Come along with me

'Cause I need time My heart is numb, has no feeling So while I'm still healing Just try and have a little patience, yeah Have a little patience, yeah

'Cause these scars run so deep It's been hard But I have to believe

Have a little patience Have a little patience Woah, 'cause I, I just need time My heart is numb, has no feeling So while I'm still healing Just try, and have a little patience Have a little patience My heart is numb, has no feeling So while I'm still healing Just try and have a little patience

Take that — Patience

Сквозящее в салоне автомобиля ощутимой своей ничем неприкрытой тяжестью, напряжение даёт возможность в очередной раз Бонни задуматься о том, что возможно она всё-таки зря позволила компании незнакомцев вступить в её ограниченное и довольно чувствительное личное пространство. В воздухе витает прилипчивый аромат сгнивших трупов и их внутренностей, немытых несколько дней, насквозь пропотевших и перепачканных в грязи и в чёрт ещё знамо чём тел, несвежей крови, пороха и только недавно нанесённой оружейной смазки на ружьё. Ведьма Беннет пускай и не может себя назвать в полной мере «эмпатом», но даже с её уровнем знаний не сложно догадаться о скопившейся у путников усталости, ярко выраженных чувствах раздражения — в той или иной степени, — разочарования и сквозившем недоверии по отношению к её персоне. О нём буквально кричат их закрытые и напряжённые позы, долгие, откровенные в своей бдительности взгляды, обращённые в сторону девушки, а также лежачее на коленях у каждого из них заряженное огнестрельное оружие, которым они смогут воспользоваться в любую минуту. И совокупность всех этих факторов является ещё одной причиной того, что она начинает жалеть, что решила им помочь, пойдя на поводу у своей совести и жалости к незащищённой прослойке населения. Среди всей этой компании только молодой парень с ярко-выраженными азиатскими корнями и афроамериканец массивного телосложения с щелью между передних зубов ещё хоть как-то пытались сделать вид, что всё хорошо, то вот сидящий вместе с ними мужчина средних лет, поглаживающий корпус своего арбалета и тот, что облачён в грязную полицейскую форму и находится на соседнем от неё сидении, вызывают наибольшие опасения, всем своим видом демонстрируя имеющуюся власть и роль в определении её дальнейшей судьбы. Всё, что Бонни остаётся так это делать вид, что её вся эта ситуация нисколько не смущает и что она не представляет для них никакой угрозы. Да и вообще, если рассматривать ситуацию с рациональной точки зрения, то это скорее они являются для ведьмы серьёзной опасностью, а не она. Если, конечно, к делу не подключить магию, то преимущественный перевес находится именно в их руках. Наконец, уверенно держа руки на руле, переведя весь фокус внимания на дорогу, Бонни отчитывает мгновения до наступления диалога с целью выяснить всю её подноготную. Ведь в том, что он вот-вот состоится, девушка нисколько не сомневается. — Что ты можешь про себя рассказать, Бонни? — спросил человек, одетый в полицейскую форму. «Проверяет, значит. Получается, необходимо сыграть таким образом, чтобы отвести угрозу в другом направлении». — Я уже представлялась, но, пожалуй, сделаю это ещё раз: добрый вечер, меня зовут Бонни Беннет. Я родом из маленького городка под названием Мистик Фоллс, что находится в штате Вирджиния. В нём я прожила всю свою жизнь и до наступления конца света была студенткой, учившейся в одном из местных колледжей. — Ты давно путешествуешь одна? Или у тебя есть группа? — продолжил допрос мужчина. — Когда всё это началось, я была вместе со своими друзьями и близкими, но, из-за сложившихся обстоятельств, нам пришлось разделиться и я, в конечном итоге, оказалась в компании Деймона — парня одной из моих лучших подруг, — тщательно подбирая и выверяя каждое слова, Бонни старается выдавать возможную — в данной ситуации — правду порционно и очень аккуратно, чтобы невзначай не взболтнуть лишнего, ведь до этого момента ей ещё никому не доводилось рассказывать данную легенду. — Он честно помогал, сражался вместе со мной, и мы вместе пытались выжить вопреки всем невзгодам, но так получилось, что, в конечном итоге, и он меня покинул, оставив меня в полном одиночестве разбираться со всеми проблемами. — Мне очень жаль это слышать, — в словах полицейского, несмотря на его внешнюю скорлупу «серьёзного копа», чётко слышна искренность. — А что случилось с твоей семьёй? От одного упоминания родных ведьма Беннет чувствует особенно сильную горечь, сжимая руки на руле ещё сильнее, от чего костяшки