В тени чар и времени

Девочка сидела в центре библиотеки, окружённая высокими сводами, которые казались бесконечными. Витражные окна больше не пропускали солнечный свет — вместо этого мерцали магические сферы, парившие в воздухе. Они казались живыми, словно охраняя это святилище знаний. Перед ней на массивном дубовом столе возвышалась стопка старинных фолиантов. Тяжёлые обложки, покрытые веками пыли, издавали аромат древности, а их страницы тихо шуршали под пальцами, открывая ей секреты давно ушедших эпох. Однако её взгляд то и дело блуждал вдаль, где тени от колонн, отбрасываемые огнём камина, танцевали, словно издеваясь над её неуверенностью. Её мысли были далеко от страниц, что лежали перед ней. Тия прикусила губу, нахмурившись, стараясь воссоздать в памяти обрывки строк из дневника её отца. Она почти проклинала себя за то, что не захватила его с собой. Ведь там, возможно, была разгадка — ключ к пониманию той магии, что окружала её и вытесняла последние остатки спокойствия из её жизни. Она откинулась на спинку стула, позволив рукам бессильно упасть на колени. Воспоминания, которыми она пыталась управлять, ускользали, словно песок между пальцами. Тени рун, виденные когда-то, плясали перед её внутренним взором, но каждый раз, когда она пыталась сосредоточиться на них, они становились всё более размытыми. «Чёртовщина,» — подумала она, опуская взгляд на свои дрожащие пальцы. Её магия, кажется, чувствовала её беспокойство, заставляя воздух вокруг неё едва заметно вибрировать. Словно отвечая на её состояние, книги, которые она отложила в сторону, сами собой начали складываться обратно в аккуратную стопку, уступая место новым томам, которые, вероятно, могли быть полезны. Тия тяжело вздохнула, подняв взгляд к потолку. Витиеватые узоры светились мягким, почти живым светом, напоминая о величии магии, которой была пронизана эта библиотека. Она должна найти ответы. Должна. Её сердце ускоряло ритм каждый раз, когда она думала о странной магии, связывающей её с кем-то, кого она пыталась понять и… принять. Времени было мало, а вопросов всё больше. Сжав кулаки, она склонилась над записями, вынув из сумки шкатулку с белоснежной палочкой. Руны, выгравированные на ней, казались пугающе знакомыми. Символы на палочке и шкатулке насмешливо напоминали ей, как много она ещё не знала. — Ну что ж, посмотрим, что ты мне расскажешь, — пробормотала она, осторожно взяв перо и начав переписывать руны. Свет сфер плавно струился на шкатулку, лежавшую рядом с её записями. Палочка из белого дерева будто обладала собственной волей, её поверхность сияла едва уловимым светом. Она провела пальцами по шкатулке закрывая, ощутив прохладную гладкость дерева, и снова устремила взгляд на символы перед собой. Её сердце колотилось, а в голове эхом звучали слова, которые она не могла вспомнить до конца. Её взгляд потускнел, как будто сознание перенесло её назад во времени…

***

Воспоминание внезапно охватило Тию, её руки замерли. Перед её глазами возник образ из прошлого: она снова была маленькой девочкой, лет шести. Её ноги не доставали до пола, когда она сидела в высоком кресле у окна кабинета отца. В углу потрескивал камин, разбрасывая тёплый свет по тёмным деревянным панелям комнаты. Она помнила, как наблюдала за отцом. Эдвард Брейдс, в своей строгой манере, сидел за столом, склонившись над массивной книгой. Его лицо казалось суровым, но в его зеленых глазах светилась неизменная забота. — Тия, будь тише, — сказал он, нежно коснувшись её волос. — Я скоро вернусь. Когда он вышел, кабинет погрузился в тишину, прерываемую лишь слабым потрескиванием огня. Тия долго смотрела на книгу, оставленную на столе. Её маленькие пальцы нервно теребили ткань платья, но любопытство было сильнее страха. Она подбежала к столу и с трудом откинула тяжёлую обложку. Едва книга раскрылась, свет окутал её, мягкий, почти обволакивающий. Страницы будто ожили, символы на них переливались, будто дразнили её, маня узнать их секрет. Она начала читать:

«Корона Теней — наследие древних. Тот, кто станет её обладателем, будет благословлён семью тенями, воплощающими силу, знание и верность. Эти тени — защитники рода, воины и проводники магии. Наследник должен быть чист сердцем, его помыслы направлены к свету, а магия — к гармонии. Корона соединяет их судьбы навеки, связывая магией, что сильнее времени.»

