Санта на заказ

      Отдышавшись и, еле как, придя в себя, Эва быстро вскочила с дивана и покинула комнату. Уже в коридоре она заметила, что даже не прикрыла грудь. Сцепив края платья, она прошмыгнула в туалет, где, запершись в кабине, выкинула испорченный лифчик и поняла, что её трусы были забыты.       Учитывая, что сейчас было, то счастье, что хоть сумочка при мне.       Приведя себя в порядок, она ещё посетовала насчёт бедного нижнего белья, а после спокойно прошествовала вниз, также спокойно и невозмутимо оделась, и поехала домой.       Эва словила ощущение дежавю. Она снова стояла в коридоре и смотрела в зеркало. Только на этот раз её макияж был потёкшим и смазанным, а глаза искрились. Чем дольше девушка вглядывалась в своё отражение, тем больше ей казалось, что по ту сторону находился другой человек. Уж слишком сильно оно отличалось от привычного ей. Женщина в зеркале была гораздо уверенней в себе, чем Эва, и раскованней. Она выглядела так, словно всегда жила только сама по себе и следовала только собственным правилам. Именно так и хотела выглядеть Васкерс почти всю свою сознательную жизнь.       Смешно, конечно, что для этого мне понадобился всего лишь классный секс.       Ни следа сдержанности и пресловутой фригидности, а её бывший — кретин с заглавной буквы. Не бывает неправильных женщин, зато есть мужчины с кривыми руками, маленькими членами и неумелыми языками. Вот он как раз и был из таких. На долю секунды Эве даже стало немного жаль Поппи, хотя… нет, она этого не заслуживает. Если ей так нравится имитировать оргазмы или мучиться от потуг сжать его крошечное достоинство, то пожалуйста.       А вот тот мужчина — Амен, был совсем другим. Слажён как влажная мечта любой женщины, приятные манеры на публике и властность в постели. Может зря она так поспешно покинула клуб? Возможно, стоило его разбудить и… А что дальше? Снова секс? Вряд ли. Конечно, ей, безусловно, понравилось, она повторила бы с большим удовольствием, но сразу не могла. Тело было слишком чувствительным, учитывая двойной оргазм, последний который и так был принудительным. Но, Боже, как же после него болезненно сладко тянуло все мышцы… Никакая тренировка не заменит этого.       Эва представила, что было, если бы у неё были такие приваты на постоянной основе. Скажем, раз в неделю после нервной рабочей суеты, перед выходными.       О да, было бы замечательно. Интересно, а можно перенести встречи в более уединённую и спокойную обстановку?       От подобных мыслей остатки желания вспыхнули с новой силой. Вагина сжималась, пульсируя и чувствуя фантомное ощущение заполненности, которое хотелось испытывать до скончания времён, настолько оно восхитительным.       И всё же мысли о том, что не стоило так быстро убегать, не давали покоя. Это было как минимум невежливо. Нужно было хотя бы попрощаться или сказать «спасибо». Верно?       Вот так всегда. Самые здравые размышления приходят в голову уже после того, как всё сделано. Это так несправедливо.       Ладно, я всё равно собираюсь посетить клуб после каникул. Тогда и поговорим. Уверена, ничего страшного за эти дни не произойдёт.       Васкерс могла поклясться, что была не первой и не последней клиенткой Амена, с которой он переспал. Для мужчин совершенно нетипично упускать возможность быстрого секса. И пускай тогда в кабинете, да и позже при самом танце казалось, что его глаза выражали неподдельный интерес, предназначавшийся только ей. Интерес не просто как очередной женщине, а к той, которую хочется узнать, как личность, чтобы иметь в будущем нечто большее, а не просто трах по графику.       Тут уже участие стало принимать сердце, решившее высказать свою позицию из-за эмоционального водоворота, вызванного вниманием такого красивого и властного мужчины. Оно твердило, что сегодняшняя ночь может стать тем, чего Эва была лишена раньше: сильных чувств, отношений и… любви. Её Величество Рациональность, тут же состроив кислую мину, по-снобски заявила, что всё это чушь собачья и одноразовый перепихон, которым занимаются миллионы людей чуть ли не каждый день. Не стоит делать значимое событие из ничего. Как обычно, разум поставил на место сердечные ожидания и надежды, наполняя сознание пессимизмом, идущим за руку с реализмом.       Не став себя утруждать дальнейшими размышлениями, девушка приняла быстрый душ и легла в постель.

🎀⊱•═•⊰❄️⊱•═•⊰🎀⊱•═•⊰❄️

             Ушла, чёрт возьми, ушла!!!       Эта жалящая мантра, не прекращаясь, била набатом с тех пор, как он открыл глаза. Ещё сквозь сон ему показалось, что Эва выскользнула из-под бока, но он был слишком счастлив и утомлён их горизонтальным танго, а теперь же расплачивается за это. Честно сказать, он не ожидал, что она покинет его. Он рассчитывал на то, что они проснутся вместе и поговорят или пойдут на 2 заход при её желании. Мужчина не испытывал большого гнева по поводу её ухода, он просто не имел на это права. Их не связывали какие-либо обстоятельства или отношения, но это пока. После следующего раза она никуда не денется. Он лично это проконтролирует, попросту Эва не сможет ходить либо будет передвигаться на четвереньках, желательно по кровати.       Нужно было освежить мысли и тело, разобраться с рутинными рабочими вопросами и параллельно выяснить, как ему отыскать свою даму сердца и твёрдого члена. Да-да-да, вспоминая то, как невинно и страстно она терялась в своём наслаждении, ему нестерпимо хотелось повторить всё то, что он сделал с ней. Это была поистине волшебная рождественская ночь, подобной которой у него никогда не было. И он был безумно рад тому, что провёл её с такой шикарной женщиной. Да, она оставила его, но он обязательно отыщет эту красотку и, наказывая за побег, докажет, что они идеальная пара.       Ну а прямо сейчас ему необходим горячий душ и ранний завтрак. Амен снова отметил про себя, как же удачно он выкупил это заведение у одного престарелого сутенёра, любившего мальчиков. После подписания документов и передаче всех прав на этот самый что ни на есть настоящий бордель, он нанял команду высокопроизводительных дизайнеров и строителей, дабы поменять концепцию и внешний вид заведения. Из притона оно превратилось в приличное место, где люди могут расслабиться и попробовать что-то новое.       Ополоснувшись в душевой для танцоров, он позвонил на кухню, а во время трапезы просмотрел камеры. В час ночи Эва покинула клуб на своей машине. Скорее всего она отправилась домой, адрес которого у него был благодаря базе данных на сайте.       