сегодня будет ужасный день. Я уже представил свирепую мать после звонка классного руководителя, а потом этот ремень в руках отца. После уроков мне настолько ничего не хотелось, что я просто сидел на месте, не в силах собираться. - Ты в порядке? – спросил Мацуи, он тоже не спешил уходить. - Да, – автоматически сказал я, и положил голову на парту, закрывая глаза. – Мне нужно чуть-чуть поспать. Я почти заснул, когда почувствовал легкое прикосновение к своим волосам, а потом как Мацуи запустил пальцы в них и стал массировать затылок. - Приятно… - в полудреме прошептал я. – Разбуди меня, пожалуйста, через полчаса...       Но спать в неудобной позе было явно не лучшей идеей, так как я резко проснулся от противной тревоги, тяжело дыша и не понимая, что происходит. В себя меня привело прикосновение Мацуи к моей щеке. Его ладонь была такой холодной, в сравнении с моей горящей кожей. - Что-то плохое приснилось? – спросил он, когда я повернулся к нему. - Нет… я не знаю, не помню, снилось ли что-либо, – проговорил я. – Который час? - Ровно два часа дня, ты заснул лишь на пятнадцать минут, – ответил парень. Я выдохнул. От чего-то мне казалось, что я спал целую вечность. - Извини, я тебя задержал? – собирая в стопку учебники и тетради, спросил я. - Нет. – Улыбнулся парень. – Правда, охранник снов из меня никакой, не успел отогнать кошмары. Я слегка улыбнулся в ответ, и положил учебники в рюкзак, поднялся с места.       Выходные наступили быстро, а я даже представить не мог, что можно подарить Мацуи. Да и день его рождения приходился на воскресенье, когда у меня не было ни одного предлога, чтобы отпроситься у матери. Подскочив к своему столу, я открыл выдвижной отдел и достал накопленные сбережения. Это был деньги, которые я не тратил на обед. Сумма была не очень большой, но на нее вполне можно было прикупить что-нибудь. Осталось лишь придумать отмазку на завтра. Что же сказать маме, чтобы она поверила? Одним из вариантов было сказать ей, что завтра в школьной библиотеке будут проводиться дополнительные занятия, однако, врать было занятие рисковым. Но попробовать стоит.       Утро воскресенья встретило меня ужасной погодой. Я с трудом проснулся, так как в комнате было очень темно, и, открыв шторы, я увидел серое небо, шквалистый ветер, что гнул деревья и сильный ливень. Но фортуна, на удивление, в первый, и надеюсь, не в последний раз в жизни, встала на мою сторону. Мать с отцом еще ранним утром уехали загород к каким-то друзьям, и вернуться должны только поздно вечером. Как же хорошо, когда их не бывает дома. Я чувствовал себя так гораздо лучше. Завтракать мне не хотелось, поэтому обойдясь лишь чаем, я оделся и стал думать, какое оправдание выдумать, чтобы бабушка пустила меня на улицу. Я решил, что все-таки нет лучше предлога, чем занятия в библиотеке, и не прогадал - это сработало!        Захватив рюкзак и зонт, я побежал искать подарок для Мацуи. Я очень хотел найти что-нибудь, что могло бы понравиться ему. Проходив мимо кондитерской меня, осенило, что маленький тортик в дополнение к подарку, это неплохая идея. Я зашёл внутрь и стал разглядывать витрины с готовыми сладостями. Выбор был огромным, глаза разбегались, но моё внимание все же привлёк один бенто-тортик. Он был мятного цвета и напомнил мне Мацуи. Странное, конечно напоминание, но по видимости этот цвет у меня теперь ассоциировался только с ним. Не знаю, откуда, но у меня возникла уверенность, что торт надо брать. Стоил он немного больше, чем я рассчитывал, поэтому я решил вернуться за ним позже, если все-таки надумаю покупать.       