А завтра обещали снег

      Приглушенный мягкий свет, ворчащий чайник, тихо бурчащий сам для себя телевизор. Антон сидит за столом и перелистывает свои записи, Арсений спокойно лежит на кровати и читает новости, иногда задумчиво хмыкая. Второй вечер подряд они проводят в одном помещении, и оно все еще не разгромлено. Что, если не победа? Попову комфортно не находиться в одиночестве, а Шастуну абсолютно фиолетово, где кофе пить, да записи свои листать. Как только чайник закипел, кипяток тут же разлился по кружкам, заполняя пространство приятным ароматом. И пока зеленоглазый доставал недавно купленное печенье, его телефон внезапно завибрировал в кармане кофты. -О, Попов. — хмыкнул он, открывая сообщение. -Помнишь тех спонсоров, которые нам договор предлагали? -Ну? -На багги зовут. Едем? — Шастун развернул телефон экраном к Арсу, будто он со своего места мог что-то увидеть. -Багги? — заинтересованно спросил пилот, приподнимаясь на локтях. -В качестве кого? Я не ездил на них. Антон пожал плечами и пролистал сообщение ниже. -Да просто лицом поторговать, как я понял. Не обязательно прям маршрут ехать. — сказал Антон, отпивая горячий кофе. -Ну знаешь, фотографии там, вся подобная шелуха. -Ну да, с моим лицом только светить и получится. — буркнул Арсений, указывая пальцем на свой фингал. -Да замажем. — отмахнулся Шастун. -Так чего, соглашаюсь? Брюнет лишь пожал плечами, как бы говоря «делай, что хочешь» и улегся обратно на подушку, прибавляя громкость телевизора. А Антону долго и не надо думать, он быстро ответил согласием и схватил кружку Попова, чтобы отдать чай. Теперь он снова сидел на краешке кровати, чуть согнувшись и опершись локтями на колени. Его взгляд был устремлен на экран, но мысли были сосредоточены далеко не на сто первой серии какого-то допотопного сериальчика. Арс перевел взгляд на него, а потом закатил глаза, недовольно всхрапнул и подвинулся вбок. -Давай ложись, задолбал над душой сидеть. — буркнул он, делая очередной глоток своего чуть остывшего чая. -Ты че, я не гей. — категорично замотал головой Шастун, специально отодвигаясь еще дальше. -Как засыпать на одной кровати — так нормально, а как просто фильм посмотреть — я не гей? — усмехнулся Арсений, напоминая, что этим утром он, вообще-то, проснулся в его кровати. Штурман поморщился, как будто эти слова его неприятно обожгли, но виду особого не подал. Просто отхлебнул из кружки, стараясь скрыть небольшую заминку. Ситуация, конечно, абсурд, но все-таки приятно. -Это разное. — в итоге буркнул штурман, делая вид, что очень сосредоточен на сюжете. Его пальцы чуть сильнее сжали ручку, а взгляд оставался чуть напряженным. Попов вновь закатил глаза и водрузил полупустую чашку на прикроватную тумбочку. Ему нравилось ставить своего напарника в неловкие положения, очень нравилось. -То есть ты говоришь, что тебе приятнее спать со мной, чем просто смотреть телевизор? — протянул он, расплываясь в своей любимой язвительной улыбке и довольно поглядывая на Антона. Тот в свою очередь чуть приподнялся, собираясь было вставать, но в последний момент опустился обратно. -Ты меня сейчас вымораживаешь, лучше не надо. Арс просто хихикнул, закидывая здоровую руку за голову. -Ну, как хочешь. Мое дело предложить. — лениво выдал пилот, зевая и демонстративно вытягиваясь на всей кровати. Всем своим видом он показывал «смотри, сколько тут места свободного». В итоге Шастун вздохнул, проклял кого-то, еще немного поворчал, и все-таки закинул ноги на матрас, занимая самый-самый крайний край. -Ну так бы сразу. — хмыкнул брюнет, возвращаясь к своему недопитому чаю. Они оба уткнулись в экран, сделав вид, что больше их ничего не беспокоит, и только легкое подергивания уголков губ Арсения