Дневник Z. Или как победить зомби из "Школы мертвецов"

      День Z+4. 06:02. Передний двор школы Фудзими.       Утро началось не с кофе и даже не с привычного зрелища монструозной груди Сидзуки, которая, как обычно, обнимала чью-то голову. Сегодня всё началось с оглушительного, непрерывного рёва автомобильного клаксона.       — Всё! Хватит! — резко крикнула Мацусима, зажимая уши ладонями. Остальные последовали её примеру.       Охара-сенсей, преподаватель физики, быстро выдернул провод из клеммы аккумулятора. Рёв оборвался так же внезапно, как и начался, оставив после себя звенящую тишину.       Звуковая приманка из клаксона, аккумулятора и проводов сработала идеально.       Рядом с Мацусимой стояли Итидзе, Хикари и Кота. Девушка повернулась к учителю и искренне улыбнулась:       — Поздравляю, Охара-сенсей. Теперь у нас есть отличный способ отвлекать мертвецов при необходимости. Вы отлично справились.       — Спасибо, — Охара слегка смущённо почесал затылок. — Идею мне подсказал Хирано-кун. Он спросил про простые звуковые системы, и я сразу подумал про клаксон.       — Оба молодцы, — кивнула Мацусима. — Сколько у нас аккумуляторов и клаксонов?       — Поровну. По четыре штуки каждого.       — Отлично. Подготовьте столько устройств, сколько успеете до нашего спуска в город. Хотя бы ещё одно — для машины Итидзе-сана.       — Сделаю. К счастью, ничего сложного в этом нет.       Мацусима кивнула и присоединилась к Итидзе и ребятам, которые уже обсуждали предстоящий выезд.       — Выезжаем через полчаса, — спокойно, но твёрдо произнесла она. — Подготовьте максимальное количество канистр. Если в них есть бензин — слейте в баки других машин. Сейчас бензин не в приоритете. В каждой машине максимум по пять человек. За рулём Хамви буду я. Итидзе-сан, вы поведёте свою Тойоту. Сколько людей у нас предварительно?       — Мы с Котой точно едем, — ответил Хикари. — Саэко тоже присоединится. Имамура и Кен вчера сказали, что хотят поехать. Возможно, Морита тоже.       — Из взрослых есть ещё кто-то? Механика и Охару-сан мы не берём, они нужнее здесь.       Итидзе задумчиво почесал подбородок:       — Из тех, кому я бы действительно доверял, только один человек — крепкий мужик за пятьдесят с твёрдым характером. Но я бы оставил его здесь. В моё отсутствие он сможет поддержать Куро-сана и Накаоку-кун и, если что, навести порядок сильной рукой.       Мацусима вздохнула:       — Не хочется брать детей в такую поездку… Неужели совсем никого больше нет?       — Лучше вынести вопрос на общее собрание, — предложил Итидзе. — Там сразу будет видно, кто готов, а кто только на словах.       — Так и сделаем. А вы, мелочь, — она строго посмотрела на Хикари, Коту и остальных, — подготовьте Хамви как следует. И ещё раз поговорите со своими. Никаких сомнений и расхлябанности на миссии быть не должно.       — Сделаем, Мацусима-сан! — чётко ответил Хикари и мгновенно встал по стойке «смирно», подняв руку к голове. Рядом точно так же вытянулся Кота.       Мацусима закатила глаза:       — Без театральности. Просто выполняйте.       Ребята кивнули и разошлись по своим делам. Мацусима в сопровождении Итидзе направилась обратно к зданию школы.              6:22. Рядом с Хамви.       У ребят всё было готово ещё с вечера. Они лишь слили бензин из пары канистр в баки других машин и аккуратно уложили их в багажник. Оружие уже проверено и разложено. Лишний груз выбросили, оставив только самый минимум припасов на дорогу.       К ним уже присоединились Имамура и Кен. Оба выглядели собранными и понимали важность вылазки: без дополнительных машин с припасами будет очень тяжело. Хотя они планировали запастись едой минимум на неделю — для себя, Юи-сан и немного для Акари.       Кен, как обычно, делал вид, что это просто справедливый делёж. Но всем было очевидно: Акари ему нравилась, и, судя по всему, взаимно. Конечно, оставались подозрения, что девушка просто умело манипулирует им, выманивая еду. Однако для такой открытой и прямолинейной девушки это выглядело слишком сложной схемой. К тому же она действительно помогала с малышом, и у Юи-сан наконец-то появилось хоть немного свободного времени.       Морита тоже был здесь — сидел на заднем сиденье Хамви, сонный и растрёпанный. Выглядел он не слишком надёжно, но сказал, что «сейчас окончательно проснётся», и попросил дать ему ещё пару минут. Пока его не списывали со счетов — вдруг появятся новые добровольцы.       Саэко стояла рядом с Хикари, который склонился над капотом, где была расстелена карта города. На ней уже был отмечен самый короткий маршрут до первой городской больницы. Хотя вряд ли он окажется полностью свободным.       Тело Хикари слегка дрожало — смесь предвкушения и нервов. Саэко мягко положила ладонь ему на руку. Он поднял взгляд и улыбнулся ей. Не только Сидзука умела успокаивать одним прикосновением.       Сама Саэко тоже была на взводе. Она хотела убивать.       Вопрос был лишь в том, есть ли у неё ежедневная «норма» или она способна сдерживать себя несколько дней подряд.       Кроме того, в голове крутились слова Хикари о его странном интересе к мертвецам… и особенно к зомби-девушкам. Отвращения она не испытывала. Ей было интересно, где проходит граница его фетиша. И она твёрдо намеревалась выяснить это во время поездки — своими методами.       А ещё она собиралась показать себя с другой стороны. С эротической. Хотела, чтобы от одного её вида и случайных прикосновений у парней текли слюнки. Особенно у «Мертвяка».       Через минуту к группе подошла Мацусима в сопровождении Итидзе. Следом за ними шли двое новых: Коити Сидо и парень со светло-каштановыми волосами с рыжеватым отливом.       «А нормальных людей совсем не нашлось?» — почти одновременно подумали все подростки у Хамви.       — Без лишних вопросов, — сразу сказала Мацусима. — Они сами вызвались. Теперь нас десять человек. Делимся поровну. Со мной в Хамви точно едут Хирано-кун и Икута-кун.       — Если парни не против, я бы взял «весёлую троицу», — кивнул Итидзе, имея в виду Имамуру, Кена и Мориту.       — Я хочу ехать на Хамви, — спокойно, но твёрдо заявила Саэко. Расставаться с Хикари ей совершенно не хотелось. Тем более сейчас, когда у неё было идеальное время для развития отношений.       — Сидо-сан, можете сами выбрать машину, — обратилась Мацусима к Коити.       — Лучше будет, если Цунода-кун поедет в Хамви, так для него безопаснее, — ответил тот. — А я поеду с Итидзе-саном.       — Хорошо. По машинам. Не забудьте оружие и защиту.              6:30.       Два автомобиля выехали за ворота школы. В багажниках лежали канистры и по одному звуковому устройству с клаксоном на случай экстренной приманки.       Спуск вниз по дороге сначала удивил своей пустотой. Ни одного мертвеца. Это было подозрительно. В городе с миллионным населением просто не могло быть так тихо.       Однако у подножия холма их уже ждала приличная толпа — около сотни ходячих. Завидев машины, мертвецы медленно, но целенаправленно потянулись в их сторону.       Мацусима мгновенно включила аварийный сигнал — условный знак для отхода — и резко сдала назад. Итидзе сделал то же самое.       Тактика на такой случай была отработана: отъехать повыше по дороге, занять удобную позицию и уничтожать мертвецов небольшими группами, не давая им собраться в единую массу. Если среди них окажутся быстрые — их нужно будет отделить как можно быстрее.       К счастью, быстрых в этой толпе не было.       Машины отъехали примерно на сотню метров и встали клином, образовав импровизированную линию обороны. Кота занял позицию в верхнем люке Хамви. Остальные вышли из машин и приготовили оружие.       Итидзе привычно взял свой любимый багор.       У Саэко в руках был катана.       Хикари — лук и гвоздодёр на поясе.       Кен, Имамура и Цунода вооружились битами.       Остальные взяли самодельные копья.       — Почему вы не перестреляете их из ружья? — сразу начал возмущаться Цунода. — Это же ваша работа — защищать гражданских!       — Патроны нужно экономить, — спокойно ответила Мацусима. — К тому же они идут небольшими группами. Привыкайте справляться своими силами.       Первая группа не заставила себя долго ждать. Двенадцать мертвецов с относительно целыми ногами медленно ковыляли вверх по дороге.       Саэко и Итидзе встретили их первыми.       Один получил багор точно в глазницу, второй лишился головы от чистого удара катаной. Хикари тут же добил упавшую голову ломом.       Дальше всё пошло по отработанной схеме: копьями сдерживали натиск, а битами и гвоздодёрами проламывали черепа. Саэко двигалась среди мертвецов с пугающей грацией, каждый её удар был точен и смертоносен. Хикари в основном добивал уже отделённые от тел головы.       Через полминуты подошла вторая волна — около двадцати тварей. Снова без эксцессов. Под прикрытием машин и Коты сверху работать было относительно комфортно.       Кота из арбалета снял троих.       Хикари двумя точными выстрелами уложил ещё двоих.       Цунода наконец-то добил своего первого мертвеца.       Коити Сидо лишь дрожащими руками сдерживал мертвецов копьём, явно борясь с сильным страхом.       Третья волна была самой маленькой — всего шесть мертвецов. Но именно здесь Саэко показала себя во всей красе.       Она вышла чуть вперёд, словно приглашая их. Когда первый зомби почти дотянулся до неё гнилыми пальцами, меч молниеносно сверкнул. Голова отлетела, тело сделало ещё два шага по инерции и рухнуло. Второй получил глубокий рубящий удар по ключице — клинок вошёл так глубоко, что почти отделил руку вместе с частью туловища. Третий и четвёртый были обезглавлены практически одновременно — Саэко сделала быстрый разворот, и два тела упали почти синхронно.       Последних двоих она убила с холодной яростью: одному пробила висок кончиком катаны, а второму нанесла такой мощный вертикальный удар сверху вниз, что лезвие вошло в череп почти до переносицы.       Из-под маски было не видно, но Саэко улыбалась. Она глубоко, с придыханием выдохнула и вернулась к Хикари. Незаметно для остальных взяла его за руку. Это уже становилось её ритуалом — прикосновение к живому и тёплому, чтобы вернуться из боевого режима обратно в человеческое состояние.       Хикари ответил нежным пожатием и мягкой улыбкой.       В этот момент Саэко чувствовала себя по-настоящему счастливой. Она получала и кровь, и любовь.       Больше крупных волн не последовало. Все вместе они начали перекидывать тела через дорожное ограждение вниз по склону. Всего насчитали тридцать восемь трупов. К ним добавились ещё трое одиночек.       Внизу на дороге осталось около полусотни мертвецов.       — Первый заход занял меньше десяти минут, — удовлетворённо отметила Мацусима. — Основную работу сделали Саэко и Итидзе. Давайте отдохнём пять-семь минут, а потом повторим.       Она была впечатлена. Удобная геометрия дороги, узкий проход и невозможность обойти по бокам делали это место отличной точкой для периодической зачистки. В будущем можно было бы устраивать такие вылазки регулярно — тренировать людей, снижать плотность мертвецов вокруг школы и проверять характеры.       Единственная серьёзная проблема — растущая гора трупов на склоне. Смрад и разложение со временем станут настоящей проблемой.       Отдохнув семь минут, группа снова села в машины. Мацусима и Итидзе повторили манёвр.       Вторая зачистка прошла ещё быстрее и чище. Семнадцать… тринадцать… одиннадцать. Всё по той же схеме.       Тела обыскали, ничего ценного не нашли и сбросили вниз. По пути вниз машины сбили ещё двоих одиночек, которых быстро добили и убрали с дороги.       Наконец они полностью спустились с холма и вышли в город.       До магазина автозапчастей оставался всего километр. Но по забитым и хаотичным улицам этот километр легко превращался в два-три, а безопасная скорость не превышала 10–20 км/ч.       После второй зачистки машины наконец полностью спустились с холма и выехали на городские улицы.       До магазина автозапчастей оставался всего километр по прямой, но в реальности путь оказался намного сложнее. Забитые брошенными автомобилями дороги, брошенные аварии и постоянно попадающиеся мертвецы заставляли двигаться крайне медленно — не больше 15–20 км/ч. Каждый поворот приходилось тщательно оценивать.       По пути Мацусима отмечала на карте заблокированные улицы, продуктовые магазины, заправки и крупные грузовики. Особое внимание она уделяла именно грузовому транспорту — их баки были намного вместительнее, а дизельное топливо встречалось чаще, чем бензин.       Через двадцать минут им улыбнулась удача.       На обочине стоял слегка накренившийся лёгкий грузовик Hino Dutro, явно попавший в аварию. Вокруг него бродило всего несколько мертвецов.       Мацусима подняла руку и тихо скомандовала:       — Кота, Саэко — приготовьтесь. Здесь справитесь вдвоём. Остальные — на прикрытии.       Машины остановились. Кота тут же высунулся из люка и одним точным выстрелом из арбалета свалил ближайшего зомби. Саэко бесшумно вышла из Хамви, быстро осмотрелась и двинулась вперёд.       Через минуту всё было кончено. Пять мертвецов лежали на асфальте с пробитыми или отрубленными головами.       Группа образовала защитный круг, пока Мацусима занималась сливом топлива. Она открыла крышку бака, вставила длинный шланг и, резко втянув воздух, начала отсасывать дизель. Топливо потекло в канистру.       — Хикари, меняй канистры, когда заполнятся. Я буду прикрывать.       Хикари молча кивнул и принялся за работу. Четыре двадцатилитровые канистры были заполнены полностью, четвёртая — почти до краёв. Всё быстро погрузили в багажник Хамви.       Чистая, быстрая и слаженная работа. Мацусима едва заметно улыбнулась — команда работала всё лучше.       Однако она заметила, как Кота смотрит на Коити Сидо. В его глазах была неприкрытая ненависть и желание нажать на спусковой крючок. Это нужно будет обсудить позже. Директор Куро тоже относился к Сидо с явным подозрением. Что-то с этим человеком было не так.       Впереди показался очередной затор. Но буквально в ста метрах уже виднелась вывеска нужного магазина автозапчастей.       Мацусима огляделась. На улице бродило около двадцати мертвецов.       — Прикройте меня, — сказала она и вышла из машины. Итидзе тоже покинул свою Тойоту.       — Лучше пойду я, — спокойно предложил он. — Я хорошо знаю этот магазин. Возьму с собой Саэко и её троицу. Этого должно хватить.       — Хорошо. Возьмите фонари и сумки. Будьте осторожны.       Итидзе, Саэко, Имамура, Кен и Морита собрались перед Хамви. Сначала они быстро зачистили всех мертвецов в зоне видимости, после чего проверили пространство под машинами — мало ли кто может прятаться в тени.       Группа из пяти человек двинулась к магазину пешком.       Хикари, Кота, Мацусима и Коити Сидо остались в машинах, чтобы не создавать лишнего шума. Разумеется, Сидо сразу пересел в Хамви и устроился рядом с Мацусимой.       — Какой план после запчастей? — тихо спросил он, явно пытаясь разговорить офицера.       — Продуктовый магазин. Нужно как можно больше воды и консервов, — коротко ответила Мацусима.       — Ожидаемо. А дальше? Есть какие-то долгосрочные планы?       — Сидеть и выживать. Конкретики нет. Эвакуации тоже, скорее всего, не будет, — жёстко добавила она, заметив, как дёрнулся Цунода.       Цунода открыл было рот, но, встретив холодный взгляд Мацусимы, тут же закрыл его и замолчал.       Сидо, напротив, выглядел довольным. Ему явно нравилось получать хоть какую-то информацию об офицере, которая сейчас фактически держала в руках всю власть в школе.       Кота продолжал нервно постукивать пальцами по корпусу арбалета. Хикари видел, с какой ненавистью друг смотрит на Сидо. Он не собирался его останавливать… но и допускать убийство на глазах у всех тоже не позволит.       В самом магазине автозапчастей царила густая темнота. Фонарики в руках Мориты и Имамуры выхватывали из мрака ряды стеллажей. Крови на полу не было, признаков живых или мертвых — тоже. Дверь была открыта настежь — видимо, хозяин убегал в спешке.       Итидзе вместе с Имамурой быстро направились вглубь магазина, пока Саэко и остальные прикрывали вход. Через десять минут они вышли обратно с тяжёлыми сумками, набитыми необходимыми запчастями, фильтрами, инструментами и несколькими литрами машинного масла.       Как только группа вышла на улицу, Саэко мгновенно среагировала на двух зомби, привлеченных шумом. Два точных удара катаной — и тела рухнули на асфальт.       Без происшествий все вернулись к машинам.       Теперь оставалась только одна цель — любой продуктовый магазин.       Через пять минут они нашли подходящий супермаркет. Машины аккуратно подъехали вплотную ко входу. Действия группы были уже отточены почти до автоматизма.       Сначала — осмотр окрестностей.       Затем — быстрая зачистка всех мертвецов на улице.       После этого — освещение внутреннего помещения фонарями.       Внутри обнаружили четырёх зомби. Итидзе и Саэко расправились с ними за считанные секунды. Тела оттащили в сторону.       Первым делом начали грузить воду. В Хамви удалось разместить восемьдесят полуторалитровых бутылок. Багажник Тойоты полностью забили консервами всех видов. Дополнительно взяли ещё не до конца размороженное мясо из холодильников, несколько упаковок мороженого и шоколад — для поднятия морального духа.       Каждый участник группы набрал себе небольшой личный пакет с припасами.       Двигатели тихо заурчали, и колонна медленно двинулась в обратный путь.              8:24. У подножия холма.       Первый рейд занял почти два часа, но прошёл идеально. Все поставленные задачи были выполнены: запчасти получены, канистры с дизелем полные, а багажники забиты продуктами и водой.       На обратном пути машины медленно поднимались вверх по дороге, увлекая за собой небольшую группу мертвецов — не больше десяти. Через сотню метров колонна остановилась. Короткая, почти рутинная зачистка — и «хвост» был ликвидирован.       Как только машины въехали за ворота школы, началась разгрузка. Всё выгружали быстро и организованно.       Мацусима вытерла руки тряпкой и громко обратилась к группе:       — Это был первый рейд за сегодня. День солнечный и ясный, поэтому нужно использовать время по максимуму. Через два часа выезжаем снова. Думаю, трёх таких вылазок в день будет достаточно, чтобы обеспечить школу всем необходимым.       Большинство согласно кивнули. Только Цунода скривился.       — Я пас. Мне одной поездки в этот ад более чем хватило.       — Хорошо, — спокойно ответила Мацусима. — Дело добровольное. Через час я хочу знать точный список тех, кто поедет во второй рейд. Можете быть свободны.              8:54. Медпункт.       В медпункте царила относительная тишина. Хикари и Саэко отдыхали после вылазки, перекусывая трофейными вкусностями. Хикари пил холодный мультифруктовый сок, а Саэко с довольным видом откусывала моти.       Сидзука разбирала принесённые продукты, аккуратно раскладывая их по полкам подсобки. Они решили делить свою добычу на троих.       — Ничего опасного в городе не произошло? — спросила Сидзука, хотя и понимала, что если бы что-то серьёзное случилось, эти двое рассказали бы сразу. Просто она очень переживала каждый раз, когда они уходили за ворота.       — Всё прошло гладко, — ответил Хикари. — В группе из десяти человек на двух машинах работать действительно комфортно. Никто даже не вспотел.       — Говори за себя, — фыркнула Саэко, облизывая пальцы. — С меня упало несколько капель. Но усталости нет. Я ещё вполне могу работать сегодня.       Сидзука улыбнулась мягко, но в глазах мелькнуло лукавство:       — Тогда отдыхайте. Эти два часа — полностью ваши.       Улыбка была слишком сладкой. И Хикари, и Саэко прекрасно поняли скрытый подтекст: «Не тратьте время зря».       Однако после утренней вылазки настроения на «развлечения» у обоих не было.       — Почисти мне сапоги, Хикари, — вдруг потребовала Саэко, стягивая свои чёрные сапоги на каблуках.       Хикари приподнял бровь:       — Сама не можешь?       — Я сегодня убила гораздо больше мертвецов, чем ты. Значит, заслужила небольшую услугу от того, кто убил в несколько раз меньше, — с уверенной ухмылкой заявила она.       — Справедливо, — кивнул Хикари. — Но не думай, что твоё доминирование будет вечным. Я скоро верну форму.       — Буду ждать с нетерпением. А пока… — Саэко протянула ему сапоги. — Будь хорошим мальчиком и услужи своей девушке.       Хикари поморщился:       — Фу, как воняют.       — Не привередничай, — Саэко легла на койку, вытянувшись во весь рост. — Ты серьёзно думал, что девушки всегда пахнут цветочным полем?       — Не думал. Просто не ожидал, что от тебя будет пахнуть сильнее, чем от меня.       За эту шутку он тут же получил несильный, но точный удар ногой в бок.       Сидзука, наливая чай в стаканы, тяжело вздохнула:       — Ой, даже не напоминайте… Сейчас нормального душа нет вообще. Руки ещё можно салфетками протереть, а вот тело… Некоторые места самой не достать. Приходится просить кого-то помочь… — она слегка покраснела и улыбнулась. — Или ждать дождя и мочить полотенца. Но и тут без помощника не обойтись. Хикари, ты ведь не будешь против…       — Извините, можно войти? — раздался голос от двери.       Сидзука мгновенно вернулась в образ профессиональной медсестры. На пороге стояли две ученицы в школьной форме.       — Конечно, проходите, — спокойно сказала она. — Располагайтесь на свободные койки. Что вас беспокоит?       Пока Сидзука занималась девушками, Хикари тщательно протирал сапоги Саэко влажной салфеткой. Он делал это старательно, почти до блеска. Даже после боя Саэко умудрялась оставаться относительно чистой — кровь мертвецов уже почти не текла, но пыль и грязь всё равно оседали.       «Для своей девушки буду делать на высшем уровне», — подумал он.              9:00. Кабинет полиции.       Мацусима сидела за столом напротив Коты Хирано. Разговор предстоял серьёзный.       — Расскажи мне, что у тебя произошло с Сидо-сенсеем.       Кота помрачнел, но отвечать начал без утайки:       — В прошлом году надо мной издевались. Избивали. Я терпел. Хотел просто тихо учиться… А Сидо ничего не делал. Иногда даже ухмылялся, когда видел, как меня прессуют.       — Ты не обращался к директору или другим учителям?       — Нет… Думал, что если стерплю, им надоест. Моя ошибка. Хикари иногда вступался, но я не хотел выглядеть слабаком и жаловаться. Поэтому молчал.       Кота сжал кулаки.       — Когда я жил в Америке, проходил курс военной подготовки. Меня немного обучал инструктор из Blackwater USA. Стрелять я научился хорошо… Но здесь это не очень помогло бы в школьных разборках.       Мацусима кивнула:       — Понятно. Значит, Коити Сидо как учитель показал себя с самой худшей стороны. Этого достаточно, чтобы я отстранила его от рейдов. Между подозрительным и слабым взрослым и надёжным подростком с отличными навыками обращения с оружием я выберу второго.       Кота смущённо усмехнулся:       — Можете прямо сказать «толстый и медленный». Я не обижусь.       — Хорошо. Между ним и тобой с лишним весом, но с хорошей меткостью и дисциплиной — выбор очевиден. Ты уже доказал себя в торговом центре и на мосту. У меня такой точности нет.       — Спасибо…       Мацусима продолжила уже более серьёзным тоном:       — Я даю вам оружие и свободу действий в первую очередь потому, что мне не хватает людей, которым я могу доверять свою жизнь. Взамен я хочу разумного доверия и верности. До операции по спасению матери Хикари я не буду сильно ограничивать вас. Но после неё потребую полного подчинения в вопросах безопасности школы. Это разумное требование?       — Вполне разумное, — кивнул Кота. — Хикари уже говорил об этом.       — Отлично. Оружие будешь получать по необходимости. Постоянно оно будет храниться здесь.       Разговор закончился. Кота вышел из кабинета заметно легче. Мацусима же осталась довольна — за её спиной появился ещё один надёжный человек.              9:15. Комната медиатеки.       Кота зашёл в медиатеку и немного растерялся. Здесь шёл поздний завтрак. Он узнал Имамуру, Кена и Мориту, но трёх девушек видел впервые. Особенно выделялась девушка за двадцать с маленьким ребёнком и собакой.       Его усадили на пол и дали порцию консервов с колбасой. Все были разбиты на условные парочки: Имамура с Юи и малышом, Кен с Акари, Морита с Изуми. Только Кота оказался «в паре» со щенком по кличке Зик.       — Тебя, случайно, не в честь японского истребителя «Зеро» назвали? Американцы их «Зиками» называли, — улыбнулся Кота.       — Гав! — радостно отозвался щенок.       — Буду считать, что «да», — улыбнулся Кота.              9:30. Около уличных туалетов.       Хикари вышел из туалета и невольно улыбнулся. Саэко обещала «обнимашки» за чистку сапог, и от этой мысли на душе становилось тепло и приятно. Он всё ещё не мог до конца поверить, что теперь у него сразу две девушки — и обе ему действительно дороги.       Особенно глубоко он привязался к Саэко. Теперь он даже не хотел представлять, что кто-то другой может быть с ней.       Его мысли прервала девушка, которая встала на пути к школе.       Чёрные волосы с синим отливом, собранные в хвост, светло-голубые глаза и заметная грудь. Хикари сразу узнал её — Тосими Ники. Та самая, что призналась ему за день до начала апокалипсиса.       Сейчас она выглядела подавленной и напряжённой.       — Привет, Икута-семпай…       — Привет, Тосими. Как ты?       — Не очень… — она опустила взгляд. — Можно поговорить? В укромном месте.       — Хорошо. Куда?       — Женский туалет на втором этаже. Туда сейчас почти никто не ходит.       Они поднялись наверх. Тосими держалась на расстоянии и явно чувствовала себя неловко.       Как только они вошли в пустой туалет, она сразу спросила:       — Ты ведь согласился на моё предложение четыре дня назад?       Хикари вздохнул:       — Я сказал, что можно начать с кофе после уроков. «Если передумаешь — просто не приходи». Это было согласие попробовать познакомиться ближе.       Тосими кивнула, но глаза у неё были грустные.       — Может… мы всё-таки попробуем? Хотя бы чаю выпить…       Хикари посмотрел ей в глаза и ответил максимально прямо, но мягко:       — Я не против познакомиться ближе. Но должен предупредить сразу. Я сильно изменился после Дня Z. Я убивал. Делал с трупами вещи, которые большинство людей сочли бы отвратительными. И я больше не хочу ничего скрывать.       Он сделал короткую паузу.       — Я признался в чувствах Сидзуке и Саэко. И они ответили взаимностью. Обе.       Тосими замерла, широко раскрыв глаза.       — Сразу… обеим? И они согласились?       — Да. С определёнными условиями. Одно из них — не скрывать отношения. Они не против, если у меня появятся новые девушки… но я не собираюсь собирать гарем. Сейчас мне не до этого. Выживание на первом месте. Каждая вылазка может стать последней. Если тебе нужен парень, который будет постоянно рядом — обнимать, поддерживать, уделять много времени — то я плохой вариант.       Тосими долго молчала, потом тихо поклонилась:       — Спасибо за честность… Больше не буду тебя отвлекать.       Она быстро ушла.       Хикари смотрел ей вслед и думал:       «Обиделась. Но лучше так, чем кормить её ложной надеждой. Бессмысленная надежда — это медленный яд».              9:40. Женский класс B.       Тосими Ники сидела у окна, задумчиво вертя в руках неработающий смартфон. Без родителей и привычной жизни её всё сильнее накрывало чувство одиночества.       Рядом с ней, на соседней парте, с аппетитом доедала остатки сардин Мисудзу Итидзё — её ближайшая подруга. Каштановые волосы собраны в аккуратный пучок, тёмно-карие глаза сосредоточены на банке. Она не упускала ни кусочка, ни капли масла. В новых условиях еда стала слишком ценным ресурсом, чтобы разбрасываться им.       — Забудь уже про него, — наконец произнесла Мисудзу, вытирая рот тыльной стороной ладони. — Сейчас нужно думать о себе, а не о том, как бы тебя кто-то обнял и пожалел. Не получилось — и ладно. Не велика потеря.       Тосими тихо ответила, почти шёпотом:       — Он встречается сразу с двумя… С Марикавой-сенсей и Бусудзимой-семпай.       Мисудзу едва не поперхнулась.       — Что? Врёт, наверное. Чтобы ты отстала. Марикава — ещё туда-сюда, она и правда немного… ветреная. Но Бусудзима? Капитан клуба кэндо? Гордая, как самурай. Она никогда не согласится на такое унижение.       — Вы про Бусудзиму-семпай? — внезапно вмешалась в разговор девушка с длинными коричневыми волосами из клуба кэндо, сидевшая через ряд.       Мисудзу повернулась к ней:       — Да. Один парень утверждает, что встречается одновременно и с Марикавой-сенсей, и с нашим капитаном. И говорит, что те в курсе.       Девушка из кэндо громко рассмеялась:       — Пха-ха-ха! Фантазёр! Наш капитан никогда в жизни не пойдёт на такое. Если это правда — я прямо завтра подстригусь под каре!       Смех быстро разнёсся по классу. Через минуту уже несколько девушек активно обсуждали новость.       — Да ладно, серьёзно?       — Бусудзима? Никогда не поверю.       — А Марикава-сенсей? Она же медсестра! Хотя… она довольно милая и легкомысленная…       Тосими опустила голову. Она уже жалела, что рассказала.       — Зря ты это сказала… — тихо пробормотала она.       Мисудзу пожала плечами:       — Тебе должно быть уже плевать на него. С чего ты вообще на него запала? Обычный спортсмен из бейсбольного клуба. Ничего особенного.       — Мне нравилось, как он отдаётся делу. Никогда не сдавался на тренировках и матчах… — грустно ответила Тосими.       — Банальщина. Ты слишком наивная, Тосими.       — А ты стала слишком чёрствой, Мисудзу.       