Если увидишь, как идет снег | 如见雪来 | If You See Snow

— Ты попал в плен не случайно, всё было делом рук Янь Цзиньюя. Помнишь тебя семь лет назад похитили крестьяне? Янь Цзиньюй сын тех людей. Он подменил наследника рода Янь на себя, так и стал старшим внуком. С того самого дня он затаил на тебя злобу и хотел убить. Он безупречно скрыл свою личность и я никак не смог найти ни доказательств, ни свидетелей, поэтому мне не удалось раскрыть его. Но мне нужно было выплеснуть свою злобу. Сан Чиюй становился всё мрачнее. — Поэтому я похитил его, связал и притащил в шахту… а затем перерезал сухожилия на ноге. — Безумие, — сурово выдавил Сан Чиюй. — Я заступился за тебя, а ты меня безумцем называешь, — покачал головой Су Жухуэй. — Эх, Сан-гэ, бессовестный же ты, совсем не имеешь братской верности. Что ж, теперь ты всё знаешь. Я покалечил знатного человека, а это не маленький проступок. Если захочешь сдать меня властям, я не буду сопротивляться. Су Жухуэй протянул ему руки, ожидая ареста. Сан Чиюй посмотрел на них, но ничего не сделал. — Я больше не служу в подразделении Тохуан, это дело не имеет ко мне никакого отношения. Вот что значит закрыть глаза на чужие деяния… похоже, Сан Чиюй ненавидел его не так сильно, как он думал, поэтому Су Жухуэй решил продвинуться в их взаимоотношениях ещё дальше. — Сколько раз мы с тобой оказывались на грани смерти? Не будет же преувеличением назвать нас закадычными друзьями? Давай станем побратимами? Впредь будешь звать меня гэгэ, а я тебя диди. Хорошо? Сан Чиюй бросил на него безэмоциональный взгляд и Су Жухуэй понял, что сказал что-то не то. — Впредь будешь звать меня диди, а я тебя — гэгэ, — поспешно поправился он. Сан Чиюй смерил его холодным, как вода, взглядом. — Су Жухуэй, почему тебе так нравится становиться побратимами с людьми? Повисло неловкое молчание. Запах затхлой пыли витал у кончика носа, двое смотрели друг другу в глаза, и, хотя они стояли очень близко, между ними будто бы была железная плита. В этот момент в библиотеке раздалась череда тяжелых шагов, сопровождаемая прерывистым дыханием мужчины и женщины. Мужчина закрыл дверь и библиотека погрузилась в сумрак. Сан Чиюй и Су Жухуэй, стоявшие в самом углу, одновременно замерли и задержали дыхание. — Таньлан, полегче, — кокетливо пролепетала женщина. — Я так давно не прикасался к тебе, как мне удержаться? — тихо прошептал мужчина. — Дай-ка взглянуть на тебя. Пока мы не виделись, твои сиськи не стали больше? Непристойные словечки лились рекой, время от времени раздавались звуки столкновения тел. Сейчас была середина зимы, но в комнате стояла невыносимая духота словно в самый разгар лета. Су Жухуэю было неловко, но и пошевелиться он не осмеливался. В библиотеке было тесно и с тайными любовниками их разделяло всего несколько книжных стеллажей. К счастью, полки ломились от количества книг, поэтому они не могли увидеть Сан Чиюя и Су Жухуэя. Оба замерли в тесном проходе, боясь пошевелиться. Сан Чиюй избегал смотреть на Су Жухуэя, поэтому наблюдал, как в солнечном свете кружит мелкая пыль, а вот Су Жухуэй видел лишь пунцово-красные уши Сан Чиюя. Время тянулось, словно годы. Ноги Су Жухуэя онемели от неподвижности, он хотел немного размяться, как Сан Чиюй резко сжал его запястье. Вероятно, из-за того, что от Су Жухуэя можно было ожидать чего угодно, он решил, что тот снова собирается сделать что-то неприличное. Су Жухуэй тут же замер. Сан Чиюй держал его за руку, звуки от той пары не смолкали. В какой-то момент Сан Чиюю показалось, будто он сжимает в ладони сгусток огня, который обжигает его руку, поэтому поспешно разжал пальцы. Они стояли совсем рядом, глядя друг другу в