пальцев, от возникшего напряжения, побелели, а звук скрипящей кожи неприятной волной раздался по салону автомобиля. Перед глазами снова всплывают образы мёртвого тела бабушки, лежащего на диване так естественно и непринуждённо, как будто она в любой момент проснётся и улыбнется своей мягкой улыбкой при виде взволованной внучки, заведя привычный для них двоих разговор о таинстве магии или же о вреде столь крепкой дружбы с жестокими и крайне проблемными вампирами… Также из её головы никогда не исчезнет образ хладнокровного взгляда Сайлоса за мгновение до того, как он безжалостно перерезал горло её отцу на глазах множества горожан Мистик Фоллса, а она в свою очередь никак не могла этого предотвратить и всё, что ей, в конечном итоге, оставалось так это смотреть на то как один из членов её немногочисленной семьи, захлёбываясь волнами собственной крови, постепенно терял силы, оставляя её ещё более одинокой чем она была до того момента. Одинокой и разбитой от невозможности хоть что-то изменить, повлиять на происходящий кошмар, ведь мертвецам подобное не под силу даже если при жизни они были самыми могущественными существами на всё белом свете. — Папа с бабушкой мертвы, а вот насчёт матери я не уверена и ничего определённого сказать не могу, — поймав на себе недоумённый взгляд собеседника, Бонни продолжила, — вот что бывает, когда имеешь довольно прохладные отношения с женщиной, которая тебя родила. После слов Бонни и без того напряжённая атмосфера ещё больше накалилась, оставляя всех присутствующих при своём мнении. Тишина, разбавляемая лишь скрипом колёс об местами разбитую дорогу и короткими указаниями о том куда именно стоит ей ехать, дают возможность каждому погрузиться в собственные размышления, чем непременно решила воспользоваться и сама девушка. Медленно и аккуратно ведя автомобиль, ведьма Беннет действует на автомате — точно также, как и в многие разы до этого. Перед глазами — помимо видов абсолютно идентичного дорожного покрытия и безрадостных пейзажей заброшенной и разрушенной цивилизации — то и дело — как кадры из старинной кинохроники — возникают многочисленные образы и картины всего того, что с ней произошло за столь короткий и в той же мере длительный промежуток времени нахождения в столь агрессивной среде как этот треклятый мир, а мысли вязкой, прилипчивой патокой смешиваются в одну длинную череду неприятных моментов, оставляющих после осязаемое послевкусие дурных мыслей и размышлений. Вообще несмотря на фактическое время с начала эпидемии неизвестным вирусом — или чем он там является на самом деле, — большая часть населения планеты так или иначе уже скошена им наповал, а она сама уже несколько раз оказывалась на пороге смерти по тем или иным причинам. Каждый раз сюжет складывался по-разному: иногда в этом Бонни была виновата сама и это нельзя никоем образом оправдать — прямо как в случае с чрезмерным потреблением высокоградусного алкоголя из-за пограничного состояния с нервным срывом и острым желанием забыться и отгородится от всех несчастий и потерь, происходящих с ней на протяжении последних лет, — или же всё сводилось к банальностям, в духе неудачному стечению обстоятельств во время очередной вылазки за необходимыми припасами, когда что-что одно шло не так как нужно было или целый ряд факторов складывались таким образом, что весь ранее запланированный план сгорал дотла — подчистую — и ведьма Беннет оказывалась наедине с проблемами в лице чересчур активных и агрессивно настроенных мертвецов, с которыми приходилось разбираться быстро и максимально эффективно, чтобы те ненароком не пригласили на «пир» ещё больше своих оголодавших сородичей. И сейчас ей меньше всего хочется в очередной раз вступить на эту скользкую дорожку, только на этот раз становясь жертвой недоверчивых людей и их сомнений в её полезности. — … делала ты? — Что? — вырваться из собственных мыслей оказывается непростой задачей, ведь они настолько глубоко захватили её, что сложно от них избавиться в одно мгновение. Точно также, как и от желания снова и снова переживать все самые худшие моменты в своей жизни, проклиная за невозможность хоть что-то поменять. — Можешь ещё раз повторить свой вопрос? — Я спрашиваю: что именно ты делала всё то время, пока была одна? Пыталась ли присоединиться к другой группе выживших людей, если таковая попадалась на горизонте за время длительного путешествия по разным городам и населённым пунктам? Если да, то расскажи поподробнее о том какими они были и что с ними в конечном итоге случилось? Если же нет, то почему ты всё-таки решила