Если увидишь, как идет снег | 如见雪来 | If You See Snow

Су Жухуэй почти улизнул на улицу, когда оказался схвачен тётушкой, мимо которой он проходил. Она силой заставила его остаться на празднике, так ещё и усадила поближе к девушке по имени Таньтай Сусу. Эта девушка последние дни вечно мелькала у него перед глазами, поэтому он прекрасно понимал, какие у его тётушки намерения. Бабушка хотела, чтобы он сменил фамилию и стал наследником рода Таньтай, однако это должно было произойти по его согласию. У Су Жухуэя разболелась голова. Он без конца твердил, что ему срочно нужно в туалет, и, в конце концов, вырвал свой рукав из хватки и выскочил на улицу. Покинув зал и не найдя Сан Чиюя, он расспросил слуг о нём, а затем вспомнил о его характере и направился в уединенное место в резиденции. Так и было. Под грушей в саду позади дома он увидел напряженный утонченный силуэт. Заложив руки за спину, он неторопливо подошёл к Сан Чиюю. — Сан-гэ, почему не пришел ко мне когда приехал в Личжоу? Сан Чиюй не обратил на него внимания. — Я писал тебе письма. Почему не ответил мне? — вновь спросил Су Жухуэй. Сан Чиюй бросил на него быстрый взгляд. — В твоих письмах не было ничего важного. Это и правда было так. Всё о чём писал Су Жухуэй касалось только еды, выпивки и развлечений. Но он давно привык к безразличию Сан Чиюя, поэтому продолжил болтать сам с собой. — Кстати, неужели ты забыл, как мы в десять лет тайно поклялись быть вместе? Почему ты отверг меня? Сан Чиюй стал ещё более отстранённым и будто бы покрылся инеем. — Не стоит упоминать дел давно прошедших дней. — Раз ты сказал «не вспоминать», то что мне теперь, не вспоминать? Я чуть жизни не лишился. Если я не буду говорить об этом, разве это не значит, что останусь ни с чем? — с улыбкой рассуждал Су Жухуэй. Сан Чиюй сжал кулаки. — Я отплачу за твою доброту, — спустя время ответил он. Су Жухуэй просто дразнил его и не ожидал, что он примет всё это всерьёз. Он внимательно рассматривал Сан Чиюя. Прежде его выражение лица было холодным и отстраненным, но сейчас на нём, кажется, можно было заметить лёгкий оттенок страданий. Су Жухуэй нахмурился. — Тебя обижают? Я видел, что ты даже не притронулся к еде. За столом кто-то сказал тебе что-то плохое? Скажи мне кто, я сразу же отвешу ему две хороших оплеухи. Сан Чиюй отвернулся, опустив взгляд. — Су Жухуэй, держись от меня подальше. — Почему? Это из-за того, что тогда ты потерял контроль? Его болезнь была уже давно излечена. Мин Жоу лично говорил, что он полностью вылечил его от этой болезни, да и Таньтай Цзин был полностью спокоен, позволяя им общаться. Если бы что-то было не так, то он бы никогда не поручил Сан Чиюю присматривать за Су Жухуэм в подразделении Тохуан. Однако на службе в подразделении он был слишком жесток. Места, где он побывал, часто превращались в кровавое побоище с частями расчленённых тел. Вид был такой, что у людей от ужаса замирало сердце. Обычно при виде него все вспоминали совершенные им деяния и не осмеливались приближаться. — Да, — кивнул Сан Чиюй. — Да уж, это и правда немного хлопотно… — Су Жухуэй вздохнул и потёр подбородок. — Мой дядя велел тебе присматривать за мной, а это значит, что ты должен следить за мной каждую минуту. — Это было в Тохуан, — холодно и жестко отрезал Сан Чиюй. — Сейчас мы не там. — Вот как… — задумался Су Жухуэй. Он открыл компас и связался с Таньтай Цзином. Узоры вспыхнули и до них донесся голос: — Что случилось? — Дядя, — плаксивым голосом начал Су Жухуэй, — всё плохо! Я влип! Я сломал руку второму молодому господину из семьи Гао в Личжоу. Он требует с меня компенсацию… последние дни я только и делал, что пил, да