Часть 27
22 мая 2025 г., 19:28
Беззубик, широко расправив свои гигантские, угольно-черные крылья, пронзительно разрезал утренний воздух, стремительно мчась строго на восток. Далеко под ними быстро проносились бескрайние, дикие просторы Эссоса: синее море, обширные выжженные земли, поросшие лишь редкой, жухлой травой и покрытые мелким красноватым песком, а также глубокие, узкие долины. Все эти древние пути неотвратимо вели к зловещей, загадочной территории Старой Валирии.
После долгого, изматывающего пути, пересекшего множество ничейных земель и заброшенных городов, названые братья наконец добрались до самых северных окраин древней империи — к так называемым Землям Долгого Лета. Когда-то, в эпоху расцвета, эти земли были невероятно плодородными, зелеными и цветущими, но ныне они представляли собой лишь мертвую, абсолютно опустошенную, покрытую ядовитым пеплом пустыню.
Иккинг с замиранием сердца огляделся с высоты птичьего полета. Небо над ними было невыносимо мрачным, укрытым тяжелыми, багровыми тучами, словно апокалиптический огонь продолжал вечно гореть где-то там, за линией горизонта. Сама земля казалась выжженной дотла и полностью иссохшей. Потрескавшаяся, мертвая почва напоминала чешую больного зверя, а на горизонте то тут, то там вились слабые, зловещие струйки серого дыма. Когда-то эти легендарные поля щедро кормили целую огромную империю, но теперь они больше напоминали безжизненную марсианскую пустошь с редкими, мертвыми, окаменевшими деревьями. Их скрюченные, черные ветви тянулись к багровому небу, словно умоляющие о помощи костлявые руки мертвецов.
— Подумать только, когда-то здесь, насколько хватало глаз, цвели сады и колосились поля... — печально пробормотал Иккинг, плотнее прижимаясь к теплой шее Беззубика. — Старые мейстеры писали, что эти земли славились своим невероятным плодородием на весь изведанный мир. Здесь, благодаря вулканическому теплу и магии, собирали богатый урожай по четыре раза за год, совершенно не взирая на то, зима на дворе или лето. А теперь... теперь здесь только смерть.
Беззубик тихо, тревожно фыркнул, шумно обнюхивая отравленный воздух. Чувствительный дракон безошибочно ощущал витающую здесь смертельную опасность и непонятную, древнюю тревогу — казалось, эти мертвые земли словно глухо стонали под неподъемной тяжестью старых, кровавых проклятий. Когда они низко пролетели над старым, разрушенным трактом — знаменитой Дорогой Демонов — Иккинг заметил внизу древние валунные арки. Теперь они были наполовину оплавлены невыносимым жаром и глубоко погребены под толстым, слежавшимся слоем серого пепла.
— В наше время никто в здравом уме не рискует ходить по этой проклятой дороге, — тихо, содрогаясь, сказал Иккинг. — Моряки шепчутся, что любые путники, посмевшие ступить сюда, пропадают бесследно и их души навсегда остаются в этих песках.
Беззубик чуть замедлил свой стремительный полет. Его огромные изумрудные глаза напряженно и настороженно сканировали безжизненные окрестности. Горячий встречный ветер нес с собой едкий, горький запах самородной серы и свежего пепла, словно эта истерзанная земля сама по себе все еще горела глубоко изнутри. Пролетая над широким, давно высохшим руслом неизвестной реки, Иккинг с ужасом заметил, как из гигантских, бездонных трещин в расколотой земле непрерывно вырываются густые клубы черного, удушливого дыма.
— Дымное Море... — завороженно прошептал юноша, вглядываясь вдаль. — Неужели оно и вправду до сих пор кипит?
Когда они наконец пересекли последние, острые как бритва предгорья, перед ними во всем своем устрашающем величии открылось огромное, бурлящее водное пространство — знаменитое Дымное Море. Его неспокойная поверхность была плотно покрыта густым, неестественно серым туманом. Казалось, будто это плотный, ядовитый дым низко стелется прямо по воде, а горячий, удушливый пар поднимался вверх на добрую сотню футов, скрывая горизонт. Сама вода в море буквально бурлила и шипела, время от времени со страшным ревом выбрасывая в багровое небо обжигающие струи пара, словно гейзеры. Над этим адским морем стоял тошнотворный, невыносимый запах едкой гари и гниющей, разлагающейся плоти, словно сама морская вода была навечно отравлена каким-то мощным, древним проклятием крови.
— Какая же это сюрреалистичная, жуткая картина... — пробормотал Иккинг, до слез пытаясь разглядеть хоть что-то живое за завесой этого кипящего тумана. — Все корабли, которые по глупости или из-за шторма сюда попадают, уже никогда не возвращаются в свои порты. Надеюсь, нам хватит сил и удачи вернуться.
Беззубик предельно настороженно, не мигая, следил за бурлящей поверхностью смертоносной воды. Внезапно огромный дракон всем телом вздрогнул и резко, с грацией хищника, развернулся вправо, словно его невероятно острое зрение уловило что-то или кого-то скрывающегося глубоко под кипящей водой. Иккинг тоже мгновенно напрягся, подавшись вперед в седле и отчаянно стараясь разглядеть, что именно так привлекло внимание его дракона. На одно короткое, леденящее кровь мгновение юноше ясно показалось, что из мутной глубины на поверхность поднимается колоссальный темный силуэт. Это было нечто поистине огромное, со странными, витиеватыми, неземными формами. Но когда Беззубик поспешно облетел это место стороной, жуткая тень исчезла, словно без остатка растворилась в кипящей глубине Дымного Моря.
— Старые легенды гласят, что в этих проклятых водах до сих пор живут древние, ужасающие чудовища, — нервно пробормотал Иккинг, крепче сжимая рукоять меча. — А неконтролируемые остатки темной и кровавой магии Валирии, должно быть, всё ещё продолжают порождать в этих глубинах немыслимых уродцев и плотоядных монстров.
Беззубик угрожающе рыкнул в сторону воды, будто настоятельно предупреждая невидимого врага не приближаться к ним. Мудрый дракон изо всех сил старался держаться как можно выше над кипящими волнами, лишь иногда для острастки издавая короткий, раскатистый рык, чтобы заранее отпугнуть любую потенциальную угрозу из глубин.
Успешно пролетев над морем еще несколько напряженных миль, они наконец добрались до своей истинной цели — к чудовищным руинам самого древнего города, столицы Старой Валирии. Прямо под ними во всем своем пугающем величии раскинулась по-настоящему мрачная, апокалиптическая панорама. Всюду возвышались гигантские, полуразрушенные и оплавленные башни из неизвестного черного камня, толстые черные колонны, покосившиеся и наполовину утонувшие в давно застывшей вулканической лаве, и огромные, древние статуи драконов с отбитыми головами и сломанными крыльями. Огромные, циклопические арочные ворота с выжженными защитными символами когда-то великой, непобедимой империи теперь печально стояли на самой грани обрушения.
Небо над руинами даже днем оставалось неестественно темным, почти ночным — густые багровые тучи, плотно перемешанные с едким серым дымом, надежно скрывали от этого места теплые лучи солнца. Иккинг и Беззубик наконец приземлились. Мертвая земля, полностью пепельная и обугленная, жалобно трескалась и осыпалась под каждым тяжелым шагом Беззубика. Дракон предельно аккуратно, стараясь не поднимать лишней пыли, приземлился на остатки старой, растрескавшейся каменной площади.
— Вот мы и на месте, брат, — очень тихо, почти шепотом сказал Иккинг, грациозно спрыгивая со спины своего дракона на горячую землю. — Посмотри вокруг... это всё, что осталось от некогда самой славной, великой и могущественной Валирии...
Беззубик шумно принюхался к спертому воздуху и издал очень низкий, глубокий и тревожный рык. Его звериные инстинкты буквально кричали о том, что в этих кажущихся мертвыми руинах что-то постоянно движется, нечто невероятно древнее, голодное и поистине зловещее.
Иккинг резко обернулся, прошел несколько шагов по хрустящему пеплу и внезапно замер — перед ним лежали гигантские черные кости невероятно огромного мертвого дракона. Один только истлевший череп этого существа был такого же немыслимого размера, как у легендарной Вхагар. Половина гигантских костей этого древнего мертвеца была неестественно расправлена и вплавлена в камень. А прямо между зияющих, пустых глазниц драконьего черепа невозмутимо прошлось парочка гигантских, отвратительных тараканов-мутантов.
— Как ты думаешь, братец, как звали этого огромного парня при жизни? — с благоговейным ужасом прошептал Иккинг, зачарованно глядя на колоссальные останки. — Возможно, его назвали в честь какого-то древнего валирийского бога, а возможно, за какие-то великие разрушения в битвах ему даровали собственное, грозное имя. Нам уже никогда этого не узнать.
Они предельно осторожно, шаг за шагом, двинулись вперед, изо всех сил стараясь лишний раз не шуметь и не привлекать к себе внимания. И человек, и дракон каждой клеточкой тела отчетливо чувствовали, что здесь, в этих руинах, совершенно точно есть кто-то еще кроме них. Иккинг прекрасно знал из легенд, что Старая Валирия скрывает в своих лабиринтах гораздо больше смертельных тайн и ловушек, чем он мог себе даже предположить. Вокруг них, в густой тени древних, оплавленных колонн, словно явственно слышался тихий, сводящий с ума шепот далекого прошлого, говорящий на мертвом, древнем валирийском языке.
— Мы должны быть предельно осторожны, Беззубик, держись рядом, — тихо скомандовал юноша, обнажая меч. — В этих руинах может скрываться всё что угодно, любая нечисть. Наша главная цель — мы должны во что бы то ни стало узнать, кто именно возродил Красную Смерть и, главное, почему он это сделал.
Беззубик коротко, решительно кивнул. Он до предела напряг все свои мощные мышцы, будучи готовым к любой, даже самой неожиданной опасности. Названые братья смело шагнули вглубь древних, зловещих руин. Густой мрак мертвой Валирии тут же плотно сомкнулся над ними, будто сама эта древняя, голодная тьма совершенно не хотела отпускать живых из своих смертельных, удушающих объятий.
Иккинг и Беззубик предельно осторожно, переступая через завалы, продвигались через горы обломков и полуразрушенные, оплавленные арки, аккуратно ступая по обугленным, некогда прекрасным каменным плитам. Здания вокруг — некогда самые величественные и богатые дворцы и храмы во всем мире — теперь жалко лежали в бесформенных руинах. Гигантские колонны, сильно покосившиеся и сломанные пополам, стояли среди пепла словно гигантские черные призраки, служа немым свидетельством былого, непревзойденного великолепия сгоревшей империи. Беззубик непрерывно и тихо, угрожающе рычал. Он нервно осматривался по сторонам, физически чувствуя, как дикая, неконтролируемая древняя магия буквально пронизывает здесь каждый дюйм спертого воздуха.