прийти нам на выручку, не оставив самих разбираться со своими проблемами, а любезно предложила помощь несмотря на все риски для себя? Бонни смотрит на местного прокурора в лице бывшего полицейского и чувствует что-то схожее с тем, как с ней в своё время общалась шериф Элизабет Форбс, когда ей нужно было узнать какую-нибудь важную информацию. Только вот если с этой женщиной ведьма Беннет чувствовала себя спокойно и непринуждённо, ведь весь её интерес чаще всего граничил с абсолютно формальными расспросами о происходящих в их городке «таинственных» преступлениях или неловкими попытками аккуратно выведать у лучшей подруги её дочери что-нибудь важное про состояние Кэролайн, то вот с этим мужчиной дела обстоят не так-то просто. Ведь он совсем не похож на женщину, искренно беспокоящуюся за жизнь и безопасность своего единственного ребёнка, нет. Вместо этого на соседнем пассажирском от Бонни сидении находится тот, кто явно является если не главным лидером их группы, то точно входит в число тех, к чему мнению они активно прислушиваются и если что-то сейчас пойдёт не по плану, то ведьме Беннет сложно будет выпутаться без обнародования своих магических способностей из возможной ловушки. Ведь из раза в раз ловя настороженные взгляды мужчины с арбалетом, демонстративно показывающего свои намерения, Бонни чувствует хорошо знакомую ауру умелого охотника, которому много времени не потребуется чтобы запустить стрелу прямиком ей в голову, не потратив на это действие и малую долю усилий. Поэтому девушке ничего не остаётся, кроме как собраться с мыслями и максимально фильтруя планируемую к подаче информацию, приготовиться к продолжению разговора, пытаясь сформулировать ответы в том числе и на незаданные вопросы, касающиеся непосредственного выживания в одиночку. — Попробую ответить на все вопросы по мере возможности. Нет, за время путешествия вы является первой компанией в моей жизни после исчезновения из неё Деймона. Другие группы выживших я иногда видела во время более долгого нахождения в разных населённых пунктах, но никогда не стремилась к ним присоединиться по тем или иным причинам, начиная от их резких расистских и сексистских высказываний и явных радикальных взглядов в сторону женщин и их места в нынешней реальности, заканчивая общей неорганизованностью и местами даже анархичностью подобных сборищ, которая — как правило — приводит к довольно печальным последствиям в долгосрочной перспективе. Просто быть ловким и умелым мародёром недостаточно, чтобы не пасть кормом для оголодавших мертвецов и достойно нести ответственность за жизни и благополучие других, менее приспособленных к этому людей, — Бонни произнесла всё то, что думает, нисколько не скрывая своих истинных мотивов, демонстрируя искренность собственных слов и суждений довольно ярко-проявлённой эмоциональной окраской, выданной на одном дыхании тирады. — Что же касается непосредственно вашей группы, то мне удалось до официального знакомства некоторое время понаблюдать за вами и меня искренне удивило, что вы решили вопреки всем обстоятельствам и холодному — беспристрастному — расчёту, пойти и спасти своего товарища, несмотря на возможные последствия подобного решения и все риски, которые в любой момент могли обернуться против вас самих. Любой другой бы на вашем месте просто поставил на чашу весов жизнь одного человека против благополучия превосходящего большинства и был бы с точки зрения эффективного расходования ресурсов прав, но вы решили пойти по пути моральных принципов и чистой совести. Такая человечность стоит дорогого в современных реалиях. Признаюсь, честно что вы меня этим поступком смогли впечатлить так, как никому уже давно не удавалось. Надеюсь, что подобных ответов более чем достаточно, шериф… — Рик Граймс, но сейчас фамилии и наши профессии мало значат для нас — всё это осталось в прошлом. Всё, что нам остаётся так это бороться, опираясь на ранее приобретённые умения, попутно усваивая новые жизненные уроки. — Что же касается непосредственно того какую конкретно цель я преследую, то мне сложно дать точный ответ на этот вопрос. Если смотреть на всё со стороны, то я просто езжу из города в город, пополняя постоянно заканчивающиеся запасы, периодически меняя одну машину на другую, безжалостно оставляя их в прошлом, прямо как в своё время автомобиль Деймона, узнав о состоянии, которого он бы меня самолично прибил бы несмотря ни на какие обстоятельства, — улыбнувшись собственным словам, Бонни, всё также точно вперёд поспешила продолжить. — Если же мои действия рассматривать более