Парень с мятными волосами

      Хикэру наотрез отказывался говорить со мной о том случае с Харадой и с тем, что произошло с ним после. Меня это выводило из себя, но я молчал. Однако, через какое-то время, я все реже и реже стал вспоминать об этом.       С Хикэру мы проводили вместе каждый день, и если не у него дома, то гуляя по городу. Звать его к себе, я пока ещё не мог, ведь для этого, сначала нужно предупредить родителей, а они уже будут решать, разрешить мне приводить друга или нет. Хикэру помогал мне во время контрольных работ, и я получал твердые 80 баллов. Мать с отцом перестали меня бить, и я впервые за долгое время, а точнее за свою жизнь, чувствовал себя... по-настоящему счастливым? Это невероятное, необъятное чувство, которое невозможно описать, завладело мной полностью. Каждый день был для меня по-своему прекрасным, а прекрасным все становилось лишь от того, что рядом был Хикэру. Он принес в мою жизнь свет, да, он был моим светом. Наверное, единственное, что омрачало мою жизнь – уроки физкультуры. Там никто не был в силах мне помочь. Но Такаши больше ко мне не приставал, как ни странно. Он даже перестал обзывать Хикэру. Но все равно – физ-ра высасывала из меня всю энергию.       Я как раз заканчивал с дежурством в спортзале. Моя работа заключалась в том, чтобы сложить на место мячи после урока. Хикэру должен бы вот-вот подойти, он остался на площадке, когда все разошлись, чтобы немного потренироваться. Проходя мимо мужской раздевалки, я услышал знакомые голоса. - Я кое-что узнал про этого айноко! - говорил Такаши. - Выкладывай, – ответил какой-то голос, скорее всего, он принадлежал одному из друзей парня. - Он походу того, - Такаши сделал паузу. - Заднеприводный. - Да ты гонишь, ах-ах-аха! - засмеялись остальные. - Мне Харада сказала, – продолжил Такаши. – Говорила, что видела его с кем-то. Что за наглая ложь? Такие грязные слухи не приведут ни к чему хорошему, она вообще думает о том, что делает? А если из-а этого с Хикэру снова произойдет беда? - Он там один остался, кстати, можем проверить, насколько слухи правдивы! - сказал третий голос. Они ведь шутят? Моё сердце ушло в пятки от мысли о том, как они собирались это проверить. Я не знал, что именно они хотят сделать, но явно причинить ему боль. Что делать? Что делать? Что делать? У меня не было с собой телефона, чтобы предупредить парня, но даже если бы и он был, я до сих пор не знал его номера. Что же делать? Пока я думал, дверь распахнулась, и передо мной оказались трое очень злых существ. - Ты чего это тут, а? - спросил Такаши. - Подслушиваешь? - подхватил его друг. Как назло, и учитель куда-то запропастился именно сейчас. В спортзале никого кроме нас не было. Если я не удержу их тут, они ведь пойдут за Хикэру воплощать свои гнусные планы? Но что я могу сделать? - Ты оглох или что? Мы с тобой разговариваем! - усмехнулся Такаши. - Чего вам надо от Мацуи? - проговорил я. - Ой, точно, вы же спелись с этим сукиным сыном, – оскал парня не предвещал ничего хорошего, я невольно стал пятиться назад. - А ты случаем не такой же? - Мне стало страшно. - Ты меня давно уже бесишь, никчемное дерьмо, наконец, я отыграюсь по полной! - Такаши глянул на остальных. - Чего стоите, хватайте! Я не успел даже опомниться, как меня схватили, и затащили в раздевалку. Парень не церемонился, сразу ударил со всей силы в живот. В глазах потемнело от боли, я не успел отойти от этого удара, как мне нанесли второй, следом третий. - Бейте так, чтобы только видно не было, кто знает, каких проблем отхватим от его родаков, если увидят! Все происходило, как в тумане, я видел лишь их ноги, и то размыто, зато остро ощущал каждый пинок. Мне, казалось, целая вечность прошла, но на самом деле, наверное, не прошло и минуты. - А так по лицу охота заехать! - послышался голос Такаши и я все же ощутил удар, что пришёлся мне прямо по носу. Кажется, я расплачусь от боли, которая пронизывала каждую частичку моего тела. Меня тошнило от неё, кружилась голова. - Что там происходит?! Что за шум?! - я услышал строгий голос учителя где-то в зале, и меня сразу же прекратили бить. Спасение. Какое счастье, что он пришёл. Такаши со своей компанией тут же вылетели из раздевалки. Я снова будто провалился в бездну, где нет ничего. Я не видел, не слышал, только ощущал эту боль. Назойливую и сильную.       Когда я открыл глаза, понял, что нахожусь в медпункте. Рядом хлопотала медсестра. - Я уж думала без постороннего воздействия не придёшь в себя. - сказал она, я резко поднялся и скрывался от боли. - Переломов, конечно, нет, но нельзя так резко, ты весь в ушибах. - Мне нужно кое-кого найти, - прохрипел я, испугавшись, что мне могло причудиться то, что учитель пришёл. Может, этого и не было вовсе, и за пять секунд, закончив со мной, эти ребята добрались до Хикэру. - Если ты про того угрюмого парня с крашенными волосами, он вышел пять минут назад. - С ним... все в порядке? - спросил я. - Да, - непонимающе глядя на меня, сказала медсестра и я выдохнул. – А что с ним должно быть? Обошлось. Как же я рад, что все обошлось. Женщина протянула мне стакан с водой и обезболивающие таблетки, а сама ушла за стол. Я не видел её из-за ширмы, но вскоре услышал, как открылась дверь. - Очнулся твой друг! - прокомментировала медсестра, и послышались торопливые шаги, и через несколько мгновений передо мной оказался Хикэру. - Кавасаки... - он плюхнулся рядом со мной на кушетку, а потом протянул меня к себе и обнял. - Кто это был? - спросил Хикэру. - В зале было темно, учитель не разглядел их лица, они убежали. Почему-то, мне кажется, это Такаши и его дружки. - Да, - тихо сказал я. Парень осторожно выпустил меня из объятий и стал разглядывать. - Зачем они к тебе пристали? - вздохнул он. - Хикэру! - вырвалось у меня вдруг, я схватил его за плечи, вспомнив про их мерзкий разговор. Я рассказал про подслушанный диалог, Хикэру смотрел на меня, а лицо его с каждой секундой становилось мрачней. - Ты... зачем... не убежал? - парень вздрогнул. - Я растерялся, не успел, - прошептал я, и помолчав немного, н я продолжил. - Не хочу, чтобы ты снова испытал тот ужас, не хочу, чтобы ты испытывал боль. Хикэру, пожалуйста, будь осторожен. (Oneheart\Reidenshi–Snowfall(slowed+reverb)) Хикэру приблизился и снова обнял меня. Я глянул на него, и мы одновременно вздрогнули, когда услышали до безумия громкий рингтон на телефоне медсестры. Женщина взяла трубку, её куда-то вызывали, и она быстро удалилась, оставив нас одних. Я почувствовал осторожное прикосновение Хикэру к моей щеке. Я посмотрел на него, он приблизился и оставил поцелуй рядом с губой. Я резко отпрянул от неожиданности. - Друзья так не делают! - зачем-то сказал я, еще не полностью понимая, что происходит. - Прости, - тихо ответил парень, опустив взгляд. - И прости заранее за это. Он коснулся пальцами моей шеи, потом его рука оказалась на моем затылке, парень снова приблизился, оставив мимолетное теплое прикосновение своих губ на моих. - Что... ты... - у меня перехватило дыхание от происходящего, все казалось мне нереальным. - Прости...я эгоист, - прошептал Хикэру, а я удивлялся лишь тому, что не думал ни о чем кроме желания снова испытать эти приятные ощущения, вызывающие порхание бабочек в животе. Кажется, чувства взяли верх над разумом, а может я хорошенько ударился головой, когда упал во время избиения. - Пять минут, - сказал я тихо. - Позволь ощутить это опять. Давай притворимся, что мы не... не друзья только на пять минут. Хикэру глянул на меня таким ошарашенным взглядом, он явно не ожидал, от меня такое услышать. Я приблизился, и почти коснулся его губ, но снова отпрянул, посмотрев в глаза парня. - Как? Покажи мне еще раз? – сказал я, Хикэру приблизился и поцеловал меня в щеку, потом возле губ и, наконец, в губы. - Вот так, - он мягко обхватывал мои губы своими, а потом отстранился, опуская взгляд. Он был смущен. Впервые Хикэру был чем-то смущен. Я приподнял его голову поддев пальцами подбородок и поцеловал. Осторожно, с большим волнением, с неуверенностью. Его губы были мягкими, податливыми. Мне было так приятно к ним прикасаться. Парень ответил на поцелуй, и мне казалось, что моё тело слабеет от переизбытка чувств, а сердце готово было остановиться. Все это время я считал в голове минуты. Три. Осталось три. Хикэру обвил руками мою шею, мы прекратили поцелуи, чтобы отдышаться. - Прости. – снова прошептал Хикэру. - За что? - не понял я. - Мне кажется, ты все ещё в состоянии аффекта, не понимаешь, что происходит, а я этим пользуюсь… - Почему тебя это так волнует? – спросил я, прикоснувшись к его волосам. - Потому что мне на тебя не наплевать, я не хочу делать что-то против твоей воли, делать то, что тебе не нравится. - Нравится… - прошептал я. - Ты точно все еще не пришел в себя, – парень хотел отстраниться, но я не отпускал его. - Будем жалеть об этом чуть позже, – сказал я. - А сейчас. Минута. Осталась минута. - Хикэру посмотрел на меня удивлённо. - Пятьдесят пять секунд... пятьдесят че... - парень поцеловал меня, и мое сердце вновь вернулось к бешеному ритму.       Мне сложно описать то, что я чувствовал, я не задумывался даже о том, какие будут последствия. Мне лишь хотелось, чтобы это не заканчивалось, но осталось всего лишь несколько секунд. Три. Две. Одна. Мы одновременно отстранились друг от друга. Парень резко вскочил с места, посмотрел на меня, потом в сторону. - Мне… Мне нужно… Срочно… - не договорив до конца он быстро покинул медпункт.       Я тоже не задержался там надолго. Вскоре пришла медсестра, сказала какие мази снимают синяки и облегчают боль, а потом отпустила. Всю дорогу до дома, в самом доме, ночью я думал о произошедшем. Поначалу я думал о нашем поцелуе, как о чем-то волшебном, вечером же резко стало мерзко от того, что мы делали. Это неправильно, я действительно будто был не в себе. Эти мысли постоянно отвлекали меня, и я разозлил свою мать, получив от нее пару раз по рукам. Я и без того испытывал тупую, ноющую боль по всему телу.       В самом мрачном настроении, я лег спать под утро, но так и не смог сомкнуть глаз. Я думал много. Даже неправильность произошедшего уже ушла на второй план. Потому что появились новые мысли, и были они намного хуже предыдущих. Хикэру ведь все равно. Всего лишь пару дней назад он переспал с Харадой, а потом без задних мыслей поцеловал меня. Харада… Как он вообще мог быть с ней? И почему они поссорились?       Я только стал засыпать, как прозвенел будильник. Давно я не чувствовал себя настолько разбитым. Все болело, голова была тяжелой от раздумий, а на душе было неспокойно, ведь мне предстоит встретиться с Хикэру в школе. И что я ему скажу?       Хикэру опоздал на первый урок, зайдя в класс как раз в тот момент, когда преподаватель отмечал отсутствующих. Парень поздоровался со мной одними губами, а я помахал ему рукой. Было предельно неловко. Каждый раз, когда я смотрел на него, то чувствовал, как вспыхивает мое лицо, поэтому все мои попытки поговорить с ним проваливали еще до такого, как я пытался их предпринять.       Обсудить ситуацию я решил уже после занятий. Когда мы вышли во двор школы, я позвал парня к скамейкам. Судя по обеспокоенному лицу Хикэру, он понимал, о чем мы будем говорить. - Дай угадаю… – произнес он, как только мы сели. - Прости, ты был прав, – перебил его я. – Я хочу это забыть. Последняя моя фраза явно прозвучала грубо. Парень грустно улыбнулся. - Я знал, что так будет, – произнес он. – Давай забудем. Это было ошибкой. Я посмотрел в глаза Хикэру, но он тут же отвел взгляд, а потом встал. - Пока, до завтра. – сказал он, и, развернувшись, поспешил меня покинуть. Это ранило его? Обидели ли его мои слова? Мне стало так стыдно. Я ведь тоже виноват. Я просил его об этих пяти минутах, как же стыдно. Потерев свое красное от стыда лицо руками, я тоже отправился домой. Следующий день начался со сплетен. Случилось то, о чем мечтали все, кто когда-либо попадал под гнев Такаши. Оказалось, что накануне с ним произошла беда. Неизвестный избил его и выцарапал на спине на спине слово «свинья». В нашем классе только и делали, что мусолили эту тему, а я заметил, как Хикэру улыбался каждый раз, как до него долетали отрывки фраз. Возникло смутное ощущение того, что он приложил руку к содеянному. - Тебе нравится? – спросил я, не отрывая от него глаз. - Что? – не понял парень, но улыбочка его пропала. - То что случилось с Такаши. - Да. – Я не знал, что и сказать, лишь удивленно глядел на Хикэру. Его выдавало абсолютно все. Ему повезло, что недоброжелателей у Такаши было много, ведь с легкостью он мог бы стать первым подозреваемым, так как не так давно между ними произошла ссора. Но так как Такаши нарывался на конфликты каждый день, никто не подумал о Хикэру, как о потенциальном «преступнике» - Это ведь ты сделал? – вопрос скорее был риторический, я просто хотел увидеть его реакцию. - Даже если я, и что? – хихикнул парень. - Тебе не кажется, что это уже слишком? – я смотрел на Хикэру, и понимал, что его это не волнует. Он делал то, что ему хочется и не чувствовал угрызений совести. - Слишком? – парень слегка повернул голову в бок и заглянул в мои глаза. – Он тебя столько раз бил, и ты все равно его жалеешь. Ему бы не было жаль тебя.       Хикэру в этот момент казался мне совсем чужим. Я очень плохо его знал. Это меня расстроило? Странно признавать, но… нет? Не знаю, с каких пор притупилось мое чувство эмпатии. Было ли оно у меня изначально? Я не понимаю. В любом случае, мне никогда не нравилась жестокость. Но сопереживал ли я людям? Мне было больно смотреть на Хикэру, когда ему было плохо, мне хотелось, чтобы он больше никогда такого не испытывал. А когда я увидел Хараду с синяками на шее, и ревущую в одиночку в школьном дворе, что я почувствовал? Ничего. Я хотел сопереживать ей, но ведь меня не особо волновало ее состояние, я лишь хотел узнать, что произошло между ними с Хикэру. Я был зол на то, что Хикэру причинил кому-то боль, но мне было абсолютно плевать на человека, который эту боль испытал. Что это? Какая-от ошибка в коде? Я был в ужасе от того, что произошло с моим одноклассником, но меня волновало лишь то, что это сделал Хикэру. Он думает, что мне жаль Такаши, но нет. У меня отсутствует чувство сострадания к нему. Даже если он бы умер, мне было бы все равно. Меня волнует лишь Хикэру, который творит этот беспредел. - Мне не жаль его, - прошептал я. – Мне не нравится, что этим занимаешься ты. -А мне не нравится, что он с тобой сделал, поэтому я препода ему урок. Почему его это так волнует? У меня закончились мысли, я будто попал в прострацию. Вокруг ничего, и в моей голове тоже пустота.       Был последний день в школе, перед летними каникулами, но для меня в этом событии не было ничего радостного, ведь теперь целый месяц я буду дома, вместе с родителями. Во время учебы, я хотя бы выходил из дома, а теперь, мне это не светит. Я записывал конспект, слушая учителя, а вот Хикэру сидел, погруженный в свои мысли. Мы вели себя как обычно, будто ничего не произошло. Я иногда поглядывал на парня, будто пытаясь прочесть, о чем он думает. Видимо, о чем-то очень серьезном, судя по такому сконцентрированному на чем-то лицу. Лишь на перемене он отвлекся от своих тяжёлых дум. - Какие планы на каникулы? - поинтересовался он, и я понял, что даже не думал об этом. Хотя планов мне строить не разрешали. Все каникулы я просижу за книжками, повторяя материал. - Не знаю, - ответил я. - А у тебя? - Грандиозные! - улыбнулся он. - Кстати, Кавасаки, тебя отпустят погулять сегодня ночью? - Нет, конечно, нет, - вздохнул я. Меня и днем-то никуда не пускают, что уж говорить про ночь. - А если я попрошу разрешения у твоих родителей? - с надеждой в глазах, спросил Хикэру. - Нет, - повторил я. - Жаль… - тихо сказал парень, а потом лег на парту, глядя на меня.       А я задумался, мы ведь проводили время только после занятий, до определенного времени, пока мне не нужно было возвращаться домой. Мы никогда не виделись вечером или ночью, только после обеда. Мои мысли вдруг прервались, когда я увидел Хараду. Я даже не замечал ее присутствия в классе, а тут вдруг она, стояла напротив меня, хоть и далеко, но явно не просто так. Ее взгляд просто кричал о помощи, и я вздрогнул, почувствовав, как ко мне приблизился Хикэру. - На кого смотришь? - спросил он, я глянул на него, а потом вернул взгляд обратно, но Харады там уже не было. - Да так, - сказал я. - Задумался. - О чем? - поинтересовался парень. - Неважно, - я взял в руки учебник, и сделал вид, что читаю. Харада пыталась намекнуть мне на что-то? Или мне показалось? Нужно ли мне с ней поговорить? Но даже если так, то это достаточно сложно, ведь Хикэру всегда со мной. Очень сложно, но нужно было срочно что-нибудь придумать.       После занятий, мы вышли из кабинета, спустились в вестибюль, где я увидел Хараду с ее подругами. Мы с ней столкнулись взглядами, а потом я вышел из здания. Мы с Хикэру почти дошли до ворот школы, я резко остановился. Меня осенило. - Я кое-что забыл под партой! - соврал я. - Сейчас сбегаю, подождёшь? - Хорошо, - кивнул Хикэру, и я побежал обратно в школу, попутно думая, а не придумал ли я эти взгляды Харады? В тот раз разговор наш не склеился, а сейчас ей с чего бы со мной говорить? Я вбежал в школу. Девушка стояла все на том же месте, и я подскочил к ней. Она, не говоря ни слова, схватила меня за рукав и потащила на второй этаж. Мы встали в сторонку, чтобы не мешать людям проходить. - Что случилось? - спросил я удивлённо. - Пожалуйста, скажи ему, чтобы он перестал! - было видно, что Харада совсем отчаялась. Вся ее гордость, чувство собственного достоинства исчезли. Она была явно напугана, но чем? - Что перестал? - спросил я, а она почему-то застыла на месте, глядя куда-то позади меня, как будто увидела что-то очень страшное. Я медленно повернулся, и увидел Хикэру. Злого Хикэру. - Кавасаки, почему так долго? - сказал он вдруг спокойным голосом и улыбнулся. Я слышал, как неровно дышит Харада, и будто улавливал стук ее бешено бьющегося сердца. Чем же он ее так запугал? Девчонку... - Харада, пойдем, поговорим, - сказал Хикэру, приближаясь к нам, он хотел схватить девушку за руку, но я ему не позволил, закрыв ее собой. - Она не будет с тобой говорить, - сказал я как можно более уверенным тоном. - Может, поговоришь со мной? - Ты защищаешь ее? - парень посмотрел на меня удивлённо, а я повернулся к Хараде. "Иди домой" - сказал я, а ей и не нужно было повторять дважды. Она пулей умчалась подальше от нас. - Ты ее запугал, что она тебе сделала? - спросил я, посмотрев в глаза Хикэру. - Как много она тебе рассказала? - я уловил в его голосе дрожь. Насколько же все серьезно? - Хикэру! Какая разница, сколько она рассказала, почему ты не можешь ответить на мои вопросы? Чем ты занимаешься? Что с тобой происходит? Если мы друзья, ты мог бы мне довериться, я постараюсь тебя понять! - выпалил я. - Не поймёшь, - почти шепотом произнес парень, и это взбесило меня ещё сильнее. - ЧТО не пойму?! То, что ты бьешь девушек? Изощренно издеваешься над теми, кто тебе не нравится? Или то, что у тебя огромное количество половых партнёров?! Знаешь ли, я как-то это принял! - вырвалось у меня. Последнее явно было лишним, это ведь не мое дело. Но за эти три недели, я подмечал странные вещи. Хикэру часто приходил не выспавшимся, с какой-то ухмылкой говорил, что ночь была продуктивной, а у самого у него были то укусы, то засосы на шее. Это повторялось очень часто, но я не стал вмешиваться в его личную жизнь. Хикэру стоял и смотрел на меня удивленно, а потом виновато опустил голову, и мне вдруг стало жаль, что я так резко ему все высказал. - Думаю, пора по домам, - сказал я и развернулся, чтобы уйти, но он схватил меня за руку. - Прости, пожалуйста? - сказал он, но я промолчал, пытаясь понять, к чему сейчас вообще эти извинения. Хикэру часто просил прощения, буквально ни за что. - Ты простишь меня? Не уходи только, ладно? Я все расскажу, не уходи, пожалуйста, пожалуйста, Кавасаки! В его голосе все больше преобладали истеричные нотки, он выглядел растерянным и испуганным. - Прости, я больше не буду, прости, - как будто заела пластинка. - Что с тобой? Успокойся, я ведь... - но он крепче схватил меня за руку и потащил куда-то. Я хотел вырвать руку, но хватка его была каменная. Мы быстро миновали, коридоры, лестницу, и вскоре оказались во дворе школы. Хикэру привел меня к самой дальней скамейке и насильно усадил, возвышаясь надо мной. - Не верь Хараде! - сказал он. Я удивился смене его настроения, ведь всего минуты две назад, он умолял меня не уходить, а теперь строгим голосом указывал, кому мне можно верить, а кому нельзя. - Почему? - возмутился я. - Ладно, я расскажу тебе все, как есть! - сказал Хикэру, и, отойдя от меня, он уселся на бордюр и нервно растрепал свои волосы. - Я пригласил ее к себе в тот день, помнишь, кода она так жаждала со мной погулять. И все было относительно нормально, пока я не отошёл, а она в это время зачем-то полезла в мою тумбочку. Я ненавижу, когда трогают без спроса мои вещи, а она достала фотографии моей бабушки. Это самое дорогое, что у меня есть! Я взбесился! Я был так зол, что не контролировал себя, и набросился на нее...       