В тени чар и времени

Християна не знала, что именно двигало ею в этот момент. Не знала, почему её голос вдруг стал мягче, но твёрже. Не знала, почему её слова текли ровно и уверенно, будто продуманная речь. Но они шли изнутри. Как поток магии. Как нечто неизбежное. Как нечто предначертанное. — Вы не одна, леди Малфой. Нарцисса вздрогнула. — Одиночество — это иллюзия. Её губы дрогнули, будто она хотела возразить. Но Християна не дала ей этого шанса. — Вы думаете, что вас больше никто не понимает. — Голос ровный/ Спокойный. Глубокий. — Что мир смотрит на вас, но не видит. Она словно читала её мысли. Словно видела то, что Нарцисса скрывала даже от себя. — Но это не так. Нарцисса моргнула. Она не знала, что сказать. Но девушка продолжала. — Вы не сломаны. — Вы не забыты. — Вы не пусты. Нарцисса чувствовала, как внутри что-то дрогнуло. Как словно впервые за долгое время на дне этой пустоты вспыхнул огонёк. Тёплый. Слабый. Но реальный. — Вы — часть чего-то большего. Християна слегка склонила голову. В её глазах было нечто странное. Нечто, что Нарцисса не могла объяснить. — Вы можете оставаться в этом страхе, в этой боли. А можете сделать шаг вперёд. Тон стал твёрже. — Туда, где вас ждут. — Туда, где вас понимают. — Туда, где вы не одна. Нарцисса почувствовала ком в горле. Её рука дрогнула. Она никогда не думала об этом так. Она всегда думала, что должна бороться. Держать маску. Сохранять лицо. Не позволять себе слабости. Но сейчас… Сейчас она чувствовала, как её сердце сжимается иначе. Не от боли. Не от тоски. А от осознания. От правды, которую она так долго отрицала. Она не была одна. И пока её ждут… Она всё ещё может выбрать свет. Нарцисса медленно выдохнула. — Вы странная девушка, Християна. Губы дрогнули в лёгкой тени улыбки. — Но, возможно… — Она перевела взгляд на свои руки. — Возможно, в этом и есть что-то правильное. Християна просто кивнула. И в этот момент магия сделала свой первый шаг. Первый шаг к тому, чтобы Нарцисса Малфой нашла себя.

Християна смотрела на Нарциссу, изучала её, но не с холодным расчётом, а с пониманием. Она видела в ней не только аристократку с идеальной осанкой и безупречными манерами. Она видела женщину. Женщину, чья душа была покрыта трещинами, но ещё не раскололась окончательно. Женщину, которая не сломалась, но была потеряна. Женщину, которая держалась, только потому что должна. Ради сына. Ради образа. Ради привычного мира, который рассыпался в её руках. Но как долго она ещё сможет держаться? Християна знала этот взгляд. Знала эту боль. Знала это чувство пустоты, что разрасталось внутри, когда кажется, что выхода нет. Как долго Нарцисса ещё сможет его игнорировать? — Вы держитесь ради Драко, не так ли? Нарцисса вздрогнула. Она не ожидала этого вопроса. Губы дрогнули, но она быстро взяла себя в руки. — Каждая мать живёт ради своего ребёнка. Её голос звучал ровно, но Християна слышала трещины в этой уверенности. — Да, но не каждая мать забывает жить ради себя. Нарцисса сжала губы. — Иногда у нас просто нет выбора. Християна медленно покачала головой. — Выбор всегда есть. Нарцисса вновь посмотрела на неё, но теперь в её глазах было что-то иное. Смятение? Злость? Или… надежда? Християна не знала, сколько времени займёт этот путь. Но она уже сделала первый шаг. Она знала одно: Нарцисса ещё могла найти себя. Просто ей нужен был кто-то, кто покажет ей, что она не одна. — Если вам будет угодно, Леди Малфой, — спокойно произнесла Християна, наклонив голову чуть вбок, — вы можете с Драко переехать к нам. Она сказала это просто, будто предлагала чай или прогулку в саду, но в воздухе словно что-то замерло. Нарцисса резко повернула голову, глаза расширились от изумления. — Вы… что? — Вы можете пожить у нас. — Християна повторила мягко, как будто не видела её реакции. — Вам будет комфортнее, чем в пустом поместье, а Драко будет рядом с Гарольдом. Нарцисса растерянно моргнула, затем вспыхнула, словно от пощёчины. — Это будет слишком, мисс Брейдс, — её голос был напряжённым, чуть дрожащим. — К тому же, Леди Шузен, я уверена, будет против. Християна тихо рассмеялась, откинув прядь волос за плечо. — Ничего страшного. — Как это «ничего