— Клянусь, здесь всё ещё невыносимо пахнет свежим огнем и смертью... — тихо пробормотал Иккинг, осторожно, стараясь не поскользнуться, ступая по растрескавшейся, закопченной мозаике. — Как будто Рок случился не века назад, а здесь совсем недавно снова бушевало всепожирающее пламя.
Он медленно подошел к массивному, циклопическому строению с наполовину обрушившейся, проваленной внутрь крышей. Уцелевшие остатки каменных барельефов на его закопченных стенах детально показывали жуткие сцены забытых битв: могучие валирийские драконы отчаянно сражались с какими-то неизвестными, кошмарными тварями, а закованные в броню валирийские воины с валирийскими мечами в руках мужественно отражали натиск жутких, похожих на исполинских змей огнедышащих чудовищ.
— Судя по барельефам, это, должно быть, было дворцом... или каким-то военным храмом, — задумчиво предположил Иккинг, разглядывая резьбу. — Или вообще каким-то древним сооружением, о назначении которого мы уже никогда не узнаем.
Они предельно осторожно, стараясь не шуметь, вошли внутрь полутемного здания через наполовину сломанные, вырванные с петлями кованые ворота. Огромный Беззубик вынужденно пригнулся почти к самой земле, чтобы случайно не зацепить шипами обваливающийся, хрупкий каменный свод, и очень внимательно следил за каждым шагом своего друга впереди. Внутри огромного помещения царил абсолютный, первозданный хаос: повсюду валялись куски обрушенных колонн, расколотые статуи богов и полуистлевшие, выжженные гобелены, втаптываемые в вековую пыль. Но на одном из чудом уцелевших каменных постаментов в центре зала сохранился весьма странный, интригующий предмет — небольшой металлический ящик, богато украшенный замысловатым драконьим узором.
Иккинг, заинтригованный находкой, подошел поближе, сдул пыль и крайне аккуратно приподнял тяжелую крышку. Внутри ящика в беспорядке лежали осколки каких-то драгоценных камней и ржавые обломки очень древнего, незнакомого доспеха. Но один конкретный предмет тут же привлек его пристальное внимание — это была прекрасно сохранившаяся, легкая кольчуга, целиком сплетенная из драгоценной валирийской стали. Она ярко и хищно блестела в скудном сумеречном свете, пробивающемся сквозь дыры в крыше, словно только что, в эту самую минуту, была выкована лучшим мастером.
— Хм... какая невероятная находка, — с восхищением выдохнул Иккинг, бережно доставая броню. — Судя по размеру, это вполне может мне подойти.
Он быстро, не теряя времени, снял свою легкую походную одежду и осторожно надел древнюю кольчугу через голову. К его огромному удивлению, она оказалась поразительно легкой, но при этом невероятно прочной и плотной. Мелкие, мастерски склепанные стальные цепочки идеально и плотно прилегали к его телу, словно вторая кожа, но при этом совершенно не стесняли даже самых сложных боевых движений. Иккинг с удовлетворением провел рукой по темным металлическим кольцам, ощущая приятный, магический холод древней стали.
— Идеально подошла под мой размер... — удивленно пробормотал он, разглядывая себя. — Это явно был невероятно дорогой, эксклюзивный подарок для ребенка или подростка из очень богатой и влиятельной валирийской семьи. Я знаю, что даже самые могущественные лорды Вестероса в наше время не могут позволить себе заказать кольчугу из валирийской стали, тем более таких небольших размеров для своих сыновей. Слишком дорого. А эти древние владыки, видимо, делали это запросто.
Беззубик, привлеченный блеском, с живым интересом толкнул своим мокрым носом сверкающую на груди друга кольчугу, слегка, играючи шевельнув ее кольца. Дракон одобрительно, низко зарычал, словно хотел сказать:
«Отличная броня, она тебе очень идет и защитит в бою».
Оглядываясь дальше, Иккинг заметил рядом, за рухнувшей и расколотой надвое колонной, еще несколько ценных предметов — это были прекрасно сохранившиеся мечи. Один из найденных клинков был довольно длинным, полуторным, с богато украшенной, черненой рукоятью и сложной, изящной гравировкой в виде переплетающихся огненных линий на лезвии. Другой меч был заметно короче, с более легким и тонким клинком. Судя по форме, он был предназначен не столько для грубого разрубания плоти, сколько для точных, смертоносных уколов в сочленения доспехов, и тоже имел весьма затейливый, магический узор на темном клинке.
— Боги, неужели это тоже знаменитая валирийская сталь? — восторженно и немного наигранно проговорил Иккинг.
Он бережно поднял оба меча с пола, профессионально взвешивая их в руках и проверяя баланс. Острие длинного меча хищно сверкало даже в полутьме, будто магическим образом поглощая скудный свет руин, а короткий меч был удивительно легок, почти как птичье перо, и просто идеально сбалансирован для быстрой, маневренной руки.
— Судя по этим находкам, похоже, это действительно остатки какого-то важного места, где в древности часто бывали военные собрания лордов перед великими походами, — задумчиво пробормотал юноша, оглядывая пустой зал. — Возможно, это был некий Большой Зал для закрытых собраний самых влиятельных полководцев.
Иккинг, понимая ценность своей находки, предельно осторожно обмотал все еще невероятно острые, как бритва, лезвия мечей плотным куском запасного полотна и надежно спрятал их в одну из вместительных драконьих седельных сумок Беззубика. Несмотря на свою невообразимую древность и века, проведенные в руинах, это легендарное оружие выглядело так, будто его только что сняли с наковальни — древняя магия крови и драконьего огня, вероятно, надежно и навсегда защитила их от неизбежного разрушения временем.
Они осторожно продолжили свое исследование, проходя мимо древних, почерневших от копоти каменных стен, на которых чудом сохранились фрагменты барельефов и искусных гравировок. На этих картинах из прошлого были изображены сцены грандиозной охоты верхом на огромных драконах, кровопролитные битвы с другими, давно сгинувшими цивилизациями, и процесс создания в магическом пламени первых, легендарных клинков из валирийской стали. Иккинг был искренне поражен невероятным богатством и величием культуры, которую навсегда утратила Валирия в день Рока. Но в то же время, зная об их жестокости и рабовладении, он испытывал к этим мертвым правителям глубокое, инстинктивное отвращение.
— Аристократы Волантиса, как и многие другие, спят и видят, как бы вернуть всё это назад, — с ледяным презрением в голосе произнес юноша. — Но клянусь богами: я лично уничтожу любого, кто посмеет явиться ко мне с предложением возродить эти кровавые, былые времена.
Беззубик, благодаря своей эмпатии, мгновенно почувствовал внутренний гнев Иккинга. Разделяя чувства всадника, дракон глухо и угрожающе зарычал в знак полного согласия.
В одном из просторных, наполовину обвалившихся залов они обнаружили полуразрушенный, массивный трон. Он был целиком высечен из глыбы неизвестного черного камня, теперь густо покрытого вековой пылью и глубокими трещинами. На массивных подлокотниках искусным резчиком были вырезаны головы разъяренных драконов с широко открытыми, клыкастыми пастями.
— Похоже, мы нечаянно забрели в чей-то Тронный зал, — прошептал Иккинг, с любопытством подходя ближе к изваянию.
Он смахнул плотный слой пепла и задумчиво провел рукой по ледяному, гладкому камню. Беззубик тоже осторожно подошел и шумно коснулся трона своим влажным носом, как будто тщательно проверяя, не таится ли в этом древнем предмете какая-нибудь скрытая, магическая опасность. Убедившись, что все в порядке, Иккинг ради интереса на мгновение опустился на холодный трон.
— Знаешь, а каменный трон на Драконьем Камне был куда удобнее этого, — критически пробормотал он, тут же вставая и направляясь дальше вглубь зала.
В самом дальнем, темном углу помещения стояла сломанная, обезглавленная статуя валирийского воина с поднятым копьем. Прямо под ней, на массивном пьедестале, виднелась высеченная надпись. Иккинг аккуратно, стараясь не поднимать лишней пыли, приблизился, медленно наклонил голову и с трудом прочел стершиеся от времени слова на старом валирийском:
«Пепел и кровь. Это единственное, что ждет тех, кто посмел бросить вызов великому дому Белейрис».
— Ага, теперь всё понятно, — с удивлением сказал Иккинг. — Стало ясно, какому именно роду принадлежал этот роскошный дворец. Но если это был их официальный родовой девиз, то, честно говоря, девиз так себе. Какой-то слишком пессимистичный.
Беззубик вдруг настороженно огляделся по сторонам и прижал уши, как будто неожиданно почувствовал чье-то незримое присутствие. В этот же миг легкий, неестественно холодный ветерок прошелся по мертвому залу. Серая пыль зловещим вихрем поднялась в спертый воздух, словно призрачные, неупокоенные тени прошлого вновь на мгновение обрели плоть и ожили.
Стараясь не поддаваться иррациональному страху, Иккинг продолжил осмотр. Он нашел на полу пару тяжелых золотых монет старинной чеканки и быстро подобрал их. Пройдя чуть дальше, в нише он наткнулся на скелет — судя по остаткам истлевшего платья, это были останки знатной женщины. На потемневших костях всё еще тускло блестели прекрасно сохранившиеся золотые украшения с рубинами. Не испытывая особых угрызений совести перед мертвецами, Иккинг подобрал драгоценности и надежно спрятал их в свою походную сумку. Закончив собирать неожиданную добычу, он серьезно посмотрел на напряженного Беззубика:
— Нам определенно пора валить отсюда, брат. Здесь явно что-то не так с этим местом. Возможно, легенды не врут, и здесь действительно бродят озлобленные призраки тех, кто когда-то сгорел в этом огне.
Они медленно, постоянно оглядываясь, вышли из жуткого Тронного зала и продолжили исследовать другие руины. Опускающаяся тьма стремительно сгущалась, и в ночных тенях и без того мрачные руины начинали казаться еще более зловещими и опасными. Но Иккинг твердо знал одно: если кто-то из ныне живущих действительно сумел возродить проклятую Красную Смерть, то ответ на эту загадку кроется именно здесь. Он прячется где-то среди этих обугленных останков величайшей цивилизации в истории человечества. Поэтому молодой король с поистине ослиным упрямством продолжал двигаться среди опасных руин. Он методично заглядывал в сохранившиеся дворцы и храмы, откуда без стеснения забирал все найденные уцелевшие ценные свитки и редкие книги, надеясь найти в них нужные заклинания или упоминания.