Хикэру замолчал и уставился на меня, будто пытаясь понять мое выражение лица. А оно, мне кажется, ничего не выражало. Конечно, никому не нравится, когда трогают вещи без разрешения, но разве то, что Харада посмотрела какие-то фотографии настолько плохой поступок, чтобы так разозлиться? - Я схватил ее за шею, у нее даже след остался, ты и сам видел... - продолжил Хикэру. - Она убежала, а потом стала угрожать, что расскажет отцу... И тут я понял, что он заврался. Он, видимо, забыл, что я подслушивал их разговор. А я помнил его весь от и до. - Ты врешь, - не выдержал я. - Насчёт фотографий, ты ведь врешь. Там было что-то другое, не твоя бабушка, я помню, ты угрожал Хараде, что сделаешь с ней то же, что она видела на твоих фотографиях. Что на них было? Хикэру замолк, у него даже подрагивали губы, я смотрел на него, не отводя взгляда, ожидая, и скорее всего надеясь, что он найдет объяснение, но его не последовало. Он молчал. - Скажи, что было на фотографиях? - тихо спросил я. - Хикэру, просто скажи правду, почему ты молчишь? Зачем ты врешь? С каждой секундой этой немой сцены, я злился только сильнее. Хикэру встал, и сел на корточки прямо передо мной, и поднял голову. В его глазах читалось сожаление, но я был непоколебим. Я хотел встать, но парень положил руки на мои колени, а потом опустил голову. - Если я больше никогда не подойду к Хараде и никогда с ней не заговорю, ты меня простишь? - сказал он ослабленным голосом. - Причем здесь мое прощение? - нервно ответил я. - Для меня важно, я не хочу, чтобы ты меня ненавидел! - его голос снова дрогнул, а в ответ вздрогнул я. - Что ты говоришь такое? Ты единственный, кого я не могу ненавидеть, и не буду, - вырвалось у меня. - Поэтому я и хотел узнать, что с тобой происходит, что ты натворил, чтобы помочь разобраться. - Стой, ты сказал... - Хикэру поднял голову и посмотрел на меня, как на какую-то диковинку, но замолчал, продолжая смотреть. - Расскажи, что случилось? – потребовал я. - Нет, - ответил он. - Пожалуйста, скажи, что все будет нормально, если я больше никогда не подойду к Хараде, что ты больше не будешь об этом спрашивать и вспоминать, пожалуйста, умоляю, я больше не расстрою тебя, я обещаю.       Все казалось странным, особенно его поведение. Зачем ему нужно мое одобрение? Разве для кого-либо может быть дело до того, что о них подумает какой-то там Кавасаки? Он обещает меня не расстраивать больше? Но я не расстраиваюсь, я просто немного злюсь, потому что он будто не доверяет мне, не хочет рассказывать о своих проблемах, о поступках, имеющих какие-то отрицательные последствия. Я не хотел с ним соглашаться, но смотреть на то, как он молит меня о чем-то, я был не в силах, как и был не в силах, сказать "нет". - Хорошо, - сдался я, глядя на то, как меняется выражение лица Хикэру. Он мельком улыбнулся и снова положил голову на мои колени. Я легонько дотронулся до его мятных волосы, и запустил в них свои пальцы. Не знаю, зачем, но мне было так приятно их трогать. Я смутился и одернул руку, но Хикэру поднял голову, и вопросительно посмотрев на меня, взял мою руку и вдруг приложил к своей щеке. - Спасибо, что не ушел, - сказал он, прижимая мою ладонь к своей щеке сильнее, а потом отпустил. Мне стало не по себе, а Хикэру встал и уселся рядом со мной на скамейку. - Сегодня звездопад, поэтому я хотел с тобой погулять ночью, - вдруг сказал он. - Меня ни за что не отпустят… - проговорил я тихо.       Я задумался. Хикэру твердил, что боится того, что я могу уйти, но как бы сильно я не злился на него, как бы сильно не мог понять, уйти я не смогу. Какой же моя жизнь станет, если я разрушу нашу дружбу? Я привык к Хикэру, и ни с кем больше я не испытывал столько радости, за такой короткий промежуток времени, только с ним. Никто больше не относится ко мне так, как он. Меня вдруг стало распирать от своего негодования и ужаса осознания того, что нашла дружба, могла бы, да и может прекратиться. Я испугался и посмотрел на Хикэру, а потом резко его обнял. Нет, каким бы он ни был, я не смогу уйти. Без него все потеряет смысл. - Кавасаки, что случилось? - удивился он, но я промолчал, и почувствовал, как он обнял меня в ответ. И мне стало легче. Я выдохнул, ведь все обошлось. Ночью я уселся на подоконнике, ожидая увидеть, хоть одну падающую звезду, но понял, что это невозможно. Наш район был очень освещен, и на небе не было видно не то, чтобы падающих, даже обычных звёзд видно не было. Я вздохнул и на меня резко запрыгнул Лис и принялся тереться о мою руку. Я погладил его, а потом обнял. - У Хикэру так много тайн, - сказал я своему коту. - Как бы сильно я не хотел слепо верить ему, я не могу быть полностью спокоен. Я подожду немного, и, наверное, если я все так же буду замечать за ним что-то странное, то начну разбираться с этим. Лис мяукнул, будто поддержал мою идею, как вдруг дверь в мою комнату открылась, и я вздрогнул. Мать включила свет и посмотрела на меня строго. - Завтра мы с отцом уезжаем в командировку на две недели, - сказала она, а я уже заликовал. Такое бывало редко, наверное, в последний раз, они вместе куда-то ездили лет пять назад, а так обычно поодиночке уезжали по работе. - Каждый день учи и повторяй пройденное! Бабушка будет за тобой смотреть и сообщать мне! - Хорошо, - тихо ответил я, и мама вышла из комнаты. Неужели целых четырнадцать дней родителей не будет дома? Это невероятно прекрасная новость, и с не менее прекрасным настроением, я лег спать.       Утром я проснулся лишь в десятом часу, удивившись, что бабушка меня не разбудила. После завтрака, я начал повторять пройденный материал. Это давалось мне все так же сложно, казалось, даже, что еще хуже, чем обычно. А еще мне не хватало Хикэру. Я привык, что мы видимся каждый день в школе, а у меня даже не было его номера телефона. Странно, что мы не обменялись, могли бы общаться хотя бы так. Спустя пару дней, я понял, что после семи вечера, бабушка не заглядывает ко мне в комнату, и в моей голове родился безумный план. Что если я сбегу? Моя комната находится на первом этаже, побег вполне осуществим. Стоит только решиться и рискнуть. Но думал я недолго, ведь желание увидеть Хикэру было выше всего остального, поэтому ровно в семь часов вечера, я впервые, осознавая все, что делаю, сбежал из дома, через окно своей комнаты.       Когда я стоял напротив его квартиры, я вдруг подумал, может не стоит? Пока я добрался сюда, прошло уже сорок минут. Время почти восемь вечера, не поздно ли для визитов. Я все мялся у входа, как вдруг открылась дверь лифта, и женщина, что из него вышла, посмотрела на меня и застыла на месте, увидев меня. Она не была японкой. У нее были светлые волосы до плеч, большие глаза, белая кожа. Я тут же понял. Она – мать Хикэру. На ее лице мелькнул ужас, вперемешку с удивлением, что мне стало очень некомфортно от ее этого взгляда. Что не так? Может, я похож на какого-то воришку? - Хи… Хидэ?– произнесла она тихо, обращаясь, видимо, ко мне. Конечно, ко мне, ведь на лестничной площадке больше никого и не было. - Я не Хидэ… - произнес я, наблюдая, как женщина нервно сжимает в руках бумажный пакет с продуктами. - Обозналась, – сказала она будто себе, и ее лицо стало спокойным, а потом она с подозрением подошла ближе, я шагнул назад. – Почему ты стоишь у двери моей квартиры? - Простите, я к Хикэру приходил… Я его друг, – сказал я как-то неуверенно под ее пристальным взглядом. Она разглядывала меня, даже не скрывая это. Услышав имя своего сына, она снова метнула удивленный взгляд. - Друг? – так же удивленно произнесла она. – У Мацуи нет друзей. Она назвала своего сына по фамилии? А она точно его мать? Может, сестра? Нет, Хикэру говорил, что он единственный ребенок, да и для сестры выглядит она слишком взрослой. Женщина достала ключи, сунула их в замочную скважину и снова обратила на меня внимание. - Вряд ли он придет сегодня, можешь не ждать, – сказала она, прокрутив ключик. Не придет? Куда это он мог уйти? Мне показалось, что ей абсолютно все равно, где ее сын, и что с ним вообще происходит. - А где он? – решился я у нее спросить. - Не знаю, он не докладывает мне, – она приоткрыла дверь, и снова посмотрела на меня, разглядывая. – Как тебя звать? - К… Кавасаки Иори, – ответил я. - Копия Хидэ… - сказала она еле слышно и вошла в квартиру, закрыв дверь прямо перед моим лицом.       Странная она какая-то. И отношения у них с Хикэру тоже странные. Но, а где же пропадает Хикэру? А может быть он... Уже и забыл обо мне? От этой мысли меня бросило в жар. Я решил не дожидаться лифта и спуститься по лестнице. Казалось, что вниз я шел целую вечность, и когда, наконец, вышел на улицу, почувствовал себя чуть лучше. До этого, мне как будто, не хватало воздуха. Я вдруг вспомнил, что забыл оставить свой номер, чтобы его передали Хикэру. Снова возвращается к его матери, не хотелось. Пойду домой, это будет самым верным решением за сегодняшний день. Но стоило мне сделать шаг, как из-за поворота выглянул Хикэру, и он был не один. А с каким-то парнем. Они о чем-то спорили. - Я же сказал, чтобы ты за мной не шел, ты что собачка?! - нервно говорил Хикэру. - Почему ты такой жестокий? - возмущался парень. - Я же сказал, что, между нами, ничего нет! Всего лишь пару раз... - Хикэру замолчал, заметив меня и остановился. А меня снова кольнула ревность. Какое же досадное чувство, так быстро разливается по всему телу, заполняет собой каждый капилляр. И ревновал я вовсе не потому, что Хикэру был с каким-то парнем, мне было досадно просто от того, что он общается с кем-то помимо меня. Любой другой человек, которого знает Хикэру, автоматически становится для меня конкурентом, ведь я уверен, что он лучше меня. - Кавасаки? - удивился он. - Я уже ухожу, мне пора, думал, ты дома, а сейчас мне уже пора, - протараторил я, и самым быстрым шагом пошел прочь. И зачем я сейчас убегаю? Почему я веду себя, как ребенок? Полнейшая глупость, так себя вести, но остановится, и пойти обратно было уже поздно, да и странно теперь будет возвращаться. - Стой! - послышалось позади, но я не хотел останавливаться. - Да что за привычка, ненавижу ее! Хикэру схватил меня за плечо и развернул к себе. Я не хотел смотреть ему в глаза, поэтому просто стал разглядывать его одежду. На парне была забавная футболка, жёлтого цвета со смешными цыплятами. - Да куда ты так торопишься? - расстроенно проговорил он. - Мы ведь два дня не виделись. Как ты тут вообще оказался? Твои родители не будут тебя искать? Они тебя не накажут? - посыпались вопросы. - Нет, они пока в командировке, а из дома я сбежал, но по моим расчетам, бабушка не должна заметить, - ответил я. - Сбежал? - Хикэру испуганно глянул на меня. - Как ты мог сбежать! А если заметят всё-таки? Опять будут бить! - Успокойся, ты чего? - удивился я и вдруг оказался в его объятиях, да ещё и в таких крепких. - Я соскучился на самом деле, - тихо сказал он. - А мы даже номера друг друга не знаем, я не знал, как с тобой связаться, и как найти, я рад, что ты пришел. Я положил подбородок на его плечо и закрыл глаза. Моя ревность уже остыла, но стоило мне вспомнить того незнакомца, так сразу же возникал целый ряд вопросов. Я медленно отпрянул и посмотрел на лицо Хикэру. - Извини, но я всё-таки пойду домой, мне как-то тревожно по этому поводу, - сказал я, прервав наше молчание. - Я прогуляюсь с тобой до твоего дома, ты же не против? - улыбнулся Хикэру. Я молча кивнул, и мы двинулись в путь, большую часть времени, мы молчали. Я смотрел на ночной город, все было для меня необычным, а присутствие Хикэру только успокаивало. Все-таки странно он на меня воздействовал, мне с ним было очень хорошо. - А кто это был? - всё-таки спросил я и посмотрел на реакцию парня. Он сначала нахмурился, а потом посмотрел на меня и улыбнулся. - Да так, никто, - ответил Хикэру. - Вы с ним... - он не дал мне продолжить. - Уже нет, - сказал Хикэру. - Почему мы говорим об этом, будто больше не о чем? - Хорошо, давай поговорим о чем-нибудь другом! - возмутился я. - Ты чего такой нервный сегодня? - удивлялся Хикэру. - Я не нервный! - моему возмущению не было конца и края. Я не знаю, с чего вдруг, меня так задело то, что Хикэру был с кем-то помимо меня. Уделял этому типу свое время. Меня ведь не заботило такое никогда, но почему же сейчас меня это раз раздражает. - Кавасаки, почему ты злишься? Прости...я сделал что-то не так? Он снова извинялся, а меня почему-то это только злило. Мы как раз подошли к моему дому, я по привычке, чуть не зашёл в подъезд, а потом вспомнил, что мне нужно залезть обратно через окно. Пока я ходил туда-сюда, Хикэру молча следовал за мной. Наконец, я остановился рядом с окном и посмотрел на парня. - Пока, - сказал я. - Нет, не пока! - это было впервые, когда на меня злился Хикэру. - Ты никуда не пойдешь, пока не скажешь, в чем дело! - Все нормально, - как можно спокойнее проговорил я. - Просто я не в настроении, извини, что ты попал под горячую руку. Хикэру глянул на меня недоверчиво, но потом улыбнулся. - Дай мне свой номер, - сказал он. Я продиктовал свой, а потом записал его. И вот уже собирался прощаться, как вдруг Хикэру обнял меня. И все бы ничего, но он уткнулся носом в мою шею, я ощутил его обжигающее дыхание, и вместе с ним какое-то непонятное трепетное чувство. Хикэру провел кончиком носа вверх по шее, потом задержался и шумно вдохнул. У меня от этого все внутри будто перевернулось. Он на секунду отпрянул, а потом я почувствовал прикосновение его губ к моей шее, я резко оттолкнул Хикэру, не позволяя случиться тому, что было для меня под запретом. - Что ты делаешь?! - воскликнул я, а Хикэру смотрел на меня испуганным, и одновременно виноватым взглядом будто сделал что-то страшное. - Прости... – дрожащим голосом проговорил он. - Зачем, - тихо спросил я. – Мы же обсудили это. - Кавасаки, я не знаю, что на меня нашло, я больше так не буду, пожалуйста, не злись! - Поговорим завтра. - Отрезал я, мне хотелось побыть одному, и совсем не было желания снова выяснять отношения. - Подожди, пожалуйста, я… - Завтра, Хикэру, - мрачно сказал я, и устало вздохнул. - Иди уже домой. Он сделал два неуверенных шага назад, глядя на меня, а потом ушел. Я закрыл лицо руками, тяжело дыша. Что же он наделал. Почему от его прикосновений я тут же вспыхиваю, как спичка и во мне просыпается это странное чувство и желание? Да и что вообще с ним происходит? Я ведь не могу ему нравиться. Не может этого быть, это абсурд, но все говорило об обратном. А я почувствовал трепет. Значит ли это, что и он мне нравится?       Я стоял так ещё минут двадцать и только потом залез в свою комнату. Первым делом, я подкрался к своей двери и прислушался, чтобы убедиться, что все в порядке. Было тихо. Бабушка, видимо, уже легла спать. Значит все нормально, если бы она обнаружила мою пропажу, вряд ли дома было бы так спокойно. Заснуть этой ночью мне было очень трудно. Я только и делал, что думал о случившемся. Он говорил мне, что ему не нравятся парни, но какие чувства тогда вызываю у него я? И если бы все закончилось только тем поцелуем в медпункте, когда мы оба были во власти адреналина, у меня бы не возникло вопросов. Но сегодня снова. Я отказываюсь верить в то, что мог заинтересовать его в романтическом плане. Это невозможно, это уму непостижимо, по крайней мере, моему.       Послышалась вибрация под подушкой, и я достал телефон. "Все будет нормально?" - написал Хикэру. Нет. Явно не будет. Я выключил вибрацию и убрал телефон на стол. Не хочу с ним разговаривать сейчас. Мне бы разобраться во всем самому. Нет, он не может испытывать ко мне чувств, что за абсурд. Парни не могут быть вместе, так решила ещё матушка-природа. Мне, казалось, что моя голова просто взорвется от всех этих нескончаемых мыслей. Что же теперь делать? Как мы будем общаться дальше?       Следующий день проходил уныло, потому что я, чтобы не допускать левых мыслей, усердно корпел над геометрией, даже не заглядывая в телефон. Мне нужно было отвлечься, подождать, пока в голове все уляжется, а геометрия, как никто в этом могла помочь. Правда за все время, что я ее учил, задач я решил от силы, штук пять, и то однообразных и легких. На часах было семь вечера, когда я услышал тихое "Кавасаки". Сначала я решил, что мне показалось, но мое имя повторилось ещё раз, и я понял, что источник звука на улице. Я подошёл к открытому окну, и увидел Хикэру. Запомнил, значит, мой адрес. - Почему ты не отвечаешь, я же места себе не нахожу! - сказал он. - Я пытался разобраться в ситуации! - так же возмущённо ответил я, опершись на подоконник, и высунувшись в окно. - Подожди, я сейчас спущусь. Я отошёл от окна, достал кроссовки, и, обувшись, вылез на улицу. - Я тебе нравлюсь? - спросил я резко. - Нет… - тихо ответил парень. - А то, что было вчера? - продолжал я. – И в медпункте? - Это была ошибка... - Хикэру посмотрел на меня грустным взглядом. – Прости. Я ему не нравлюсь, он сделал это просто, потому что сделал: так получается, если слушать его оправдания. Может, стоит опять забыть? Может, он и вправду в порыве неведомых эмоций сделал это? Все ошибаются, Хикэру тоже совершил оплошность. Ну и что, что дважды. - Снова ошибка? Хорошо, как скажешь, - сказал я. - Но ты же до сих пор злишься, я вижу, по твоему лицу! - Я уже не злюсь, все нормально. Хикэру промолчал. Мы постояли так несколько минут, было как-то неловко. - Погуляем? - вдруг предложил он. - Ладно, но сначала переоденусь, - я был в своей домашней одежде, расхаживать в ней на улицах города, уж не особо хотелось. Я быстро переоделся в то же, что и надевал вчера, и мы пошли. Наше молчание длилось очень долго. На самом деле, забыть это было сложно, а делать вид, что вчера ничего не произошло, ещё сложней. - Кстати, я познакомился с твоей мамой, - решил нарушить тишину я. - Хотя, она, наверное, тебе уже сказала. - Нет, - холодно сказал парень. - Но я уже догадался, что в тот день, вы виделись. И как она тебе? - Не знаю, - задумался я. - Она показалась мне отстраненной какой-то. - Хах, - раздался раздраженный смешок. Кажется, зря я начал эту тему. С матерью отношения у него явно натянутые. - Она называет тебя Мацуи. Почему? - решился задать я ему этот вопрос. - Я запретил ей называть меня по имени, - ответил парень. - На то были причины. Я в принципе, никому не разрешаю себя так называть. - Почему мне позволил? - удивился я. - Потому что ты, совсем другой, - Хикэру вдруг улыбнулся. - Тебе можно все. А мое имя ты произносишь как-то иначе. Да что же такое? Почему он ко мне так относится. Почему постоянно, как только я пытаюсь, что-нибудь узнать о Хикэру, вопросов к нему становится только больше. - А что за причины такие? - не унимался я, как будто на допросе. - Да так, - улыбнулся он. - Мацуи? - послышался чей-то голос, и мы остановились. Хикэру сразу же помрачнел, когда к нам подошёл какой-то парень. - А это кто? Незнакомец с черными, как смоль волосами, глянул на меня, но, не дождавшись ответа, от, теперь уже угрюмого Хикэру, продолжил. - Ох, новый партнёр? - предположил он. - Нет! - нервно ответил Хикэру. - Думай, о чем говоришь, Сато! - Да ладно тебе, - усмехнулся брюнет. - Я вот с работы возвращаюсь, давно тебя не видел, почему перестал заходить? Или тебя уже не устраивает мой размерчик? Ужасный диалог. Интересно, в этом городе есть хоть один гей, с которым