✦ На грани науки и войны ✦

"Я консультировался с другом по поводу наших затруднений в исследовании Хэкстека. Я говорил, что знаю кое-кого."

Виктор, сжав кулаки, сидел за столом в своей лаборатории, погружённый в мысли о недавнем разговоре с Джейсом. Он обратился к другу за помощью, надеясь на поддержку в их сложном исследовании Хэкстека. Но когда Джейс с недоверием произнес: "Ну... ты не сказал, что он из Нижнего города!", в сердце Виктора что-то неприятно кольнуло.

"Какая разница?" настороженно спросил Виктор, стараясь скрыть свою растерянность.

"Они... они опасны."

Эти слова пронзили Виктора словно острое лезвие. Он родился и вырос в Нижнем городе, и теперь, когда его собственный друг сомневался в его связях и происхождении, учёный почувствовал, как в груди закипает гнев. Он всегда считал, что их дружба основана на взаимопонимании и доверии, но теперь это доверие оказалось под угрозой. Как легко всё это разрушилось одним неосторожным словом.

"Я... из Нижнего города"

У них возникли некоторые трудности в работе, поэтому учёный проявил инициативу и решил обратиться к своему старому другу из Зауна, чтобы попросить совета. Он был уверен в своих действиях и был очень разочарован тому, что Талис осудил его, ссылаясь на недоверие людям из Нижнего города. Теперь у Виктора встал вопрос - а знает ли Джейс его вообще... или же ему интересны только их исследования? Это было больно осознавать, что твой, казалось бы, хороший товарищ вдруг говорит, что не доверяет заунитам, при человеке, который также родился в Нижнем городе. Конечно, только потом Талис уже осознал, что сказал, но было уже поздно - Виктор был зол на него. Они поссорились также быстро, как и пролетели дни, когда учёный работал один, пока Джейс пропадал черти где. Виктор также не стал скупиться на оскорбления и упомянул Мэл, от чего уже Талис вспылил. Отношения в край испортились. Виктор не хотел ссориться, но и молчать больше не мог. Он вернулся в лабораторию и больше не выходил оттуда последние дня три. Стены казались ему тюрьмой, но именно там он чувствовал себя в безопасности от внешнего мира. Он был истощён - как физически, так и морально. Слабость охватывала его, и это раздражало до глубины души. Учёный хотел быть сильным и независимым, но для этого должно было случиться настоящее чудо. Он не верил в себя и считал, что их разработки могут всё исправить... Хэкстек в последнее время всё больше манил его, словно разговаривал с ним. Виктор начал экспериментировать прямо на себе, на своём и так измученном теле. Делал себе инъекции, которые должны были поспособствовать взаимодействию с ядром, было опасно, но ему казалось, что терять уже особо нечего. Он был уверен, что ему осталось недолго и посвятить себя науке будет лучшим решением, однако не осознавал, насколько глубоко зашёл в своих экспериментах... Виктор решил дотронуться до ядра. Прямой контакт был опасен и не изучен, могло случиться всё, что угодно. Лаборатория пустовала - он был наедине с этим неизученным объектом. Учёный неуверенно тянется пальцами к сияющему Хэкстеку, так и манящему своим голубым свечением. Как только Виктор прикоснулся к ядру, его тело охватила словно электрическая волна, наполняя его лёгкостью и необычными импульсами. Но вскоре эта энергия сменилась неприятными ощущениями и головная боль нарастала с каждой секундой, от чего казалась он вот-вот потеряет контроль над ситуацией. Но он даже не догадывался, что уже потерял... Попытавшись вырваться из центра ядра, Виктор осознал, что у него не хватает сил, его будто затягивает всё дальше и дальше от берега в глубокое море. Паника охватила его тело, он закричал от безысходности, пытаясь приложить больше усилий.

Когда казалось, что сознание вот-вот отключиться от сильной нагрузки, его запястье вдруг резко перехватили и рывком вытянули из опасной зоны бушующей искры Хэкстека.

▲ ▼ ▲ ▼ ⚙ ▼ ▲ ▼ ▲

"Ты бы не добилась такого влияния в Пилтовере, не будь ты представительницей дома Медарды!"

"Иногда мне кажется, что ты никогда не любила меня. И я была лишь пешкой в твоих планах!"

Пощёчина отчётливым эхом разнеслась по пустующему залу. Конфликт матери и дочери заполнил пространство невидимой, но ощутимой атмосферой напряжения. - Как ты смеешь говорить такое... Я растила тебя, кормила... я выносила тебя прямо под своим сердцем! - голос Амбессы стал резким, как лезвие ножа. Она прижала кулак к груди, пытаясь унять бурю эмоций, что разрывали её изнутри. Мэл же стояла перед ней, схватившись за щёку, где всё ещё ощущался горячий след от удара. - Это всё равно не даёт тебе права указывать мне как жить! - выпалила Мэл и, развернувшись к выходу, громко захлопнула двери, оставив за собой только гулкое эхо от каблуков. Амбесса горько усмехнулась, осознавая, что сама стала жертвой своих эмоций. Внутри неё нарастало чувство разочарования и отвращения к самой себе. - Любовь к тебе и правда ослабила меня… - тихо произнесла женщина, лишь только когда дочь покинула зал. Её голос звучал как шёпот ветра, когда она вышла на балкон. Взгляд Амбессы устремился на Пилтовер, сверкающий огнями в вечернем свете.