Потратив ещё полтора часа на поиски, на мои глаза попалась небольшая лавка со всякими безделушками. Чего там только не было: различная бижутерия, мягкие игрушки, маски. Мне было нечего терять, я вошёл внутрь, и ко мне тут же подскочила консультантка. - Добрый день! Что ищите? - спросила женщина, широко улыбаясь. Я замешкался, но взял себя в руки. - Подарок... другу, - сказал я. - Оу, я могу предложить браслеты, сейчас они достаточно популярны, – женщина тут же стала мне показывать их огромное разнообразие. Приглянулся мне вовсе не один из тех, что мне предлагали. Браслетик кумихимо, в котором переплетались нити оранжевого, красного и зеленого цветов с одним раздвоенным концом, к которому были пришиты два маленьких медных ангельских крыла, одиноко висел вместе с остальными плетеными фенечками, на которые никак не обращала внимания консультантка. - Этот… - показав на него, произнес я. – Мне понравился. - Ох, кумихимо! – опомнилась женщина. – Давненько у меня их не покупали, я и забыла, что они есть. – Да, этот самый красивый из всех, думаю, твоему другу понравится. Продавщица бережно достала его и положила в коробочку, красиво упаковав ее в крафтовую бумагу и добавив для красоты ленту, завязав ее в тё-мусуби. Оплатив покупку, я поспешил за тортиком, но тут меня одна за одной, стали настигать неудачи.       Я забыл местоположение кондитерской, и о чем я только думал, не записав в блокноте адрес. А пока я бегал в поисках, ветер так рассвирепел, что у меня сломался зонт. Я начал злиться на себя, на свою никчемную память, и уже не знал, что делать. Я даже не понимал, что это за улица, на которой я нахожусь. Где-то час я плутал под дождем, пока каким-то чудом, не оказался напротив той самой кондитерской. Я зашел внутрь, чувствуя, как люди смотрят на меня, ведь с меня стекала вода, я промок насквозь. Преодолев страх, и всеми силами, не обращая внимания на взгляды, я подошел к продавцу купил этот торт. Аккуратно положив его в рюкзак, я поспешил к Мацуи.       Мне все казалось, что я не помню его адрес, но ноги сами привели куда надо. Мацуи говорил, что его мать на работе каждый день, по моим расчетам он должен быть дома один. Поэтому поднявший на нужный этаж, я достал бенто-тортик, который к счастью, не пострадал, открыл упаковку, аккуратно воткнул свечку, которая прилагалась, и зажег ее. Меня распирало от волнения, я боялся, вдруг, Мацуи не понравится подарок. Сделав вдох, я позвонил в дверь и сделал шаг назад. Дверь вскоре открылась, и увидев меня, Мацуи застыл на месте. - С днем рождения! – улыбнулся я. – Загадай желание и задуй свечку. Мацуи еще несколько секунд смотрел на меня, потом опустил взгляд на тортик. Я подошел ближе, и парень задул свечу, а потом снова посмотрел на меня, и резко заключил в свои объятия, что я чуть не уронил торт. - Кавасаки, ты… весь промок, – вдруг сказал он, и обеспокоенно посмотрел на меня и затащил в дом.       Всю мою одежду мы повесили сушиться, поэтому Мацуи одолжил мне свою. Непривычно было видеть себя в красной футболке, ведь весь мой гардероб состоит из вещей нейтральных цветов. - Так и простудиться недалеко, – проговорил парень, усевшись рядом со мной и подавая полотенце, чтобы я просушил волосы. Только сейчас я заметил, что в комнате будто витает запах сигаретного дыма, а может, мне кажется? Мацуи сидел и молча наблюдал за тем, как я промакиваю волосы полотенцем. - Как тебя выпустили из дома? – поинтересовался парень. - Родители с утра уехали, а бабушке сказал, что дополнительные занятия в библиотеке. - Боже, у тебя точно все под контролем? – обеспокоенно произнес Мацуи. - Да! – улыбнулся я, а потом встал с места. – У меня есть кое-что для тебя. Подойдя к рюкзаку, я достал коробочку и уселся обратно на кровать рядом с парнем. - Это тебе, – сказал я и протянул подарок ему. Я заметил, на лице Мацуи удивление. Он бережно взял коробочку из моих рук, а потом посмотрел в мои глаза. - Можно открыть сейчас? – спросил он, я молча кивнул. Быстро расправившись с оберткой, парень вынул браслетик и просиял. Он осторожно надел его на свое тонкое запястья и стал разглядывать крылья. - Так красиво, – сказал он улыбаясь. – Мне очень нравится! Я был рад, что ему понравилось. А видеть на его лице радость было для меня вышей степенью удовольствия. - Я уже и не помню, когда в последний раз получал подарок на день рождения, – сказал он задумавшись. - У вас в семье тоже не принято отмечать дни