Глава 140. Пьянит заведомая ложь
25 июня 2025 г., 16:34
В том месте, куда не падал свет, стоял Итачи. Он сверлил красными глазами двоих человек, прекрасно слыша всё с самого начала их разговора, держа стеклянный стакан с холодным кофе в руках, к которому он так и не притронулся.
Саске только вышел из душа, стараясь не уснуть, ведь он вместе с братом ждал возвращения Каори.
— Итачи, что такое? — с лёгким замешательством вопросил юноша, слыша, как треснул стакан в руках брата, а тот даже не сдвинулся с места.
— Саске, зайди, пожалуйста, в дом. Прошу тебя, — холодно отчеканил тот. По его рукам текла кровь. Джонин разжал ладонь, с которой посыпались осколки окровавленного стекла.
Генин не знал, как поступить.
«Брат ведь не навредит Каори», — подумав про себя, заметив приближающуюся фигуру, которой могла быть только она.
Но, решив не вмешиваться, пока что он ушёл, хоть по правде хотел задержаться — на всякий случай.
Куноичи едва ли переступила порог дома, как отметила боковым зрением стоящую в стороне фигуру.
— Господи... Итачи, — стаскивая обувь да маску с плащом, — ты чего тут стоишь? Заходи.
Не слыша никакого ответа.
— Итачи...
— Ну как провела день? — слишком язвительный голос, Каори сперва не поверила, что говорит с тем человеком.
— Итачи, с тобой всё в порядке? — босиком подходя к нему, заглядывая в алые глаза, он был зол, чертовски зол.
«Но от чего?» — только появилось в её мыслях.
— Как провела с ним время, спрашиваю. Что делали, вдвоём? — сделав упор на последнем слове.
Сенджу отошла на шаг, покачав головой.
— Это в чём ты меня обвиняешь, а? — осматривая его, однако взгляд приковала кровоточащая конечность с кусками стекла, что плотно впились в ладонь.
— Что с твоей рукой? — переключившись тут же, стараясь схватить его руку, но мужчина отшатнулся.
Стало больно, Каори застыла на месте, раскрыв только рот, не понимая, что сказать.
— Чем вы занимались? Спрашиваю ещё раз, — в его гневном голосе звучали тревожные нотки.
— Итачи... ты меня обвиняешь в чём-то? — теперь куноичи повысила голос, они казалось друг друга не слышали, ведь бросались одними вопросами.
— Отвечай, — сцепив зубы, произнёс он.
— Нет! Это ты отвечай! — не сдерживаясь, крикнула Сенджу, — какого чёрта ты меня обвиняешь и в чём? — она просто не могла и дальше этого выносить, резко толкнув Итачи в грудь, намереваясь в следующий раз, если не получит ответа, заехать ему по челюсти.
— Ты прикидываешься или как? — Учиха резко ухватил девушку за подбородок, надавливая указательным и большим пальцем.
Каори скинула его руку, ударив по ней своей.
— Решали дела, я работала, между прочим! Не веришь?! Ну же, давай, используй на мне гендзюцу, да хоть цукуёми, и всё сам увидишь, давай же, — подзывая его пальцами, сверля гневным взглядом, ведь и её нервы были расшатаны, а такие нападки не с того ни с сего просто кинули зажигалку в залитый керосином дом.
— Свихнулась? — теперь Итачи сорвался. Он схватил Каори за горло и переместился на шуншине в комнату, сжимая её шею, придавливая куноичи спиной к большому столу, наваливаясь сверху. — Думаешь, я буду использовать подобные техники на тебе? Совсем спятила?
Но тут Каори влила чакру в руку и резко отцепила пальцы Итачи от своей шеи.
— Да пошёл ты, — ударяя ногой в его живот, откидывая джонина на пару метров в сторону, тут же поднимаясь со стола, пытаясь восстановить дыхание.
— Что между вами с Какаши? Говори, — злостно прошипел Учиха, видя, как Каори схватила напольный торшер, разломав палку на двое. Итачи явно довёл её до ручки.
— А-а-а... — язвительно протянула она, растянув губы в сардонической усмешке, — так это твоя конченная ревность, да, Итачи? Ну и какого чёрта ты вообще такое подумал? Псих, — швырнув в него длинной палкой, попадая точно в стену, но если бы он не увернулся, то прямо в голову. За первой полетела и вторая, врезаясь в пару сантиметрах от лица Учихи.
— Ты полный идиот! Ты думаешь, я бы смогла... — она схватила какую-то вазу, швырнув её в морду этому придурку, но увы, не попала, тот пригнулся.
— Ты считаешь, я способна на измену?! — теперь она не просто кричала, она драла горло, и по тормозам Сенджу давать не собиралась.