Когда густые багровые сумерки окончательно уступили свое место непроглядной ночи, Иккинг и Беззубик стали передвигаться еще более осторожно. Древний, мертвый город, полностью погруженный в первозданный мрак, казался в темноте настоящим ожившим кошмаром. Легкий, порывистый ветер непрерывно нес с собой удушливый запах серы и остывающего пепла, а кроваво-красные отблески на небе наконец угасли, сменившись россыпью редких, пугающе тусклых звезд.
Путники шли вдоль широкого, полностью высохшего русла реки. В эпоху расцвета Валирии это была мощная, полноводная транспортная артерия, надежно соединявшая столицу с Летним морем. Но теперь та жалкая вода, что еще оставалась в русле, была ядовито-бурого цвета и невыносимо отдавала запахом гари и тухлятины. Древние, некогда великолепные мосты, теперь полностью разрушенные и покосившиеся, жалко тянулись своими обломками к другим частям города. Практически все из них, кроме одного чудом уцелевшего, были обрушены прямо в ядовитую грязь.
Когда они осторожно, проверяя каждый камень, пересекли единственную сохранившуюся арку моста, Иккинг заметил массивное, монументальное здание, стоящее почти у самой кромки бывшей реки. Его величественный фасад был искусно украшен барельефами в виде огромных открытых книг и сложно переплетающихся длинных драконьих хвостов. Тяжелые бронзовые двери наполовину обрушились и заржавели, но высоко над главным входом всё еще отчетливо читалась высеченная надпись на старом валирийском:
«Великая Библиотека Валирии».
— Боги милосердные... это же та самая библиотека?! — одновременно удивленно, не веря своим глазам, и бесконечно радостно пробормотал Иккинг, поспешно подходя ближе к зданию. Похоже, ему всё-таки придется всерьез подучить свой ломаный валирийский, чтобы прочесть хранящиеся здесь знания.
Беззубик, идя следом, осторожно и шумно фыркнул, напряженно обнюхивая воздух вокруг здания. Чувствительный дракон явно ощущал здесь мощные остатки какой-то древней защитной магии, словно сама эта библиотека до сих пор охранялась невидимой, грозной силой от незваных гостей.
— Это просто невероятно... Если здесь, в этих стенах, действительно сохранились древние книги, мы сможем узнать практически всё о том, что происходило здесь до Рока, — восторженно сказал Иккинг, с трепетом прикоснувшись рукой к закопченному, покосившемуся дверному косяку.
Он предельно осторожно заглянул внутрь темного проема. Сквозь широкие трещины в стенах и огромные проломы в крыше проникал бледный лунный свет, жутковато освещая бесконечные ряды огромных, обугленных книжных шкафов. Большинство деревянных полок были абсолютно пусты или завалены лишь горами обгоревших, нечитаемых свитков. Но, к огромной радости Иккинга, некоторые толстые фолианты всё ещё лежали на своих законных местах, будучи просто покрытыми толстым, защитным слоем серой пыли и пепла. Однако подробно рассмотреть всё помещение было невозможно — большинство пространства огромного зала было скрыто в непроглядной, густой темноте.
— Пожалуй, мы вернемся сюда завтра, с первыми лучами солнца, — разумно решил Иккинг, вглядываясь в темный, потенциально опасный просторный зал с высокими колоннами. — Сейчас исследовать это место уже слишком темно и рискованно.
В целях безопасности они решили остановиться на ночлег неподалеку от библиотеки, на относительно открытом месте вблизи у русла реки. Огромный Беззубик уютно улегся у подножия старого, расколотого мраморного постамента, надежно закрывая своим массивным телом спину хозяина от холодного ночного ветра. Иккинг быстро разложил и разжег небольшой костерок, но огонь почему-то горел очень слабым, неестественным голубоватым светом из-за свойств странной, окаменевшей древесины, найденной им поблизости.
— Здесь даже обычный огонь горит как-то иначе, — тихо, с легкой дрожью сказал юноша, задумчиво подбрасывая очередную сухую щепку в мистическое пламя.
Беззубик посмотрел на своего друга, мягко, успокаивающе урча, и тяжело уложил шипастую голову на скрещенные передние лапы. Иккинг, ища утешения, подошел к дракону и сел совсем рядом с ним, неотрывно глядя на темные, отравленные воды реки, которые в лунном свете казались густыми и вязкими, как смола.
— Знаешь, брат, это место... — задумчиво и печально произнес король. — Оно навсегда проклято богами. И здесь нет ничего, кроме боли.
Беззубик тихо, согласно рыкнул в знак солидарности и медленно прикрыл тяжелые веки, отчаянно стараясь расслабиться и восстановить силы после невероятно долгого и напряженного пути. Иккинг плотно прислонился спиной к теплому боку Беззубика и задумчиво посмотрел вверх, на звездное небо Валирии. Несмотря на жутковатое багровое свечение атмосферы, некоторые звезды все же были отчетливо видны — они казались необычайно яркими и пронзительно холодными. Юноша невольно вспомнил те далекие, счастливые ночи на родном Олухе, когда они с Беззубиком так же просто лежали на вершине скалы, беззаботно глядя на звезды и отчаянно мечтая о дальних, захватывающих путешествиях.
— Клянусь, я никогда в жизни бы не подумал, что однажды окажусь в таком месте, брат, — тихо, с грустной усмешкой сказал он. — Прямо в самом мертвом сердце древней Валирии. Видеть воочию то, что осталось от величайшей империи мира... и осознавать то, что мы с тобой вообще переродимся после нашей смерти в совершенно другом мире. Всё это так странно.
Беззубик громко, вибрирующе замурчал, как бы телепатически говоря: «Самое главное — это то, что мы вместе. Мы всегда, в любой жизни будем вместе, брат. И поверь мне, этого более чем достаточно». Иккинг, поняв посыл, слегка, искренне улыбнулся. Он крепко, с любовью обнял верного друга за горячую чешуйчатую шею и, наконец, закрыл уставшие глаза. Накопленная колоссальная усталость после многодневного пути начала неотвратимо давать о себе знать.
Непроглядная тьма плотным саваном опустилась на мертвые руины. Вдалеке то и дело слышались странные, пугающие звуки — то ли это были просто отголоски ветра, воющего в пустых древних башнях, то ли голодный рык какого-то невидимого, кошмарного существа. Но Иккинг твердо знал: пока с ним рядом Беззубик, он сможет справиться с любой, даже самой страшной опасностью этого мира.
— Завтра... завтра мы обязательно узнаем больше... — сонно прошептал юноша, окончательно погружаясь в глубокий, спасительный сон.
Вековой мрак Валирии плотно окутал их лагерь, но на душе у короля было на удивление спокойно. Они были вместе, спина к спине, и он знал, что впереди, среди этих руин, их точно ждут ответы на те страшные вопросы, которые неотступно тревожили его с самого момента его магического возрождения в Вестеросе.
Глубокая ночь накрыла Старую Валирию невыносимо тяжелым, ядовитым туманом, и лишь очень слабый, кроваво-багровый свет луны с трудом пробивался сквозь густые, пепельные облака. Иккинг и Беззубик мирно спали у своего угасающего импровизированного лагеря на каменистом берегу высохшей реки. Огромный Беззубик плотным кольцом свернулся вокруг Иккинга, надежно защищая его своим бронированным телом даже во сне. Тихое, мерное и успокаивающее урчание спящего дракона было единственным живым звуком в этой мертвой тишине руин.
Внезапно идиллия была разрушена: Беззубик резко, как пружина, вскочил на лапы. Все его мощные мышцы мгновенно, до предела напряглись, а индиговые глаза сверкнули в темноте неподдельной, первобытной яростью. Зверь хищно оскалил длинные зубы и очень тихо, угрожающе зарычал, неотрывно устремив свой горящий взгляд на темную, вязкую воду реки. Его хвост нервно, хлестко подергивался из стороны в сторону, а широкие ноздри часто раздувались, безошибочно ловя в воздухе резкий, незнакомый запах смертельной опасности.
— Беззубик? — испуганно и сонно прошептал Иккинг, мгновенно просыпаясь от рыка дракона. Он проворно вскочил на ноги, с тревогой заметив, как его друг сгруппировался и явно готовится к смертному бою. — Что случилось, брат? Что такое ты почуял во тьме?
Но Беззубик никак не реагировал на слова Иккинга, он лишь продолжал рычать всё громче и злее, ни на секунду не отводя горящих глаз от неподвижной водной глади. Иккинг, доверяя инстинктам зверя больше, чем себе, сразу понял, что дракон почувствовал неминуемую, приближающуюся угрозу. Он полностью доверился другу и медленно, стараясь не делать резких движений, потянулся к своему верному мечу Инферно. Привычно проведя рукой по рукояти, он активировал скрытый механизм лезвия, и валирийский меч тут же ярко, ослепительно засиял во тьме магическим огнем.
— Эй, кто здесь?! Выходи! — громко, с вызовом крикнул Иккинг в окружающую пустоту, отчаянно стараясь разглядеть в свете меча хоть какое-то подозрительное движение на темной воде.
Внезапно черная поверхность отравленной реки буквально взорвалась бурлящей массой воды, грязи и кипящего пара. Из мутной глубины стремительно, словно извивающаяся пружина, поднялось массивное змееподобное тело. Оно было сплошь покрыто толстой, ромбовидной чешуей неестественного темно-красного цвета с яркими, пульсирующими оранжевыми прожилками, и светилось изнутри, словно раскаленный добела металл, вынутый из кузнечного горна. Вынырнувшее чудовище, чья длина явно превышала внушительные 90 метров, угрожающе извивалось над землей и кипящей водой. Огромные глаза невидимого доселе существа зловеще горели желтым светом в ночи, а непропорционально широкая пасть была густо усеяна невероятно острыми, изогнутыми как кривые копья зубами, растущими в два плотных ряда. Иккинг, вздрогнув, понял из старых книг: это был легендарный Огненный Червь — невероятно древнее и смертоносное создание, которое обитало в раскаленных недрах Четырнадцати Огней еще задолго до исторического появления первых валирийских драконов.
Гигантский Червь издал оглушительный, шипящий рев, от которого содрогнулись руины, и молниеносно атаковал, бросившись прямо на путников. Однако бдительный Беззубик немедленно, с кошачьей грацией отскочил в сторону, ловко увлекая за собой опешившего Иккинга подальше от удара. Огненный червь, с лязгом сомкнув пустые челюсти и не сумев с ходу укусить юркую добычу, резко развернул массивную голову. Чудовище широко раскрыло пасть и плюнуло густым, как жидкая вулканическая магма, липким огнем прямо в сторону черного дракона. Но Беззубик успел вовремя сгруппироваться и плотно прикрылся своими широкими, перепончатыми крыльями, как непробиваемым щитом. Вражеский огонь, хоть и был невероятно мощным и обжигающим, физически не мог пробить или расплавить уникальную, огнестойкую чешую Ночной Фурии — самую крепкую и надежную драконью чешую в этом мире.
