Не подходи ко мне, Чон Чонгук!

Глава 4

Какой список вопросов вы должны задать человеку, чтобы понять ваш он или нет? Где искать ответы? Раньше Тэхен думал, что люди сами выбирают друг друга. Но сейчас, лежа в теплой кровати рядом со своей судьбой, он понимает, что никогда не выбирал. Он свалился на него, как снег на голову, стал зудящей загрудинной потребностью с того самого дня, когда узнал, что Чон разукрасил за него лицо Джунхо. Не просто желание. Необходимость. Теперь он не представляет, как ему существовать без тепла этого человека в кровати рядом. Ему никогда не приходилось задавать Чонгуку сотни вопросов и устраивать столько же различных проверок «на вшивость», чтобы убедиться в том, стоит ли его любить. Он любит. Тэхен его любит вопреки. Просто за то, какой он, этот несносный парень Чон Чонгук. И сейчас не может поверить в происходящее, когда видит спящего альфу рядом. Он не может перестать любоваться им уже добрых сорок минут. Чонгук спит, пока одна его рука продолжает (даже во сне) прижимать к себе Тэхена. А тот изучает каждый миллиметр его кожи. Чонгук очень мускулистый, его руки и плечи выглядят незаконно сексуально, Тэхен не в силах заставить себя перестать глазеть на эти внушительные рельефы. Между их носами всего пару сантиметров, а омега не выдерживает и совсем аккуратно оставляет поцелуй на кончике. Ресницы Чонгука стали мелко вздрагивать после этого. Длинные пальчики омеги жаждут изучить, им мало прикосновений, требуют большего. Он тянется к чужому лицу и невесомо проводит по очертанию губ, останавливаясь на родинке под нижней. Она Чонгуку очень подходит. Тэхен ведет незатейливую дорожку касаний до скул, а затем снова возвращается к мягким половинкам. Он вчера целовал их… Воспоминания их ночи бурей проносятся яркими картинками перед глазами, заставляя органы внутри скручиваться в тугой узел. Тэхен замирает. Его жизнь и погибель целует его пальцы, что изучали поверхность самых вкусных в мире губ. — Любуешься? — у Чонгука прикрыты веки, а те самые губы расплылись в легкой улыбке, пока его ладонь медленно поглаживала поясницу Тэхена. — Ты меня напугал, — а у самого по-детски счастливое выражение лица. Он укладывается на спину, пока Чонгук подкладывает руку под его голову для удобства. Вставать они никуда не планируют. Тэхен не стесняется наготы перед Чонгуком, но бедра все равно прикрыл одеялом, пока тот выводит пальцем незамысловатые узоры на его животе. Кожа мгновенно покрывается мурашками. Тэ смотрит на ладонь альфы, и брови мгновенно сводятся к переносице. Костяшки избиты, а на них образовались корочки. Не заметил во вчерашнем сумраке страстно-желанной ночи. Он знает, что Чонгук на тренировках всегда использует бинты и перчатки. Обычно такое он видел, когда… — Чонгук, — альфа в ответ вопросительно промычал в ожидании вопроса, продолжая водить ладонью. — Что с твоими руками? Что произошло? — после того вечера на вечеринке, где он избил незнакомца до неузнаваемости прошло достаточно времени. Раны свежие. Чонгук открыл глаза. Омега ощутил, как тот мгновенно напрягся. Ладонь остановилась на границе одеяла и паха омеги. Он повернулся к Тэхену лицом. — На тренировке перестарался. Не стоит переживать, Тэ, — он притянул омегу ближе к себе и со всей нежностью поцеловал его в губы, не позволяя дальнейшим вопросам озвучиться. Ему не обязательно знать, что было вчера вечером и почему его руки разбиты на самом деле. Поцелуй сбил Тэхена с толку, он охотно ответил на него, протягивая свои руки за спину альфы. Кожа к коже. Он понял, что Чонгук не расскажет ему правды. Этот факт его слегка расстроил. Но он обещает себе выяснить, почему он что-то недоговаривает. А пока Тэ наслаждается ленивыми утренними ласками. Чонгук сминает поочередно половинки губ, смакует их вкус. Руки омеги зарылись в копну волос альфы, перебирая пряди. Оба не могут поверить, что сейчас вот так просто лежат вдвоем в одной кровати и дарят друг другу сладкие поцелуи. Чонгук целует шею, а у Тэхена мгновенно разряд тока проносится по всем нейронам нервных окончаний. С губ срывается тихий стон на выдохе. Альфу заводят стоны Тэхена. Ему нравится наблюдать за тем, как тот получает удовольствие. Он даже представить не мог раньше, что можно наслаждаться тем, что доставляешь удовольствие ты, а не тебе. А сейчас ему хочется дарить ласку снова и снова, только бы слушать эту мелодию истомы. Чонгук спускает руку к ягодицам, ныряя под одеяло, и пальцы проходятся между ними, собирают смазку, которая уже стекала по бедрам разнеженного омеги. Чон чувствует, как Тэ возбужден. Тот ерзает на месте, и член трется о бедро альфы, пока он массирует влажный