Хикэру не переспал? Откуда он только вообще нашел столько желающих? Ему самому не противно от того, что он делает? Мне вот противно даже представлять. А еще, я снова почувствовал приступ ревности. Что не так со мной? Что за странное чувство? - Блядь! - выругался Хикэру, и, схватив под руку этого парня, отвёл в сторонку. Я внимательно наблюдал за тем, как они разговаривают. - Ладно-ладно! - если до этого они разговаривали тихо, то теперь я отчётливо услышал голос незнакомца. - Но ты приходи, если невмоготу, я-то уж всегда помогу. Он ушел, но как же меня взбесила эта фраза. Хикэру подошёл ко мне и неловко улыбнулся, и все. Во мне явно что-то лопнуло. Это странная ревность снова взяла надо мной верх. - Я так не могу! - сказал я. - О чем ты? - тихо спросил Хикэру. Я, поглядев, что людей на бульваре достаточно много, схватил за руку парня и повел его в малолюдное место. Он смотрел на меня непонимающе, а я сжал кулаки от злости на себя, потому что вел себя, как капризный ребенок. - Прекрати! - потребовал я. - Что? - не понял Хикэру. - Прекрати шататься с какими-то непонятными людьми! Я не хочу тебя ни с кем делить! Это звучит эгоистично, я знаю, но ведь я... Я.... Мне... - я запнулся, ведь, если я не остановлюсь, могу сказать лишнего, хотя, я, итак, уже наговорил. - Я ревную! Хикэру удивлённо смотрел на меня, будто я сказал что-то чудное. Я боялся его потерять, я не был уверен в себе, и видимо, не уверен в нем самом, раз так себя вел. Хикэру не моя собственность, он имеет право проводить время, с кем хочет. Но я не мог остановиться говорить. - Каждый раз, когда я видел следы на твоей шее, мне было так мерзко, но ничто не сравниться с тем днем, когда я увидел вас с Харадой у тебя дома! - выпалил я. - Что? – шокировано, произнес парень. – Ты видел нас? - Да, а потом через день случился этот поцелуй в медпункте, и я не знал, что думать. Что ты вообще чувствуешь, и чувствуешь ли вообще? Я даже решил, что ты просто… - парень прервал меня, закрыв мой рот своей ладонью. - Мне никогда не нравилась Харада, – сказал он. – Я потрахался с ней, чтобы отвлечься от тебя, Кавасаки. Я убрал его руку и злобно посмотрел ему в глаза. Почему меня все так раздражало? Особенно упоминания того, что он с кем-то был. А еще то, что я не мог сказать ему нормально о своих чувствах. - Ты мне нравишься. – Сказал Хикэру. – Я нравлюсь тебе? Я замер. Он мне нравится? Да. У меня есть к нему чувства, но мне так сложно сказать это напрямую. Хикэру ожидал ответа, а я все молчал, в панике - Кавасаки, ответь, я тебе нравлюсь? – повторил он. – Тебе нравится парень? Почему же так сложно ответить “да”. От волнения у меня, кажется, закружилась голова, все плыло. – Я не могу нравится тебе, все просто - тебе кажется. А в дружбе всегда есть место ревности, ты перепутал, - спокойно говорил Хикэру. А я все стоял и хлопал глазами, не в силах произнести и слова. Будто слова закончились и мысли, я был в ступоре, и при всем этом накатывала тревога. – Кавасаки, давай по домам, мне нужно побыть одному, а тебе хорошенько подумать, - Хикэру потрепал мои волосы, и просто развернулся, и пошёл. Он серьёзно хочет уйти? - СТОЙ!! – воскликнул я, вздрогнув от собственного громкого вопля. Мне стало так страшно. Жутко страшно, как будто он уйдёт навсегда, что, если я не скажу ему сейчас, потом будет поздно. – Не… уходи… - сказал я уже тихо. Хикэру остановился, но ко мне не повернулся. - Кавасаки… - сказал он и развернулся, грустно улыбаясь. – Чего ты хочешь? Я влюбился. А ты просто потерянный, одинокий и ничего не понимающий малыш, что нашел во мне спасение. - Хикэру, ты мне нравишься, - собравшись с силами, сказал я, глядя в его глаза. - Нет… - тихо ответил парень. - Ты мне нравишься, - повторил я. - Я не нравлюсь тебе, это твоя щенячья преданность, а не чувства! – он будто пытался убедить в этом себя, нежели меня. - Ты мне нравишься, нравишься, нравишься! Почему ты мне не веришь?! Почему? Что я сделал не так? Прости, что испугался сначала и оттолкнул тебя, но со мной такое впервые… Это чувство для меня ново, я не знал, что делать! – я запаниковал, занервничал, и чувствовал себя чересчур уязвимо. – Ты мне нравишься. Нравишься… Секунда, и я оказался в его объятиях. - Не оставляй меня, Хикэру… - прошептал я, а он взял моё лицо в ладони, а потом стал осыпать его поцелуями. - Прости меня, Кавасаки, я такой дурак… - шептал он. – Я не знаю, что с собой делать, я просто боюсь. Боюсь, что неправильно на тебя влияю, что слишком давлю, я все делаю не так… - он поцеловал меня в нос и посмотрел в глаза. – Прости… Я положил голову на его плечо и обнял. Как же он меня напугал. Как же сильно я привязался. И что же мне теперь делать?       На следующий день, после семи, я пошел к Хикэру. Он очень просил меня прийти, а мне на самом деле было немного неловко. Теперь мне все казалось другим, но ведь, мы не перестаем быть друзьями, как и было раньше? Когда парень открыл дверь, он тут же с порога начал восторженно говорить. - Кавасаки! Я на днях купил новую пластинку! - начал Хикэру, как только я вошёл в квартиру. Он был весь взвинченный, но невероятно довольный. - Что за пластинка? – поинтересовался я, снимая обувь. - Сейчас покажу! – проговорил Хикэру и поспешил в комнату. Я медленно последовал за ним и только вошел в его комнату, как он всучил мне пластинку, на обложке которой было изображение размытой женщины. - Это Митски, она, кстати, наполовину японка - улыбнулся Хикэру. - Альбом, правда, за 2012 год, но меня очень впечатлили ее песни! Послушаем? Я кивнул и Хикэру радостно забрал пластинку обратно, вставил в проигрыватель. И всё-таки, даже движения его были каким-то быстрыми, нетерпеливыми, но от мыслей меня отвлекла песня, которая началась с аккордов на фортепиано, а потом послышался приятный и очень красивый женский голос. Хикэру подошёл ко мне и положив руки на мои плечи, повел к кровати и толкнул, чтобы я сел, бурча себе под нос что-то типа: "чего стоишь, как будто в первый раз тут".       Песня была достаточно унылой, да и я заметил, что репертуар Хикэру в основном был таким. Любил он песни с мелодиями, вызывающие странные ощущения, погружающие в какую-то загадочную атмосферу, в которой царит светлая грусть, будто даже ностальгия по тому, чего никогда и не было.       Парень стал негромко попевать, а потом видимо понял, что жутко фальшивит, поэтому вдруг замолчал, но без его пения, стало как будто пусто. - Я не умею петь, знаю, - улыбнулся он, глядя на меня. - Мне все-равно нравится. - Сказал я. Пусть фальшивит сколько угодно, я люблю смотреть на него, когда он поет. В эти моменты он сияет больше, чем обычно. - Да ладно, что за чепуха! - засмеялся он и улегся на кровать. - Хочу домой! - сказал он вдруг. Пора привыкнуть к тому, как быстро он меняет темы разговоров. - Домой? - не понял я, и посмотрел на Хикэру. - На Хоккайдо… - произнес он тихо, даже как-то грустно. - Я родился в Обира, небольшой поселок в уезде Румои. Мое детство прошло там. А потом после смерти бабушки, мы с мамой переехали в Мориока. Это впервые, когда Хикэру вдруг заговорил о себе. Меня это даже удивило. Хотелось больше послушать о нем. - Хочу снова в Обира. - Вздохнул он. - Я скучаю по бабушке... - А какая она была... Твоя бабушка? - поинтересовался я с осторожностью, боясь, задеть за живое. - О, она была невероятным человеком! - вдруг улыбнулся Хикэру. – Даже несмотря на то, что я был ребенком гайдзин, она меня очень любила, все свое детство, я провел с ней. Она читала мне книги, любила петь, а какую она пекла кастеллу, просто объедение! Я невольно улыбнулся, представляя, как Хикэру за обе щеки уплетает бисквит. - Кавасаки, - сказал парень, и поднялся, приблизившись ко мне, а потом нежно коснулся моей щеки ладонью. – Я говорил тебе, что ты ужасно миленький, когда улыбаешься? Я почувствовал, как загорелись мои щеки после слов Хикэру, он усмехнулся, и оставив мимолетный поцелуй на моем виске, снова посмотрел на меня. - Может, ты не замечаешь, но ты почти никогда не проявляешь эмоций, - продолжил разговор парень. Меня удивило его замечание, ведь мне казалось, что на моем лице изображены все мои переживания. - Разве? – спросил я, глядя в глаза Хикэру. - Да, честно говоря, меня это сначала в тебе немного пугало, но со временем я стал замечать, что тебе не чужда эмоция злости. Я часто тебя злю, правда? – он хихикнул, я знал, что он шутит, но неужели я так часто злился? - Нет, - задумался я. – Нет, не часто, почему ты так говоришь? - Я могу тебе перечислить, сколько раз я видел твое злое лицо, - Хикэру улыбался, а я воспринимал этот разговор всерьез. – Да ладно, ты чего так задумался? Это нормально, я, действительно, могу быть раздражающим. - Наверное, я злился, когда ты что-то недоговаривал, - предположил я. – И когда я ревновал. Лицо Хикэру вдруг стало серьезным, и он вздохнул. Почему-то я посчитал, что сейчас самое время, задать тупой, но волнующий меня вопрос. - Тот парень, которого мы вчера встретили, вы были в отношениях, да? - тихо спросил я, повернув голову к Хикэру. Он тут же встрепенулся и посмотрел на меня. - Нет, - спокойно ответил парень, несмотря на его лицо полное негодования. - Нет. Он отвратительный. Но это не мешало ему проводить с ним время. Нужно быть совсем идиотом, чтобы не понять их близость. Этот парень смотрел на Хикэру, как на добычу, как на что-то принадлежащее ему. - С чего это ты взял? - спросил Хикэру. - Его глаза тебя пожирали, - ответил я и лёг обратно на спину. - А если бы ты считал его отвратительным, ты не проводил бы столько времени с ним. Но это так, просто мои глупые выводы.       Парень молчал долгое время, я уже хотел подняться, как вдруг он, неожиданно, уселся на меня, глядя в глаза. Моё сердце пропустило удар от этого его резкого действия, от ощущения веса его тела на мне. - Мы не встречались, - сказал он нахмурившись. - Я не испытываю эмпатии к людям. Для меня любое построение социальных связей лишь наличие в них выгоды. Я мог жить у Сато в квартире сколько угодно, и поэтому он был мне полезен. Я отвёл взгляд после его злобной тирады. Мне было очень некомфортно от того, что Хикэру решил на меня залезть. К чему это вообще было нужно? - Выгода? - спросил я тихо. - Тогда, в чем же выгода быть со мной? Действительно, я не видел ничего полезного ни в отношениях, ни в дружбе со мной. Это меня даже расстраивало. - Ты... - его голос смягчился. - Во всех правилах есть исключения, ты являешься исключением в моей идеологии жизни. - Безосновательно, - прошептал я. - Почему в твоём понимании, все должно иметь какой-то смысл? - Потому что, мне кажется, что твоя идеология отчасти правдива. Взаимоотношения людей — это взаимная выгода. А вот от меня толку-то нет, но ты подружился со мной. Даже несмотря на то, что я изгой. И я даже не какой-то там интересный, многосторонне развитый изгой-ботаник. Я, правда, незаметный и бесполезный. На твоём месте, я бы себя никогда не заметил. Людей привлекают те, кто на них очень похож, либо же является противоположностью, а я ничего из себя не представляю. И... - мой речевой поток прервался, Хикэру закрыл мой рот своей ладонью, очередное действие, которое вогнало меня в краску. - Хватит, - сказал он. - Я бы хотел, чтобы ты на пару секунд оказался мной и понял, каким замечательным тебя вижу я. Я смотрел на парня, все еще с зажатым ртом и чувствовал, что у красноты моего лица нет предела. - Расслабься, - прошептал Хикэру, приблизившись, говоря мне в ухо. Мурашки пробежались по телу. После слов "расслабься" было сложно это сделать. Я только сильней напрягся. Парень, наконец, убрал руку с моего рта, и я почувствовал его губы на своих. Это было секундное "чмок", просто столкновение наших губ и ничего больше. - Так-то лучше, - сдерживая хихиканье, произнёс Хикэру. - Теперь ты расслабился. Он взял моё лицо в свои холодные ладони, и снова приблизился. - Приоткрой губы. Я послушно сделал то, что он велел, сам не понимая, что я вообще делаю, и почувствовал его мягкие, влажные губы, что захватили мои. Моё сердце будто билось в агонии, пока Хикэру меня целовал. Мне стало так жарко, и я открыл для себя новое ощущение. Приятное волнение в животе и слегка тянущееся чувство внизу. Парень отпрянул, глядя мне в глаза. - Когда у тебя такой стеклянный взгляд, мне неловко, - Хикэру слез с меня и улегся рядом, глядя в потолок. Я смотрел на его профиль, моё сердце все никак не успокаивалось. Парень продолжал смотреть в потолок, видимо ему было стыдно смотреть на меня. А я чувствовал себя идиотом от того, что молчал. - Я рад, что встретил тебя. – Сказал я, немного смущаясь. – Ты стал для меня светом. Для меня было в новинку говорить о таком. Я никогда никому не говорил подобное, наверное, это равносильно признанию в любви. Сложно говорить о своих чувствах, когда тебе не показывали такую модель поведения в детстве. Поэтому мне стало, почему-то стыдно от своих слов, будто я сказал что-то непристойное, будто я прямо сейчас взял и разделся перед ним, или… скорее оголил душу? Мне, казалось, что в этот момент я был таким уязвимым. Хикэру посмотрел на меня удивленными глазами, и я совсем разволновался о том, что сказал. Мои щеки стали гореть от стыда, и я отвел взгляд, а потом и вовсе повернулся в противоположную от Хикэру сторону, но вдруг почувствовал, как он уткнулся лбом в мое плечо. - Ты навсегда в ответе за того, кого приручил. – Усмехнулся он, и я посмотрел на него. В нашем случае прирученных двое. И что теперь с нами будет? Почему у меня такое плохое предчувствие?       В один из дней Хикэру приехал ко мне на велосипеде. До этого часа, я и не знал, что он у него имеется. Я стоял у окна и разглядывал Хикэру, пока он прислонял велосипед к дереву. На нем снова была забавная футболка. На этот раз зелёного цвета с крохотными лягушатами. - Кавасаки! - сказал он, улыбаясь. - Ты умеешь кататься на велосипеде? - Нет. - Я помотал головой и вздохнул. У меня его и не было никогда. С самого детства родители стремились исправить мое умственное развитие, поэтому ни о каких видах развлечения не могло быть и речи. Меня не выпускали даже поиграть на улице, с самого детства я был отстранен от общества. - Хочешь, научу? - поинтересовался парень. - Вряд ли это хорошая идея… - проговорил я быстро. Чтобы научиться кататься на велосипеде, мне придется падать. Значит, будет больно, а болевой порог у меня низкий. - Спускайся, сейчас все решим! Я быстро переоделся и спрыгнул из окна. Хикэру стоял у велосипеда, глядя в телефон. - Тут неподалеку отличное пространство, чтобы поучиться! - воодушевленно сказал он. - Это я так, если ты надумал. Надумал ли я? Все новое меня пугает, и это не исключение. Но мне все же всегда было интересно, как люди ездят на велосипеде. Они крутят педали с такой лёгкостью, будто все это совсем несложно. - Н...научишь меня? - проговорил я неуверенно. - Конечно! - улыбнулся парень. - Пошли!       До пункта назначения мы дошли быстро. Это был сквер, и на удивление в нем почти не было людей. Дорожки были выложены из плитки, они были ровными, идеально для новичка, чтобы ездить. - Принцип простой, - говорил Хикэру. - Залезаешь, и начинаешь крутить педали. Сначала быстро, чтобы успеть поймать равновесие, потому что, если не сможешь, велосипед начнет заваливаться на бок. - Звучит слишком просто. - Проговорил я тихо. - Уверен, что на деле, у меня не выйдет. - Я подстрахую, не переживай! - улыбнулся Хикэру, и я кивнул ему. Я закинул ногу через раму, держа велосипед за руль, присел на седло и задумчиво глянул на педаль. - Ой, тебе нужно оттолкнуться, поэтому всегда делай вот так, - сказал Хикэру и показал мне, как прокрутить педаль, чтобы она не была снизу, а находилась наверху. Я снова сел, поставил ногу на педаль, стал давить вниз, одновременно быстро переставляя свою вторую ногу на вторую педаль. Мне удалось прокрутить два раза, и велосипед стал падать, но Хикэру ухватился за багажник, чтобы предотвратить падение. - Неплохо! - сказал он. - Крути педали быстрее и все получится. - Хорошо... - ответил я и снова поднял педаль вверх, как учил Хикэру и приготовился. Я снова оттолкнулся, стал крутить педали и... Поехал! Я действительно ехал, ветерок стал обдувать мое тело, мне стало так весело. - Получилось... - прошептал я, а потом не смог удержат восторженного крика, - ВАААААААУ!       Ветер дул в лицо, все вокруг будто-то бежало за мной, но я был быстрее. Это было невероятно, однако чувство эйфории сменилось на панику, как только я понял, что не знаю, как тормозить. А потом заметил, что далеко впереди дорожка поворачивала вправо. От страха, я забыл, как крутить педали, тут же потерял равновесие. - Хикэру?! - произнес я нервно, уже падая, и понимая, что его нет рядом. Все случилось быстро, я даже сначала не понял, когда приземлился, но почувствовал тяжесть велосипеда, который упал на меня, и я осторожно вылез из-под него, отползая на траву, что росла по обеим сторонам от дорожки. Упал я не сильно, но ободрал ладонь и коленку об плитку, вторую ногу разодрал об педаль велосипеда. Надо было надеть джинсы, может, меньше увечий бы заработал. Боль ощущалась очень сильно. - Кавасаки! - передо мной плюхнулся запыхавшийся Хикэру, разглядывая меня испуганными глазами. - Прости! Я ужасный учитель! - Все в порядке. – Успокоил его я. - Твой велосипед цел? - Да, что с ним можно случиться? - фыркнул парень. - Велосипед - просто вещь, а вот ты… ты как? - Ничего страшного, - проговорил я устало, и прилёг на траву, глядя на темное небо. С такого ракурса мир казался совсем другим, будто я где-то в другой вселенной. Хикэру лег рядом и тоже устремил взгляд вверх. - Прости, я не успел, - сказал он, глядя на небо. - Все ведь хорошо, перестань извиняться, - прошептал я, повернув голову в сторону парня, разглядывая его профиль. - Звёзд не видно… - пробормотал он. - Когда-нибудь, я увезу тебя в Обира! Покажу тебе настоящее звёздное небо… Я улыбнулся, кажется он заметил это, и повернулся ко мне лицом. На небе этого города нет не единой звезды, но одна из них была передо мной: такая яркая, светящейся и дарящая надежду звездочка. (Phantogram–Blackoutdays) - О чем ты задумался? - поинтересовался Хикэру. - Да так… - ответил я, ощутив мягкое прикосновение ладони парня к моей щеке, а потом Хикэру потянулся ко мне и почти, коснувшись моих губ, отстранился. Мы уловили издалека какие-то голоса, кажется, в эту сторону кто-то шел. Мы оба молниеносно отпрянули друг от друга. В конце аллеи и вправду шли двое человек, что-то обсуждая. Я поднялся с земли, Хикэру последовал моему примеру, и поднял велосипед. Мы посмотрели друг на друга и оба смущённо перевели взгляды в сторону. - Пойдем. - Сказал парень, и я последовал за ним.       Мы уселись на скамейке, под фонарем. Хикэру стал шарить в карманах своих джинсов, и вскоре вытащил оттуда пластыри и две маленькие этикетки. Я присмотрелся и понял, что это одноразовые спиртовые салфетки. - Я предполагал, что ты можешь упасть, поэтому немного подготовился! -усмехнулся Хикэру и взял мою руку, слегка повернув, чтобы было видно ободранную сторону.       Я молча наблюдал, как парень бережно обрабатывает эти незначительные ушибы. Было неприятно от жжения спирта, но я делал вид, что все хорошо. Почему я так сильно ощущаю боль? Ненавижу это чувство, и почему оно вообще досталось именно мне? Мне, которого постоянно бьют, ирония какая-то. - Давай ногу, - сказал Хикэру. - Я сам… - ответил я смущенно, и взял из рук парня новую салфетку, прижав ее к ране на колене и прикусил губу, было намного больнее, чем когда мне обрабатывали руку. - Тебе настолько больно? - спросил вдруг Хикэру, и я медленно повернул к нему голову. - Да... - пробормотал я. - С детства сильно ощущаю боль, очень напрягает, особенно когда... Особенно, когда меня бьют. Я замолчал и отвернулся. Не хотелось, чтобы наш разговор коснулся этой щепетильной темы. Я пару раз прошёлся салфеткой по второй ноге и, наконец, выпрямился, глянув на Хикэру. - Попробую прокатиться ещё раз, - сказал я, пытаясь исправить какую-то гнетущую атмосферу. - Нет уж! - возмутился парень. – Ты, итак, весь в ссадинах, снова упадешь, и будет ещё больней! Давай лучше, в следующий раз... - Ну ладно, - ответил я, пожав плечами. - У меня есть идея получше! – воодушевленно произнес Хикэру. – Я ведь могу тебя покатать! Садись на багажник! - Ты уверен? – звучало это сомнительно, но еще мгновение, и Хикэру уже схватил меня за руку и потащил к велосипеду. Мне не оставалось ничего, кроме как довериться ему. Я уселся позади Хикэру, боком, и схватился за багажник, на котором и сидел. Пока я думал, как бы не задеть спицы, парень поехал, и я моментально немного приподнял ноги, чтобы не задеть колесо. - Все хорошо? – спросил Хикэру. - Д..