— Боги, это настоящий Огненный Червь! — крикнул Иккинг, плотно прижимаясь к теплому боку Беззубика и крепко держа пылающий меч наготове для защиты. — Значит, древние легенды не врали! Они существуют!
Огненный червь, прекрасно понимая, что его первый бросок и второй огненный удар совершенно не удались, не сдался. Он с утробным шипением метнулся вперед по земле, отчаянно пытаясь укусить и намертво обхватить бьющееся тело Беззубика своими длинными кольцами, дабы задушить его в смертельном объятии. Но дракон, виртуозно используя свои внушительные размеры, невероятную реакцию и недоступную червям скорость, мощно оттолкнулся сильными задними лапами. Он ловко увернулся от броска и, бережно держа в передних лапах Иккинга, резко рванулся высоко вверх, спасаясь в воздухе. Зверь тактически не давал неповоротливому Червю ни единой возможности обхватить его туловище.
Упустив добычу, Червь снова слепо попытался атаковать воздух, но на этот раз разъяренный Беззубик решительно перешел в активное наступление. Иккинг, улучив момент, ловко спрыгнул с лап друга прямо в седло и пристегнулся. Беззубик, мастерски маневрируя в ночном воздухе, резко сложил крылья и камнем ринулся вниз на врага. Дракон с невероятной силой и точностью вцепился острыми когтями и клыками прямо в длинное, уязвимое горло слепого чудовища. Мощные челюсти Ночной Фурии намертво сомкнулись на толстой шее Червя с поистине ужасающей, сокрушительной силой.
Почувствовав боль, Огненный червь безумно закрутился вокруг Беззубика. Он отчаянно пытался задушить крылатого противника, обернув свое тяжелое, мускулистое тело вокруг него. Однако опытная Ночная Фурия двигалась слишком быстро и непредсказуемо, гибко извиваясь и физически не давая врагу плотно захватить свое скользкое тело. Смертоносные зубы Беззубика тем временем еще глубже, с хрустом проникли в жесткую чешуйчатую плоть противника, разрывая артерии, и горячая, темная кровь червя обильно залила сухую землю. Гигантский Червь издал пронзительный, жалобный рев, отчаянно извиваясь и пытаясь высвободиться из захвата. Но Беззубик, почувствовав вкус победы, только сильнее и безжалостнее усиливал смертельную хватку, как и подобает истинному, высшему хищнику. А Иккинг изо всех сил, до побеления костяшек держался за края седла; если бы не надежная кожаная страховка, то от таких невероятных маневров он упал бы на острые камни уже очень давно.
В слепой, предсмертной ярости Огненный Червь попытался из последних сил извергнуть из порванной глотки еще один испепеляющий поток огня. Но Беззубик, контролируя ситуацию, среагировал мгновенно — он открыл пасть и выпустил свой коронный, мощный заряд плазмы в упор, прямо в раскрытую, окровавленную пасть Червя. Ослепительная вспышка яркого плазменного света осветила всё вокруг, как днем, а длинное тело Огненного Червя судорожно задрожало в невыносимой агонии. Огненный поток в его глотке навсегда угас, и гигантское, израненное тело чудовища медленно, как сдутый бурдюк, обмякло, тяжело падая на растрескавшуюся землю.
Беззубик, оставаясь бдительным, еще долго не убирал свои тяжелые, когтистые лапы с горла поверженного врага, пока окончательно не убедился, что чудовище больше не дышит и не двигается. Когда же дракон наконец, с влажным чавканьем разжал сведенные челюсти, мертвый червь тяжелым, безжизненным грузом окончательно упал на землю. Его длинное, змееподобное тело уродливо растянулось вдоль грязного берега, а из страшных рваных ран всё ещё толчками вытекала густая, дымящаяся кровь.
— Ты сделал это, брат! Клянусь, ты невероятен! — с облегчением выдохнул Иккинг, дрожащей рукой гладя тяжело дышащего Беззубика по шее. — Этот кошмарный Огненный червь окончательно побежден!
Дракон, осознавая свой триумф, гордо, по-королевски поднял шипастую голову, с шипением выдыхая остатки плазменного пара из раздувающихся ноздрей. Он слегка приподнял свой мощный хвост и торжественно, громогласно издал протяжный рык абсолютной победы. Этим звуком он недвусмысленно показывал всем обитателям руин, кто тут на самом деле является истинным хозяином и главным Высшим Хищником. Если где-то поблизости в темноте и прятались те твари, кто хотел этой ночью поужинать свежей драконьей плотью, то теперь они гарантированно и навсегда передумали.
Когда мертвая тишина вновь плотным покрывалом накрыла берег реки, Иккинг аккуратно, стараясь не поскользнуться на крови, слез со спины Беззубика. Вместе они крайне осторожно приблизились к бездыханному телу поверженного чудовища. Огненный червь всё ещё слабо, но зловеще дымился, однако теперь он явно был совершенно мертв. Иккинг, с научным любопытством осматривая исполинскую тушу, задумчиво пробормотал себе под нос:
— Не понимаю... как это глубинное существо вообще оказалось здесь, на поверхности? Старые легенды гласят, что они должны постоянно обитать глубоко под землей, в раскаленных недрах Четырнадцати Огней. Может быть, что-то страшное и необратимое в руинах Валирии снова разбудило этих древних монстров и выгнало их наружу?
Беззубик, изрядно вымотанный скоротечным, но тяжелым боем, устало улегся на теплую землю. Зверь принялся тщательно вылизывать мелкие царапины и раны на своих губах, которые образовались из-за трения об острые, как бритва, чешуйки убитого огненного червя. Иккинг тоже без сил присел рядом с мордой чудовища, напряженно пытаясь логически понять, что именно здесь произошло. Ведь если слепые Огненные Черви, веками не видевшие солнца, действительно начали массово появляться за пределами своих спасительных вулканов, значит, какая-то могущественная сила пробудила их древнюю ярость.
— Слушай... а может, это странное явление как-то напрямую связано с возрождением Красной Смерти? — задумчиво, строя гипотезы, сказал он, рассеянно поглаживая отдыхающего друга по крылу.
Беззубик посмотрел на своего всадника большими, на удивление теплыми глазами, и его взгляд словно говорил: «Не переживай, мы обязательно во всем разберемся».
Иккинг встал и еще раз, уже более детально и профессионально, внимательно осмотрел мертвого Огненного Червя. Вблизи это чудовище действительно поразительно сильно напоминало классического дракона, но оно было полностью лишено крыльев. Его невероятно вытянутое, змееподобное мускулистое тело покоилось на земле, как гигантская, замершая на мгновение багровая волна. Крепкая, как броня, чешуя, покрытая светящимися прожилками, красиво переливалась темно-красными, кровавыми оттенками в неверном свете. А массивные, кривые зубы устрашающе торчали из приоткрытой, безжизненной пасти.
— Это просто... поразительно, с научной точки зрения, — завороженно прошептал Иккинг, присев на корточки прямо у массивной, остывающей головы существа. — Старые мейстеры говорят, что эти подземные огненные черви — это ваши самые ближайшие, прямые эволюционные родственники, точно так же, как и мелкие крылатые виверны. Посмотри, он ведь выглядит точь-в-точь как бескрылый дракон, просто похож на огромную толстую змею с когтистыми лапами. В знаменитых трудах умного септона Барта открыто пишется смелая теория о том, что вы, драконы, не произошли естественным путем эволюции, а могли быть искусственно скрещенными тварями. Он предполагал, что древние, магически одаренные валирийцы могли каким-то образом скрестить подземного огненного червя и летающую виверну, тем самым получив идеального, первого дракона. От дикой виверны вы взяли легкое строение тела и способность летать, а от огненного червя — невообразимую прочность тела, абсолютную огнестойкость, способность эффективно дышать огнем, постоянно расти на протяжении всей жизни и, конечно же, ваш высокий интеллект.
Говоря это, Иккинг задумчиво, не боясь обжечься, провел рукой по остывающему телу огненного червя. На ощупь чешуя и вправду была точно такой же, как драконья, только пока еще оставалась неестественно теплой.
Беззубик предельно внимательно следил за неосторожными действиями своего друга. Время от времени он угрожающе фыркал, будто всё ещё сомневаясь и проверяя, не оживет ли внезапно снова этот опасный монстр. Иккинг, заметив нервозность зверя, мягко похлопал дракона по черному боку, успокаивая:
— Всё хорошо, брат, расслабься. Он абсолютно мертв. Ты его честно и справедливо одолел.
Иккинг, повинуясь привычке исследователя, быстро вытащил из поясной сумки свою потертую записную книжку в кожаном переплете и кусочек угольного карандаша. При этом он всё ещё крепко держал в левой руке пылающий магическим огнем меч Инферно, умело используя его как яркий факел для освещения. Он аккуратно присел на один из относительно чистых камней, с которого хорошо было видно всё огромное тело поверженного существа. Искренне вдохновленный невероятной мыслью о том, что он, возможно, является первым из ныне живых людей, кто воочию увидел это древнее, мифическое создание вблизи, он начал делать быстрые, профессиональные зарисовки с натуры.
— Так, посмотрим... — сосредоточенно пробормотал он, делая несколько точных набросков пропорций чудовища. — Длина, навскидку, около 70 или даже 80 метров? Само тело очень гибкое, змееподобное, полностью покрыто очень толстой, прочной темной чешуей с характерными огненными прожилками, которые, видимо, служат для теплоотвода. Широкая пасть с длинными, изогнутыми внутрь зубами, строение челюсти как у классического дракона, но крылья полностью отсутствуют.
Он сильно прищурился, пытаясь разглядеть в тусклом свете еще что-то необычное или уникальное. Вскоре он заметил, что чешуя, расположенная ближе к голове монстра, была значительно толще, грубее и плотнее, чем на остальном теле, словно она служила не только для защиты, но и как инструмент для копания земли с очень твердой породой. На толстой шее также отчетливо виднелись небольшие, но крепкие роговые шипы, которые, вероятно, использовались червем как бур.
— Хм, возможно, эти боковые шипы помогают ему надежно удерживать извивающуюся добычу, когда он хватает ее под землей, — вслух заметил Иккинг, быстро и умело делая новую, более детальную зарисовку массивной головы с широко раскрытой пастью. — Огненное дыхание этого вида действительно невероятно мощное и густое, но, похоже, оно все же немного слабее и менее концентрированное, чем у взрослого дракона. Смею предположить, что он чаще использует свой огонь для устрашения противников или плавления породы, а не для прямого нападения в бою.