вход. Чонгук и сам возбужден. Тэхена невозможно не хотеть. Один его запах сводит с ума. Но Чонгук совершенно не ожидал того, что происходит в следующую секунду. Тэхен резко поднимается, убирая руку альфы, и седлает его. У него в зрачках чертята скачут, он словно не в себе. А Чон как завороженный наблюдает за этой картиной. Таким он этого омегу еще не видел. И он соврет, если скажет, что ему это не нравится. Тэхен обхватывает ладонью большой и твердый член альфы, собираясь опуститься на него, но руки Чона приостанавливают его намерение. — Малыш, ты не подготовлен. Я не хочу сделать тебе больно. Куда ты торопишься? — Чон Чонгук, помолчи и получай удовольствие, — он приставил головку к влажной промежности и медленно опустился до упора под судорожный хриплый стон ошеломленного альфы. Тэхен уперся ладонями в грудь Чонгука, находя в ней опору, и принялся раскачиваться в умеренном темпе. Он запрокинул голову назад и выкрикивал каждый раз, когда головка точно проходилась по комочку нервов. Собственный член напряженно ударялся о живот. Тэхен не в этом мире сейчас. Он в пространстве своего неистового наслаждения. Размеры альфы были большими, но ему подходили идеально. Чонгук притянул его к себе за ладони, поцеловал каждую и уложил свои руки на аппетитные бедра, что продолжали опускаться на член. — Ты меня с ума сводишь, — прорычал альфа и сжал ягодицы омеги в своих больших ладонях, которые изумительно помещались в них. Он перенял инициативу на себя, вбиваясь резкими короткими толчками в Тэхена, пока тот срывался чуть ли не на крик. Омега провел языком по губам альфы, что сковали в своем завораживающем плену уже давно. Они изучали друг друга, пока звуки их любви смешивались между собой. Чонгук утянул Тэ в глубокий поцелуй, который уже был скорее жадным и до помутнения рассудка страстным, чем нежным и ленивым, как минутами раннее. Их все устраивало. Тэхен был не в силах контролировать огромный поток своих чувств, которые успешно подавлял до этого. Они наконец-то обрели свободу. Он как будто под действием чего-то запрещенного, словно все вокруг галлюцинация. Но Чонгук настоящий, его чувства настоящие. И сейчас альфа по-настоящему блуждает ладонями от поясницы до ягодиц, по-собственнически сжимая последние. Останутся следы. Тэхен нереальный. Он заставляет альфу терять все самообладание, сносит крышу. Его хочется превозносить, залюбливать, боготворить. Омега даже не понимает какое влияние оказывает на него. Чонгук перехватил его и уложил на спину, заглядывая в свои любимые галактики. Он наклонился и провел языком от пупка до паха, пока Тэ выгибался на белоснежных простынях, заполняя комнату рваными вздохами. Взгляда не отрывал. Чон подхватил его под бедра удобнее, а затем последовал яркий стон. Тэхен зажмурился и впился руками в одеяло, подгибая пальцы на ногах, когда почувствовал теплый язык альфы там, где прежде никогда его не было. — Чон… Чонгук…боже мой, — мысль отказывается строиться, он в плену у чувств, что окутали комнату. Он резко раскрывает глаза, когда чувствует, как язык альфы проникает внутрь, вылизывая стенки. Тэхен не помнит, как дышать. Научите его снова. Он машинально хватается за волосы альфы, прогибаясь в спине. Чонгук рычит гортанно, гордится собой, когда слышит жалобную мольбу не останавливаться. — Ты такой вкусный, малыш. Я готов вылизывать тебя с ног до головы постоянно, — у Тэхена чертята в глазах пропали, теперь его щеки горят смущением, становясь пунцовыми. Он не думал, что альфа сделает что-то подобное. Его слова заставляют узел внутренних органов скручиваться еще сильнее. Чонгук закидывает себе на плечо одну ногу омеги и входит резко под другим углом, глубже. Он сразу набирает сумасшедший темп, выбивая резкими толчками из Тэхена весь кислород. Он чувствует, как дрожащее тело под ним приближается к разрядке, когда стеночки внутри обхватывают сильнее, мелко пульсируя. Гук кладет ладонь на член омеги. И хватает несколько движений ладонью и синхронных толчков, четко задевающих простату, чтобы омега громко вскрикнул и излился в кулак альфе. Чонгук далеко не ушел, поэтому сделал несколько последних глубоких рывков, вышел из омеги и с хриплым стоном кончил на его бедра. Оба взъерошенные, раскрасневшиеся, довольные. Чонгук заваливается рядом и утягивает в нежный поцелуй. Показывает свои чувства. Ценит открытость Тэхена, который представился для него с другой стороны. — Гуки, нам нужно в душ, — Тэ тихо хихикает, когда чувствует, как альфа встает и резко поднимает его на руки, неся в ванную. В душ спокойно сходить им тоже не удалось. Но никто из них не жалуется. Они не готовы отлипать друг от друга.

