Не подходи ко мне, Чон Чонгук!

Глава 2

Тэхен уже целую неделю не вылезает из своей квартиры, которая стала похожа на свалку. Такого он себе не позволял раньше, но сейчас ему плевать. Он должен дать себе время, чтобы забыть, унять мерзкую тоску по Чонгуку. Тот наверняка считает, что омега не выходит на связь только из-за проекта, на который он не явился. И пусть он думает так и дальше, потому что знать правду ему нельзя. Она ему элементарно не нужна, Тэхен уверен. Он ничего не мог поделать с собой, со своим глупым сердцем, которое всегда тянулось к Чону, как зависимое и безвольное. Он на протяжении четырех лет продолжал скрывать свои истинные чувства к альфе. И, признаться честно, давалось ему это с великим трудом. Тэхен знал о взаимоотношениях Чонгука с омегами. И такая позиция была еще одной из причин, по которой он молчал. Ему просто не хотелось быть использованным, особенно Чонгуком. Поэтому Тэ давно перестал строить воздушные замки из своих иллюзий. Но наивное сердце упрямо продолжало реагировать на любые действия, слова и взгляды. Сложно было делать вид, что ему плевать, когда видел Чона, который прижимал к себе за талию омег, целовал их беззастенчиво в коридорах универа, либо уходил с вечеринок с новым объектом внимания. Было больно. Даже слишком. Но Тэхен продолжал вести борьбу с собственными чувствами. Он не хотел терять друга, который стал для него буквально самым близким человеком. Последняя ситуация была той самой каплей, которая подорвала все самообладание. Тэхен видел, как в чатах универа гуляет видео, где Чон танцует без рубашки на баре и чуть ли не пожирает в грязном поцелуе какого-то омегу. В этот момент внутри грудной клетки раздался болезненный треск. Невыносимо. Он понял, что дальше так продолжаться не может. Ему стоит выбрать себя, чтобы перестать разрушаться изнутри и дальше. Омега лежал на диване в своей гостиной и смотрел очередную сопливую дораму по телевизору. На полу валялись пустые упаковки от доставки, осушенные банки пива и салфетки. Он плакал. Понимание того, что придется разорвать эту связь с Чонгуком ради себя, выбило его из жизненной колеи. От одной мысли, что ему больше не повезет побывать в этих крепких объятиях, к которым он так привязался, накатывал новый град слез. Он не видит иного выхода. Ему просто необходимо искоренить эту наивную безответную любовь, которая его ранит. Он много думал о том, что чувствует сейчас Чонгук. Переживает ли, думает ли о нем или же ему плевать? Руки предательски тянулись к телефону, чтобы проверить пропущенные звонки и сообщения, но он каждый раз отталкивал и продолжал кутаться в плед, обнимая подушку. Внезапно в квартире раздается звонок, от которого внутри уровень тревоги повышается до небывалых высот. Только не это. Его скорлупу, которой он оброс за неделю, бесчеловечно разбивают. Но он поднимается и идет прямиком к погибели. Он не успевает до конца открыть дверь, как внутрь влетает запыхавшийся Чимин, а за ним виновато заглядывает Джин. — Тэхен-а, ты че тут устроил вообще? Че за притон умирающего лебедя? И какого хрена ты отключил телефон, а? — Чимин смотрит по сторонам и ставит «руки в боки». Тэхен даже отвык от его писка над ухом за неделю. — Тэ, правда, нельзя так. Ты хоть кушаешь? Выглядишь…— Джин не успел закончить, потому что в этом мире существует Пак Чимин. — Хуево! Ты выглядишь чертовски хуево, друг, — Тэхен и сам понимает, что его внешний вид оставляет желать лучшего. Волосы похожи на гнездо, давно пора обновить цвет, но ему сейчас не до этого. Под глазами синие круги, словно всю эту неделю он не спал (так и есть). На нем большие спортивки и худи, которое он не смог выбросить в мусорку. — Что вы тут забыли вообще? А если я выключил телефон, то очевидно, что хотел побыть один, — он