глаза. Взгляд Су Жухуэя упал на губы Сан Чиюя. Тонкие розовые лепестки слегка блестели, словно киноварная глазурь. Лишь сегодня он заметил, насколько красивые у него губы — ни одна танцовщица не могла похвастаться такими. Дерьмо… Су Жухуэй понял, что его странное состояние стало ещё хуже. Он хотел не только пить суп, оставшийся после Сан Чиюя, но и съесть его похожие на лепестки губы. Нормально ли это, когда один хочет съесть губы другого? Тогда Су Жухуэй не успел как следует осмыслить желания и чувства, которые безумной скорописью разрастались в его душе. Первой его мыслью было то, что если Сан Чиюй об этом узнает, то непременно выхватит меч и зарубит его. Су Жухуэй был молод и пока не спешил умирать, поэтому усилием воли подавил эту постыдную мысль, но губы напротив всё равно вызывали внутри беспокойный зуд. Такие красивые губы… если накрасить их помадой, они наверняка выглядели бы ещё лучше. Су Жухуэю захотелось подарить Сан Чиюю самую лучшую помаду из лавки Тяньсян. У Су Жухуэя окончательно переклинило в голове и он тихо прошептал: — Сан-гэ, не хочешь попробовать накрасить губы? Как только прозвучали эти слова, Су Жухуэй понял, что все испортил. Аж зубы свело, как захотелось со всей силы влепить себе пощечину. Предложить мужчине накрасить губы — разве это не унижение? Очевидно, Сан Чиюй думал также, потому что исходящая от него аура в мгновение стала похожа на ледяной ветер в снежной пустоши. От этого леденящего душу холода Су Жухуэя пробрала дрожь. Он взглянул на него жалостливыми глазами. — Я не это имел в виду, — зашептал он. — Просто воздух сухой, пересохло всё, я лишь хотел, чтобы ты увлажнил губы. Он собирался продолжить оправдываться, чтобы задобрить Сан Чиюя, но тот с каменным лицом сжал его щёки, не давая говорить. До самого конца Су Жухуэя так и держали за щёки, его лицо превратилось в баоцзы, он никак не мог пошевелиться. Когда те двое закончили, они не ушли, а остались между полками, перешептываясь. — Сусу, ты правда хочешь выйти за Су Жухуэя? — спросил мужчина. Сан Чиюй ошеломленно посмотрел на Су Жухуэя и неосознанно разжал руку, сжимающую его щёки. На них осталось два ярко-красных следа от его пальцев, а на лице застыло точно такое же крайне ошеломленное выражение. Неужели та робкая, застенчивая и пугливая девушка тайно встречалась с другим? — А что мне остаётся? — тихо усмехнулась Сусу. — Сам виноват в том, что ты всего-лишь конюх, да и мое тайное искусство бесполезное, не то что у той Цзян Сюэя из Юньчжоу, которая может жить на равных с мужчинами. — А Су Жухуэй — импотент. Снаружи серебряный, да пустой изнутри. Правда собираешься выйти за него? — обиделся мужчина. — И ты его словам веришь? Он вечно мелет всякую чепуха и портит себе репутацию, потому что не хочет на мне жениться. У меня нет выбора. Тётушка сказала, чтобы сегодня вечером я добавила пилюлю любви в отвар женьшеня и принесла ему. Когда дело будет сделано, я должна воспользоваться тем, что он не в себе, и переспать с ним, чтобы он не заметил, что я уже потеряла свою невинность. — Как вообще этот план может сработать, когда рядом вечно крутится Сан Чиюй? — Почему нет? Сан Чиюй ненавидит его, поэтому как только наступают сумерки, он сразу уходит. Он точно не станет приглядывать за ним ночью. Они ещё долго шептались, признаваясь друг другу в любви, и лишь потом, липко прижимаясь друг к другу, ушли. В помещении вновь воцарилась тишина, солнце сменило положение и свет больше не проникал в тёмную библиотеку. Двое стояли в смутном полумраке, слушая дыхание друг друга. Сан Чиюй отошёл от Су Жухуэя на несколько шагов, но тот поймал его за рукав. — Не думал, что моя тётушка решится