рождения? – поинтересовался я. - Семья – это не про нас, – вдруг сказал Мацуи, и мне стало неловко. - Прости… ты никогда не рассказывал о родителях, - проговорил я тихо. - Моя мать гайдзин, а отец националист до мозга костей, как эти двое сошлись, я представления не имею, хотя могу полагать, что мать искала легкий путь для получения гражданства, а отец хотел поразвлечься с наивной иностранкой, – спокойно сказал парень, чем поверг меня в шок. Гайдзин является достаточно неприятным словом, оно буквально показывает нелюбовь японцев к иностранцам, «вторгающихся» на их территорию. А он назвал так свою мать, неужели у них настолько плохие отношения? - Я вижу, ты растерялся после моих слов, – усмехнулся Мацуи. – Я ненавижу свою мать даже больше, чем отца, который отказался воспитывать хафу. В общем, понятие «семья» мне чуждо, у меня нет никаких привязанностей. Я молча смотрел на парня, не представляя, в чем могла так провиниться его мать, что он так ее недолюбливает. - А что насчет твоей семьи? – сделав ударение на последнем слове, спросил Мацуи. - Ты ведь знаешь, – ответил я. – Меня просто бьют, больше никаких взаимодействий. Парень опустил глаза и тихо вздохнул, теребя браслет. - Пообещай мне кое-что, – вдруг сказал он, не поднимая головы. - Что? – спросил я, даже не представляя какое обещание он хочет, чтобы я ему дал. - Обещай, что не… - он запнулся и посмотрел на меня, вглядываясь в лицо. – Что не оставишь меня.       Это было неожиданно услышать, я даже не знал, как отреагировать, что сказать. Он боится, что я перестану с ним общаться? Уйду? Это ведь так глупо, потому что риск быть кинутым, явно больше у меня. - Обещаю, – смотря в его глаза, произнес я. – Почему ты вдруг… - Тсс, – он приложил указательный палец к моим губам. – Не задавай лишних вопросов, а лучше, пойдем пить чай с тортиком!       Когда я вернулся домой, бабушка даже не задала мне никаких вопросов, как минимум, по поводу моей задержки. А я, кажется, чувствовал себя счастливым? Мне так было хорошо на душе, что даже мысль о скором возвращении родителей, никак не испортило мое настроение.       На следующий день, Мацуи был каким-то отстраненным и совсем не разговаривал со мной. Конечно, это меня напугало. Я сделал что-то не так? Но вчера все ведь было хорошо, что же случилось? Но оказалось, что его неразговорчивость была не самой большой неприятностью за сегодня. Меня огорчило то, что он молниеносно покинул класс после последнего урока, не попрощавшись. Я даже не успел среагировать, к тому же, мне нужно было вернуть ему футболку, в которой я вчера ушел, и забрать свою. И что теперь делать?       Я выбрал весьма сомнительный вариант в этой ситуации. Я пошел к Мацуи домой. Я, конечно, мог бы подождать до завтра, но меня еще мучила тревога из-за его сегодняшнего настроения. Когда я поднялся на его этаж, первое – что я увидел, дверь квартиры, что была неплотно закрыта. Странно. Стоит ли звонить? Мой мозг говорил, что нужно, а появившееся внезапно шестое чувство, утверждало, что можно просто войти. Я приоткрыл дверь, в коридоре никого не было, но вот когда я посмотрел на пол, увидел еще одну пару обуви, только вот она была женской. А недалеко от туфель стояла сумка. Мне она показалась знакомой. Но где же я видел ее? И этот брелок с розовым кроликом на ручке. Вдруг меня осенило. Я вспомнил. Я видел такую же сумку с брелоком у Харады. Что она здесь делает? Не знаю от чего, но мое сердце забилось быстрей. Пока, все это казалось каким-то бредом. Что могла делать Харада дома у Мацуи? Да и вообще, с чего я решил, что это она? Может мозг сыграл со мной в злую шутку и подкинул ложные воспоминания. Однако, вместо того чтобы, как нормальный человек, все-таки позвонить в дверь, я тихо пробрался к комнате парня, дверь, которой была закрыта не до конца. Щель между косяком и дверью был достаточно большой, чтобы подглядеть, но я решил прислушаться. - Ай, ты всегда такой грубый с девушками? – послышался знакомый мне писклявый голосок. - А ты всегда так много болтаешь? – голос Мацуи был таким серьезным. Я осторожно заглянул в щель, и мое сердце пропустило удар. Я видел Хараду, соскальзывающую с ее хрупких плеч рубашку, что почти оголила грудь, волосы, рассыпанные на спине. И Мацуи, целующего ее в губы, потом в шею, и… Я отшатнулся, и пулей покинул квартиру.       