— Ты нет, но он, ты разве не видишь, как он на тебя смотрит! — гнев Итачи понемногу сходил. Он видел, что они переступили черту, а первым это сделал он.
— А ты сволочь, да с чего ты решил это вообще!? — тяжело дыша, она оборачивалась в поисках того, что могло сойти за предмет холодного оружия, и увы, всё в ближней доступности было уже использовано, поэтому Сенджу быстрым шагом подошла к Учиха, замахиваясь для удара.
— Открой глаза, так смотрят только влюблённые люди, Каори, — он пытался до неё достучаться, но кажись, ей сорвало предохранители, ведь кулак впечатался в стену, оставив там дыру.
— Тогда какого чёрта ты меня не выслушал? — вытаскивая кулак из пробитой стены, тут же ударяя Учиху ногой наотмашь, джонин перехватил лодыжку, откинув её в сторону.
— Я... Каори, прости, — она остановила свой кулак прямо перед его лицом, в считанных сантиметрах, и в момент Итачи посмотрел на неё ониксовыми глазами, в которых застыли слёзы.
Это настолько поразило Сенджу, что она не сразу очухалась.
— Умоляю, прости... я... просто увидел его и тебя и даже не знаю, о чём думал... — голос дрожал, Учиха и правда только сейчас по частям понимал, что произошло и чем могло закончиться.
— Идиот, ты идиот, — слёзы полились с жёлтых глаз, и она резко обняла того, кого хотела искалечить буквально минуту назад.
Итачи зарылся пальцами в её волосы, прижимаясь щекой к её макушке, и под рёбрами заныло.
— Прости меня, я... Каори, — он не мог перестать целовать её волосы, лоб, затем личико, на влажных губах ощущался привкус солёных слёз, но более важным было другое.
— Я люблю тебя, люблю, — прошептал Учиха, приподнимая её заплаканное личико.
— А я люблю тебя... ревнивый идиот, я так хо-хотела увидеть тебя и Саске, так хотела... — она начала заикаться, захлёбываясь воздухом, пока он укачивал её в своих руках, не выпуская ни на мгновение.
Они осели на пол, пока он шептал.
— Мне стало страшно потерять тебя, Каори... — поглаживая её щёчки, мягко целуя их, пока она всхлипывала.
— Я могла тебя убить, ты дурак... — проводя пальцами по овалу его лица, стирая дорожки слёз, его тёмные глаза казались отражением луны, лишённой света, которая тонет в бесконечном океане.
И тут вдруг послышался стук в чудом уцелевшую дверь.
— Там это, кхм, стол накрыт, я есть хочу, мы будем ужинать? — стараясь скрыть волнение, Саске стоял за дверью, покашливая в кулак, всеми силами не вмешавшись в недавне окончившуюся потасовку.
В начале их конфликта, когда надавливал брат, генин хотел спуститься и дать тому по лицу, но когда понял, что избивают уже его, то не стал лезть под горячую руку.
«Выживет, он же гений, как-никак», — и на том порешив, Саске ждал подходящий момент, который вот-вот представился.
— Да-да... — прозвучал голос Каори, она утирала слёзы на глазах Итачи, в то время как он делал то же самое, стирая дорожки слёз с любимого личика. — Мы идём.
— Хорошо, я за столом, — ответил младший Учиха, пойдя в зал.
— Он всё слышал... — Сенджу стало стыдно, ведь она не подумала об этом.
— Да... но он взрослый мальчик, поймёт, а пока, — Итачи встал, поднимая за собой и Каори.
— Твоя рука, — взгляд Сенджу совсем смягчился, и то, что кровоточила его рука, обливало её сердце кровью.
— Пустяки, — пытаясь увести её взгляд, но едва ли он встретился с этим безоружным и таким глубоким взглядом золотых глаз, то мгновенно сдался.
— Хорошо, пойдём, обработаешь, — направившись в другую комнату, где сидел Саске.
Надо отдать должное, младший Учиха организовал накрытие стола и разогрел все блюда, что они готовили вместе с Итачи, да и выглядел прекрасно, в новой, чистой одежде.
Но стоило появиться двум его родственничкам, как юноша поперхнулся водой, едва оглядев их.
— Вот это у вас вид, — смотря на взлохмаченные волосы, разорванную одежду, местами перепачканную кровью.
— Вас так на битвах не трепало, — и всё, тут Саске больше терпеть не смог, засмеявшись от души, и чем дольше он смотрел на них, тем больше этот смех походил на истерику.
Каори скоро поняла, о чём он, глянув на Итачи, и расхохоталась, опираясь рукой на плечо джонина, хватаясь за живот.
К ним последним присоединился старший Учиха. Он стойко держался, но не смог вытерпеть, и в какой-то момент засмеялся вместе с ними в унисон.