страшного»? — Нарцисса была явно сбита с толку. — Ну, скажем так… — девушка пожала плечами. — Моя подруга Левианна родила неделю назад. Они с Джаспером скоро вернутся из Британии, и Леди Шузен будет слишком занята, помогая им. А Гарольд всё равно будет требовать к себе внимания. Она улыбнулась, в её глазах плескалась лёгкая насмешка. — Так что вы как раз окажетесь очень кстати. Нарцисса открыла было рот, чтобы возразить, но осеклась. Зачем она вообще возражает? Она почувствовала странное тепло внутри, почти как облегчение. Это было опасное чувство. Ей нельзя привыкать. Нельзя тянуться туда, где тепло. Нельзя позволять себе быть слабой. Но… Почему эта девушка делает то, чего не делал никто? Почему она даёт ей выбор? Нарцисса сжала пальцы на подлокотнике кресла. — Леди Малфой, я действительно предлагаю вам это не просто так, — Християна спокойно, но твёрдо смотрела на женщину. Нарцисса всё ещё была в замешательстве. Християна говорила так, словно всё уже решено, словно её приглашение было не только жестом вежливости, но и реальной необходимостью. — Я слишком загружена, — продолжила она. — Учёба, работа, помощь Джасперу… Я не смогу уделять Гарольду столько времени, сколько ему нужно. Нарцисса всё ещё пыталась найти аргументы против, но Християна продолжала: — Мария и Регулус уехали по делам, Маргарет тоже занята, а Гарри большую часть дня будет скучать один с домовиками. — Но… — Нарцисса сделала глубокий вдох. — Вы действительно хотите, чтобы я осталась? — Разве не очевидно? — Християна улыбнулась, но в этой улыбке не было ни насмешки, ни хитрости — только искренность. Нарцисса не знала, что сказать. Она была Малфой, привыкшей решать, а не быть объектом решений. Но в этот раз решение уже приняли за неё. И впервые ей не хотелось сопротивляться. — Я подумаю, — выдохнула она наконец. Християна медленно кивнула, принимая этот ответ. — Конечно, леди Малфой. Но в её глазах уже читался ответ. Нарцисса почувствовала, что её мир снова начал меняться. И, возможно… Она была не против. Християна продолжала смотреть на Нарциссу с лёгкой, почти невинной улыбкой, но в её взгляде сквозило нечто большее. — Леди Малфой, вы ведь не думаете, что я хочу просто использовать вас как няню для Гарольда? Нарцисса попыталась что-то сказать, но замолчала, встречаясь с её пронзительным взглядом. — Я не настолько жестока, — продолжила Християна, мягко усмехнувшись. — Это не в моих интересах. Нарцисса прищурилась. Она прекрасно знала, как тонко и искусно можно играть словами. Християна играла безупречно. — Тогда в чьих? — спросила она, скрывая сомнение за ровным тоном. Християна чуть склонила голову, будто раздумывая, как правильнее объяснить. — В интересах Драко и Гарри, конечно. Нарцисса неожиданно растерялась. — Им ведь нужен друг, — продолжала Християна, внимательно следя за её реакцией. — Кто-то, с кем можно просто быть детьми. Кто-то, кто поймёт их мир. Она замолчала, давая ей время осознать сказанное. — Я не могу позволить Гарри расти в одиночестве. Да и вы же не хотите, чтобы Драко был одинок, не так ли? Нарцисса сжала губы. Она действительно не хотела этого. — Они могут подружиться сильнее чем мы думаем, — тихо добавила Християна, — и, возможно, когда-нибудь, спустя годы, они будут благодарны нам за то, что мы дали им эту возможность. Нарцисса чувствовала, как внутри что-то дрогнуло. — Вы хитрая девушка, мисс Брейдс, — в её голосе скользнул намёк на улыбку. Християна пожала плечами, её взгляд оставался открытым и уверенным. — Я просто умею видеть дальше настоящего, леди Малфой. И Нарцисса поняла, что проиграла в этом разговоре. Но, к её удивлению, она не чувствовала этого как поражение. Она чувствовала облегчение. Нарцисса внимательно смотрела на Християну, её светлые глаза, словно лезвия, прорезали тишину. — Вы хитрая девушка, мисс Брейдс, — повторила она, чуть склонив голову. — Но я не глупа. Я открыла вам душу… но, вы все так же притворны. Християна остановилась, её пальцы замерли на подлокотнике кресла. — Вы…? — Вы ведь не думали, что я не замечу? — Нарцисса чуть склонила голову, её взгляд стал пронзительным. — У вас внутри что-то есть. Что-то, что разрывает вас изнутри. Християна