Заговор крокодила

      Его не уволили.       Мичикацу не знал, ему радоваться, плакать, покраснеть от стыда? Ну и как ему смотреть этому ебанутому в глаза? Пиздец одним словом.       Он благополучно рассказал все Накиме, перед тем как пойти на задание.       — Вау, — только и выдала подруга, когда дослушала его. Мичикацу сверлил дыру в стене. А вдруг его уволят после этого задания? Музан все-таки не может передать это дело за один вечер кому-нибудь еще. Даже если это поход в несчастную школу для передачи некоторой информации ее директору, Убуяшики.       — Ага.       — Да ты молодец, ты все правильно сделал, — Накиме положила руку ему на плечо, — Вот увидишь, все разрешиться.       — Это… Блять, если это все случится… Придурки эти…       Мичикацу поднял руки, а Накиме лишь сильнее сжала его плечо.       — Захочешь, можешь у меня пожить пару дней, чтобы оклематься от такого, найдем тебе матрасик какой-нибудь, — продолжала Накиме.       — Спасибо. Но не сейчас, не нужно.       Он кивнул. Проморгавшись, вздохнув, он решился перевести тему:       — Как у тебя дела?       Накиме, поняв прикол, кивнула.       — Я нашла квест с лабиринтом, но там нет четкой карты. Я планирую сходить туда на выходных. Хочешь со мной?       — Да, давай.       — Ох, еще я недавно пересмотрела Сейлор Мун…       Мичикацу тихо засмеялся, а Накиме обиженно ударила его в плечо. Слабенько, спасибо, что вообще почувствовал.       — Слышь, сейчас сам станешь у меня просить лунную призму дать тебе силы.       — А что так? — Мичикацу продолжал нагло улыбаться.       — Начнешь стебать — я тебя точно до конца дней буду звать Усаги Цукино.       — Ладно, хотя бы не Селестия из поней.       — Ты не Селестия, ты Луна. Найтмер вообще.       — Ты в их персонажах разбираешься?       — А ты — нет?       — Нет.       — Да ты че? Тебя срочно надо культурно образовывать. Все, на выходных после квеста начинаем марафон.       — Пощади меня, о, великая женщина с бивой.       — Тебе повезло, я сегодня без бивы, так и быть. До выходных.       — Хорошо.       Накиме улыбнулась.       — Так что не переживай. Тебе даже не тридцать, все и всегда ты успеешь.       — Мне скоро двадцать пять, а я ничего не добился, — внезапная и тревожная мысль появилась в сознании Мичикацу, едва он позволил себе успокоиться.       — Я тебе сейчас тресну за себя, — пригрозила подруга, а тот поднял руки в знак капитуляции.       — Понял. — сказал он, а после наступила небольшая пауза. — Спасибо тебе, что ты рядом.       — Я тоже тебя обожаю, — Накиме похлопала его по плечу на прощание, а после оба побежали работать.       В плане Музана ничего сложного не было, просто кто-то любил усложнять себе жизнь. Зайти в школу, поговорить с парочкой идиотов, вытерпеть оры ебанутых работников, которых здесь зовут учителем математики и ИЗО, передать флешку с информацией, выждать, когда они поймут, что там нет вирусов или чего похуже, попросить передать Убуяшики.       Ну вот и сделано.       Уходя, Мичикацу заметил две одинаковые головы тех самых внезапных родственничков. Заметил и ушел.