выдавало, что победа осталась за ним. Время медленно тянулось, за окном клубился вечерний мрак, а из телевизора доносились монотонные диалоги персонажей. Антон лежал на самом краешке матраса, почти соскальзывая вниз, но все равно упрямо тер глаза, стараясь прогнать сон. Его голова предательски клонилась вбок, но он каждый раз одергивал себя и снова пытался сохранить концентрацию. Арс изредка поглядывал на него, прекрасно видя, как штурман борется сам с собой. Говорить с ним было бесполезно: слишком упертый баран. Пилот вздохнул, аккуратно перекатился на бок и встал на ноги. -Кофе тебе заварить? — вдруг раздался ленивый голос. -Это всегда можно… — Антон дернулся, будто его только что выдернули из-под воды, но все-таки ответил. Попов спокойно возился на кухне, ставил чайник, высыпал кофе в кружку, наливал кипяток, размешивал все это, потом разглядывал что-то прилипшее к плите. Пожав плечами, он обернулся и увидел, что Шастун все-таки проиграл. Тихо хмыкнув, брюнет отставил кружку обратно. Штурман выглядел комично: голова на плече, одна рука достает до пола, половина тела вообще не на кровати, а в воздухе болтается. Арс бесшумно приблизился к спящему и осторожно перекатил его на бок, чтобы тот не навернулся на пол случайно. Затем накинул ему на ноги одеяло и замер. Почему? Почему он не столкнул его на пол чтобы похихикать? Почему не напугал, чтобы тот проснулся и сам упал? С каких пор он не хочет, чтобы ему было плохо? Он мог бы пошутить, пнуть его или подстебнуть, наблюдая за очередной вспышкой раздражения напарника. Так было бы проще. Привычнее, что ли. Но вместо этого он только встряхнул головой, выпрямился и вернулся на свою сторону кровати. Заложив руки за голову, Арсений уставился в потолок. Слабый свет от экрана играл бликами на стенах, но ему сейчас было не до фильма. В голове крутилась лишь одна мысль, и она была о том, что, возможно, он тоже бывает человеком. Еще пару недель назад он бы с радостью поиздевался над ним, нашел бы миллион и один способ обострить ситуацию и вывести его на эмоции, но сейчас… сейчас он хотел лишь видеть, что с ним все нормально. Эта близость, шаг за шагом, проникала в их рутинное существование. Каждый день они позволяли себе чуть больше, чем обычно. То обсудить что-то, то вытащить из сложных ситуаций, а то и просто находиться рядом без видимой на то причины. Это не могло оставаться незамеченным. Они оба это понимали, но упорно молчали, ведь, если озвучить вслух, придется признаться самим себе, что их старые роли больше не срабатывают. Пока он обдумывал все это, то даже не заметил, как Антон, сам того не понимая, устроился поудобнее и теперь валялся у него под боком. Попов пробежался по нему взглядом и устало хмыкнул. -Сука ты, Шастун. — прошептал он и нагнулся чуть ближе, чтобы накрыть одеялом его плечи. -Ненавижу тебя, ублюдка. — добавил он снисходительно. Шутка или нет — он уже не знал, но значение это не имело. Антон проснулся от ощущения тепла и странной тяжести на плече. Он медленно открыл глаза, позволяя сознанию пробудиться и попробовать принять новое утро. Снова не его комната, но к этому он уже относится более или менее спокойно, но что за хрень с рукой? Отлежал, что ли… Он повернул голову и даже вдохнуть не смог. Арсений использовал его как подушку, явно не собираясь никуда двигаться. Шастун, пытаясь не паниковать, осмотрел всю остальную картину. Он лежит на спине, рядом удобненько устроился Попов, уложив свою голову на плечо. -Черт… — прошептал штурман, понимая, что срочно нужно что-то делать, чтобы не стать совсем голубым. Хотя, судя по тому, как они проснулись — уже поздно метаться. Он сглотнул ком в горле и попытался очень аккуратно вызволил руку, как будто боялся, что капкан