Ведьма

      Дождь уютно стучал по крыше и стеклам окон. Я открыла глаза, обнаруживая на себе не слишком-то и невесомое тельце своего новоиспеченного мужа. Начинаю к этому привыкать. К уютной тяжести его тела. И мне даже нравилось. Слушать его дыхание. Ощущать его бьющееся сердце. Возможно, вот оно счастье — просыпаться в любимых объятиях.              Спящий Кёджуро похож на ребенка. Черты лица сглаживаются. Он больше не хмурится и не улыбается. Такой спокойный и даже невинный. Иногда что-то забавно бурчит. И, в порыве сонной нежности, сжимает меня до хруста косточек. Я запустила руку в его волосы: мягкие и такие непослушные, словно озорные огоньки переплетаются с пальцами.       Звуки дождя и его размеренное дыхание сливались воедино и убаюкивали, вовлекая меня в сладкий сон. И только я начала снова проваливаться в сонный рай, как раздался громкий стук в седзи и голос, обладателя которого я периодически мечтала придушить с особой жестокостью уже неделю как: — Кёджуроооооо? Кёджуроооооооооо! — громко проорало снаружи, — Давай на рыбалку! Ты обещал своему яркому другуууу! — убью, выпущу кишки и повешу на сосну. Тенген всю неделю не давал нам особо побыть вдвоем, вовлекая Кёджуро то в выпить в исекаю, то на тренировку, то на источники, исключая присутствие женщин. Типа в мужские активности для настоящих ярких мужиков! И ему абсолютно по фиг, что мы буквально только что поженились. А теперь рыбалка! Ну какая к черту рыбалка в дождь! — Ммммм… — недовольно промычал Кёджуро и открыл глаза. — Давай сделаем вид, что нас здесь нет! — тихо прошептала я. — А я все слышу, Мая! — издевательско заржало снаружи. — Блять! — Я обещал, — упавшим голосом проговорил Кёджуро. — Какая, блять, блядская рыбалка в дождь, о Великий Бог празднеств и будущего насморка? — Да заебись ярчайшая рыбалка в дождь! Самый клев! — от избытка злобных чувств я кусила Кёджуро в шею. Тот крепко обнял меня в ответ, недовольно бурча. И откуда у Тенгена столько энергии? — Тенген, сучара ты сраная, дай поспать! — А тебе спать никто не мешает! Освободи Кёджуро и спи дальше! — Кёджуро в сексуальном рабстве. Отвянь! — Кёджуро недоуменно посмотрел прямо на меня и заржал. У нас до секса-то не доходило, не говоря о рабстве. За комнатой воцарилась тишина, и только я подумала, что Тенген сдался… — Кёджуро, а рыбка такая вкусная, и ее там много… Местная рыбка хрустит на зубах. И своей госпоже принесешь, ей понравится! — Не отстанешь? — выдохнул Кёджуро. — Когда еще у нас время будет? — Милая? — Иди, он не угомонится. Три жены обуздать не могут, хоть б устал. Хоть раз. Вот жопа ярчайшая. — Вот-вот, Маечка! Лучше ярко проводить время со мной, чем тускло с тобой, — я чуть не рыкнула. — Я сейчас встану! Переломаю тебе все твои яркие косточки и скормлю собакам! А лучше мечникам. Скажу, что твоя печенка принесет им Силу яркого пиздеца! — Кёджуро, твоя жена меня ярко обижает! — прогнусавило за седзи. — Скоро я и сам тебя обижу! — мой мужчина быстро переоделся, чмокнул меня в щечку и был таков. Не так я представляла себе свое подобие медового месяца.       А я? А что я? А я свернулась калачиком, словно кутаясь в запах Кёджуро, и заснула снова.       Проснулась только к обеду. Кёджуро еще не было, дождь все также омывал деревню. Быстро переоделась и, под аккомпанемент урчащего желудка, выбралась из комнаты и потопала в столовую, где мне выдали супчик, жареную рыбку и закуски. Я заподозрила, что рыбку добывают в ближайшей речке. Вот и надо стоять и мерзнуть под дождем, если рыбу итак дадут! Нет, я решительно не понимала рыбаков!       