веселился. Мой кошелёк пуст, я правда не могу заплатить ему. Сегодня у бабушки юбилей, поэтому он сказал, что если я ему не заплачу, то он явится в наш дом и устроит скандал. Что же мне делать?.. О? А там разве не Сан Чиюй? Он прибыл в Личжоу вместо Вас? Дядя, попросите Сан Чиюя помочь мне, а я буду работать до изнеможения, чтобы вернуть Вам долг. Сан Чиюй наконец посмотрел на него и сильно нахмурился. Таньтац Цзин дослушал, но не ответил, а узоры на компасе с хлопком погасли. Су Жухуэй посмотрел на Сан Чиюя и с гордой улыбкой вздёрнул подбородок. Компас в мешочке на поясе Сан Чиюя завибрировал. Он достал его и ответил. — Юй-эр, — послышался властный голос Таньтай Цзина, — иди посмотри что там натворил Су Жухуэй. И с этого дня ты снова присматриваешь за ним. — Я не хочу присматривать за ним. — У тебя нет никаких других дел, почему не хочешь? — Я ненавижу его, — тихо признался Сан Чиюй. Повисло молчание. — Впервые слышу, что у тебя есть люди, которых ты ненавидишь. — Есть. Он поднял взгляд и увидел, как глаза Су Жухуэя наполняются слезами, и он прижимает ладони к груди со стороны сердца, изображая страдания. Наигранно. — только и подумал Сан Чиюй. — Культивация процесс нелегкий. Не забудь передать ему мои слова. Это означало, что приказ Таньтай Цзина не терпит возражений. Сан Чиюй почувствовал, что наставник хочет повторить свои слова, и очень хотел прервать связь, но это было бы слишком невежливо. Не прошло и нескольких секунд, как Су Жухуэй всё же услышал те слова: — Он обязан попасть в список сдавших экзамен, иначе пусть даже не мечтает жениться на тебе в этой жизни. Сказав это, Таньтай Цзин прервал связь, и узоры на компасе Сан Чиюя побледнели. Губы Су Жухуэя растянулись в нахальной улыбке. — Для меня большая честь стать твоим первым… и единственным ненавистным человеком. Сан Чиюй: … — Скажу тебе одну вещь: у меня бунтарский характер. Если люди не хотят, чтобы я что-то делал, мне начинает хотеться это сделать. — Су Жухуэй похлопал его по плечу. — Ты ведь не хочешь, чтобы я пошел сдавать этот экзамен? Мой дядя велел тебе передать эти слова, так почему ты этого не сделал? Не переживай, я смогу сдать этот экзамен даже если лишусь рук и буду держать кисть в зубах. Сан Чиюй поджал губы, его взгляд был холоден, как луна, и этот холодок проникал в самое сердце. Он схватил Су Жухуэя за ворот и поволок обратно в зал, где усадил за стол. Су Жухуэй не сопротивлялся, он покорно сел рядом с Сан Чиюем и даже стал подкладывать ему еду. — Хуэй-эр, почему ты так долго? — потянула его за рукав Таньтай Синь. — Сусу только что вспоминала о тебе. — Тётушка… — покраснела Сусу. Она посмотрела на Су Жухуэя, но быстро опустила взгляд и налила ему одну чашу вина. — Брат, прими эту чашу от Сусу, — тихо пролепетала она. Су Жухуэй не принял, но улыбнулся ей. — Прости, у меня желудок больной, я не могу пить алкоголь. Сусу смутилась, ощутив неловкость, и низко поклонилась. У Таньтай Синь на лице отразилась тревога. — Неужели у Хуэй-эра больной желудок? Ох, какое несчастье, как хорошо, что Сусу прекрасно готовит. Пусть она почаще готовит тебя лечебные блюда. — Тётушка, послушайте, — улыбнулся Су Жухуэй, — Вам не стоит так хаотично сватать людей. — Да что ты такое говоришь? Я ведь с добрыми намерениями… — Тогда благодарю Вас за ваши старания. Но если Вы желаете Сусу счастья, то ей ни в коем случае нельзя выходить за меня. — Семнадцатилетний лоб, а всё в игры играешь! Сусу такая хорошенькая девушка и согласна быть с тобой, так радовался бы! — недовольно поучала его Таньтай Синь. — Не хочешь жениться на ней? Тогда сегодня ты обязан назвать причину и если посмеешь обмануть