оттяпает ее по самые ключицы. Арс зашевелился, едва заметно нахмурился, но так и не открыл глаза. Шастун застыл, словно его в камень обратили. -Не-не-не, спать, спать, спать… — выдавил беззвучно. Нельзя, нельзя чтобы он знал, вообще никак ни в коем случае, иначе это совсем будет… -Шастун? Сука. -А… — Антон снова застыл, как олень, на которого несется фура. Его зеленые глаза резко поднялись на лицо напарника, который, судя по всему, тоже не до конца понимал, что происходит. Бессмысленно делать вид, что все нормально. Штурман все равно выглядел так, будто он только что труп закапывал, а его спалили. -Что… — Арсений медленно поднял голову, слегка прищуриваясь от солнечного света. Он моргнул пару раз, а затем пришел в чувства. На мгновение в его лице отразился такой же ужас, но потом уголки губ дернулись в предательской усмешке. -Доброе утро, получается? -Ты… ты, блять, фу, что за херня?! — выпалил Антон, пытаясь сохранить остатки самообладания и вихрем вскакивая с кровати, как только его руку высвободили. -Это ты ко мне приполз, давай не переворачивай ситуацию. — не растерялся брюнет, возвращая голову на подушку. -Я?! — уши начинали гореть, и парень явно это чувствовал. Он очень постарался придать себе серьезный вид. -Да я… -Да-да. — пилот явно наслаждался его смущением, даже несмотря на то, что тот минуту назад был едва живым. -Расслабься, принцесса. С кем не бывает. -Со мной! — он почти кричал, хватая воздух ртом. -Все, вставай! У нас работа! — он ринулся вперед, чуть не запутался в одеяле, которое сползло на пол и пронесся в сторону двери. -Давай, пошевеливайся! — крикнул он напоследок и скрылся в коридоре, громко хлопнув дверью. Комната снова погрузилась в тишину. Арсений остался лежать, слегка повернув голову в сторону закрытой двери. На его лице все еще играла легкая ухмылка, но глаза блестели от недоумения и скрытой паники. Он медленно поднялся, потянулся насколько ему позволяли раны и спустил ноги на пол. -Псих просто. — пробормотал он, зевнув. Арс поднялся, подобрал одеяло, машинально поправил подушку. В голове до сих пор крутились обрывки диалога, но он старался не углубляться в их анализ. Да, смешно, да, неловко. Но все-таки приятно просыпаться не в полном одиночестве. Пусть немного странно, как-то по-гейски, но зато не один. -У нас работа, вставай, пошевеливайся… — передразнил он штурмана, бросая взгляд на уже давно холодный кофе, оставшийся на столе с вечера. -Какая работа, идиот? Антон уже летел в боксы, чтобы встретиться хоть с кем-нибудь другим, понадавать советов и со спокойной душой отправиться ковыряться в Эве. Надо отвлечься, срочно надо отвлечься. К счастью, здесь было достаточно людей. Он перекинулся парой слов с механиками, поболтал с Пашей, который тоже только-только подошел, пообсуждал с Лешей моторы, подвески, вообще все, что мог. Парень постоянно нервно оглядывался по сторонам, переживая, что вот-вот увидит Попова, но тот, к счастью, пока что не появлялся здесь. Казалось, в его Лансере все подкручено и закручено уже сотни раз, но он все равно машинально открывал и закрывал капот, залезал под днище, ничего там не находил и вылезал обратно. Тогда он психанул, схватил пылесос и полез чистить сидения. «Да что за дерьмо… мы просто уснули, так бывает… нормально все…» — убеждал сам себя зеленоглазый, ползая внутри машины, стараясь не поднимать глаз на мелькающие вокруг лица, будто кто-то мог прочитать его мысли. «Я взрослый мужик, какого черта я так парюсь?» Однако счастье длилось недолго, на площадку заявился Арсений. Здоровался со всеми, улыбался, как и всегда раскидывался какими-то ублюдскими шуточками. И теперь каждый раз, когда брюнет маячил в поле зрения Шастуна, тот находил все новый повод слинять