Если увидишь, как идет снег | 如见雪来 | If You See Snow

История длинная, рассказывать её долго, но всё началось двадцать два года назад на горе Чжуло в Неиссякаемой обители. В то время Су Жухуэй сонно клевал носом на лекции его учителя Мин Жоу, который изо всех сил пытался передать ему знания о «Военном трактате Уци» и постоянно торопил его заучивать наизусть тексты. Его учитель был человеком невероятно одарённым и в идеале владел звёздными формациями Фэн Хоу и искусством врачевания. Тридцать оборонительных формаций в сорока восьми провинциях были созданы его учителем, а знатные господа приезжали к нему лечиться. Он был не только хорошим лекарем, но и являлся понимающим человеком. Когда отпрыски знатных семей заболевали болезнями, о которых стыдно говорить и сложно лечить, они умоляли отправить их к его учителю. Главным образом из-за того, что учитель никогда не сплетничал о своих пациентах, а пойди они к другим врачам, то на следующий же день все вокруг знали бы о их недуге. Мин Жоу хотел передать свои знания ученикам и всё хорошо продумал: знания о целительстве он передал Чжоу Сяосу, она была одарена от природы и её тайным искусством являлось Исцеление, поэтому она могла лечить раны и травмы, а также исцелять болезни — идеальная база для изучения медицины. Звёздная формация Фэн Хоу должна была перейти Су Жухуэю, потому что его искусством было Безграничное Развёртывание — неважно каким сложным было вычисление, он моментально выводил ответ. Звёздная формация Фэн Хоу содержала в себе бесчисленные трансформации и если бы Су Жухуэй тренировался, то стал бы исключительным мастером. Но увы, этот дурень всей душой стремился к готовке. Время клонилось к закату. Бамбуковая занавеска отбрасывала тень на детей, которые читали вслух. Их звонкий голос разносился ветром по округе. Практически все учащиеся в школе Неиссякаемой обители были детьми из посёлка Чжуло. Богатые и бедные различались, как небо и земля, именно поэтому Мин Жоу открыл бесплатную школу и преподавал там. Такое было большой редкостью, поэтому дети усердно учились и читали вслух канонические книги. И только Су Жухуэй почти засыпал в этой трудолюбивой атмосфере. Мин Жоу отложил «Военный трактат Уци» и огорчённо вздохнул. Он подошёл к Су Жухуэю, согнул пальцы и постучал по его лбу, затем дал знак выйти наружу. Вместе они дошли до деревянной галереи, Мин Жоу потрепал его по волосам и сказал: — А-Хуэй, если будешь плохо учиться, то никогда не найдешь себе жену. Су Жухуэй покачал головой и с жаром выпалил: — Учитель, Вы не правы! У моего отца не было тайных искусство, а ещё он совсем не умеет зарабатывать, но всё равно женился на знатной женщине из тайной школы. Как видно, чтобы найти жену не обязательно быть талантливым, нужно всего-лишь быть симпатичным. У меня неплохое лицо, не волнуйтесь, в будущем для меня точно найдётся девушка с плохим вкусом. — Проказник… бесконечно говоришь всякий вздор, не буду спорить, — с горькой улыбкой покачал головой Мин Жоу. — Послушай, ты вырос с Сяосу и Сюэя, кто из них тебе нравится? Сяосу родом из Юйчжоу, её медицинские навыки уже достигли начального уровня и в них заметна моя методика. Сюэя родом из Юньчжоу, к тому же обладает редким тайным искусством атакующего типа. Усердно учись и, когда тебе исполнится четырнадцать лет, я помогу тебе попросить руки у одной из них. Жениться на Чжоу Сяосу или на Цзян Сюэя… для Су Жухуэя это был выбор без выбора, попросту катастрофа. Су Жухуэй немного помолчал и сказал: — Оставьте эту затею… Цзян Сюэя сказала, что её мужем должен стать самый сильный мужчина в мире, а Чжоу Сяосу хочет себе в мужья самого нежного мужчину. Я же не нежный и не сильный, ни одна из них не посмотрит на меня. В момент, когда он договорил, раздался бой вечерних барабанов. Звук разнёсся по горному лесу и вспугнул птичью стаю. У Су Жухуэя аж глаза загорелись: — Учитель, уроки закончились! До завтра! Су Жухуэй вернулся в комнату взять свой ящик с книгами, но стоило только войти, как он столкнулся с юношей. Это оказался Далун из посёлка. Видимо, он