да – проговорил я быстро.       Мое тело полностью было напряжено, потому что мне казалось, что если я хоть на секунду расслаблюсь, то упаду. Но чем дольше мы ехали, тем спокойней мне становилось, наверное, я привык. Поэтому через пять минут я уже разглядывал дома, людей, мимо которых мы мчались. Все было волшебным, я не мог сдержать улыбки.             Умиротворение разлилось по венам, и ощущение реальности будто изменилось. Все было прекрасно в этот момент: и город, и небо, которое стали захватывать темные тучи, и Хикэру. Особенно Хикэру.       Мы ехали по узкой дорожке какого-то парка, усаженного деревьями, рождалось ощущение, что мы едем по лесу. Воздух пропах приближающимся дождем и вскоре нас окутал прохладный, свежий ветер. - Сейчас начнется! – проговорил громко Хикэру. И после его слов я стал ощущать падающие с неба большие капли. Раз капнуло, два, три, а потом резко окатило, как из ведра.       Ливень. Я вслушивался в эти звуки: листья деревьев шелестели от ветра, дождь барабанил по всем поверхностям. Мир был прекрасен, и мне было все равно, что мы промокли до ниточки. Я продолжал улыбаться. - Ты не замерз? – послышался голос парня. - Нет, – откликнулся я. – Знаешь, я еще никогда не был так счастлив… Меня действительно переполняло это наиприятнейшее чувство эйфории. Мы остановились у небольшой беседки, чтобы переждать дождь. Я спрыгнул с велосипеда, ноги затекли от неудобной позы, но оно того стоило. - Идем-идем скорее, итак, мы промокли! – проговорил Хикэру, затягивая меня в укрытие. Я уселся на скамейку, и парень плюхнулся рядом. Дождь тарабанил по металлической крыше беседки, стекал по ней прямо в лужи. Мы были окружены звуками. Я посмотрел на Хикэру, его мокрые волосы прилипли к лицу, слегка закрывая глаза, и я коснулся одной из прядей, нежно отодвигая в сторону. Парень устремил на меня взгляд, а потом поймал мою руку, опустил, приблизился, и едва коснувшись моих губ, отстранился, глядя на меня, молча. Я ощутил щекочущее касание пальцев к своему затылку, потом к шее. Прикосновения парня вызывали мурашки по всему телу. - Можно, поцеловать тебя? – тихо спросил парень. - Зачем ты спрашиваешь? – спросил я. - Не знаю… Вдруг ты не хочешь… - Хочу, – прошептал я, и он снова приблизился, я по инерции приоткрыл губы и ощутил влажное прикосновение его губ. Мы целовались медленно, иногда останавливаясь, с нежностью глядя друг на друга. Мне казалось, что я таю от происходящего, в этот момент я забыл обо всем. Я бы хотел, чтобы это не заканчивалось.       К сожалению, в воскресенье приехали родители, а это означало лишь одно: я больше не смогу сбегать из дома, хотя у меня прокрадывалась мысль, что я мог бы выбираться наружу, когда все лягут спать. Но для начала, я все же решил спросить, не могут ли меня отпускать, хотя бы на час. Надежда ведь умирает последней, поэтому я, грея ее, пошел к матери, что сидела на кухне и пила чай. Увидев ее, я засомневался, и сделал вид, что пришел выпить воды. Постояв с пустым стаканом, я взял волю в кулак и повернулся к ней лицом. Она не обращала на меня внимания. - Можно мне выходить погулять? - сказал я очень неуверенно. Мать глянула на меня безразличным взглядом. - Каникулы уже заканчиваются, тебе нужно успеть подготовится к школе, поэтому нет. - Сказала она холодным голосом. До конца выходных и вправду оставалось всего пять дней, но я не смогу не видеть Хикэру так долго. - Пожалуйста, всего час, ни минутой больше… - тихо сказал я. - Нет! - она кинула на меня уже раздраженный взгляд. - Откуда такое рвение? - У... У меня появился друг… – решил я признаться. Я надеялся, что это поможет. Разве это не должно поднять меня хоть чуть-чуть в ее глазах. Она ведь думает, что со мной совсем все плохо. Мать и вправду удивилась, но ее удивление быстро исчезло, а на губах появилась усмешка. - У тебя? Друг? - сказала она как-то едко. - Иори, не смеши меня, кому в голову придет с тобой дружить? Каждую частичку моего тела стало пронзать раздражение, да ещё и так сильно. Рядом с Хикэру у меня появлялась небольшая уверенность в том, что я чего-то стою. Он меняет мой поток мыслей. - У. Меня. Есть. Друг. - сказал я уже намного смелее. - Такой же недоумок, как и ты? - рассмеялась она. - Не говори так о нем! - пусть поливает грязью меня, сколько хочет, но о Хикэру никто не имеет право говорить в таком ключе. Мать вдруг резко встала из-за стола. Выглядела она очень злобно, не удивительно, я ведь повысил голос. - Как ты смеешь разговаривать со мной в таком тоне?! - воскликнула она. Вот и нашла повод выместить все свое раздражение. Я промолчал, лишь с ненавистью глядел в ее глаза. - Уйди в комнату! - потребовала она. Я ушел. Надежда всё-таки умерла, но мысль о побеге ночью не давала мне покоя. После одиннадцати ночи, родители уже точно спят, в мою комнату не зайдут. Я предупредил Хикэру о том, что меня никуда не пускают, и поделился своим планом. Но его ответ мне не удалось прочитать. В комнату зашла мама, строго глядя на меня. - Почему ты сидишь без дела? - спросила она, и я вздрогнул. - Я собираюсь...- сказал я, но меня прервали. - Открывай геометрию, я буду за тобой наблюдать.       Да, конечно, она специально. Ищет повод, чтобы меня ударить. В геометрии мне разбираться сложнее всего, так что, я уверен, что от моих рук после наших занятий, ничего не останется.       Я приступил к задачам и началось. Мать била меня при первой же возможности. Она даже не давала мне времени на раздумья. От этого, конечно, ничего бы не изменилось, но теперь я понял точно, что сейчас ей абсолютно все равно на то, понимаю я или нет. Ей хотелось бить меня. От того, что я целую неделю не испытывал физической боли, ее удары казались мне в сто раз хуже, чем обычно. А может, это она решила выместить всю злобу, нанося удары со всей силы. Этот вечер казался мне бесконечным, хоть мать "занималась" со мной от силы час. Когда она ушла, мне вдруг стало так отвратительно от себя. Я снова ощутил свою ничтожность, а та тьма, что рассеялась, благодаря Хикэру, вновь поглотила меня.       Я улёгся на кровать, обняв подушку. Ничтожество. Ничтожество. Ничтожество. Как же глупо полагать, что я на что-то способен. Я почти не занимался уроками, пока не было родителей, я сам виноват, и мать все же правильно сделала, что била меня сегодня. Но сколько бы меня не били, я не становился лучше, а лишь снова и снова понимал, какой же я идиот, и с каждым разом все больше испытывал вину. Я не сделал ничего, чтобы со мной обращались по-другому, все правильно.       Я даже не заметил, что заснул, но разбудил меня тихий стук. Я резко встал, и чуть не упал, в глазах потемнело. Спросонья я не сразу понял, откуда доносился звук, а потом до меня дошло, что это окно. Кто это мог быть, если не Хикэру. Он, наверное, залез бы в мою комнату, если бы окно было открыто, но сегодня открыта была только форточка. Я медленно подошёл к окну, а потом открыл его, высунувшись наружу, глядя на Хикэру. Он выглядел взволнованным. - Прости... Ты спал? - тихо спросил парень. - Ты не отвечал на мои сообщения, я подумал что-то случилось... - Забыл тебе ответить, - вздохнул я. - Ты выйдешь? - поинтересовался Хикэру, а я удивился тому, что не хотел. Я ничего не хотел. Снова это опустошение, затягивает меня в свои сети. - Нет, - ответил я. - Что с тобой? - Хикэру вглядывался в мое лицо, будто пытаясь найти ответ. - Ничего, просто хочу спать, - соврал я. - Извини, что не ответил, я, правда, забыл... Но не успел я даже закончить, как Хикэру стал взбираться в окно. - Стой! - тихо сказал я, но он не послушал и через мгновение уже сидел на подоконнике, глядя мне прямо в глаза в этом полумраке. - Что случилось? - более настойчиво повторил он, я хотел отойти подальше, но он схватил меня за запястье, а потом притянул к себе. Было больно от его прикосновений, но я не подавал виду, и очень хотел, чтобы он не заметил это безобразие на моих руках. Как назло, на мне была футболка, не прикрывающая руки. Тьма, царящая в комнате, спасала меня, но из-за света фонарей, можно было все прекрасно разглядеть. - Черт, - сказал он, опустив глаза на мои запястья. Он тут же отпустил меня. - За что? - Да как обычно, - ответил я. - Учеба даже не началась! - возмущался он тихо. - Повторяли материал, но что там повторять, когда в голове пустота. Я идиот. - Ты не идиот! - Хикэру аккуратно взял мою руку и стал разглядывать, а потом медленно поднес к своему лицу, и поцеловал запястье. Я замер, а по телу пробежались мурашки. - Ты не идиот, запомни это. - Повторил парень, а потом притянул меня к себе и обнял.       И снова в его объятиях мне полегчало. Я расслабился и закрыл глаза. Как же хорошо, когда во всей этой необъятной вселенной есть хотя бы один человек, который на твоей стороне. Я посмотрел на Хикэру, и впервые, мне так сильно захотелось его поцеловать. Обычно, он всегда был инициатором, но сегодня я решил взять эту роль на себя, и приблизился к его губам и оставил мимолетный поцелуй. Хикэру посмотрел на меня так, будто я сделал что-то невероятное, меня это очень смутило. - К…Кавасаки? – сказал он как-то испуганно, что даже мне это волнение передалось, может, я сделал что-то не так? - Ч…что такое? – спросил я, глядя на взволнованного парня. - Я… я правда… тебе нравлюсь? – он смотрел на меня так, словно мой ответ должен был решить его судьбу. – Ты действительно считаешь, что… это нормально? Я такой эгоист, я даже не дал тебе высказаться по поводу того, что именно ты чувствуешь…Т…такое бывает, что тебе просто могло показаться… это ведь твой первый опыт в отношениях… Да, ты, говорил, что тебе приятны мои прикосновения, но это могло быть ложное чувство… - он путался в мыслях, я даже заметил, что его руки стали подрагивать, почему он так боится? Я смотрел на Хикэру, и не понимал, откуда в нем такая неуверенность в том, я он мне действительно нравится. Мне, казалось, что тут только я переживаю из-за того, что между нами происходит. - Хикэру… - я сжал его холодные, дрожащие ладони и улыбнулся. – Я уверен в своих чувствах. Мое лицо обдало жаром, я посмотрел в сторону и тут же почувствовал легкий поцелуй на своей щеке. - Я так счастлив… – прошептал Хикэру. – Я безумно счастлив.       Я, наконец, повернул голову, я взглянул в его глаза. Его взгляд был полон любви и благодарности, никто не смотрел на меня так, и я почувствовал такую приятную легкость, и казаться все стало таким ярким, а в душе поселились спокойствие и радость. Я был уверен, что теперь все будет хорошо, что жизнь моя изменится, ведь я больше не одинок.       Я снова приблизился и поцеловал Хикэру уже иначе. Он ответил на поцелуй, притянув меня еще ближе к себе, сомкнув свои руки за моей спиной, будто боялся, что я улизну. С каждым поцелуем, мое сердце пропускало удар, а по телу разливалась истома. Я положил свои руки на бедра парня, чтобы было удобнее, он вздрогнул, на секунду отпрянул, посмотрел на меня и снова прильнул к моим губам, и неожиданно для меня, слегка прикусил мою нижнюю губу, а потом я ощутил прикосновение кончика его языка к месту укуса. Я почувствовал, как учащается дыхание Хикэру, да и сам я уже забыл, как дышать. Язык парня бесцеремонно проник в мой рот, я резко отпрянул, восстанавливая дыхание, глядя на Хикэру. Я впервые видел его таким смущенным, его щеки покрылись румянцем, он глядел на меня томным взглядом. - Я… немного забылся, прости… - прошептался Хикэру, уткнувшись лбом в мое плечо. - Странные ощущения… - прохрипел я. - Тебе не понравилось? – Хикэру поднял голову и заглянул в мои глаза. А я не знал, что ответить. Я и сам не понял, что именно я почувствовал, это было ново для меня, поэтому я и отпрянул. Вдруг послышался странный звук за дверью, и я вздрогнул, вдруг это мама? Я быстро отпрянул и окинул Хикэру испуганным взглядом, но потом услышал, будто кто-то скребётся и выдохнул. - Это Лис, - прошептал я, облегченно выдохнув. - Лис? - не понял парень и я улыбнулся. - Мой кот, сейчас я вас познакомлю, - я подошел к двери, приоткрыл ее. Лис зашёл в комнату с важным видом, и стал тереться о мои ноги, призывая к тому, чтобы я поднял его и стал тискать. - Извини, что долго, - говорил я ему. - Ты соскучился, да? Лис довольно замурлыкал, когда я почесал его ушком. Я повернулся к Хикэру, он с интересом наблюдал за мной, и я подошел к нему. - Миленький… - сказал он, и я почему-то уловил лживые нотки в его голосе. А еще Хикэру смотрел на Лиса с каким-то пренебрежением, которое он пытался скрыть. Он протянул руку, чтобы погладить Лиса и тут случилась странное: мой, всегда спокойный кот, вдруг стал дёргаться, вырываться, а потом истерично мяукнул и поцарапал руку Хикэру. - Лис! - удивился я, он выпрыгнул из моих рук, убежал к двери и стал шипеть. Я посмотрел на Хикэру, и испугался его мрачного лица. Мой взгляд упал на его руку. На тыльной стороне ладони виднелись три продольные царапины, из которых сочилась кровь. - Прости... - проговорил я с ужасом. - Никогда ещё Лис себя так не вел, прости... я за аптечкой! Я подскочил к коту, схватил его и вышел. Аптечка находилась в ванной. Я поставил Лиса на стиральную машинку, и, достав аптечку строго на него глянул. - Что на тебя нашло? - проговорил я, а Лис запрыгнул на меня, я еле успел его схватить, чтобы он не поцарапал меня и не испортил одежду. Он мяукнул и замурчал. Ну что за хулиган! Моя злоба сразу же прошла, и я погладил Лиса, но тут же, опустил его на пол и поспешил обратно в комнату. Хикэру все так же безмолвно сидел на подоконнике, пока я обрабатывал ранки, и клеил на них пластыри. Меня напрягало то, что он молчал. - Ты злишься? - спросил я, удерживая его руку, хоть уже и закончил. - Нет. – Сказал парень, но этот ответ не внушал доверия. - Не злись, прошу, – я взял его лицо в ладони. Хикэру был напряжен, но с каждой секундой эта напряженность улетучивалась, он расслаблялся. Я посмотрел прямо в глаза парня, пытаясь понять, все ли в порядке. - Не смотри так, я не злюсь, правда, – сказал он, а потом сунул руку в передний карман джинсов и вытащил что-то, он взял мою руку, раскрыл ладонь и что-то вложил в нее. Это был MP3-плеер с наушниками. - Это тебе. Я накидал туда песни, которые тебе понравились, ну и ещё те, которые мне показалось, могут тебе понравиться. Так что, теперь ты сможешь слушать музыку.       Я все это время смотрел на Хикэру, не находя ни одного слова, которое могло бы выразить эту гигантскую благодарность. Я давно мечтал об этом. Ночью я достал подаренный плеер и включил музыку. Как же это чудесно. Я всегда видел людей, которые ходят в наушниках, и вот, наконец, и я до них дорвался. Музыка будто звучала в голове, как же это приятно. Я слышал каждую, добавленную Хикэру песню до конца. Он не прогадал ни с одной. Мне понравилась все, абсолютно. Я достал свой телефон и написал Хикэру сообщение: "Теперь моя самая любимая песня TaekoOnuki– 4:00AM". Мне понравился вокал исполнительницы, и концепт песни. Она навивала какую-то приятную грусть, даже ностальгию по тому, чего у меня и не было. Мне это пришлось по душе. "Знал, что теперь понравится, я рад" - ответ пришел моментально. "Спасибо, это бесценно :). И спокойной ночи" - написал я. "Спокойной ночи, Кавасаки"       Весь следующий день я просто ждал ночи. А, как известно, чем сильней ждешь, тем медленней тянется время. Наконец, когда все легли спать, я перелез через окно на улицу, и, сделав всего пару шагов от дома, увидел Хикэру, идущего ко мне на встречу. Заметив меня, он улыбнулся и ускорился, а потом, остановившись рядом, обнял. - Наконец-то, – проговорил парень, а лишь молча приобнял его в ответ. От Хикэру, как и всегда пахло порошком, однако помимо него, я учуял еще один запах. Снова сигаретный дым. Может, мне кажется? Я решил не заострять на этом внимания.       Мы пошли в небольшой парк, где было искусственное озеро. В жаркие дни – это местечко просто спасение. Наверняка вечером здесь не протолкнуться, так как люди толпами валят к воде, чтобы скрасить душные вечера. После полуночи здесь, конечно, никого нет. Бульканье воды, сопровождается шелестом листьев. Тишина и умиротворение. Мы сели недалеко от воды, прямо на траву, под ивой. В озерной глади отражался желтый свет фонарей, но иногда ветерок рябил воду. - Хикэру… - тихо сказал я, и он повернул ко мне голову. – Ты куришь? Парень сначала удивился, а потом слегка улыбнулся и поправил спадающие на лицо волосы. - Заметил, да? – сказал он. - И как давно? – поинтересовался я, уставившись в воду. - Хммм… - задумался парень, - Года три уже. Я пытался бросить, знаешь, я вообще не особо люблю леденцы. Просто подумал, было бы неплохо заменять желание покурить чем-то другим, но это не спасло. - Вот как… - сказал я задумчиво, кажется, мои мысли были где-то вдалеке. - Ненавижу сигареты. – Вдруг сказал Хикэру и я непонимающе на него уставился. - Но при этом куришь? – сказал я, глядя в его погрустневшие глаза. - Ага, – парень печально улыбнулся. – У меня с ними абьюзивные отношения. Сигаретный дым напоминает мне ужасные моменты жизни, но бросить не получается. Парень замолчал, и мы просидели в тишине пару минут, пока я ее не нарушил. - Что с тобой произошло? – спросил я. Он ведь никогда не рассказывал подробно о своей жизни. - Боюсь, я не в силах рассказать об этом тебе, – ответил Хикэру и коснулся пальцами моей шеи. Они были холодными, и я вздрогнул. - Почему? – не понимал я. – Тебе сложно вспоминать эти события? - И нет, и да… – сказал он и отвел взгляд. – Давай не будем об этом… Я промолчал. Хикэру… через что же ты прошел, что не можешь рассказать. Парень положил свою голову на мое плечо и сплел наши пальцы в замок. - Ты больше меня не оставишь…- прошептал он, но посвящались эти слова будто не мне. Нет, не будто, а точно. Он сказал это не мне. - Что? – спросил я, не понимая. - А… ничего… - нервно ответил парень, и оставил поцелуй на моей щеке. – Я задумался.       Снова начались школьные будни. В первый день учебы, я не заметил ничего необычного, все было, как всегда, а вот на второй, я вдруг понял. Кого-то не хватало. Нас ведь было двадцать один человек в классе, а сейчас двадцать! Я бегал по своим одноклассникам глазами, ища кого нет, и вдруг до меня дошло. Не хватало Харады. Интересно, почему ее нет? Она никогда не пропускала, может, заболела, а в прочем, меня не должно это волновать. Чего это я вообще задумался о ней? Но ее отсутствие продлилось неделю, и учителя молчали, а мне стало интересно, что могло произойти. - Чего задумался? - послышался голос Хикэру над моим ухом. Если я скажу ему, о чем думаю реально, он обязательно возмутился. Он ведь ненавидит ее, лучше промолчать и не портить настроение ни себе, ни ему, напоминая о прошлых событиях. - Да так, ничего особенного. Может узнать у учителя, почему Харады нет? Но я обещал Хикэру никогда о ней не вспоминать. Ладно. Не буду ничего делать. Но почему-то мне казалось, что это неспроста. Почему я такой подозрительный? Когда-то меня абсолютно ничего не волновало, и с каких пор это изменилось? После занятий я медленно собирал учебные принадлежности в рюкзак и уловил краем уха очень интересный диалог. Две мои одноклассницы тихо разговаривали, но я смог услышать. - Ты слышала? Говорят, Харада в больнице, - шептала одна. - В больнице? - удивилась вторая. - А я слышала, что она вообще перевелась в другую школу... - С ней что-то случилось на каникулах, она попала в больницу, и родители в срочном порядке забрали документы из этой школы! - Кавасаки, ты идёшь? - передо мной резко возник Хикэру, я кивнул. "В главную городскую больницу" - долетел до меня обрывок фразы. Вот это новости. Что же с ней случилось, представить не могу. Да и насколько же все серьезно, если она до сих пор в больнице. - Кавасаки, да что с тобой? Ты завис? - прерывал мои мысли Хикэру. - Извини, - улыбнулся я, и, закинув рюкзак на спину, пошел к выходу из кабинета.       