Беззубик, привлеченный шелестом страниц, с явным, почти человеческим любопытством заинтересованно заглянул в открытую записную книжку через плечо хозяина. Особенно когда Иккинг для наглядного масштаба схематично нарисовал его, Ночную Фурию, прямо рядом с поверженным червем.
— Не переживай, ты, конечно, объективно больше, маневреннее и гораздо сильнее этого червяка, — с доброй улыбкой отметил юноша, ласково потянув Беззубика за теплую чешую на шее.
Иккинг привычно перевернул исписанную страницу и убористым почерком начал записывать свои научные наблюдения:
«Огненный Червь — невероятно древнее, подземное существо, обитавшее глубоко в недрах Четырнадцати Огней еще задолго до исторического появления драконов. По общему размеру этот вид весьма схож с крупными драконами, но критически отличается строением тела — оно змеиное, очень гибкое, и полностью лишено каких-либо зачатков крыльев. Огонь, который выдыхает этот зверь, столь мощный и концентрированный, что способен легко расплавить твердые камни, однако причинить существенный физический вред уникальной, огнестойкой чешуе Ночной Фурии он не способен. Основная боевая сила этого существа заключается в его невероятной телесной мощи и огромной длине. В бою он может кольцами обвивать противника и с чудовищной силой сжимать его, тем самым удушая жертву. Данный конкретный экземпляр погиб от точного и мощного укуса Ночной Фурии прямо в шею. Важное наблюдение: его огнестойкая чешуя хоть и невероятно крепкая, почти как драконья броня, однако в нижних областях тела, на животе, она довольно мягкая, уязвимая и не способна выдержать прямую физическую атаку драконьих клыков и когтей. Вывод: это существо является очень опасным хищником в своей среде обитания, но оно оказалось крайне уязвимо перед превосходящей маневренностью, скоростью и силой взрослого дракона».
Закончив писать, Иккинг задумчиво, с тревогой посмотрел на остывающее тело чудовища, напряженно обдумывая полученные сегодня знания.
— Если это сугубо подземное создание почему-то выбралось на самую поверхность, значит, прямо сейчас в глубоких недрах Старой Валирии происходит что-то по-настоящему страшное и неестественное, — очень тихо, содрогаясь от догадки, сказал он. — Может быть, древняя магия крови вновь неконтролируемо пробуждается, или же кто-то намеренно и сознательно использует эту темную силу для своих, пока неизвестных нам целей.
Закончив все необходимые записи, Иккинг аккуратно закрыл свой дневник, спрятал его в сумку и с любовью обернулся к Беззубику.
— Мы должны быть теперь еще осторожнее, брат, чем раньше. Если здесь, на поверхности, свободно водятся такие жуткие твари, значит, далеко не всё в мертвой Валирии действительно мертво. Вполне возможно, что очень скоро мы наткнемся на еще более опасные и непредсказуемые древние создания. Будь начеку.
Беззубик мягко, преданно фыркнул, словно давая немую клятву защищать своего всадника, несмотря ни на какие опасности. Уставший дракон вновь тяжело положил шипастую голову на скрещенные лапы, но его глаза всё ещё настороженно поглядывали на неподвижное тело змея. Он был готов при первой же необходимости снова вскочить и вступить в смертельный бой.
— Отдохни пока, на сегодня битв достаточно, — ласково сказал Иккинг, успокаивающе погладив друга по теплой щеке. — Завтра на рассвете мы отправимся дальше вглубь. Нам во что бы то ни стало нужно найти еще хоть какие-то следы того, кто или что сумело воскресить проклятую Красную Смерть.
Беззубик с облегчением тяжело вздохнул, удобнее устраиваясь на холодной земле. А Иккинг, кутаясь в плащ, ещё раз, с необъяснимой тревогой, оглянулся на мертвого Огненного Червя. Это кошмарное существо было только малой, незначительной частью огромной, непостижимой тайны, которую ревностно хранила в себе Старая Валирия. В уставшей голове короля всё ещё непрерывно крутились тревожные мысли о том, кто именно и зачем поднял эти древние, разрушительные силы. Но сейчас, после такого невероятно изнурительного, нервного боя, его единственным, непреодолимым желанием было просто немного поспать и восстановить силы.
— Завтра мы продолжим наши поиски, — тихо, почти шепотом произнес Иккинг, плотно прижимаясь к горячему боку Беззубика, ища тепла и защиты.
Глубокая ночь вновь безжалостно окутала мертвые руины. Но теперь названые братья спали очень чутко и были настороже, будучи морально готовыми к любому новому, неожиданному нападению из темноты.
Рассвет над руинами Старой Валирии выдался по-настоящему странным и зловещим — небо всё ещё оставалось тревожно-багровым, словно прошедшая ночь категорически отказывалась отпускать этот проклятый богами город. Иккинг медленно открыл глаза, почувствовав, как тусклые, болезненные солнечные лучи с трудом пробиваются сквозь густой, вечный туман из пепла и серы. Беззубик уже давно был на ногах. Огромный дракон предельно настороженно, не делая резких движений, оглядывал мертвые руины и непрерывно шумно втягивал ноздрями воздух, чутко улавливая малейшие запахи на холодном ветру.
— Доброе утро, брат, — хрипло сказал Иккинг, со стоном потянувшись на жесткой земле и разминая затекшие мышцы. — Похоже, слава богам, эта ночь прошла для нас относительно спокойно.
Беззубик коротко кивнул, тихо, успокаивающе фыркнув, и ласково коснулся своим горячим, влажным носом плеча друга. Иккинг благодарно усмехнулся и проворно вскочил на ноги, готовясь к новому дню исследований. После очень быстрого, скудного перекуса остатками вяленого мяса они решили не терять времени и вновь направились к той самой полуразрушенной библиотеке, которую нашли накануне.
Путь братьев пролегал через широкие, заброшенные улицы, ныне густо поросшие жесткими дикими кустами и сухими, ядовитыми колючками. Когда-то величественные крыши зданий давно обрушились под тяжестью времени и катастроф, и теперь их массивные обломки хаотично валялись на земле. Идеально ровные мраморные плиты мостовых за эти долгие века сильно потрескались, и между ними упрямо пробивалась странная, жесткая красноватая трава. Древние валирийские статуи, сильно покосившиеся и уродливо изуродованные временем и огнем, стояли вдоль улиц как молчаливые, мрачные стражи, всё ещё ревностно охраняющие забытые тайны мертвого города.
Иккинг и Беззубик целенаправленно направились к одному из самых крупных и относительно целых залов бывшей библиотеки. Внутри этого колоссального помещения всё было практически полностью разрушено: огромные резные колонны и обломки тяжелой крыши в беспорядке валялись на полу. Потолок давно провалился внутрь, открывая вид на багровое небо, но среди этих мрачных развалин они сразу же заметили кое-что необычное.
— Похоже, именно это место когда-то служило для них главным читальным залом, — задумчиво сказал Иккинг, осторожно подходя к массивному, резному книжному шкафу, который каким-то невероятным чудом уцелел среди окружающего хаоса и разрушений.
Он предельно осторожно, стараясь не повредить хрупкую вещь, вытащил с полки одну из книг — самую большую и толстую из всех. Тяжелый кожаный переплет древнего фолианта был густо покрыт едкой серой пылью, но сами пергаментные страницы внутри всё ещё оставались удивительно целыми, что не могло не обрадовать юного исследователя. На потертой обложке выцветающими, но все еще читаемыми золотыми буквами было написано на древнем валирийском: «Полная История Драконьих Владык: Их возвышение и неизбежное падение».
— О боги, вот это поистине невероятная находка! — восхищенно и благоговейно пробормотал Иккинг, бережно сдувая пыль с обложки. — Здесь может быть скрыто абсолютно всё: подробная история семей драконьих лордов, их истинное происхождение и хронология развития. Эти знания нам точно очень пригодятся в будущем.
Они начали исследовать уцелевшие секции библиотеки гораздо более тщательно и вскоре нашли множество других бесценных книг и древних манускриптов, переживших катастрофу. Среди их находок были подробные трактаты по забытой истории других древних цивилизаций, десятки увлекательных рассказов о великих драконьих владыках и подробные хроники Валирии за все пять тысяч лет её существования. Там же обнаружились подробные тексты о жестоких древних ритуалах, религиозных традициях, верованиях и повседневных обычаях валирийцев. Также в шкафах были найдены невероятно точные, подробные карты, детально изображающие Старую Валирию и весь континент до Погибели. К огромному восторгу короля, Иккинг нашел еще одну уникальную карту — полную, подробнейшую карту неизученных материков Ультоса и Соториса, о которых в Вестеросе ходили лишь смутные, пугающие легенды.
— Это же просто бесценное сокровище... — тихо, с придыханием сказал Иккинг, бережно собирая все эти хрупкие книги и аккуратно складывая их в пустые переметные сумы на седле Беззубика. — Мы во что бы то ни стало должны взять все эти книги с собой в Королевскую Гавань. Эти древние знания могут очень многое нам объяснить.
После тщательного изучения остатков библиотеки они, сверившись с найденными планами города, решили пройти к южной части столицы. Именно там, согласно картам, находились знаменитые ремесленные мастерские и кузницы, где ковалась валирийская сталь. Беззубик предельно осторожно, как огромная черная кошка, передвигался среди острых каменных обломков, напряженно прислушиваясь к каждому подозрительному шороху в руинах.
На самой окраине города они наконец обнаружили массивное, циклопическое здание с невероятно высокой кирпичной трубой, которая, несмотря на разрушения, всё ещё гордо возвышалась над окружающими руинами. Внутри огромного помещения было невыносимо темно, гулко и сыро, но в спертом воздухе до сих пор отчетливо чувствовался слабый, металлический запах раскаленного металла и крови. Спустившись вниз, Иккинг с изумлением понял, что подвал этого промышленного здания был по площади гораздо больше, чем само строение на поверхности. Глядя на поразительно сложное и продуманное переплетение огромного количества бронзовых труб, Иккинг с досадой осознал, что древняя система водоснабжения в этом мертвом городе была развита в разы лучше, чем во всем современном ему мире. Вне всяких сомнений, это была кузница — легендарная древняя кузница Валирии.
На гигантской, оплавленной наковальне всё ещё в беспорядке лежали тяжелые молоты и щипцы, будто напуганные мастера бросили свои инструменты в страшной панике, пытаясь спастись от надвигающегося Рока. На закопченных каменных стенах всё еще висело готовое оружие и элементы доспехов, некоторые из которых оказались совершенно целы и не тронуты ржавчиной. Но главное сокровище ждало их в самом дальнем, пыльном углу — там на каменном полу аккуратно стояли несколько готовых, увесистых слитков чистой валирийской стали.