меня, старуху, я заставлю тебя выпить три чаши вина. — Всё потому… — медленно начал Су Жухуэй, — что я импотент. За столом повисла тишина, настолько густая, что даже дыхания не было слышно. Таньтай Синь разразилась хохотом самая первая. — Ай! Да что за ребёнок! Вечно шутит! — Я не шучу… я правда импотент, — он закинул руку на плечо Сан Чиюя. — Он может подтвердить. Не верите мне — спросите у Сан Чиюя. Человек, сидящий рядом с ним, задумался. — С чего это вдруг твою болезнь может подтвердить Чиюй? Большинство старших держались степенно, но и среди них встречались такие же негодяи, как Су Жухуэй. Постепенно интонации некоторых из старших стали недоверчивыми. — Неужели Чиюй уже пробовал..? — перешептывались они. Договаривать не было нужды, всё и без этого было понятно. Сан Чиюй замер, его тело одеревенело, а палочки в руке с треском сломались. Все одновременно посмотрели на него. Су Жухуэй и правда не подумал, что все эти люди настолько бесстыдны даже в старости. Что ж, похоже, его собственное бесстыдство и правда передалось ему по наследству через поколения. Он уже собирался всё объяснить, но у Сан Чиюя сдали нервы. Опасаясь, что Су Жухуэй ляпнет что-нибудь ещё, он зажал ему рот, схватил за шею и насильно утащил с застолья.

***

После случая на празднике Сан Чиюй два дня не разговаривал с Су Жухуэем. Даже когда он следил за тем, чтобы Су Жухуэй готовился к экзамену, он молча сидел у двери, обняв свой меч. С заходом солнца Сан Чиюй исчезал без следа, и Су Жухуэй, как бы не пытался, ни разу не смог его найти. Что до учёбы, Су Жухуэй не воспринимал это всерьёз. Он держал тетрадь на весу и забавы ради писал повесть. На удивление, его истории хорошо продавались, а спрос был таким большим, что тиражей не хватало на всех. Торжество по случаю дня рождения бабушки должно было вот-вот закончиться, поэтому Су Жухуэй собирался вернуться в Бяньду вместе с Сан Чиюем. И хотя ведомство Небесных знамений открыло экзаменационный пункт в Личжоу, он больше не хотел оставаться здесь и целыми днями наблюдать за стайкой кокетливых девушек, которые мельтешили перед его глазами. Тётка конечно же не поверила, что он импотент, поэтому продолжала каждый день просить Сусу готовить и приносить ему супы. Солнце зашло за гору. Су Жухуэй устроился в беседке и вырезал фигурки из дерева. Рядом с ним лежал компас лопань, из которого доносился голос Цзян Сюэя. — Ты довёл себя до такого состояния, а семья Таньтай всё ещё не оставила тебя в покое? — Угу. Су Жухуэй тщательно вырезал фигуру, на этот раз — человека. Он планировал сделать человекоподобную марионетку и решил начать с деревянной. Тело уже было готово и осталось закончиться только лицо. Су Жухуэй как раз вырезал глаза, линии под ножом поднимались и опускались, и лицо постепенно обретало форму. — Тебе не поможет ни разгульный образ жизни, ни импотенция. По-моему, кроме как стать евнухом, у тебя нет другого выбора. Хочешь я найду тебе специалиста в этом деле? — Пошла ты! — фыркнул Су Жухуэй. Шицзе была права. Он изводил себя так много лет, что дом развлечений можно было бы считать его домом. Он дразнил кошек, выгуливал собак и даже флиртовал с мужчинами, разрушил свою репутацию до основания, чтобы все знали, что он богатенький гуляка, прожигающий жизнь. Гниль, не поддающаяся исправлению. Но даже после всего этого род Таньтай держался за него крепкой хваткой, настойчиво требуя у него сменить фамилию и стать наследником. Его дядя был мастером искусства Снежная Буря, в его руках была сосредоточена вся власть в мире, поэтому род Таньтай никак не могли давить на него, а вот Су Жухуэй был всего лишь мальчишкой. Как бы он не старался избежать