куда подальше: то в боксе соседнем что-то забыл, то на склад надо сбегать, то просто отойти проветриться. -Мне надо съездить за заказом. — наконец выпалил он посреди разговора с Добровольским, когда к ним подошел Попов. -Стоять. — Арс схватился за шиворот напарника ровно в тот момент, когда он развернулся на пятках и собирался убегать. -Ты чего бегаешь как ужаленный целый день? -Не твое дело. — буркнул Антон, даже не собираясь поворачиваться. -Паш, сходи глянь что там у Щербакова не получается. — коротко попросил Арсений, не отпуская Шастуна. Второй пилот лишь пожал плечами и направился к шинке, чтобы проверить, как дела у механика. -Так, Шастун, в чем дело? Ты психуешь из-за утра? -Да отвали я говорю! — внезапно вспыхнул пойманный за шкирку штурман, дергаясь изо всех сил, чтобы вырваться. Арс молча посмотрел на него, с трудом удерживая серьезное выражение лица. -Ну, теперь понятно. — усмехнулся он наконец и разжал пальца, выпуская ткань. -Понятно? Че тебе понятно? — с нажимом повторил Антон, разворачиваясь лицом к пилоту. В прошлый раз его это так не тронуло, потому что он сам не спал, а Арс был совсем плох после случившегося, вот он, видимо, и смог отодвинуть свои гомофобные мысли на задний план, ссылаясь на то, что он просто находится рядом, чтобы контролировать состояние своего коллеги и не допустить никаких эксцессов. А сейчас он не мог сам себе простить эту ситуацию, потому что не было причин оставаться и тем более засыпать. Теперь его мозг сбоил, не мог выстроить логичное объяснение всему случившемуся, ему было страшно, неприятно, он боялся самого себя и не знал, куда себя деть. -Да ты на себя посмотрим. Бегаешь кругами, краснеешь, как школьница, и все из-за чего? Потому что я просто накрыл тебя одеялом? -Заткнись. — перебил его Шастун, сжав кулаки и глядя куда-то в сторону. Его голос звучал напряженно, будто от каждого слова он мог потерять контроль над своим телом. -Просто заткнись, договорились? -Шаст, ты чего? -Ничего. — резко бросил тот, развернувшись и быстро удаляясь в сторону парковки. -Оставь меня в покое. Арс остался стоять посреди площадки, глядя в спину уходящего парня. На этот раз он не решился идти за ним и пытаться останавливать. Вместо этого он просто медленно выдохнул и провел ладонью по затылку. -Да что с тобой, а… Да никуда ему не надо было ехать, никакой заказ он не делал. Зато теперь он сидел в салоне своей Ауди, втыкая в потолок. Что с ним случилось? Почему так неприятно? Он же не такой, ну почему так-то все? Антон сжал руль до побелевших костяшек, хотя машина даже не была заведена. Он не знал, что ему делать, не знал, как унять этот хаос в своей голове. Закрыв глаза, голова с размаху впечаталась в подголовник. Тихий, сдержанный стон раздражения разлетелся по салону, внутри боролись страх, злость, растерянность и что-то еще, невыразимое. -Ой бля… — прошептал юноша, ударяя кулаком по рулю. Образы мимолетно мелькали перед ним, всплывали вновь и вновь перед глазами. Арсений рядом, чуть растрепанный, но расслабленный. Этот короткий миг, когда он все еще спал, а Шастун, застывший от собственного ступора, не мог даже пошевелиться. Все это кружилось в голове, не отпуская ни на миг. «Просто случайность. Такое бывает. Ничего странного.» Но это все было пустым, что-то внутри него шептало совершенно другое. Теперь он резко сел ровно, запуская руки в волосы и растрепывая их так, как будто это могло развеять все лишние мысли. -Да не такой я. — пробормотал он, глядя в пустоту. -Это вообще не про меня. Но, несмотря на все его слова, чувства не уходили. Они не поддавались логике, не укладывались в его мирке, и это пугало больше всего. Двигатель заурчал, когда он решил, что хоть какое-то движение сможет