И все же мне не даёт покоя эта ситуация, и почему в глубине души, у меня зарождается чудовищная и отвратительная мысль, что в этом всем замешан Хикэру. Как я могу так думать о нем? Разве он способен на что-то ужасное? Разве я не доверяю ему? Он же обещал мне не трогать ее. - Ты заметил, что Харада перестала ходить в школу? - всё-таки я решил завести разговор на эту больную тему, но, к удивлению, Хикэру был спокоен, как никогда. - Да, заметил, - ответил он. - Странно как-то. Парень в ответ лишь пожал плечами. Его лицо не выражало абсолютно ничего. А может мне навестить ее? Хикэру вряд ли такая идея придется по душе, поэтому сделаю это по-тихому.       Я соврал ему, что мне срочно нужно домой сразу после школы, и мы, попрощавшись, разошлись в разные стороны. себя Я чувствовал себя предателем, но мне нужно было увидеть Хараду, я даже не могу объяснить эту тягу. Просто было ощущение, что нужно с ней поговорить, во что бы то ни стало. Я доехал до городской больницы на автобусе, в регистратуре смог назвать лишь фамилию своей одноклассницы, ведь имени я не помнил, но подходящая по возрасту у них числилась лишь одна девушка. Наконец, я поднялся на нужный этаж, и прошел по коридору, остановившись у двери в палату. Я постучался, а потом приоткрыл дверь. Кровать была, видимо с другой стороны, и моему взору открылась лишь стена и ещё одна койка, но пустующая. - Кто там? - послышался голос девушки, и я открыл дверь и вошёл внутрь, посмотрев в ее сторону. Она выглядела измученной. Харада заметно исхудала, была растрепанной, под глазами круги. Что же с ней произошло такое? - Т...ты? - удивилась она. - Зачем ты тут? - Привет... Прости за беспокойство, тебя не было давно в школе... Я услышал, что ты здесь... - говорил я, обрываясь на фразах, потому что не знал, что и сказать. - Я уже не учусь в той школе! - проговорила она злобно, а потом устремила на меня свой строгий взгляд. - Ты же не просто так пришел? Что хотел? - Просто хотел узнать, что произошло? - мне стало как-то неудобно, а то, что я пришел сюда, мне казалось очень глупым. Мы совсем не контактировали с Харадой, а тут я врываюсь с расспросами. - Что произошло? - ее голос стал тихим, а злость сменилась испугом. - Даже не думай, что я тебе хоть слово скажу! - вдруг сказала она и отвернулась. Что? Не понимаю ее. Я опустил взгляд на ее руки, запястья были перебинтованы, она резала вены? Я вздрогнул. Она хотела покончить с собой, что подтолкнуло ее на такой отчаянный поступок? - Почему...ты не хочешь говорить? - тихо спросил я, а потом она вдруг повернулась ко мне лицом, вся в слезах. Они текли по ее щекам и капали на простынь. - Х...Харада, ты чего? - спросил я. - М...Мацуи знает, что ты здесь? – всхлипывая, спросила она, я отрицательно покачал головой в ответ. - Не заикайся даже, что ты виделся со мной, понял? - Понял, - всё-таки он замешан в этом. Я до последнего надеялся, что он не причастен к тому, что произошло с нашей одноклассницей. - Держись от него подальше, он опасен, - сказала Харада, продолжая плакать. - Только не говори ему, что ты тут был, хорошо?! Он убьет меня, если ты скажешь! Поклянись мне! У меня сердце забилось от непонимания происходящего. Снова все вертится вокруг и не попадает в суть. - Поклянись! - воскликнула девушка. - Клянусь, - ответил я. – Не расскажешь, что произошло? - Нет! Но твой «обожаемый» Мацуи монстр! Видимо продолжать с ней диалог всё-таки не имело смысла, она слишком запугана. Но в то же время меня задевало то, как она называла Хикэру. - А ты нет? – вдруг спросил я, девушка удивленно уставилась на меня. - Что? – прошептала она. - Ты назвала его монстром, а ты не такая? – я говорил тихо и спокойно, и не понимал, отчего лицо моей одноклассницы бледнеет. – В тот день, когда я подошел к тебе во дворе школы после вашей с Хикэру ссоры, что ты сделала? Ты попросила кого-то с ним что-то сделать? - О чем ты? – вытирая остатки слез, спросила Харада. - Ответь, что ты сделала, кому ты нажаловалась на него? – девушка нервно поправила волосы и снова всхлипнула. - Я попросила друга проучить его. - Ты знаешь, что вообще произошло? – именно сейчас я понял, что мне совсем не жаль девушку. Ни капли. – Его изнасиловали. Ты этого хотела? - Что? Что за бред ты несешь?! – воскликнула она. - Это не бред! – вырвалось у меня. - Я просто попросила побить его, ты несешь чушь! - Заткнись, - прошептал я, вспоминая состояние Хикэру в тот день. – Его изнасиловали, а потом ты пускала слухи о том, что он гей. Ты сказала об этом Такаши, заведомо зная, что они обязательно как-нибудь навредят Хикэру. Ты не лучше него. Ты такая же. Не строй из себя жертву. В ответ я получил пощечину. Это было неожиданно и больно. Не знал, что у такой хрупкой с виду девушка, к тому же ослабленной, такая тяжелая рука. Я посмотрел на Хараду, она снова плакала. - Ты так и не посмотрел фотографии? Или ты такой же моральный урод, поэтому защищаешь его? – прошипела она. Какие фотографии? О чем она вообще говорит. - Понятно, - она помолчала несколько минут, а потом продолжила. – А то, что твой Мацуи – гей, уже знает, практически, вся школа, и не надо отрицать этого факта!       Из больницы я вышел с тяжелым сердцем. Мне так не хотелось верить в то, что Хикэру, будучи таким добрым со мной, мог причинять боль другим. Хотя, ещё тогда стало ясно, что он способен на такое, когда я увидел след на шее у Харады, а я забыл об этом. И что же мне теперь делать? Говорить Хикэру про то, что я виделся с девушкой, конечно, я не буду.       А фотографии? Точно, как я мог об этом забыть. С них ведь и началась вся эта история с Харадой. Такая важная деталь, о которой я напрочь забыл, впрочем, как и всегда. Хотя, у нас с Хикэру ведь был договор – он не трогает Хараду, я не интересуюсь подробностями их ссоры. Но он первый нарушил условия, поэтому, я имею полное право докопаться до правды.       Следующим днём, после занятий я пошел к Хикэру домой. Мы как обычно слушали музыку. Все это время, я был напряжен, и внимательно разглядывал комнату парня, предполагая, куда он мог деть фотографии. - Такой серьезный, - хихикнул Хикэру, резко положив свои руки на мои плечи. Он был за моей спиной, поэтому я вздрогнул от неожиданности. - Ты меня не слушаешь... - А... Что? - спросил я, слегка повернув голову, Хикэру убрал руки и уселся на кровать. - Да, не так уж это было и важно, - проговорил он. - Ты не хочешь какао? Я повернулся к парню, он открывал конфету, глядя на меня, ожидая ответа. Это был мой шанс. - Да, не откажусь. - Сейчас поставлю чайник! - сказал он, и, встав с кровати, вышел из комнаты, и я тут же вскочил, оглядываясь.       Куда же заглянуть? Времени мало. Я подскочил к его рабочему столу и выдвинул первую полку. В ней были аккуратно сложены школьные тетради, я выдвинул вторую: в ней хранились новые канцелярские принадлежности. Я быстро подошёл к его шкафу, открыл его, там не было абсолютно ничего, кроме одежды. Я снова подошёл к тумбочке, открыл ее. В ней все лежало так же, как и в прошлый раз, конверт с фотографиями его бабушки и конфеты. Я услышал шаги парня и быстро уселся на кровать. Хикэру заглянул в комнату. - Пойдем на кухню, а то мне скучно, - сказал он. - Хорошо... (CrystalCastle-Transgender) Он снова ушел, и я встал, а потом вдруг скользнула мысль заглянуть под кровать. Я быстро наклонился и глянул. Да. Там была коробка небольшого размера. Мое сердце забилось, как бешеное, когда я дотронулся до нее. Я осторожно пододвинул ее ближе, постоянно озираясь на дверь и прислушиваясь к Хикэру. Он звенел чашками на кухне. Я вытащил коробку, открыл и увидел конверт, а под ним черный пакет. Дрожащей рукой я взял конверт в руки, и мое сердце чуть не остановилось, ведь я услышал, что Хикэру идёт сюда. Я наспех закрыл коробку, сунул ее обратно, а конверт засунул под рубашку, в брюки. Мне вдруг стало так страшно, будто я совершил какое-то преступление. В дверном проёме возник Хикэру, я повернулся к нему, а он глянул на меня с подозрением. - Кавасаки? - он внимательно глядел на меня, а я нервно улыбнулся, понимая, что весь мой вид говорит о том, что я что-то сделал. - Я задумался, - сказал я первое, что пришло в голову. - О чем это? - парень подошёл ко мне и встал за спиной. В этот момент, мне казалось, что даже он слышит удары моего сердца. Вдруг он обнял меня. Его рука скользнула вниз от моей груди к животу, я замер, и залезла под мою рубашку, а потом схватила конверт и вытащила его. Я забыл, как дышать, меня переполняла паника. Как же легко он все заметил, а я, как назло, не умел скрывать эмоции. - Мы же договорились... - проговорил он мне прямо в ухо, одной рукой все ещё приобнимая меня. Я сглотнул, мне показалось, что сделал я это очень громко. - Что там? – спросил я, ощущая что-то недоброе. – Почему ты постоянно врешь мне? - Я не вру тебе, о чем ты, Кавасаки? - проговорил тихо Хикэру. - Это ты мне не доверяешь, копаешься в моих вещах. Я убрал его руку и резко повернулся, злобно посмотрев. Хикэру тоже был зол. Он крепко держал в руке конверт, а потом сунул его в задний карман брюк. - Как мы можем быть вместе, если ты не хочешь о себе рассказывать?! Что ты натворил? - я ужасно нервничал и злился, поэтому повысил голос, сам того не замечая. - Ты обещал забыть про фотографии! Обещал! - закричал Хикэру, я никогда не видел его таким. - А ты обещал не трогать Хараду!!! - воскликнул я, и только потом до меня дошло, что я сказал. Какой же я дурак. Мы оба замолчали, Хикэру смотрел на меня удивлённо, а я не знал, как теперь исправлять ситуацию. - Так ты виделся с ней?! И ничего мне не сказал? Какого она тебе вообще сдалась? Чего ты так волнуешься о какой-то девчонке, она тебя оскорбляла, может ты забыл?! - глаза Хикэру безумно сверкнули, он едко улыбнулся, но потом помрачнел, и тут я испытал неистовый страх. - Или... она тебе нравится? Тебе нравится Харада? - спросил он. - Что за бред? – возмутился я. - Скажи честно! Она нравится тебе?! – Хикэру был на взводе. - Что ты несешь? - я попытался его оттолкнуть, но он оказался сильней. Он толкнул меня, я упал на кровать, а парень залез на меня, не давая встать. - Ответь! Тебе нравится эта шлюха?! - его крик был оглушительным, я впервые так сильно кого-то боялся. Даже отец с ремнем не сравнится с обезумевшим Хикэру. - НЕТ!!! - воскликнул я, и резко ощутил поцелуй на своих губах. Он целовал меня нетерпеливо и грубо, несмотря на то что я совсем этого не хотел. Нет. Нет. Нет. ОН ДОЛЖЕН ОСТАНОВИТСЯ! Я ощутил, что Хикэру ослабил хватку, а потом его руки стали спешно расстегивать ширинку моих брюк. Мне стало так плохо от происходящего, я начал отбиваться, отталкивая парня освобожденными руками. - ПЕРЕСТАНЬ! - воскликнул я, - Я НЕ ХОЧУ!!! Я ударил Хикэру по лицу, не глядя куда. Он остановился, и я, воспользовавшись моментом, со всей силы оттолкнул его, он упал на пол, а я вскочил с кровати и отошел на безопасное расстояние. Дрожащими руками, я застегнул брюки обратно и посмотрел на Хикэру. Он смотрел на меня каким-то стеклянным взглядом. Из носа у него шла кровь, видимо, ударил я сильно. - Прости... - вдруг сказал он, и медленно поднялся. Он хотел подойти ко мне, но сделал только шаг, глядя на мое испуганное лицо, и остановился. Его глаза наполнились слезами, а мне хотелось уйти. Просто уйти, и навсегда забыть все, что произошло в этой комнате. Я медленно подошёл к двери, но Хикэру кинулся ко мне, упал на колени, я смотрел на него, не понимая, что он делает. - Не уходи! - взмолился он. - Прости меня! Прости, умоляю! Он плакал, хватая меня за ноги, и смотрел снизу вверх. Это же так унизительно, почему он так себя ведёт? - Хватит! Встань, что ты делаешь?! - не выдержал я. - Не уходи, пожалуйста! - он совсем не успокаивался, а ещё эта кровь на его лице... После того, что произошло, мне было мерзко, но сейчас... он выглядел таким беззащитным, что я почувствовал вину. - Отпусти мою ногу, или я и вправду уйду, - сказал я.       Хикэру посмотрел на меня с опасением и послушался. Я медленно опустился на колени рядом с ним, и посмотрел в его глаза. Он опустил голову, подрагивая и всхлипывая. Я видел, как капают на пол его слезы, и кровь из носа, и плохо уже стало мне. Все перемешалось в голове, я не знал, как реагировать. Адреналин, что несколько минут назад блокировал все эмоции, сбавил свой эффект, и теперь только я ощутил, насколько паршивой была ситуация. Кажется, я был в ужасе, я был шокирован. По щекам потекли слезы, и я закрыл лицо руками. То, что делал Хикэру, было ужасно, он не слушал меня, действовал, как хотелось ему, а я ведь просил его остановится. Как же гадко. Но я поступил не лучше. Я ударил его. Я. Ударил. Хикэру. - Прости, прости, прошу, - его голос дрожал. - Ты плачешь? Пожалуйста, я... Он не смог договорить, потому что тоже плакал, ему не хватало воздуха. Я молчал, пытаясь успокоиться. Хикэру поднял голову, потянул ко мне руку, но я тут же отпрянул, я не хотел, чтобы он прикасался ко мне. - Не трогай меня, – сказал я очень серьезным тоном, Хикэру тут же убрал, висящую в воздухе руку, и снова уставился на пол. Я медленно поднялся, надо уходить. Не хотелось оставаться наедине с ним еще хоть на пару минут, нет. - Не уходи, пожалуйста… – тихо сказал Хикэру. - Я не хочу тебя видеть! – вырвалось у меня, я сделал два шага назад, а потом повернулся и поспешил к выходу, схватив свой рюкзак. Я быстро надел кеды, кое-как завязав шнурки, уже потянулся к ручке двери, как вдруг почувствовал, что Хикэру схватил меня за запястье. - Кавасаки! Пожалуйста! Умоляю, не уходи! – проговорил он, я резко повернулся к нему лицом. - Не трогай меня, я же сказал! – закричал я и вырвал руку, а потом оттолкнул от себя парня. Он застыл на месте, глядя куда-то мимо меня, будто находясь в трансе. Я хотел уйти, но что-то держало меня. Фотографии. Конверт в его кармане, нужно забрать, но как? Я не придумал ничего лучше, кроме как подойти и схватить конверт. Я так и сделал, Хикэру даже не сопротивлялся, а ведь он больше всего не хотел, чтобы я увидел фотографии, хотя, наверное, он и сам понимал, что хуже того, что он пытался сделать со мной уже ничего не будет.       Я преодолел лестницу, его двор, его улицу. Я бежал всю дорогу до дома, и заскочил в квартиру взмыленный и уставший. в свою комнату, кинул рюкзак на пол и достал этот злосчастный конверт.       Я сначала не понял, что было запечатлено на первой, потому что она была мутной и темной, поэтому я посмотрел вторую, у меня подкосились ноги, я уронил фотографии, и они разлетелись вокруг меня, показывая свое безобразное содержание. Меня тошнило. На фотографиях были изображены обезображенные трупы животных. В основном это были кошки, иногда собаки и птицы. Все они были убиты изощренно, в муках, над ними издевались. Я до последнего надеялся, что это просто фотографии, что этих животных убивал не Хикэру, но на некоторых из них в кадр попали зеленые кеды парня.       Тошнота уже подкатила к горлу, и я сломя голову бросился в туалет, меня стошнило. После этого неприятного процесса, все силы меня будто покинули. Я чувствовал пустоту, мне ужасно хотелось заплакать снова, но я не мог. Я просто сидел на холодном полу, глядя в одну точку, отказываясь верить в то, что видел.       А где Лис? Вдруг вспомнил я. Он не встретил меня сегодня у входа. Я выскочил из туалета. - Лис? Лис?! - звал я его. - Кис-кис-кис, ты где? Лис?!       Я бегал из комнаты в комнату, бабушка смотрела на меня, как на умалишенного. Я услышал, как мой кот мяукнул и вылез из-под дивана. Я схватил его, крепко прижал к себе. Я зашёл в свою комнату, и, закрыв дверь, упал на кровать, обнимая кота. Мне хотелось, исчезнут. Как же мне было больно, как же горько осознавать, что человек, который стал для меня всем, настоящий садист, убивающий животных, измывающийся над ними. Свет Хикэру меркнул на моих глазах.       Утром, события минувшего дня, ощущались иначе. Мне казалось, что все это нереально, но конверт, лежащий в моем рюкзаке, был доказательством того, что это все самая настоящая и пугающая правда. Хикэру звонил мне, писал, но я не отвечал. Не хотелось видеть его некоторое время уж точно, но это невозможно, ведь школу никто не отменял.       Когда я вышел на улицу, появилось ощущение, что мое тело стало в сто раз тяжелее. Я не хотел в школу. Там мне придется встретиться с Хикэру, а он начнет умолять меня простить его, оправдываться. Нет. Я не хочу его слышать. Он мне противен. Я не смогу с ним общаться после всего, что произошло.       На половине дороги к школе, я резко свернул. Лучше прогулять, чем находится рядом с этим человеком, чье присутствие мне будет сложно вынести. Я побрел, куда глаза глядят. Столько лет жил в этом городе, и ничего кроме дороги от дома к школе и обратно, не знал. Все было для меня новым, поэтому мои бесцельные хождения закончились неожиданно быстро.       Когда я посмотрел на время, было уже два часа дня. Я видел в телефоне кучу сообщений от Хикэру, но снова проигнорировал. Пора возвращаться домой. Прогулка всё-таки была полезной. Я будто проветрил голову и все удушающие мысли, схватившие меня за горло и не дававшие спокойно дышать, немного ослабили хватку.       Я уже подходил к дому, как вдруг увидел его. Он сидел понуро на скамейке у моего подъезда. Я замер, думая, что же делать. Я совсем не хотел с ним видеться, и тем более разговаривать. Бежать? Бежать. Надо бежать, пока он меня не увидел. Я сделал шаг назад и умчался прочь. На безопасном расстоянии от своего дома, я остановился, чтобы отдышаться. Как долго он будет там сидеть? У меня завибрировал телефон в кармане, я достал его, чтобы сбросить звонок, потому что был уверен, что это Хикэру, но душа ушла в пятки, ведь звонила мать. Она ниогда звонила просто так. Я нажал кнопку "принять вызов", уже разворачивая в своей голове самые страшные сценарии будущего. - Где тебя носит?! - послышался озлобленный голос. - Я...я иду домой, - соврал я. Что же произошло? Почему она злится? - Откуда это ты идёшь, позволь узнать?! - мать перешла на крик. - Мне позвонил твой классный руководитель, и сказал, что ты не пришел!! Быстро домой! Чтобы был тут через пять минут! Она бросила трубку, а я стоял, как столб. Учитель. Зачем он позвонил, это ведь мой первый пропуск без уважительной причины, к чему было жаловаться? Я не представлял, что будет ждать меня дома. Но времени думать, не было, нужно было бежать, пока не стало хуже. Как только я завернул во двор, я увидел Хикэру. Он все так же сидел и ждал. - Кавасаки! - позвал он, увидев меня, но я промчался мимо, не сказав и слова. Нет времени. У меня совсем нет времени. Но Хикэру следовал за мной, прямо до двери квартиры. - Отстань! - сказал я, не глядя на него, открыл дверь и захлопнул перед его лицом. Кажется, дверью я хлопнул зря, потому что передо мной в ту же секунду возникла мама, и влепила мне звонкую пощечину. - Тебе не стыдно? - спросил она холодным голосом. За что мне должно было быть стыдно? За единственный в моей жизни прогул? Или за захлопнутую дверь? - Стыдно… - лучше говорить так, как хочется ей, иначе она только сильней выйдет из себя. - Где ты был? - она сложила руки на груди, грозно глядя мне в глаза. - Гулял... - Ты совсем от рук отбился! - завопила мать. - Что думаешь, стал получать оценки на балл выше, и теперь все можно?! Ее крики слились в один надоедливый звук, я стоял и смотрел на нее, но ощущал себя так странно. Будто меня не было. Будто я не существовал и смотрел на все со стороны. Я так устал от этого. От бесконечного негатива, от своего бессмысленного существования. А она все вопила, будто я сделал что-то страшное. Меня вдруг замкнуло на миг. Что-то щелкнуло, и я задумался, почему я должен это терпеть? За что со мной так обращаются собственные родители? - Прекрати, - сказал я спокойно, но достаточно громко, чтобы перебить этот бесконечный словесный поток матери. Она замолчала, удивленно уставившись на меня. Я ждал очередной пощечины, она всегда так делала, когда не знала, что сказать. - Можешь не продолжать, - продолжил я. – Я все понял. - Иори, что ты себе позволяешь? – ее голос был менее уверенный, видимо, мое поведение вывело ее из колеи. - А какая разница? Скажу я что-то или промолчу, все равно исход один – меня снова изобьют ремнем.       