***

      — Куда мы идем?       — На встречу с Убуяшики, — почти выплюнул Музан, Кокушибо даже забеспокоился. — Ты выполняешь свои обязанности моего телохранителя.       Ну, это он всегда так на встречи ходит с начальником. Только вот они уехали далеко от центра города в какую-то хеуверть. И спускались во время этого диалога вниз по дороге, чтобы после завернуть куда-то, а куда — только Музан знал. Мичикацу уже мысленно начал составлять списочек того, что расскажет Накиме по секрету. И что не расскажет, потому что слишком опасно и конфиденциально.       Убуяшики с кем-то стоял в каком-то малоосвещенном углу заброшки. Это уже попахивало какой-то ненормальной хуйней для Кокушибо, он начал вертеть головой из стороны в сторону, думая, что увидит кого-нибудь. Вот зубы он еще не выплевывал от наркоманов, это вообще-то привилегия Аказы.       Каких-нибудь представителей низшего социального слоя тут не оказалось, так же, как и криминальных авторитетов. Или все-таки…       Ëриичи.       Мичикацу чуть не произнес имя брата, но явно ахуел. Да так, что вышел вперед Музана, смотря лишь на братца. Дистанцию соблюдать пришлось, он не настолько непрофессионален.       А брат у него тоже ахуел, будто и не ждал такого поворота. Один посмотрел на Кибуцуджи, а другой на Убуяшики. Реально близнецы. Только почему фамилии разные?       — Ну здравствуй, Убуяшики, — поздоровался Музан, поравнявшись с Кокушибо. Тут начальник сам замечает Ëриичи и то, что у того рожа один в один как у его секретаря и телохранителя в одном Кокушибо. Цугикуни продолжали смотреть друг на друга, явно не ожидая такого поворота.       — Музан, — поздоровался Кагая, взглянув здоровым глазом на своего и чужого телохранителей. Он, а отличие от босса Кокушибо, который нахмурился и сам не выкупил подобный поворот, обошелся одним взглядом на обоих.       — Прояви уважение, — прорычал Музан, подходя к своему брату. Убуяшики продолжил улыбаться, будто у них светская беседа, а не важная встреча, которая задумывается чем-то вроде «прекрати мешать моим планам и заткни хлеборезку этой огромной суммой денег» или около того.       — Как сестрица поживает?       — Разве тебе она сестра? Ты вроде бы Убуяшики у нас, — Музан сложил руки на груди.       — Как мило, что ты говоришь о каждом из троицы как о «нас», а не по отдельности.       Мичикацу чисто из профессиональных требований сделал ебало кирпичом, а Ëриичи позволил себе скрепить руки в замок. Обоим было неловко от начинающихся петушиных боев.       «Хорошо, что мы не такие, как они», — подумали братья Цугикуни, которые из отличительных черт обладали способностью молчать обо всем, что происходит и не происходит у них. Даже тогда, когда это надо, так что они действительно могли назвать себя не такими.       Братья упустили часть диалога Музана и Кагаи, вновь проявив интерес только после случайно услышанных слов:       — У тебя маникюр? Ты что, педик, Музан? — спросил Убуяшики, продолжая держаться с таким непринужденным видом, будто снисходительно объяснял школьнику, что рисовать на руках не нужно.       — Кто бы говорил, у тебя педик с сережками тут стоит, — после этих слов Ëриичи дернулся. Кокушибо угрожающе сделал шажок вперед, когда тот сжал кулаки. Ну вот умеет Музан выбешивать Ëриичи так, как никто другой, наверное, не может.       — Твой тоже длинноволосый, как и мой, так я же на него не засматриваюсь, в отличие от тебя, — парировал Кагая, после чего раздался внезапный смешок.       Кокушибо прошел к парочке подозрительных коробок, которые были без пыли, а после чуть не был сбит с ног двумя малолетними дебилами. Но он был быстрее, поэтому через секунду уже держал двух мальчишек. Токито.       Еще одна пара.       — Ты детей на такое берешь?! Ты совсем бесстрашный, Кагая, — Музан победно улыбнулся, когда с лица самого директора года пропала улыбка.       — Это не он, это мои, — Ëриичи, очевидно, попытался выгородить Убуяшики, подставив себя. Но тут ходить далеко не надо, чтобы увидеть лицо Мичикацу.       — Это не наши!       Мальчишки продолжали висеть у Кокушибо в руках, но сейчас они начали явные попытки его ударить. Получив пинки от обоих, он посмотрел на довольного Музана. Да, ему то что, его тут секретарь нахер послал недавно, так с чего бы этому злопамятному выгораживать хоть кого-то здесь, кроме себя?       — Я их сейчас же выгоню, — сказал Кокушибо, развернувшись к выходу. Тут Токито совсем ебанулись, начав бить его с двух сторон, но он тоже не пальцем деланный. Поставил, сильно встряхнул, удобнее перехватил. И те снова заорали.       — Твою мать, нас услышать могут! — заорал Музан, а Кагая взглянул на Ëриичи, тот и побежал за братом. Отнимать этих идиотов, а не помогать их заткнуть.       — Ëриичи, нет, Ëриичи, фу, — начал Мичикацу, пока тот пытался разобраться в этой путанице из трех пар рук и ног. Разобрался он быстро, так еще и чуть вытащил мальчишек из захвата его рук, да только Кокушибо сжал их сильнее и больнее. Ëриичи не хотел делать больно.       — Мичикацу, отпусти их, — брат подключил дипломата, а Токито, поняв, что есть шансы, нашли в себе еще силы на сопротивление.       — Мамочка, мама! — заорал один из них, который был в голубой куртке.       — Дурак, не ори! — не менее громко закричал второй, в черной куртке с голубым узором.       — Угомоните их! — Музан прервался от разговора с Убуяшики, с которым они стали игнорировать своих коллег и малолеток. Ëриичи нахмурился, явно припоминая оскорбление Музана в его сторону, но ничего не сказал, потому что Кагая согласно кивнул на слова брата.       Поэтому две терпилы пытались выпроводить и успокоить двух мальчишек, которые разорались на всю округу. Ëриичи, которого, судя по его поведению, наебали на сомнительную встречу, да Кокушибо, который просто проработал принятие закидонов начальника. Не всех, но большую их часть он принял со скрипом, потому что они не касались его самого.       Ëриичи чудом упросил Токито замолчать. Напомнить им, что их тоже в случае чего будет допрашивать полиция, оказалось хорошим средством.       — И куда вас деть? — задался вопросом Кокушибо, посмотрев на детей.       — Отпустите нас, — попросил мальчик в голубой куртке.       — Не могу, мальчик, мы ведь тут не о рисе говорили, чтобы просто так отпускать вас.       — Дяденька, мы уже не пятилетки, чтобы сюсюкаться с нами, — наглым тоном ответил ему второй мальчишка.       — Ну отпустите, ну пожалуйста, — начал распевать первый, а Кокушибо их игнорировал, думая. А реально, что им делать? — Мы вас раменом угостим, — начал торговаться парень в голубой куртке.       — Рамэн, — поправил Кокушибо, продолжая игнорировать всех троих. Ëриичи тоже застыл, обдумывая случившееся. Но тут он тоже почему-то дернулся.       — Рамëн, — сказал он, а после вернулся в то же положение.       — Шаурма или шаверма? — вдруг спросил Муичиро, поставив всех в ступор.       — Что это? — спросил брат, пытаясь удобнее вывернуться в руке Кокушибо.       — Так, а ну прекратили разговоры!       — Дяденька, помогите! — обратился Токито в черной куртке к Ëриичи. Нашлось слабое звено, блять.       — Давай отпустим их.       Кокушибо закатил глаза. Начинается.       — Нет, мы не можем это сделать! — Мичикацу грозно топнул.       — Они же хорошие. Это дети! Они не услышали ничего важного.       — Нашу с тобой честь, волосы, а также твои серьги оскорбили, у этого были свидетели.       — Да мы никому не расскажем про то, что тот дядька с маникюром вас пидорами назвал, — попытался мальчик в черной куртке, но у его странного братца выходило пока лучше. Ладно, он соглашался на их условия, а не торговался, тоже плюс.       — Ладно. В любом случае, ваши волосы тоже не отличаются длинной, чтобы мы были не в одинаковом положении.       Токито переглянулись после слов Мичикацу, а после согласно кивнули.       — Так пустите нас на землю?       — Да, пройдемте туда, — Кокушибо кивнул в сторону основной дороги, после чего они действительно без конфликтов это сделали. Ну и Цугикуни проследили, чтобы те действительно ушли. Вернувшись обратно, постояли некоторое время, тоже на всякий случай. Хотя Кокушибо мысленно уже бежал к Музану, потому что, а как иначе? От инвалидов тоже надо спасать.       Вот Накиме прихереет с его рассказа.       — Ты как? — спросил он у Ëриичи, а тот вдруг подошел к нему и мягко обхватил за локоть. Мичикацу перебросил часть шарфа, закрыв пальцы брата от холодного ветра. Хоть что-то, раз кое-кто не взял перчатки. — Как ты вообще тут оказался?       — Мне сказали, что нужна помощь, человек вынужден пойти в небезопасное место. Я думал, Убуяшики пойдет по каким-нибудь школьным делам, — Ëриичи посмотрел на свои ноги, пока говорил это. — А здесь такое…       — Вляпался ты. Больше так не делай.       — Хорошо, папа, — вдруг пошутил Ëриичи в ответ на непрошенную рекомендацию брата.       Мичикацу невольно засмеялся, а после слабо ударил того по плечу.       — Ладно, но я правда надеюсь, что эта встреча не накладывает на тебя сверху каких-то требований. С таким не шутят… Он все-таки и неофициальной организацией управлял.       С лица Ëриичи спала каменная маска безразличия, он забеспокоился.       — Музан?       — Кагая управлял. Оба. У этих двоих старые терки.       Ëриичи еще сильнее поник, задумавшись.       — Я тоже надеюсь, что все обойдется. Мальчики не идут обратно, кажется. Давай возвращаться.       Не успели они развернуться, как тут же скрипнула дверь.       — Не, Кокушибо, плохие из вас враждующие братишки, мы с Кагаей лучше справляемся.