— Боги, еще валирийская сталь... — не веря своим глазам, Иккинг осторожно, кончиками пальцев коснулся одного из тяжелых слитков. Уникальная сталь была ледяной и угольно-черной, но на падающем свету она причудливо отливала глубоким синим пламенем.
Продолжая осмотр, они нашли еще несколько готовых валирийских мечей с древними, инкрустированными драгоценными камнями рукоятями, которые были сплошь покрыты искусной резьбой в виде летящих драконов. Иккинг внимательно осмотрел арсенал и выбрал для себя два превосходно сбалансированных коротких клинка и один длинный, полуторный меч. На его широком лезвии золотом была выгравирована надпись на валирийском: «Пламя и Кровь».
— Вы серьезно?! У них что, вообще другого словарного запаса нет, что ли?! — с досадой выдохнул король, закатив глаза. — Твердят одно и то же. Вот ведь придурки кровожадные и неучи.
Исследуя соседний разрушенный дворец, примыкающий к кузницам, они случайно наткнулись на небольшую комнату с массивным каменным письменным столом и разбросанными старинными свитками. Иккинг, простукивая стены, обнаружил за одним из покосившихся книжных шкафов скрытый тайник. Взломав хитрый замок кинжалом, они открыли его и обнаружили там весьма важные, чудом уцелевшие бумаги. На одном из ветхих свитков были подробно начертаны сложные химические формулы и алхимические схемы. Иккинг, напрягая все свои скудные знания валирийского, кое-как прочел странные символы и крайне удивился — оказалось, это были точные расчеты и древние формулы создания того самого магического черного камня. Именно из него были когда-то построены Черные Стены Волантиса, древняя крепость Драконий Камень и, судя по всему, сами монументальные здания Валирии.
— Так вот как именно они создавали этот неразрушимый материал... — завороженно прошептал он, вчитываясь в рецепт. — Они смешивали вулканический обсидиан с обычным песком, крошеным гранитом, алмазной пылью и какими-то редкими минералами. А затем они обжигали эту смесь концентрированным огнем драконов прямо до жидкого, текучего состояния. Позже эта масса остывала, тем самым затвердевая, и становилась прочнее любой известной стали.
Иккинг невероятно аккуратно свернул хрупкие свитки в тугую трубку и бережно спрятал их в самую надежную сумку, подальше от влаги.
— Эти знания нам абсолютно необходимо сохранить, — широко и довольно улыбаясь, произнес он. — С их помощью мы сможем строить неразрушимые замки.
Когда багровый день уже медленно клонился к вечеру, Иккинг и Беззубик решили в целях безопасности переместиться на южную, возвышенную сторону Старой Валирии. Они хотели уйти как можно дальше от мутной воды реки, где ночью вполне могли снова появиться те жуткие огненные черви или твари похуже. Они выбрали надежное, защищенное со всех сторон место высоко среди гор, где теплые, непрекращающиеся ветры приносили едкий запах вулканической серы. Именно здесь, на ровном, просматриваемом плато между двумя отвесными скалами, они и разбили свой скромный ночной лагерь.
Беззубик предельно внимательно, не мигая, осматривал темнеющие окрестности, тщательно проверяя территорию на наличие любых потенциальных угроз. А тем временем Иккинг расстелил свой плащ на земле и аккуратно разложил на нем все добытые за день древние книги, свитки и бесценное оружие.
— Слушай, а как ты думаешь, как бы мы назвали мой новый, будущий королевский дворец, который мы построим в Королевской Гавани из этого черного камня? — задумчиво спросил он, опираясь спиной о теплый валун. — Может быть, назовем его Черный Замок? Или, скажем, Темная Крепость?
Услышав такие варианты, Беззубик в ответ лишь выразительно, по-человечески закатил глаза и фыркнул.
— Да-да, полностью с тобой согласен, звучит слишком банально, пафосно и вообще так себе, — рассмеялся юноша. — Нам определенно стоит придумать что-то гораздо получше и оригинальнее.
Беззубик тяжело, со вздохом улегся рядом с костром, мягко урча от накопившейся за этот долгий день усталости. Иккинг, несмотря на дикую физическую и моральную усталость, не мог уснуть. Он снова бережно открыл одну из древних книг и, щурясь в свете пламени, начал вдумчиво читать. Теперь, чудесным образом обладая этими утраченными знаниями Валирии, он действительно мог построить для своего народа совершенно новое, безопасное будущее.
— Но нам всё-таки надо хоть немного выспаться, — громко зевнул Иккинг, потирая слипающиеся глаза и закрывая книгу. — Завтра мы с новыми силами продолжим наши поиски. — сказал он, уютно прислоняясь спиной к горячему боку дракона. — Я очень надеюсь, что завтра мы найдем еще кое-что по-настоящему интересное и, главное, ответы на наши вопросы.
Беззубик лишь тихо, убаюкивающе замурчал ему в ответ, прекрасно понимая, что их долгий и опасный путь в этом проклятом месте еще только-только начинается.
Последующие два месяца Иккинг и Беззубик полностью посвятили детальному изучению полуострова Старой Валирии. Они методично исследовали опасные развалины, днями напролет летали над сохранившимися древними дорогами и пересекали острые горные хребты, отчаянно пытаясь раскрыть все сокрытые тайны этого проклятого места. Иккинг, как одержимый ученый, скрупулезно записывал в свои дневники абсолютно всё, что им удавалось найти: исторические заметки, забытые рецепты уникальных металлов, подробные карты, а также расшифрованные записи древних кровавых обрядов и преданий.
Довольно скоро Иккинг понял, что для дальнейших, более глубоких исследований им жизненно необходимо надежное, капитальное укрытие. Им нужно было безопасное место, способное надежно защитить их от кислотного дождя и пепельных бурь, а также от любых непрошеных гостей. Внимательно следуя найденным алхимическим формулам создания магического черного камня, Иккинг, путем проб и ошибок, сумел наладить его кустарное производство. К его огромному облегчению, в древней формуле не было ни единого слова о необходимости использовать человеческую или драконью кровь, как упорно утверждали жуткие легенды в Вестеросе. Основой для неразрушимого материала служили лишь вулканический обсидиан и специфические минералы. Эта смесь просто подвергалась воздействию экстремально высоких температур драконьего пламени, тем самым создавая монолитный, прочный и магически устойчивый материал.
— Похоже, миф о жертвоприношениях и крови при строительстве был просто частью пропаганды для устрашения рабов и врагов, — с облегчением говорил он Беззубику, увлеченно смешивая серые порошки и формируя в формах первые гладкие блоки черного камня. — Если бы всё было так мистически и просто, мейстеры и алхимики по всему миру уже давно бы разгадали этот секрет.
Беззубик, понимая важность задачи, довольно урчал в знак согласия и послушно помогал хозяину, своим концентрированным, плазменным дыханием плавя и обжигая строительный материал. После нескольких дней невероятно напряженной, изнурительной работы у подножия одной из гор они своими силами возвели очень крепкую, функциональную базу. Она отличалась толстыми, массивными стенами и имела просторное, защищенное укрытие для спокойного сна.
Их новая база была логично разделена на несколько функциональных секций:
1. Главное помещение — безопасное место для сна и отдыха. Внутри располагалась огромная, теплая лежанка для Беззубика, каменный камин для обогрева и прочный стол для ведения записей.
2. Мастерская — здесь Иккинг бережно хранил все свои записи, запасы дефицитных чернил и сырьевые материалы для создания новых блоков черного камня.
3. Кузница — Иккинг с большим трудом построил это место, постепенно перетащив на Беззубике все сохранившиеся полезные вещи, инструменты и наковальни из разрушенной кузни Валирии. Поскольку многое там всё же было уничтожено Роком, ему периодически приходилось скрытно летать в Волантис, чтобы докупить недостающие инструменты.
4. Наблюдательная площадка — с плоской крыши самой высокой башни его новой базы можно было безопасно и с комфортом наблюдать за всеми окрестностями и подступами к древним руинам.
5. Склад припасов — сухое, прохладное место, где Иккинг надежно хранил еду, питьевую воду и купленные в Волантисе расходные материалы.
Как уже упоминалось, за это время Иккинг несколько раз инкогнито летал в Волантис, чтобы пополнить стремительно тающие запасы. Городу было по-прежнему невероятно интересно и лестно видеть легендарного дракона в своем небе, и правящие триархи с показным уважением относились к Королю-Дракону. Они регулярно посылали к нему своих разодетых вестников с щедрыми, официальными предложениями подольше погостить у них во дворце. Но осторожный Иккинг каждый раз улетал по своим делам гораздо раньше, чем эти вестники успевали что-то конкретное сказать или предложить ему.
На шумной торговой площади Волантиса Иккинг выгодно обменивал найденную в руинах, бесценную валирийскую сталь на необходимые ему вещи:
Огромное количество качественной бумаги, стойких чернил, краски, пустые книги в кожаном переплете, письменные принадлежности, гусиные перья и серебряные чернильницы. Абсолютно все добытые в Валирии ветхие книги Иккинг аккуратно переписывал набело и хранил эти копии как зеницу ока, понимая их историческую ценность.Обработанная кожа, металл, инструменты для кузницы и специальные инструменты для работы с кожей, чтобы создавать новые седла. Беззубик всё еще быстро рос и набирал массу, поэтому последнее, самое большое его седло пришлось с огромным трудом сделать из жесткой кожи убитого ими огненного червя. Этот материал был невероятно, феноменально крепким, и Иккинг очень сильно замучился с его выделкой и обработкой. Но оно того определенно стоило. Новое седло, страховочные веревки и переметные сумки, сделанные из этой уникальной кожи, были невероятно крепкими и вдобавок обладали полной огнестойкостью.Припасы — качественное сушеное мясо, сухофрукты, сотня деревянных бочонков с чистой колодезной водой и целебным медом. Ядовитую, отдающую серой воду здешних валирийских рек Иккинг и Беззубик категорически не отваживались пить. А потому для пополнения запасов они часто летели на зеленый остров Наат. Местные, очень мирные жители любезно и щедро делились с ними своими припасами, свежими фруктами, а также прекрасными шелками. Пару раз Иккинг в благодарность за помощь безжалостно уничтожил причалившие к острову корабли разбойников и работорговцев, тем самым заслуженно получив от местных жителей почетное прозвище «Защитник Бабочек».
— Ну вот, этих запасов нам должно хватить надолго, — удовлетворенно сказал он Беззубику, когда они в очередной раз возвращались на свою укрепленную базу с полными сумками.
Во время своих ежедневных исследований Иккинг и Беззубик несколько раз издалека сталкивались с другими огненными червями. Эти удивительные, опасные создания обитали в кипящих прибрежных водах и охотились исключительно на крупную рыбу и глубоководных морских существ. Их огромные, змееподобные тела грациозно скользили под мутной водой, время от времени выпуская на поверхность мощные огненные струи для оглушения и ловли своей добычи.