всего этого, в конце концов его ждал лишь один итог — подчиниться их воле. Быть наследником означает прежде всего нести бремя продолжения рода. Род Таньтай надеялся, что его жена родит ребёнка, унаследовавшего тайное искусство Снежная Буря, чтобы сохранить вековую славу семьи. В последние дни ему и вовсе ограничили свободу передвижения. Под предлогом того, что Су Жухуэй должен усердно заниматься, род Таньтай запретил ему покидать резиденцию. Су Жухуэй оказался почти под домашним арестом, и казалось, что пока он не женится, они его не отпустят. — Мне нужно придумать, как выбраться. — Как жаль, что я далеко от Юньчжоу и нас разделяет огромное расстояние. Сейчас не могу спасти тебя, в моих силах только оказать тебе поддержку. Цзян Сюэя тоже переживала за него. Сдув слой древесной стружки, Су Жухуэй осмотрел своё творение и внезапно замер. Черты лица деревянной марионетки перед ним были утонченными: высокая прямая переносица, тонкая линия губ… эти черты лица очень сильно напоминали внешность Сан Чиюя. — Почему получился Сан Чиюй? — пробормотал Су Жухуэй. — Что ты сказал? — не расслышала Цзян Сюэя. — Ничего… — Су Жухуэй приподнял бровь и усмехнулся. — Я вдруг понял, кто может мне помочь. Сан Чиюй так сильно ненавидел его, что заставить его вмешаться было чем-то невероятным. Су Жухуэю следовало как следует обдумать этот способ. На следующий день Сан Чиюй, как и обычно, сидел у двери. С одного взгляда было понятно, что он нарочно садился настолько далеко, избегая приближаться к Су Жухуэю. Су Жухуэй цокнул. У него и правда тяжелый характер. Они провели в молчании весь день, и Су Жухуэй так и не продвинулся в своём плане ни на шаг. Вечером Сусу принесла ему куриный суп с ямсом. — У брата есть болезнь желудка, — поднесла она ему супницу, — этот суп лечит лучше всего, ты обязательно должен всё съесть. — Спасибо тебе, но в следующий раз не приноси, ты ведь устаёшь. Сусу покраснела и покачала головой. — Не могу. Это распоряжение тётушки, я не смею ослушаться её. Выпей быстрее, тогда я смогу уйти и отчитаться. Сусу повернулась и взяла с подноса в руках слуги ещё одну супницу, а затем протянула Сан Чиюю. — Господин Сан должно быть тоже устал сидеть здесь весь день. Вот, поешьте этот суп и согрейтесь. — Спасибо. Сан Чиюй вежливо склонил голову и принял супницу. Когда Сусу ушла, Сан Чиюй, держа супницу в руках, нахмурился. В то время Сан Чиюй ещё не попробовал стряпню Су Жухуэя и совсем не переносил вкус жирного мяса. Сейчас он смотрел в супницу и видел бульон, покрытый слоем золотистого жира, что моментально отбило у него аппетит. Он сделал пару глотков и понял, что больше в него не влезет, поэтому небрежно отставил супницу в сторону. Когда солнце зашло, Сан Чиюй ушёл. Су Жухуэй потянулся, его взгляд упал на супницу, которая осталась стоять на табурете напротив. Ни с того ни с сего, он подошёл, сел в кресло, где ранее сидел Сан Чиюй, и уставился на супницу. На её краю остались следы супа. Вероятно, Сан Чиюй пил отсюда. Су Жухуэй потёр грудь, его сердце отчего-то билось чуть быстрее, да и чувствовал он себя странно. У него внезапно возникло сильное желание взять супницу и выпить весь оставшийся бульон. Словно наркоман, увидевший порошок Пять камней, он ощутил невыносимую тревогу. Су Жухуэй осмотрелся по сторонам, затем высунул голову в дверной проём и осмотрел галерею — вокруг не было ни души. Вжав голову в плечи, он, словно вор, поднял супницу Сан Чиюя и выпил её залпом. Только после этого ему стало легче. Когда он опустил супницу и она перестала заслонять собой обзор, Су Жухуэй увидел Сан Чиюя в галерее прямо перед собой. Он смотрел, как Су Жухуэй ставит