Два изгоя

— Так ты будешь извиняться? — Нет!       Кирилл спокойно посмотрел на сидящего на коленях перед ним Влада и тяжело вздохнул. Он положил тяжёлую руку на его голову, слегка поглаживая по волосам. Уже достал. Уже терпения с ним не хватало.       Лицо Владика было злым. Он сильно хмурился и дёргал руками в стороны, хотя на них! — на них, были наручники. И он делал себе больно, намеренно или нет — непонятно, ведь так снять их было нельзя.       Влад сжал зубы и поднял на Кирилла взгляд. — Расстегни, нахуй, наручники, хуеглот ебаный, блять! Быстро! — А то что? — ещё раз вздохнул Пятёрка. — Что сделаешь то? — Ебало размозжу тебе, блять! — И как? Ты же скован, — он опустился на колени напротив парня и, взяв за подбородок, грубо притянул ближе. Он посмотрел ему в глаза, видя в них недоумение. — Всё ещё не понимаешь? Я думал, мы нормально всё урегулировали, я вроде как тебе руку «пожал» на стриме. А ты всё ещё на меня пиздишь, разгоняешь эту тему и всё. Думаешь я добренький, и всё это стерплю? — Я на тебя заявление накатаю! — зарычал Старый бог, вертя головой и вырываясь. Его ярости не было предела — сейчас выстрелит лазерами из глаз и пизда Кириллу. — Да тебе понравится, — Кирилл широко улыбнулся. — Тебя же сюда не насильно привели. — Насильно! — Нет, нет, ты сам пришёл сюда. — Меня заманили! И ты на меня наручники надел, это незаконно!       Пятёрка пожал плечами, беря его за руки за место под наручниками. От этого Влад нервно дёрнулся, чувствуя как руки затекают. — Я просто немного покажу тебе, что бывает с теми, кто на меня пиздит. Ты правда первый, кто доебал меня так, но это тебя не спасёт.       Губы Влада перекосило от неправильных мыслей, которые лезли в голову. Он не хотел признаваться себе, но то, как с ним сейчас обращались, ему, по сути, нравилось. Нравилось провоцировать босса, слышать его агрессию и чувствовать на себе гнев.       А теперь всё дошло до этого, и он не знал, как реагировать конкретно: сопротивляться или, может быть, смириться? — Я тебе нравлюсь, признай, — неожиданно произнёс Пятёрка, вставая и поднимая парня за шкирку. Тот возмущённо зашипел, еле поспевая за Кириллом, который тащил его куда-то. Вот же пидорас ебаный! — С чего блять?! Отпусти, пёс сутулий! — Завали рот, — Кирилл остановился и бросил Старого бога на кровать, нависая над ним сверху. На лице того отразился испуг и прилила краска к щекам. Неловко шо пиздец. Як йому звідси записаться? — Я не пидор, никто мне не нравится, особенно ти! Ти ебанутий? — Возможно, — Кирилл хмыкнул, а затем демонстративно потряс рукой перед чужим лицом и медленно опустил её вниз. Тогда до Старого бога наконец дошло, что с ним будут делать. Он задёргался всем телом, пытаясь сбросить руку с себя, но Кирилл больно сжал его плечо, останавливая и внимательно смотря в глаза, схватил за край футболки, погладил по торсу и поднял ладонь выше. Влад тактично оскалился — даже челюсть заболела от давления. — Пошёл нахуй, конч. Не знаю, что ты о себе думаешь, но ты на-думываешь.       Кирилл пару секунд помолчал, лапая Влада за грудь и заставляя его позорно краснеть. — Что именно? — А? — растерянно спросил Влад, успевший немного зависнуть на том, как рука Пятёрки сжала его грудь, немного стиснув. Он почувствовал как член слегка окреп и как внутри всё сжалось. Бля-бля-бля! — Ну, типа… ты не король, за которым все побегут и которому будут поклоняться! Ты просто дебил. — Так чё ты доёбываешься до дебила то? — взгляд Пятёрки стал более холодным, что Владу не очень понравилось. По телу прошёлся холодок, а в голове возникла мысль, что говорить такое сейчас было не самой лучшей идей. Особенно в этих тупых наручниках. Он опустил взгляд, не выдерживая зрительный контакт, и уставился на его руку. Пятёрка заметил это и игриво провёл пальцем вокруг соска, надавливая на нежную кожу.       Влад тихо выдохнул. Жар прошёлся по позвоночнику, что выводило его из себя и одновременно нравилось. Ну не мог он признать, что его это возбуждает, хоть убей! — Хватит, блять. — А что? Тебе не нравится? — яд в чужом голосе вызвал у Влада вспышку агрессии, которую он бы хотел контролировать, но не смог. И очень жалко. — Ты мне не нравишься, ты тупой фрик, от которого меня тошнит, блять, который ведёт себя как мудила и снимает контент для дегенератов, понятно?! Так моя позиция ясна?       