▲ ▼ ▲ ▼ ⚙ ▼ ▲ ▼ ▲

- Паршивый день? - поинтересовалась Амбесса. Взгляд её скользнул по беспорядку в лаборатории, который отражал хаос в душе учёного в данный момент. После конфликта с дочерью, она почему-то решила прийти именно сюда по неведомой причине, вот и застала момент провального эксперимента Виктора. Ему крупно повезло, что кто-то оказался рядом, прежде чем ситуация приняла бы критический оборот. Учёный не сразу ответил ей, лишь тяжело вздохнул, продолжая сидеть на стуле, измотанно опустив голову. Казалось он вот-вот и вовсе упадёт, если бы Медарда не придержала его за плечо. - Да... - произнёс Виктор, его голос был тихим и усталым. Учёный не спрашивал, зачем она пришла, но в его глазах читалось понимание - он догадывался о причинах её визита. - Идём, - сказала женщина, к растерянности учёного поднимая его за локоть и направляясь с ним к выходу из лаборатории. - Куда? - вопросительно поднял бровь Виктор, наконец прояснив мысли после происшествия, поднимая взгляд на Медарду. - Ты с ног валишься, смотреть тошно, - пожала плечами Амбесса, покидая территорию Академии направляясь в сторону жилых зданий, - Отоспаться бы тебе не помешает. Не могу смотреть на то, как такой достойный человек занимается самоуничтожением. Она привела его в свои покои. Они были просторными и выглядели богато. Посередине располагалась большая кровать, которая так и манила своей мягкостью. Виктор недоверчиво покосился на Медарду, но был слишком измотан, чтобы не принять её заманчивое предложение отдохнуть. Двое молча уселись по разные стороны кровати, каждый задумываясь о своём. В их взгляде точно могла прослеживаться доля печали, но заговорить о том, что у них было на душе никто из них не решался. Кажется им хватало и присутствия друг друга рядом, без слов. Виктор снял ботинки и отложил трость в сторону, опустив голову на подушку и закрыв глаза. Амбесса осталась сидеть немного дольше, наслаждаясь тишиной, прежде чем потушить свечи и лечь неподалёку. Это было странное взаимодействие - они не встречались так близко прежде, но сейчас разделяли постель. Никаких слов, только тишина и тепло их присутствия. Каждый из них отвернулся на другой бок, погружаясь в собственные размышления. Но этого было достаточно - достаточно для того, чтобы успокоить бушующие внутри чувства. Они оба поддались эмоциям, хотя так не любили это состояние. Порой даже сильные могли быть уязвимыми. Их доверие укрепилось тем, что они не скрывали ничего сейчас, просто позволяя себе быть искренними... хотя бы сегодня. Мэл и Джейс также вместе делили кровать этой ночью после трудного дня и ссоры со своими близкими. Их сердца стучали в унисон, как будто синхронизировались с ритмом их дыхания. В воздухе витала атмосфера, полная ожидания и любви. Мэл, приподнявшись на локтях, посмотрела в глаза Джейса. В её взгляде читалось множество эмоций - от нежности до страсти. Она медленно провела пальцами по его щеке, ощущая тепло его кожи. Талис закрыл глаза, наслаждаясь её прикосновением, а затем, открыв их, потянулся к ней, притягивая ближе. Их губы встретились в поцелуе, который начинался мягко, но быстро разгорелся в нечто более интенсивное. Медарда почувствовала, как его руки обвивают её талию, притягивая к себе. Она ответила на его страсть, углубляя поцелуй. Каждый миг казался вечностью, наполненной электричеством. Виктору стало холодно и он невольно обнял себя за плечи, утыкаясь лицом в подушку в попытках согреться. Находясь в полудрёме он вдруг почувствовал, как его укрывают сверху одеялом по самую голову. Сопротивляться не было смысла, он бы даже поблагодарил Амбессу, если бы у него было больше сил после изматывающего дня. В ответ он проговорил что-то невнятное, но вряд ли его вообще услышали. Однако услышали, и в ответ он получил "Не за что." Джейсу захотелось больше — он осторожно уложил Мэл на спину, наклонившись над ней. Его губы скользнули по её шее, оставляя за собой лёгкие поцелуи, которые заставляли её вздрагивать от удовольствия. Мэл закрыла глаза, наслаждаясь каждым мгновением. Она чувствовала, как его дыхание становится всё более учащённым, и это только подстёгивало её желание полностью отдаться этому моменту. Посреди ночи Виктор вдруг почувствовал, как его придавили чем-то тяжёлым. Амбесса во сне обняла его будто он был плюшевой игрушкой. Забавная, но крайне неловкая ситуация. Учёный проснулся, понимая, что дышать стало нелегко. Приложив некоторые усилия, Виктор осторожно убрал от себя руку Медарды и отодвинулся чуть дальше, сонно ворча себе что-то под нос. Вскоре, когда Виктор уже снова начал погружаться в сон, он почувствовал, как на него была благополучно закинута нога женщины. Кажется он уже смирился и просто перестал реагировать на это, тяжело вздохнув, снова прикрывая глаза и погружаясь в глубокий сон.