мгновенно надела маску лёгкой улыбки, но в груди неприятно сжалось. — Вы льстите мне, леди Малфой. — Нет, — её голос стал мягким, но не менее твёрдым. — Я просто вижу. Нарцисса не сводила с неё взгляда. Она сейчас ощущала это напряжение, эту скрытую боль, которая казалась чем-то слишком привычным для девушки. Сначала она не замечала, но в последнее время научилась отмечать, когда девушка не играет. — Вы так искусно манипулируете словами, что, возможно, сами не замечаете, как прячетесь за ними. Християна чуть сжала кулаки, но голос её остался спокойным. — Какие глубокие выводы. — Я знаю, как выглядит боль, Християна, — Нарцисса чуть подалась вперёд. — Я знаю, как выглядит пустота. Я изучила вас за эти месяцы. Християна на миг замерла. А затем, выдавив лёгкую улыбку, обернулась к ней с прищуром. — И что же вы хотите услышать? Признание? Исповедь? — Нет. — Голос Нарциссы был неожиданно мягким. Християна ожидала чего угодно. Упрёка, холодного анализа, попытки докопаться до сути. Но не этого. Нарцисса смотрела на неё почти… с пониманием? — Я просто хочу знать, что это было. Что сделало вас такой. Християна почувствовала, как внутри что-то вздрогнуло. Она медленно прикрыла глаза. Что сделало её такой? — Жизнь. — Она произнесла это с едва уловимой насмешкой. Но внутри всё кричало. Нарцисса её изучала. Спокойно. Выжидающе. — Вы не хотите говорить. — И не буду. — Но это вас разрушает. Християна резко подняла взгляд. В её глазах сверкнуло что-то опасное, но Нарцисса не отвела взгляда. В этот момент Християна поняла: Нарцисса Малфой не просто тянулась к ней из-за связи магии. Она видела. Она чувствовала. Она узнавала. И это было опасно. — Иногда прошлое стоит оставить там, где ему место, леди Малфой. Нарцисса пристально всмотрелась в неё, прежде чем медленно кивнуть. — Возможно. Но в её взгляде оставалось что-то такое, от чего Християне захотелось отвернуться. Потому что впервые за долгое время кто-то смотрел на неё и видел не только её маску. — Вы странная девушка, мисс Брейдс. Християна медленно подняла взгляд, едва заметно нахмурившись. — Странная? Нарцисса слегка улыбнулась, но в её глазах не было лёгкости. Только холодный интерес, исследовательский, острый. Она чуть склонила голову, внимательно изучая выражение лица Християны. — Вы живёте среди семьи, среди друзей. У вас есть любящий вас ребёнок, у вас есть брат, родные. Но у вас нет… вас. Християна на мгновение замерла. — Любопытная мысль, — произнесла она, наклонив голову. — Я бы сказала, что весьма философская. — Философия тут ни при чём, — спокойно заметила Нарцисса, поигрывая тонкими пальцами с краем манжета. — Я вижу, как вы улыбаетесь. Я вижу, как смеётесь, как разговариваете с Гарольдом, как заботитесь о нём. Но ваши глаза остаются холодными. Как будто внутри вас… ничего нет. Християна не дрогнула. Не подала вида. Она лишь скрестила руки на груди, выдерживая этот пронзительный взгляд. — Вы слишком наблюдательны, леди Малфой. — Просто мне знакома пустота. Християна почувствовала, как что-то поднимается внутри неё, словно холодная волна. Нарцисса не отступала. — И мне кажется, — продолжала она, будто нащупывая каждую опасную трещину в броне Християны, — что вы не столько живёте, сколько существуете. Християна медленно вдохнула. — Вы судите по внешнему виду? — Я сужу по глазам. Снова этот взгляд. Пронзительный, требовательный. Будто он пытается вырвать что-то из глубины души. Християна напряглась. — Может, это просто моя природа? Я не слишком эмоциональна. — Вы слишком контролируемы, мисс Брейдс. Словно боитесь потерять себя. Християна почувствовала, как внутри что-то дрогнуло. Она держала себя в руках, но слова Нарциссы проникали глубже, чем она ожидала. — Вы много анализируете, леди Малфой. Это утомительно. — А вы много скрываете, мисс Брейдс. Это разрушает. Тишина между ними стала вязкой, напряжённой. Християна знала, что может поставить точку. Что может просто закончить разговор. Но почему-то… не сделала этого. Нарцисса не сводила с неё взгляда. — Вы любите Гарольда. Это видно. Вы заботитесь о своей семье. Но себя вы не любите. Християна почувствовала, как сжимаются кулаки. Это было не просто копание. Это было обнажение. — А вы любите себя, леди Малфой? — резко парировала она, прищурившись. Нарцисса на мгновение напряглась. Но лишь на мгновение. — Не всегда. Но я хотя бы не скрываю этого. Ответ прозвучал слишком искренне. Слишком просто. Словно удар под рёбра. Християна поняла, что проиграла в этом раунде.