прятался за дверью и подслушивал их разговор с учителем. Далуну было четырнадцать и он уже был выше Су Жухуэя. — Су Жухуэй, у тебя глаза не выросли? — зло гаркнул Далун. Он подслушивает чужие разговоры, так ещё и такой заносчивый. Далун всегда смотрел на Су Жухуэя свысока и придирался к нему через день, но не осмеливался вести себя более дерзко, потому что знал, что он личный ученик Мин Жоу. Су Жухуэй не хотел связываться с ним, поэтому взял ящик и вышел. Не успел он зайти в деревяную галерею, как дорогу ему преградила Цзян Сюэя. — Куда идешь? — вздёрнула подбородок она. Её интонация была мрачной. Су Жухуэй обернулся и увидел Чжоу Сяосу, которая стояла сердито уперев руки в бока. Су Жухуэй понял, что дело плохо, и, перехватив ящик, попытался ретироваться. Но Цзян Сюэя стремительно подскочила к нему и применила захват. Вцепилась так, будто была тигром, вонзившим зубы в свою добычу. — Наставник, — крикнула Цзян Сюяэ, — у нас дела, мы уйдем первыми. Она поволокла Су Жухуэя за собой пока Мин Жоу махал им платком: — Веселитесь! Но не деритесь! Как Су Жухуэй и думал, дело оказалось в том, что он заставил Сан Чиюя стирать его носки и это заметила Чжоу Сяосу. Она настучала Цзян Сюэя, так всё и раскрылось. Они привели своего узника в маленький дворик и столкнулись с Сан Чиюем, который как раз шёл к Су Жухуэю, чтобы забрать его носки. Цзян Сюэя носилась за ним по всему двору, намереваясь избить, пока он ловко уклонялся и, в конце концов, не спрятался за спиной Сан Чиюя, который держал в руках деревянный таз, и не показал ей рожицу. — Су Жухуэй, ты! Бессовестный! — разразилась руганью Цзян Сюэя. — Заставляешь других стирать твои вонючие носки! Совсем не боишься, что Юй-эр насмерть задушится этой вонью?! — Вот-вот! — поддержала стоявшая рядом Чжоу Сяосу. — Шигэ, тебе не стыдно? Я презираю тебя! — Во-первых, мои носки не воняют, — Су Жухуэй, посмеиваясь, выглянул из-за плеча, — во-вторых, Юй-эр мой младший брат. Младшие всегда помогают своим старшим справляться с трудностями и заботами — таковы небесные законы и земная истина. Юй-эр, ты добровольно стираешь мои носки? — Добровольно, — кивнул Сан Чиюй. — Слышали? — Су Жухуэй скорчил гримасу. — Всё добровольно. — Юй-эр, он же обманул тебя! — топнула ногой Чжоу Сяосу. — Он просто хочет сделать тебя своим рабом! Сегодня ты помогаешь ему носки стирать, а завтра он потребует, чтобы ты стирал одежду, готовил, убирался и мыл посуду. — Юй-эр, подойди, — попросила Цзян Сюэя, — пойдём с нами ловить вьюнов, а Су Жухуэя с собой не возьмём. Сан Чиюй сначала посмотрел на Су Жухуэя, потом на Цзян Сюэя, в его глазах отразилась растерянность. Он не понимал, что должен выбрать. — Не обращай на них внимания. Пусть идут ловить вьюнов, как маленькие дети, — Су Жухуэй побежал, утягивая за собой Сан Чиюя. — Мы с братишкой уйдем первыми, а вы, многоуважаемые, не торопитесь. Они бежали под крик Чжоу Сяосу: — Я всё расскажу нашему учителю и верховному мастеру! Шигэ, подожди, будешь стоять на коленях перед наставником! Только и умеют, что ябедничать. Су Жухуйэ скривился. Он оглянулся на Сан Чиюя: светлое и чистое личико, темные большие глаза выражают спокойствие. И всё же Юй-эр очень хорошенький. Су Жухуэй крепче сжал его руку. Цзян Сюэя — демоница, Чжоу Сяосу — ябеда, женишься на ком-то из них и всё, можно считать, жизнь кончена. Всё же лучше жениться на Сан Чиюе. Они добежали до ручья на склоне горы. Су Жухуэй ужасно запыхался, а вот Сан Чиюй совсем не устал, будто мог бы ещё на одно дыхании пробежать восемьсот ли. Сан Чиюй поставил таз на берегу ручья и несколько растерянно спросил: — Мы не можем с ними играть? Он весь поник и выглядел немного расстроенным. Су Жухуэй утешил его: — Ничего, подожди два дня, тогда можно снова с ними поиграть. — Правда? — спросил он. — Правда, — Су Жухуэй постучал себя по груди. — Разве я обманывал тебя когда-то? Сан Чиюй успокоился. Цзян Сюэя и Чжоу Сяосу тоже были его друзьями, он совсем не хотел ссориться с ними. Он присел и, пыхтя, принялся стирать носки. Су Жухуэй опустился рядом с ним, наблюдая, как