на такой коварный план, — подавленно произнёс он. — Что мне теперь делать? Я ведь целомудренный и принципиальный мужчина, если меня таким обманом лишат невинности, мне лучше сразу повеситься. — Ты можешь избежать этого. Казалось, Сан Чиюй ни капли не был тронут его речью. — Избегу раз, но смогу ли избегать всегда? — Су Жухуэй закрыл лицо ладонью. — Сан-гэ, теперь только ты можешь мне помочь. Сан Чиюй вырвал свой рукав из хватки. — Су Жухуэй, ты намеренно это делаешь? — Что намеренно? — растерянно переспросил Су Жухуэй, выглянув из-за ладони. — Всё, что здесь произошло, твоих рук дело, — холодно отчеканил Сан Чиюй. Су Жухуэй выдавил натянутую улыбку. Сан Чиюй оказался довольно проницательным, его и впрямь было нелегко одурачить. Тот конюх, что тайно встречался с Сусу, давно был подкуплен Су Жухуэем, чтобы заманить её на свидание в библиотеку и нарочно столкнуться с ними. Однако он вовсе не просил его развратничать здесь с Сусу, так что всё, что произошло после, было на совести конюха. Су Жухуэй всего лишь хотел, чтобы Сан Чиюй понял, насколько его положение в семье Таньтай опасно. При лучшем раскладе, тот не должен был остаться равнодушным и вытащил бы его из этой резиденции. — То, что тётушка замыслила удержать меня — чистая правда, это не моих рук дело. У меня не было выбора. Они следят за мной целыми днями, будто я вор какой-то, если так пойдет и дальше, мне останется только оскопить себя, чтобы стать свободным. — Мне было приказано только следить, чтобы ты занимался. — Мой дядя приказал, чтобы ты следил, чтобы я сосредоточенно готовился к экзаменам, а моя тётушка целыми днями мутит воду и серьезно мешает моей учёбе. Согласно приказу дяди, ты должен устранить все препятствия, которые мешают моей учёбе. Сан Чиюй: … Наступили сумерки и Сан Чиюю пора было уходить. Он бросил короткий взгляд на Су Жухуэя, развернулся и пошёл к выходу. Надо же… какой он жестокий. Ему и правда всё равно. Су Жухуэй почувствовал, как его охватывает разочарование, но Сан Чиюй вдруг остановился. — Пошли. Скоро их слежка станет ещё хуже, сейчас самый лучший момент для побега. У Су Жухуэя загорелись глаза. — Я знал, что ты меня не бросишь! У тебя есть талисман Врат Пустоты? — Нет. Он с детства был нищим, так что Су Жухуэй не питал особой надежды насчёт талисманов. — Тогда как ты собираешься вызволить меня отсюда? — Пробьёмся силой. Ну что ж, это вполне было в стиле грубого Сан Чиюя. Су Жухуэй вышел следом за ним во внутренний двор, и они оба вошли в деревянную галерею над водой. В сумерках блики заходящего солнца играли на водной глади, словно туда вылили яркие румяна. Отражения, идущих друг за другом, Сан Чиюя и Су Жухуэя в воде были окутаны закатным заревом. Они сразу же направились к главным воротам. Человек, следивший за ними, заметил неладное и поспешил сообщить о происходящем. Вскоре группа слуг и служанок преградила им путь в самом центре галереи. — Молодой господин, — старшая служанка поклонилась, — простите, просим Вас пройти отдохнуть. — Мы с Сан Чиюем идём гулять на ночной рынок, — выглянул Су Жухуэй из-за плеча. — Я что даже на ночной рынок не могу сходить? Вы что, хотите задушить молодого господина заботой? — Госпожа отдала приказ, — старая служанка выглядела смиренно, но властно. — Приближается дата экзамена, молодому господину следует спокойно заниматься учёбой. — Ему нельзя выйти даже если я буду присматривать за ним? — спросил Сан Чиюй. — Это приказ госпожи, — поклонилась служанка. — Молодой господин Сан, прошу, не ставьте нас в трудное положение. Сан Чиюй не был человеком, любящим болтать попусту. — Прошу простить меня, — попросил он и выхватил меч. Клинок