помочь ему. Колеса заскрипели на месте, когда он начал движение. «Уеду куда-нибудь. Просто покручусь по дорогам, проветрюсь. Все пройдет.» Арсений сидел на краю стола в боксе, лениво крутя в руках разводной ключ. Его взгляд то и дело возвращался к тому место, где Антон несколько минут назад резко развернулся и ушел. Что-то не давало покоя. Даже не то, что Шастун психует — нет, это абсолютная норма, а что-то другое. Пилот глубоко вздохнул и закинул инструмент обратно в ящик. Спрыгнув на пол, он сунул руки в карманы и медленно вышел наружу. -Ну и чего с ним такое? — спросил он сам себя, поднимая глаза в небо. -С кем? — внезапно проник в его мысли голос Ляйсан. Арс чуть дернулся, но быстро все понял. Он обернулся и увидел девушку, которая стояла недалеко от Паши и с интересном разглядывала его. В руках у нее были какие-то листы, а ее тонкая улыбка не сходила с губ. -Ты чего тут? — быстро сменил тему мужчина, делая голос мягче. -Да принесла вам листики с новым расписанием. Неделька у вас — жуть… — спокойно ответила администратор, протягивая ему бумагу. -А ты какой-то задумчивый, чего у тебя случилось? -Ой, та фигня. — отмахнулся Арсений, забирая расписание. -Шастун снова бегает психует, все нормально. -Ну, раз так. — пожала плечами брюнетка, заправляя за ухо выбившуюся прядь из прически. -Тогда ладно. А ты его не видел? Я ему расписание еще не отдала. -Да он слинял куда-то. — Попов развел руками. -Наорал и слинял. -Ясненько… ну, передай ему, пожалуйста, как встретитесь. — в руки к брюнету приземлился второй листочек. -А то бегать его искать — вообще неинтересно. Пилот кивнул, приняв вторую бумажку и мельком бросил взгляд на строки. Его пальцы чуть смяли край, но он быстро вернул все как было. Добровольский позвал Утяшеву, и та, попрощавшись с легкой ухмылкой, пошла быстрым шагом обратно. Арсений видел, как Павел забирает у нее листы, нежно придерживает за талию и уводит в другую сторону, чтобы раздать оставшееся расписание остальным. Голубоглазый проводил их взглядом, чуть улыбнувшись. Добровольский с его вечной непринужденностью всегда знал, как себя вести и это даже бесило Попова. Тот умел находить общий язык со всеми, он вообще такой, добрячок. Гулкие звуки работы и приглушенные разговоры вокруг заполняли пространство, создавая привычный фон. «Шастун, блин» — снова мелькнула мысль в голове. С одной стороны, хотелось узнать, где его носит и чем он занят, а с другой — это совсем не его дело. Он не стал звонить ему или писать, все равно он вернется, и они нормально поговорят, просто ему нужно остыть. Хотя бы чуть-чуть. Тело еще болело, но уже не так сильно, в целом, жить можно было. Космос на ребрах еще никуда не делся, сильно резко двигаться не получалось, так что за руль пока нет смысла садиться. Он осмотрел свое тело в зеркале ванной еще несколько раз, останавливая глаза на каждом покалеченном участке. Широкие плечи, подтянутый торс, крепкие руки, все было покрыто следами недавней драки. На ребрах, чуть ниже грудной клетки, расплывался огромный фиолетово-зеленый синяк, напоминающий космическую туманность. Он занял почти всю боковую поверхность, отказываясь тускнеть даже спустя пару дней. Каждое движение отзывалось глухой болью, но он уже успел привыкнуть к ней. Чуть выше, на левом боку, виднелись следы от ботинок — вытянутые, как расплывшиеся пятна. Темные кровоподтеки прятались чуть позади, там, куда попало сильнее всего. На предплечьях виднелись темные пятна от сжатия. Парень чуть поморщился, когда провел пальцем по заживающим ссадинам. На груди, ближе к ключицам, темнел еще один синяк — удар кулаком, он был неправильной формы, какой-то весь непонятный. Слегка покрасневшая область вокруг намекала на то, что кожа еще не