его белоснежные руки раз за разом погружаются в расходящуюся рябью воду, которая переливалась в закатном солнце. Руки Сан Чиюя тоже как будто светились. Су Жухуэй, подперев голову, вдруг сказал: — Юй-эр, а может, выйдешь за меня и дело с концом. Сан Чиюй замер, затем склонил голову и непонимающе посмотрел на него. Су Жухуэй весь извёлся от скуки и болтал рукой в воде, создавая брызги: — Мой учитель с ума сошёл, хочет заставить меня жениться на Цзян Сюэя или Чжоу Сяосу. Но если я женюсь на ком-то из них, то моя жизнь будет кончена. Если ты согласен быть со мной, я женюсь на тебе. И хотя мы с тобой оба мужчины, но я знаю, что у отцов Сюэя и Сяосу есть наложники. Раз уж им можно, то и мы с тобой имеем на это право, ведь так? Сан Чиюй кажется понял, но не до конца и промычал «угу». Су Жухуэй похлопал его по плечу и серьёзно сказал: — В нашем обществе Божественного Дракона недавно появилось новое правило: если старший брат не может найти себе жену, то младший обязан ей стать. У меня есть только один младший брат, так что именно ты ей и станешь. В то время Сан Чиюй был глуповат и не знал, что означает выйти за кого-то замуж, поэтому был безразличен к тому, за кого ему необходимо выходить. Су Жухуэй сказал ему стать женой — он и стал. И хотя Су Жухуэй в те времена был поумнее Сан Чиюя, но, честно сказать, тоже не знал, что значит «жениться» и «выйти замуж». В его маленькой головушке муж и жена были двумя людьми, которые вместе ведут хозяйство на протяжении всей жизни. Виной такому пониманию стали романтические романы, которые коллекционировала Чжоу Сяосу. Он не хотел провести всю свою жизнь в злобных склоках с кем-то из двух этих женщин, но был не против прожить её с Сан Чиюем. Ведь муж и жена и братья — это почти одно и тоже, разве нет? Он наивно полагал, что единственная разница между этими двумя категориями только то, что женатые люди должны растить ребёнка. Взрослые вокруг говорили, что в жёны надо брать женщину с большой попой, ведь такая женщина хороша для рождения детей. Су Жухуэй же не мог с этим согласиться, потому что считал себя весьма надоедливым. Если в будущем жена родит ему маленького Су Жухуэя, разве надоедливых людей не станет в два раза больше? Он был самокритичен и ему вполне хватало и того, что он сам достаёт других… и ему страшно не хотелось, чтобы кто-то доставал его. — Юй-эр, ты желаешь выйти за меня? — спросил он. — Желаю, — кивнул головой Сан Чиюй. — Назови меня старшим братом! — крикнул Су Жухуэй. — Старший брат, — ответил он. — Жёнушка, — снова крикнул Су Жухуэй, — назови меня муженёк! — Муженёк, — снова ответил он. Юй-эр был таким послушным, что Су Жухуэй вконец растрогался. Отныне у него есть младший брат и жена, жизнь же наполнилась смыслом. Его отец говорил: «Если на рассвете познаешь дао, то на закате солнца можно умереть.», Су Жухуэй же подумал: «Если на рассвете найдешь жену, то на закате солнца можно умереть.» Увидев, что Су Жухуэй больше не собирается ничего говорить, Сан Чиюй отвернулся и продолжил стирать носки. Когда его ресницы были опущены вниз, а всё его естество окутывало спокойствие, то он напоминал маленького бодхисаттву в храме. Он всегда был таким послушным и отвечал согласием на просьбы Су Жухуэя… послушному Юй-эру было суждено всю жизнь терпеть его издевательства. Впервые в жизни у Су Жухуэя проснулась совесть: — Жёнушка, впредь тебе не нужно помогать мне в стирке носков. — Почему? — озадаченно посмотрел на него Сан Чиюй. Су Жухуэй игриво ущипнул его за щёку: — Потому что я дорожу своей супругой, — говоря это, он вытер капельки пота с его лба. — Подожди здесь, я нарву шелковицы и принесу тебе. Когда Су Жухуэй ушёл, Сан Чиюй посмотрел на заросли травы, которые росли на противоположном берегу ручья. Его чувства с самого детства были обострены, совсем не такие, как у обычных людей. Таньтай Цзин прежде строго наставил его никому не раскрывать своих способностей. Он послушно выполнил это требование и не сказал даже Су Жухуэю. Сейчас же он услышал каких-то людей, которые прятались на противоположном