В столовой на раздаче еще стояли два мечника, жен Тенгена и трех девочек-охотниц я не нашла в поле зрения. Я не видела их уже третий день, наверное уехали. Спокойно села за стол и, только собралась приступить к еде, как подошли два мечника и спросили, можно ли им ко мне присоединиться. Я оглянулась на абсолютно пустую столовую и кивнула. В конце концов надо когда-нибудь начинать знакомится с коллегами, а то общение со столпами на меня не очень хорошо влияло. Парни сели напротив и с интересов воззрились на меня: — Я Мурата, а это Каваи. Ни разу не видел тебя раньше. Ты после последнего отбора? — Мая, я… не проходила отбора. Меня взяли без него, за способности. — Ого? Прямо как Муичиро Токито? — А это кто? — Невероятно талантливый мечник. Столп тумана. А ранг у тебя какой? — Хиноэ. — Ничего себе, а ты крута! — Спасибо, — зарделась я. — Слушай, а правда, что сейчас здесь два столпа? — наклонившись и чуть не шепча проговорил Мурата. — Да, пламени и звука. — Ты лучше не попадайся им на глаза, — доверительно сообщил Каваи. — С чего бы? — удивилась я. — У них такая аура страшная! Прибьют — и не заметят! — а вот это как-то обидно. Ладно еще Тенген, но Кёджуро в жизни никого слабее себя не обидит. Да и вообще… Гроза он разве что для демонов, в остальном же сладкая булочка. — Брось, они такие же наши коллеги, как и мы с вами, — Не в первый раз кстати сталкиваюсь с таким отношением и совершенно его не понимаю. Такое ощущение, что многим мечникам страшнее столпа повстречать, чем демона. — Это ты просто ни одного из них не видела, поэтому ты так и говоришь… Они очень страшные! — я тут же вспомнила, как не далее как в эту ночь, страшный Кёджуро уютно сопел мне в ушко, убаюкивая. Или как я регулярно раздавала щелбаны Тенгену. Или вежливого Обаная с его вкусной змейкой. Про Мицури и говорить не надо… более открытого и позитивного человека я в жизни не видела. А видела я не мало людей. — Вообще-то видела. И ничего они не страшные, такие же люди как и все. А вы драматизируете. — Тогда это точно был не Обанай и не Шинадзугава. — С Обанаем я общалась. По мне очень адекватный персонаж, — мальчики переглянулись. В глазах сквозил ужас. Божечки, что же этот вежливый человек-то сделал? — У нас с ним совместное задание было, — сглотнул Мурата, — Он назвал меня медленным хряком, которого надо порезать на куски и сожрать, раз уж я не приношу пользу. И такая аура вокруг была, будто реально покромсает на хрен. Еще и змея его смотрит так, будто примеривается к горлу. — Ну не порезал же он тебя! И Кабурамару не ядовит кстати. — А Шинадзугава-то вообще, — начал Каваи, — Побить может вообще ни за что! Достаточно просто столкнуться с ним в коридоре! — этого персонажа я разве что слышала из соседней комнаты, и сама не была от него в восторге, поэтому как раз тут не могла сказать вообще ничего. — Зато Канроджи лапушка! — улыбнулась я и перевела тему, а мальчики, все такие смущенные, мечтательно подняли глаза к потолку. — Она наша отрада для глаз и такая милая, — блаженно улыбнулся Каваи, — вот бы все такие столпы были! — мое воображение тут же нарисовала Кёджуро, Обаная и Тенгена в наряде Митсури, сражающихся не на жизнь, а насмерть. — И все-таки вы слишком предвзяты… А… Ренгоку? Неужели и он так плох? — Громкий! Страшный! — фыркнул Мурата. — Вдарит по башке — сразу свалишься! — и зачем же Кёджуро бить тебя по башке, дурень? — Но столпы конечно круты! Нам до них никогда не добраться, нету у нас таланта, — повесил голову Каваи. — Может просто тренировок не хватает? Знаете, бесталанные люди способны на чудеса, если упорно работают. Хотите, я у Узуя и Ренгоку спрошу вас погонять, все равно пока мечу куются делать нечего?       Мальчики с немым ужасом уставились на меня. А мне то что? Не знаю, как Тенген, а вот Кёджуро всегда готов поделиться опытом. Тренировки у него сложные, но он даже сопоставляет их с физическими данными учеников. Я наблюдала за тренировками Камадо и компании, поэтому могла об этом судить. — А ты правда можешь? — Не обещаю конечно ничего. Но за спрос денег не берут. — Они же тебя убьют, — блять, они судят, по факту, всех столпов по Обанаю и Шинадзугаве. — Меня точно не убьют, — улыбнулась я и обернулась на звуки, доносившиеся со стороны двери. Там показались Тенген и Кёджуро, довольные как суки. — А рыбка где? — подскочила я к парням, — Вы переоделись что ли? — удивилась я сухой одежде ребят. — У реки. Там оставили. Вечером на костерке пожарим, дождь уже закончился. Мы в плащах сидели, — улыбнулся