до конца оправилась. Лицу, к счастью, повезло. Синяк под глазом, небольшой отек в области скулы, он не такой уж и заметный. Но главное, что нос и щеки на месте. Арс провел рукой по влажным волосам, тяжело вздохнув. В дверь раздался глухой стук, что заставило его отвлечься от зеркала. Как на зло, он не взял с собой футболку в ванную, так что пришлось открывать с полотенцем на плечах и в одних штанах. На пороге стоял Антон. Зеленоглазый явно не ожидал увидеть его в таком виде, но взгляд непроизвольно скользнул по телу, цепляясь за следы побоев. Они молчали некоторое время, ведь штурман еще ни разу не видел все это полотно, измазанное темными и красными пятнами. -Мне покрутиться? — язвительно спросил Арсений, когда тишина слишком сильно затянулась. -Да я и так все уже увидел. — коротко кивнул зеленоглазый, оценивая состояние напарника. -Хреново выглядишь, кстати. -Да, ты тоже. — ухмыльнулся Попов, пропуская гостя к себе домой. -Чего пришел-то? -Та, так просто. — буркнул парень, проходя внутрь. -Как-то криво все вышло утром, я просто… просто не вывез. Арс усмехнулся, наблюдая, как Антон проскальзывает внутрь и явно не знает, куда деть руки, глаза, себя целиком. Он закрыл дверь, облокотившись на нее плечом, и коротко хмыкнул. -Криво? Ну, да, есть такое. — протянул он, снова поправляя полотенце на плечах. -Не ожидал, что ты зайдешь. -Я сам не ожидал. — огрызнулся штурман, останавливаясь посреди комнаты и оглядывая все вокруг, будто искал что-то, на чем можно сосредоточиться. Его взгляд метался между столом, кроватью, раскиданными кофтами, но все равно снова и снова возвращался к брюнету. -Это все странно. Ты, я, да вообще все. Попов молча посмотрел на него, слегка нахмурившись, но в глазах промелькнула тень понимания. -Странно? Ну, возможно. — он пожал плечами. -Но я не понимаю, о чем ты. -Да все ты понимаешь. — отмахнулся юноша, падая на стул. -В тебе просто слишком много лжи. Пилот, который уже начинал движение к нему, внезапно остановился на месте, слегка качнувшись от неожиданности этих слов. Его глаза на мгновение сузились, но вместо гнева в них поселилась смесь интереса и усталости. Он не привык слышать такие обвинения, даже от Шастуна. -Лжи? — переспросил он, медленно подходя ближе. -Ты сейчас на серьезном лице? Антон поднял на него взгляд. Тусклые зеленые глаза горели раздражением, но в них было и нечто иное. -Да. Ты все время такой… хер знает, делаешь вид, что тебе плевать, что все нормально. А по факту ты врешь. Арсений скрестил руки на груди и внимательно посмотрел на напарника. Его лицо оставалось почти неподвижным, но губы дрогнули. -Если ты пытаешься сказать что-то конкретное, то давай уже, вываливай. Или просто ищешь повод опять сорваться? -Это не твое дело, что я пытаюсь. — бросил Антон, но тут же сжал губы, будто пожалел о том, что сказал. -А, ну да. Это же я к тебе вломился. — с легкой усмешкой ответил Попов. -Да потому что… — Шастун запнулся, с трудом подбирая слова. -Потому что с утра так все пугающе было. — вздохнул он. -Казалось, что стало… спокойней? -Чего? — совсем остолбенел брюнет, чуть одергивая голову. -Пугаешь меня, принцесса. -Да, блять, Арс… — он внезапно осекся. -Арс? -Все, забудь, я вообще не хочу ни о чем говорить. — прошипел штурман, подрываясь с места, но его усадили обратно резким рывком. -Говори. — голос стал металлическим, Антон впервые за все время назвал его «Арс», а не «Попов». Что-то тут явно не чисто. -Это вырвалось, ладно? — огрызнулся Шастун, вырывая руку. -Забудь. -Вырвалось? — второй хмыкнул, оценивающе глядя в раздраженное лицо коллеги. -Ты меня знаешь буквально с тех пор, как я пришел в ралли. И никогда из тебя не вырывалось «Арс». -Да потому что… — начал он, но резко