Если увидишь, как идет снег | 如见雪来 | If You See Snow

Взгляд Таньтай Цзина стал чуть холодным, он приоткрыл тонкие губы и спросил: — Что за шум снаружи? Су Жухуэй, узнавший не по своей воле тайну Таньтай Цзина, смущённо кашлянул и произнёс: — Я пнул мужа Чжоу Сяосу. Если позже он выдвинет обвинения, прошу дядю помочь Жухуэю. — Такой же своенравный и дерзкий, как в прежние времена, — холодно прокомментировал Таньтай Цзин. — Как хорошо сказано! — хихикнул Су Жухуэй. — А дядя по-прежнему также прекрасен, как цветы и луна. Таньтай Цзин: … В прошлом, когда Су Жухуэй настолько нарушал границы, Таньтай Цзин тут же выходил из себя и бросал его в темницу. Но в этот раз взгляд Таньтай Цзина лишь слегка похолодел. Казалось, он что-то вспомнил, его взор на секунду изменился и больше ничего не произошло. Су Жухуэй ожидал хоть чего-то, но Таньтай Цзин больше не сказал ни слова. Мужчина восседал на возвышение с бесстрастным лицом, словно и правда был лишённой гнева и злости статуей бодхисаттвы. Сан Чиюй тоже был крайне поражён. — Дядя, как ты узнал, что я Су Жухуэй? — первым спросил он. — Банк Бесконечная щедрость на Тёмной улице. Точно… тогда был единственный раз, когда Су Жухуэй действовал от своего имени. Он не думал, что за эти пять лет Таньтай Цзин успел внедрить туда своих людей. — Просчитался, — с досадой сказал Су Жухуэй. — Не стоило идти туда за карманным мушкетом. — Ключ управления марионетками, — коротко потребовал Таньтай Цзин. Су Жухуэй смутился: — Вы всё ещё не сдались? Я ведь и правда не создавал никаких сверх-первоклассных марионеток. Вы ведь такой мудрый и благоразумный человек, как так вышло, что безоговорочно верите в слухи? — Ты ведь уже видел оборотней, не так ли? — Таньтай Цзин встал и медленно спустился вниз, остановившись перед Су Жухуэем. — Они проникли глубоко в мир людей и наше положение теперь критическое. Ты собираешься стоять в стороне и смотреть? Они повсюду твердят, что лишь ищут своего Священного младенца, но неужели ты веришь в эту ложь? Су Жухуэй вздохнул: — Даже если они замышляют что-то ещё, у меня нет никаких способов борьбы с ними. Я лишь бесполезный человек, у которого даже тайных искусств нет. Дядя, Вы слишком переоцениваете меня. Разве Вы не зачистили Куньлунь от этих тварей? Точно больше половины перебили, а выжившие не осмеливаются даже в город войти и действуют под покровом ночи. — Это потому, что их прародитель ещё не появился, — пояснил Таньтай Цзин. — Это просто старые оборотни, достигшие уровня Поклоняющийся. Если перечислить всех мастеров в сорока восьми провинциях, то вы будете первым, кто практически приблизился к последнему уровню Божественный. За вами второе, третье и четвертое места занимают звёздные чиновники — все они лучшие из лучших мастеров. Если при дворе есть такие силы, то что говорить о тех, кто за пределами? К примеру, мастер клинка из семьи Цюй, живущий в уединении в Куймэнь. Слышал, один удар его меча иссушает тысячу костей. Когда я был на Тёмной улице, вы двое разве не сражались разок? Один взмах Вашей руки и все герои слетятся на зов, чтобы вместе противостоять оборотням снежной пустоши. Я тут совсем не нужен, — подсказал Су Жухуэй. — Малыш Жухуэй размышляет слишком примитивно, — вмешался Матаяна, сидевший у водоёма. — Настроения в сорока восьми провинциях неоднородны… они просто будут сидеть сложа руки и ждать, когда в лампадке тайной школы иссякнет масло, затем с наслаждением пожнут урожай. Но оборотни существа не глупые, думаешь, они позволят забрать у них из-под носа результаты их борьбы? Боюсь, когда тайная школа будет повержена, они поселятся в мире людей и больше никогда не будут изгнаны в снежные пустоши. Пострадают не только знатные семьи, но и простой народ. Су Жухуэй прекрасно это понимал, но что толку? Почему эти старые упрямцы всё никак не могут понять, что у него нет никакого секретного ключа? Он схватился за голову и вопросил: — Что мне нужно сделать, чтобы вы поверили, что я не вру? Или вы опять бросите меня в пещеру Богов? В храме Бэйчэнь воцарилась тишина. Су Жухуэй замер: что он такого сказал-то? Почему вдруг повисло неловкое молчание? — У тебя есть ключ, ты просто забыл, — сказал Таньтай Цзин. — Раз такое дело, заключим сделку. Я, Владыка, отпущу тебя, а ты изо всех сил постараешься вспомнить. Как вспомнишь, так скажешь мне ответ. В обмен, Я, Владыка, расскажу тебе, куда ушёл твой отец. Су Жухуэй резко поднял взгляд. Когда ему было двенадцать, его отец ушёл на запад и, как и подобает