Слова пульсировали, словно входили в её разум. Тия ощутила, как откуда-то изнутри поднялась странная дрожь, что-то древнее пробудилось в её душе. Её пальцы задрожали, а страницы начали перелистываться сами. Она не услышала, как за дверью раздались шаги. Громкие голоса прорезали её сознание. — Эдвард, её магия слишком сильна, — голос Ариэль был полон тревоги. — Ты помнишь Кассандру. Это может повториться, они захотят завладеть ее силой и получить наследие Велоруна. — Я помню, — тихо ответил он, но в его голосе звучала неуверенность. — Я боюсь, что Тия тоже унаследовала эту силу. Но что мы можем уже сделать? Мы не можем отказаться полностью от этого, это наша история. — Но мы должны быть осторожны, — продолжала Ариэль. — Её магия очень нестабильна, у Кассандры небыло таких проблем. Если она узнает об наследии раньше времени, всё может выйти из-под контроля, надо ее подготовить сначала. — А если она уже знает? — резко перебил Эдвард. — Ариэль, ты помнишь, как магия откликнулась на неё во время ритуала? Помнишь голос магии, когда она была благословлена? Мы оба знаем, что это не случайность. Дверь кабинета распахнулась. Эдвард замер, его взгляд сразу упал на Тию, сидящую с книгой в руках. Её глаза, полные детского любопытства, встретились с его, и она испуганно вздрогнула. — Тия! — его голос был полон резкости. — Что ты делаешь? Она испуганно опустила книгу на пол, её губы задрожали. — Я… я просто читала… — её голос был едва слышен. — Это не для тебя, — Эдвард подбежал и схватил книгу, быстро закрыв её. Его лицо было мрачным, взгляд строгим. Ариэль быстро подошла к дочери, её лицо было мягким, но тревожным. Она обняла Тию, тихо шепча слова успокоения. — Ты не знала, — сказала она мягко, оглядываясь на Эдварда. — Но, милая, тебе нельзя читать такие вещи. Это опасно. Но Тия, уже испуганная и заплаканная, смотрела на них с вопросом в глазах. В её голове звучали слова, которые она успела прочесть: Корона Теней, наследие магии… судьба, связанная навеки.

***

— Что это было?.. — прошептала она, прижимая ладони к вискам. Её взгляд упал на свои записи о шкатулке. Символы — «Корона Теней», «Достойна Наследия» — резонировали в её сознании, казались слишком знакомыми. Она снова вчиталась в руны, сжимая перо, а мысли невольно вернулись к детским воспоминаниям. — Мои родители знали… — прошептала она, чувствуя, как внутри нарастает решимость. — Они что-то скрывали. Руны на палочке больше не выглядели случайными. Они были частью её семьи, её магии, её прошлого. Закрыв глаза, она попыталась сосредоточиться. — Ты долго ещё будешь думать, маленькая госпожа? — раздался ленивый голос. Тия повернулась к камину. Пег развалился на мягкой подушке, лениво прикрыв глаза. Его довольный вид не оставлял сомнений — помощь от него ждать бесполезно. — Думаю, мы остаёмся здесь ещё надолго, — вздохнула она. — Ты бы хоть помог. — Ты справишься, маленькая заноза, — пробормотал он, не открывая глаз. — Я лишь твоя муза, а не раб. Тия закатила глаза, но спорить с ним не стала. Магия библиотеки работала идеально: стоило ей отложить одну книгу, как она тут же возвращалась на своё место, а на столе появлялся новый том. Библиотека, казалось, знала, что ей нужно, больше чем она сама. — Полезная штука, — пробормотала она, откладывая очередной фолиант, который так и не дал ответов. Её взгляд снова упал на шкатулку. Тия аккуратно открыла её. Белоснежная палочка светилась мягким светом, а на её поверхности были выгравированы изящные руны. Она провела пальцами по тонким узорам, кажущимся живыми. — Так… — прошептала Тия, доставая пергамент. — Посмотрим, что тут у нас на самой палочке. Она начала записывать символы:

Coronam Umbrae — Корона Теней.

Magia Electorum — Магия Избранных.

Fatum Vinculum — Судьбоносная Связь.

Potentia Donata — Дарованная Сила.

Sanguinis Hereditas — Наследие Крови.