Мисудзу лишь усмехнулась. В новых условиях чёрствость была не пороком, а необходимостью. В отличие от подруги, она была готова выживать любой ценой — даже если для этого придётся использовать кого-то.       Через несколько секунд она задумчиво добавила:       — Хотя… он тебе сказал, что участвует в рейдах за припасами? Если это правда, то у него должен быть доступ к еде. И он наверняка делится с Марикавой-сенсей…       В голове Мисудзу быстро начала формироваться идея.       «Если он действительно ходит в город и не врёт про отношения… значит, может приносить еду. А если Тосими сумеет хоть немного приблизиться к нему… то и мне может что-то перепасть.»       Она посмотрела на грустную подругу и мягко, почти заботливо сказала:       — Вижу, отпустить его тебе тяжело. Тогда не отпускай. Будь такой же упёртой, как он на поле.       Тосими подняла взгляд:       — В смысле?       Мисудзу наклонилась ближе и понизила голос:       — Слушай меня внимательно…              10:20. Медпункт.       Приближалось время второго рейда. На этот раз целью была не только еда, но и разведка маршрута до больницы.       Хикари надевал свою плотную защитную одежду, которая с большой вероятностью могла выдержать укус. Саэко, как всегда, была одета гораздо легче и открытее — короткая юбка, чулки и лёгкая куртка. «Модная» и довольно рискованная экипировка.       — Пойдём, — сказала Саэко. — Сидзука, вам ничего не нужно из города?       — Нет. Главное — не рискуйте понапрасну и не выходите из машины без необходимости, — с искренней тревогой ответила Сидзука.       Она подошла к Хикари, привстала на носочки и нежно поцеловала его в щёку.       — Чмок. Поцелуй на удачу. В прошлый раз забыла.       Хикари слегка покраснел:       — Приятно…       Саэко ехидно улыбнулась:       — Привыкай. Любящая женщина всегда будет лелеять своего мужчину.       Сидзука повернулась к ней с озорной улыбкой:       — А ты думала, это только к нему относится?       Она неожиданно подошла и тоже поцеловала Саэко в щёку. Та явно не ожидала такого и слегка растерялась.       — Ты тоже каждый день рискуешь жизнью, Саэко-тян. Поэтому и тебе полагается порция ласки. Вернётесь целыми и невредимыми — одарю вас обоих гораздо большей любовью, — кокетливо добавила Сидзука, явно намекая на более интимные вещи.       Саэко кашлянула, стараясь сохранить невозмутимый вид:       — Нам пора. Вернёмся примерно через два часа.       Она взяла Хикари за руку и потянула к выходу.       — Эй, аккуратнее, я всё ещё немножко травмирован…       Как только они ушли, Сидзука тяжело вздохнула и села на койку. Без них в медпункте сразу стало скучно и пусто.       «До чего я докатилась… Занимаюсь такими взрослыми вещами с двумя подростками. Это от искренних чувств… или я просто изголодалась по сексу?»       Она почувствовала, как краснеет. Внизу живота уже второй день неприятно ныло.       «Лучше не думать об этом…»       В дверь постучали.       — Войдите.       На пороге появилась Тосими Ники. Она выглядела взволнованной, но старалась держать себя в руках.       — Здравствуйте, Марикава-сенсей.       — Привет, Тосими. Что-то случилось?       — Можно с вами поговорить… о личном?       Сидзука улыбнулась привычной доброй улыбкой:       — Конечно. Присаживайся. О мальчиках хочешь поговорить?       Тосими кивнула и, собравшись с духом, прямо спросила:       — Это правда, что вы и Бусудзима-семпай… встречаетесь с Икутой-семпай?       Сидзука, благодаря своему открытому характеру, ответила почти сразу:       — Ага. С вчерашнего дня.       Но уже через секунду до неё дошёл смысл вопроса.       — …Упс.              10:23. На спуске в город.       Хамви и Тойота остановились на том же месте у подножия холма, где раньше сбрасывали трупы мертвецов. На этот раз сюда выгрузили мешки с накопившимся в школе мусором — упаковками от еды, пустыми консервными банками и прочим хламом. Более трёхсот человек быстро создают внушительные объёмы отходов.       Мацусима и Итидзе методично поливали мусор и тела бензином из канистр. Запах горелого пластика и плоти должен был хотя бы на время отбить интерес падальщиков и сдержать распространение инфекции.       В этот рейд поехало всего восемь человек. Для разведки маршрута до больницы решили не брать лишних людей, чтобы избежать ненужных возмущений и паники.       Бензин подожгли. Густой чёрный дым поднялся вверх. Машины двинулись дальше вниз.       На этот раз путь лежал не на восток, а на запад — в сторону делового и финансового центра района. Чем ближе они подъезжали к центру, тем хуже становилась обстановка. Узкие улицы, многоэтажные офисные здания до тридцати этажей, огромное количество брошенных автомобилей и — самое главное — очень много мертвецов.       В момент начала эпидемии был разгар рабочего дня. Теперь тысячи зомби бродили по улицам, а ещё больше, скорее всего, оставалось внутри зданий.       Проехав всего семьсот метров, группа была вынуждена остановиться перед плотной стеной ходячих. Движение вперёд было невозможно.       Мацусима сдала назад, оценивая варианты. Слева уже надвигалась крупная толпа. Повернули направо, но и там, на следующем перекрёстке, картина повторилась — плотная масса мертвецов перекрывала все основные направления в центр западного района.       — Похоже, без звукового отвлечения здесь не пройти, — спокойно отметила Мацусима.       — Слишком густо, — согласился Хикари.       Мацусима кивнула:       — Возвращаемся. Нужно тщательно продумать маршрут, выбрать точки для приманок и подготовить больше клаксонов. По пути заглянем в продуктовый, чтобы не возвращаться с пустыми руками.       Решение было принято. За машинами уже тянулся длинный «хвост» из мертвецов, но они не могли угнаться за автомобилями.       По дороге назад группа отмечала на карте важные объекты: продуктовые магазины, заправки, аптеки, небольшие торговые центры и магазины инструментов.       Около одного из продуктовых магазинов машины остановились. Группа быстро и слаженно набрала в багажники воду, консервы, мясные изделия и другие высококалорийные продукты. Поскольку времени ещё было достаточно, а «хвост» из зомби ещё не подошёл, решили разведать пару соседних улиц.       Саэко, закончив чистить меч после очередной стычки, задумчиво смотрела на карту. Она ничего не сказала вслух.       Машины продолжили движение, осторожно продвигаясь по относительно более свободному южному направлению, ближе к морскому берегу. Однако даже там плотность мертвецов оставалась высокой.       Через некоторое время Мацусима приняла решение возвращаться в школу. Разведка показала главное — прямой путь в западный центр сейчас практически непроходим без серьёзной подготовки.              12:13. Возвращение в школу.       На подъёме к школе машины вновь встали клином. Группа быстро уничтожила двадцать три мертвеца, которые шли за ними от самого города. Тактика работала стабильно, и Мацусима всё больше задумывалась о том, чтобы сделать такие зачистки регулярными.       По возвращении сразу началась разгрузка припасов. Учителя и ученики помогали переносить коробки и канистры. Ребята же занимались своими делами.       Мацусима направилась к Охаре-сенсею, чтобы обсудить производство дополнительных звуковых приманок. Итидзе и Кота остались присматривать за машинами.       Хикари и Саэко направились в медпункт.       — Не устала? — тихо спросил Хикари.       — Нормально, — ответила Саэко. — Хотя хотелось бы пройти дальше.       В медпункте их встретила Сидзука, а рядом с ней стояла ученица в медицинском халате, надетом поверх школьной формы.       — Ой, вы вернулись! Какое счастье! — с облегчением воскликнула Сидзука.       — С возвращением, Бусудзима-семпай, Икута-семпай, — вежливо поздоровалась девушка.       Хикари слегка удивился, увидев её.       Саэко спокойно спросила:       — А ты кто?       — Тосими Ники, из класса 2-C. Я теперь помогаю Марикаве-сенсей в медпункте.       Сидзука улыбнулась:       — Тосими вызвалась помогать. Я не всегда могу быть здесь, поэтому решила подготовить себе помощницу. Буду учить её основам.       — Помощь всегда пригодится, — кивнула Саэко и устало села на койку.       Хикари поставил сумки с припасами и тоже присел. Между ним и Тосими повисла лёгкая неловкость, но никто ничего не сказал.       Сидзука с любопытством посмотрела на них:       — Как прошёл рейд?       — Нормально, — ответил Хикари. — Но в центр западного района пока не пробиться. Слишком много зомби. Нужно готовить приманки.       Саэко сняла обувь и легла на койку. Она бы хотела лечь с "Мертвяком" в обнимку, но в присутствии четвёртого лишнего это было проблематично.       "И почему я должна скрывать наши отношения?" — справедливо заметила Саэко. Она уже потянулась к руке "Мертвяка", чтобы пригласить его к себе, но теперь помешала этим объятиям Мацусима, что вошла в медпункт.       — Собираемся в полицейской комнате для обсуждения плана. Икута-кун — присутствие обязательно. Бусудзима-тян — по желанию.       Мацусима вышла. "Мертвяк" встал и тоже собирался выйти.       — Пойдёшь? — "Мертвяк".       — Ещё пять минут отдохну и подойду.       — Хорошо.       "Мертвяк" ушёл. Саэко хотела немного полежать. Но вновь кто-то помешал её планам.       — Бусудзима-семпай. Можно с тобой поговорить? — Тосими встала перед её койкой и смущённо отводила взгляд.       — Хорошо. С радостью тебя выслушаю.       Саэко даже не могла думать, что что-то ещё может испортить её отдых.              12:31. Комната полиции.       В небольшом кабинете собрались Мацусима, Асами, Итидзе, Охара-сенсей, Кота, Имамура и Хикари. На столе была расстелена карта западного района, где красными точками были густо отмечены крупные скопления мертвецов. Они образовывали практически сплошную линию от морского берега до северных холмов.       — Охара-сенсей подготовил ещё два клаксона. Теперь у нас четыре штуки, — сообщила Мацусима. — На каком расстоянии они смогут эффективно привлекать мертвецов?       — В нынешней тишине города, думаю, хватит и пятисот метров, — ответил учитель физики.       — Хорошо. Значит, точки приманок будем ставить в радиусе полукилометра от маршрута. Вопрос в другом: куда лучше уводить толпу — к горам или к берегу?       — На берегу порты и доки, — сразу отозвался Итидзе. — Лодки и катера могут стать ценным ресурсом в будущем.       Мацусима кивнула и отметила зелёным маркером точку ближе к пятому кварталу.       — Одной приманкой всех не уведём. Прибрежные районы всё равно останутся опасными. Если поедем напрямую, есть большой риск, что толпа возьмёт нас в клещи.       — Можно действовать волнами, — предложил Итидзе. — Посмотреть, как именно реагируют мертвецы на звук, и корректировать план уже на месте.       — Согласна. Но наблюдение обязательно. Десять-пятнадцать минут стоять и внимательно следить за движением толпы, — строго сказала Мацусима. — Расслабляться нельзя. Думаю, пообедаем и выезжаем через час. Возражения есть?       Возражений не последовало.       — Хорошо. Имамура, предупреди своих. Кто не может или не хочет ехать — пусть скажет сразу. Это добровольно.       — Мацусима-сан, разрешите и мне поехать, — попросилась Асами. — Хочу получить опыт рейдов в город.       Мацусима посмотрела на неё с пониманием, но твёрдо:       — Я понимаю твоё желание. Но не сегодня. Мы приехали только вчера. Если мы обе одновременно уедем, среди учеников может начаться беспокойство. Пусть сначала привыкнут к нашему присутствию. Завтра выйдем на патруль вместе, обещаю.       — Так точно! — Асами слегка поклонилась, явно довольная ответом.       Совещание закончилось. Все начали расходиться. Имамура и Кота отправились искать Кена и Мориту. Хикари же направился обратно в медпункт.       Хотя совещание длилось всего минут десять, он был удивлён, что Саэко так и не пришла.       Когда он вошёл в медпункт, внутри царила тяжёлая, давящая тишина. Сидзука и Тосими сидели на одной койке с одинаково смущёнными лицами. Напротив, на другой койке, выпрямив спину и гордо подняв голову, сидела Саэко. Её лица почти не было видно.       Хикари на секунду замер в дверях. Он почувствовал, как внутри всё сжалось.       «Плохо дело…» — подумал он, но всё же шагнул внутрь.       — Привет… Чего так тихо? — осторожно спросил он.       Саэко мгновенно поднялась. С прямой спиной и уверенной походкой она подошла к нему, положила обе руки ему на спину и без единого слова притянула к себе.       Поцелуй получился жадным и откровенно доминантным.       Её губы впились в его с почти агрессивной страстью. Язык настойчиво проник между его губ, требуя ответа и подчинения. Саэко целовала его так, будто хотела оставить метку — глубоко, влажно и без малейшей скромности. Одна её рука крепко вцепилась в его футболку на груди, вторая скользнула ниже, уверенно обхватив его за поясницу и прижимая тело вплотную к себе.       Хикари на мгновение опешил от такой внезапной атаки, но быстро ответил. Он обнял её за талию, а потом его ладони смело опустились на упругие ягодицы девушки. Даже сквозь юбку он почувствовал, насколько они твёрдые от постоянных тренировок и в то же время мягкие и приятные на ощупь. Он сжал их сильнее, чем обычно, отвечая на её напор.       Саэко тихо, почти рычаще выдохнула ему в рот и углубила поцелуй ещё сильнее, словно нарочно показывая всю глубину своей страсти.       Хикари наконец начал что-то понимать. Он не знал точно, что произошло между девушками до его прихода, но догадывался: Тосими, скорее всего, сказала что-то о своих чувствах. И Саэко решила поставить всё на свои места самым наглядным способом.       Тосими сидела, широко раскрыв глаза, лицо её пылало ярко-красным румянцем. Она не могла отвести взгляд от того, как уверенно и собственнически Саэко целует Хикари, как его руки бесстыдно сжимают её задницу. Девушка нервно сглотнула и слегка сжала колени, явно не зная, куда деть глаза.       Сидзука тоже покраснела, но в её взгляде помимо смущения читалась явная зависть. Она прикусила нижнюю губу, явно представляя себя на месте Саэко.       Поцелуй длился долго — почти полминуты. Когда Саэко наконец отстранилась, между их губами протянулась тонкая блестящая ниточка слюны. Хикари тяжело дышал, пытаясь отдышаться. Саэко же выглядела разгорячённой, но полностью довольной собой. Её губы были слегка припухшими.       Она медленно повернула голову и посмотрела на Тосими долгим, острым взглядом.       Тосими опустила глаза, не выдержав. Щёки девушки горели, пальцы нервно мяли край халата. Она молчала. Ни слова возражения, ни попытки что-то сказать. Только глубокое, неловкое смущение и тихое, почти покорное принятие увиденного.       Саэко не произнесла ни слова. Ей это и не требовалось. Всё было сказано без единой фразы.       Хикари всё ещё обнимал её за талию. Он посмотрел на Тосими, потом на Саэко и мысленно вздохнул.       «Ясно… Вот, значит, как теперь будет.»       Саэко наконец отпустила его футболку, провела пальцами по его груди и спокойно вернулась на свою койку, словно ничего особенного не произошло.       В медпункте снова повисла тишина, только теперь она была совсем другого свойства.       Саэко наконец спокойно спросила:       — Ты действительно хочешь помогать Сидзуке в медпункте?       Тосими, всё ещё красная от смущения, подняла взгляд и тихо, но твёрдо ответила:       — …Да. Хочу.       Она не отступила. Несмотря на увиденное, она не отвела глаз и не отказалась.       Саэко несколько секунд изучала её лицо, после чего едва заметно кивнула. В этом кивке сквозило уважение.       — Хорошо, — спокойно сказала она. — Тогда пора обедать. Раз ты теперь работаешь в медпункте, можешь присоединиться к нам.       Тосими слегка замялась, но затем покачала головой:       — Нет-нет. Я пойду в свой класс. Там поем с Мисудзу. Не собираюсь быть нахлебницей в первый же день, — твёрдо ответила она и направилась к выходу.       — Можешь вернуться с подругой и поесть вместе с нами, — мягко предложила Сидзука.       — Вернусь как можно быстрее, — ответила Тосими уже от двери и вышла.       Когда она ушла, в медпункте остались только трое — романтическое трио.       Сидзука посмотрела на дверь и улыбнулась:       — Милая девочка, не находите?       Хикари промолчал, сосредоточенно доставая еду из подсобки.       — Посмотрим, как она справится с обязанностями, — спокойно произнесла Саэко, садясь на койку.       Хикари начал раскладывать порции на четыре человека.       — Мой первый «ученик», конечно, ты, Хикари, но у тебя своих дел хватает. Тосими удачно зашла ко мне, — продолжила Сидзука.       Хикари молча ел.       — Честно говоря, я думала, что вы обе так шутите, — тихо добавила Сидзука, краснея.       Хикари допивал свою долю сока, когда в медпункт вернулась Тосими вместе с Мисудзу. Обе девушки принесли свои дневные порции.       Хикари, не желая оставаться единственным парнем в чисто женской компании, быстро доел свою часть и поднялся.       — Я пойду к ребятам, — коротко сказал он и шустро вышел из медпункта.       Он направился было к друзьям, но там уже собралось слишком много народу. Тогда Хикари пошёл дальше по коридору. Проходя мимо кабинета полиции, где обедали офицеры, он внезапно услышал голос Мацусимы:       — Икута-кун, чего не обедаешь с друзьями?       — Уже пообедал, — ответил Хикари, остановившись в дверях. — Там сейчас слишком шумно и много народу. Неловко было сидеть вместе с ними.       Мацусима улыбнулась уголком губ:       — Заходи к нам. Нас тут всего двое. Мешать точно не будешь.       — Тогда приму приглашение. Спасибо.       "Мертвяк" вошёл и сел за стол. Асами сразу приветливо улыбнулась ему. На столе стоял скромный обед — несколько открытых банок консервов и бутылки с водой.       — Мы вроде мясо сегодня привозили, — заметил Хикари. — Почему не жарится? Намного питательнее было бы.       — Времени на готовку себе нет, — спокойно ответила Мацусима. — Пусть дети мясо кушают. Им сейчас нужнее всего энергия.       — Хотя бы колбасу или другие скоропортящиеся продукты можно было бы доесть в первую очередь, — продолжил Хикари. — Консервы ещё долго пролежат. А овощи и фрукты из магазинов лучше собирать, пока не испортились. У них срок всего несколько дней.       Асами мечтательно облизнулась:       — Асами сейчас убила бы за апельсин… или хотя бы лимон. Так кислинки хочется.       Мацусима задумчиво кивнула, пережёвывая кусок консервов:       — Ладно. Можно завтра с утра собрать все фрукты и овощи из ближайших магазинов. Их вряд ли брали те, кто пытался уехать из города. Можно будет что-нибудь пожарить. Хотя на одной такой диете долго не продержишься. Нужно иногда готовить супы — жидкая пища лучше для желудка. Но воду стоит экономить для питья.       На этом разговор о припасах постепенно сошёл на нет. Все трое доели свои порции в спокойной тишине.       Асами закончила первой, отодвинула пустую банку и удобнее устроилась на снятом заднем сиденье автомобиля, который использовался вместо дивана.       — Икута-кун, садись сюда, — позвала она, похлопав ладонью по сиденью рядом.       Хикари пересел. Мацусима тем временем спокойно читала книгу. Название «Убийство у сакуры» звучало довольно невинно, но по опыту Хикари уже понимал, что под обложкой может быть что угодно.       Асами наклонилась ближе и заговорщически прошептала:       — На самом деле Мацусима-семпай читает любовный роман про двух детективов. Ей очень нравится такая дешёвая романтика, хотя она в этом никогда не признаётся.       — Наслышан, — тихо усмехнулся Хикари. — Прям очень любит такое?       — Есть одна дорама, которую она знает практически наизусть, — с лёгкой улыбкой ответила Асами.       Мацусима, не поднимая глаз от книги, спокойно произнесла:       — Офицер Накаока, кажется, у тебя скоро патруль по склону.       Асами мгновенно выпрямилась:       — Простите! Сейчас иду!       — Сиди уже, — Мацусима наконец оторвалась от страницы и слегка улыбнулась. — Я шучу. Ещё рано. Отдыхай пока.       — …Ещё раз простите, — виновато улыбнулась Асами.       Несколько минут они сидели молча. Хикари и Асами до сих пор плохо знали друг друга — в отличие от его общения с Саей, Котой или Сидзукой.       — А почему тебя иногда называют «Мертвяком»? — наконец спросила Асами.       — Давняя история, — пожал плечами Хикари. — Просто очень люблю фильмы про зомби, эпидемии и апокалипсис. Давно начал интересоваться. Плюс у меня иногда взгляд такой… мёртвый. Вот друзья и приклеили прозвище.       Асами тихо рассмеялась:       — Удивительное совпадение получилось. Ты, наверное, сейчас как рыба в воде?       — Скорее как речная рыба в море, — честно ответил он. — Вроде знакомая обстановка, но всё равно чувствую себя не в своей тарелке. Наши мертвецы хотя бы не такие страшные, как в некоторых фильмах.       Асами с искренним интересом посмотрела на него:       — А какие самые страшные монстры есть в твоих любимых фильмах?       Хикари вздохнул, но начал рассказывать. Он кратко прошёлся по классике — от «Ночи живых мертвецов» Ромеро до «Возвращения живых мертвецов», упомянул «28 дней спустя», ремейк «Рассвета мертвецов» и несколько других картин. Асами слушала внимательно, иногда задавая уточняющие вопросы.       — Ты, похоже, настоящий эксперт в этом деле, — улыбнулась она, когда он закончил.       — Да никакой я не эксперт, — покачал головой Хикари. — Просто мозги есть, чтобы видеть глупости в фильмах, и люблю об этом размышлять.       Разговор плавно перешёл на более серьёзные темы.       — Как думаешь, мы сможем пережить это нашествие? — тихо спросила Асами. — Я имею в виду… в целом. Вернёмся ли мы когда-нибудь к старой жизни?       Хикари помолчал, подбирая слова.       — Нашу школу — скорее всего. Нам сильно повезло с расположением, оборонять её удобно. А вот про весь город и мир в целом… Не хочу быть пессимистом, но я считаю, что нормальной жизни уже не будет. Население упадёт в разы, может даже в сотни. Экономика рухнет. Ресурсов на первые пару лет ещё хватит, потому что людей станет намного меньше. А дальше будет только тяжелее. Придётся полностью перестраивать общество. С мертвецами когда-нибудь разберутся… но останутся живые люди. А они бывают гораздо опаснее.       Асами заметно приуныла.       Мацусима слышала весь разговор, но не стала вмешиваться. Она считала, что Асами полезно услышать такую точку зрения и постепенно закалять характер.       Хикари заметил, что девушка погрустнела, и почесал затылок:       — Хотя, как я уже говорил… сильно наперёд я думать не люблю. Сейчас важнее то, что происходит здесь и сейчас. До далёкого будущего ещё нужно дожить. Если даже бомба упадёт — что ж, значит такова судьба. Главное, что я сделал всё, что мог, ради своих близких и друзей. По крайней мере не умру с сожалением, что зря потратил время.       Его слова, хоть и сухие, прозвучали искренне. Асами слегка улыбнулась и кивнула.       — А чем ты обычно занимался раньше? — спросила Асами, явно желая сменить тяжёлую тему.       — Обычными подростковыми делами, — пожал плечами Хикари. — Тусовался с друзьями, играл в бейсбольном клубе, иногда заходил в клуб кэндо, когда им нужен был кто-то, кого можно было как следует отлупить. Ещё много думал про зомби, когда смотрел фильмы. Часто сидел в медпункте с Сидзукой. Я вообще хотел поступать в медицинский, возможно, пойти по стопам матери.       — А кем работает твоя мама?       — Патологоанатомом. Работает с трупами.       — Ой… Так вот откуда у тебя интерес к мертвецам? — Асами широко раскрыла глаза.       — Не стану отрицать, — усмехнулся Хикари. — Мама очень любит свою работу. А вот любовь к второсортному кино мне привил отец.       Асами кивнула и с лёгкой гордостью сказала:       — А я люблю полицейские боевики. Честно говоря, именно из-за них и пошла в полицию — хотела стать таким же крутым защитником закона и порядка.       — Многие так приходят в профессию — через книги, фильмы или чьи-то рассказы, — спокойно ответил Хикари. — Главное потом правильно оценить свои силы и не забывать работать головой. Я вот до сих пор не уверен, что действительно хочу быть врачом… хотя с трупами сейчас приходится иметь дело постоянно. Так что навыки, по крайней мере, потренирую.       Асами слегка улыбнулась, но потом её лицо стало серьёзнее.       — Я ещё молодой офицер. Опыта почти нет. Хочу со временем стать тем человеком, от одного вида которого людям становится спокойнее. Но пока… сама не очень уверена в себе.       — Уверенность просто так не появляется, — сказал Хикари. — Она приходит, когда ты точно знаешь, что сможешь что-то сделать. Для этого действительно нужен опыт. А в старшей школе его у вас будет хоть отбавляй. Мы, старшеклассники, те ещё бунтари и идиоты. Ставить нас на место — дело святое. Я сам в своё время был довольно буйным. Так что надзор полицейских мне часто требовался.       Асами тихо рассмеялась:       — Асами сама ещё как подросток. Молодая… да и ростом не вышла.       — У вас есть форма и пистолет. Этого уже вполне достаточно, чтобы остудить пыл большинству. Ты ведь уверенно его держишь?       — Вроде как… — неуверенно ответила она.       — Вчера во время пути ты довольно уверенно держалась с копьём. Значит, уверенность в тебе есть. Просто нужно научиться правильно и вовремя ей пользоваться.       — Наверное, ты прав… — Асами застенчиво улыбнулась.       Хикари ответил ей лёгкой улыбкой. С Асами было легко разговаривать. Она была молодой, открытой и, несмотря на форму, всё ещё очень по-человечески уязвимой. Ей явно не хватало нормального общения с ровесником.       «Надеюсь, с Саей всё в порядке, — внезапно подумал он. — Если они не были в дороге, то отключение электричества должны были пережить нормально…»       Асами помолчала немного, а потом, чуть смущаясь, спросила:       — А что у тебя с Бусудзимой-тян… если не секрет?       Хикари на несколько секунд замолчал. Вопрос застал его врасплох. Он не был до конца уверен, стоит ли рассказывать об этом офицерам, но решил, что скрывать уже нет смысла.       — У нас с Саэко то же самое, что и с Сидзукой, — спокойно ответил он. — Со вчерашнего дня я встречаюсь с обеими. Открыто. Никаких тайных интрижек.       Асами и Мацусима одновременно посмотрели на него с явным удивлением.       — …Ты серьёзно? — недоверчиво спросила Асами.       — Абсолютно серьёзно. Вчера я признался им обеим в медпункте. Мы поцеловались, а потом всё обсудили. Можете спросить у них самих — они подтвердят.       Асами несколько секунд молча смотрела на него, потом резко встала:       — Сейчас проверю! За ложь будешь должен газировку!       Она быстро вышла из комнаты. Мацусима отложила книгу и посмотрела на Хикари уже с более заинтересованным выражением.       — Не многовато ли на себя берёшь, Икута-кун?       — Это всё Саэко виновата, — вздохнул Хикари. — Она буквально вынудила меня признаться Сидзуке во всех чувствах.       — Ты действительно любил Саэко? — спросила Мацусима.       — Люблю, — честно ответил он. — Мы с ней во многом похожи. Трудно объяснить словами.       Мацусима слегка кивнула, но потом добавила уже более серьёзным тоном:       — Главное — не скрывай ничего и старайся уделять обеим равное внимание. Ревность — очень опасная штука. Особенно когда в деле такие девушки, как Сидзука и Саэко.       — Спасибо. Постараюсь…       Через минуту вернулась Асами. Её лицо было ярко-красным от смущения. Она молча подошла к пакету с припасами, достала банку газировки и протянула Хикари.       — Держи… Ты выиграл.       Хикари принял банку с лёгкой улыбкой:       — Спасибо. Надеюсь, они вам ничего лишнего не наговорили.       Асами села обратно и тихо пробормотала:       — Сидзука сказала, что ждёт «пополнения»… в виде Саи и, возможно, Тосими-тян. И вообще… «если интересуешься, то и от твоей компании я не против».       Хикари поперхнулся газировкой.       Мацусима не смогла сдержать тихий смешок.       — Похоже, Сидзука разошлась не по-детски. Кажется, она хочет собрать гарем даже активнее, чем ты.       Хикари вытер рот и устало усмехнулся:       — Она крайне легкомысленная… хотя иногда может вести себя очень по-взрослому. Я и так не знаю, как потяну двоих, а она мне уже третью подкидывает.       — Такова твоя судьба, — с лёгкой иронией сказала Мацусима. — Когда женщин больше — власть постепенно тоже переходит к ним. Особенно с такими характерами, как у Сидзуки и Саэко.       Хикари только тяжело вздохнул и посмотрел в потолок.       — И не говорите… Это какой-то тихий ад.       В кабинете повисла странная, но неожиданно тёплая и дружеская атмосфера.              3:40. Улицы города, пятый квартал.       Хамви и Тойота остановились вплотную к зданию на перекрёстке, образовав импровизированный полукруг обороны. Двигатели заглушили. Вокруг бродило около двадцати мертвецов.       В группе были все те же восемь человек — никто не остался в школе. В багажниках лежали четыре аккумулятора с клаксонами. Главная задача — найти подходящее место для звуковой приманки: желательно с крышей и открытыми боковыми сторонами, чтобы звук распространялся максимально далеко.       — Автобус посередине дороги мог бы подойти, — предложила Мацусима. — Но внутри ещё десяток мертвецов, и дверь закрыта.       — Можно поставить аккумулятор под автобус, — сказала она.       — Лучше на крышу, — возразил Хикари. — Если мертвецы соберутся внизу, они своими телами заглушат звук.       Мацусима кивнула:       — Твоя правда. Хорошо. Выходим и быстро, тихо ликвидируем всех. Потом привлекаем стуком тех, кто внутри, к задней части автобуса, а спереди поднимаем аккумулятор на крышу. Пошли.       Группа вышла, оставаясь внутри защитного полукруга из машин. Рисковать было нельзя.       