разгильдяю, не вернулся. Учитель и Таньтай Цзин точно знали, куда он пошёл, но хранили эту тайну под семью замками. Время от времени он начинал подозревать, что его отец вновь женился и у него родился сын, поэтому он больше ему не нужен, а Таньтай Цзин и учитель просто не хотят огорчать его. Но его отец не был таким человеком, поэтому Су Жухуэй полагал, что, скорее всего, он умер, не выдержав тяжёлого пути культивации. Именно поэтому взрослые лгали ему, говоря: «Твой отец ушёл в далёкие земли, он вернётся, когда подрастёшь.» Всё же отец усердно самосовершенствовался в течении одиннадцати лет и каждый раз приходил проведать его весь в ранах. Точно, его отец был без царя в голове и безоговорочно верил, что если усердно тренироваться, то сможешь пробудить тайные искусства. Учитель, только и умевший, что декларировать унылые стихи, хотел пробудить тайные искусства, из-за чего многие люди открыто потешались над ним. А он, как дурак, вытирал со своего лица слюни от плевков других людей, самозабвенно совершал три коленопреклонения и девять земных поклонов, прошёл десять тысяч ли и всё умолял Небеса сжалиться. Но Су Жухуэй его сын… другие могли высмеять его, но только не он. Поэтому он отпустил отца с мыслью, что и без него его жизнь проходила хорошо. Он повелевал и ветром, и тучами, сотрясал небо и землю — все в этом мире от мала до велика знали какой Су Жухуэй ублюдок. Если бы его отец услышал его имя в каком-нибудь захолустье, то точно похвастал бы перед своими спутниками: «Это мой сынок, крутой, да? Су Жухуэй развернулся к дверям и спросил: — Тогда я могу идти? Таньтай Цзин безмолвно смотрел на него. Су Жухуэй толкнул дверь и осторожно переступил порог, думая: «Я правда ухожу… дядя, не пожалейте об этом позже.» — Иди, — всё же сказал Таньтай Цзин. Как странно. Су Жухуэй ощутил недоумение: как дядя может так легко отпустить его? Он был приятно удивлён и, поколебавшись с секунду, решил нагло воспользоваться моментом: — Позвольте полюбопытствовать… какой истинный облик у Сан Чиюя? — Когда сообщишь мне информацию о ключе, я расскажу тебе и про это, — пообещал Таньтай Цзин. Это не тот ответ, который он ожидал услышать. Су Жухуэй издал разочарованное «о» и, потянув Су Юя, сделал пару шагов. Затем снова обернулся и сказал: — Точно, дядя… хотя я и не знаю, чем именно разгневала Вас Цзян Сюэя, но всё же мы выросли на Ваших глазах и Вы ведь знаете, что она всегда была своенравной. Слегка наказать её вполне достаточно, она ведь девушка, не поступайте с ней слишком жестоко… Не успел Су Жухуэй даже договорить, как только что напоминавший бодхисаттву Таньтай Цзин раздражённо рявкнул: — Уходи. Только прозвучал его голос, как на три чи под ногами Таньтай Цзина всё заледенело, и морозный узор с треском пополз в разные стороны. Температура внутри храма Бэйчэнь резко упала, а ледяной, пронизывающий до костей, ветер, коснулся всех присутствующих. Искусством Таньтай Цзина была Снежная Буря — очень редкое искусство атакующего типа, так ещё и Таньтай Цзин был мастером уровня Поклоняющийся. Когда его духовная энергия высвободилась, все ощутили неподдельный ужас. — Хорошо, хорошо, я уже ухожу. Можете держать эту мерзавку в заточении и наказывать сколько хотите! Су Жухуэй быстро сдулся и рванул наружу, но, спустя пару шагов, кое-что вспомнил и, рискуя быть превращенным в глыбу льда, вернулся назад. — Семья Цзян из Юньчжоу была захвачена оборотнями. Дядя, обратите на это внимание, когда будет время. Кроме того, могу я допросить того оборотня в железной клетке в ледяном хранилище? Он действительно был заинтригован вопросом о настоящей форме Сан Чиюя. У него кошки на душе скреблись от этой неопределённости, он точно умрёт, если не узнает. — Что ещё за железная клетка в ледяном хранилище? — в недоумении спросил Ся Цзин. — Кроме тех твоих чудаковатых марионеток, там был ещё и оборотень? Ты про Су Гоу? Ты разве не убил его? — Нет, там был ещё один, — нахмурился Су Жухуэй. Выражение лица Таньтай Цзина стало суровым: — Оборотни дикие и горделивые. Стоит кого-то схватить, как он тут же убивает себя, поэтому нам не удалось никого взять в плен. Су Жухуэя пронзило осознание. Этот Су Гоу… пока Су Жухуэй вытягивал из него информацию, он занимался тем же. Тайная школа была местом интриг и заговоров и Су Гоу понимал, что, скорее всего, уже не сможет сам передать добытую информацию, поэтому на всякий случай устроил засаду. Су Жухуэй от досады скрипнул зубами. — Дело дрянь. Личность Сан Чиюя раскрыта.