***

— Тэхен-а, прости нас, если бы мы видели, как этот ушлепок тебя домогался, я б ему шею свернул, клянусь, — они сидят в столовой универа. Тэхен рассказал им, что произошло в тот вечер и как его спас Чонгук. Друзья долго извинялись перед ним за отсутствие рядом. — Ладно, успокойтесь уже. Я сам виноват, что выпил так много. Если бы не пил, ничего бы не случилось. Хорошо, что Чонгук вовремя успел, — он неосознанно улыбнулся, когда заговорил о альфе, что не скрылось от друзей. — Вот ты где, малыш. Чего на сообщения не отвечаешь? — любимый голос раздался сзади и заставил обернуться не только Тэхена. Только он просто был рад услышать этот родной тембр, а вот друзья с глазами, что округлились до невозможного, были удивлены совсем другому. — Малыш?! Мы что, блять, пропустили вообще? — Чонгук садится рядом с Тэ, закидывает руку на плечо омеги и притягивает ближе, оставляя поцелуй на виске, — Джин, у меня одного галлюцинации или эти двое реально сейчас обжимаются на наших глазах? — Я в шоке, — все, что смог вымолвить. — У вас не галлюцинации, Чимин, мы с Тэхеном теперь вместе, — Чонгук с ним смеется, глядя на лица омег, которые до сих пор продолжают смотреть на них с подозрением. — То есть, как это вместе? Да что вообще происходит?! Чонгук решил сам рассказать о своем прозрении, но в подробности вдаваться не стал. Все же им не обязательно знать, где эти двое пропадали все выходные. А они просто не могли оторваться друг от друга, бесконечно обнимались и дарили сладкие поцелуи куда только можно. Альфа не переставал осыпать омегу комплиментами, доводя того до жуткого смущения. Он не понимал, как этот человек может быть таким смущенным и раскрепощенным одновременно. Поразительно. И Чонгук смотрит на него неотрывно, словно на что-то неземное и невероятное. Разглядывает эту медовую кожу, какой нет ни у кого другого. Чонгук не встречал. Тэхен один такой на всей планете. А ему посчастливилось это чудо оберегать, любить и обнимать по утрам. Единственное, что Чонгук искренне не понимал так это то, почему этот восхитительный человек ответил ему взаимностью. Когда он ехал к Тэхену в тот вечер, то даже не рассчитывал на такой исход. А тот ответил так, будто давно ждал его, что очень удивило. Чонгук анализировал поведение омеги до этого, но не мог и подумать, что у того есть к нему чувства, кроме дружеских. Они ведь были лучшими друзьями. Что поменялось? В какой момент? Он не имел ответов на эти вопросы. Чимин и Джин убежали на свои пары, пока эти двое продолжали сидеть в обнимку и привлекать внимание всех вокруг. Все омеги косо переглядывались между собой. Сложно принять тот факт, что такой альфа теперь занят. Тэхен не удивлен этому, потому что Чонгук чертовски притягателен, красив, у него сексуальное тело, высокий рост. Альфа обладал харизмой, поэтому и проблем с общением у него никогда не возникало. Тэхен улыбнулся сам себе, когда вновь осознал, что теперь они принадлежат друг другу. Положил голову на плечо, пока альфа прижимал к себе крепче и целовал в макушку под взгляды всех людей. Им плевать, кто и что думает. Сейчас существуют только они. — У тебя же все закончилось на сегодня? — альфа посмотрел на время и перевел взгляд на Тэхена. — Да, я свободен. Поедем домой смотреть сериал? — Нет, сериал сегодня отменяется, малыш. Я планирую украсть тебя, — Чонгук взял сумку Тэ, потянул его за ладонь и направился к выходу. — Что ты задумал? — Тэ не сопротивлялся, он только рад быть похищенным этим альфой. Он в предвкушении, ведь Чонгук никогда ничего подобного не устраивал, а предположений в голове совсем нет. — Секрет, Тэ-Тэ, потерпи, и сам все увидишь. Они выходят из здания университета, на улице ярко светит майское солнце, студенты торопятся на занятия, другая же их часть размеренно