наивно полагал, что если изолирует себя от внешнего мира, то этот внешний мир в лице Пак Чимина и Ким Сокджина его не настигнет. Опрометчиво. — Пришли спасать твою депрессивную задницу, конечно, что же еще. Смотри-ка, что я тебе принес, Тэхен-а, — он достает из пакета тюбик с краской для волос, соджу и жареную курочку, — а это нам для настроения. Отказываться смысла нет, да и на самом деле он рад видеть своих друзей. Они всегда приходят в нужный момент. Тэхен любит этих двоих, хоть они и абсолютно не похожи. Чимин очень громкий, взбалмошный, любит травить шутки и обниматься. А вот Джин его противоположность. Он даже слишком спокоен, очень мудр, рационален, никогда не вторгается в личное пространство. Они узнали о чувствах Тэ еще на 2 курсе. Тогда он долго плакал на коленях Джина, а Чимин говорил, что если это его человек, то однажды все равно сойдутся. Они пошли на кухню, пока Тэ убирал следы своей депрессии. Сложно притворяться радостным, да и ему не нужно делать этого перед ними. Они же явно виделись с Чонгуком в универе. Что он говорил? Спрашивал ли про него? Как выглядел? Здоров ли он? Ходит ли на тренировки по боксу? Нет… Снова Чонгук. Невыносимо. Вечер оказался для Тэхена спасательным кругом, который вырвал его из водоворота самобичевания. То, что нужно. Спустя 2 часа голова омеги стала угольно-черной (Чимин сказал, что выглядит «супер блядски»). Они были пьяные, веселые, и, наверное, их смех слышали все соседи. Но об этом Тэхен подумает завтра. Потому что сейчас… — Я придумал! Тэ-Тэ, собирайся. Иди выгребай свой шкаф и напяливай самые секси шмотки, что у тебя есть, мы идем к Хосоку, там сегодня вечеринка у бассейна. — Что? Какая еще вечеринка? Чимин, ты шутишь что ли? Я уверен, что Чонгук будет там. Ты смерти моей хочешь? — Тэхен возмущался, но внутри него была эта непреодолимая тяга, которая требовала пойти и увидеть его. — Тэ прав, Чимин. Ему не стоит сейчас встречаться с Гуком, он еще не отошел, — рациональная сторона их компании в лице Джина снова говорит на языке фактов. — Да вы че, совсем меня тут за идиота держите? Не будет сегодня его там! Юнги сказал, что он отказался и пойдет на тренировку, — шок новости. Чонгук не придет? Он чуть ли не амбассадор этих тусовок Хоби, а сейчас просто отказался? — Если ты уверен, что его не будет… Я иду, — на самом деле мысленно он расстроился, что даже мельком не получится увидеть альфу, но ему кажется, что отпустить свои эмоции просто необходимо. — Что? Да вы серьезно…— Джин не был любителем подобных сборищ, но оставлять этих двоих он не собирался. — Ну вот и решили. Иди, красавчик, напяливай самые узкие джинсы, что найдешь, — Тэхен фыркнул на это, но отвернувшись улыбнулся. Почему Чон может себе позволить вести себя свободно и откровенно, а он нет? Спустя долгие двадцать минут Тэ все-таки выбрал свой наряд на многообещающий вечер. Он вошел в кухню, и когда друзья заметили его, то просто застыли. — Я в ахуе. — Я тоже, — Джин, который не употребляет в своем лексиконе бранные словечки, сейчас не мог по-другому описать свою реакцию. — Ким-ходячий секс-Тэхен, теперь я только так называть тебя и буду. Ты просто отвал всего! — Чимин подошел к нему и покрутил вокруг своей оси, пока Тэ смущенно хихикал. — Да ладно вам, сами сказали выглядеть блядски, — на нем шелковая бордовая рубашка, вырез которой уж слишком заманчив, и черные обтягивающие джинсы, которые подчеркивают стройные длинные ноги. — Все, забудь про этого придурка! Ты посмотри на себя, да все альфы мира уже у твоих ног! — Чимин умеет подбадривать отменно. — Да…все, кроме одного, — Тэ обреченно вздыхает, а Джин с Чимином переглядываются, безмолвно переговариваясь о том, что задача «забить на Чон Чонгука» будет крайне непростой. — Так, все, отставить сопли. Выходим.