Следовало связаться с Тизианом и сказать, чтобы он приставил кого-нибудь следить за квартирой и перемещениями Эвы, чтобы Амен смог перехватить её в каком-то месте и отвезти к себе. Просто заявиться к ней было скучно. Хотелось как следует насладиться её реакцией на его неожиданное появление. Ну и ещё по той причине, что его жильё лучше подходило для задуманного. Он желал, чтобы она была на его территории и лежала в его постели.       Сейчас было 6 утра, Хендерсон отпустил почти весь персонал ещё час назад, а, значит, Тизиан только приехал домой или стоял в пробке. Конечно, можно было позвонить ему через несколько часов, но ждать слишком долго, поэтому набрал, полностью уверенный в том, что друг возьмёт трубку. Действительно, через 2 гудка Тизиан ответил бодрым голосом:       — Алло.       — Ещё раз привет, надеюсь, не помешал и не разбудил?       — Нет, я ещё даже не переоделся, а что-то случилось? Нужно приехать?       Уж за что Амен и уважал его, так это за профессионализм и готовность всегда прийти на помощь или выполнить поручение любого рода.       — В этом нет необходимости. Просто хочу сказать, что моя пантера сбежала. Я скину тебе адрес, хочу, чтобы кто-нибудь из твоих людей присматривал за ней.       — О, что-то пошло не так? Напугал её своим напором? — голос друга приобрёл игривые нотки.       — Всё прошло намного лучше, чем я думал. Да, возможно, я чутка переборщил, но заявляю, что ей понравилось.       — Она сама тебе сказала? Или бедняжка могла только стонать?       — Ахах, тело всегда выдаёт своего хозяина, то же самое случилось и с ней, — на губах Амена появилась хитрая ухмылка.       — Ой, вот не может у тебя быть всё, как у людей. Не волнуйся, я всё организую, твоя малышка будет под наблюдением.       — Кто бы говорил, вспомни себя с Герсой. И спасибо, я в тебе не сомневался.       — Пожалуйста, друг.       Попрощавшись со своим начальником безопасности, Амен с чувством выполненного долга и трусиками Эвы в кармане захватил верхнюю одежду и спустился на 1 этаж, намереваясь поехать домой и хорошенько отоспаться.       У выхода он застал весьма интересную картину. Заслуженный кардиохирург, обычно приятный в общении и просто привлекательный мужчина Ливий Пеллийский, слегка покачиваясь и наматывая на лицо шарф, параллельно дёргал за руку Аша и вполне связно излагал свои мысли:       — Аш, цветочек мой аленький, я люблю тебя! Я жить без тебя не могу, поехали ко мне. Прошу! — наваливаясь на предмет своего воздыхания, он умоляюще смотрел в глаза тому, кто украл его покой с самой первой встречи.       А сегодня он наконец-то набрался смелости, чтобы признаться в своих чувствах этому замечательному парню. И пускай ему потребовалось для этого несколько бокалов крепкого спиртного. Зато теперь ему не было так страшно услышать отказ, если таковой, конечно, будет.       По обыкновению кокетливый с другими клиентами, Аш молчал и отворачивал взгляд. Впервые он услышал такие слова. Мистер Пеллийский всегда уделял ему повышенное внимание, всячески выделяя среди остальных стриптизёров. Из-за этого коллектив подшучивал над Кохраном, распространяя сплетни о том, что он нашёл себе папика.       На самом же деле между ними не было ничего подобного, хотя доктор частенько порывался одаривать его небольшими, но дорогими презентами, на что получал смущённую мордашку, сливающуюся с цветом ярких волос танцора, и слабые попытки отклонить подарки. Однако Ливий был непреклонен, поэтому почти после каждого привата Аш возвращался домой на заказанном лично для него такси, держа в руках заветные дары. А уже дома он подолгу рассматривал их и думал о том, чем же так приглянулся такому успешному мужчине, который по всем жизненным канонам должен был быть женат на девушке из хорошей семьи и воспитывать детишек.       К счастью, для Кохрана судьба сложилась так, что он повстречал на своём пути Пеллийского, который сразу понял, что этот сиротка, подавшийся в стриптизёры не от хорошей жизни, заслуживает самого лучшего и должен стать только его.       Решив, что и эти двое должны осчастливить друг друга в эту чудесную рождественскую ночь, Амен откашлялся и подошёл к парочке:       — Здравствуйте, мистер Пеллийский, Аш.       — Господин Хендерсон, это не то, что вы думаете, я бы никогда… — принялся с ходу оправдываться парень.       — Не надо, Кохран, я знаю, что между вами происходит. Сегодня я созвонился с доктором, и мы мило побеседовали, не так ли?       Закивав с серьёзным видом и чутка поплывшим взглядом, Ливий ответил:       — Да, и я принял решение, что больше не хочу ходить вокруг да около. Как я уже сказал тебе, мой дорогой, я люблю тебя. О, и ещё. Ты станешь моим мужем? — встав на одно колено, он достал из кармана пальто чёрную бархатную коробочку, внутри которой оказалось золотое кольцо средней толщины, увенчанное группой бриллиантов с крупным рубином в центре.       Аш лишь потрясённо раскрывал рот, не в силах выдавить и звука. Сглотнув, он ответил:       — Но мы же знакомы так мало… и вы пьяны, в конце концов! А потом… — договорить он не смог.       Стремительно поднявшись, Ливий схватил его сзади за шею и притянул к себе, отчего красноволосому пришлось наклониться, заткнув этот греховный лепечущий рот грубым поцелуем.       Амен же на это усмехнулся, понимая, что в это Рождество не только он обрёл свою вторую половинку.       Оторвавшись от Аша, Пеллийский со всей строгостью произнёс:       — Во-первых, мы знаем друг друга уже полгода. Мне этого более чем достаточно для того, чтобы удостовериться в своих чувствах к тебе. Уверен, ты тоже ко мне весьма не равнодушен, верно? — и дразняще провёл ладонью по пока ещё едва заметному возбуждению парня, тот залился краской от публичной демонстрации этого заявления.       — А во-вторых, — продолжил наседать доктор. — Я не пьян, просто немножко схитрил, чтобы ты не сбежал раньше времени, как пытаешься обычно. И в-третьих, мы сейчас же поедем ко мне, несносный мальчишка, где я покажу тебе все прелести нашего будущего брака. Ты ведь не станешь мне противиться, так? — слегка сжимая его член, принялся растирать, прошептав последний пункт на ушко.       По-прежнему пребывая в шоке от всего происходящего, новоиспечённый жених кивнул, заслужив лёгкий чмок в кончик носа.       — Чудно, а теперь я надену на тебя кольцо, сегодня оно будет твоей единственной одеждой.       Придя к выводу, что эти голубки уже вступили на путь истинный, Хендерсон поздравил их с будущей свадьбой и получил приглашение на неё, клятвенно пообещал прийти, а после поехал домой.