Следующие десять минут они работали методично и слаженно: свистками приманивали мертвецов по одному и убивали их. Крови почти не было — большинство зомби уже давно потеряли «свежесть». В итоге на асфальте скопилось около двадцати пяти тел, которые пришлось оттащить в сторону.       Теперь ближайший зомби находился примерно в семидесяти метрах.       — Приступаем, — скомандовала Мацусима.       Итидзе и Кен под прикрытием остальных перенесли тяжёлый аккумулятор к автобусу. Саэко и Хикари громкими стуками привлекли внимание мертвецов внутри салона и заманили их к задней двери.       Имамура и Кен быстро забрались на крышу и приняли аккумулятор снизу. Все надели беруши. Клеммы подключили — и клаксон взревел оглушительной, пронзительной сиреной. Звук был настолько мощным, что даже беруши спасали лишь частично.       Как только устройство заработало, Имамура и Кен спрыгнули вниз. Группа спешно вернулась в машины, завела двигатели и отъехала в четвёртый квартал — достаточно далеко, чтобы звук был слабым, но всё ещё хорошо слышимым.       Заглушив моторы, они начали ждать.       — Теперь можно немного расслабиться, — сказала Мацусима, сидя за рулём Хамви. В машине с ней, как обычно, находились Кота, Саэко и Хикари. — Чем займёмся, детишки?       — В карты можно сыграть, — предложил Хикари, доставая из сумки колоду.       — Кроме азартных игр? — приподняла бровь Мацусима.       Никто ничего толкового не предложил.       — Ладно… Во что хотя бы умеете играть? — спросила она.       В этот момент Саэко спокойно произнесла:       — Извините, Мацусима-сан. Мне нужно сходить в уборную.       Мацусима раздражённо нахмурилась:       — Я же всем говорила перед выездом сходить в туалет. Потерпеть час не можешь?       — Извините, но нет. Мне действительно срочно.       Мацусима вздохнула:       — Ладно. Пойдём вместе, прикрою.       — Разрешите, чтобы со мной пошёл Хикари, — спокойно попросила Саэко.       Кота, сидевший впереди, слегка притупил, а потом глупо ухмыльнулся, глядя на Хикари. Тот пока ещё не понимал, в чём дело.       Мацусима повернулась назад и посмотрела Саэко прямо в глаза:       — Саэко-тян, город, полный мертвецов — не самое подходящее место для личных дел. И «туалетом» прикрываться тоже не стоит.       — Мне действительно нужно… опустошиться, — спокойно ответила Саэко. — А с Хикари мне будет спокойнее. Он очень осторожный.       Мацусима несколько секунд молчала, потом устало махнула рукой:       — Делайте, что хотите. Оружие и туалетную бумагу не забудьте.       Саэко и Хикари вышли из машины.       Они дошли до ближайшего переулка, который упирался в глухую стену. Справа стоял большой мусорный бак — за ним Саэко и решила справить нужду. Но сначала нужно было тщательно проверить место на безопасность.       Звон клаксона разносился далеко по улице. Специально мертвецы сюда прийти не могли — только если какой-нибудь совсем глухой зомби забредёт случайно.       Саэко приготовила меч, Хикари прикрывал её сзади с гвоздодёром в руках.       И почти сразу из-за мусорного бака к ним поползла зомби. Это была женщина среднего роста с короткими чёрными волосами. На ней было чёрное облегающее платье, которое подчёркивало весьма впечатляющие формы: пышную грудь пятого размера, стройную талию и большую, округлую задницу. На одной ноге ещё оставалась туфля со сломанным каблуком, а вторая нога была сильно повреждена — отсутствовала часть голени и пятка. Похоже, именно с ноги её и начали есть.       Вопрос был в том, почему остальная часть тела осталась практически нетронутой.       — Тебе, похоже, интересна эта дама, — кокетливо заметила Саэко.       — Не в том смысле, в каком ты думаешь, — спокойно ответил Хикари. — Знаешь, в чём главное отличие хищников от зомби?       — Хищники умнее?       — Не всегда. Хищники при необходимости нападают на себе подобных — из-за голода, борьбы за территорию или добычу. Они обязательно будут поедать свой вид, если больше ничего нет. А зомби? Они не нападают на других зомби и не едят их тела. Даже если человек уже обратился, они перестают его есть. Как эту девушку. Какая причина за этим стоит? Человечина есть человечина — живая или тухлая. Это очень интересный вопрос. Как они вообще различают живых и мёртвых? И можно ли их обмануть, заставив нападать на себе подобных?       — Интересная мысль, — кивнула Саэко.       Она ловко проткнула мечом глазницу зомби, когда та почти доползла до них. Мертвячка обмякла и рухнула на асфальт.       Они быстро перетащили труп в сторону, после чего проверили сам мусорный бак — вдруг внутри затаилась «живая гниль».       Убедившись, что всё чисто, Саэко отошла чуть дальше от бака, спустила трусики и приподняла юбку. Хикари отвернулся, продолжая внимательно следить за входом в переулок.       — Я не буду против, если захочешь посмотреть, — кокетливо произнесла Саэко.       — Нужно следить за тылом, — ответил он. — К тому же я не извращенец, которому нравится мочеиспускание.       Саэко тихо усмехнулась:       — Ну ты же извращенец, которому нравится трогать мёртвых женщин.       — То, что у меня есть одна причуда, ещё не значит, что у меня есть все фетиши мира.       — Пока не попробуешь — не узнаешь. Ты ведь тоже не был уверен в своём пристрастии, пока впервые не дотронулся до мёртвой груди. Со мной то же самое. Я только догадывалась, что мне нравится насилие, пока не избила того ночного извращенца.       — Насчёт испражнений у меня мнение однозначное, — сказал Хикари. — Мама в подробностях рассказывала, как неприятно очищать кишечник и мочевой пузырь у трупов. Это та ещё мерзость.       — Ну хорошо, «Мертвяк». Ты только по трупам. Я поняла.       Саэко тщательно протёрла промежность влажной салфеткой.       — Передай, пожалуйста, спиртовой спрей. И мои прокладки.       — Конечно.       Она продезинфицировала руки спреем, аккуратно приклеила прокладку к трусикам и надела их обратно. Обычно Саэко не стала бы утруждать себя этим, но во время вылазок она совсем не хотела, чтобы её собственные половые выделения намокали трусики. Это было не просто словами — она действительно возбуждалась от процесса убийства, и иногда это проявлялось весьма физиологически. Ей было стыдно… но одновременно и странно интригующе. Особенно её интересовало, заметит ли это «Мертвяк» и как он на это посмотрит.       — Не хочешь проверить труп, как обычно? — спросила она.       — В этом нет нужды. И так понятно, что заражение пошло от ноги.       — Я имела в виду не это «обычно», — Саэко подошла сзади и томно шепнула ему на ухо: — Редко встретишь мертвеца с такой увесистой грудью.       Хикари тяжело выдохнул:       — Я умею себя контролировать. Даже если и хочется — сейчас не время.       Саэко обняла его сзади, её руки медленно скользнули по животу вниз, к паху.       — Мертвецы идут на звук клаксона. Мы тут одни. Отпросились у группы… Уверена, Мацусима-сан прекрасно понимает, что я пошла не просто в туалет. И я знаю, что тебя грызёт любопытство — раздеть и облапать эту мертвячку.       Её пальцы продолжали блуждать, явно отвечая на те же действия, которые Хикари позволил себе вчера.       Парень хотел продолжить эту опасную и извращённую интрижку, но инстинкт безопасности всё же взял верх.       — Нужно показаться Мацусиме, что мы живы и что немного задержимся. Можно сказать, что я хочу изучить внутренности мертвеца для исследования.       — Я сама пойду и скажу, — ответила Саэко. — Не хочу, чтобы ты меня обманул, будто Мацусима одобрила твои «опыты».       — Тебе я никогда не совру.       — Я знаю. Но никто не говорил, что ты не будешь её убеждать, если она откажет.       — Тогда возьми из машины ещё перчатки и средства защиты.       — Хорошо, — Саэко быстро чмокнула его в щёку. Это был, пожалуй, самый странный поцелуй в его жизни — рядом с трупом, который они собирались вместе «изучить». Саэко всё чаще находила способы делать их отношения извращённо-противными… и «Мертвяку» это, к его собственному удивлению, начинало нравиться.       Саэко быстрым шагом направилась обратно к Хамви. Хикари не стал терять время. Он достал из сумки рулон скотча и начал готовиться. Сначала он сложил пальцы мертвячки и крепко замотал обе ладони скотчем. То же самое он собирался сделать с её ртом.       Но когда он поднёс скотч к лицу, то невольно засмотрелся на её губы. Они были ярко-розовыми, приятного, почти живого оттенка. Похоже, когда всё произошло, она была на свидании или важной встрече.       Он провёл пальцем по её нижней губе и слегка приоткрыл рот. Внутри оказалось неожиданно чисто. И главное — совершенно не было того тяжёлого, тошнотворного трупного запаха. Словно её внутренности даже не начали разлагаться. А ведь она явно была зомби не первой свежести.       «Странно… А ощущал ли я вообще трупный запах за эти дни?» — подумал он.       У недавно обращённых он точно чувствовал какой-то запах, но у ходячих мертвецов и тех, кто умер окончательно, его почти не было. Вместо этого от этой мертвячки исходил совсем другой, странный аромат — лёгкие нотки шоколада, ванили, корицы и жасмина. Странное, почти сладкое сочетание. Явно не духи — запах шёл именно изо рта.       «Может, именно из-за этого запаха зомби не трогают друг друга?»       А ещё его беспокоил вопрос разложения. В фильмах его часто игнорировали ради сюжета, но с точки зрения биологии любое органическое тело должно разлагаться. Рано или поздно бактерии и насекомые делают своё дело. Почему же здесь этого не происходит? Неужели изменения затронули не только мозг, но и весь организм? Может, в телах зомби появилось что-то, что отпугивает трупных паразитов?       Вопросов было много, а ответов — ни одного.       — Ещё не начинал? — раздался голос Саэко.       — Нет. Рот заклеивал, — ответил Хикари и в несколько слоёв замотал рот мертвячки скотчем.       Саэко подошла ближе, вытащила меч и одним точным движением просунула клинок под юбку зомби, разрезав платье ровно пополам. Из-под ткани показалось красивое кружевное красное бельё.       Хикари понял намёк и перерезал остальные участки ткани, полностью освободив тело женщины от платья. Затем он перевернул зомби на бок, расстегнул и снял лифчик.       Грудь мертвячки была действительно большой и тяжёлой. Даже после смерти она сохранила заметную упругость и форму — полная, округлая, с тёмными сосками.       Саэко уже потянулась, чтобы снять с неё трусики, но Хикари остановил её руку:       — Это уже перебор. До такого даже я ещё не доходил.       Саэко на мгновение замерла, явно недовольная. Она мысленно отругала себя — чуть не позволила Хикари увидеть интимное место мертвой женщины раньше, чем её собственное или Сидзуки. В категории груди она уже проиграла, и это было крайне обидно.       — Хорошо, — сказала она. — Тогда начинай её лапать.       — Ты чересчур прямолинейна. Звучит жутко.       — Кто бы говорил, «мастер красноречия», — усмехнулась Саэко.       Хикари криво улыбнулся под маской и сел сзади мертвячки. Он обхватил её массивные груди обеими руками. Они были холодными, почти прохладными, но при этом удивительно мягкими и упругими. Трупное окоченение явно ещё не полностью захватило тело.       Он начал массировать, сжимать и мять мёртвую грудь, чувствуя, как пальцы тонут в мягкой плоти.       — Поэнергичнее. Ты сдерживаешься, сразу видно, — подстегнула его Саэко.       Хикари ухмыльнулся и сжал груди гораздо сильнее — так, что на живом теле наверняка остались бы синяки. Он потянул их вперёд, словно хотел оторвать, сильно сжал тёмные соски, мял их, как тесто. Постепенно он сам начал заводиться, переставая воспринимать эту женщину как бывшего человека. «У мёртвых нет прав», — эта мысль давно стала для него аксиомой.       — Нравится? — спросила Саэко.       — Мять живые и тёплые груди намного приятнее, — честно ответил он, опуская руки.       — По возвращении дам полапать свои. Для сравнения. Хотя, наверное, лучше сравнить с грудью Сидзуки. Размер почти такой же.       — В тебе начинают проявляться очень извращённые и дерзкие замашки, — заметил Хикари, кладя мертвячку на землю.       — Во мне эта сторона всегда была. Просто раньше она пряталась за лицом примерной японской девушки.       — Так ты не прекрасная японская невеста, готовая ублажать мужа?       — Почему же? Эта сторона во мне тоже есть, — Саэко подошла ближе, спустила его маску и поцеловала глубоко, с языком. — Ты не найдёшь более красивой и ответственной невесты, чем я. Сидзука, может, и объемнее меня, но я прекрасно готовлю, убираюсь и умею шить. Меня воспитывали как идеальную домохозяйку.       — Зато смертоносной мечницей у тебя получается куда лучше, — ответил Хикари, углубляя поцелуй и крепко сжав её ягодицы под юбкой.       — Рано. Сейчас время для другой дамы.       — Тебе не хватает внимания к своей груди? Я с удовольствием потрогаю твою, если сомневаешься.       — Помассируй лучше её задницу.       — Извращенка.       — Очень страшная извращенка, — томно шепнула она ему на ухо.       "Мертвяк" перевернул холодное тело. Обрубок ноги, где плоть была грубо отгрызена, он торопливо прикрыл задравшимся платьем девушки — ткань пропиталась старой кровью и пылью.       Он опустился на колени, вцепился пальцами в её тяжёлые, уже начавшие коченеть ягодицы и начал мять их. Мясо было мягким, податливым, но безжизненным — как тёплый, остывающий воск. Под пальцами не было ответного напряжения мышц, только тяжёлая, инертная масса. От этого отсутствия реакции у него странно заныло внизу живота. Чем сильнее он сжимал, тем сильнее ощущал, насколько она большая, насколько "настоящая" даже сейчас.       — Мы закончили или нет? — голос "Мертвяка" дрогнул. Он боялся, что когда-нибудь перестанет это замечать.       Саэко бесшумно присела рядом и провела ладонью по его ширинке. Под тканью уже стоял твёрдый, горячий бугор. Она хищно ухмыльнулась.       В следующую секунду она оказалась у него за спиной. Поставила каблук ему на поясницу и с силой толкнула вперёд. "Мертвяк" рухнул грудью на спину трупа. Его пах плотно вжался в холодные, полные ягодицы мертвячки.       — Эй! Ты охуела?!       Саэко не ответила. Она просто начала ритмично давить ногой на его зад, заставляя его член скользить вверх-вниз по мёртвой заднице. Каждый толчок — медленный, издевательский. Ткань его штанов быстро нагрелась от трения.       Это была её месть. За вчерашнее. Теперь не только ей приходилось возбуждаться от отвратительного.       "Мертвяк" рванулся и вывернулся из-под каблука, тяжело дыша.       — Это уже перебор, — процедил он, поднимаясь. Трость валялась рядом.       Саэко наклонила голову, разглядывая явную выпуклость на его штанах.       — Скажи, ты сильнее возбудился? Хотя… вижу, что да. Значит, ты не врал.       — Всё так. Но в этом больше твоей вины, Саэко, — он резко схватил её за запястье и прижал к грязной стене переулка, щёлкнув наручником (или просто прижав её руку). — И ты за это ответишь.       — Давай, — выдохнула она, уже вся в румянце. Глаза блестели. — Покажи свою животную сторону.       — Смотри по сторонам. Нельзя, чтобы нас застали.       Он рывком расстегнул ширинку. Саэко нервно сглотнула и отвела взгляд влево, следя за входом в переулок.       "Мертвяк" задрал ей юбку. Когда головка члена коснулась мокрой ткани трусиков, Саэко шумно выдохнула. Тепло её киски контрастировало с холодом ночи так сильно, что у него закружилась голова.       Он прижался плотнее, зажал свой член между её гладкими, тёплыми бёдрами. Кожа была бархатной, упругой — живое, податливое сокровище. Начал медленно двигаться, скользя по её промежности. Каждый толчок смачивал его всё сильнее её соками. Запах возбуждённой девушки перебивал даже тяжёлый запах смерти неподалёку.       Саэко стояла в лёгком ступоре. Это был первый раз, когда настоящий твёрдый член так близко прижимался к её киске. Она прикрыла рот ладонью, подавляя стон. Тело дрожало — смесь страха, стыда и дикого возбуждения. Она поняла: к полноценному проникновению она пока не готова.       "Мертвяк" заметил её растерянность. Одной рукой обхватил её лицо и притянул к себе — поцелуй получился неожиданно нежным, почти успокаивающим. Саэко расслабилась и обвила руками его шею.       Он ускорился, трахая её бёдра. Член уже блестел от её соков и был готов взорваться.       В последний момент Саэко, эта маленькая стерва, оттолкнулась от стены и провернула их обоих. "Мертвяк" не успел ничего понять — поцелуй и надвигающийся оргазм затуманили мозг. Горячая, мощная струя вырвалась из него после двух недель воздержания.       Когда он наконец отстранился, Саэко с довольной, немного безумной улыбкой отошла в сторону.       На спине и ягодицах мёртвой девушки густо белели длинные дорожки спермы. Некоторые капли медленно стекали по холодной коже в сторону обрубка ноги.       — Ты не можешь быть серьёзна…       — Прости, но ты это сделал, — мурлыкнула она. — Вытирайся. Мы и так задержались.       "Мертвяк" несколько секунд просто смотрел пустым взглядом. Ни тошноты, ни паники, ни стыда. Только лёгкое недоумение, которое быстро растворилось в привычной апатии.       Он молча вытер член, а потом, всё так же без эмоций, стёр свою сперму с тела трупа. Вместе с Саэко они оттащили мертвячку за мусорный бак и прикрыли остатками платья.       Саэко спокойно убрала красный лифчик в его сумку и пожала плечами.       — Ладно, проехали, — он покачал головой. — Выкинь его потом.       Они несколько секунд шли молча. Потом Саэко тихо заговорила:       — Знаешь… мы оба довольно ненормальные, да?       "Мертвяк" хмыкнул.       — Это ты только сейчас заметила?       — Нет. Просто раньше я думала, что это только я такая. А теперь вижу, что ты тоже. Мы оба получаем удовольствие от вещей, от которых нормальные люди должны в ужасе отворачиваться. — Она посмотрела на него сбоку. — Тебе ведь было приятно кончить на труп, правда?       Он не ответил сразу. Потом тихо сказал:       — Было. И это меня немного пугает.       — Меня тоже. Но не так сильно, как должно. — Саэко обняла его за талию и прижалась на ходу. — Мы раскрываемся в этом кровавом мире. И мне уже не хочется прятать свою настоящую натуру. Хотя я понимаю, что полностью терять человечность нельзя.       — Где были эти здравые мысли пару минут назад? — усмехнулся он.       — Тогда было слишком поздно думать. А сейчас… я просто хочу, чтобы мы оба понимали — мы в одной лодке. Два психопата, которые могут издеваться над трупами. Поэтому давай устанавливать границы вместе. Я разрешила тебе сегодня перейти черту. В ответ я хочу, чтобы ты говорил мне, когда я тоже буду переходить её.       "Мертвяк" помолчал, потом крепче обнял её за плечи.       — Звучит жутко. Но… справедливо. Давай поговорим об этом позже, в более спокойной обстановке.       — Хорошо. Я слишком разогналась, прости.       Они уже почти вышли из переулка, когда "Мертвяк" вдруг остановился и спросил:       — Я спрошу прямо. Почему ты позволила Тосими даже думать обо мне как о потенциальном парне? Вот от кого я ожидал твёрдости и непреклонности, так это от тебя. Ты как-то слишком легко с ней обошлась.       Саэко улыбнулась.       — Всё просто. Она в тебе заинтересована.       — И-и-и?..       — Она хочет доказать, что достойна любви своего объекта интереса. Попросилась в ученицы к Сидзуке, чтобы быть полезной для тебя. Сразу призналась во всём твоим девушкам без твоего ведома, чтобы показать самостоятельность. Не проявила ни капли ревности, когда я тебя поцеловала. Она словно говорит: «Я идеальная кандидатка на место в гареме и тоже хочу любви».       — Надеюсь, это не глупая одержимость.       — Вряд ли.       — Но я так и не понял, почему ты позволяешь ей развернуться?       — Тосими — человек, которого можно либо легко использовать, либо легко направить в полезное русло. В любом случае она может быть полезной. В нашей группе и так мало по-настоящему надёжных людей. Если ты служишь ей мотивацией — я не вижу большой проблемы дать ей шанс раскрыться через это. Главное ведь не мотивация, а результат, который она принесёт.       — А если я по-настоящему влюблюсь в неё, как отреагируешь?       — А она тебе нравится?       — Внешность у неё красивая, но только из-за этого я не стал бы сближаться. Однако твои слова про её мотивацию меня заинтриговали. Просто стало интересно.       — Больших проблем я не вижу. В конце концов, не моё время с тобой она будет отбирать, а время Сидзуки. Хотя та вряд ли станет соблюдать какой-то график, если ей вдруг приспичит, — легко улыбнулась Саэко.       — Всё же ты немного вредина.       — Я и не отрицаю.       "Мертвяк" взял её за руку, и они направились обратно к Хамви.       Два влюблённых подростка вернулись к Хамви. "Мертвяк" открыл заднюю дверь и пропустил Саэко первой. Переднее пассажирское сиденье уже было занято Котой, поэтому они молча устроились сзади.       Мацусима развернулась к ним и прищурилась.       — Ого, как быстро вы вернулись. А я-то думала, у нас полно времени и никакой опасности для жизни нет, — произнесла она с едким, почти ядовитым сарказмом.       "Мертвяк" слегка поёжился.       — Мы просим прощения за задержку. Нам действительно очень жаль.       — Это ваш первый серьёзный прокол, который мог подорвать безопасность всей группы, — холодно отчеканила Мацусима. — Вы рисковали не только своими жизнями, но и всеми нами. Вы это понимаете, «голубки»?       Парень опустил взгляд.       — Да, понимаем. Больше это не повторится.       Мацусима несколько секунд молча сверлила их взглядом, потом продолжила:       — Следующие два дня Кота будет штурманом вместо Икуты. Во время любых выходов из машины в туалет ходите только парами и только со своим полом — минимум три дня. А сегодня вечером вы оба берёте дежурство по туалетам до полуночи. Это справедливое наказание?       Саэко чуть наклонилась вперёд и спокойно ответила:       — Всё справедливо.       — Всё так, — тихо добавил "Мертвяк".       Мацусима кивнула, но выражение её лица оставалось жёстким.       — Узнали хоть что-нибудь полезное про мертвецов? Хотя я сильно сомневаюсь, что вы там занимались исследованиями.       "Мертвяк" проигнорировал колкость и ответил:       — Есть одно наблюдение. Его ещё нужно проверить несколько раз, но… у этого мертвеца полностью отсутствовал трупный запах.       — Может, он был совсем свежий?       — Вряд ли. Обычно уже через несколько часов начинает появляться характерный запах — смесь гниющей плоти, фекалий и сладковатой химической горечи. А здесь… даже когда я поднёс лицо к его рту, не почувствовал вообще ничего. Кроме запаха крови и разорванной плоти — ничего. Словно процесс разложения в них просто остановлен. Они не только не коченеют по-настоящему, но и не гниют.       Мацусима нахмурилась, переваривая информацию.       — Это… действительно жуткая новость. Но полезная. Молодец. Ладно, наказание по походам в туалет сокращаю до двух дней. Но чтобы больше никаких таких задержек. Ясно?       — Да, — одновременно ответили оба.       — Мертвецы всё ещё идут плотным потоком, — заметила Мацусима, глядя в лобовое стекло. — Посидим ещё минут десять.              14:02. Медпункт.       В медпункте собралась чисто женская компания: Сидзука, Асами, Юи с ребёнком на руках, Акира, Изуми, Тосими и Мисудзу.       Сидзука сидела, закинув ногу на ногу, и выглядела как всегда ослепительно. Белый медицинский халат был полностью расстёгнут и небрежно спадал с плеч, открывая облегающий чёрный топ, который с трудом удерживал её огромную, тяжёлую грудь. Под халатом виднелась светло-розовая рубашка, расстёгнутая на две верхние пуговицы, из-за чего глубокое декольте приковывало взгляд. Короткая белая юбка с игривыми рюшами едва прикрывала бёдра, а чёрные чулки в сочетании с высокими шнурованными ботфортами кремового цвета с чёрными вставками делали её ноги невероятно длинными и соблазнительными.       Каждый раз, когда Сидзука увлечённо жестикулировала или смеялась, её пышная грудь заметно колыхалась, а расстёгнутый халат слегка съезжал, ещё больше оголяя плечи и декольте. Она, казалось, совершенно не замечала, насколько откровенно и сексуально выглядит в этот момент.       Поначалу это должно было быть обычной девичьей посиделкой — разговоры о моде, мальчиках и всякой ерунде. Но всех гораздо больше интересовали рассказы Сидзуки о путешествии вместе с группой.       — И тогда мы переплыли на машине через реку. Потом без проблем доехали до дома Такаги. Юрико-сан оказалась очень милой и красивой женщиной, хотя этого и следовало ожидать — Сая тоже очень красивая девочка. Другое дело был её отец. Очень суровый тип. Хотя и не злой, просто жёсткий человек. Там мы смогли немного передохнуть, я поспала, а потом мы вновь отправились в путь. Всё шло как по расписанию, но вдруг случилась авария двух машин на мосту, и… — Сидзука до этого момента рассказывала с лёгким настроением, хоть и довольно скупо. Но это воспоминание было для неё неприятным. Она замолчала на секунду, взяла себя в руки и продолжила уже тише: — Хикари-кун хотел ехать дальше, но я упёрлась, потому что хотела проверить пострадавших и оказать им помощь при возможности. И…       Голос Сидзуки заметно поник.       — Сначала на Хикари напала мёртвая девочка и укусила его за руку, но у него была защита под одеждой, и сама девочка была слишком слабой. А потом его сбила машина… Он ударился головой и отключился до самой ночи. У меня чуть сердце не выскочило. Я очень сильно себя корила после этого.       — Надо было ехать дальше, — прямолинейно заявила Мисудзу. — Нужно думать о себе и только о себе, а не помогать случайным людям.       — Я понимаю, что ошиблась и рисковала жизнями. Но я всё же врач и думала тогда как врач, который дал клятву Гиппократа. Тётя Ёсико мне вдолбила эти понятия в сердце. В ТЦ я хотела поклясться себе, что отныне буду думать только о близких людях, но Хикари меня смог переубедить, чтобы я не отказывалась от своего призвания… и при этом не совершала очевидных глупостей.       — Так вы изменились с того момента? — спросила Тосими.       — Я не знаю! — искренне улыбнулась Сидзука. — Не хочу много думать об этом. Я просто буду советоваться с близкими людьми по сложным вопросам.       — Ясно. Вы не из тех людей, кто активно действует, а больше следует за остальными, — заметила Юи.       — Наверное, так. Такой уж я человек. Иногда мне кажется, что Саэко и Хикари — более взрослые, чем я. Но совсем уж дурёхой я тоже не являюсь. Уж в вопросах медицины и сексуальных утех мне нет равных в нашей дружной группе! — без всяких раздумий заявила Сидзука.       Девочки и даже взрослые девушки слегка смутились от её заявления. В это они как раз легко могли поверить.       — Так вы, значит, встречаетесь с Икутой и Бусудзимой? — Юи явно нравились милые романтические истории.       — Ну да. Хотя звучит неправильно — «медсестра соблазнила ученика». Но всё было не так. Это Хикари первым мне признался и даже соблазнил. Это всё вина этого негодника! — шутливо возмутилась Сидзука.       — Похоже, только конец света смог зашевелить этого тормоза, — ухмыльнулась Изуми. — И даже Саэко заодно прибрал к рукам. Не зря говорят: тяжёлые времена раскрывают истинную сущность человека.       — Ой, а ты знала о его чувствах?       — Да весь класс знал об этом с недавних пор. Но это мало кого удивляло. От вас, Марикава-сан, у половины мальчиков в школе слюнки текли. А я, кстати, сама распространяла слухи, что у него были серьёзные намерения на вас после школы и университета. Я же местная сплетница и знаю обо всех почти всё.       — А что он хотел сделать после университета? — всё ещё не понимала очевидного Сидзука.       — Признаться вам, конечно же. Он парень с головой и доставлять вам проблемы во время учёбы не стал бы.       — Ты уж слишком осведомлена о других людях, — удивилась Акира.       — Я же сказала — местная сплетница. Я не только распространяю, но и собираю. Весь «компромат» записываю в свою книжечку, — Изуми достала из рюкзака небольшую записную книжку. — Когда весь класс смеялся над книжкой «Мертвяка», я писала свой «манускрипт».       — И что ещё у тебя там написано, к примеру?       — Например, как одна первокурсница год назад забыла надеть бельё в школу и весь день ходила с просвечивающимися сосками.       — И кто эта дурёха? — улыбнулась Акира.       — А ты угадай, — ухмыльнулась Изуми.       Улыбка Акиры мгновенно исчезла.       — Нет. Такого точно не было…       — Я же сказала — «дурёха» ничего не заметила.       — Где твои доказательства?       — У меня фотка на телефоне была. Жаль, что всё сгорело.       — Ты меня сфоткала, когда я была без лифчика?!       — Так теперь ты мне веришь?       — Гадина… — пристыженно пробормотала Акира. — Надеюсь, никто меня больше не сфоткал.       — Без паники. Никто не обратил внимания, кроме меня. И я как хороший семпай приглядывала за тобой по переменам. По крайней мере в стенах школы тебя точно никто не фоткал.       — Точно?       — Точно-точно.       — Ну тогда ладно… — почти сразу успокоилась Акира.       — Простая ты девушка. Сразу успокоилась.       — Дело прошлого. Просто испугалась, что кто-то на меня фапал как извращенец.       — На тебя вряд ли. Но есть у меня списочек девушек, на которых, по слухам, парни в школе фантазировали в сексуальном плане. Всё по слухам, но слишком частым.       — Ну и мерзость, — скривилась Мисудзу.       — Ни стыда, ни совести, — поддержала Тосими.       — Не хочу даже гадать, кто на первом месте, — сказала Акира.       — Это слишком банально и очевидно.       Все девушки одновременно посмотрели на Сидзуку. Та удивлённо моргнула.       — Ой. Неужели это так? Не знаю, это повод для стыда или для гордости? — насчёт своей сексуальности Сидзука даже не сомневалась.       — Я же говорила — банально. Но вот второе место поинтереснее, — Изуми открыла нужную страницу. — На втором…       — Не надо! Это неправильно. И уж точно не стоит такое обсуждать, — решительно вмешалась Юи, держа ребёнка на руках. — Тем более при ребёнке.       — Извините… — тихо сказала Изуми.       — А зачем ты вообще ведёшь эту книжку? Чисто для хобби или есть другая причина? — спросила Асами.       — Хочу стать психологом. В книжку я записываю наблюдения за людьми и анализирую их с точки зрения психологии. Например, по моей статистике мальчики чаще всего заглядываются на девушек среднего роста с большой грудью, широкими бёдрами и тонкой талией.       — Сидзука вообще-то высокая, — заметила Акира.       — Зато у неё самые большие груди и самые широкие бёдра в школе. Форма тела — идеальные песочные часы. Рост — просто исключение для японки. Все эти предпочтения можно трактовать по-разному, но я предпочитаю думать, что это связано с эволюционным представлением о наиболее фертильной и здоровой партнёрше.       — Интересное наблюдение. Я полгода назад была у гинеколога, и она подтвердила, что у меня всё отлично с репродуктивной системой и фертильностью, — с явной гордостью заявила Сидзука. — Даже добавила: «Можешь хоть завтра ребёнка сделать с первого раза!»       — А вы, наверное, только и рады это сделать, — подколола Изуми.       — Ну вообще-то нет… С таким лучше не торопиться. И вообще, сейчас не до детишек и семейной жизни, — грустно вздохнула Сидзука.       Как по заказу малыш проснулся и громко заплакал.       — Тише-тише, всё хорошо… — Юи быстро взяла бутылочку с детской смесью и начала его кормить. — Хорошо, что он быстро успокаивается.       Девушки молча кивнули, соглашаясь со словами Сидзуки. Сейчас действительно было не лучшее время для детей.       — Давайте поговорим о чём-то попроще. О мальчиках, например. О своём мне добавить нечего, так что давайте вы расскажите о своих, — предложила Сидзука.       — У нас нет парней, — ответила Акира за себя и Изуми.       — А что насчёт Кена? — сразу подколола Изуми.       — А что насчёт Мориты, а? — моментально отыгралась Акира. — Он тебе песни постоянно играет. Очень романтично.       — Ну я… — Изуми неожиданно смутилась. — Я просто давно за ним наблюдаю.       — Сталкеришь, что ли?       — Нет… Сначала я смеялась над его попытками подкатить к Такаги. А потом услышала, как он играет на гитаре, и мне понравилось. Затем начала записывать все слухи и наблюдения за ним. И сейчас он мне… приглянулся, наверное.       Акира не ожидала такой честности и тоже слегка покраснела.       — Ну, а я просто заинтересовалась Кеном. Никакой большой любви, конечно. Просто хочется быть рядом с парнем, который точно не убежит от опасности и не бросит меня одну. Кен похож на такого человека.       — Ой, как интересно. Многое большое часто начинается с такого маленького, — тепло улыбнулась Сидзука. — А у вас, Юи-сан, есть кто-то близкий или интересный?       Акира и Изуми сразу вспомнили длинноволосого «хулигана» Имамуру.       — Ну, если признаться честно, то у меня есть жених в другом городе… Хотя сейчас я не могу знать, жив ли он. А если говорить совсем начистоту — в последнее время у нас было не очень хорошо. Я даже вернулась в Токоносу, чтобы развеяться и подумать. Не сказала бы, что между нами была крепкая и нерушимая любовь. Если он умер… я, наверное, смогу это пережить. Но всё равно будет больно.       — А у тебя что в отношениях, Асами-тян? — перевела тему Сидзука.       — А? У меня? Ну… из-за плохой учёбы в академии парень с ней порвал, так что сейчас она свободна! — довольно бодро ответила Асами.       — У тебя всё ещё впереди, Асами-тян. Ты молодая, энергичная и очень милая девушка.       — Спасибо… — мило покраснела Асами.       — Кстати, ты подумала о моих словах час назад?       Асами покраснела ещё сильнее.       — Это как-то неправильно… Наверное. Вы ведь девушка…       — А что случилось? Что именно сказала Сидзука? — тут же заинтересовалась Акира.       — Марикава-сан — человек широкой души — сказала, что не против компании Тосими и Накаока-сан в их тройных отношениях, — спокойно пояснила Мисудзу.       Акира и Изуми сначала не поняли, а когда до них дошло, они не смогли сдержаться и откровенно заржали в один голос.       — Вы в самом деле не против ещё двух девушек? Это кажется каким-то сюром и перебором, — сквозь смех сказала Акира.       — Похоже, вы совсем не жалеете своего парня. Мне его даже немного жаль, — добавила Изуми.       — А что в этом такого? Чем больше народу, тем веселее же!       Девушки засмеялись ещё громче.       — Что? Что смешного? — Сидзука сделала обиженное лицо.       — Да ничего. Просто смешно представить, как Хикари в один вечер проводит свидания сразу со всеми. Интересно, когда он выдохнется и перепутает имена, — хихикала Изуми.       — Нет-нет! Уверена, он уже ко второй ночи будет сухим как мумия от всех этих нагрузок! — вторила Акира.       — Не смейтесь надо мной! Я серьёзно к этому отношусь! — надулась Сидзука. — Уж кому об этом говорить, девицы нецелованные! Вот сколько у вас было парней до этого дня? Или лучше спросить — целовались ли вы хоть раз?       Акира и Изуми мгновенно замолчали.       — Вот так-то! Сначала начните встречаться с парнями и целоваться с ними, прежде чем смеяться над взрослой девушкой с десятком отношений за свою жизнь! — гордо заявила Сидзука.       — Но ведь эти отношения не длились долго, Сидзука, — мягко заметила Асами. — А сколько вообще длились самые долгие отношения в вашей жизни?       Этот вопрос застал Сидзуку врасплох.       — Ну… если честно, лишь полгода. Когда мне было двадцать три. А у вас сколько длились отношения?       — Четыре месяца, — ответила Асами.       — Одиннадцать месяцев. И технически мы их не прерывали, — сказала Юи.       У остальных девушек опыта вообще не было.       — Юи-сан, значит, самая опытная среди всех нас, — улыбнулась Тосими.       — А у кого в школе самые длинные отношения, Изуми? — спросила Акира.       — Хороший вопрос, на который у меня есть ответ, — Изуми снова открыла свою книжку.       — Ты это записываешь? Какая ты жуткая…       — Значит так. Самые долгие сейчас у Наоми и Такудзо из 2-D — уже десять месяцев. Сакура и Саске из 3-B — восемь месяцев, но в последнее время я их редко вижу вместе… Остальные пары в основном держатся по два-три месяца. Скучно. Из учителей...       — Сталкерша, — фыркнула Акира.       — Шпион, тогда уж, — не растерялась Изуми. — Из учителей, которые не женаты, только Кёко Хаяси имела такие долгие отношения. Целых девять месяцев.       — Ой, правда? А с кем? — удивилась Сидзука.       Изуми на секунду замялась, но всё же ответила:       — С покойным Тесимой-сенсеем. Его как раз ваш Хикари и убил. Ну… в виде живого мертвеца.       В комнате мгновенно повисла тяжёлая тишина. Всем стало не по себе. Особенно Сидзуке. Она знала, что это произошло прямо на глазах у Кёко.       — С ней всё было в порядке, пока меня не было? — тихо спросила Сидзука. Она вдруг поняла, что это был настоящий шок для коллеги. В первый день Сидзука думала, что Кёко просто испугалась крови и смерти… А на самом деле она потеряла близкого человека.       — Ходила хмурой и подавленной. Кажется, ещё какие-то таблетки пила, — ответила Изуми уже гораздо тише.       Сидзука задумчиво нахмурилась. Ей обязательно нужно будет проверить, что именно принимает Кёко. Это могут быть обычные успокоительные… а могут быть и более серьёзные препараты.       «Надеюсь, с ней всё будет хорошо…» — мысленно пожелала она своей коллеге.              14:30. Женский класс B       Это был класс под ответственностью Кёко Хаяси. Она сидела за учительским столом и медленно водила карандашом по тетради, рисуя лепестки сакуры, что цвели возле школы. Делать было особо нечего — свободного времени в эти дни хватало с избытком.       Кёко никогда не считала себя хорошим художником, но благодаря внимательности и терпению могла добиться почти фотографической точности. Рисование успокаивало её. Хотя бы на короткое время позволяла забыть о реальности.       — Красиво рисуете, Хаяси-сенсей.       К учительскому столу подошла Юки Мику — одна из новых учениц. Прилежная в учёбе, но с довольно сомнительной репутацией вне класса. Кёко слышала обрывки слухов, называвших её распущенной кокеткой, однако никогда не спешила с выводами.       — Спасибо, Мику-тян, — ответила Кёко подавленным, почти безжизненным голосом. — Тебе что-то нужно?       Юки слегка нахмурилась. Ей было странно видеть всегда строгую и собранную учительницу литературы в таком состоянии. Хаяси-сенсей выглядела так, будто потеряла всякую волю к жизни. Даже пугливая учительница английского казалась на её фоне почти весёлой.       — Просто хотела узнать, как у вас дела… если это не слишком грубо.       — Со мной всё нормально, — Кёко слабо улыбнулась. — Не хуже, чем вчера, и не лучше, чем вчера. На самом деле я бы хотела побыть какое-то время одна. Не в обиду тебе.       — Да всё нормально. Если хотите уединиться, можете пойти в спортзал. Вы же ведёте пинг-понг. Любимое дело хорошо отвлекает от тяжёлых мыслей.       — Спасибо. Приму к сведению. Но я не могу просто так оставить класс. Ещё нужно выбрать двух дежурных.       — А может, меня выберете? — Юки широко улыбнулась. — Я очень ответственная девушка.       — Неужели? — с лёгким сарказмом подняла бровь Кёко.       — Пфф, конечно нет, — честно рассмеялась Юки. — Я ещё то разочарование в плане ответственности. Буду сидеть и пользоваться властью.       — Спасибо за честность, — Кёко едва заметно усмехнулась. — Но если серьёзно… кого можно поставить на дежурство?       Она обвела взглядом класс. Кроме Юки здесь было всего шесть девочек.       — Поставьте Тануити и Кавамото, — уверенно предложила Юки и указала на двух девочек в дальнем углу. — Мы с ними вместе ходим в клуб лёгкой атлетики. Хорошие девчонки. К тому же мои подруги.       — Ладно. Попробуем на сегодня. Тануити, Кавамото, можно вас на минутку?       Через несколько минут организационных вопросов Кёко оставила класс на полчаса и направилась в спортзал. Юки была права — ей действительно стоило отвлечься.       В коридоре она остановилась у окна, чтобы закончить последние штрихи рисунка. Карандаш мягко скользил по бумаге, когда до неё донёсся разговор двух школьниц, стоявших неподалёку.       — Асами из 2-D рассказала, что видела, как Бусудзима-семпай целовалась с парнем в медпункте.       — И что с того? Ну появился у неё парень, и ладно.       — Ты что, не слышала сегодняшние слухи? Говорят, Бусудзима-семпай и Марикава-сенсей встречаются с одним и тем же парнем — тем самым, с которым уехали в конце первого дня. Все смеялись, но поцелуй подтвердил, что хотя бы половина слухов — правда. А ещё говорят, что Марикава-сенсей стояла рядом и смотрела на них с жадным румянцем.       Графит карандаша Кёко с тихим треском сломался, оставив уродливую чёрную полосу на аккуратном рисунке сакуры.       Она замерла.       — Совпадение. Или показалось. Да и какое нам до этого дело? — продолжала одна из девочек. — Ну встречаются и встречаются. Других новостей, что ли, нет?       — Вообще-то нет… А ты знаешь, кого именно целовала Бусудзима-семпай?       — Девчонки из 3-А говорят, что с большой вероятностью это Икута. Тот, который вернулся вместе с полицейскими.       Кёко медленно опустила руку с испорченным рисунком. Внутри неё что-то неприятно сжалось, а потом вспыхнуло жаркой, тяжёлой волной.       Её любовь умерла страшной, унизительной смертью. А убийца её любимого человека теперь получал всё больше любви и внимания от других женщин. От женщины, которая должна была быть её коллегой.       В груди Кёко Хаяси медленно закипала тёмная, горькая ненависть к одному конкретному человеку.       Она резко захлопнула тетрадь и быстрым шагом направилась в спортзал. Рисовать больше не хотелось.              14:30. Небо над городом Токоносу.       Четыре военных вертолёта — три лёгких Kawasaki OH-1 «Ninja» и один тяжёлый Sikorsky UH-60 Black Hawk — летели в направлении западного района Токоносу. Это был их третий боевой вылет за сегодняшний день.       — Сначала ТЦ, потом начальная школа, а теперь ещё и старшая… Не думал, что школы окажутся такими хорошими укрытиями от этих тварей, — произнёс один из пилотов «Ниндзя».       — Всё зависит от случая, — спокойно ответил второй.       — А это не может быть просто небольшая кучка «них»?       — Беспилотники уже дважды фиксировали активность в школе. Выжившие из ТЦ подтвердили, что оттуда уехала целая группа.       — Всё равно глупо переться в такую даль, вместо того чтобы сидеть в ТЦ или в начальной.       — Причины не важны. Проверим — тогда и будем решать.       Группа вертолётов достигла территории школы. На крыше заметили людей.       — Включи тепловизор для подтверждения.       — Есть тепловое излучение. Это живые. И не только на крыше.       — «Ястреб» идёт на посадку. «Ниндзя», оставайтесь в воздухе и прикрывайте территорию, — раздался уверенный голос по рации.       Black Hawk мягко приземлился на широкую крышу левого крыла школы. Двери распахнулись, и бортовой пулемёт M2 Browning сразу взял сектор под контроль. Из вертолёта быстро вышли семеро бойцов в современной тактической экипировке: цифровой камуфляж, тяжёлые бронежилеты с системой MOLLE, баллистические шлемы и маски, полностью скрывающие лица. Основное оружие — компактные карабины AR-15 с коллиматорными прицелами и тактическими рукоятками.       Учителя на дежурстве — Охара-сенсей и ещё один преподаватель — инстинктивно вскинули руки, когда на них направили стволы. Бойцы тут же опустили оружие и рассредоточились по периметру крыши. Двое сразу заняли позицию у входа внутрь здания.       К учителям подошёл командир отряда. Он снял шлем и маску, открыв крепкое лицо с короткими тёмными волосами, светлой прядью надо лбом, волевым подбородком и заметным шрамом через правую бровь.       — Добрый день. Как у вас самочувствие? — спросил он спокойным, уверенным голосом.       — З-здравствуйте! У нас всё хорошо! Вы прилетели, чтобы забрать нас отсюда? — взволнованно спросил Охара-сенсей.       — По возможности. Сначала скажите, сколько здесь живых.       — Больше трёхсот учеников и учителей. В школе нет живых мертвецов. У нас относительно спокойно.       — Правда? Отличные новости. Вы молодцы, что сумели сохранить это место. Кадзи, глуши двигатели, не трать топливо зря. «Ниндзя», мы идём на разведку внутрь. Если всё чисто — можете садиться.       Отряд из пяти бойцов в сопровождении учителей спустился в здание. Они двигались осторожно, держа оружие наготове — даже словам двух гражданских полностью доверять было нельзя.       