Чуть ниже на палочке она заметила ещё одну знакомую гравировку: Digna Successione — Достойна Наследия. Руны, сложенные в сложный узор, начинали светиться, когда её взгляд переходил от одного символа к другому, они были идентичны символам на шкатулке. — Ну, конечно, опять латинский, — пробормотала она, усмехнувшись. — Как будто я владею этим языком. Внезапно один из томов, лежавших в стороне, поднялся в воздух и мягко опустился перед ней. Это был магический переводчик. — Спасибо, — произнесла она, словно магия могла её услышать. Тия сверила записи с возможными значениями. Её взгляд остановился на фразе «Достойна Наследия». Эти слова снова отзывались в её сердце, пробуждая неясное, но глубокое чувство. — Ты про мою находку не забыла? — раздался знакомый голос. Она обернулась и увидела, как Пег лапой показывает на цепочку, лежавшую рядом с ним. Подвеска в виде белой змеи с голубыми глазами напоминала его самого. — Это я в новом облике, не так ли? — ехидно спросил он. Тия улыбнулась: — Ты неисправим. — Но ведь это правда! Просто идеальное украшение. Думаю, тебе стоит его носить для вдохновения, — подмигнул он. Тия покачала головой, но всё же проверила цепочку еще раз более детально на магические следы. — Ничего подозрительного, — пробормотала она. — Ладно, я точно возьму её. Но это не для меня, а для тебя. Она убрала цепочку в сумку, отметив про себя, что её фамильяр не упускает случая повеселиться. Собрав записи и убрав шкатулку, Тия поняла, что её поиск только начался. Магия библиотеки помогала, но ответы, которые она искала, оставались за гранью досягаемости. Откинувшись на спинку кресла, она посмотрела на светящиеся сферы, плавно кружащиеся под сводами. — Что это за связь? — прошептала она, сжимая в руке свою новую находку. Время подсказывало, что пора двигаться дальше. Она хотела понять, какое наследие оставили ей родители и почему это место, магия и даже палочка связывают её с чем-то гораздо большим, чем она могла представить.

***

Тия смотрела на символы, выгравированные на палочке и шкатулке, пытаясь найти в них скрытый смысл. Записывая руны, она пыталась вспомнить что-то важное, что-то, что, казалось, ускользало от неё. Она взглянула на свои записи и на символы, которые недавно переписала с палочки. Эти слова –“Корона Теней», «Достойна Наследия”– казались ей слишком знакомыми. Она взяла пергамент и снова вчиталась в руны. Её пальцы сжимали перо, а мысли крутились вокруг детских воспоминаний и слов родителей. — Мои родители знали… — пробормотала она, чувствуя, как внутри неё нарастает решимость. — Они что-то скрывали. Символы на палочке и шкатулке больше не казались ей случайными. Они были связаны с её прошлым, с её семьёй и с её собственной магией. Тия закрыла глаза, стараясь сосредоточиться. Головная боль начала нарастать, пульсируя где-то в глубине сознания Тии. Её взгляд снова упал на латинские слова, выгравированные на палочке: «Corona Umbrae”– «Корона Теней». В этот момент что-то внутри неё сломалось. Жар пронзил её тело, сменившись леденящим холодом, а затем снова жаром. Она зажмурилась, но внезапно всё вокруг потемнело, и её сознание снова унесло в детство. Она уже сидела в кресле, дрожа от страха. Её мать, Ариэль, склонилась над ней, поглаживая по голове, шепча что-то успокаивающее. Но её голос сливался с гулом в голове Тии. В углу комнаты стоял её отец, Эдвард, его лицо было мрачным, а руки, державшие палочку, слегка дрожали. — Эдвард, что ты хочешь сделать? — голос Ариэль был наполнен тревогой, её взгляд метался между мужем и дочерью. Эдвард сделал шаг вперёд, глядя на жену с той болью, которую Тия никогда не видела раньше. — Я не вижу другого выхода, — его голос звучал тихо, но каждая интонация была пропитана отчаянием. — Это единственный способ. — Что ты имеешь в виду? — Ариэль вскочила, её руки прижали Тию к себе сильнее. Эдвард не ответил. Его взгляд встретился с глазами Тии. Она заметила в них вселенскую печаль, словно он прощался с ней навсегда. — Прости меня, — прошептал он. С этими словами он направил палочку на дочь. Ариэль вскрикнула, но не успела ничего сделать. Эдвард начал произносить заклинание, его голос становился громче с каждым словом:

«Memoriam Obscura. Fidem Claustra. Per magiam aeternam, obscurata sit veritas.»