***

В срочном порядке было объявлено военное положение. Из храма Бэйчэнь выпустили указ: запереть все ворота в городе. Хотя всё это было бесполезно, ибо они упустили слишком много времени, поэтому тот оборотень, должно быть, уже давным-давно сбежал. Таньтай Цзин также издал приказ отыскать Сан Чиюя и тайно доставить его назад в Бяньду. Сан Чиюй невозмутимо наблюдал, как его бывший наставник подписывает приказ и передает Ся Цзину. Затем он покинул храм вместе с Су Жухуэем. Тяжёлые двери закрылись за ними и в заледеневшем зале остались только Таньтай Цзин и Матаяна. Два других звёздных чиновника вышли из тени и сели возле водоёма. Матаяна тихонько восхитился: — Настолько искусная марионетка! Внешне неотличима от людей, отвечает уверенно, реакция быстрая — он совсем не такой, как низкопробные марионетки. Я никогда не думал, что марионетка может обладать интеллектом, эмоциями, может говорить и смеяться. Даже не думал, что она будет осознавать себя Су Жухуэем. Матаяна погрузил изящную белую руку в подёрнутый рябью водоём. В поднявшейся водяной завесе появилась пещера Богов. Множество лекарей, облачённых в белые льняные одежды, были заняты своими делами: сортировали травы, варили густой лечебный отвар сразу в восьми котелках, дым от которых клубился под сводчатым потолком. В центре пещеры расположилась поддерживающая жизнь звёздная формация. В углублениях стояли духовные камни, которые поддерживали её работу круглые сутки. Внутри формации находилась нефритовая кровать, на которой лежал худой, как скелет, мужчина. Торс обнажён, из груди торчит множество трубок из коровьей кожи, по которым в тело мужчины поступает густой чёрный лекарственный отвар из котлов. Таким образом в его теле и днём, и ночью поддерживалась жизнь, но крови внутри уже давно не осталось, только лекарственный отвар. Иногда он кашлял и на его грудной клетке проступали острые рёбра. Безжизненным взором он смотрел на расписной свод, в его глазах была лишь пустота и мрак, ни одного проблеска света. Немного посмотрев, он закрывал глаза и проваливался в тяжёлый сон. Тяжело поверить в то, что это было живой человек, потому что он больше походил на мертвеца. Таньтай Цзин долго и пристально смотрел на мужчину в водной завесе. — Как его сны? — На самом деле, — отозвался Лан Ягуан, — после той неудачной операции по извлечению ядра, он больше не видит сны. В течении этих пяти лет он не сказал ни слова. А с тех пор, как Сан Чиюй ворвался в пещеру Богов и перерезал трубки, время, когда он бодрствует, всё больше сокращается. Лан Ягуан немного помолчал. — Неспособность видеть сны означает, что его сознание практически полностью уничтожено и его жизнь сейчас поддерживает только отвар, текущий по трубкам… вряд ли его можно считать живым. Он дважды кашлянул и продолжил. — Верховный мастер, пять лет назад Вы приказали мне проникнуть в его сны и найти зацепки, касающиеся сверх-первоклассных марионеток, однако спустя пять лет мы не продвинулись ни капли. Сегодня же мы увидели шедевр, созданный Су Жухуэем. Как вы могли его отпустить? Голос Таньтай Цзина прозвучал равнодушно и отстранённо: — Марионеткам из плоти Хуэй-эра нет равных в этом мире. Как думаете, почему? Потому что сложно найти подходящие материалы? Или потому что конструкция слишком сложная? Нет, это потому что в этом мире нет второго Су Жухуэя. Даже если ты схватишь марионетку Хуэй-эра, вскроешь её и изучишь, а я дам тебе тридцать лет на воссоздание, то ты всё равно не найдешь тот истинный секрет, из-за которого она работает. Эта марионетка унаследовала сознание, память и чувства Хуэй-эра. Если Хуэй-эр смог создать сверх-превоклассную марионетку, то, возможно, он тоже сможет. Почему бы и не позволить ему свободно перемещаться по Бяньду и воссоздать чудо своего хозяина? — Верховный мастер мудр, — склонил голову Матаяна. — Тогда что делать с Су Жухуэем? Его тело доживает последние дни, даже Ли Чжибэй говорит, что ему осталось недолго. Если дать ему пилюлю Кровавой Ярости, то есть шанс, что он очнётся на короткое время и сможет недолго поговорить с Вами. Мужчина, восседающий на возвышении, промолчал и не дал ответа. Спустя долго время сверху донесся лёгкий вздох: — Может ли Су Жухуэй созданный Су Жухуэем считаться Су Жухуэем?