Пока мать застыла на месте, я быстро ушел с глаз долой, и, зайдя в комнату, закрыл дверь. Я тут же уловил краем уха тихий стук в окно, и подойдя к нему, открыл, и окинул Хикэру безразличным взглядом. Парень выглядел совсем нездоровым: бледное лицо, подрагивающие руки. - Пожалуйста, выслушай меня, - сказал он тихо. - Нет. Хватит с меня. Ты мне больше никто, Ма-цу-и Услышав презрение в собственном голосе, и поняв, что я намеренно назвал его не по имени, я замер. Откуда во мне эта гадость? Разве я когда-либо хотел кого-нибудь ранить? Хикэру посмотрел на меня испуганно, будто загнанная в угол мышь. - Ты не можешь... Нет... Ты не... - он не мог связать слова, а я снова почему-то начинал злиться. Я отошёл от окна, достал из рюкзака конверт с фотографиями, снова высунулся и всучил его ему в руки. - Это твое, - сказал я грубо. – Больше не приходи сюда. - Нет, не говори так! - проговорил Хикэру. – Умоляю, дай мне шанс… - Хватит! - я закрыл окно и отошёл подальше.       Мы не так долго были вместе, чтобы он настолько ко мне привязался. Что с ним вообще не так? Почему он так себя ведёт. Что он вообще во мне нашел?! Вопросов было много, но ответив нет.       Вечером, когда пришел отец, я вздрогнул. Я слышал его шаги в коридоре, как он разговаривал с матерью. Она жаловалась на меня, а он лишь поддакивал, соглашаясь с тем, что я неблагодарное тупое отродье.       Он должен был прийти в мою комнату в скором времени, а у меня будто отключился мозг. Мне было все равно на то, что произойдет. Даже, когда отец подошёл ко мне, грубо схватил меня за шкирку и потянул на себя, чтобы я встал, я не ощущал того страха, который обычно испытывал. Но вся мое апатичное состояние пропало, как только он нанес удар. От неожиданности я вскрикнул, и следом последовал ещё один удар, мне показалось, он был намного сильнее предыдущего. Эту боль не описать словами, мне казалось, что кожа на моей спине разрывается. Я потерял счёт ударов, я был в каком-то непонятном состоянии, а когда стал приходить в себя, в комнате уже никого не было, а я сидел на полу. Спина будто огнем горела, меня как будто железом жгли.       Я встал на ноги, чуть не потерял равновесие, и ухватился за стул. Тело казалось тяжеленым и чужим. Я уселся на стул. Надо было чем-то заняться, чтобы не заострять внимания на боли.       Я выдвинул полку, чтобы достать тетради, мне на глаза попался плеер, и к горлу подкатил ком. Хикэру. Он был так растерян, когда пытался со мной поговорить. А этот его потерянный взгляд, ужас, застывший в глазах после того, как я выкрикнул его фамилию. Почему я так остро ощущаю вину? Почему я виню себя? Я все правильно сделал, он отвратительный человек. Но, кто ещё сделал для меня так много? Никто. Больше никто. Я больше никому не нужен. Теперь я лишился и этого. В мгновение мне показалось, что меня придавит от собственных же переживаний. Все стало мрачным, будто меня опустили в беспросветную тьму.       Я схватил плеер и прижал к груди. Как мне жить? А имеет ли это смысл? Смысла не было никогда, его приносил лишь Хикэру. Мне никогда настолько сильно не хотелось умереть, как сейчас. Это ведь не больнее отцовского ремня, правда?       Ведомый безумной идеей, я поспешил в ванную комнату и достал лезвие, разглядывая его со всех сторон. Я неаккуратно коснулся кончиком пальца к его краю и порезался. Острое. Если острое, значит, все произойдет быстро. Я завернул рукава рубашки, посмотрел на запястья. Где-то слышал, что эффективнее резать вдоль. Дрожащей рукой я поднес лезвие к коже, сделал небольшой надрез. Это скорее была царапина, чем порез. Неприятно, конечно, но ощущение удара ремнем ещё неприятнее. Лучше один раз потерпеть, как режется кожа, чем получать ещё раз сто ремнем. А вдруг меня спасут? Я вздрогнул. Спасут, как Хараду, и я потом буду в больнице, а родители будут в ярости. Нет. Нужен другой способ. Я выкинул лезвие и пошел обратно в комнату. Какие есть ещё способы самоубийства? Наглотаться таблеток? Этот вариант лучше, чем резать вены. Точнее, он эффективнее. Если выпить таблетки ночью, когда все спят. К утру я точно должен буду откинуться. Есть ещё вариант спрыгнуть с крыши. Удар головой об асфальт - залог мгновенной смерти. Нужно просто решиться. Но решиться на самоубийство, которое я, итак, планировал уже долгое время было сложной для меня задачей, потому что нет ничего более нелепого, чем трус, который хочет умереть. Поэтому четыре дня для меня прошли, как в тумане, как один бесконечный день, лишенный смысла. Хикэру не появлялся в школе, да и больше не доставал звонками и сообщениями. А мне одновременно хотелось и не хотелось его видеть. Больше, конечно, хотелось. Я не мог больше так. Какой бред он нес, говоря, что не сможет без меня, кажется, это я без него не смогу. Я скучаю. Мне невыносимо было приходить в школу, и видеть пустующее место рядом с собой. Все вернулось на свои места, будто я снова попал в прошлое, когда Хикэру не было в классе. Мне было ужасно одиноко, я не мог вытерпеть ещё одного такого дня. Мне так его не хватало.       Куда он пропал? Почему он так резко исчез? Мне хотелось самому исчезнуть, ведь меня разрывало на две части, одна из которых безумно хотела увидеть Хикэру, а вторая отрицала это чувство, подпитывая меня тем, что он омерзительный человек. Да, он ужасен. Он убивает животных. Он издевается над людьми.       Хикэру не появлялся в школе уже неделю, и я думал, что сойду с ума. Меня сжирало одиночество, отрывало от меня безжалостно огромные куски плоти и проглатывало. Я оказался прав, без него я не могу жить, как раньше. Я привык к общению, привык, что я не один, что меня понимают и принимают таким, какой я есть.       Всего лишь неделю назад прикосновения Хикэру мне были отвратительны, но я так хотел, чтобы снова был рядом, обнял меня, как раньше. В его объятиях мне всегда было хорошо.       Я ненавижу себя. Как я мог на него накричать? Ударить, прогнать, сказать ему никогда не приходить, сказать, что не хочу его видеть. Какой же я дурак. Теперь же мне совершенно все равно на его поступки. Может, это и есть любовь? Что такое любовь? Сильное чувство привязанности к человеку, невзирая на все его отрицательные качества? Всеобъемлющая зависимость от человека? Хикэру делал меня счастливым даже своим молчаливым присутствием. Люблю ли я его? Да, наверное, это и есть любовь, но я настолько ничтожен, что вряд ли могу называть свои чувства таким замысловатым словом. Но какая же это любовь, когда я обидел его, унизил, посчитал ужасным. Я не знаю, что такое любовь. Я недостоин даже мечтать о ней, и сам не в силах ее испытывать. Я умею лишь причинять другим боль и вред. Я причиняю боль родителям своим существованием, я причинил боль Хикэру, не пытаясь его выслушать, не доверяя ему. Кто я такой, чтобы так обращаться с людьми? Ничтожество. Ничтожество. Ничтожество.       Мне почему-то стало так дурно, я встал с кровати и открыл настежь окно, чтобы впустить воздух, которого мне совсем не хватало. Мне, казалось, что я задохнусь, а тут еще зазвонил телефон. Я быстро подскочил к столу, схватил его и замер, увидев, что звонил Хикэру. Столько дней он молчал, и вдруг решил объявиться? Я принял звонок и приложил телефон к уху, тяжело дыша, не в силах что-либо сказать. Но вместо почти забытого мною голоса Хикэру, я услышал женский голос. - Кавасаки? – спросил голосок. - Да… - с трудом выдавил я из себя. - Наверное, ты уже понял, что я мать Мацуи, – начала она. – Вы с ним поссорились? Что ей нужно? Почему она вообще позвонила? Я почувствовал, как меня прошиб пот, мне было совсем нехорошо. - Да, – ответил я и медленно приземлился на стул. - Вот как, – тихо произнесла она. – Кавасаки, пожалуйста, поговори с ним, я тебя прошу. Знаю, это странно, но я все же переживаю за него, он отказывается ходить в школу, и почти не выходит из комнаты, я боюсь, что он снова… - Она вдруг замолчала, не закончив предложение. – В общем, я очень надеюсь, что ты его простишь, если он провинился… - Подождите, – тихо сказал я. – Вы не закончили, чего Вы боитесь? - А, ничего, я оговорилась, – говорила женщина, но я не собирался так просто отстать. - Может, скажете, как есть? – проговорил я, нервно теребя край своей футболки. - Просто, он уже однажды потерял друга, и с тех пор не пытался ни с кем начать дружить, – сказала она. – Но ты, вероятно, напомнил ему Хидэ… Если ты тоже уйдешь из его жизни – это его разобьет. Хидэ. Я напоминаю ему Хидэ? Его мать перепутала меня с Хидэ при первой встрече. Неужели, я так сильно на него похож? Неужели, это и послужило тому, что Хикэру вдруг решил начать со мной общаться? Я просто напомнил ему его друга? В сердце кольнуло. - До свидания. – Сказал я, и бросил трубку.       Мне стало совсем не по себе. Мне было жарко, мне не хватало воздуха. Я побежал в ванную и просто, не снимая одежды, залез под холодные струи воды, но легче мне не стало. Наверное, единственное и верное решение все понять – это увидится с Хикэру.       Поэтому на следующий день, после школы, я помчался к нему. Мне уже было все равно абсолютно на все. Я просто хотел его увидеть. А вдруг я задел его настолько, что он даже на порог дома меня не пустит? Может, теперь он не будет рад моему визиту? Но я уже стоял напротив двери его квартиры, мне было страшно. Меня трясло от волнения.       Я позвонил в звонок. Ожидание меня убивало. Наконец-то я услышал шаги за дверью. Щелчок. Дверь открылась, и я замер, глядя на Хикэру. Я просто стоял и смотрел на него. Он выглядел таким уставшим. Я хотел сделать шаг, но будто прирос к полу. - Кавасаки? - прошептал он. Его голос вытащил меня из транса, и я глянул прямо в его глаза. - Ты ненавидишь меня после того, что я наговорил? - прошептал я. - Нет, - ответил он. - Хикэру, - я вложил в его имя всю нежность, что ещё жила во мне и по щеке скользнула слеза. - Не плачь, пожалуйста... Почему ты.... Плачешь? - взволновано произнес Хикэру, он хотел коснуться моего лица, но его рука застыла в воздухе, а потом опустилась обратно. Он теперь боялся прикасаться ко мне, ведь я запретил ему это делать. Я осторожно дотронулся до его руки, он вздрогнул и посмотрел на меня, а я сделал шаг навстречу к нему и обнял. - Хикэру, мне без тебя плохо, не пропадай больше так, хорошо?! - Я думал, что противен тебе, - сказал парень. - Ты мне не противен. Нет, забудь все, что я наговорил. Ты мне не противен... – я осторожно отпрянул, чтобы разглядеть его лицо. Он был серьезным, и грустным. Все бы отдал за его улыбку. - Кавасаки, разве ты сможешь... относиться ко мне, как и раньше, после того, что узнал? И… после того, что произошло… - Мне все равно, – сказал я тихо. Он вздохнул, окинул меня грустным взглядом и предложил пойти и сесть, поговорить в комнате. Я согласился, и мы зашли к нему. Когда я сел на кровать, внезапно в голове завертелись воспоминания о том, как Хикэру прижал меня к матрацу и пытался раздеть. Я сделал глубокий вдох, следом выдох и все прошло. - Я бы хотел, чтобы ты меня просто выслушал, - проговорил Хикэру еле слышно. – Хочу быть честен с тобой, поэтому расскажу, как все на самом деле обстояло с Харадой. Ты и сам заметил, наверное, что она проявляла ко мне интерес. Ну, а я подумал, что пригласить ее к себе и переспать, было бы неплохой идеей, чтобы отвлечься от сильного влечения к тебе, но все пошло наперекосяк. Она зачем-то полезла в мой шкафчик, пока я не видел, нашла там эти фотографии. Я, конечно, взбесился на нее, набросился… ты и сам видел, к чему это привело. А на следующий день, Харада нажаловалась какому-то своему другу старшекласснику, чтобы меня избили, и меня избили, а еще двое его дружков, когда все разошлись, изнасиловали меня. Вот я и решил мстить Хараде. После того случая, я присылал ей фотографии с... - он глянул на меня и опустил взгляд, - С мертвыми животными. Мне хотелось, чтобы ей было плохо. Это продолжалось до того дня, пока ты не узнал. Я тогда пообещал тебе, что больше не буду ничего делать в ее сторону, и я даже прекратил на некоторое время, но обиду было ничем не заглушить. Я выследил, где она живёт: в большом частном доме. Мне повезло, ее комната была на первом этаже, я забрался туда однажды, хотел поискать что-нибудь, чем бы я мог ее шантажировать, но увидел, что у нее есть хомяк: такой маленький, беленький толстячок. Я убил его, а его кровью написал на ее столе, что она будет следующей, если кому-либо что-нибудь расскажет. Бедняжка видимо так испугалась, что перерезала себе вены. Но даже сдохнуть, она нормально не смогла! Откуда в нем такая жестокость? Он поглядел на меня, я вздрогнул от его взгляда. Я задал себе тот же вопрос. Люблю ли я Хикэру, даже после того, что он рассказал? Не знаю… Наверное, да. А если я разозлю его когда-нибудь, он тоже поступит со мной так же? - Ты боишься, – сказал он, будто прочел мои мысли, но я промолчал. Мне нужно было переварить информацию. Я вспомнил состояние Хикэру после того, как его изнасиловали. Ему было так плохо, не удивительно, что он мстил. Я бы, наверное, с ума сошел, если бы такое произошло со мной. Я снова хочу его оправдать? Если эту ситуацию с трудом, но оправдать было можно, то убийства несчастных зверушек - нет. - Зачем ты убиваешь животных? - произнес я шепотом. - Я не знаю, - он запустил свои пальцы в волосы и сжал их. - Я не знаю, мне просто это нравится? Мне нравится это делать. - Просто так ничего не бывает, - сказал я и замолчал, ведь мне больше нечего было сказать. Я не чувствовал ничего. Даже отвращения. Просто ничего. - Кавасаки... Я не буду. Я никогда не буду больше, никогда, - заговорил парень. - Прости меня, хорошо? И я больше никогда не буду такое делать. Верить ему было сложно. Свои обещания он не выполнял, хотя, я тоже. Мне хотелось уйти. Я такой дурак. Даже если я уйду, я потом опять вернусь, доказательство тому сегодня. За эти дни я чуть не сошел с ума, и был на грани того, чтобы убиться. - Никогда? Как я могу тебе верить? - тихо сказал я. - Я клянусь, - сказал он. - Ты же снова не сдержишь слово, - задумчиво проговорил я. - Поверь мне, пожалуйста… Вряд ли он сможет сдержаться. Что с его психикой? Он ведь не мог родиться с желанием убивать животных. Что сделало его таким? Насколько он болен? - Хикэру, если ты хочешь быть откровенен со мной, может, скажешь, с чего у тебя началось это нездоровое увлечение? – спросил я, и сразу заметил, как парень помрачнел. - Я не знаю, я же сказал, что я не знаю, - занервничал он. - Хорошо! – меня тоже все стало раздражать. – Я больше ничего у тебя не спрошу, но и верить я тебе больше никогда не буду! - Что происходит… - вздохнул Хикэру. – Почему все наши разговоры теперь заканчиваются обоюдным раздражением… - Может, потому что отношения на недоверии построить невозможно? – с этими словами я медленно поднялся с места. - Всего полчаса назад ты плакал, говоря, что не можешь без меня. И теперь уйдешь? – спросил он все так же нервно. - За эти полчаса ничего не изменилось, но это не значит, что я не могу на тебя не злиться. - Куда ты? – Хикэру тоже поднялся с кровати и встал напротив меня. - Домой. Я побрел к выходу из комнаты, потому что не видел смысла для дальнейшего разговора. Мне было смешно о своего же поведения, потому что, я действительно, пришел к Хикэру, намереваясь помириться, но мы снова поссорились. И при всем этом, я ощущал, что не хочу просто уйти. Я так долго его не видел, я ведь так соскучился. - Стой…       Я остановился, и обернулся. Парень глядел на меня рассеяно, и будто пытался что-то сказать, но не мог. Я развернулся уже всем телом, в ожидании, но Хикэру просто смотрел на меня своим невинным взглядом, будто не злился на меня пару минут назад, и мне до жути захотелось поцеловать его. Как он то делает? Куда делась моя раздраженность? Не в силах больше противостоять самому себе, я подошел к Хикэру и поцеловал его, ощущая, как он обвивает руками мою шею. - Я отвратителен? – прошептал он вдруг после поцелуя. Хикэру был так обеспокоен этим вопросом, и смотрел на меня так, будто от меня что-то зависело. - Нет, – сказал я, глядя прямо в его глаза. - Даже после того, что я сделал? - Даже после этого, – мне вдруг стало так его жаль. Он смотрел на меня так будто я так многое для него значил. И вдруг я вспомнил. – Хидэ… - прошептал я и Хикэру дернулся и удивленно глянул на меня. – Я похож на Хидэ? Поэтому ты боишься, что я уйду, поступлю так же, как и он? - Нет! – вдруг повысил голос Хикэру, отпрянув от меня. – Ты не похож на него! – он так занервничал. – Кто тебе вообще о нем сказал?! - Твоя мама, – ответил я, наблюдая, как злится парень. – Она сказала, что я его копия. - Она дура! – прошипел парень. – Всегда болтает всякую чушь. Я молчал. Он бурно реагировал на Хидэ, почему? - Кавасаки, ты не он, слышишь? – перебивал мои мысли голос парня. - Расскажи мне о Хидэ, – попросил я. - Нет, я не хочу о нем говорить! – возмутился парень. – Я ненавижу его, я не хочу вспоминать о нем! - Он же был твоим другом, – я будто был в каком-то трансе, совершенно не обращая внимания, что атмосфера накаляется. - Не был! Он никогда не был моим другом! – лицо Хикэру стало красным то ли от злости, то ли он волнения, я не понимал причины. - Но твоя мама сказала… - Не был! Нет! – закричал Хикэру, я заметил, что глаза его на мокром месте и вздрогнул. Это я довел его своими дурацкими расспросами, какой же я ужасный. - Прости, я не хотел, – виновато произнес я, глядя на парня. Он с большим трудом сдерживал слезы. Я снова его задел. Я его обидел, сделал больно. – Прости. (CrystalCastles –Kerosine)       Что же делать? Хикэру молчал, а мне становилось тяжелей на душе. Парень медленно опустился на матрас, а я уселся рядом, думая, что предпринять. - Прости, - произнес я тихо, а Хикэру заключил меня в свои объятия. Он обнимал меня так крепко, и через какое-то время он отстранился и коснулся своей холодной ладонью моей щеки. - Можно, звать тебя по имени? – тихо спросил он. - Да, – без раздумий ответил я. - Иори, – прошептал парень. – Ты не похож на Хидэ. - Хорошо, – сказал я, и попытался улыбнуться, но получилось не очень. Я просто не хотел больше ссориться. Я устал.           Хикэру приблизился к моим губам, но застыл, видимо, сомневаясь, не буду ли я против. Он хотел уже отпрянуть, но я притянул его за затылок, Хикэру тут же захватил мои губы своими, целуя нежно и медленно. Я вроде расслабился, но сердце забилось сильнее, я запустил пальцы в его волосы. Он пододвинулся еще ближе ко мне, и в конечном итоге, оказался на моих коленях. - Ты не… против? – спросил он тихо, а я лишь отрицательно покачал головой. Насколько далеко все может зайти? Я вздрогнул от одной лишь мысли о нашей близости, это казалось, чем-то пугающим. Парень обвил мою шею руками, впился в мои губы настойчиво и жадно, а я приобнял его за талию, прижимая к себе. У нас двоих участилось дыхание, я чувствовал небывалый трепет, и ноющее чувство, сконцентрированное ниже живота. Я слегка отстранился, а потом взял лицо Хикэру в свои ладони, и поцеловал совсем по-другому. Так, как в прошлый раз хотел он. Я едва коснулся его нижней губы языком и проник дальше. Руки парня спешно вытаскивали мою заправленную в брюки рубашку, и вскоре оказались под ней. Его прикосновения к моей коже были невесомыми, холодными, но в то же время, будто обжигающими. Вдруг Хикэру отпрянул, посмотрел на меня с каким-то сомнением. - Иори, - проговорил он на выдохе, – Я чувствую себя таким грязным… И… как будто хочу испачкать и тебя тоже. - Что ты говоришь такое? - непонимающе глядя на парня, спросил я. - Мне, кажется, что я склоняю тебя к чему-то мерзкому, а еще ужасней, что я такой отвратительный, ты знаешь, сколько раз я занимался этим, не пойми с кем? Я, как самая настоящая помойка… Этот процесс не казался мне каким-то особенным, я просто пытался так почувствовать себя нужным. Но сейчас, рядом с тобой, мне все кажется неправильным. А еще, Иори, я до сих пор думаю, что я ненормальный, потому что мне нравятся парни, и я все думаю, не сбиваю ли я тебя с правильного пути… - В этом нет ничего ненормального, – сказал я, задумавшись. – Я хочу быть с тобой, разве это плохо? Не сомневайся во мне, пожалуйста… - я коснулся его щеки губами. - Я чувствую себя куском подгнивающего мяса, с того дня, когда два года назад, я... они… их было много… я не смог убежать… - Хикэру с трудом пытался связать слова в предложение, я смотрел на него с ужасом, - И знаешь, то, что произошло недавно было совсем не страшно, потому что я уже испытал насилие в самом гадком его проявлении! Я ощущаю себя падалью… И все эти люди, все, кому я отдался по своей воле, кто взял меня силой, трахали мертвечину, ха-ха! Хикэру метнул на меня безумный взгляд, я испуганно скинул его со своих колен, на кровать. - Хидэ?!