***

Громкая музыка, толпа пьяных студентов, море алкоголя. Все по канонам зачетной тусы. Чимин выпил на баре несколько шотов, Тэ тоже догнал его и уже отправился вглубь танцующей толпы, а Джин сидел на диване недалеко от всего этого сумасшествия и медленно попивал свой коктейль. Сейчас в мыслях Тэхена не было и намека на альфу, который поселился в его сердце четыре года назад и пустил корни, которые вплелись так сильно. В данный момент есть только свобода, наслаждение и веселье. Он за вечер уже успел принять не один комплимент от незнакомых ему альф. Поэтому сейчас он стоит в центре толпы с закрытыми глазами и отдается целиком и полностью музыке, которая будоражит нетрезвый мозг. Тэхен извивается, как грациозная кошка, его смоляные волосы изящно разлетаются в разные стороны. Он видит, как на него смотрят, чувствует. В какой-то момент Тэ ощутил стальную хватку на талии сзади. Он резко обернулся, чтобы увидеть кто этот смельчак, но от количества выпитого алкоголя перед глазами все плыло. Он пошатнулся и постарался убрать руки, но его прижали крепче. — Пусти, — его сил было недостаточно, чтобы выпутаться из захвата рук. — Не дергайся, куколка. Танцуй дальше, у тебя прекрасно получается, — тон этого незнакомца не предвещал ничего хорошего, поэтому Тэхен начал судорожно искать взглядом друзей, но среди этого сумбура у него не получалось ничего. — Я тебе сказал, блять, убрать от меня свои руки! — собрав оставшуюся энергию он толкнул альфу в грудь. — Какой строптивый, посмотрите на него. Ну ничего, мы таких любим, — альфа мерзко улыбнулся и схватил Тэ за руку так сильно, что он уверен, завтра останутся отметины. — Пошли, куколка. Тэхен не соображает, его воспаленный пьяный рассудок не знает как действовать. Он только с полуприкрытыми глазами тащится сквозь толпу за альфой. Ему тяжело мотать головой, чтобы найти Чимина или Джина среди всех. Страшно. Сейчас внутри образовалась яркая тревога, которая вопит ему о том, чтобы он бежал, не шел дальше. Тело не слушается, идет дальше, поддаваясь мертвой хватке на запястье. Что ему делать? Внезапно альфу отвлекает какой-то знакомый, чем предоставляет Тэхену шанс. Он анализирует коридор и видит туалет. Его ведь туда вели? Пока альфа перебрасывается фразой с другим парнем, Тэ резко выдергивает руку и забегает в туалет, сразу же закрывая его на замок изнутри. Страх. Паника. Он весь дрожит, спускается на пол и обхватывает колени руками. Альфе явно не понравился побег. У него были большие планы на Тэхена. Как можно пройти мимо омеги, который всем видом манит, так еще и огрызается. Тэ вздрагивает, когда тот начинает долбиться в дверь и что-то кричать. По его щеке стекает слеза. Как он мог попасть в такую ситуацию? Нужно выбираться отсюда и ехать домой. Но как? Альфа продолжает попытки выбить дверь, и Тэ понимает, что долго этот замок под таким напором не протянет. Он вспоминает, что перед уходом из дома он взял с собой телефон, который лежал отключенным неделю. Даже не понимает как, но его руки судорожно включают телефон и находят единственный номер, о котором он сейчас мог думать. И единственный, на который мог надеяться. Тэхен слышит гудки и почти сразу получает ответ: — Тэхен? До боли родной голос будто пронзил Тэ насквозь. Он так скучал. Но сейчас молчит и начинает всхлипывать куда сильнее, чем до этого, сжимая телефон в руке. — Тэ, ты плачешь? Что происходит? Ответь мне, пожалуйста, — в голосе Чонгука беспокойство. Он будто нутром чувствует страх и панику омеги. — Я… мне страшно, Чонгук. Пожалуйста, забери меня. Я закрылся в туалете, но он ломится сюда. Он…он хочет меня изн…— Тэхен слышит за дверью отборный мат, и истерика накрывает его с новой силой. — Тэхен, где ты? Назови адрес и никуда не уходи, слышишь? — Я у Хосока. Пожалуйста, прошу тебя, приезжай быстрее, — он слышит в трубке рев мотора. Чонгук был за рулем. — Сиди там и не выходи, я сейчас приеду. Чонгук отключается. Внутри злость кипит, словно адский котел. Он выжимает педаль и летит по улицам, не обращая внимания на правила дорожного движения. Ему повезло, что его зал находится недалеко от дома Хосока, поэтому дорога не занимает много времени. Спустя семь долгих минут, он с визгом шин паркует свой автомобиль у дома и вылетает чуть ли не на ходу. Чонгук бежит внутрь, кто-то пытается с ним поздороваться, но он даже не обращает внимания. Ему важен сейчас только один маленький омега, который своими слезами заставил слететь с катушек. Он несется по коридору и видит, что дверь в туалет открыта. Нет. Чонгук забегает туда и видит, как этот ублюдок держит Тэ за горло, а тот не в состоянии дать отпор, просто плачет. Вспышка. Он хватает незнакомца за воротник и откидывает в сторону с такой силой, что он просто валится на пол. Вспышка. Он сидит верхом на ублюдке и наносит точные удары по лицу, пока тот старается отбиваться. Превращает его лицо в месиво. Вспышка. Его отвлекает любимый голос, и он останавливается. — Чонгук, пожалуйста, прекрати! Ты же убьешь его, Чонгук! — он оборачивается и видит Тэхена. На нем разорвана рубашка, губа разбита, а сам он содрогается в истерике. Чонгук оставляет альфу, который еле дышит. Он подходит к Тэ, быстро снимает с себя кожаную куртку и накидывает на его плечи. — Я успел, малыш, все хорошо. Не плачь, — при виде омеги злость накатывает с новой силой, но он должен держать себя. Чонгук легко поднимает Тэ на руки и направляется на выход. Нужно защитить, успокоить, позаботиться. Он несет его до машины и сажает вперед, накрывает пледом, который всегда лежит у него сзади. Садится на водительское сиденье и срывается с места. Тэхен сидит, прижав к себе колени, и смотрит на Чонгука. Не может поверить своим глазам. Альфа тяжело дышит, он чувствует его злость, но у самого внутри бабочки оживают. Разве может он забыть эти бездонные черные глаза? Сможет заставить себя забыть тепло от прикосновений этих сильных рук? Как ему перестать любить этот голос, что вызывает табун мурашек по всему телу? Он не сможет. Это выше его сил. Чонгук его погибель, его жизнь. Чон едет и смотрит на дорогу, но чувствует, как испепеляется взглядом, поворачивает голову. Разряд. Искры. Два взгляда словно сталкиваются в магической битве, и оба такие говорящие. А сами они молчат. Будто все и так понятно. А что понятно? Да, кажется, все. Сейчас Чонгук понял все. — Куда мы едем? — хриплый от крика голос Тэхена, как новое напоминание о том, что альфа больше никогда не должен оставлять его одного. — Домой. Мы едем домой, малыш.