прогуливается вдоль сквера, что принадлежит их учебному заведению. Чонгук тянет Тэ на парковку, снимает машину с блокировки и усаживает его на пассажирское. После того, как он сел в машину сам, то потянулся назад и достал с заднего сиденья небольшой лоток с клубникой, положив в ладошки омеги. Он увидел, как засияли его глаза при виде любимой ягоды. Тэхен благодарно улыбнулся ему и чмокнул в губы. Чонгук ради этих эмоций готов хоть грузовик этой клубники ему привезти, лишь бы улыбался и сиял также. Но омега еще не знает, что его ждет дальше. Чонгук тронулся с места и выехал на трассу. Погода сегодня идеальная для свидания, которое он придумал для Тэ. Омега включил музыку и открыл окно. Картинка сменялась одна за другой, ветер обдувал щеки, которые сейчас выглядели слишком забавно, пока он уплетал клубнику. Чонгук периодически поворачивается и смотрит на эти надутые губы, умиляется. Тэхен невероятный. Едут они примерно полтора часа до места. Они выехали за пределы города. Тэхен не допытывал вопросами, но ему было безумно любопытно, куда же его все-таки везут. Он решил подождать, поэтому просто сидел подпевал каждой песне, перебирая пальцы Чонгука, ладонь которого покоилась на бедре омеги. Чонгук подпевал вместе с ним, внимательно продолжая следить за дорогой. Они почти доехали. Спустя некоторое время показалась береговая линия, они приехали на пляж. Тэхен восторженно посмотрел на Чонгука, который был доволен реакцией. Он взял запястье шокированного омеги и оставил несколько нежных поцелуев. Этот жест для Тэхена слишком трепетный. — Приехали. Только мне нужно завязать тебе глаза, если ты не против. — Ого, настолько все секретно? — Доверься мне, Тэхен-и, — и омега доверяет. Они выходят из машины, Чонгук подходит к нему и достает атласную ленту из кармана джинсов. Он завязывает ему глаза, любовно разглядывая. Не может удержаться, поэтому берет Тэхена за щеки и притягивает к себе, завлекая в поцелуй. Целоваться с завязанными глазами необычно, Тэхена, кажется, это заводит. Нужно запомнить. Он взял омегу одной рукой за ладонь, а другой придерживал за талию, чтобы тот не терял равновесия. Они подходят ближе к пляжу, на котором нет ни души. Чонгук продумывал эту идею полночи, пока Тэхен мирно сопел на его груди, причмокивая во сне губами. Он подводит омегу к нужному месту и тот чувствует, как хватка на талии исчезает. Чонгук развязывает ленту и тихо ждет реакции. Он волнуется настолько, что его ладони вспотели. И сначала он не слышит ничего от омеги, тот замер и совсем не двигается, просто смотрит прямо. Становится еще волнительнее. А Тэхен не способен сейчас говорить, у него шок, и сердце бьется в грудной клетке как бешеное. На песке плед расстелен, стоит красивая плетеная корзинка с едой и бутылочкой вина, разбросаны подушки. Морские волны переливаются в закатных лучах, а соленый воздух обдувает щеки. По периметру развешаны гирлянды и фонари для большего уюта. Такого для Тэхена не делал никто и никогда. Спустя минуту Тэхен отмирает, медленно поворачивается на Чонгука. По его щекам текут кристаллы, он смотрит на альфу, а у того под ребрами щемит. Тэ резко поддается вперед и обнимает Чонгука так сильно, как может. — Чонгуук… — он всхлипывает сильнее, когда чувствует, как сильные руки альфы обхватывают его в ответ и успокаивающе поглаживают по спине. — Ну чего ты плачешь, малыш. Я же хотел порадовать тебя, а не до слез довести. Ну же, тише, маленький, — Тэ отстраняется и смотрит ему в глаза, а у того океан любви в зрачках. — Для меня никто не делал ничего подобного, это очень-очень красиво. Ты сумасшедший, — Чонгук улыбается, стирает большими пальцами его соленые реки. — Это самое меньшее, что я могу сделать для тебя, Тэ. Ты заслуживаешь намного большего. Омега