– он засмеялся, глядя на меня, привстал и схватил меня за плечи. – Скажи мне, теперь ты хочешь меня? Ты хочешь поиметь дохлую дрянь?       Он назвал не мое имя… - Хватит… пожалуйста… – я не представлял, что мне сейчас делать? Что мне сделать для Хикэру? Он будто сходит с ума. Я обнял его, хоть он и вырывался, нежно гладя по спине. - Все… хорошо, – у меня дрожал голос, потому что мне казалось, что с ума схожу и я тоже. Все перемешалось. Его истерика, то, как он назвал меня чужим именем. Я не мог думать о чем-то определенном, меня окружили мои собственные мысли и хотели сбросить в пропасть. – Хикэру, все хорошо… Ты свет – прошептал я. – Настолько яркий, что можешь озарить собой все космическое пространство, разве ты можешь быть чем-то мерзким? – Он стал успокаиваться в моих объятиях. А меня вот не покидала паника. - Я не знаю, что на меня нашло… - вдруг произнес парень. - Все хорошо, – ответил я как можно спокойнее.       Я так нуждался в спасении, что не сразу заметил, что мой спаситель сам же тонет в пучине своих страхов и кошмаров. Я не в силах предотвратить этот уже запущенный процесс, я слишком слаб. Наши тела плывут ко дну под тяжестью пережитых травм и увечий. Мы утонем оба, вопрос в том, кто будет первым?       Хидэ. Хидэ. Хидэ. Хидэ. Теперь не было и дня, чтобы я не думал о нем. Почему Хикэру так реагирует на его упоминания. Что их связывало? Насколько сильно мы похожи?       Мы вновь стали проводить много времени вместе. И все попытки поговорить с Хикэру о каких-то событиях из прошлого, заканчивались провалом. Он говорил мне, что все нормально, и что его истерика, произошедшая на днях, была спровоцирована переживаниями по поводу нашей ссоры. Но меня очень волновало это. Я бы хотел обсудить с ним все, но Хикэру просто-напросто отказывался говорить.           После школы, я ходил к нему в гости, иногда ночью, мы выходили на прогулки. И казалось, что ничего и не поменялось, но я ощущал себя как-то иначе. Мне постоянно хотелось узнать о Хидэ, чтобы убедиться в том, что Хикэру, и вправду не видит его во мне. Эти навязчивые мысли не давали мне покоя, я не знал, как от них избавиться. Я всегда был слабым и неуверенным человеком, поэтому мне сложно было верить Хикэру, несмотря на то что он отрицал факт нашей схожести с его другом. Но все ведь говорило об обратном. Он не мог просто взять и захотеть подружиться с изгоем, которого никто в упор не замечал. Это его стремление еще тогда показалось мне подозрительным. Я такой ничтожный. Даже сейчас, когда все относительно наладилось, я начинаю искать что-нибудь, что снова может испортить наши отношения. Почему я просто не могу поверить словам Хикэру? Я никогда не верил ему. Я настолько сомневался в себе, что не мог допустить мысли о том, что я мог быть просто кому-то нужен. Просто так. Без каких-либо причин. - Иори? Иори? – вытаскивал меня из мыслей голос Хикэру, и я повернулся к нему. - Что? – спросил я тихо. - Опять ты меня не слушаешь! – возмутился он, но потом улыбнулся. Мы сидели на скамейке в небольшом сквере. Стояла тишина, нарушаемая лишь шелестом листьев, пением цикад, и еле уловимым журчанием воды, испускаемым фонтаном, находящимся где-то в глубине сквера. - Извини, я задумался, – сказал я и поднял голову вверх, разглядывая черное небо, а потом глянул на стоящий рядом фонарь, вокруг желтого света, которого кружила, словно в танце мошкара. - А я говорил, что было бы неплохо на следующих каникулах съездить на Хоккайдо, – сказал Хикэру, а потом вдруг закинул ноги на скамейку и положил свою голову на мои колени. - Ну, так съезди, – сказал я, оглядываясь, чтобы удостовериться, точно ли нет в сквере людей. - Да уж, ты и впрямь совсем меня не слушал, – вздохнул парень. – Я хочу поехать с тобой. - Со мной? – я удивленно посмотрел на Хикэру. – Меня никуда не пустят. - Я подключу свою маму, она попробует поговорить с твоими родителями, – воодушевленно сказал парень, а потом тихо добавил, - Хоть какая-то польза должна же от нее быть. - Почему ты так плохо отзываешься о матери? – вдруг спросил я. - Потому что она не хочет и не пытается меня понять, ей на меня по большей части все равно! – раздраженно произнес Хикэру. - А мне показалось, что она переживает за тебя, – задумчиво произнес я, вспоминая, как она звонила мне, уговаривая поговорить с Хикэру. - Она начинает что-то делать, когда уже, становится, очевидно, что со мной что-то не так! - Это лучше, чем ничего, – усмехнулся я. – Может, она только так и умеет проявлять заботу. А ты пытался с ней поладить? Наверное, ей сложно найти с тобой связь. - Ты ее оправдываешь? – возмутился парень. - Почему ты злишься? – тихо спросил я. - Потому что все не так, как ты думаешь! – Хикэру резко поднялся. - А как? Твоя мама и вправду, переживает за тебя, в тот день, когда она позвонила, она сказала, что боится, что ты… - но парень меня перебил. - Не хочу это слышать! – воскликнул парень, что с ним такое? – Ты ничего не знаешь, ты не можешь ее защищать! Я промолчал. Мне было нечего сказать, а если бы и было что, то, скорее всего, это бы разозлило его сильней. - Прости, – прошептал Хикэру. Мне не хотелось с ним разговаривать. - Прости, я не хотел повышать голос, – сказал он еще тише.       Мне вдруг показалось, что таким нервным он стал именно с того дня, как я напомнил ему о Хидэ. И как я пришел к этому? Видимо, о чем бы я ни думал, это снова и снова будет приводить меня к нему. - Не молчи… - я чувствовал, что Хикэру смотрит на меня, но я не поворачивался, и глядел перед собой. - Разве тебе не нравилось больше, когда я молчал? – огорченно произнес я. - Перестань, ты же знаешь, что это не так, - раздраженно ответил Хикэру. - Перестал быть похожим на Хидэ, поэтому я так тебя раздражаю? – вырвалось у меня, что самому противно стало. Я перегнул палку.       Хикэру замер, глядя на меня. Я чувствовал лишь то, как мы с ним мчимся на полной скорости в какую-то пропасть. Откуда это навязчивое чувство плохого исхода. Наши отношения не могут привести к чему-то хорошему. - Злишься? – поинтересовался я. – Ты всегда злишься, стоит мне упомянуть это имя. Знаешь, я чувствую себя непонятной фигурой в твоей жизни, ведь ты скрываешь от меня практически все. - Когда ты успел стать таким… - подал голос Хикэру. - Каким? – я внимательно смотрел на парня. – Вся твоя заинтересованность во мне возникла лишь по одной простой причине – ты видишь во мне его… и бесишься, когда я не соответствую его образу. - Заткнись! – воскликнул Хикэру. – Хватит нести ерунду. Мне надоело, что ты бесконечно сомневаешься во мне! - Ты не любишь правду, поэтому тебе легче злиться на меня, чем признать себе мою правоту. – Я почувствовал, как на меня навалилась печаль. - Я не хочу с тобой разговаривать, - сказав это Хикэру просто встал и ушел.       Впервые я обидел его до такой степени, что ему даже не хотелось находиться рядом со мной. Я остался в парке еще часа на два, пытаясь угомонить свое беспокойное сердце, пораженное тревогой. Я попытался представить себя без Хикэру, но от одной мысли, что я буду один, у меня перехватывало дыхание. Я не смогу без него. Ночью я ворочался, не мог заснуть, еще и жарко было. Спустя, мне казалось, бесконечные попытки заснуть, мне это удалось. Но сон длился недолго. Я резко вскочил с кровати, тяжело дыша, глотая ртом воздух. Мне, казалось, что я горю, одежда мокрая от пота, неприятно прилипла к телу. Я подошёл к окну и высунулся на улицу, в надежде, что меня так настигнет, хоть какое-нибудь дуновение ветра, но нет. Плотная духота стояла не двигаясь, и безжалостно давила. Мне было очень дурно, поэтому я решил принять душ. В ванной, под струями холодной воды, я вспоминал кошмар, который мне приснился, из-за которого я и проснулся.       Мне снилось, будто я стою один, посреди бескрайней пустыни, которая вся была исчерчена железными путями. Они были выложены без разбору, рельсы переплетались, пересекали друг друга, и неоднократно, их было неисчислимое количество, и я стоял на одной из железных дорог, она была единственная, несоединенная с остальными, и простиралась так далеко, что казалось, у нее нет конца. Вдруг я почувствовал, как затряслись подо мной рельсы, уловил стук колес, а потом я услышал оглушительный, протяжный гудок паровоза. Я обернулся, поезд мчался прямо на меня, он двигался с невероятной скоростью, я думал, что не успею убежать в сторону, но я смог это сделать. Я перебежал на другие пути и в этот момент поезд проехал там, где я стоял ранее. Я чувствовал, как сильно билось мое испуганное сердце, оно готово было вырваться, я даже ощущал боль, но мой кошмар на этом не закончился. Я снова услышал стук колес сначала позади, потом перед собой, а после меня охватила какофония пронзительных сигналов поездов, и я увидел, что паровозы мчатся на меня со всех сторон по переплетённым друг с другом рельсам. Я стал убегать, пытаясь найти безопасное место, мимо меня проносились поезда, устрашающе громыхая составами. Мне не хватало воздуха, я уже задыхался, ноги подкосились и отказывались двигаться, я остановился и просто ждал, когда меня раздавят. На меня надвигалось четыре поезда, я испытывал неистовый страх, я хотел кричать от ужаса, но почувствовал, как слабеют ноги. Я упал, и когда поезда были уже в метре от меня, проснулся. Мне никогда до этого ничего не снилось. Точнее, я ничего не помнил, поэтому это мой первый сон, который я запомнил. Я не верю в то, что эта несуразица, воспроизводимая мозгом, когда он отдыхает и избавляется от ненужной информации, может что-то значить, но меня не покидало чувство тревоги. Мне, казалось, что эта бесконечная пустыня, отображала мою жизнь. Пустыня, в которой не было ничего, даже приспособленных к ней растений, как моя жизнь, в которой не было любви и понимания, а рельсы, по которым мчались поезда, отожествляли мои мысли, которые стремительным потоком, сменяли друг друга, лезли из всех закромов памяти, пытаясь меня раздавить. Но это всего лишь плод моей фантазии, сон не может что-либо означать. Сновидение — это сновидение. Бессмысленное скопление искаженных событий, скопившихся в памяти.       Неприятное чувство после этого сна отпечаталось на целый день. В школе я был неразговорчив с Хикэру который делал вид, будто никакого конфликта накануне не произошло. - Ты хорошо себя чувствуешь? – спросил Хикэру, когда мы вышли с уроков. - Да, – ответил я и, наконец, обратил внимание на парня. - Просто много думаю о всяком. - О чем? – спросил он. - Не хочу говорить с тобой о том, что тебя выводит из себя, – кинул я устало, а Хикэру поменялся в лице. Помрачнел и нахмурился. – Ну вот… Мы шли молча и остановились, когда покинули территорию школы. Хикэру молчал, меня напрягала такая атмосфера между нами. - Почему мы не можем просто обсудит это? – я ходил по краю, задавая ему такие вопросы, но другого выхода у меня не было. - Потому что мне противно даже говорит об этом человеке! – выходил из себя парень. - Ладно, – бросил я. – Видимо, мы никогда не сможем полностью понимать друг друга, потому что ты любишь умалчивать о важных вещах, а я, наверное, никогда не сумею доверять людям. Я посмотрел на ошарашенного Хикэру, и пошел домой, но он быстро нагнал меня. - Почему ты не хочешь просто поверить мне? – спросил парень. - Потому что я такой, – я глупо улыбнулся. – Я не вижу иных причин, чтобы ты так относился ко мне, кроме того, что я просто напоминаю тебе Хидэ. - Ты… ты не напоминаешь, – устало сказал Хикэру. – ДА ЧТО С ТОБОЙ НЕ ТАК, СКОЛЬКО РАЗ Я ДОЛЖЕН ПОВТОРИТЬ ЭТО, ЧТОБЫ ДО ТЕБЯ ДОШЛО?! ТЫ СОВСЕМ ИДИОТ? - он осекся, а мне стало так смешно на пустом месте, что я не смог сдержать смех и рассмеялся. - Да, я идиот, – все еще смеялся я. – Я же говорил тебе, что я такой, все меня таким считают, а ты зачем-то врал мне, что думаешь иначе! - Нет, я… я не хотел… Иори, прости… я не… - он был растерян, а я смотрел на него и не мог остановить смех. Он всегда считал меня таким? Или его только сегодня осенило? Я не стал слушать, просто ушел.       Когда я пришел домой, мое странное спокойствие вмиг исчезло, и пришло осознание слов, что на эмоциях выкрикнул Хикэру. Стало так больно. Я не только идиот, я еще и наивный. С каждым разом, он все больше и больше доказывал мне своими действиям, что не воспринимает меня таким, какой я есть. Ночью я открыл окно настежь, чтобы не было так жарко, как вчера, и лег спать. Я уже почти уснул, как услышал шорох. - Иори? – уловил я шепот, но мне так не хотелось вставать, мне ничего не хотелось, я до сих пор был расстроен случившимся. Судя по звуку, Хикэру взобрался на подоконник, а потом я ощутил его присутствие за моей спиной, я лежал лицом к стенке. - Ты же не спишь, – сказал он, но я промолчал. – Прости, когда я выхожу из себя, я омерзителен. Иори, я… - Перестань оправдываться, – я повернулся к нему. – Давай забудем об этом. Я больше не хотел касаться этой темы, потому что все уже понял. - Я знаю, что это ранило тебя, – сказал он. – Прости, что назвал тебя идиотом. - Все хорошо, – я отвел от него взгляд и уставился в потолок. - Можно, полежать с тобой? – спросил вдруг Хикэру. Я молча подвинулся, и парень улегся рядом. Было тесновато, моя кровать не была рассчитана на двух человек. - В последнее время, у меня плохое предчувствие, будто что-то должно случиться, – сказал задумчиво Хикэру. - Что, например? – поинтересовался я. - Сложно сказать… просто такое вот неопределенное чувство, – Хикэру повернул ко мне голову, я почувствовал его дыхание на своей щеке. – Что бы ни случилось, не уходи… - Куда я уйду? – я глянул на парня, а взгляд у него был серьезным. - Кто тебя знает, – Хикэру нашел мою руку, и осторожно сжал. - Куда бы я не бежал, я все равно примчусь к тебе, как собачка, - прошептал я, и привстал, облокотившись спиной к стене. - Собачка… - повторил Хикэру и тоже привстал, чтобы наши лица были на одном уровне. – Что за дурацкое сравнение? Но я ощущал себя именно так. Собачкой, такой преданной и наивной. Я рассматривал в полутьме лицо парня, который пристально смотрел на меня, и понимал, что полностью в его власти. Что бы я ни делал, что бы ни говорил, я всегда буду привязан к нему. - Ты так безразлично смотришь, - Хикэру коснулся моей шеи своими холодными пальцами, и я вздрогнул. Всегда удивляло, как его руки остаются холодными даже в жаркую погоду. – В последнее время ты снова перестал проявлять эмоции. - Странно, - ответил я. – Мне казалось, что наоборот. (Hozier – Take me to church) - Кажется, я разрушаю все, к чему прикасаюсь, - сказал парень. – И было бы правильно нам с тобой прекратить общение, но я не могу тебя отпустить. Хикэру тяжело вздохнул, а мне только от одной мысли, что все может закончиться, становилось тяжко. Но, с другой стороны, я ведь понимал, что отпустить он меня не может не из-за «светлой любви», а лишь потому, что я для него не я. Я Хидэ. - Я люблю тебя, - прошептал Хикэру. Я тоже люблю. - Иори? – он коснулся моей щеки. – Почему ты молчишь? Я настолько тебе противен?             Я люблю тебя.       Хикэру хотел отодвинуться от меня, но я схватил его за запястье и потянув к себе, поцеловал. Медленно, долго и чувственно. Мое тело захватил жар, и я прекратил поцелуй, глядя в глаза Хикэру. Он снова приблизился и коснулся губами моей шеи, я закрыл глаза от приятного чувства и нервно выдохнул. Я почувствовал лёгкий укус, и тихо ахнул, а Хикэру отпрянул от моей шеи лишь на долю секунды, как снова припал к ней губами, коснулся языком места укуса. Парень слегка отодвинул мою футболку, оставив пару поцелуев на моих ключицах, поднял голову и посмотрел на меня. - Я хочу тебе … - Хикэру приблизился к моему уху и прошептал, что именно хочет сделать, чем и вогнал меня в краску. - Нет, - ответил я, вспоминая, как он сам же и говорил, что терпеть не может этот процесс. - Ты говорил, что тебе не нравится это делать. - Мне не нравится это делать, но ты не считаешься. - Меня это пугает, - признался я, и притянул парня к себе, отчаянно целуя в губы, в надежде, отвлечь его от этой весьма сомнительной идеи. Его руки, что покоились на моей груди, скользнули ниже, миновали мой живот и коснулись резинки моих шортов. Я стал паниковать, пытаясь разорвать поцелуй, но Хикэру не позволял мне это сделать, что мне пришлось прикусить его губу, чтобы он отпрянул. - Хикэру, - тяжело дыша произнёс я. - Не бойся, это приятно, - я даже не успел среагировать, как парень опустился вниз, оттянул мои шорты вместе с боксерами и, я вздрогнул от того, что он начал делать. Я чуть не задохнулся от прикосновений его языка и зажал свой рот руками, чтобы не издать какой-нибудь звук.       Все это казалось странным, я полностью ушел с головой в эти новые ощущения, чувствовал, как нарастает возбуждение. Мое дыхание становилось шумным, мне казалось, что оно настолько громкое, что его могли услышать родители. Я опустил руки и сжал простынь, хватая воздух ртом, понимая, что еще чуть-чуть и освобожусь от этой сладкой муки. Хикэру, вероятно, делал это очень хорошо, я не знал, ведь это впервые со мной происходило.       Я запрокинул голову назад, когда почувствовал негу, распространившуюся по всему моему телу. Тяжело дыша, я посмотрел перед собой и почувствовал небывалый стыд. Мои ноги подрагивали, это смущало еще сильней. Мне хотелось куда-нибудь деться. Куда-нибудь подальше от этих пристальных карих глаз.       Хикэру проглотил то, что я бы точно предпочел выплюнуть, и это стало последней каплей, я впился в его губы жадным поцелуем. Парень, вдруг, отпрянул, глядя на меня не менее смутившись, чем я. - Ты зачем меня поцеловал? - удивленно произнёс он. - Почему я не должен был этого делать? - искренне не понимал я. - П..просто... - Хикэру не мог подобрать слова, а я все не мог его понять. - Обычно... разве, тебе не противно после того, что... - Ты смеёшься надо мной? - я все ещё не воспринимал его слова всерьёз. - Иори, обычно… люди после такого не целуются, - Хикэру все ещё смотрел на меня, будучи в шоке. - Ты сделал мне приятно, почему я не могу тебя поцеловать? - Иори… - Хикэру притянул меня за затылок, целуя в губы, запуская пальцы в мои волосы. На смену мягким и нежным поцелуям пришли более глубокие. Я приоткрыл рот, позволяя нашим языкам встретиться, сплетаться и расплетаться, изучая друг друга.       Я потерял счёт времени, когда мы, наконец, смогли остановиться. Губы горели после таких долгих поцелуев. Мне было стыдно смотреть в глаза парня, и я то и дело искал что-либо в этой темной комнате, чтобы отвлечься. - Ты выглядишь таким растерянным, - прошептал Хикэру. – А я чувствую себя полным мудаком. - Почему? – поинтересовался я. - Меня… все еще волнует вопрос о твоей ориентации.         - Что с моей ориентацией? – я все так же избегал зрительного контакта, но видимо, Хикэру было важно видеть мои глаза, и он взял мою голову в свои ладони и повернул, заглянув в них. - Ты не такой, как я, - произнес он тихо. - Какая разница, если мне нравишься только ты? – я вдруг ощутил, что ужасно хочу спать. - В том-то и дело, Иори, - грустно произнес Хикэру, а я так и не понял, что именно он хотел этим сказать.       