Однажды Иккинг, надежно спрятавшись на высокой, отвесной скале, с восхищением наблюдал за тем, как один огненный червь виртуозно вылавливал целую стаю крупных морских угрей. Чудовище одним метким плевком поджаривало их прямо на поверхности воды. Затем гигантский змей тут же жадно поглощал обугленных, еще дымящихся рыб, совершенно не замечая затаившихся наблюдателей.
— Потрясающе, просто невероятное зрелище... — восхищенно прошептал Иккинг, торопливо зарисовывая грациозные движения существа в своем научном дневнике. — На самом деле они совсем не так слепо агрессивны, как тот бешеный червь, что недавно на нас напал. Похоже, в большинстве случаев они атакуют только тогда, когда защищают свою кормовую территорию.
Беззубик, не разделяя энтузиазма хозяина, наблюдал за огненными змеями с крайней настороженностью. Он был каждую секунду готов в любой момент сорваться с места и защитить друга, но, понимая, что в данный момент эти существа не представляют для них прямой угрозы, просто тихо, недовольно рыкнул, выражая свое драконье мнение о конкурентах.
Несмотря на все разочарования, Иккинг не оставлял слабой надежды найти в этих руинах других выживших драконов. Он методично и упорно облетал самые труднодоступные горные районы, бесстрашно изучал темные, древние пещеры и обгоревшие, оплавленные скалы, отчаянно пытаясь найти хоть малейший свежий след. Иногда на старых камнях действительно встречались глубокие отпечатки гигантских когтей и древние, обугленные отметины — неоспоримые свидетельства того, что здесь когда-то, очень давно жили огромные драконы.
— Если кто-то из них чудом выжил после Рока, они обязательно должны прятаться где-то здесь, в горах, — упрямо говорил он сам себе, глубокой ночью при свете свечи изучая старые карты и делая на них пометки.
Но, к его огромному разочарованию, несмотря на все тщательные поиски, ни одного живого дракона или хотя бы заброшенного гнезда он так и не обнаружил.
Почти три долгих месяца незаметно прошли в непрерывных исследованиях, строительстве базы и научных наблюдениях. Иккинг с гордостью чувствовал, что узнал неимоверно многое о тайнах древней валирийской империи, но вместе с тем его постоянно и навязчиво беспокоило смутное чувство, что что-то очень важное ускользает от его внимания. Их построенная база стала поистине надежным, неприступным убежищем, и они с Беззубиком постепенно, с комфортом обжились на этом новом, суровом месте.
— Знаешь, мы всё равно должны продолжить наши поиски, — говорил он дракону очень решительным, королевским тоном. — Мертвая Валирия до сих пор хранит слишком много опасных секретов, и я просто не могу покинуть её, пока не узнаю их все до единого.
Беззубик в ответ лишь мягко, ободряюще мурлыкал, будучи всегда готовым к новым, опасным приключениям со своим всадником. Очередная ночь вновь плотным саваном опускалась на руины, но теперь у них было очень теплое, надежное укрытие. Иккинг твердо знал — они обязательно найдут все ответы, даже если для этого им обоим придется остаться в этом проклятом месте еще на долгие месяцы.
Следующий день выдался на удивление теплым и солнечным, насколько это вообще было возможно в вечно пасмурных, проклятых землях Старой Валирии. Иккинг и Беззубик, как обычно, проводили плановую разведку на восточной стороне скалистого полуострова, где мертвая земля была частично покрыта редкой, выносливой растительностью — жесткими, колючими травами, упрямо поросшими на выжженной, каменистой почве. Они неспешно пролетали над обширными равнинами, с высоты изучая разрушенные, полузасыпанные древние постройки и остатки старых дорожных артерий.
— Ну что, видишь что-нибудь интересное, брат? — громко спросил Иккинг, низко наклонившись к самой шее дракона из-за шума ветра.
Беззубик тихо, отрицательно заурчал в ответ, давая хозяину понять, что пока ничего необычного или ценного он не нашел. Иккинг, немного разочарованный, уже собирался предложить развернуться и вернуться на базу, когда вдруг Беззубик, издав удивленный звук, резко сбросил высоту и стремительно, сложив крылья, рванул вниз.
— Эй! Полегче, что случилось?! — искренне удивился Иккинг, от неожиданности крепче сжав кожаные поводья.
Беззубик очень мягко, бесшумно приземлился на заросшей травой равнине. Прищурив глаза, зверь предельно настороженно, крадучись подошел к небольшому, подозрительному овальному углублению в земле, которое было аккуратно окружено обожженными камнями. Дракон с любопытством потянулся носом к самому центру этого гнезда, где, припорошенные пеплом, лежали три черных предмета.
— Что это ты там нашел? — заинтригованный Иккинг проворно спрыгнул со спины ящера и подошел ближе, присев на корточки у края гнезда.
Прямо перед ним в углублении лежали три абсолютно одинаковых черных камня, идеальной овальной формы и весьма массивных на вид. На первый, беглый взгляд, они выглядели просто как крупная, отшлифованная морем галька. Но когда Иккинг приблизился, стер с них пыль и присмотрелся, то с замиранием сердца понял, чем на самом деле являются эти удивительные камни.
— Постой-ка... боги, да это же вовсе не камни... — дрожащим голосом пробормотал он и неимоверно осторожно, словно хрусталь, поднял одно из яиц. Оно оказалось очень тяжелым, с полностью окаменевшей, чешуйчатой скорлупой, но на ощупь оно было явно теплым и живым. — Да это же яйца! Настоящие драконьи яйца! — радостно и громко воскликнул Иккинг, совершенно не веря своему невероятному счастью.
Беззубик, разделяя эмоции хозяина, радостно и звонко урчал, рассматривая находку с огромным, нескрываемым любопытством. Иккинг дрожащими от волнения руками поднял второе и третье яйца. Он очень осторожно, стараясь не стукнуть их друг о друга, сложил их в свою кожаную сумку и внимательно оглядел место, где они только что лежали.
— Как же это интересно... Почему они оказались именно здесь, брошенные в таком открытом месте? — напряженно задумался он, оглядываясь по сторонам. — Может, кто-то намеренно спрятал их здесь или просто в панике оставил, спасаясь от Рока? Но это уже неважно, главное — они чудом остались живые!
Широкая, искренняя улыбка засияла на уставшем лице Иккинга, и он крепко, с чувством обнял Беззубика за массивную шею.
— Ты просто невероятный молодец, брат! Ты сам нашел их! — с неподдельным восторгом сказал он, ласково похлопав дракона по черной чешуе.
Беззубик, будучи невероятно довольным такой похвалой, громко, тракторно замурчал. Он высоко и гордо поднял голову, словно искренне гордясь своим великим открытием.
— Скорее, полетели домой, — взволнованно сказал Иккинг, запрыгивая в седло и бережно, крепче прижимая драгоценную сумку к своей груди. — Мы во что бы то ни стало должны защитить их и дать им реальный шанс благополучно вылупиться.
Стремительно вернувшись на базу, Иккинг, не теряя ни секунды, сразу же направился в свою оборудованную кузницу, где у него уже было обустроено отличное рабочее место. Всё необходимое оборудование он ранее с большим трудом собрал из уцелевших кузниц по всей Валирии, и теперь в его полном распоряжении были жаркие печи, мощные мехи, тяжелые наковальни и множество разнообразных, качественных инструментов, купленных в Волантисе.
— Нам нужно срочно создать надежные инкубаторы, — сказал он, предельно осторожно выкладывая драгоценные яйца на мягкую ткань на столе, и немедленно приступил к делу.
Используя свои инженерные навыки, Иккинг быстро, но качественно соорудил три каменных инкубатора с подогревом от углей. После тонкой настройки нужной температуры Иккинг очень аккуратно, почти не дыша, уложил каждое яйцо в отдельное, мягкое гнездо и заботливо накрыл их сверху тонкой, дышащей тканью, чтобы максимально сохранить целебное тепло.
— Ну вот, всё готово, — тяжело, с огромным облегчением выдохнул он, утирая пот со лба. — Теперь нам остается только набраться терпения и ждать.
Беззубик сидел рядом и очень тихо, непрерывно мурлыкал, пристально, не отрывая глаз, глядя на лежащие в инкубаторах яйца. Дракон своими древними инстинктами прекрасно понимал, насколько невероятно важна для их мира эта случайная находка, и был твердо готов до последней капли крови защищать это будущее потомство.
Когда вся срочная работа была наконец завершена, Иккинг и Беззубик с комфортом расположились у пылающего камина, заслуженно отдыхая после такого невероятно напряженного, эмоционального дня. Иккинг молча, задумчиво смотрел на стоящие у огня инкубаторы, отчаянно пытаясь представить, какие именно величественные драконы могут в итоге вылупиться из этих черных яиц.
— Знаешь, а ведь эти яйца такие же абсолютно черные, гладкие и крепкие, как твоя собственная чешуя, — задумчиво, с надеждой в голосе сказал Иккинг, ласково поглаживая лежащего друга по теплой голове. — Я всем сердцем, очень надеюсь, что внутри них спят именно Ночные Фурии. Если это действительно так... то мы с тобой сможем совершить чудо и полностью возродить твой исчезнувший вид.
Беззубик тихо, согласно рыкнул, словно полностью разделяя и поддерживая смелые мысли своего друга. Он очень осторожно, стараясь ничего не задеть, подошел к каменным инкубаторам и мягко, шершавым языком лизнул одно из яиц. Он сделал это так бережно, как будто искренне пытаясь передать еще не рожденному малышу свое собственное тепло и отцовскую заботу.
— Я прекрасно тебя понимаю, брат. Ты очень хочешь, чтобы они были в полной безопасности, — с мягкой, грустной улыбкой сказал Иккинг, глядя на эту трогательную сцену. — Я тоже этого хочу больше всего на свете. Обещаю тебе, мы сделаем абсолютно всё, что в наших силах, чтобы они благополучно вылупились и выросли сильными, свободными драконами.
Они еще очень долго, в полной тишине, сидели рядом с теплыми инкубаторами. Друзья молча слушали уютный треск горящего в камине огня и не отрываясь вглядывались в черные, загадочно блестящие поверхности древних яиц. Теперь, после долгих месяцев бесцельных поисков, у них появилась по-настоящему новая, великая цель — любой ценой защитить этих будущих, уязвимых драконов и дать им реальный шанс на жизнь в этом жестоком мире.
Иккинг глубоко, искренне верил, что, если из этих окаменевших яиц действительно вылупятся легендарные Ночные Фурии, это грандиозное событие станет не только чудесным возрождением исчезнувшего вида, но и совершенно новой, светлой главой в кровавой истории всех драконов этого мира. Юный король был полон неиссякаемой надежды и железной решимости сделать абсолютно всё возможное и невозможное, чтобы эти малыши появились на свет здоровыми и сильными.