глобально, то передо мной на данный момент стоит задача выжить вопреки всем жизненным обстоятельствам и на этом, наверное, всё. По крайней мере, так дела обстоят в данный временной отрезок. — А что за машина у вашего друга была, что он ею так сильно дорожил? — спросил неуверенный голос молодого азиата, которого Бонни представили, как Гленн, после чего все взгляды были переведены на него. — Ну а что в этом вопросе такого? Мне просто стало любопытно… Поймав через зеркало заднего вида взгляд стушевавшегося парня, который — если судить по внешним признакам, — находится ближе всего к ней по возрастной группе, ведьма Беннет решила утолить его интерес, разряжая чересчур неловкую паузу. — Chevrolet Camaro 327 Convertible 1969 года выпуска. Она была его персональной гордостью и одним из самых ценных приобретений в жизни, к которой он мало кому позволял даже близко подходить, не говоря уже о том, чтобы на его «малышке» прокатится. — Ну ничего себе что за раритет! Даже боюсь себе представить стоимость данной модели… — Да, всё именно так, — и улыбнувшись своим мыслям, Бонни совершила поворот на въезд в горные просторы. Дальше только скалистые, неровные вершины, волны бесконечного эха, разносящегося на несколько миль в разных направлениях, и по-особенному романтичные закаты, которые в современных реалиях совсем таковыми не ощущались, а даже наоборот — казались совсем несмешной насмешкой от некогда благодарного небесного светила и красот первобытной природы. *** Впервые за долгое период оказавшись среди большой компании столь разнообразных по своему темпераменту и культуре воспитания людей, Бонни довольно быстро поняла, что успела отвыкнуть от полноценного человеческого общения, да и от нахождения в обществе в целом. Обитая сначала неопределённый промежуток времени в довольно ограниченном пространстве с соседями поневоле, история с которыми закончилась для неё довольно печально, а в последствии выживая на протяжении длительного срока, состоящих из однородных по своему наполнению дней, плавно сменяющихся друг за другом, в полном одиночестве, заботясь исключительно о сохранности собственной шкуры, общение стало одной из последних вещей, о которой ведьма Беннет вообще задумывалась в те немногочисленные мгновения отдыха, возникающие в редкие, спокойные мгновения. Чаще всего девушка предпочитала окунаться в мир само рефлексии и приятных воспоминаний, тщательно избегая всего того кошмара, с которым она снова и снова встречалась в прошлом. В конце концов, страшные картины и так полностью и безвозвратно захватили её подсознание, лишь изредка и крайне неохотно уступая место снам без сновидений, поэтому Бонни меньше всего хотела в минуты блаженной передышки предаваться столь тяжёлым думам, будя в себе своего персонального монстра — ужасно голодного и крайне жестокого до крови и мясных, искромётных зрелищ, что ведьма Беннет сама временами начинала его бояться. Ведь в моменты особенно сильной уязвимости девушка только и думала об удержании довольно хлипкого контроля, который подобно тщательно измазанному маслом канату так и норовился выскользнуть из её рук, пуская всю ситуацию на самотек, оставляя после себя лишь ещё большую порцию проблем. Поэтому всё, что Бонни остаётся так это вопреки всем страхам и дурным предчувствиям, выработанным чувствительным ведьмовским компасом и месяцами параноидальных мыслей, просто постараться влиться в ритм жизни местной общины. Ведь, опираясь на слова и поступки местного шерифа и приближённых к нему людей, её никто насильно не гонит, а даже наоборот — дают понять, что намерены отблагодарить за помощь, несмотря на ранее проявленное недоверие. Дают возможность остаться вместе с ними, продолжая жизнь кочевницы без стабильной крыши над головой и ощущения полной безопасности. Хотя даже, делая скидку на всё ранее произошедшее, не все присутствующие согласны с подобным решением руководителя, ведь всё тот же охотник то и дело бросает на неё недовольные, полные неприкрытого сомнения взгляды. Да и сами жители поделились на несколько лагерей, среди которых заметны, как и люди, благодарные за возвращение их друзей и близких в целостности и сохранности обратно в лагерь так и те, кто посматривает на неё косо, следя за каждым её шагом — взять, к примеру, ранее названного егеря. Но больше всего из этих обеих групп выделяется компания любопытных детей, при виде которых даже ожесточённое жестокой и — казалось бы — бесконечной борьбой за выживание сердце Бонни немного, но отмирает, позволяя на лице возникнуть настоящей, искренней улыбке. Не проходит и