🎀⊱•═•⊰❄️⊱•═•⊰🎀⊱•═•⊰❄️

      Первые пару дней каникул Эва посвятила заслуженному ничегонеделанию. Она наслаждалась приятным послевкусием горячей ночи, болтала по видео-звонку с Дией и улыбалась её реакциям.       — Честное слово, если бы не мой Исман, то я бы очень завидовала тебе! Такой мужчина, а ты сбежала, тебе должно быть стыдно.       — Стыдно? И за что же мне должно быть стыдно? — на лице Эвы отразилось искреннее удивление, на что Дия начала загибать пальцы.       — Он станцевал для тебя лучший стриптиз за всю историю человечества. Да-да, и нечего закатывать глаза. Дальше он прокатил тебя на своём члене. Ты кончила только от трения о незнакомца, а это о многом говорит, уж поверь мне. Потом у тебя был самый восхитительный отлиз за всю твою жизнь и впридачу секс со связыванием. Вы могли бы позже обсудить что-нибудь и узнать друг друга получше. Ты сама мне говорила, что он был очень обходительным при первой встрече, забрал шубу. Всё-таки не стоило так позорно убегать, — нравоучения однозначно были сегодняшним коньком Дии.       — Ну, уж извините, мне не каждый день сковывают руки, чтобы я занималась самоудушением, насильно не вылизывают и так далее. И всё это без предварительного обсуждения и даже стоп-слова. Можно сказать, что мы посторонние люди, которых ничего не связывает. Я не знаю о нём ничего, кроме того, что он владелец этого клуба. Мне стало чутка боязно, нервишки разыгрались, внутренние тараканы замитинговали, вот я и ушла от греха подальше, — под конец тирады голос повысился, но выдавая не злость, а скорее лёгкое раздражение с растерянностью.       Дия вздохнула, понимая, что Эва реагирует на всё происходящее таким образом из-за того, что ей пришлось пережить потерю контроля над незнакомой ситуацией. Немалое давление на человека, который только-только разорвал отношения, с которыми до сих пор не закончили родители, клюющие мозг.       — Хорошо, Эва, выдыхай. Я не хочу на тебя давить, просто я так желаю, чтобы в твоей унылой жизни появился тот, кто подарит тебе здоровые отношения, не уничтожая нервные клетки своими изменами и другими «сюрпризами», — участливо сказала подруга, на что девушка решила, что пора окончить разговор.       Ей не хотелось развивать эту тему, метаясь между чувствами и разумом. И всё же она была благодарна Кайерс за то, что та всегда рядом, готовая выслушать и дать совет или просто подбодрить.       Однако беседа закончилась спустя 1,5 часа. Всё это время они болтали о студенчестве, вспоминая курьёзы, обсуждая однокурсников и то, чем они сейчас занимаются.       Только Эва хотела закрыть ноутбук, как на электронную почту пришло пригласительное письмо на благотворительный бал, проводимый на ежегодной основе, посвящённый детям, изъятым из неблагополучных семей, а также бездомным животным, которым необходимы деньги на лечение и передержку.       На это мероприятие приглашались владельцы всех крупных компаний, а также и их семьи. Эва посещала его довольно давно, поэтому наравне с другими получала рассылку. Родители, наверняка, не пропустят этот бал, но она не собиралась оставаться дома и прятаться от их общества, как какой-то нашкодивший маленький ребёнок. Даже если они и станут что-то говорить ей, то на публике будут стараться держать лицо до последнего. Это служило своеобразным гарантом того, что предстоящий разговор не будет выматывать, как предыдущие.       Тем более поход на бал был бы неплохим способом отвлечься от мыслей об Амене. С каждым днём они становились всё более навязчивыми, хотелось увидеть его, услышать голос, снова ощутить эти сильные руки и пожирающий взгляд.       М-да, такими темпами мне придётся заменить своего кролика на целого удава. Хотя сомневаюсь, что он удовлетворит меня как следует. Оригинал был куда лучше.       Весь следующий день был посвящён шоппингу, на который Эва отправилась с большим энтузиазмом. Она думала, что и Дия составит ей компанию, однако та с притворным осуждением пожаловалась на своего мужа-тирана, захватившего её в секс-рабство до конца каникул:       — Вот, казалось бы, гинекологи смотрят на женские киски каждый день, следовательно, должны быть под завязку удовлетворены или равнодушны к сексу, а тут какой-то диссонанс получается.       — Я не поверю ни единому слову о том, что ты этим расстроена. Ты слишком сильно любишь секс, — скептически заявила Эва, на что кудрявая рассмеялась.       — Да-да-да, ты меня раскусила, но я это специально. Ты же знаешь, как я люблю его дразнить. О-оу, всё, мне пора. Удачного дня! — на том конце послышался наигранный испуганный вскрик и хриплый мужской смех.       Не удержавшись, Васкерс тут же представила, что они с Аменом могли бы также проводить выходные. Это было бы чертовски замечательно.       Пока она витала в фантазийных облаках, то не замечала за собой молодого мужчину в повседневной одежде, пристально следящего за ней. Стараясь одновременно не попасться и не потерять женскую фигуру из поля зрения, Ёран ходил по пятам за девушкой по заданию босса и обо всём периодически докладывал, включая и телефонные разговоры.       Теперь Амен знал, чем сегодня намеревалась заняться его сбежавшая красотка, и решил отправить ей небольшой презент.