Потому что Нарцисса не боялась признаться. А она… не могла. Тишина повисла между ними. Нарцисса медленно кивнула. — Вы не обязаны говорить, если не хотите. Но не думайте, что я не вижу. А затем, словно это был всего лишь обыденный разговор, она спокойно взяла чашку чая и сделала глоток. А Християна сидела в этой тишине. И впервые за долгое время кто-то заставил её почувствовать… Что её видят. Християна смотрела в чашку, как будто могла разглядеть в ней ответ. Вопросы Нарциссы застряли в её голове, как осколки разбитого стекла. Они мешали думать, мешали дышать. Она медленно подняла взгляд. Нарцисса не спешила, не давила, но в её глазах читалось терпеливое ожидание. Будто она знала, что Християна уже приняла решение. — Я… Слова застряли в горле. Она не привыкла говорить о себе. Не привыкла показывать слабость. Но сейчас — сейчас это было необходимо. Християна глубоко вдохнула, сжимая ладони в кулаки, прежде чем заговорить. — Я потеряла себя. Нарцисса чуть приподняла брови, но промолчала. Она ждала. — В другом человеке. В том, с кем я никогда не смогу быть. Эти слова прозвучали глухо, почти обречённо. Нарцисса наконец подалась чуть вперёд, её взгляд стал более мягким, но в нём всё ещё оставалась острота. — Почему? Християна усмехнулась. Горько. Почти беззвучно. — Потому что он меня не любит. Нарцисса не моргнула. — Вы уверены? — Да. Без тени сомнений. — Но вы всё ещё не можете его отпустить. Християна не ответила. Не стала врать. Не стала отрицать. Нарцисса медленно кивнула, изучая её лицо, словно пыталась собрать воедино каждую эмоцию, скрытую за словами. — Это разрушает вас. — Я знаю. — И всё равно не можете отпустить? Християна опустила взгляд. — Он стал частью меня. — Голос звучал тихо, почти безжизненно. — Я пыталась. Поклялась, что смогу. Бежала от него. Пряталась. Убеждала себя, что это лишь временная слабость. Она горько усмехнулась. — Но магия… магия не дала мне забыть. Нарцисса замерла. Магия. Слово, которое изменило всё. — Что вы имеете в виду? Християна медленно подняла глаза. — Нас с ним связала сама судьба без нашего согласия, не оставив выбора. В этот момент Нарцисса поняла — перед ней не просто девушка, страдающая от неразделённой любви. Перед ней — человек, обречённый на неё. И это было страшнее всего. — С вами, Леди Малфой, мы знакомы полгода. — Християна произнесла это спокойно, но в её голосе звучало нечто большее. Нарцисса внимательно посмотрела на неё, ожидая продолжения. — За это время вы многое увидели в моей жизни. Больше, чем позволено другим. — В её голосе не было упрёка, только констатация факта. — Я не просила этого, — тихо ответила Нарцисса, но не отвела взгляд. — Я знаю, — Християна кивнула. — Но тем не менее, вы стали частью этого. Часть моей жизни. Часть моего дома. Часть моих тайн. Нарцисса сжала губы. Она не могла отрицать — за эти полгода она действительно оказалась вовлечена во что-то большее, чем просто дружба их детей. — И вас это беспокоит? Християна покачала головой. — Нет. Меня беспокоит другое. Она сделала паузу, словно собираясь с мыслями. — Вы видите меня. Настоящую. Видите то, что скрыто за улыбками, за масками. Вы задаёте вопросы, на которые никто другой не осмеливается искать ответы. Нарцисса не ответила, но её взгляд стал чуть напряжённее. — Я не думаю, что вы делаете это осознанно, — продолжила Християна. — Но… Она замолчала, подбирая слова. — Кажется, магия ведёт вас в мою жизнь так же, как ведёт меня в вашу. Это прозвучало странно. Почти мистично. Нарцисса поморщилась. — Вы говорите загадками. — Может быть, — Християна улыбнулась, но улыбка не дошла до глаз. — Но ответов у меня пока нет. Они смотрели друг на друга. Обе — женщины, несущие свои бремя, связанные чем-то, чего ещё не понимали до конца. Нарцисса хотела что-то сказать, но в этот момент в коридоре послышались лёгкие детские шаги.