Не знаю, почему это так на меня подействовало. Я не испытывал никаких других чувств, кроме отвращения. Когда оно немного поутихло, я вдруг ощутил еще одно новое чувство. Неприятное. Оно неожиданно кольнуло меня в сердце ультратонкой иглой один раз, потом еще один и еще, зловеще хихикая. Ревность? Нет, что за бред? Мацуи не перестанет со мной меньше общаться, если будет встречаться с Харадой. Но. Нет. Это легко может случиться. Я не такой значимый, чтобы бояться меня терять. Я не такой интересный, чтобы не заменить меня кем-то другим. Утром я плелся в школу я огромнейшим нежеланием. Я плохо спал ночью, у меня и без того было всего лишь несколько часов, половину из которых я потратил на ворочания. Когда я увидел Мацуи в классе, перед глазами сразу возникло то, что я вчера увидел. Я перевел взгляд на Хараду. Она сидела и хихикала с подружкой. - Привет! – улыбнувшись, сказал мне парень. А я вяло поприветствовал его в ответ и уселся за парту, отгоняя воспоминания. – Прости, – вдруг сказал Мацуи, и я вопросительно на него посмотрел, ожидая продолжения. – Вчера я был не в духе, и игнорировал тебя, мне… стыдно, очень… - Это пустяки, – отмахнулся я, и уставился в учебник, но тут же почувствовал прикосновение к плечу. - Ты меня прощаешь? Ответь, пожалуйста, – с каким-то волнением произнес парень. - Да, – ответил я, не понимая, почему ему так важно было это услышать. - Спасибо, – улыбнулся снова Мацуи. – Придешь сегодня ко мне? - Нет, – тут же сказал я, потому что был уверен, что в его комнату будут всплывать картины того, что я видел вчера. - Но почему? – расстроенно произнес парень. – Ты все-таки обижаешься, да? - Нет, это никак не связано, давай в следующий раз… – только ответил я, как к нашей парте подошла Харада. - Мацуи, – произнесла она противно. – Может, погуляем сегодня? От меня не скрылось то, что парень занервничал. Он посмотрел на меня, а потом снова на девушку. - Я договорился с Кавасаки делать вместе домашку, – сказал он быстро, а я вместо того, чтобы внести свою лепту в эту маленькую ложь выпалили совсем не то, что хотел. - Я же сказал, в другой раз! – я сказал это злобно, и откуда только во мне эта злость? - Ну вот, так удобно получается! – чуть ли не промурлыкала Харада. – Значит, ты все-таки свободен после уроков? - Давай потом это обсудим? – раздраженно ответил парень, глядя на девушку, всем своим видом показывая, что ему это неинтересно. - Ладно! – откинув свои длинные волосы назад, ответила девушка, явно обижаясь. Как только она отошла, Мацуи посмотрел на меня, а я делал вид, что очень занят проверкой домашнего задания. - Давно вы подружились? – спросил я, ведь меня это так волновало. Не знаю, отчего у меня в голове проскальзывали мысли по поводу того, что Харада без проблем может вытеснить меня из жизни Мацуи. Я бы даже хотел, чтобы они не общались, и при этом со злости, заметив, что парень совсем не горит желанием проводить с ней время, наоборот подтолкнул их на встречу. - Почему ты не соврал, я не хочу проводить с ней время! – проигнорировав мой вопрос, нервно произнес парень.       А точно ли не хочет? Или он на публике только такой неприступный, а потом, оказавшись подальше от любопытных глаз, нежно ее обнимает и целует. От этой мысли мне стало противно, а потом стало отвратительно от осознания того, что я мыслю в таком ключе. Что со мной?       Я промолчал, Мацуи тоже больше ничего не говорил. Мы попрощались после уроков, и я вернулся домой с камнем на душе. Неужели мы поссорились?        