Кирилл выдохнул и внезапно задрал его футболку до конца, примыкая губами к соску. Влад испуганно дёрнулся и ощутил, как по нему прошёлся язык. — Блять, тварь! — он закричал, но его рот закрыли рукой, быстро двигая языком и чуть посасывая сосок. Губы Влада задрожали, чуть приоткрывшись. Стало совсем стрёмно от чувства собственной ничтожности и беспомощности. Насилие, сплошное насилие. — Тише, тише, — Кирилл прекратил, поднимая голову и убирая руку от чужого лица. Тогда Влад захотел харкнуть в него, но его рот быстро захлопнули поцелуем, поэтому об этом великолепном действии он смог только подумать. Мокрый язык успел скользнуть внутрь него до того, как Старый бог сжал зубы. Кирилл коснулся его языка и нёба, дотягиваясь до глотки, отчего Владик охуел. Он почувствовал как от напора Кирилла на его глазах появились слёзы. Когда укусили за губу, он всхлипнул от боли, вызывая у Кирилла импульс по телу.       Кирилл остановился и разорвал поцелуй, посмотрев на парня. Он поднял его за подбородок и произнёс с полной серьёзностью: — Если не хочешь, и тебе больно или неприятно, я могу остановиться. Но знай: я тебя хочу, и ты выглядишь просто пиздато. Я хочу тебя отъебать.       Влад недоумённо замер, отлепив взгляд от его губ и смотря в лицо. Он почувствовал, как предательски краснеет, весь съёжился, не зная что и думать. Звучало так… интригующе. Хотел ли он этого или нет? Как же ему понять самого себя?.. — Я, — он должен отказаться и его отпустят. И всё будет нормально, ведь это случайно. Странная ситуация. — Я…       Слыша растерянность в голосе, Пятёрка положил руку на его колено и нежно погладил, концентрируя на данном действии чужое внимание. Он наклонился, целуя Влада в шею и облизывая её. Владик вздрогнул и легонько застонал, тут же захлопнув в рот. Его колено сжали, затем провели ладонью по ноге, что легла на возбужденный член. Кажется, после такого поведения отказ звучал бы как лицемерие. Ну или как шутки плохого клоуна. Так и есть. — Ну так… что? До сих пор я насильник для тебя? Старый бог задумался и ответил: — Не то чтобы… но наручники то до сих пор на мне? — он потряс руками, показывая скованные руки. Кирилл улыбнулся, нежно погладив его руку. — Болит? — Естественно блять, а ты как думал?       Кирилл кивнул, засунул руку в карман шорт и достал ключ. Сначала он расстегнул одну руку, затем вторую. Влад с удовольствием потёр красные запястья. Болезненное чувство стало постепенно уходить. — В твоём поведении нет логики. Ты сначала меня сюда заманил, надел на руки ебаные наручники, а теперь спрашиваешь, хочу ли я с тобой ебаться или нет. В чём она? — Ну, — Кирилл замялся, садясь рядом. — Я хотел тебя немного припугнуть, ты меня выбесил, но теперь я вижу что в твоём поведении… было нечто другое. — Что? — Ты как будто добился своего.       Влад опустил голову вниз, размышляя. Он действительно добился чужого внимания своими конфликтными высказываниями, но ведь не до такой же степени, чтобы всё зашло так далеко? — Ну ты еблан немного, Кирилл. Пользоваться связями для этого, — парень поморщился. — Фу, бля. — Извини, — тот примирительно взял его за руку, но Влад её оттолкнул, вставая на колени и толкая его. Он навис сверху и улыбнулся. — Извинения — хуйня, мне всё понравилось. Я же мазохист ебаный, — Пятёрка не знал, что сказать, и просто открыл и закрыл рот, но Старый бог осадил его мысль поцелуем, проникая руками под одежду и легонько поглаживая. Кирилл в отместку погладил его по спине, чуть корябая кожу ногтями. — Эй, акуратніше. Шо ты делаешь? — Проявляю чувства, что тут непонятного? — он потянул за края его футболки, стягивая ту, и оставляя парня полуголым. Губы вновь примкнули к груди, смыкаясь на соске. Причмокивая, Пятёрка опустил руки на его зад, устраивая парня поудобнее на своих бёдрах. Тот кивнул и наклонился к его шее, смыкаясь на ней мертвой хваткой. — Блять!!! Больно же, сука, ты чё творишь? — Это за похищение и наручники, дорогой, — Старый бог продемонстрировал ему милую лыбу, немного двинув тазом и чувствуя чужой член через одежду. Внутри него была смесь стыда и отвращения к себе, но желание…       Оно было слишком велико, чтобы ему противостоять.       Кирилл тяжело дышал. Он уже хотел кончить — приятный запах чужого тела даже так возбуждал его сильнее, чем можно было. Его возбуждал Влад слишком сильно, и извращения, возникшие в голове… очень пугали.       