***

Християна сидела в кресле в гостиной, ведя неторопливый разговор с Нарциссой, когда дверь резко распахнулась, и в комнату ворвался Пег. Нет, не ворвался — влетел. На ходу его массивное тигриное тело дрожало от возмущения, а позади раздавался заливистый смех двух маленьких негодников. — Вернись, трусишка! — весело выкрикнул Гарри. — Ты ведь магический фамильяр, а боишься нас! — вторил ему Драко, почти падая от смеха. Пег отчаянно рыкнул, но на ходу начал уменьшаться, его массивные лапы словно растаяли в воздухе, полосатая шкура сменилась гладкой белой чешуёй, а сам он превратился в маленькую белую змею, которая в отчаянии метнулась к Християне. — Мерлин всемогущий… — только и успела произнести девушка, когда Пег юркнул под её блузку, обвиваясь прямо под её грудью. Она вздрогнула. — Пег! — возмущённо прошипела она, вцепившись в ткань. Но фамильяр не думал выходить. — Не пойду! — его голос прозвучал обиженно в её сознании. Християна прикрыла глаза, стараясь не выдать смущения. — Пег, это моя одежда, а не убежище для испуганных фамильяров! — Я не испуган, а просто не хочу, чтобы эти демоны опять на меня прыгали! Нарцисса, которая спокойно наблюдала за этим спектаклем, тонко изогнула бровь. Гарри и Драко затаились у двери, явно сдерживая хохот. — Хриська, ты только посмотри на него! — выдохнул Гарри, покатываясь от смеха. — Тия, он спрятался под твоей одеждой, как маленький котёнок! — Драко даже хлопнул себя по колену от смеха. Християна медленно перевела на них взгляд. — Вы… — начала она сладким голосом. Мальчики перестали смеяться. Пег довольно фыркнул у неё под блузкой, змеиной мордочкой уютно уткнувшись в её кожу. — Вы двое… — её голос был слишком ласковым, слишком спокойным. Гарри и Драко встретились взглядами. — Бежать? — шёпотом спросил Драко. — Бежать, — столь же шёпотом согласился Гарри. И они рванули со всех ног из гостиной, хохоча, как сорванцы. Християна вздохнула, ощущая, как Пег довольно свернулся клубочком, его змеиное тело приятно тёплым обручем обвилось вокруг её ребра. — Пег… — её голос был усталым. — Я тут немного полежу. Она прикрыла глаза. — Не здесь. — Здесь безопасно. — Здесь не для тебя! — Ну, раз мальчишки смеются, значит, ты не против, что я здесь. Она тяжело выдохнула, чувствуя, как внутри поднимается раздражение. Нарцисса, которая всё это время наблюдала за сценой с благородным безразличием, сделала вид, что её абсолютно не касается ситуация, в которой фамильяр её новой подруги спрятался прямо в её одежде. — Не смейте говорить об этом никому, — предупредила Християна, понимая, что светская леди Малфой может случайно упомянуть это в обществе. — О, что вы, я ни слова, — с невинным видом ответила Нарцисса. Но в глубине её глаз плескался сдержанный смех. Християна глубоко вдохнула, чувствуя, как Пег довольно устроился у неё под блузкой, а мальчишки уже далеко хохотали, убегая от возможного наказания. Нарцисса изящно потянулась к чашке с чаем, сдержанно улыбаясь. — Так значит, ваш фамильяр не так уж и грозен, как любит казаться? Християна медленно выдохнула, пытаясь сохранить достоинство в этой ситуации. — Он… — она замялась, чувствуя, как Пег чуть шевельнулся, — он просто не любит, когда его трогают без разрешения. — О, как я его понимаю. Християна покосилась на Нарциссу, но та всего лишь изящно потянулась за чашкой. Пег обиженно вздохнул. — Если бы ты знала, что эти маленькие чудовища с меня сделали… — Могу догадаться. — Они привязали мне на хвост ленточку, Тия! — И что? — Розовую. С бантиком. Християна резко прикрыла глаза, сдерживая смех. — Пег, мне жаль, но ты сам позволил им это сделать. — Они заманили меня конфетами! Християна закрыла лицо руками. Нарцисса не скрывала довольной улыбки, наблюдая за этим спектаклем. — И как вы планируете его оттуда достать? Християна разжала пальцы и устало посмотрела на женщину. — О, поверьте, леди Малфой, это вопрос, который я задаю себе с первой секунды, как он туда забрался. Пег фыркнул, поудобнее устроившись. — Не надейся, я пока не уйду. — Ты серьёзно собираешься остаться у меня под блузкой? — Пока эти двое не успокоятся — да. Нарцисса изящно поправила волосы, явно наслаждаясь шоу. — Это, конечно, не моё дело, но… возможно, вам стоит его достать, пока он не решил остаться там навсегда. Християна тяжело выдохнула и медленно просунула руку под одежду, пытаясь вынуть упрямого фамильяра. Пег шевельнулся, извиваясь, как упрямая змея. — Нет-нет-нет, там тепло! — Пег, выйди! — Подумаю над этим. — Пег! — Тииииия… — Сейчас выброшу тебя в окно, клянусь! Нарцисса едва заметно прикрыла губы ладонью, скрывая улыбку. И в этот момент дверь в комнату снова распахнулась. Гарри и Драко заглянули внутрь, явно проверяя, не собирается ли Тия их наказывать. Они остановились на пороге, их взгляды мгновенно переместились на её грудь, где Пег явно пытался зарыться ещё глубже. Повисла напряжённая пауза. — Эм… — Гарри приподнял бровь. — Он до сих пор там? — Драко выглядел изумлённым. — Вас не должно это волновать! — выплюнула Християна. — Ну, мы просто… — начал Гарри, но тут Пег выскользнул из-под её одежды и приземлился прямо на стол, приняв свою привычную тигриную форму. И первым делом он зарычал на мальчишек. — Оболтусы! Гарри хихикнул, а Драко перевёл взгляд на Тию. — Он такой трус, — подытожил Драко. Пег надувшись, отвернулся. Християна вдохнула и выдохнула, сжав пальцами виски. — Леди Малфой, а можно я на некоторое время отправлю этих двоих в ваши покои? Нарцисса изящно поставила чашку на блюдце и слегка улыбнулась. — С превеликим удовольствием. Гарри и Драко моментально замерли. — Эй, погодите! — возмутился Гарри. — Мы ничего не сделали! — поддержал его Драко. — Вот и прекрасно. Тогда идите, чтобы ничего не успели сделать! — Християна встала, разворачивая их к двери. — Ну всё, марш, иначе ваш следующий ужин будет без десерта! Мальчишки возмущённо фыркнули, но, подчиняясь, поплелись к выходу. Християна устало опустилась обратно в кресло. — Господи… Эти сорванцы меня сведут в могилу. Пег важно сел на подлокотник кресла и выпятил грудь. — А я что говорил? Демоны. Нарцисса изящно потянулась за новой чашкой чая и с лёгкой усмешкой ответила: — Добро пожаловать в мир материнства, мисс Брейдс. Християна устало откинулась в кресле, наблюдая, как мальчишки всё ещё бросают на неё осторожные взгляды, явно опасаясь последствий своих шалостей. Пег тяжело вздохнул, с преувеличенным драматизмом посмотрел на неё, потом на Нарциссу и, наконец, на свою пушистую лапу. — Я не вынесу ещё одной такой недели, Тия. Меня, между прочим, уважали в этом доме! — Да-да, ты великий и ужасный, — лениво отмахнулась Християна. — В следующий раз просто будь умнее, не ведись на конфеты. Пег укоризненно посмотрел на неё, но решил не продолжать. Нарцисса изящно отставила чашку, склонив голову в сторону. — Теперь я понимаю, мисс Брейдс, почему вам пришла в голову идея пригласить меня и Драко погостить у вас. Християна чуть улыбнулась. — Приятно, когда собеседник быстро схватывает суть. Нарцисса внимательно смотрела на неё, изучая. Она не была глупой женщиной — прекрасно понимала, что