Последующие пять месяцев на полуострове прошли для них в бесконечных, изматывающих поисках и непрерывных научных исследованиях. Иккинг и Беззубик, невероятно вдохновленные удачной находкой первых черных драконьих яиц, продолжали каждый день методично облетать проклятые земли Старой Валирии в надежде найти еще больше уцелевших кладок. И, к их огромному счастью, эти титанические усилия не прошли даром — полуостров действительно оказался богатейшим кладезем древних, нетронутых тайн и сокровищ.
Одним из самых значимых и радостных открытий того периода стал небольшой, изолированный остров на восточной, скалистой стороне полуострова, который растроганный Иккинг тут же про себя назвал Островом Счастья. Именно там, среди густых, непроходимых зарослей дикого кустарника и гигантских, заросших толстым слоем мха валунов, они совершенно случайно наткнулись на огромную, нетронутую кладку. Десятки тяжелых яиц самых немыслимых цветов — угольно-черных, кроваво-красных, насыщенно-синих, изумрудно-зеленых и тускло-коричневых — хаотично лежали в огромном каменном гнезде, надежно укрытые от глаз любых чужаков и стихий.
— Боги милосердные, это просто невероятно, — с благоговейным восторгом прошептал Иккинг, в порыве чувств крепко обнимая Беззубика за шею. По его грязным щекам текли непрошеные слезы искреннего, чистого счастья. — Мы действительно нашли их, брат! Они живы!
Каждое найденное там яйцо было по-своему уникально и неповторимо. Некоторые из них были абсолютно гладкими и темными, словно отполированный кусок обсидиана, другие же — напротив, очень шероховатыми, с характерным, тусклым металлическим блеском. Там же находились яйца с острыми каменными бугорками и невероятно толстой, каменистой скорлупой. Главная проблема в поиске таких яиц заключалась в том, что в естественной среде их было очень тяжело с первого взгляда отличить от обычных камней. Одно яйцо сильно походило на кусок оплавленного угля, а другое было не отличить от простого обломка скалы.
— Судя по структуре и весу, это яйцо, наверное, принадлежит к породе Громмеля... — сосредоточенно размышлял вслух Иккинг, предельно осторожно, как величайшую драгоценность, складывая находки в мягкие кожаные мешки.
Беззубик, прекрасно почуяв всю торжественность и важность этого момента, мягко, одобряюще фыркнул. Он грациозно обвел найденное гнездо своими огромными крыльями, будто символически защищая эти драгоценные сокровища от любой, даже невидимой опасности.
Однако самые трудные и по-настоящему опасные находки ожидали их не на открытых островах, а высоко в горах и в заброшенных, глубоких шахтах Старой Валирии. Древние, полуобвалившиеся рудники представляли собой жуткие лабиринты из каменных обвалов и узких, душных туннелей. И, как оказалось, они надежно хранили в своих раскаленных глубинах не только залежи драгоценной валирийской руды, но и забытые яйца драконов, оставленные там для природной инкубации.
Иккинг и Беззубик регулярно рисковали своими жизнями, смело спускаясь в эти нестабильные, темные глубины. Древние, трескающиеся своды могли в любой момент не выдержать их веса и похоронить их заживо под тысячами тонн камня. Один из таких жутких туннелей, наполовину затопленный булькающей, раскаленной лавой, в итоге привел их к колоссальному подземному залу. Там, на естественных каменных уступах, прямо над потоками лавы покоились еще несколько десятков разноцветных яиц. В этой непроглядной тьме единственным светом, что помогал им не сорваться вниз и не потеряться, было слабое, фосфоресцирующее свечение яиц Разнокрылов.
— Мы обязаны их всех вытащить... мы должны спасти их всех, — тяжело выдохнул Иккинг, тыльной стороной грязной ладони вытирая обильный пот со лба, блестящего от невыносимого жара.
Они раз за разом, по одному, бережно выносили тяжелые яйца наружу, на свежий воздух. Путь назад был чудовищно сложен — им приходилось постоянно уворачиваться от внезапных огненных потоков из трещин и уклоняться от непрерывно обрушивающихся с потолка раскаленных камней. Беззубик проявлял в этих вылазках невероятную, трогательную осторожность. Он постоянно прикрывал своего друга широкими, огнеупорными крыльями, чтобы надежно защитить его хрупкое человеческое тело от случайных, смертельных раскатов огня. Нередко в этих темных глубинах они натыкались на агрессивных огненных змей, живших в пещерах, и на других, еще более мерзких чудовищ, которые были похожи на гигантских белесых червей, но с жуткими, искаженными лицами людей.
Помимо обследования природных вулканических гнезд и глубоких подземных кладок, Иккинг вскоре начал целенаправленно и методично искать старые, разрушенные дворцы самых знатных семей Валирии. Находя в библиотеке древние книги и записи о владениях великих домов, он, как опытный следопыт, выслеживал по картам забытые маршруты к их родовым замкам и летним дворцам. Каждый раз, исследуя такие богатые руины, они неизменно натыкались на старинные, кованые сундуки с потускневшими драгоценностями и редкие, рассыпающиеся свитки. А иногда, к их радости, они находили целые искусственные кладки яиц, заботливо спрятанные хозяевами в потайных, бронированных комнатах.
— Каждое такое спасенное яйцо — это наша новая, осязаемая надежда на будущее, — тихо говорил Иккинг, с благоговейным трепетом касаясь гладкой, теплой поверхности очередного найденного яйца.
В дворцах они находили яйца самых разнообразных, порой причудливых форм и невероятных цветов. Там были белоснежные яйца с тонкими, как паутина, голубыми прожилками, были устрашающие кроваво-красные яйца с четкими черными узорами, а также загадочные фиолетовые экземпляры с ярким, неоновым зеленым отливом.
Смертельный риск был их постоянным, неизменным спутником на протяжении всех этих месяцев путешествий. Иккинг и Беззубик не раз и не два лоб в лоб сталкивались с внезапными лавовыми потоками и мощными камнепадами. Они сражались с ядовитыми огненными змеями и жуткими, невообразимыми чудовищами, о самом существовании которых юноша даже не подозревал. Один только вид некоторых из этих мутантов был настолько омерзителен, что обычного человека этого было бы достаточно, чтобы навсегда сойти с ума от ужаса. Но абсолютная, непоколебимая храбрость и преданность Беззубика каждый раз придавала королю сил продолжать их великую, священную миссию. В одной из нестабильных шахт, когда тяжелый каменный потолок внезапно с грохотом обрушился прямо на них, Беззубик в последнюю долю секунды успел прикрыть Иккинга крылом. Однако сам дракон при этом получил от падающей глыбы довольно глубокий, болезненный порез на левом боку.
— О боги, ты в порядке, брат? Сильно болит? — с нескрываемой тревогой в голосе спросил Иккинг, уже на базе бережно и тщательно обрабатывая длинную рану целебными мазями.
Беззубик тихо, успокаивающе рыкнул, всем своим видом давая хозяину понять, что он сильный и обязательно справится с этой царапиной. Дракон благодарно наклонил огромную голову, чтобы шершавым языком лизнуть друга в щеку, как бы без слов говоря: «Главное, что ты цел и невредим, а на мне всё заживет».
Был и другой страшный случай. Один раз, слишком глубоко спустившись в активный вулканический кратер за очередным яйцом, Иккинг почти смертельно обжег свою единственную здоровую ногу. Густая, кипящая лава неожиданно и стремительно поднялась в жерле на несколько метров, отрезая ему путь к отступлению. Только благодаря невероятно быстрому, отчаянному рывку Беззубика, который буквально выхватил его из огня, они чудом избежали ужасной трагедии.
За эти долгие, напряженные месяцы они оба с ног до головы покрылись новыми мелкими шрамами и болезненными ожогами, хотя этим страдал, конечно, в основном уязвимый Иккинг. Но для них каждая новая рана была лишь очередным, неоспоримым свидетельством их несгибаемой решимости во что бы то ни стало возродить драконий род.
Возвращаясь на свою укрепленную базу после каждого такого тяжелого поиска, Иккинг немедленно, не зная отдыха, сооружал новые, надежные инкубаторы для найденных яиц. Как опытный кузнец и изобретатель, он постоянно делал их всё более и более совершенными. Он использовал новый, безопасный метод равномерного прогрева от углей и сложную систему задвижек для поддержания идеальной, постоянной температуры внутри гнезда.
— Не бойся, мы обязательно найдем для всех них хороший, безопасный дом, — предельно тихо, как заклинание, говорил Иккинг, заботливо, как отец, поправляя теплое шерстяное одеяло на одном из каменных инкубаторов. — Все эти спящие малыши заслуживают своего законного шанса на жизнь.
Беззубик с удивительной осторожностью, стараясь не шуметь, укладывался массивным кольцом прямо вокруг теплых инкубаторов. Он лежал так, словно всем своим телом физически защищая это своё новое, еще не вылупившееся потомство от любых бед. Зверь постоянно, утробно урчал и иногда очень нежно, едва ощутимо касался гладких яиц своим горячим носом, словно телепатически передавая им своё живое тепло и безграничную драконью любовь.
На данный момент благодаря их титаническим усилиям у Иккинга и Беззубика на базе было собрано уже более трехсот драконьих яиц самых разных, порой неизвестных пород. Теперь их скромная база в горах Валирии окончательно превратилась в самый настоящий, масштабный инкубационный центр. Иккинг, как настоящий ученый, завел и скрупулезно вел отдельный подробный дневник для каждого найденного яйца. Он записывал туда все его физические особенности, вес, цвет, предполагаемую породу и индивидуальную, необходимую температуру для правильной инкубации.
— Подумать только, мы с тобой прошли через так многое, брат! — с гордостью говорил он, устало сидя у яркого костра прохладным вечером. — Но теперь я точно знаю — абсолютно всё это того стоило. Если хотя бы малая часть из всех этих яиц благополучно вылупится, мы с тобой сможем навсегда вернуть настоящих драконов в этот мир.
Беззубик тихо, согласно рыкнул, нежно и крепко обняв сидящего друга своим длинным хвостом. Дракон пристально, не мигая, посмотрел на ряды теплых инкубаторов у стены. Его огромные, изумрудные глаза ярко светились в полутьме искренней надеждой и непоколебимой решимостью.
Теперь у этих двоих появилась совершенно новая, еще более великая цель в жизни — не просто слепо искать по руинам яйца, но и своими руками вырастить абсолютно новое, свободное поколение драконов. Они были полны решимости возродить этих прекрасных, умных и милых созданий, вернув им их законное место в небе.