Мы с Мацуи не разговаривали пару дней. И за эти два дня я так извелся. Я много думал, и точно понял, что привязался к нему, как щенок. Это было ненормально, потому что я не просто соскучился по общению с ним, я в этом нуждался. Нуждался до боли в груди, и понимал, что еще немного и не смогу это терпеть. Я знал Мацуи не так долго, но мою привязанность можно было обосновать тем, что я со мной просто до этого никто не дружил. Теперь я чувствовал эту зависимость от человека, и сделал его центром моей вселенной. Мне нужно извиниться. Я был неправ.       Я сидел и от скуки чертил в тетради какие-то каракули, когда пришел Мацуи. Он сразу же при входе в кабинет улыбнулся мне и помахал рукой, будто ничего не произошло. Я удивился, ведь как раз сам собирался с ним заговорить. Парень уселся на свое место и потянулся, разминая спину. - Так спать хочется! - сказал он, и я повернулся к нему лицом. - Ага... - ответил я и заметил на его щеке достаточно большую и глубокую царапину. Я уставился на нее, думая, откуда она могла взяться. А Мацуи все это время делал вид, что не замечает, как я на него пялюсь. - Что с лицом? - спросил я, наконец. - А это? - он пощупал щеку и улыбнулся. - Да, как-то нечаянно получилось. Мимо нашей парты проходила Харада, я сразу же обратил на нее внимание, ведь она выглядела как-то иначе. Ее лицо выражало то ли испуг, то ли ненависть, она вдруг остановилась рядом с Мацуи и только хотела что-то сказать, как он повернул к ней голову. - Харада, если хочешь поговорить, то давай не здесь! - сказал он.       Я смотрел на девушку и заметил на ее шее следы от пальцев. Они не были отчётливыми, видимо Харада пыталась скрыть их тональным кремом. - Пойдем, выйдем! - кинула она и умчалась вон из класса. Что происходит между этими двумя? Мацуи спокойно встал и медленным, размеренным шагом вышел в коридор, а я, по натуре своей, любопытный пошел за ними. Нет, конечно, если бы Харада подошла к любому другому однокласснику, мне было бы все равно. Но Мацуи не был для меня просто одноклассником, он, уже был мне другом.       Я выглянул в коридор, две фигуры моих одноклассников скрылись за поворотом в другом коридоре. Я поспешил туда, и остановился, не заворачивая, прислонившись к стене, прислушиваясь. Так как время до звонка ещё было, услышать, о чем говорят эти двое, было сложно из-за шума, но я весь напрягся. - Я расскажу отцу, как только он приедет! - заверяла Харада. - Что ты ему расскажешь? Что ты грязная шлюшка?! - злобно отвечал Мацуи, и я оторопел. Снова вся его невинность рассеялась в один миг. - Закрой свой поганый рот, Хикэру! - я услышал шлепок, видимо Харада дала Мацуи пощечину, а потом я услышал глухой стук, как будто кого-то пихнули в стену. - Не смей, произносить мое имя! - процедил сквозь зубы Мацуи. - Отпусти руку, мне больно, больно! - жалобно простонала Харада. - Только попробуй рассказать отцу, или кому-нибудь ещё, а то я сделаю с вами то же, что ты увидела на тех фотографиях! - Ты не сделаешь! - Ещё как сделаю, мне это только удовольствие доставит, не веришь? - голос Мацуи в этот момент казался безумным. - В...верю, - всхлипнула Харада. - Вот и славно! - говорил Мацуи. - А теперь успокойся и иди в класс, и больше со мной не разговаривай!       Я, поняв, что их разговор закончен, хотел быстро улизнуть, но понял, что уже поздно, потому что передо мной возник Мацуи. Его лицо было спокойным, и он улыбнулся, и снова я почувствовал то самое отвращение. Отвращение от его притворства. - Давно тут стоишь? - спросил он. За его спиной мелькнула плачущая Харада, которая быстрым шагом куда-то удалялась. Что же он с ней сделал, и что такого она видела на фотографиях, что вообще между ними произошло? - Как ты это объяснишь? - сказал я тихо, переведя взгляд на лицо Мацуи. - Кавасаки, подслушивать нехорошо, - он продолжал улыбаться, а я, клянусь, впервые был в бешенстве. Я не знаю, что именно произошло между ним с Харадой, и может, даже она в чем-то провинилась, но его обращение к девушке, нельзя было оправдать, он был с ней груб, оскорблял, угрожал.       