берегу. Они думали, что совершенно незаметны, но Сан Чиюй слышал тихий шорох, с которым они передвигались. С самого начала они подслушивали весь их разговор с Су Жухуэем. Сан Чиюй легонько нахмурился, опустил голову и продолжил сосредоточено стирать носки. Он слышал, что люди с той стороны, уже приблизились к ручью. — Эй! — в него прилетел маленький камешек и оставил небольшое грязное пятнышко на его белой одежде. Он поднял взгляд: на противоположном берегу стояла группка грязных детей в обносках. Самому старшему на вид было четырнадцать лет, практически все они были босые, вся одежда в заплатках. — Братец Далун! — один из детей схватил старшего за запястье. — Не надо бить его, он ведь из знати. — Эй, ты тот самый ученик верховного мастера? — спросил Далун. Сан Чиюй молчаливо смотрел на них. — Ты знатный человек, почему хочешь выйти за простолюдина? — опять спросил Далун. — Как ты мог выбрать для этого Су Жухуэя? Его отец обычный учитель, такой же нищук, как и мы. Если бы он не умел нараспев читать парочку любовных стишков, то как бы ещё смог подцепить принцессу Суу? А недавно его отец продавал в нашем посёлке соломенные сандалии! Смотри, те, что на мне, его отец сделал! Его отец недостоин того, чтобы выходить в люди, все знатные семьи презирают его. Послушай-ка, что я тебе скажу, Су Жухуэй тебя недостоин. Ребёнок, стоявший позади, застенчиво поздоровался с ним. — Мы из посёлка Чжуло у подножья горы. Меня зовут Сяо Чун. Ты видел меня? Я ведь каждый день прихожу сюда учиться. Так завидую Су Жухуэю, — вздохнул Сяо Чун, — он может быть личным учеником господина Мина, а ещё дружит с дочерьми семьи Цзян и Чжоу… и может жениться на ученике верховного мастера. Сан Чиюй нахмурился, потому что почувствовал, как от того мальчика по имени Далун волнами исходит ярость. Он сам не знал почему, но это было похоже на инстинкт дикого зверя, настороженного и чувствительного к враждебности и смертельной угрозе. Он знал, что такое чувство часто предвещает угрозу нападения и даже смерть. — Раз уж ты можешь выйти замуж за Су Жухуэя, то ничего страшного, если выйдешь за меня. Я лучше этого никчёмыша, ведь его искусство это всего-лишь арифметика, совершенно бесполезная, а глянь, что могу я, — Далун направил ладонь к ручью и к нему поднялся шар воды. Он гордо сказал: — Разве не круто? Я также могу делать из воды стрелы и использовать их в охоте. В прошлый раз я поймал кабана и принёс его в посёлок. Даже наш старейшина сказал, что у меня есть способности для того, чтобы попасть в тайную школу. Если бы я был сыном знатной семьи, то уже давно бы вступил в один из тринадцати гарнизонов. Так что не выходи за Су Жухуэя, выходи за меня! Дети позади него загалдели: — Братец Далун, когда станешь зятем верховного мастера, не забывай про нас! Далун высокомерно хмыкнул: — А как же? В будущем мы все будем знатными господами! Сан Чиюй легонько покачал головой: — Нет, я хочу выйти замуж за брата Жухуэя. — Почему? — взревел Далун. — Чем я хуже? Ему просто повезло стать учеником учителя Мин Жоу. — Брат Жухуэй не сердится, — просто ответил Сан Чиюй. Далун замер и долгое время не мог вымолвить и слова. Что это за причина такая «не злится»? Ему нравится Су Жухуэй просто потому что он не злится?! Далун вспомнил, как Су Жухуэй каждый день беззаботно хихикает, а не злится… но ведь это всё из-за того, что он легкомысленный лентяй! Все неловко разбрелись, повесив носы. Остался только Сан Чиюй, стирающий носки. Он использовал мыло с ароматом османтуса и сделал пенку в тазу. Когда Су Жухуэй наденет постиранные им носки, даже его вонючие лапища будут благоухать. Когда палочка благовоний сгорела наполовину, Су Жухуэй ещё не вернулся, а за его спиной возник Далун. Он обернулся и молча посмотрел на четырнадцатилетнего юношу. — Су Жухуэй упал с дерева и сломал ногу, когда срывал шелковицу, — сказал Далун. — Сейчас он в нашем посёлке, старейшина уже уведомил господина Мина. Хочешь пойти навестить его? Сан Чиюй замешкался, но встал и ответил согласием. — Тогда пойдём со мной. Братик, смотри под ноги.