его супницу, и в его взгляде отражалось лёгкое изумление. Су Жухуэй: … Да какого он ходит, как кошка?! И звука не было слышно! Двое смотрели друг на друга, не говоря и слова. В воздухе повисла неловкая тишина. Су Жухуэй нарушил её первым. — Сан-гэ, — серьёзно сказал он, — как можно быть таким расточительным? Ты хоть знаешь, как тяжело трудятся крестьяне, разводящие кур? Курочка пожертвовала собой, чтобы мы поели, это же действительно великое дело! Я помог тебе доесть этот суп, не благодари. Казалось, Сан Чиюй был согласен. Ничего не ответив, он прошёл вперед и поднял пропускной жетон, который уронил под стул. Пряди его волос упали на тыльную сторону ладони Су Жухуэя, вызывая лёгкую щекотку. В груди Су Жухуэя будто поселился оленёнок, который неугомонно скакал из стороны в сторону. Не выдержав этого ощущения, Су Жухуэй почесал грудь. — В следующий раз всё съем, — бросил Сан Чиюй перед уходом. Когда он ушёл, оленёнок в груди Су Жухуэя тоже успокоился. Закат лёг ему на колени косыми лучами, прохладный двор утонул в безмолвной тишине. Су Жухуэй ощутил, как из глубины души поднялась блеклая тоска. Что же ему сделать, чтобы Сан Чиюй вновь относился к нему с теплом? На самом деле всё было очень просто — ему следовало держаться подальше от Сан Чиюя. Стоило ему увидеть Су Жухуэя, как он тут же становился раздражённым, и вполне возможно, что после того, как Су Жухуэй тайком доел за ним суп, в глазах Сан Чиюя он уже стал каким-то извращенцем. Но Су Жухуэй любил лезть к Сан Чиюю и раздражать его, будто делал это нарочно. Какая же тоска, — вздыхал и сокрушался он. И вдруг в его голове сам собой возник план. На следующий день Су Жухуэй, заявив, что хочет найти какие-то редкие книги, потащили Сан Чиюя в библиотеку. В библиотеку рода Таньтай давно никто не заходил, поэтому на дверях висел массивный замок. Неизвестно, где Су Жухуэй раздобыл ключ, но замок быстро был снят, и они вдвоем оказались внутри. Страницы под пальцами Су Жухуэя громком перелистывались, а Сан Чиюй прислонился к стене, прижав к себе меч. Солнечный свет проникал внутрь сквозь окно на потолке, Сан Чиюй отдыхал, прикрыв глаза. Лучи солнца падали на его белоснежную кожу, придавая утонченному профилю нефритовое сияние. Книга, за которой скрывалось лицо Су Жухуэя, медленно опустилась, открыв пару хитрых глаз. Он уставился на Сан Чиюя, который медленно открыл глаза и встретился с чужим взглядом. Су Жухуэй тайком наблюдал за ним, в его тёмных глазах золотой стружкой сверкала смешинка. — Сан-гэ, тебе нравится кто-нибудь? — Читай. — Значит, нет, — смешинка в глазах стала ещё ярче. — Значит, до меня у тебя не было ни тех, кто тебе нравился, ни тех, кого ты ненавидел…хотя стой, я помню, что в детстве я тебе нравился. То есть в детстве я тебе нравился, а теперь ты меня ненавидишь… — Су Жухуэй цокнул и вздохнул. — Похоже, я для тебя особенный. Сан Чиюй совсем не изменился в лице. Казалось, он уже привык к тому, что сытый бездельник Су Жухуэй играется с ним. Он бросил на него быстрый взгляд и вновь закрыл глаза, не собираясь реагировать на провокацию. Но Су Жухуэй не унывал. — Тогда, в подразделении Тохуан, между мной и Янь Фунян ничего не было. Что ещё важнее: я не импотент, всё очень даже в порядке. — Меня это не касается, — отозвался Сан Чиюй. — И ты совсем не хочешь узнать, чем же я занимался в тот вечер? — Не хочу. — Ты не хочешь, но я всё равно скажу. Су Жухуэй с улыбкой подошёл к нему вплотную. Проход между книжными стеллажами был очень узким, там было тесновато для двух взрослых мужчин. Сан Чиюй ощутил его дыхание, так близко он подошёл. Открыв наконец глаза, он нахмурился, а его взгляд стал ледяным.