замолчал, сжимая зубы. -Потому что? — Арсений наклонился ближе, теперь его голос звучал мягче, но куда более настойчиво. -Потому что ты меня выбешиваешь. Постоянно, каждую секунду. Попов вскинул брови и тихо рассмеялся. -Конечно, от тебя ведь не дождешься. — улыбнулся пилот, присаживаясь на стул напротив. -Знаешь, почему мы никогда не будем вместе? — внезапно выдал он, серьезно глядя в глаза собеседнику. Антон напрягся, его лицо дернулось, будто от неожиданного удара под дых. Он не сразу понял, всерьез ли это было сказано или очередная издевка. -Чего? — хрипло переспросил он, невольно отодвигаясь на стуле чуть дальше, чтобы увеличить расстояние. -О чем ты? Арсений продолжал смотреть на него, но теперь уже на его губах замаячила привычная ухмылка. -Потому что так неинтересно. — кивнул он, откидываясь на стуле. -Признайся, тебе куда веселее постоянно накручивать себя, бегать от правды, тонуть в своем мирке, не принимать себя. Да? Шастун резко подскочил, как будто его ударили током. -Да что ты вообще знаешь обо мне? — его кулаки сжались, а лицо перекосило от гнева. -Умный дохуя? Насквозь видишь? Мысли читаешь? -Ну не то, чтобы… — Арс поднялся медленно, не торопясь, и встал напротив, выравнивая дыхание. Его голос звучал спокойно, без насмешек, без сарказма и подобного. -Но, если ты вечно бегаешь от себя, разве я не могу сказать тебе об этом? -Ты просто… просто… — Шастун захлебнулся своими же словами, а потом резко подался вперед, чуть наклоняясь и впиваясь губами в губы пилота. Рука аккуратно легла на его спину, прижимая к себе, а пальцы второй потерялись в темных волосах. Арсений не успел ни вздохнуть, ни ответить — все произошло слишком быстро. Ладони Антона ощущались горячими и неприятно давили на синяки, а губы столкнулись так резко, что на долю секунды он даже не понял, что случилось. Но он не спешил отталкивать своего высокого товарища, а просто замер. Пальцы, зарывшиеся в его волосы, рука на спине, ощущения какой-то силы и нерешительности смешались в действиях Антона. Через несколько секунд Попов мягко, очень осторожно отстранился, глядя через зеленоватые глаза куда-то внутрь. Его дыхание сбилось, но он сохранял спокойствие. -Я так и думал. — тихо сказал он и уголки губ дернулись в едва заметной усмешке. Шастун застыл на месте. Он медленно убрал руки, но взгляд не отпускал лицо Арса. А глазах субтитрами пронеслось все, начиная от сожаления и до паники. -Я… ох ебать… — пробормотал он, пятясь назад, словно готов был выскочить из комнаты прямо сейчас. -Стоять, Шастун. — Попов протянул руку, снова забирая в ладонь воротник его кофты. -Ты же только что перестал убегать. Не надо снова. -Это чистой воды ошибка, меня толкнули. — быстро выпалил штурман, отворачиваясь, чтобы случайно снова не столкнуться взглядом. -Забудь, да? Ничего не было. -А ты забудешь? — спросил брюнет, наклоняя голову вбок. В комнате повисла напряженная тишина, в которой слышалось только учащенное дыхание парней. Он не ответил, но его плечи чуть дрогнули. Зеленоглазый и сам не до конца понимал, что именно им двигало в этот момент. Вся ситуация была наэлектризована его собственными страхами, противоречиями и подавленными эмоциями, которые он годами старательно игнорировал. Гомофобия — отличный защитный барьер, громкий крик, скрывающий неуверенность и внутреннюю борьбу. Этот барьер строился много лет, чтобы не допустить даже мысли, что он может быть «не таким». Но Арсений выбивал его из привычной колеи, он вел себя не так, как должен. Заставлял его волноваться, переживать, заботиться, сходить с ума от гнева и раздражения, но при этом все равно сидел где-то глубоко в душе, там, где еще никого не было. Сейчас он просто взорвался. Это был даже не поцелуй, а просто