🎀⊱•═•⊰❄️⊱•═•⊰🎀⊱•═•⊰❄️

      Вернувшись домой поздно вечером, Эва с наслаждением вытянулась на диване в гостиной, смотря на полные пакеты с брендовой одеждой. Главной покупкой стало изумительное вечернее платье, которое издалека приманило девушку с витрины.       Раздался звонок в дверь. Нахмурившись, Эва встала, с недоумением думая о том, кто же мог прийти в такое время. На полпути в коридор она услышала:       — Мисс Васкерс, вам доставка!       Открыв дверь, она увидела курьера от Victoria's Secret, если верить логотипу на его кепке.       — Эм, добрый вечер, я ничего не заказывала.       — Всё верно, мисс Васкерс, это подарок на ваше имя.       — Подарок? Но от кого? — растерянно спросила Эва, хотя в в голове начал назревать желанный ответ.       — Это конфиденциальная информация, а я всего лишь курьер. Вы будете забирать?       — Да, конечно.       Получив заветную коробочку, она расписалась и закрыла дверь, с нетерпением побежав в спальню. Сидя на кровати по-турецки, она аккуратно развязала золотистый бант. Внутри оказался дорогой и весьма изысканный комплект нижнего белья, состоявший из бюстгальтера, стринг и интересного пояса на бёдра и талию. Ей очень понравилось сочетание бежевого и чёрного цветов. Выглядело и пристойно, и сексуально одновременно.       Помимо бельишка, в коробке также была записка, пахнущая им… Гранатом и миртом.       «Ты так быстро скрылась, моя маленькая пантера. Ай-я-яй, я ведь так хотел потом разбудить тебя самым достойным для женщины способом. Нельзя так поступать, можно с лёгкостью попасть в список непослушных. А таких девочек принято наказывать…       Р.S. прими этот скромный подарок, ты заслужила.       Твой Санта…»       Вне всяких сомнений — это был Амен. Должно быть он взял адрес, который сохранился на сайте при заказе. Эве было до безумия приятно, что он не забыл её и прислал этот комплект взамен испорченного им же. Она решила, что наденет его завтра, почему-то это казалось ей очень правильным. Приняв ванну, она легла спать с безмятежной улыбкой на лице.       А уже вечером следующего дня она отправилась на бал не на своём авто, а на такси, так как надеялась пропустить 1-2 бокальчика шампанского. У здания благотворительного мероприятия было очень много машин, но толкучки при этом не наблюдалось. К счастью, для такси предусмотрели отдельную парковку.       Зайдя внутрь, Эва сразу передала верхнюю одежду услужливому юноше и отправилась в дамскую комнату, чтобы подправить и без того безупречный макияж.       В зале же, который не впервые использовался для подобного, ей повстречалось множество знакомых лиц, с каждым из которых девушка решила немного поболтать на принятые в обществе темы погоды и другой светской рутины. Чета Васкерс ещё не прибыла, что очень обрадовало. Не хотелось сразу портить себе вечер очередными нотациями.       И так на протяжении первых 2 часов, Эва просто переходила от давних знакомых к новым, наслаждаясь атмосферой приподнятого настроения и доброжелательности окружающих.       До лёгких танцев и официальной части мероприятия было ещё далеко, поэтому девушка решила воспользоваться возможностью передохнуть от бесконечных улыбок, разговоров и отправилась в сторону, где хранились подарки, пожертвования и личные вещи гостей.       Достав из клатча телефон, она увидела несколько пропущенных звонков от матери и сообщение о том, что они скоро прибудт. Новость лишь немного разочаровала. Что бы они ей не сказали, то это ничего не изменит, она не станет проходить снова через эти унизительные отношения.       Как по заказу двери распахнулись, пуская её родителей, заодно и Трента с его отцом, Поппи почему-то не наблюдалось.       Помяни чёрта, а придёт целый легион демонов. А я так надеялась, что этот придурок не явится сюда.       Эва отвернулась, пока они не увидели её, но строгий и пронзительный голос окликнул её:       — Эвтида Васкерс, стой на месте!

🎀⊱•═•⊰❄️⊱•═•⊰🎀⊱•═•⊰❄️

      Амен ещё раз поправил запонки и галстук-бабочку, глядя на себя в зеркало заднего вида. Давненько он не надевал такой официальный наряд, уже больше привык к своему образу владельца стриптиз-клуба. А в месте его основной работы он, как начальник, позволял себе жакеты и белые рубашки, конечно же расстёгнутые на первые 3 пуговицы.       Однако сейчас следовало придерживаться надлежащего дресс-кода, как и было указано в расслылочном письме с приглашением на этот благотворительный вечер. И какое же приятное совпадение, что и Эва сегодня направилась туда же, но вернётся она с него не к себе домой, а к нему, даже если будет сопротивляться. Хотя нет, особенно, если будет сопротивляться, так лучше и намного интереснее.       Подъехав прямо ко входу, он стремительно вышел из машины, взмахом руки отсылая от себя парня, призванного отгонять автомобили. Хендерсон не собирался здесь задерживаться, он просто пришёл за своей женщиной. А взнос на благотворительность сделает онлайн, чтобы не расстраивать организаторов.       Бросив пальто гардеробщику, тут же прошёлся взглядом вокруг. Знакомого силуэта не было поблизости. Зато на глаза попался слуга с полупустым подносом из-под шампанского.       — Добрый вечер. Подскажите, пожалуйста, не видели ли вы высокую, очень красивую шатенку с золотистыми глазами?       — Да, конечно, сэр. Она прошла с группой людей вглубь зала, а потом они все поднялись по лестнице и пошли по коридору направо.       Усмехнувшись, мужчина дал ему чаевые и поблагодарил. Его киска была очень-очень близко.       Всё пошло совершенно не по плану. Эва недооценила решимость и жадность родителей, а также того, как мистер Снайдер старший хочет сделать из девиантного сыночка нормального человека. Ещё и дверь заперли, чтобы она не смогла уйти и без конца слушала всю эту ахинею.       — Эвтида, ты обязана выйти замуж за Трента! Сколько ещё раз нам нужно сказать, чтобы ты поняла?! — мать и отец кричали в один голос, отчего хотелось закрыть уши, совсем как в детстве. Но сейчас они не перестанут орать от этого жеста, а станет только хуже.       — А сколько раз я должна повторять, что не выйду?! Он изменил мне! Я такого не прощаю, и точка. И я прекрасно понимаю, что его подстилка будет досаждать. Поэтому никакой и речи быть не может об этом.       — Значит, ты выйдешь замуж за его отца. Уж он точно тебе не изменял, — неожиданно успокоившись сказала мать. Остальные поддержали эту сумасшедшую идею.       — Да, Эвочка, я не против взять тебя в жёны. Такая молодая и здоровая девушка, как ты, идеально подойдёт моему положению и подарит новых наследников, — подал свой голос великовозрастный женишок.       Может Эве ударило в голову шампанское, а может просто надоела вся эта вакханалия со свадьбой, которая, кажется, выгодна всем, кроме неё, но она больше не собиралась это терпеть. И раньше многие решения по поводу её судьбы принимались без учёта её же мнения. Однако они действительно шли во благо, но это… Это было немыслимо. В конце концов, такая дикость давно канула в лету, но, видимо, её семья придерживается совсем другого мнения.       — Вы совсем ополоумели?! Вы вообще слышите, что говорите? Я не выйду ни за одного из них. Я сама вправе решать…       Выговор Эвы прервался мощными ударами в дверь. Спустя несколько секунд та с громким треском влетела в комнату от удара ногой. С испугом и недоумением все тут же попятились. А проёме показался Амен, который не медля схватил стул, швыряя его в Снайдера старшего и крича:       — Что ты сказал, старый ублюдок?! Как ты посмел думать о том, чтобы прикоснуться к моей женщине и заставить её рожать для тебя.       Отец Трента ничего не ответил. По его лбу, застилая левый глаз стекала кровавая струя. Хватаясь руками за голову, он осел на пол, теряя сознание. Тем временем его сын попытался как-то помочь ему, но и он попал под раздачу.       Одной рукой Хендерсон схватил его за шею, а другую опустил на скукожевшееся членоподобие. Изо рта Трента выходили только невнятные хрипы. Он пытался ослабить хватку на шее, но был беспомощен против стальной ярости Амена.       — Жалкий червяк, ты не стоишь даже её крошечного вздоха! Ты изменил той, кому следует поклоняться! Ты пытаешься обдурить её родителей, они вообще знают о том, что фирма твоего отца банкрот? Судя по взгляду, нет. Что, надеялся на то, что их деньги покроют ваши долги, да? Отвечай, скотина! — нижняя рука незамедлительно сжалась, отчего к хрипам присоединился скулёж.       — Ахр… я… нет. Я…       — Хватит блеять! Я скажу тебе это всего лишь один раз. И в твоих интересах это запомнить. Потому что я повторять не собираюсь. Ты больше не приблизишься ни к Эве, ни к её семье. А если ослушаешься, — на миг Амен расслабил руку на шее, но усилил хватку внизу. Раздался отчаянный, задыхающийся крик Трента. — То я устрою тебе такое, что тебе и в кошмарах не снилось.       Он встряхнул его, как тряпку и кинул в сторону окна. Ударившись о подоконник, Трент затих, по его лицу текли слёзы боли и унижения. Раздался женский крик — в комнату забежала Поппи. Охая и причитая, она упала на колени перед ним.       — Боги, милый, что произошло? Ты в порядке? Нет-нет-нет, точно не в порядке. Молчи, я вызову скорую.       — Пряничек мой… Я жалею, что согласился на всё это. Давай уедем отсюда в Майами, как ты и хотела?       — Конечно, дорогой, но сначала тебе нужно в больницу.       Амен даже не смотрел на это всё. Повернувшись к родителям Эвы, он сказал:       — А теперь перейдём к вам. Эва выйдет только за меня, с этим вы ничего не сможете сделать. И так уж и быть, я приглашаю вас на нашу будущую свадьбу. Ну а теперь без вашего позволения, я похищаю вашу дочь, — те в ответ лишь молча закивали чуть ли не хватаясь за сердце.       Самой же Эве всё это казалось каким-то странным фильмом: назойливый бывший, который с ней из-за денег, его преданная любовница; родители, стоящие только на своём и не принимающие мнения дочери; дедуля, которому нужны наследники в 60 лет; ещё и какой-то сумасшедший с замашками пещерного человека, с которым, кроме секса ничего и не было. Дурдом не иначе.       Всё, ну нафиг, я сваливаю.       Подхватив подол длинного платья, она, стараясь не подвернуть ноги, выбежала в коридор. Она уже почти добежала до лестницы, приготовившись схватиться за перила, но не успела. Без труда нагнав свою непокорную и своевольную пантеру, Амен подхватил её за талию и взвалил на плечо. Зарождающийся крик оборвался, когда у девушки перехватило дыхание от неожиданного и резкого изменения положения тела.       Она не могла позволить этому неандертальцу просто так взять и унести её, чёрт знает куда. И скорее всего его намерения в отношении неё были совсем далеко не невинными, о чём и говорила крепкая хватка на её бёдрах, которая то усиливалась на несколько секунд, то разжималась.       Ей ничего не оставалось, кроме как начать колотить по его спине и кричать в надежде, что хоть кто-то поможет ей или это первобытное воплощение тестостерона упадёт с лестницы и отпустит её.       — Отпусти меня! Невоспитанный дикарь, куда ты меня несёшь?! Прекрати сейчас же!       Хендерсону эти выходки совершенно не понравились, за что Эва получила предупреждающий укус в ягодицу. Было не сколько больно, сколько нежданно и возбуждающе приятно. Бёдра и мышцы влагалища тут же сжались против воли от такого хищного проявления собственничества. В голове тут же ожили воспоминания о том, как он покусывал её шею тогда… Тело среагировало вопреки доводам разума о том, что этот мужчина, возможно, невменяемый.       — Если ты ещё раз выкинешь что-то подобное, то я задеру твой подол, чтобы отшлёпать, и весь зал увидит твою сексуальную и покрасневшую задницу в подаренных мной трусиках. Ты этого хочешь?       — Нет, ты не посмеешь.       — Хм-м, значит так? Ну что ж, давай проверим, — рука Амена медленно скользнула вниз по ноге.       — Хорошо, не буду! Только не позорь меня, — Эва попыталась посмотреть, не пялятся ли на них слишком сильно, но длинные и густые волосы перекрывали весь обзор. Но шлепок она всё равно получила.       — Ай, за что?!       — Захотелось, — невозмутимо ответил мужчина, но в голосе чувствовалось веселье.              Направляясь через зал, полный людей, Амен видел, как они смотрят на них и их неординарное представление, чувствуя при этом чисто мужское превосходство. Ожидая, пока принесут их вещи, он договорился о том, что оплатит весь причинённый ущерб. Так что без проблем покинул бал и подошёл к своей машине.       Открыв дверь переднего пассажирского сиденья, усадил пыхтящую и с новой силой вырывающуюся девушку. А пристегнув, надел наручники и накинул сверху шубу, чтобы не замёрзла.       — Ты что делаешь?! Зачем наручники? Немедленно сними их! И куда ты собрался меня везти?! Ты же понимаешь, что это похищение, и тебя посадят? Чего ты молчишь? Амен, ты вообще нормальный? — как ни странно большого страха Эва не испытывала, он охотно уступал место злости.       — Вопросы сыпятся из твоего ротика, прямо как из рога изобилия, но это не надолго, — загадочно протянул Амен, большим пальцем обводя контур нижней и пухлой губы. На пальце остался след от помады, который он медленно слизал, пристально глядя в моментально расширившиеся зрачки Эвы.       — Не трогай меня! — дёрнула головой девушка, но было уже поздно. Непристойные ассоциации не хотели покидать сознание, предпочитая изводить и подпитывать медленно разгоравшееся желание.       С усмешкой притянув свою пантеру к себе, Хендерсон нагло накрыл её губы своими, сминая и показывая, кто здесь истинный хозяин положения. Игнорируя протестующие звуки, он смаковал сладость женского рта, восполняя потребность в этой девушке. Очень скоро Эва начала отвечать на поцелуй. Расслабившись, Амен снизил натиск, даже не подумав о том, что это была ловушка. С шипением отпрянув, он приставил палец к раненой губе. Это непокорное создание укусило его. Злобный взгляд и вздымающаяся грудь делали её похожей на богиню возмездия, чей характер и сексуальность заставили бы многих мужчин отступить или пасть на колени, но только не Амена. Он сделает так, что сегодня именно она будет перед ним на коленях.       Сверкнув белозубой улыбкой, он завёл двигатель и выехал на дорогу, положив руку на ляжку Эвы, сжимая и поглаживая, не слушая её возмущения по этому поводу.