блеснул в сумерках, словно молния, вырвавшаяся из чёрных ножен. Это был первый раз, когда Су Жухуэй увидел, как Сан Чиюй всерьёз обнажает меч. Резкий блик от клинка резал глаза так, что невозможно было их открыть. Ростки тайных мыслей Су Жухуэя совсем сникли, будто жалкая травинка под солнцепеком. Он может и был выносливым, но против такого острого клинка он бы не выжил. Вот только прислуга даже не шелохнулась при виде меча, а затем, вместо того чтобы отступить, они ринулись вперёд. Кто бы мог подумать, что род Таньтай решится на столь отчаянный шаг, как найм мастеров тайных искусств вместо обычных слуг. Все они обладали искусством Оборотничество: острые шипы вырастали между пальцами и когтями, лица покрывались жесткой шерстью. Но Сан Чиюй не опешил ни на секунду. Его меч сплёл световую сеть, из-за которой показалось будто с неба закружили снежинки, а слуги, словно пельмени, один за другим полетели в воду. Когда дорогу больше никто не преграждал, Сан Чиюй обернулся, схватил Су Жухуэя за запястье и бросился бежать. На ходу Су Жухуэй запустил сигнальный огонь, подавая знак людям Цзян Сюэя, ожидающими за пределами резиденции. Ветер свистел в ушах. Су Жухуэй всё время смотрел в спину Сан Чиюя и на мгновение его настигло странное оцепенение. Казалось, время замедлилось: лепестки медленно плыли мимо, а закат в этот миг был ослепительно прекрасен. — Сан-гэ, — не удержался он, — мы сейчас выглядим так, будто сбегаем вместе. Сан Чиюй замедлил бег. Его пальцы, сжимающие левое запястье Су Жухуэя, вдруг разжались, а затем он обеими руками сжал рукоятку меча и отбил удар охранника. Весть об их побеге быстро разнеслась по всей резиденции. Бабушка Су Жухуэя подняла на ноги всех дежуривших в этот момент охранников и направила их к библиотеке. Но Сан Чиюй был неудержимым клинком, что яростно врезался в бурлящий людской поток. Су Жухуэй заметил на земле меч. Подняв его, он остановил преследователей, наступавших сзади. Но сколько бы охранников не прибывало, они всё равно не могли остановить то бедствие, которое нёс за собой Сан Чиюй. Боковую дверь во внутренний двор наглухо заблокировали. Сан Чиюй с силой пнул красные ворота, и те рухнули целиком, придавив вопящих охранников. Наступив на поваленную створку, он выскочил наружу и спрыгнул в море людей, кишащих, как муравьи. Су Жухуэй бросился следом и по пути оглушил одного из охранников, который пытался выползти из-под ворот. Первую декоративную арку Сан Чиюй разрубил одним ударом меча. Через вторые ворота он прорвался боем. У третьих ворот Сан Чиюй не стал идти напролом. Он в несколько шагов взобрался на стену, наклонился, схватил Су Жухуэя за руку и подтянул его следом. Когда они оказались на стене, из-за пазухи Су Жухуэя показался кусочек головного убора деревянной фигуры. — Что это? — мельком заметил фигурку Сан Чиюй. Су Жухуэй смутился и поспешно спрятал фигурку за одеждой. — Секретное оружие! За стеной была главная улица, поэтому Су Жухуэй просто спрыгнул вниз. Люди Цзян Сюэя уже ждали его: две крупные лошади фыркали неподалёку, на седлах были подготовлены сухой паёк и фляги с водой. Они вскочили на коней и направились к выезду из города. Снова обретя свободу, Су Жухуэй повеселел. В закатном свете копыта лошадей глухо били по земле, юноша в ярких одеждах мчался на сильном коне — то было самое прекрасное время молодости. — Сан Чиюй! — позвал он. — Ты можешь перестать меня ненавидеть? Сан Чиюй гнал коня вперёд, не глядя в сторону. — Не могу. — Да ладно, придумай что-нибудь, — не унимался Су Жухуэй. Сан Чиюй бросил на него взгляд, его равнодушный голос тонул в свисте ветра. — Сам думай. — Хорошо! — рассмеялся Су Жухуэй.