мгновенный, неконтролируемый импульс, словно плотину прорвало. Это был протест против самого себя, попытка найти ответы на вопросы, которые его пугали больше всего на свете. Ему казалось, что если он сделает это, то сможет понять, что же с ним в итоге не так. Это была борьба с собственными демонами, не более. Вместо того, чтобы в очередной раз громко хлопнуть дверью и перечеркнуть еще один этап своей жизни, он поддался эмоциям, потому что словами уже ничего не мог выразить. А как же гомофобия? Эта броня трещала под грузом противоречий, которые он больше не мог подавлять. -Ну, ударь меня, что ли. — тихо прошептал он, после долгого молчания. Антон стоял напротив, выпрямившись, будто ожидал неминуемого удара. Его дыхание сбивалось, а взгляд метался по всему лицу Попова. В голове бушевал шторм. «Ударь меня» — вторило сознание. «Ударь, въеби хорошенько, чтобы все встало на свои места. Сделай так, чтобы я снова мог ненавидеть и бояться, я не хочу еще больше путаться в себе». Арсений оставался на месте, медленно переваривая слова штурмана. Он заметил, как сильно напряжен Шастун, как его пальцы сжимаются в кулаки, как уши вспыхивают красным от волнения, но в нем не было ненависти. -Ты-то нормальный. — добавил парень, отводя взгляд в сторону. Голос дрожал, словно он пытался выдавить из себя хоть что-то. Арс внимательно смотрел на него. Ударить? Да с радостью. -И что это изменит? — тихо спросил Попов. -Ты перестанешь чувствовать? Это отменит случившееся? -Да! Нет! — зеленоглазый мотнул головой, прогоняя полную чушь. -Не знаю. Просто ударь и все, спишем на нервы. -Страшно признаться себе, что ты живой человек, а твои чувства не такие, какими ты их себе рисовал? Антон молчал, уткнувшись глазами в пол. -Не знаю. — наконец шепнул он. -Не знаю теперь, кто я. Брюнет долго смотрел на него, на его напряженное тело, опущенные глаза, слышал эту предательскую дрожь в голосе. Сейчас он был загнан, растерян, он не понимал, что делать дальше и что это было. -Зачем тебе знать? Ты думаешь, есть правильный ответ? Шастун поднял глаза, зрачки чуть расширились, в них сквозило болью. -Я не знаю. — пробормотал он. -Мне кажется, я больше не контролирую ничего. -Не надо контролировать. Ты просто, ну… человек. Посмотри, что с тобой происходит. Ты сам себя закапываешь. -Да потому что… это неправильно. Это ненормально. — Антон снова сжал кулаки, но с места не сдвинулся. -Для кого? — пилот приблизился на шаг. -Для людей, которые не живут твою жизнь? Ты не обязан цеплять на себя ярлык, Шаст. — мягко продолжил Арсений, отпуская ворот кофты. -Просто не ври сам себе. Антон молча вздохнул, втягивая в себя воздух, полный боли и замешательства. Он очень старался найти в словах напарника хоть какую-то опору. -Извини, в общем. — процедил он. -Тебя-то я пачкать не хотел. Попов покачал головой, не торопясь с ответом. В на его губах мелькнула легкая, почти неуловимая улыбка. -Ты меня не пачкаешь. Просто есть вещи, о которых я не распространяюсь. И они оба прекрасно поняли, о чем речь. Снова воцарилось напряженное, но не враждебное молчание. -Так что, сделаем вид, что ничего не было? — тихо спросил зеленоглазый. В ответ он лишь услышал привычное фырканье, но голос собеседника оставался таким же спокойным и мягким. -А зачем делать вид? Ты вон как наловчился все прятать у себя в голове. Шастун сжал губы в тонкую линию, но не дернулся, не ушел никуда. Он опустился на край кровати, вытягивая ноги. -Ты ведь специально, да? Чтобы казаться таким крутым, непробиваемым. -Не-а. — Арс сел рядом с ним, пододвинув его бедром вбок. -Просто я не бегаю от себя и своих чувств. -А я бегаю. -И как, далеко убежал? Ответа не было, только тяжелый вздох. -Кофе будешь? -Да уже как-то похуй.