🎀⊱•═•⊰❄️⊱•═•⊰🎀⊱•═•⊰❄️

      Спустя 20 минут забавной и заводящей поездки, Амен снова закинул Эву на плечо, которая осыпала его оскорблениями и звала на помощь. Разумеется, никто из малочисленных окружающих не удосужился сделать и шага в их сторону.       Зайдя в элитную высотку, направился к лифту и вышел на 69 этаже, где располагался его пентхаус.       Как же выгодно иметь такую жилплощадь. Здесь никто не помешает нам развлекаться так, как душе и телу угодно.              — Что ты собираешься со мной делать?!       Стараясь не навредить своей драгоценной ноше, Амен скинул её на кровать и снял туфли, предварительно уклонившись от острого каблука в лицо. Сжав изящную ножку сильнее, мужчина поцеловал свод стопы, после скользя по гладкой коже языком всё выше и выше, пока не поцеловал под коленом. Эва старалась не показывать свою истинную реакцию на эту незатейливую ласку, но Хендерсон видел, как ей нравится, пусть она сама и отрицала это.              — Для начала преподам тебе урок, чтобы ты не повадилась больше оставлять меня после секса, ну и остальное по мелочи.       — Урок?! Ты сумасшедший? Скажи прямо, что ты сделаешь. — Эва примерно понимала, что её ждёт, но хотелось конкретики, чтобы просто знать.       — Вот это, — сказал он с похабной улыбкой и резко перевернул Эву на живот.       Усевшись сверху, поменял наручники на другие — более крепкие и встроенные в изголовье кровати. Выбраться из-под него Эва не могла, как бы ни старалась, он был слишком большим и сильным. Даже кричать она не могла. Эту проблему решил специализированный кляп с отверстием посередине. Тонкую шею окольцевал плотный, кожаный ошейник с пристёгнутой к нему цепью, которую Амен тут же натянул, заставив шатенку выгнуться и посмотреть в его напитанные вожделением глаза, что потемнели от похоти и осознания того, что эта женщина снова в его руках. Только на этот раз она не выберется наружу. Она останется здесь, под его присмотром и будет скулить, моля о том, чтобы он вставил ей по самые яйца.       Она была так прекрасна во всём этом. Глядя в её завораживающие глаза, он сходил с ума от переполняющих его чувств глубокого собственничества и одержимой любви. Хотелось поглотить её целиком и без остатка. Целуя её лицо, он думал о том, как же хорошо, что она снова рядом с ним здесь и сейчас.       — М-м-м, наказание не ждёт, моя дорогая. Ты поплатишься за то, что оставила меня, не думая о последствиях. Теперь тебе остаётся только страдать и наслаждаться, — горячо прошептал он на ушко, отчего Эва дёрнулась. — Но-но-но, не вырывайся, иначе будет ещё хуже.       Встав с постели, Амен подошёл к настенному шкафу. За его дверцами скрывались его любимые предметы интимного времяпровождения: плётки, паддлы, вибраторы, кляпы и иные атрибуты. Выбор пал на стек. Длинный, хлёсткий и упругий. Он идеально подходил для того, чтобы приручить эту строптивую киску. Не долго думая, мужчина захватил и девятихвостку из мягкой кожи. Для новичка, вроде Эвы, тоже неплохо сгодится.       Эва тяжело и глубоко дышала, но воздуха не хватало. Её сознание и мысли разделились надвое. Она одновременно находилась в диком ужасе и бешеном возбуждении. Хотелось встать и убежать, но пересиливало желание остаться и познать новые, извращённые грани удовольствия. Эти пограничные между собой состояния вызывали мурашки по всему телу, держа в напряжении, что увеличивалось с каждой секундой, напоминая сжимающуюся без конца пружину.              Медленные и тяжёлые шаги Амена, и лёгкие похлопывающие звуки разбавляли тишину спальни, отвлекая от нарастающего ощущения онемения на запястьях, куда впивались железные обручи. Кровать прогнулась под ним, по плечам скользнуло что-то мягкое и длинное, словно несколько связанных ленточек, но явно не они. Эва дёрнулась, когда предмет достиг практически неприкрытых платьем лопаток. Амен издал довольный смешок.       — Щекотно, да? Это только начало. Дальше будет намного интереснее, — пообещал он и замахнулся. Несильный удар не нанёс и капли боли, но резко сконцентрировал почти всё скопившееся напряжение в точке между ног.       — Мнр… — раздалось сквозь кляп, спровоцировав Хендерсона на новый и более сильный удар по пояснице.       Отбросив девятихвостку на время, он схватился за платье и разорвал пополам, обнажив перед собой изящную спину. Полупрозрачный материал бюстгальтера ещё больше это подчёркивал. Стянув испорченный наряд, швырнул на пол.       Мужчина потянулся к изголовью за подушкой, но остановился на мгновение и прихватил зубами чувствительную кожу шеи, зарываясь лицом в мягкие волосы на затылке. Девушка снова простонала, когда над ошейником прошёлся язык. Горячее мужское дыхание накаляло нервные окончания до предела. Поцеловав Эву за ухом, Амен прихватил мочку и нежно пососал, наслаждаясь её несдержанной реакцией. С каждой секундой её маска сопротивления давала всё новые и новые трещины, выпуская наружу подлинную натуру.       Прервав ласку, он взял подушку и подложил под округлые и аппетитные бёдра, не удержавшись и смяв мягкую попку, которая была создана для ударов и шлепков. Упругие половинки приятно чувствовались в руках. Амен живо и в красках представлял, как они покрываются отпечатками ладоней и полосками от стека.       Фантазии быстро уступили место задуманному. Шлёп! Резкий, размашистый удар рукой оставил на нежной коже ягодицы красный след, расцветающий почти на всю поверхность. Эва вскрикнула от жгучей и неожиданной боли, которая тут же начала отступать, оставляя после себя пощипывающие импульсы. Для полноты картины Амен вознаградил ударом и вторую половинку, тут же зажимая это место. Женский крик перерос в мычание, услаждая слух Хендерсона.       — Я не буду говорить тебе, сколько шлепков ты получишь. Я буду наносить их перерывами, а в конце ты скажешь мне их точное количество. Если ошибёшься, то я добавлю ещё десятку. Кивни, что поняла, — жёстко заявил он, зная, что она согласится, у неё не было другого выбора.       Действительно, девушка кивнула, понимая, что остаётся только подчиниться. Нагнувшись, Амен поцеловал её уже не такую покрасневшую попку, но скоро он это исправит. На ней по-прежнему были трусики, и он не упустил возможности немножко пошалить. Натянув тонкую полоску, отпустил, с улыбкой слушая этот звук соприкосновения с кожей.       Однако томить и отвлекаться было не очень красиво. Поэтому взяв в руку стек, разрезал им воздух, подметив, как по женскому телу пробежала дрожь ожидания и предвкушения. На поджавшиеся ягодицы посыпался град размеренных ударов, вызывая полузадушенные всхлипы и чередуясь между полупопиями. Очень быстро кожа покрылась алыми линиями, клеймящими плоть отметками безраздельного обладания ею.       Эве казалось, что она потерялась в бесконечной бездне боли и возбуждения. Эти примеси создавали наркотический коктейль, попробовав который, отправляешься в прострацию, где нет размышлений или здравомыслия. Только безумные инстинкты, не оставляющие надежды на возвращение к человеческому разуму. Каждый удар исполнял своё порочное предназначение. Воспалённый мозг на автомате засчитывал отпущенные ей шлепки. Несколько раз она чуть не сбилась, но вовремя смогла спохватиться.       Девушка чувствовала, как всё больше и больше скапливается смазки между бёдер. Вульву тянуло самым греховным образом, хотелось облегчить эти страдания, и неважно как. Трение, проникновение… подошло бы, что угодно.       Наконец порка прекратилась. Ягодицы горели так, словно их обожгли льдом и кипятком одновременно. Расстегнув кляп, Амен стал медленно водить по малиновой попке наконечником стека, спросив:       — Сколько?       — Два… кхм. Двадцать пять.       — Ве-е-ерно, — протянул Хендерсон и снова закрепил кляп под возмущённое мычание, а затем и освободил запястья, целуя их, залечивая своей лаской.       Поднявшись, он подошёл к кожаному креслу, откуда, удобно устроившись, потянул на себя поводок и похлопал по колену, подзывая Эву, словно животное:       — Иди сюда.       Неуклюже приподнявшись, шатенка сошла на пол, но не успела сделать и шага, как раздался новый приказ:       — Приползи ко мне на четвереньках, моя непокорная пантера.       Слепо подчиняясь, девушка спустилась на четвереньки и, неосознанно выгибаясь в пояснице, словно взаправду была дикой кошкой, медленно двинулась к Амену, который с каждым шагом всё сильнее натягивал цепь. Широко расставленные ноги, белая полураспахнутая рубашка с закатанными рукавами, на лице предвкушающая и похотливая ухмылка — он выглядел расслабленно и угрожающе одновременно.       Приблизившись вплотную, Эва так и осталась на коленях, не смея даже поднять взгляд. В голове не осталось прошлых мыслей и возмущения по поводу похищения, да и всего происходящего тоже. Одна лишь пустота и безграничное желание подчинения и смакования мужской властью.       — Какая хорошая девочка, — на макушку легла мужская рука, поглаживая волосы, отчего Эва зажмурилась, ещё больше подставляясь под ладонь, что вскоре переместилась под подбородок, приподнимая его.       Отставив в сторону плётку, которую захватил по пути в кресло, мужчина завязал Васкерс глаза своей бабочкой. Это в сочетании с кляпом, держащим её очаровательный ротик открытым, сносило напрочь все запреты и моральщину.       — Расстегни брюки.              Неуверенные и чутка неумелые движения ещё больше распаляли Амена. Они служили доказательством того, что Эва была не слишком опытной или раскрепощённой. Сколько же удовольствия ему придётся испытать, обучая и направляя её.       — Умница, а теперь стяни бельё. Ох, да…              Тяжёлое женское дыхание обдавало уже покрасневшую головку члена. Взявшись за основание, мужчина сжал его, а затем провёл рукой по всей длине, размазывая проступивший предэякулят. Но для его задумки это было мало, поэтому он воспользовался лубрикантом. Когда член был полностью им покрыт, то последним предупреждением для девушки, внимавшей скользящие звуки едва начавшейся мастурбации, стало:       — Не забывай как следует дышать носом, — сквозь кольцо, сразу до половины протиснулся полностью возбуждённый стояк, вызвав кашель.              — Тш-ш, спокойно. Глубоко дыши носом, — и вытащил, оставив внутри головку.       Дав ей короткую передышку, Хендерсон снова вошёл наполовину. И с каждым повторением заходил дальше и дальше, но несколько сантиметров всё же оставались снаружи. Слюна стекала на подбородок и шею, скапливаясь в декольте, придавая Эве чертовски шлюший вид.              Не сдержавшись, Амен вытащил член и, притянув шатенку выше, плюнул в рот.       — Глотай.       Вид сократившегося горла отключил тормоза. Дальше был только безудержный трах в узкую глотку, что ещё сильнее заводило обоих. Намотав поводок на руку, мужчина сжимал ею тонкую шею, под пальцами чувствуя движения члена. Второй же он наносил лёгкие, но кусачие удары плёткой по пояснице и верхней части ягодиц.       Отверстие кляпа также добавляло немалое наслаждение, но кончать пока не хотелось. Поэтому выйдя наружу, Амен оставил импровизируемую повязку и ошейник, но снял ремешок с женской головы и отбросил в сторону. Настала её очередь получать удовольствие.       