Следующий день был выходным и родители, к моей радости, ушли на работу, на целый день. Поэтому я тоже ушел, бабушке было все равно, куда и зачем, да и родителям она не скажет. Хикэру позвал меня к себе, как обычно. Когда я постучался в квартиру, дверь мне открыл не он, а его мать. Хикэру не упоминал, что она будет дома, мне даже стало как-то не по себе. - Здравствуйте, – произнес я тихо. - Здравствуй, – ответила она и впустила меня в квартиру. – Мацуи вышел в магазин, скоро вернется, – сказала она, видимо, заметив мое обеспокоенное лицо. - Хорошо, – ответил я. - Можешь, подождать его в комнате. Я кивнул, и ушел к нему. И вдруг меня осенило. В мою голову пришла самая идиотская мысль, но мне показалось, что это то, что я хочу знать больше всего на свете, поэтому я вышел из комнаты и заглянул на кухню, где была мать Хикэру. Увидев меня, она подняла на меня вопросительный взгляд. - Извините, – сказал я. – Я хотел кое-что спросить. - Что такое? – спросила она у меня. - Я, правда, так сильно похож на Хидэ? – уточнил я. Взгляд женщины, сменился на удивленный, а потом она задумалась, как будто размышляя, стоит ли мне говорить. - Зачем это тебе? – сказала она. - Просто, интересно, – я пожал плечами. – Вы ведь сами сказали, что, скорее всего, я напомнил Хикэру именно его. - Да, вы очень похожи, – проговорила она, будто вспоминая его образ. – У меня где-то была фотография в телефоне. Она достала свой мобильный, начала искать фотографию, а я чувствовал, как быстро начинает биться мое сердце. Эти секунды были похожи на часы, наконец, женщина протянула мне телефон, и я увидел фотографию. На ней были Хикэру и парень, который, и вправду, до ужаса был похож на меня. Да что там похож, это была моя копия. У меня задрожали руки, и я отдал телефон обратно. - А где он сейчас? – задал я вопрос, но в комнату вдруг вошел Хикэру с пакетами. - О чем это вы разговариваете? – спросил он, ставя пакеты на стол. - Я показывала Кавасаки фотографию Хидэ, – сказала женщина, и зачем она только это сказала, я уже заметил, как злобно парен глянул на мать. - Что? – спросил он, а потом перевел взгляд на меня. – Сколько раз я тебя просил удалить его фотографии! Почему ты не удалила? - Я не могу этого сделать! Он ведь был частью нашей семьи, вы дружили с ним так долго! – возмутилась женщина.       Я подумал, что их завязавшаяся ссора – отличный вариант незаметно уйти, но Хикэру схватил меня за руку и потащил в свою комнату, закрыв дверь. Он снова начал оправдываться, а я лишь молчал. Я был в отчаянии. Теперь не было и капли сомнения в том, все эти его сумбурно возникшие чувства, появились ко мне лишь из-за моей с Хидэ схожести. Я понял это уже давно, мне просто нужно было доказательство, ведь во мне все еще билась надежда, что все не так. Но теперь она благополучно погибла. - Все хорошо, – соврал я. - Я же вижу, ты не хочешь мне верить! – говорил Хикэру, и я вдруг разозлился. - А как мне тебе верить?! Может, расскажешь мне о нем? Чего же ты так боишься рассказывать, если мы не похожи?! – воскликнул я. – Ты в первую очередь, сам себе врешь, и пытаешься отрицать правду! - Хватит уже! – Хикэру тоже повысил голос. - Просто признай это! Признай, что я на него похож! Это ведь так! – не унимался я. - Нет! Нет! – повторял парень. - Тогда почему ты решил заговорить со мной?! Везде за мной таскался с самого начала, ты представлял, что я Хидэ! - Заткнись! – прокричал парень. – Вы с ним совсем не похожи! ХИДЭ ХОТЯ БЫ НЕ БЫЛ ПАРАНОИКОМ, КОТОРЫЙ ПОСТОЯННО ВО ВСЕМ СОМНЕВАЕТСЯ! Хидэ хотя бы не был параноиком, который во всем сомневается? Этими словами он лишь подтвердил то, что так упорно отрицал. - Может, лучше попытаешься вернуть своего Хидэ? – вылетело из моих уст. – Зачем тратить нервы на тупого параноика Иори и заменять им кого-то? – во мне говорила обида. - Его больше нет в живых, – прохрипел парень. И я тут же вспомнил день, когда Хикэру не хотел оставаться один. Какой же это был день? Семнадцатое июня. Точно. - Семнадцатое июня? День смерти Хидэ? – прошептал я. – В тот день, ты был сам не свой. - Мне казалось, что… - парень запнулся. - Ты знаешь время смерти? – пазл потихоньку стал собираться. - Зачем тебе это? – спросил Хикэру. - Ответь. – Потребовал я. - Пятнадцать сорок четыре – все встало на свои места. В тот день он без конца смотрел то на меня, то на часы. Я все не мог понять, почему? Но теперь все ясно. - Ты поэтому хотел, чтобы я был рядом с тобой в этот промежуток времени? – он сошел с ума. Он точно болен. - Да, – прошептал парень. – В тот день, я не мог унять навязчивую мысль, что если ты не будешь рядом, то с тобой что-нибудь обязательно случится. - Ты спятил… - произнес я тихо, и парень вздрогнул. - Жаль, но я тебе его заменить не смогу.       Выйдя на улицу, я сразу же надел наушники, чтобы абстрагироваться от этого кошмара. Пока я не понял всей паршивости этой ситуации, поэтому чувствовал себя относительно нормально.       Спустя какое-то время, я добрался до небольшого парка и уселся под деревом. Я включил музыку громче, потому что мои мысли стали заполнять всю мою голову. Через пару минут с увидел приближающегося ко мне Хикэру. Он что, следил за мной? Возможно, шёл следом, я ведь не обращал внимания. Хикэру уселся рядом со мной, а потом вытащил один наушник и подвинулся ещё ближе, сунул наушник в свое ухо. (Mitski–Nobody)       Парень обнял свои колени и положил на них голову, посмотрев на меня. Наши взгляды столкнулись, и никто не пытался разорвать зрительный контакт.       Мы молчали.       Почему он такой… притягательный? Даже сейчас, когда мы разругались, я не злился на него. Я чувствовал себя мотыльком, который так рвался к горячему свету лампы. Каждое наше недопонимание оставляло на мне след, но я продолжал обжигаться. На душе снова поселилась всепоглощающая печаль. И о чем я только думал, когда решил, что меня могут полюбить просто так. Это все ложь, такое бывает только в сказках. - Знаешь, я все равно рад, что ты появился в моей жизни, - сказал я. – В этом мире мне никогда не было интересно существовать, я думал о смерти, но ты вдруг появился, как какой-то ангел. В тот день. В день нашей первой встречи, знаешь, я думал спрыгнуть с моста. Но тут возник ты с какими-то странными размышлениями о судьбе, заявил, что мы встретимся и ушёл. Хикэру смотрел на меня ошарашенно, я все улыбался. - Спасибо, - сказал я. - Что ты… почему это звучит так, будто ты со мной прощаешься?! – воскликнул парень. – Иори, что ты задумал? - Ничего… - прошептал я. - Ничего? Ты не умеешь врать… - его руки оказались на моих плечах. - Я не собираюсь ничего делать, Хикэру, - сказал я как можно убедительней. – Не бойся.       Он смотрел в мои глаза недоверчиво. Он искал в них правды, но я уверен, что они ничего не выражали. Абсолютно. Зато я видел сомнения и печаль во взгляде парня. Я медленно приблизился к нему и осторожно поцеловал, будто боясь сломать что-то хрупкое. - Ты меня дуришь, - прошептал он, отстранившись. - Нет, - ответил я, Хикэру коснулся моей шеи и снова приблизился для очередного мягкого и нежного поцелуя. Я почти задохнулся от этой нежности. - Если ты умрёшь, я следом, понятно? – голос его звучал убедительно, я лишь посмеялся. - Понятно, - прошептал я. - Я не шучу, - посмотрев в мои глаза сказал Хикэру. - Верю, - ответил я тихо. - Ты не веришь, - продолжил парень. - Зачем? – не думая, спросил я. - Что? – возмутился Хикэру. - Зачем тебе умирать? Ты столько всего преодолел, у тебя такая сильная воля к жизни… разве ты когда-либо думал о смерти? - Хикэру вдруг задумался. Он молчал, я смотрел на него, ожидая ответа. - Не думал, - ответил он. – Я никогда не задумывался ни о смысле своей жизни, ни о том, какое у меня будущее. Но постоянно копаться в себе и искать этот самый смысл, то же самое, что рыть себе же яму. - Ясно, - ответил я тихо, ведь я этим и занимался сколько себя помню. - Но я встретил тебя, Иори, и в моей постоянной что-то изменилось. Если я тебя потеряю, то не смогу вернуться к прежней жизни. - Постоянную невозможно изменить, - сказал я. - Это не математика, здесь другие правила. Я посмотрел на парня и промолчал. Мне нечего было сказать. Он осторожно повернул моё лицо к себе, как только я хотел отвернуться, и посмотрел в глаза. - Не бросай меня, - прошептал он. - Я не собираюсь, - ответил я тихо, отводя взгляд, ведь я нагло лгал. - Тогда почему мы говорим на такие дурацкие темы? - Просто так, - я выдавил улыбку. - Мне не нравится твоё это «просто так»! - Все хорошо, - я обнял его и из-за этого наушники выпали из наших ушей, Хикэру положил голову на моё плечо. - «Всё хорошо» тоже прозвучало неубедительно, - прошептал он. Мы долго просидели так в обнимку, пока Хикэру не отстранился, держа что-то в руках. - Магнолия, - сказал он, показывая розовый цветок. Только сейчас я заметил, что мы сидели под деревом, с которого осыпались цветы. Видимо, я так был погружен в свои мысли, что не увидел этой красоты. - Красиво, - прошептал я и взял цветочек, а потом приблизился к Хикэру и аккуратно вставил его за ухо парня. Теперь превосходно.       Хикэру пошарил в карманах, а потом посмотрел на меня и вздохнул. - Я обещал себе не курить хотя бы при тебе, но мне сейчас ужасно хочется, ты не будешь против, если я… Я покачал головой в знак согласия, наблюдая, как Хикэру достал сигарету, сжал ее между губ, поднес к ней зажигалку. Щелчок, парень зажег сигарету и сделал затяжку. Я залюбовался. Хикэру. Он был сделан из тёплого солнечного света, ярких красок и лёгкого ветра. Такой хрупкий, нежный, и к сожалению, сломленный. - Ты… чего так смотришь? – удивленно спросил он и я почувствовал, как загорелись мои щеки. Я ведь все это время смотрел на него не отрывая глаз. - Просто я… м.. – и в голове ничего нет. - Я понял, - я увидел, что Хикэру смутился, это было так неожиданно, ведь такое бывало редко. – Твои глаза о многом могут сказать.       Парень сделал очередную затяжку. Запах дыма меня немного раздражал. - В… выражении чувств в словах я не силен, так что… - я не успел закончить предложение, потому что Хикэру поцеловал меня. Медленно и мягко, и так долго… я думал, я точно потеряю голову, но отвратительный вкус сигарет на губах, немного отрезвлял. Меня охватило чувство умиротворения, но в ту же минуту с новой силой обрушилось осознание того, что все эти чувства Хикэру вызваны лишь моей схожестью с парнем, которого от любил по-настоящему. И есть ли в его чувствах, хоть доля любви ко мне? Нет, не может быть. Он ведь даже путал меня с ним. Я отстранился, прервав поцелуй и отвернулся. Как же печально. - Ч…что-то не так? – послышался встревоженный шёпот Хикэру. - Поцелуй на вкус, как пепел, - прошептал я, задумавшись, что значение лично для меня имеет два смысла. - Извини, - Хикэру потушил недокуренную сигарету об траву. - Нет, все хорошо, - я снова натянул на лицо фальшивую улыбку и обнял его. – Все хорошо.       Нет. Все плохо, и хорошо уже никогда не будет.       Остаток дня прошел как-то странно. Я ничего не делал, я чувствовал себя подавленно, будто из меня высосали все силы, я не мог даже трезво оценить ситуацию и о чем-либо думать. Заснуть мне снова было тяжело, мой мозг, будто специально без конца крутил в памяти наш с Хикэру разговор. И мне стало совсем плохо, что слезы потекли. Я не мог остановить это. Они текли, не останавливаясь, но легче мне не становилось. И кто только сказал, что после того, как поплачешь, становится легче на душе. У меня все было наоборот: с каждой секундой, становилось только хуже. Наверное, все мои силы ушли на эту немую истерику, и я стал засыпать. А проснулся я ночью от ужасного сновидения. Сон был настолько отвратительным и реалистичным, что я долго не мог прийти в себя.       Мне приснилось, что я стою на краю моста, за оградой. Я думал, прыгать или нет, но мои мысли прервал голос, за спиной. Я повернул голову. - Прыгай, - говорил Хикэру. - Ну же, прыгай. - Почему ты говоришь мне это? - спросил я, но в ответ лишь почувствовал толчок и уже через пару мгновений, я летел вниз. Я очень быстро настиг воды, но, как ни странно, я мог дышать. Мое тело, словно камень, медленно опускалось вниз, на дно, где не было света, и вскоре, я почувствовал под ногами песок. Я огляделся, но не видел ничего, кроме кромешной тьмы. - Ах, это ты Кавасаки Иори? - послышался голос, но я не мог понять, откуда он доносится. Я услышал щелчок пальцев и меня ослепил, внезапно появившийся, свет. Когда глаза, наконец, адаптировались, я понял, что стою в белой комнате, в которой совсем ничего не было. Только дверь. И она резко открылась, и я увидел себя? Я увидел человека, который выглядел точно так же, как и я. Он вошёл, закрыв за собой дверь и улыбнулся. - Кто ты? - спросил я. - А ты как думаешь? - усмехнулся парень. - Я? - тихо произнес я. - Нет, я же Хидэ, ты что, не узнал меня? - Хидэ? - я удивился, глядя на парня. - Да, это я. Это со мной тебя перепутала мать Хикэру, это меня он увидел в тебе. Наверное, обидно, когда тебя любят за то, что ты являешься чьей-то копией? - Мы не похожи! - возмутился я. - Да? Приглядись, один в один! Хикэру был с тобой лишь из-за того, что твоя оболочка напоминает меня. Но, когда он понял, что начинка другая, столкнул тебя с моста, потому что ты ему надоел, ты не я, ты пустое место, ты временная замена, ты ничтожество, которым можно утешиться лишь на время, ты никогда бы не смог заменить меня, потому что ты пустышка, в тебе нет ничего, что могло бы кого-нибудь зацепить, ты лишь моя, бездарно сотканная, копия, ты никто, ты ничто... - ЗАТКНИСЬ! - закричал я, закрывая уши, я больше не мог слышать это. - Ну, разве это не правда? - я поднял голову, но передо мной уже никого не было. Передо мной было лишь зеркало, в котором я видел свое отражение. Я дрожащей рукой коснулся ледяного стекла, отражение повторило за мной, но как только я убрал руку, оно рассмеялась. - Ты Хидэ, ты не Иори, ты Хидэ, Иори никто не любит, поэтому ты решил занять место Хидэ, ты решил стать им! - говорило мое отражение. - НЕТ! НЕТ! Я не Хидэ! Я никогда не пытался стать другим человеком! Я со всей силы ударил по стеклу и разбил его, ощущая как осколки, впились в мою кожу. Таким был мой очередной кошмар. Если я постоянно буду видеть такие сны, то вероятно, сойду с ума.       В школу я опоздал, потому что до ужаса не хотел туда идти. Разговаривать с Хикэру мне совсем не хотелось, я полностью погрузился в апатию.       Когда прозвенел звонок с последнего урока, я даже не сразу понял, что занятия закончились. Хикэру смотрел на меня, пытаясь понять, что со мной происходит. - Иори… - позвал он меня и я, наконец, обратил на него внимание.       Больше я не злился на него, не чувствовал обиду, разочарование и печаль. И пусть хоть ненастоящую, но все же любовь, подарил мне именно он. И он был и остается моим светом в этом черном мире. Я приблизился и поцеловал его. Мне просто захотелось сделать это. Мне захотелось запомнить это прикосновение, вероятно, оно станет последним, потому что я ощущал себя настолько пустым и разбитым, что в голове вертелась лишь одна навязчивая мысль – исчезнуть. Парень ответил на поцелуй, но быстро отстранился. - Иори… что с тобой? – спросил Хикэру, но я снова поцеловал его, запуская пальцы в его мягкие мятные волосы.       Я всегда знал, что недостоин любви, я знал, что меня не за что любить, и так глупо полагал, что многое значу для Хикэру, но все это было пустое. Он любит не меня. Я остался ни с чем, и это в сто раз хуже, чем когда ты не имел ничего с самого начала, потому что, когда теряешь что-то, то намного сильнее ощущаешь боль утраты. Я обрел веру в то, что могу быть кому-то нужен, что могу быть любим. Это чувство полностью застлало мои глаза, одурманило разум, подарило крылья, благодаря которым я взлетел, и, оказавшись на самой вершине, я лишился всего и камнем полетел вниз. А ведь чем выше взбираешься, тем больнее падать. Я не смогу так жить дальше, поэтому я точно решил, что лучше мне исчезнуть. Я люблю Хикэру, я зависим и привязан к нему, просто потому что он единственный, кто проявил ко мне заботу. Я ощущал себя грязным, брошенным щенком, приласкай которого, получишь вечную преданность. Хикэру оторвался от моих губ, и я открыл глаза. - Ты странно себя ведешь… - сказал он. - Извини, - я пожал плечами, а потом поднялся с места. - Мне пора домой, – я схватил свой рюкзак и посмотрел на парня. - Стой, да что такое… - обеспокоенно проговорил он. - Если хочешь, можешь, пройтись со мной, – сказал я и пошел к выходу из кабинета. И Хикэру последовал за мной, но по дороге до моего дома мы молчали. Я разглядывал его, мне хотелось запомнить каждую черту его лица. Он и вправду будто светился. До дома мы дошли быстро, даже как-то жаль было расставаться с ним. Наверное, ему будет плохо, когда он узнает, что меня больше нет. Но скорбеть он будет не по мне, а по Хидэ, которого он потерял во второй раз. Я почувствовал, как к горлу подкатил ком, я не хочу так жить. Даже если я умру, никто не будет плакать именно обо мне. Такая жалость. Родился никому не нужным, никому не нужным и умру. Зачем я вообще только появился на этот свет? - До завтра, - улыбнулся я, но завтра мы не увидимся. - Пока... - задумчиво проговорил Хикэру, а я шагнул к нему и обнял, вдыхая его запах.       Его одежда всегда сильно пахла стиральным порошком, как же я любил это. Я все в нем любил. Я дотронулся до его мятных волос, а потом отпрянул и снова улыбнулся. Дома была только бабушка. Я зашёл в комнату, взял плеер и включил музыку, а потом зашёл в ванную комнату и закрылся там. Пока бабушка поймет, что я слишком долго здесь нахожусь, пока выломают эту дверь, я успею умереть. Я залез в ванную, сел и достал лезвие. Нужно чуть-чуть потерпеть. Совсем чуть-чуть.       Я всегда считал себя бракованным, а что делают с браком? Утилизируют, либо ликвидируют. Мне так жаль, что меня не «ликвидировали», как только мать поняла, что беременна. Хотя, на тот момент, она еще не подозревала, каким будет ее ребенок. Однако, все исправимо, ведь я достиг стадии, когда могу самоликвидироваться, главное, забыть о страхе, который сдавливает мою грудь, как только я беру в руки лезвие. Но это ведь самый верный исход для меня. От моей кончины, родителям станет легче, остальным людям наплевать, вот только Хикэру расстроится. Но больше я не хочу жить. Жить и знать, что я так и не смог стать для кого-то особенным, не смог вписаться в общество, потому что я глупый и поломанный. Что единственное, чего я достиг – стал чьей-то заменой, потому что на большее я не способен. (Mitski – I bet on losing dogs)       Я разглядывал лезвие и боялся. Боялся себя убить, несмотря на то что хотел этого, ведь нет ничего страшнее неопределенности. Что будет, когда я умру? Это невозможно представить, мозг не может показать то, чего ты не видел. Интересно, а может, такое понятие, как реинкарнация, все-таки существует? Когда веришь во что-то, все, кажется, намного проще, поэтому большинство людей верят в богов, уповая на их благосклонность и помощь. Намного легче умирать, зная, что ты переродишься, либо попадешь в рай или ад. Даже ад, кажется, не таким пугающим, по сравнению с небытием. У всех свои представления о загробной жизни, но меня все это пугает. Я провалюсь во тьму, лишенный разума, меня уже не будет. Только мгла, бесконечная, немая, пустая и абсолютно черная. Пора заканчивать. Я коснулся лезвием кожи и снова замер. Нужно набраться сил. Я сделал глубокий вдох, потом выдох, оглядел комнату. Почему-то я вспомнил про мертвого или живого кота Шредингера. Пока коробка с котом закрыта, никто не знает, умер он, или жив. Пока не откроют дверь в ванную комнату, никто не будет точно знать, успеют ли меня спасти, или я уже мертв. Забавно.       Я приложил лезвие к коже, а потом надавил и повел вниз. Было очень больно, а ещё противно. Мне затошнило от вида своей же крови, которая вытекала из вскрытой вены. До чего же отвратительна эта багровая жидкость. Удивительно, я уже ощущал слабость, поэтому нужно поторопиться. Я проделал то же самое со второй рукой и закрыл глаза. Мне становилось холодно, и силы стали меня покидать. Отвратительная смерть для такого ничтожества, как я, в самый раз. Никто никогда меня не любил по-настоящему. И вряд ли бы я смог жить нормально дальше с такой нездоровой привязанностью к человеку.       Мне становилось плохо, и казалось, что я проваливаюсь в сон. Это и есть последние мгновения моей жизни? Скоро я умру, и ещё через какое-то время я умру и в памяти людей, которые меня знали.       Я уже почти провалился в сон, и мне почудилось, что кто-то коснулся моей руки. Я ощутил запах Хикэру. Хикэру подарил мне смысл жить, и сам же его отобрал. Прости. Зачем я решился на такой шаг? Из-за своего бессилия? Трусости? Я просто слишком слабый. Я не вижу смысла… но… Я боюсь умирать. Я боюсь умирать. Хикэру, я боюсь, пожалуйста, спаси меня. Спаси меня.