Однако уже через минуту к ним начали выходить ученики, услышавшие шум вертолётов. Дети были здоровы, хотя и испуганно шарахались от направленных в их сторону стволов. Коридоры и полы были чистыми — никаких следов крови или нападения.       — Похоже, и правда только живые, — пробормотал один из бойцов. — Кто у вас тут главный?       — Директор Куро. Он в своём кабинете. Я провожу вас, — ответил Охара.       — Хорошо. «Ниндзя», здесь чисто. Приземляйтесь. Кадзи, передай в штаб: в школе Фудзими более трёхсот выживших, следов «них» не обнаружено. Рассредоточиться по этажам по двое и проверить каждый угол.       Командир отряда и ещё один боец направились в административный блок. В кабинете их уже ждал директор.       — Приветствую наших возможных спасителей. Или хотя бы тех, кто может одним выстрелом сделать мёртвых по-настоящему мёртвыми, — с усталой улыбкой пошутил Куро. — Я директор этой школы — Сайто Куро.       — Капитан Хацурати, рад знакомству. Нам лучше присесть — разговор будет долгим. Честно говоря, мы не ожидали найти здесь столько живых.       Они сели за стол. Куро открыл учётную книгу и передал её капитану.       — Здесь точное число выживших, запасы воды, еды, дизельного топлива для генератора и количество рабочих машин. Сегодня мы даже смогли добыть немного припасов.       — Рискованно ездить по городу, когда там полно «них».       — Да, но у нас очень ответственные учителя. К тому же вчера к нам присоединились двое полицейских. Старший сейчас в городе, а младший должен вот-вот…       Дверь резко открылась, и в кабинет вбежала запыхавшаяся Асами. Она была вся в поту — едва не пропустила прибытие вертолётов, пока была в туалете.       — Здравствуйте! Младший офицер Накаока, восточный полицейский участок, отдел дорожной безопасности! — отрапортовала она, встав по стойке «смирно», как учила Мацусима.       — Вольно, офицер, — усмехнулся Хацурати. — Сейчас не до формальностей. Присаживайтесь.       Когда Асами села, капитан посерьёзнел.       — Раз уж вы были откровенны, то и я не буду скрывать реальное положение дел. Эвакуация проводится только по возможности. Транспортных вертолётов критически не хватает, мест для размещения тоже мало. Паромы и корабли готовы принять выживших из города, но свободных мест остаётся всё меньше.       — Понимаем, — кивнул Куро. — Если не секрет… чья была та бомба рядом с Токоносу?       Хацурати помолчал пару секунд.       — К сожалению, секрет. Не хочу сеять панику. Но и отрицать ничего не буду — вы и так примерно догадываетесь.       — Мы всё хорошо понимаем, — кивнул Куро. — Не буду больше беспокоить расспросами. Лучше вернёмся к вопросу про саму школу. Будет ли эвакуация или её нужно будет немного подождать? Я сам-то не особо куда-то тороплюсь, но от вашего ответа будет зависеть, как отреагируют ученики. Успокоятся они или впадут в панику?       — Приятно разговаривать с разумным человеком, — капитан Хацурати слегка улыбнулся. — Кадзи, как там с приказом?       Он выслушал ответ по рации. Лицо капитана почти не изменилось — новости были ни хорошими, ни плохими.       — Штаб сообщает, что если в школе действительно безопасно и нет прямой угрозы от мёртвых, то эта точка ставится на второй приоритет по эвакуации. Вы должны понять — у нас есть ещё начальная школа Синтоко, где прячутся совсем маленькие дети.       — Мы всё понимаем, — спокойно ответил Куро. — У нас здесь действительно относительно тихо и безопасно. С этим не поспоришь. Но… можете ли вы взять с собой хотя бы пару человек? У нас есть женщина с годовалым ребёнком. Думаю, у вас найдётся для них место. И если будет возможность, я хотел бы попросить нашу медсестру осмотреть учеников, которым нужна медицинская помощь более серьёзного уровня, чем может оказать обычная школьная медсестра.       — Это можно организовать без проблем, — кивнул Хацурати. — С годовалым ребёнком, который весит как пара автоматов, в наш «Чёрный ястреб» ещё влезет человека три-четыре. Я бы с радостью оставил пару бойцов для охраны школы, но сейчас мы не можем разбрасываться силами.       — Мы всё понимаем. Но можно ли попросить у вас какое-нибудь оружие для наших офицеров? Хотя бы простой пистолет. У младшего офицера Накаока всего лишь служебный револьвер с десятком патронов, а у старшего офицера Мацусимы — ружьё с двумя десятками патронов и пистолет с одной обоймой. Им бы очень помогла даже такая небольшая «подачка» на пару точных выстрелов в голову.       — Да без проблем. Оружия у нас хватает. Людей и транспорта — вот с этим беда, — капитан Хацурати расстегнул кобуру и положил на стол свой пистолет Heckler & Koch USP. Затем достал из подсумка три полных магазина. — Итого шестьдесят патронов. Умеете обращаться с таким, офицер?       Асами смущённо покачала головой.       — Нет… С таким Асами в академии не училась. Он заметно крупнее моего Smith & Wesson M37, — она вытащила свой револьвер для сравнения.       — Как стреляет пистолет, надеюсь, учить не нужно. Главное — привыкнуть к весу. Возьмите в руки.       Асами взяла USP. Пистолет оказался почти в два раза тяжелее её револьвера.       — Снимите магазин. Рычаг находится в основании спусковой скобы. Он двухсторонний — можете нажимать с любой стороны.       — Так? — Асами нажала рычаг, вынула магазин, проверила патроны и вставила его обратно.       — Хорошо. Теперь предохранитель немного отличается от тех, к которым вы привыкли. Вверх — «Safe», спуск заблокирован. Горизонтально — «Fire», готов к стрельбе, видна красная точка. Вниз с усилием — декокер. Если нажать ниже положения «Fire», взведённый курок безопасно упадёт, не произведя выстрела. После этого рычаг сам вернётся в положение «Fire».       — Сложно как… — тихо пробормотала Асами.       — Я запомнил, — спокойно сказал Куро. — Мы вместе с офицером научим её обращаться с пистолетом.       — Поверю вам на слово, — кивнул Хацурати и посмотрел на Асами с лёгкой улыбкой. — И самое приятное для вас, младший офицер: несмотря на большую мощность и вес, отдача у этого пистолета заметно меньше, чем у вашего маленького револьвера. Благодаря массе большая часть энергии гасится самим оружием. Плюс рукоятка удобнее, и механика специально сделана для контроля отдачи. Из него гораздо приятнее вести быструю прицельную стрельбу. Мой совет — лучше привыкнуть к весу, чем мучаться с отдачей револьвера.       — С-спасибо большое! — Асами резко встала и низко поклонилась. — Асами очень благодарна за ваш подарок!       — Ха-ха, не стоит так сильно кланяться, — рассмеялся капитан. На его лице появилась тёплая, но грустная улыбка. — Вам ещё за детьми присматривать. Вам это нужнее, чем мне.       Он на секунду замолчал, явно вспомнив кого-то из своих близких.       — Если не сочтёте за грубость, у меня есть ещё одна информация, которая может вас заинтересовать, — продолжил Куро.       — Ну-ну, слушаю. Что за интересные данные у вас есть, директор?       — Сегодня утром наш учитель физики Охара собрал простую цепь из автомобильного аккумулятора и клаксона. Звук получается очень громкий. Мы сделали это на случай, если потребуется отвлечь мертвецов в безопасном направлении. Так вот, недавно одна группа в городе установила такой же клаксон в пятом квартале западного района — совсем недалеко отсюда. Вы, наверное, и сейчас можете слышать этот непрекращающийся сигнал. Здесь он слабый, а внутри города — очень громкий.       — О, а я думал, это у меня в ушах звенит, — подал голос боец, стоявший рядом с капитаном.       Хацурати прищурился, быстро уловив ценность информации.       — То есть посреди мёртвого города после отключения электричества внезапно появилась громкая точка, которая стала инстинктивной целью для этих слепых тварей? — Он сразу взял рацию. — «Ниндзя-1» и «Ниндзя-2», не будет ли вам сложно пролететь над городом рядом со школой и посмотреть на пятый квартал западного района? Карты с собой?       — Карты есть. Квартал большой. Есть более конкретная точка для разведки?       — Ищите крупное и очень плотное скопление «них». Не просто группы — настоящее столпотворение мёртвых тел.       — Странное описание. За все вылеты мы такого ещё не видели. С чего вдруг решили, что оно там есть?       — Есть интересная информация. Не уверен в стопроцентной достоверности, но проверить стоит. Если найдёте такое полчище — не жалейте пару ракет. И пожалуйста, не подстрелите случайно две рабочие машины — они из нашей школы.       — Такие цели мы случайно не подстреливаем. Хорошо, вернёмся через десять минут. Недалеко лететь.       — Спасибо, парни. Ну что же… Теперь пойдёмте, познакомите меня с нашей пассажиркой и маленьким пассажиром. Давно я не видел младенцев. Может, настроение поднимется, когда услышу смех невинного ребёнка.              14:50. Небо над Токоносу.       Два лёгких вертолёта Kawasaki OH-1 «Ninja» медленно кружили над указанным районом, высматривая «аномальное скопление» мертвецов. К их удивлению, они нашли его почти сразу.       — Вы это видите, «Ниндзя-2»?       — Подтверждаю. Никаких сомнений. Это самое большое скопление «них», которое я только видел в жизни.       — Тут хоть в слепую стреляй — точно кому-нибудь в глаз попадёшь.       Внизу, под ними, был настоящий живой — или скорее мёртвый — поток. От центра большого перекрёстка во все четыре стороны тянулись плотные реки из тел. Подсчитать их не представлялось возможным, но по самым скромным прикидкам здесь собралось несколько тысяч мертвецов — хватило бы, чтобы заполнить большой стадион.       — Похоже, их что-то сильно привлекло.       — Наверное, тот протяжный гудок. У меня до сих пор в ушах звенит.       — Хорошо. Проверяем тепловизором — нет ли рядом живых. Если чисто — отрабатываем по две ракеты для профилактики.       — Задание принято.       Первым ударил «Ниндзя-1». Две ракеты воздух-земля с воем ушли вниз и точно легли в центры скопления по обе стороны от брошенного автобуса. «Ниндзя-2» почти сразу отработал по двум другим направлениям.       В такой плотной толпе ракеты превратились в настоящую мясорубку. Взрывы в радиусе трёх метров буквально разрывали тела на куски, а дальше во все стороны полетели осколки, пробивая черепа и разрывая гнилую плоть. В воздух взметнулись фонтаны крови, ошмётков мяса и обрывков одежды. На асфальте образовались дымящиеся кратеры, заваленные изуродованными останками.       Гудок клаксона продолжал упрямо звучать. Уцелевшие мертвецы, словно загипнотизированные, продолжали идти к источнику звука, переступая через разорванные тела товарищей.       — Может, добавим пару дырок? — предложил один из пилотов. — Лучше максимально очистить территорию рядом со школой.       — Не тратьте весь боекомплект. Пусть снова соберутся в кучу.       Через минуту, когда мертвецы вновь образовали плотную массу, оба вертолёта открыли огонь из бортовых пулемётов. Длинные, яростные очереди прошивали толпу. Головы взрывались, тела дёргались и падали, словно сбитые кегли. После нескольких проходов на ногах осталось лишь несколько сотен мертвецов вместо изначальных нескольких тысяч.       — Хорошая работа, парни. Гораздо эффективнее тратить боекомплект вот так, чем гоняться за одиночками.       — В отличие от солдат эти твари не прячутся по углам, а прут всей толпой. Вот бы ещё пару раз такую массу собрать…       — Возвращаемся к школе.       В это время группа «Мертвяка» сидела в машинах, напряжённо вслушиваясь в далёкие взрывы и тяжёлые очереди пулемётов.       — Неплохо так шандарахнуло… Я уж напрягся, — пробормотал Кота.       — Думаете, они отработали по «нашему» клаксону? — спросила Саэко.       — Вполне возможно, — ответила Мацусима. — Такой боезапас на одиночных мертвецов никто тратить не будет. Звук всё ещё идёт, значит взрывы только привлекли ещё больше тварей.       — Улица впереди заметно очистилась, — сказал "Мертвяк". — Может, попробуем проехать, пока клаксон работает?       — Стоит ехать. Пора, — решила Мацусима.       Хамви и Тойота завелись и двинулись вперёд. Мертвецов действительно стало значительно меньше. Однако через два перекрёстка они наткнулись на новую плотную волну — мертвецы широким потоком пересекали дорогу.       — Пристегнитесь, — спокойно скомандовала Мацусима, переключаясь на заднюю передачу. Она встала параллельно Тойоте Итидзе, и оба водителя опустили стёкла. — Кажется, будет дождь.       — Под звуки дождя ехать будет спокойнее. Хотите воспользоваться моментом? — спросил Итидзе.       — Ага. Я тараню толпу, вы держитесь за мной.       Мацусима отъехала назад, разогналась и с тяжёлым, хрустящим ударом врезалась всей массой Хамви в шествие мертвецов. Машина буквально проломилась сквозь толпу, разбрасывая тела в стороны. Следом прошла Тойота.       Они преодолели этот участок и доехали до следующего перекрёстка, куда звук клаксона уже почти не доходил. Здесь мертвецов снова было очень много, и они уже целенаправленно шли в сторону машин.       Проехать насквозь больше не представлялось возможным.       — Есть чем их отвлечь? — спросила Мацусима.       — В такой толпе от пары монет толку не будет…       Но решение пришло само — с неба начали падать тяжёлые капли дождя. Дождь быстро усилился, и шум капель по крышам машин и асфальту стал сбивать мертвецов с направления. Многие из них потеряли интерес к автомобилям.       Машины включили первую передачу и медленно двинулись вперёд. Тела глухо бились о бамперы и борта, но теперь без яростных ударов и попыток вцепиться в стёкла.       Было напряжённо и страшно ехать сквозь эту живую — мёртвую — массу. В любой момент стекло могло не выдержать… Но этого не произошло. Они спокойно, хотя и медленно, проехали опасный участок.       Вскоре машины вышли в квартал высотных зданий. Где-то совсем рядом должна была находиться первая городская больница. А чуть дальше — главный западный полицейский участок Токоносу.       Машины остановились параллельно друг другу. Мацусима опустила стекло и открыла дверь, чтобы всем было удобно обсуждать план.       — Значит так. Сначала проверяем больницу. Если путь относительно чист — заходим на первый этаж и прокладываем путь наверх. Ищем не только мать Икуты, но и других выживших. Если мертвецов внутри слишком много или, что ещё хуже, большое скопление на улице — сразу меняем план. Едем в главный западный полицейский участок. Там мертвецов должно быть значительно меньше. Если получится закрепиться — сделаем из него временную базу. Наберёмся сил, подумаем о дальнейшем плане. Если повезёт — найдём оружие. Мы слишком далеко зашли, чтобы не воспользоваться всеми удачными шансами.       — Сделаем всё за раз? — спросил Итидзе.       — Попытаемся. До захода солнца постараемся управиться. Если не успеем — возвращаемся в школу, пока идёт дождь. Там уже спокойно подготовимся.       "Мертвяк" молча слушал, и в груди у него разгоралась осторожная надежда. Весь этот долгий и опасный путь мог окупиться уже сегодня или завтра.       Он должен спасти свою мать.