Подхватив Эву под бёдра, он встал и пошёл к постели, где снова поставил её в коленно-локтевую. Пригнувшись, потёрся лицом о яркие отметины на опухшей упругой попке. Но этого было мало, поэтому к уже имеющимся полосам добавлялись стремительно наливающиеся засосы. Без укусов тоже не обошлось. После каждого сладостно болючего прикосновения губ и зубов Амена Эва хныкала, уткнувшись лицом в подушку, комкая в кулачках ткань простыни. Затем разорвав трусики, мужчина раздвинул бёдра, впиваясь пальцами до белых следов, и сразу припал языком к сочащейся дырочке, наслаждаясь скопившейся смазкой и перекатывая ту на языке.       Сделав несколько глотков, Амен напоследок обвёл кончиком языка тугое колечко и переключился на клитор, зарываясь лицом в покрасневшие от возбуждения складочки, вызывая у Эвы облегчённый вдох, переходящий в протяжный стон. Решив не оставлять без внимания текущую щёлочку, он осторожно вставил 2 пальца, которые без труда вошли, добавляя страстно желаемое ощущение заполненности. Надавливая ими на бархатные внутренние и скользкие стенки, он чувствовал, как дрожат женские бёдра, норовя достигнуть оргазма.       — Ещё рано, моя девочка, — сказал он, оторвавшись от увеличившегося клитора, смотря на то, как дырочка буквально засасывает его пальцы.       — М-м-м, нет, пожалуйста, Амен. Я… ах, хочу!       — Чего ты хочешь? Скажи мне, — недоумённо спросил он.       — Я…       — Ну же! — приказ подкрепился несильным шлепком руки прямо по киске, получая в ответ тоненький вскрик.       — Ау! Я хочу… хочу кончить.       — Вот, так бы сразу, — похвалил мужчина, возвращаюсь к быстрому облизыванию клитора.       Пальцы ускорили свой темп. Выделения стекали по запястью, которые Амен, не желая отпускать, размазывал ребром ладони по всей вульве, проходясь сверху губами и языком. Спустя несколько минут Эва достигла оргазма, распластавшись на животе. Она прикрыла глаза, чувствуя мокрую от слёз и пота повязку. Сил не было даже на то, чтобы снять её или поправить. Приятная пульсация во влагалище распространялась по всему телу.       Однако Амен с ней ещё не закончил. Рвано надрачивая и без того каменный член, он натянул поводок, заставляя бедняжку поднять голову и повернуть к себе, чтобы впиться в губы властным, мокрым поцелуем. В этот раз Эва не кусалась, а лишь покорно принимала всю ту страсть и одержимость, на которую был способен этот безумный мужчина.       Посасывая юркий язычок, Амен чувствовал прилив собственничества, который нужно было немедленно выместить на виновнице его маниакальных побуждений.       Развернув свою пантеру на спину, схватился за чашечки бюстгальтера, также безбожно порвав, как платье и стринги. Целым остался только пояс, что красиво выделялся на бронзовом теле, облегая манящие изгибы талии и бёдер.       Быстро сбросив с себя одежду и опустившись на девушку, Хендерсон припал к соскам, слегка зажимая зубами и теребя языком. Сжав груди вместе, провёл носом между ними, с наслаждением вдыхая запах разгорячённой кожи. Сжимая в кулаке член, направил его в насквозь промокшую дырочку.       Ах, такая же узкая, как и в первый раз.       Остановился, поместив вовнутрь только головку и пережимая основание. Дав им обоим привыкнуть к проникновению, снял галстук с глаз Эвы и посмотрел ей в лицо. Потёкшая и размазанная тушь, помада, которой почти не осталось на пухлых губах — она выглядела как порождение порока. Его любовь, его личный суккуб, его пока что невинная девочка и его погибель. Он был готов подарить ей весь мир, ни чем не обременять. Лишь бы она всегда была такой нуждающейся и сводящей с ума.       Войдя в щёлочку до конца, замер, прикрыв глаза от того, насколько сильно внутренние стеночки сомкнулись вокруг ствола. Эва же протяжно застонала и прикусила губу. Долгожданное ощущение предельной наполненности затопило сознание, пьяня.       Начиная понемногу двигаться, Амен сжал зубы, чувствуя, как женские руки зарылись в его волосы, царапая кожу головы, добавляя новые сладостные импульсы. Мучительно медленный темп то полностью сходил на нет, то сменялся глубокими резкими толчками, приближая пару к тому, чтобы достигнуть оргазма. Но Амену было мало. Выпрямившись, он, не покидая вагины, встал на колени и подтянул Эву ближе и выше, закидывая стройные ноги на свои массивные плечи. Наматывая на руку цепь, он заставил шатенку приподнять голову. Дыхание обоих сбилось: у него от головокружительного чувства власти над ней, у девушки от того, как восхитительно впивались в шею заклёпки ошейника. Колющие металлические вставки смешивались с удушением и новым безудержным темпом. Внутренняя пружина сжималась всё сильнее, грозя выпрямиться на пике наслаждения в любой момент.       Согнув Эву практически пополам, Амен вдалбливался со всей силы в судорожно сжимающуюся дырку, дурея от чавкающих, мокрых звуков и шлепков яиц о гладкую, скользкую промежность. Навалившись на девушку, он кусал и засасывал кожу вокруг ошейника и за ухом.       Оба стонали без остановки, чувствуя скорую разрядку. Толчок, ещё, и тела взорвались в мощном экстазе. Место соединения горело похотливым пламенем. Клитор покалывало, приятная тяжесть Амена согревала коконом, вызывая сонливость. Полузакрытые глаза выражали вселенское довольство и расслабленность. Глядя на неё, мужчину переполняли эмоции, главной из которых была одержимая и всепоглощающая любовь.       Выйдя из Эвы, он встал и отправился в ванную комнату, включая горячую воду, чтобы наполнить джакузи. Вернувшись в спальню, расстегнул ошейник с поясом и, взяв свою женщину на руки, понёс обратно в ванную.