Я оттолкнул Мацуи и ушел в класс, как раз прозвенел звонок. И что же мне делать? Попытаться устроить допрос, после занятий? Судя по всему, Мацуи не хотел со мной делиться произошедшим. А может лучше вообще, поймать Хараду, спросить у нее? Это будет крайне странно. Мне она точно ничего не скажет. Поэтому после занятий, я решил просто уйти домой. Нужно было привести в порядок мысли, но заметив, сидящую на скамейке Хараду, которая, во-первых, была одна, а во-вторых, плакала, я решил, что это мой шанс. Приближаясь к ней, я задумался, а где же все ее подружки, которые вечно облепливали ее в классе. Оставили ее в такой момент одну. - Х...Харада... - произнес я тихо, усаживаясь рядом, она подняла на меня мокрое от слез лицо и удивилась, будто увидела призрака. - Кавасаки, чего тебе? - грубо произнесла она. - Тебя Мацуи обидел? Я слышал ваш разговор. - Какое тебе дело?! - она посмотрела на меня высокомерно, даже сейчас, когда она раздавлена, она не может унять свое эго. Может зря я к ней подошёл? Я чувствовал себя дураком, который лезет не в свое дело. - Он мой друг, если он сделал что-то очень плохое, я поговорю с ним. - Друг? - Харада вдруг засмеялась. - Этот психопат твой друг? Кавасаки, ты и впрямь тупой, раз ещё не заметил, какой он ненормальный!       Не знаю, что же такого натворил Мацуи, но слышать, как его оскорбляют, мне было совсем неприятно. - Не говори так... - неуверенно произнес я. - О, а ты ведь не знаешь, что у него в выдвижном отсеке тумбочки, советую заглянуть! - злорадствовала Харада. - Он меня чуть не придушил вчера, вот! - девушка показала следы на своей шее. - Не веришь, что он на такое способен? Вот загляни в тумбочку и поймёшь! Я с ужасом сидел, не двигаясь, пока Харада всхлипывала. Слишком много информации за сегодняшний день, у меня даже голова начала болеть. Теперь к Мацуи вопросов стало ещё больше. - Он поплатится, да-да, ему тоже будет плохо… - бубнила себе под нос Харада. - Что? Что ты такое говоришь? - спросил я. - Отъебись! - бросила она мне, и я решил уйти.       Разговаривать с ней не имело смысла, она говорила урывками, не касаясь сути, поэтому я всё-таки решил, что лучшим вариантом будет поговорить с самим виновником происшествия. Мацуи, скорее всего уже дома. Сейчас бы вспомнить адрес. Столько раз я к нему ходил, а сейчас в голове ветер свистит. Однако, когда я перешёл дорогу, в памяти сам по себе появился путь к его дому. Я зашел в подъезд, следом в лифт и вскоре оказался напротив его квартиры. Немного потоптавшись и обдумывая предстоящий разговор, я позвонил в дверь, но никто не открыл. Я позвонил ещё раз, и снова ничего. После третьего звонка, я понял, что Мацуи нет дома. Интересно, куда он мог деться? Ведь обычно, он сразу идёт домой. Может подождать немного? Но мое "немного" растянулось в полтора часа, и я уже собирался уходить, как вдруг раскрылись двери лифта, и я увидел его, и внутри меня все сжалось. Мацуи был весь в пыли, грязный, избитый. Вся одежда была перепачкана. Он сделал вид, что не видит меня, молча подошёл к двери, и стал шарить в карманах. Он вытащил ключ, вместе с ним выпало пару леденцов. На спине, на его испачканной рубашке я увидел кое-что, что видеть бы не хотел. Белесые, липкие пятна. Я вздрогнул от осознания. Это не могло быть что-то другое, это то, о чем я думаю. Что с ним сделали? Кто с ним это сделал? - Ма...цуи, - произнес я испуганно. - Мацуи!       Я развернул его к себе и обнял, как можно сильнее, чтобы он почувствовал, что не один. Я коснулся его мягких волос на затылке, нежно погладив. Мацуи обнял меня в ответ и уткнулся в мое плечо. И в этот миг мне уже было абсолютно наплевать, кого он там и зачем обидел, какие тайны хранил в выдвижном отсеке тумбочки, как посмел применить рукоприкладство по отношению к девушке. Все это было неважно. Для меня было важно лишь его состояние.       Мы простояли в объятиях друг друга, достаточно долго, а потом зашли домой. Мацуи ушел в ванную, а я все это время ждал его в комнате.       