Но только вот невозможно было не реагировать на Старого бога, когда он всеми своими провокациями вызывает чувство злости и желание закрыть ему рот. Ебаный дотер. Конченая шлюха.       Он залез в его джинсы одной рукой, предварительно расстегнув их, и обхватил чужой член. Влад громко замычал, откидывая голову. Ему было хорошо, и это было прекрасно… выглядел очень красиво и одновременно по-блядски. — О, да…– протянул он, обхватывая руку Пятёрки и направляя его. Прикусив губу, парень ощутил давление, которое вызывало самые противоречивые чувства.       Резко Кирилл остановился. Влад недоумённо поднял на него голову, наблюдая за тем как тот стягивает с себя шорты с бельём и садится на колени. Он заключил свой член и чужой в кулак и стал размеренно двигать рукой, вызывая у Владика всхлип. Того немного затрясло от ощущений. Ему нравилось, как горячо прижимается к его органу чужой, как будто он делал что-то настолько грязное, что вся эта грязь прилипла к нему и его волосам. — Тебе нравится? — на выдохе спросил Кирилл, говоря хрипло и действуя рвано. Он закатил глаза, затем посмотрел на Влада и чуть не кончил от его эмоций. Ему нравилось. Точно нравилось. — У мене зараз кульки за ролики заїдуть, — произнёс он, шутливо высовывая язык. Тварь. Выводит его. Буквально заставляет тянуться к себе. Об-ла-дать. — Мёрзкая сука, — шутливо произнёс Кирилл, хватая его за лицо. Он слегка ударил его по лицу ладонью, смотря властно в карие глаза. Это заставило Влада усомниться в своей адекватности: возбуждение от ударов и грубости, жестокости и такого обращения буквально подстёгивало его раздвинуть перед ним ноги и принадлежать. — Собака. — Гав, блять, — он шуточно залаял, подаваясь бёдрами в ответ на движение. Пятёрка участил темп, выбивая из парня вопли. Но он не перебивал себя — наоборот, хотел чтобы Кирилл слышал. Как ему нравится, как не нравится. Как его это до боли заводит. — Сука…       Кулак сжал два члена вместе сильнее, задерживаясь ближе к головке и стимулируя кровь. Это будоражило обоих парней изнутри: то как они тяжело дышат, прижимаясь друг к другу, как им одновременно мерзко и приятно.. Старый бог чуть прижался губами к его щеке, высунул язык и как собака лизнул, вызывая у Пятёрки мурашки.       Пятёрка сжал свободной рукой его грудь, надрачивая настолько быстро, что у Влада сводило ноги. — Да-а… сука… швидше, — Влад задрал голову настолько сильно, что шея заболела, но он даже не заметил. Сперма брызнула Кириллу в лицо, и он поморщился, убирая её — Ну Влад, да ты ёбнутый, что-ли? На, — он уткнул ладонь в чужой рот, заставляя Старого возмущенно замычать. Он грубо отодрал его руку, сплёвывая. — Це ти ебанутий! Пидор! — Говорит тот, кто сейчас визжал подо мной. — Да ты… ты…– Старый бог вспыхнул, задыхаясь от возмущения, и отодвигаясь от Кирилла. Взгляд упал на чужой член и он вспомнил, что тот не кончил. Стало немного стыдно за своё поведение, особенно после того, как они сблизились. Он наклонился, посмотрел на парня и медленно взял горячую плоть в рот, играясь языком с головкой. Это вызвало у того диссонанс из-за чужой реакции и одновременно с этим вспышку тепла по всему телу. Он крепко сжал руку на чужой голове и заставил Влада взять в рот плотностью, отчего тот чуть не облевался. Влад вырвался, пытаясь отдышаться и матеря Пятёрку про себя, а затем, надрачивая ему рукой, сконцентрировал акцент на головке.       Больше Кирилл такого себе не позволял, просто иногда подаваясь бёдрами в чужой рот, неосознанно пытаясь достать до глотки. Старый бог этого делать не позволял — тошнота дело не штучное и неприятное, поэтому языком останавливал его. — Бля, ты лучший, — у Кирилла сбилось дыхание и он попытался отдышаться, ослабив хватку на чужой голове. Он чуть погладил его по вихрам, улыбаясь, и переместил руку на шею. От нежных касаний Владик буквально млел, чувствуя себя вещью или принадлежностью. — М-м, — что-то промычал он в ответ, ускоряя движение губ и руки. Его губы были такие мягкие, что член на них хотелось чувствовать всегда, вне контекста, просто трахать этого агрессивного дебила всю жизнь, что вроде как не поддаётся, но отдаётся ему полностью.       Замерев, Пятёрка больно сжал его за шею, не давая отодвинуться. Сперма брызнула в глотку, растекаясь мерзкой жижой, отчего Влада чуть не стошнило. Когда его отпустили, он сплюнул её на кровать, прямо под чужие ноги. — Блять, ты щас сам всё убирать будешь! — Да мне похую, ясно? — Ты неисправим. Ноги раздвигай. — Изгой.