успокоился только спустя десять минут, а альфа продолжал обнимать его и сцеловывать слезы. В итоге Чонгук усадил его на плед, достал контейнеры с едой и налил в бокал вино. Себе же он налил газировку, так как им ещё предстояло вернуться домой. Они много смеялись, разговаривали обо всем подряд и еще больше целовались. Тэхен рассказывал, как Чимин с Джином красили ему волосы, как он планирует взяться за новый проект, а Чонгук его внимательно слушал. Потом, когда солнце село и их освещала только луна и фонарики, Чонгук решил спросить, пока омега закончил поток своих летящих мыслей. — Почему ты ответил мне взаимностью в тот вечер? — Тэ сидел между его ног, откинувшись на широкую грудь, а Чон обнимал его. Омега удивленно взглянул на него. — Чон Чонгук, ты когда-нибудь видел меня хоть с одним альфой за все четыре года нашего общения? — Гук задумался. А ведь действительно, он никогда не замечал, чтобы Тэхен хотя бы принимал чьи-то ухаживания. Но почему? Омега был наделен необыкновенной красотой, он умный и начитанный. В чем причина? — Не видел, — немного подумав ответил он. — Но почему? За тобой же ухаживали некоторые альфы, я помню, — так и есть. Были несколько смельчаков, но Тэхен не подпускал близко. Обычно все сводил на «нет». — Боже мой, — омега тяжело вздохнул и прикрыл лицо руками. Сложно говорить об этом. Он не хочет вспоминать то, как страдал каждый раз, когда видел Чонгука с кем-то и подавлял свои чувства. — Я давно люблю тебя, Чонгук, — выпалил он, не отрывая от лица ладоней. — Что…? — Чонгук сейчас чувствует себя полнейшим идиотом. Он берет аккуратно в руки ладони омеги и убирает с лица, заглядывая в глаза. Он чувствует остаточную печаль и боль Тэхена, не может поверить в услышанное, но убеждается, когда смотрит. — Но почему ты молчал? — А что изменилось бы, Гук? Я знал, что не нужен тебе как омега, но хотел быть рядом, поэтому и оставался в качестве друга. Мне было тяжело. Даже не так. Мне было до ужаса херово. Особенно, когда ты появлялся с новой омегой. Я молчал. Копил в себе. Всячески старался подавить в себе эти чувства. Я не показывал тебе их. Надеялся, что это пройдет. Но это не проходило, Чонгук. С каждым днем я будто сильнее влюблялся в тебя. Я не контролировал это. Поэтому отчаялся в тот раз, когда кто-то слил видео с тусовки. Мне было больно. Снова. И решил, что это пора прекратить. Я не хотел больше страдать из-за тебя. Думал, что будет лучше, если мы совсем перестанем общаться. Но потом произошла та ситуация с тем мудаком, и я не думал даже, сразу позвонил тебе. Я хотел видеть только тебя в тот момент. И ты приехал, — он выдыхает, закончив свой монолог. А Чонгук хочет дать себе в нос, чтоб до хруста. Он неосознанно причинил столько боли Тэхену, что даже не знает, как теперь быть. Омега не должен был принимать его, прощать, дарить взаимность, но сделал это. Какой же Тэхен сильный. Столько времени молчать и скрывать свои чувства, наблюдая за всеми похождениями альфы. Уму непостижимо. — Юнги был прав. Я полнейший дебил. — Чонгук, не говори так. Ты же не знал о моих чувствах. Как ты мог догад… — Нет, Тэхен. Не оправдывай меня. Я просто был слепым эгоистом, который думал лишь о себе и своих чувствах. Я трус. Мне всегда было страшно заводить серьезные отношения. Боже, прости меня, малыш, если сможешь. Я идиот. — Я простил. Простил, потому что люблю тебя, Гук-и. Перестань. Нет смысла наказывать себя. Просто не оставляй меня одного. Я не вынесу этого, — он повернулся лицом к Чонгуку и посмотрел в глаза с некой надеждой. Альфа не понимает откуда в Тэхене столько сочувствия, добра и силы. Он волшебный. Чон обнимает его крепко, а затем целует долго. До тех пор, пока губы не начинают побаливать. Затем почти не отрываясь говорит: — Я никогда не оставлю тебя.