Свет начал струиться из кончика его палочки, окутывая Тию. Заклинание эхом разносилось по комнате, словно сама магия вторила его словам. Тия почувствовала, как внутри неё что-то ломается. Это было больше, чем просто боль. Это была потеря, пустота, которая затягивала её в тёмное забвение. Она открыла рот, чтобы закричать, но звука не было. Только яркий свет заполнил всё её существо. Тия резко вскочила из-за стола, словно что-то ударило её. Её дыхание сбилось, руки дрожали, сжимая белоснежную палочку. Она сделала шаг назад, едва не споткнувшись. — Отец… — прошептала она, её голос был хриплым. В её голове продолжали звучать слова заклинания, наложенного Эдвардом. Гул усиливался, сливаясь в однообразный ритм, словно удар колокола. Тия схватилась за голову, сжимая палочку так сильно, что костяшки пальцев побелели. — Нет… Что это… — она пыталась бороться с этой болью, но магия уже начала выходить из-под контроля. Вокруг неё закружились искры. Пол поднявшейся магической энергии заполнил библиотеку, заставив книги дрожать на своих полках. Светильники мигнули, а затем вспыхнули ярким светом. Тия упала на колени, из её глаз потекли слёзы. Но это были не обычные слёзы — они светились, словно были сотканы из чистой магии. — Я не могу… — прошептала она, сжимая голову руками. В этот момент руны на её левой руке начали пульсировать, словно откликаясь на палочку, которую она держала. Боль стала невыносимой, и она закричала, её крик был пропитан отчаянием. Пег, до этого лениво наблюдавший за ней из кресла у камина, подскочил. Его голубые глаза расширились, когда он увидел вихрь магии, закрутившийся вокруг девочки. — Тия! — закричал он, но её магия заглушила его голос. Он прыгнул с кресла и подлетел ближе, но магические искры отбросили его назад. — Чёрт возьми! Остановись! Что ты делаешь?! — прокричал он, пытаясь пробиться через вихрь. Он снова бросился вперёд, его голос стал резче: — Возьми себя в руки, девчонка! Ты не понимаешь, что творишь! Ты же разрушишь всё вокруг! Но Тия не слышала его. Она вся сжалась, а магия продолжала бушевать. Пег стиснул зубы и, собрав всю свою силу, снова рванул вперёд. — Очнись! — выкрикнул он, преодолевая магические всплески. — Собери свою чёртову магию и успокойся, пока мы все не превратились в пепел! Его голос прорвался сквозь хаос, и на мгновение Тия посмотрела на него, её глаза светились неестественным светом, а слёзы продолжали стекать по её лицу. — Пожалуйста… Остановись, — сказал он уже тише, почти умоляюще. Именно в этот момент магия вокруг них начала спадать, вихрь замедлился, а воздух наполнился тяжёлым молчанием. Магия в библиотеке начала затихать, вихрь замедлился, а воздух наполнился тяжёлым, напряжённым молчанием. На мгновение показалось, что всё закончилось, но лишь на мгновение. Тия вскинула голову, и из её груди снова вырвался крик — пронзительный, наполненный болью и отчаянием. Он разнёсся эхом по всей библиотеке, заставляя пол содрогаться. Пег, стоявший неподалёку, вскочил на дыбы, но был мгновенно отброшен назад магическим всплеском. Его тело словно парализовало, он тщетно пытался сделать шаг вперёд. — Тия! Прекрати! Ты с ума сошла?! — закричал он, напрягая каждую мышцу, чтобы преодолеть невидимый барьер магии. Её крик становился всё громче, болезненнее, словно не её голос звучал, а сама магия внутри неё вырывалась наружу, беспощадно рвя её изнутри. Она хваталась за голову, ногти впивались в кожу, будто пытаясь удержать себя в этом мире. Вокруг неё магия вновь начала бушевать, но теперь с удвоенной силой. Книги с полок срывались и кружились в воздухе, превращаясь в хаотичный вихрь. Искры голубого, серебристого и рубинового света заполнили пространство. Пол под её коленями начал трескаться, глубокие линии расходились в стороны, словно магия разрывала само помещение. — Очнись! — продолжал кричать Пег, его голос был полон ярости и беспокойства. — Ты что творишь?! Ты хочешь разрушить всё вокруг?! Он попытался ещё раз пробиться через магическую стену, но его отбросило, словно невидимая рука. Он ударился об одну из колонн, но не сдался. — Хватит вести себя как ребёнок! — закричал он, его глаза сверкали голубым пламенем. — Тебе придётся взять себя в руки, иначе нас всех сметёт! Тия не слышала его. Её тело содрогалось, она раскачивалась из стороны в сторону, сжимая в одной руке белоснежную палочку, а другой обхватив голову. Рубиновый медальон на её шее вспыхнул ярким светом и поднялся в воздух, пульсируя с каждым всплеском магии. Воздух стал плотным, дышать было невозможно. Вихрь усиливался, книги и мебель кружились всё быстрее. Треск дерева и громкие удары наполнили пространство. — Ты слышишь меня?! — Пег изо всех сил пытался достучаться до неё, его голос становился всё более хриплым. — Ты не одна, чёрт возьми! Остановись! Тебе нужна помощь, но я не могу ничего сделать, если ты сама не возьмёшь это под контроль! Тия закрыла глаза, а из её горла снова вырвался крик. На этот раз он был не просто громким — он был пронзительным, полным боли и гнева. Вокруг неё молнии пронзили пространство, искры магии взметнулись к потолку, а пол начал рушиться под её телом. Рубиновый медальон вдруг засветился ещё ярче, от него исходили волны света, которые пытались утихомирить магию, но всё было бесполезно. — Нет! — закричала она, её голос охрип, но она продолжала кричать. — Я не хочу этого! Слёзы, светящиеся магией, струились по её лицу. Её глаза горели рубиновым светом, магия вырывалась наружу, срывая с неё остатки контроля. В это мгновение магия поместья, словно ожив, начала вмешиваться. Потоки энергии, похожие на тонкие нити света, начали сплетаться вокруг неё, пытаясь создать защитный барьер. Но даже магия поместья не могла полностью справиться с этим вихрем. Тия чувствовала, как что-то внутри неё рушится, ломается. Её сердце сжималось, грудь наполнялась тяжестью, а слова отца из воспоминания вновь зазвучали эхом:

«Прости меня. Это единственный способ…»

— Нет! — закричала она ещё громче, пытаясь сжать голову руками. Вихрь достиг своего апогея. Рубиновый свет медальона взорвался волной, заполнив всю библиотеку. Пол дрожал, трещины продолжали расползаться по нему. И вдруг… двери библиотеки распахнулись с громким грохотом. — Госпожа! — раздался хриплый голос Эриона, старого домового эльфа. А следом за Эрионом в помещение ворвался Карлайл, опираясь на трость, его лицо выражало изнеможение и обеспокоенность. Позади него бежал Джаспер, стиснув зубы, его палочка крепко зажата в руке. Он поднял перед собой барьер, чтобы защититься от бушующего вихря магии, который буквально разрывал пространство. Карлайл едва удерживался на ногах. Его трость скользила по треснувшему полу, но он продолжал двигаться вперёд, напрягая каждую мышцу. Его взгляд был прикован к Тии, которая сидела на полу, сгорбившись, обхватив голову. Рубиновый медальон на её груди пульсировал, выбрасывая волны света, как будто пытался сдержать этот магический хаос. –Что же ты натворила, девочка…– Карлайл прохрипел, его голос был полон боли и тревоги. Он поднял руку, направляя палочку прямо в эпицентр магического вихря. Тяжёлая магия, исходящая от Тии, била волнами, едва не сбивая его с ног. Моменты из прошлого вихрем проносились в его сознании. Голос Эдварда звучал громко и отчётливо: — Запомни эти слова, Карлайл. Запомни магию. Мы забираем её силу каждый день, перенаправляя в родовое гнездо. Но если с нами что-то случится, это станет твоей обязанностью. Её сила порой неуправляема. Ты должен перенаправить её в сердце поместья. Только так её можно обуздать, пока она сама не научиться это контролировать. Эти слова эхом звучали в голове Карлайла, пока он медленно поднимал палочку.Собрав остатки сил, он начал выводить сложные, витиеватые руны в воздухе, его движения были точными, будто отточенными годами практики. — «Arcanum Vis Incarnata! Per Tenebras et Lucem, Periculum Ad Cor Mundus!» С каждым словом золотые вихревые кольца начали образовываться вокруг его руки. Рунные символы вспыхивали, вращаясь в сияющем круге, прежде чем перейти на палочку. Волны света с глухим гулом сходились в единый поток. Он направил поток магии в грудь Тии, целясь в рубиновый медальон. Свет из палочки ослепительно вспыхнул, пронзив медальон и заставив его сиять ярче прежнего. В этот момент магия, что бушевала в воздухе, начала втягиваться в медальон. Вихрь замедлился, искры голубого и серебристого света осели, словно подчиняясь новому направлению. Пол, который трескался под её телом, перестал дрожать, и трещины начали затягиваться. Магия уходила вниз, в недра поместья, туда, где находилось его магическое сердце — древнее ядро рода Брейдсов. Эхо бушующей магии раздалось в воздухе, пока всё вокруг постепенно стихало. Тия медленно подняла голову, её глаза всё ещё светились остатками магии. Она посмотрела на Карлайла, который стоял, тяжело дыша, его рука опиралась на трость, а палочка всё ещё светилась слабым золотым сиянием. Пег, который всё это время пытался пробиться через магический барьер, наконец рухнул на пол, с трудом поднялся и прохрипел: –Это было… чертовски… близко… Тия… ты вообще понимаешь, что делаешь? Карлайл посмотрел на девочку с усталостью и суровостью одновременно. — Ты понимаешь, что