минуты, как девушка — с позволения родителей — угощает всех желающих небольшим запасом сладостей и дорогого шоколада, припрятанным на чёрный — и совсем уж голодный — день, попутно стараясь со всеми ними познакомится поближе. После чего градус недоверия если не в глазах всех жителей общины, но большинства понемногу, но исчезает, ведь, в конце концов, в её действиях в отношении самых маленьких жителей лагеря чувствуется столь ярко-выраженная искренность, что даже у самого чёрствого человека внутри что-то да дрогнуло. Дети же они являются одним из самых ценных и в тоже время хрупких ресурсов на этой проклятой земле. *** Так проходит ещё пара часа, за время которых Бонни успевает обследовать ближайшую территорию, пообщаться с большинством того желающих людей, а также омыть своё тело в холодных водах местной реки, смывая пласты проявившейся усталости после событий насыщенного дня и прилипший смрад, оставшейся позади, Атланты. Пожалуй, что за исключением детей к ней больше всего тянулась одна из самых молодых девушек в этом лагере — Эми. Выступив в качестве добровольного гида, она чётко и по делу объяснила ведьме Беннет где и что у них находится, показала ей место для купания, после чего Бонни сама не поняла, как, но у них завязался диалог, после которого последовали сначала байки каждой про самые интересные моменты из учёбы в колледже и курьёзные случаи, а за ними пришло время и для наполненных приятным флёром ярких воспоминаний из беззаботного и светлого детства, с подробными рассказами про жизнь до наступления всего этого кошмара с вирусом и множеством смертей. И только вовремя очередной волны смеха, вызванной особенно смешным комментарием про какую-то совсем неважную глупость Бонни вдруг поняла, что она как будто вновь оказалась в компании близкой подруги за просмотром любимого фильма и комфортной беседой, а в мире всё стабильно, хорошо и совершенно не нужно думать ни про сохранность жизней, ни про необходимость постоянной борьбы с потенциальными угрозами внешней, крайне агрессивной среды. И это состояние не могло её не сделать счастливой. Пускай даже и на короткий миг, который совсем скоро может закончиться, оставляющий после себя лишь блёклые воспоминания и упущенные возможности. *** Бонни чувствует себя настолько умиротворённой и — впервые за долгое время — расслабленной, что едва держит открытыми глазами от скопившейся усталости из-за событий минувшего дня, слушая тихие разговоры жителей лагеря под треск мягкого пламени горящего костра, предпочитая оставаться незаметным слушателем чем главной звездой. Сквозь прищуренные щёлки уставшего взгляда, девушка более детально рассматривает окружающих её людей, подмечая их реакции как на происходящий вечер-посиделок, так и друг на друга. Наблюдая и формируя причинно-следственные связи происходящего, ведьма Беннет ещё больше убеждается в правдивости ранее составленных выводов, которые в данный момент становится всё сложнее игнорировать. Так происходит и с уровнем общего доверия, царящем в местной гавани спокойствия — точно также видны и напряжённые, завистливые и ревностные взгляды, то и дело бросаемые Шейном Уолшем в сторону семейной идиллии лучшего друга, который, кажется, ни на что не обращает внимания кроме как на членов собственной семьи, в то время как его жена то и дело отправляет ответные, наполненные чистым, неприкрытым гневом взгляды в сторону Шейна и это заставляет задуматься о многом из того, что на самом деле происходит у всех прямо под носом и о том, что все предпочитают упорно игнорировать. Пожалуй, именно так и начинается столь нежеланная, незваная и уничтожающая под чистую всё на своём пути буря, которую Бонни ощущает всем своим нутром, говорящим ей о том, что с этим человек стоит быть настороже и всегда быть готовой к возможным проблемам, ведь в тот самый момент, когда бомба рванёт, задетыми её действиями и последствиями окажутся все присутствующие — в том числе и она сама. И с этим нужно что-то делать… Её размышления также, как и спокойная атмосфера исчезают в одно мгновение, стоит в вечерней тиши горного воздуха чётким эхом раздаться пронзительным женским крикам, в которых ведьма Беннет без всякого сомнения узнаёт свою новоприобретённую знакомую, а следом за этим приходит черёд для оглушительной и бесконтрольной пальбы огнестрельным оружием, звукам падающих тел, душераздирательных криков будущих покойников, хрипов ходячих мертвецов, панической суматохи, вызванной всеобщей неразберихой и быстротечностью событий. И на что Бонни только рассчитывала, когда решила помочь этим людям?..