Кёджуро, потрепав меня по головке, — Ты поела? — В процессе, — кивнула я на свой столик. — Тогда мы к вам сейчас присоединимся. Друзей себе заводишь, али еще мужей? Не советую, неяркие они какие-то, — покачал головой Тенген и схлопотал от меня подзатыльник. — Кстати, тут мне ребятки жаловались, что им тренировок не хватает… — кивнула я на мальчиков. Кёджуро тут же расплылся в улыбке. — О, Жертвы! — радостно, хищно воскликнул Тенген. Ох как ему здесь скучно-то на жопке ровно здесь сидеть, — Отлично, вот и погоняю их тогда! — я кивнула и вернулась к своему столу. — Ну что, мальчики, вас немного погоняют. Каваи, у тебя ведь дыхание пламени? — тот кивнул, — Вообще идеально.       Мы так и не успели закончить обед, когда прилетел ворон от Теччина с просьбой срочно явиться к нему. Мы с Кёджуро наскоро попрощались с ребятами и отправились в кузню.       Вокруг дома наблюдалась непонятная суета. Оба помощника Теччина скромно выглядывали в дверь дома, выставляя на свет божий задницы. — Что случилось? — наклонилась я к ним. — Жретс… — Что жрется? Кто жрется? — наконец кузнец повернул лицо ко мне, — Мечи… жретс. Сами посмотрите, Мая-сан.       Мы с Кёджуро с удивлением зашли в дом. Представленная картина заставляла то ли смеяться, то ли плакать.       Мои клинки, отрастив рот, увлеченно жрали мечи ичерин, расположенные на стойке. Они смачно чавкали, словно потребляя вкуснямку, и уворачивали эфесы от Теччина, который со слезами на глазах умолял их остановится. Я конечно ожидала от своих клинков всякого, но такого… — Ого! А твои клинки любят кушать! — неловко пошутил Кёджуро. Аха… очень смешно. — Пиздюли они любят получать! — закатала я рукава, мечи с интересом повернулись ко мне и синхронно рыгнули. Грозная я их не впечатлила, и они тут же повернулись обратно, смачно чавкая металлом. — Прибью! — рыкнула я, подбираясь к мечам, и тут же старичок преградил мне путь. — Не обижайте их, Мая-сан! Они не виноваты! — ринулся мне наперерез кузнец. — Так они же ваши мечи жрут! — Ничего страшного, они запасные, еще сделаем. Но нельзя же шедевры портить! — а зачем тогда плакать по невосполнимым утратам? — Я этим шедеврам сейчас по их задницам… того! — Это я виноват! Они же все понимают! Пытался на них надеть накладки! Они не хотели, котики маленькие, — котики… еще в моем времени кузнецов считали немного двинутыми, вот как раз из-за такого! — они отворачивались и не давали им накладки надеть! Я им тогда сказал, что без ичирин металла их хозяйка не сможет сражаться с демонами и может умереть! А они… тут же как рты раскрыли и начали все жрать! — я начинала понимать, что именно происходит. — Мая? Помочь? — улыбнулся Кёджуро с каким-то немым весельем глядя на кушающие клинки. Обжоры видят друг друга издалека. — Вы действительно не против этого безобразия? — кивнула я на мечи. — Совсем нет, но объясните, почему… — Эти клинки растут вместе со мной. Они могут потреблять кровь, яды и прочие вещества. И если их концентрация достаточна, то свойства этих веществ передадутся мечам навсегда. Например, сейчас я кормлю их своей кровью, чтобы демоны не восстанавливались. Через определенное время эффект станет постоянным. То же с ядами. Но я не думала, что это может касаться твердых веществ. — То есть они так приобретают свойства ичирин? — Да, вы сказали, что мне это необходимо. Что без ичирин я могу умереть. А задача этих клинков не только помогать моему развитию, но и сохранять мне жизнь в любых обстоятельствах. — Они как твои лучшие друзья, да Мая! — все еще улыбался Кёджуро. — Да, ты прав. — Сколько нужно? — с готовностью спросил старичок. — Простите? — Сколько им нужно мечей, чтобы передать свойства? — Не знаю… это в первый раз, когда они вытворяют такое. — Хотару! Собирай все запасный мечи и заготовки у кузнецов! — Ну что вы… извините меня, — мне было очень стыдно. — Не извиняйся. Убуяшики и я много от тебя ждем, Мая. Наша помощь совсем не жертва, а вклад в нашу победу. — Я поняла. Спасибо вам, — искренне поклонилась я милому старичку под смачное чавканье клинков.