чуть не уничтожила библиотеку… и, возможно, саму себя? — его голос дрожал от эмоций. Тия, всё ещё сидя на полу, слабым голосом произнесла: — Я не могу это контролировать… Всё вышло из-под контроля… Я не хотела… Её голос затих, и прежде чем кто-либо успел отреагировать, она обмякла, потеряв сознание. Белоснежная палочка выскользнула из её ослабевших пальцев, но её ладонь всё ещё бессознательно сжимала древний артефакт, словно пытаясь удержать остатки силы, бушевавшей в ней мгновение назад. Карлайл тяжело опустился на одно колено, его трость скрипнула под тяжестью, а лицо исказилось от изнеможения. Он бросил тревожный взгляд на Джаспера, стоявшего неподалёку, и проговорил: — Джаспер, забери её. Нам нужно возвращаться в поместье. Я не могу больше оставаться здесь… Это выше моих сил. Он резко выпрямился, схватив трость обеими руками, словно она была его единственной опорой. Его взгляд упал на старого домового эльфа, Эриона, который всё это время стоял в стороне, наблюдая за происходящим с выражением смеси тревоги и неодобрения. — Эрион, — произнёс Карлайл, его голос звучал властно, но с примесью усталости. — Убери здесь всё. Верни помещение в прежний вид. И ещё… отныне следи за ней. Если она снова появится здесь одна, немедленно сообщи мне. Я не могу позволить, чтобы это повторилось. Старый домовик слегка прищурился, его глаза, полные старческой мудрости и скрытой гордости, скользнули по фигуре Карлайла. В глубине души он возмущался тем, что должен подчиняться чужому человеку, даже если это старый друг его господина. Однако многолетняя преданность роду Брейдсов перевесила его собственное недовольство. — Как пожелаете, лорд Каллен, — медленно произнёс он, поклонившись. Его голос звучал сухо, но не лишённо уважения. Карлайл почувствовал скрытую неприязнь в тоне домовика, но не придал этому значения. Он понимал, что сейчас не время для споров. Джаспер без лишних слов подбежал к Тии, осторожно поднял её на руки. Её тело было лёгким, словно она стала частью этого магического вихря, который оставил её полностью обессиленной. Он огляделся, заметив, как Пег, обессиленный и едва дышащий, лежал неподалёку у камина. — Тинки! — позвал Джаспер. Домовой эльф мгновенно появился с тихим хлопком. — Собери вещи Християны. Мы возвращаемся в поместье Карлайла, — приказал он. Тинки поспешно кивнул и исчез, собирая разбросанные книги и другие вещи. Джаспер вытянул палочку, с помощью магии поднял Пега и аккуратно левитировал его поверх Тии, чтобы облегчить себе задачу. Пег, несмотря на своё состояние, выдавил слабую, но язвительную шутку: — Наконец-то, хоть кто-то носит меня с должным уважением… Джаспер бросил на него укоризненный взгляд, но промолчал. Когда Тинки вернулся с вещами, он тихо сказал: — Господин Джаспер, всё готово. Мы можем отправляться. Карлайл, несмотря на усталость, выпрямился, посмотрел на всех, собравшихся, и кивнул: — Тогда пошли. Мы больше не можем рисковать. Слабый магический свет в библиотеке угасал, а тишина, наполнившая помещение, казалась зловещей. Эрион стоял у входа, провожая их взглядом, пока они не исчезли с громким хлопком магии. В пустой библиотеке остались только следы трещин на полу и затухающие всполохи магии, напоминавшие о том, что здесь произошёл не просто выброс силы, а нечто гораздо более значимое.