Первые двадцать минут, я все думал, как часто он подвергается насилию. Ведь это уже был второй случай на моей памяти. Остальные десять минут, я косился на тумбочку. Что же там таится? Я прислушался: из ванной до сих пор доносился плеск воды, поэтому я бессовестно и бесстыдно, схватил за ручку и выдвинул полку. Она была небольшой, и в ней практически ничего не было, кроме леденцов и небольшого конверта. Я потянулся к нему и осторожно вытащил, приоткрыв. Там и вправду были фотографии. Я с опаской вытащил одну, боясь увидеть, что-то страшное, но каково было мое удивление, когда с фотографии на меня посмотрела улыбающаяся женщина пожилого возраста. Я пролистал все остальное, и ничего подозрительного не нашел. И чего же моя одноклассница тут нашла, что Мацуи пришел в ярость. Я быстренько убрал все на место и отсел подальше от тумбочки. Может, он перепрятал фотографии? Какой же я ужасный человек, что в такой ситуации думаю о том, что сделал Мацуи. Сейчас он был разбит, ему нужна поддержка, а я пытаюсь его уличить в чем-то. Я плохой друг. Я ужасный друг.       Я услышал приближающиеся шаги, и в проеме двери возник Мацуи. Он улыбнулся, будто все хорошо и обессиленно упал в кровать, смотря на меня снизу вверх. Всмотревшись в его лицо, я заметил красные от слез глаза и стало так гадко. Что я мог сделать? - Что будем слушать сегодня? - спросил он, как ни в чем не бывало, а я в ответ пожал плечами. - Ну ладно, я выберу что-нибудь сам.       Мацуи поднялся, достал пластинку и вставил в проигрыватель. Я поглядел на обложку, на ней была изображена женщина с вуалью. А песня началась уныло и грустно. Я посмотрел на Мацуи, который некоторое время глядел на вертящийся в проигрывателе винил, а потом он снова лег на кровать, закрывая глаза. - Мацуи, что мне сделать? - сказал я вдруг, потому что его опустошенный вид угнетал меня. - Просто побудь рядом, - проговорил он тихо. - Извини, я не знаю, что мне сделать и как тебе помочь, - сказал я, и стало так печально, да и песня на фоне только сильнее удручала.       Я задумался, и вдруг почувствовал, как Мацуи обвивает руками мою талию. Он уткнулся лбом в мою спину, а потом обнял. Я почувствовал, как краснеет мое лицо. Меня это смутило, очень смутило, мне хотелось, чтобы он перестал, но Мацуи не двигался. - М...Мацуи, - произнес я как-то размыто. - Зови меня Хикэру, - сказал он тихо.       Я удивился его предложению, ведь только сегодня утром, он чуть не ударил Хараду, за то, что она его назвала по имени. Но Харада - просто его одноклассница, а я? Разве мы настолько близки? - Хорошо, Хикэру, - произнес я почти шепотом. - Спасибо.       Я хотел отцепить его руки, и выбраться из его объятий, но не сделал этого. Ему так было спокойней, лучше его не беспокоить. Я сидел не двигаясь, вслушиваясь в его равномерное дыхание, в попытках унять бешеный стук собственного сердца.       Хикэру. Он доверил мне свое имя, а я до сих пор не мог смириться с его темными поступками, иногда допуская мысль, что он омерзительный. Какой же я друг? Меня так заботила правильность его действий, но разве сам я являюсь идеальным? Нет, конечно, нет.       Хикэру - это свет. Хикэру - это лучик моей надежды. Я не имею права его осуждать, даже если он делает что-то не так. Я должен оценивать его по тому, как он относится ко мне. А со мной он искренний, по крайней мере, я надеюсь на это. - То, что с тобой случилось... - сказал я, но он не дал мне закончить. - Я сам виноват и получил за дело, - ответил он. И я тут же вспомнил, как он бурно реагировал, когда я так же оправдал то, что меня бьют. - Что ты такое говоришь, Хикэру? – возмутился я. - Ты сам мне говорил, что это ненормально, когда так жестоко обходятся! - Между нами разница, Кавасаки, - устало сказал парень. - Я грешник, а ты святой. - Что за бред? - сказал я, и Хикэру поднял голову, положив ее на мое плечо, я почувствовал его дыхание на своей щеке. По моему телу пробежались мурашки. - Не бери в голову, давай не будем об этом. Он снова уткнулся лбом к моей спине, а я будто до сих пор ощущал его горячее, щекочущее дыхание на коже. "I... I give in to sin… Because you have to make this life livable"