у этого приглашения были не только благие намерения. Но, черт возьми… — Вы хотите, чтобы я была здесь взрослым магом, который следит за мальчишками? — Вовсе нет, — Християна покачала головой, но улыбка осталась. — Я приглашаю вас как гостью, а не как няню. Просто… здесь вам будет проще собраться с мыслями, подумать над своими отношениями с мужем. Вам это нужно, леди Малфой. Нарцисса поджала губы, но в глазах мелькнуло понимание. — Вы слишком наблюдательны для своего возраста, мисс Брейдс. — Просто хорошо разбираюсь в людях. Пег многозначительно кашлянул. — И в манипуляциях. — Замолчи, пушистый. Нарцисса улыбнулась краем губ, но быстро убрала улыбку. Она поймала себя на том, что это предложение… казалось ей слишком заманчивым. — Ребятам будет весело вместе, а за ними должен следить взрослый маг. Потому что, как вы видите, Пег и домовики явно не выдержат. Пег грозно фыркнул. — Ещё одна такая неделя, и я сваливаю к Калленам! Християна устало закрыла глаза. — Нет, не сваливаешь. Ты мой фамильяр. Смирись. Нарцисса вопросительно подняла бровь. — Что значат его слова, что он уйдет к Калленам? Християна лениво потянулась, устраиваясь удобнее в кресле. — Ну да. Друзья моего детства — Джаспер и Эммет Каллены. Вы, возможно, уже их видели. Они бывают здесь довольно часто. Нарцисса прищурилась, вспоминая. Каллены… Эта фамилия ей была знакома, но в первую очередь из-за слухов, которыми переполнены магические круги. Скрытные, но влиятельные. Их редко можно было застать на официальных приёмах, но если они появлялись, то точно оставляли после себя впечатление. — Они иногда живут здесь, — продолжала Християна, ловя её задумчивый взгляд. — Но сейчас Левианна, жена Джаспера, решила на время переехать во Францию. Говорит, что не готова пока жить одна в большом доме в Британии. Нарцисса внимательно посмотрела на неё. — И почему же? Християна улыбнулась, но улыбка вышла скорее задумчивой, чем весёлой. — Потому что Джаспер часто в разъездах, а одной в поместье, полном теней прошлого, не всегда уютно. Левианна никогда не любила одиночество. Нарцисса кивнула, задумчиво проводя пальцем по ободку чашки. Она всё больше осознавала, насколько странное место заняла в её жизни эта девушка. Сначала она просто наблюдала за ней, за её манерами, за её жизнью. А теперь… теперь она сидела в её доме, обсуждала её друзей и даже размышляла о том, чтобы принять предложение о переезде. Что-то неуловимо изменилось. Что-то внутри неё сдвинулось с места. Но пока Нарцисса не могла понять, что именно. Нарцисса вновь опустила взгляд в чашку, прокручивая всё в голове. Она должна отказаться. Она должна сказать, что у неё есть дела, что ей нужно вернуться домой, что это глупо. Но губы будто сами произнесли: — Я подумаю над вашим предложением погостить у вас. Християна чуть наклонила голову, изучая её лицо. — Конечно. Но в её глазах читался ответ. Нарцисса почувствовала, как внутри что-то дрогнуло. Чувство, которое она не могла назвать. Оно было похоже на то, что она испытывала в юности, когда ещё верила, что у неё есть будущее, не расписанное за неё чужими руками. Она посмотрела на Християну. На девушку, которая не боялась делать выбор. На ту, кто жила так, как Нарцисса не решилась бы. И вдруг осознала — этот разговор был не просто предложением. Это был вызов. Не от Християны. От самой судьбы. Нарцисса прикрыла глаза на секунду, вдыхая запах лаванды и чая. А затем посмотрела в окно. Снаружи был свет. Она думала, что уже забыла, каково это — идти к свету. Но, может быть… Может быть, не всё потеряно.