Саске понемногу успокаивался, успев глянуть на беззаботный и настоящий смех брата, которого он не слышал, по ощущениям, вечность.
— Прости, Саске, — отдышавшись, проговорила куноичи, она подошла к юноше, проглаживая его чёлку да целуя в светлый лобик.
Щёки младшего Учихи вспыхнули насыщенным розовым оттенком.
— Ты такой умница, вы вместе готовили? — оглядывая стол, вопросила Сенджу.
— Д-да, Итачи в основном, я не очень понимаю, как правильно готовить, — давясь смущением, пролепетал юноша.
— Тогда нам нужно будет обязательно взять парочку уроков у твоего брата, — повернув голову к старшему. — Иди садись, кулинар, — кивнув на подушку напротив, Каори отошла к шкафчикам, где принялась искать аптечку, благо, та лежала на видном месте.
Саске похлопал глазами, немного нахмурив тёмные брови.
— Какаши, он влюблён в тебя, Каори, да? — такой открытый вопрос, но генин почему-то думал, что ему куноичи ответит правду и только правду, да и любопытство играло свою роль.
Сенджу повернулась к ним, молча подходя к столу, опускаясь на подушку рядом с Итачи.
— Ну, твой брат считает, что да, — взяв руку Итачи, который виновато заглянул в золотые глаза, — мы... долго работали вместе, не сказала бы, что Какаши способен на такое чувство, как влюблённость.
Саске уставился на то, как бережно Каори вытаскивала куски стекла из ладони брата.
— А ты как считаешь? — внезапный вопрос, слетевший с уст Сенджу, ввёл Саске в лёгкое замешательство.
— Ну, я думаю, что Какаши слишком переживает за тебя, не знаю, насколько такие чувства можно назвать влюблённостью, — не дав чёткого ответа, так как полной картины юноша не знал, а добавлять лишние домыслы не собирался, как и узнавать слишком личное.
Каори усмехнулась, обработав искалеченную осколками руку, аккуратно её забинтовывая.
— Наруто тоже за тебя переживает, думаешь, он влюблён в тебя, Саске? — этот вопрос заставил младшего Учиху вздрогнуть и поперхнуться воздухом, заявляя:
— Да у этого болвана мозгов нет, одни проблемы от него, прицепился ко мне всеми клешнями. Я тут жертва, если что! — замахав руками и в конце сложив их на груди, чуть отвернувшись.
Каори, не сговариваясь, пересеклась взглядами с Итачи, в них заиграло какое-то общее понимание.
— Тогда, Саске, — Сенджу приподнялась, забирая с собой аптечку, вернув её на место, — у меня для тебя плохие новости.
— Какие ещё новости? И почему плохие? — интерес вспыхнул в его тёмных глазках, и он оглядел куноичи, которая присела рядом с ним.
— Потому что, когда мы с Итачи покинем Коноху, ты будешь жить с Наруто под охраной Анбу.
Юноша раскрыл рот, чуть было не охнув, первый шок прошёл спустя секунд сорок.
— За что вы так со мной?! Итачи, — глянув в сторону брата в поисках поддержки, но тот оказался обыкновенным подкаблучником и просто пожал плечами, мол «я не при чём, прости».
— Саске, а что ты думал: пойдёшь с нами и будешь драться против Белого Лотоса и Мадары? — риторически вопросила куноичи.
— Ещё не стоит забывать про Акацуки, — Итачи взял со стола чай, делая первый глоток, мирно прикрыв глаза, будто он сейчас говорит не о преступниках S-класса, — Пейн, Дейдара, Конан и Тоби, они всё ещё представляют угрозу.
Каори посерьёзнела.
— Их целью до сих пор является Наруто, и они придут за ним, как только представится возможность.
Такие открытые и взрослые разговоры были для Саске в новинку, до этого обычно от него всё скрывали, недоговаривали и приукрашивали, а сейчас юноша по-настоящему ощутил — он открывает глаза.
— Значит, их нужно убить, — без сомнений утвердил младший Учиха.
Каори посмотрела на уверенное выражение лица Саске.
— Да, но пока Коноха защищает Наруто, и он под присмотром Джирайи, то всё в порядке, — более успокаивающим голосом сообщила куноичи, положив ладонь на спину юноши, мягко поглаживая её.
Саске повернулся и посмотрел на улыбающееся лицо Каори, вдруг захотелось её обнять, но юноша лишь невинно смотрел ей в глаза, пока сама Сенджу не притянула тёмную голову ближе к себе, укладывая её на своё плечо.
Враз на душе у Саске потеплело.
— Но а сегодня давайте забудем обо всём и отдохнём, — предложила Каори.
Следующие несколько часов они болтали обо всём и ужинали, пусть время было уже за первый час ночи, однако кого это волновало?
У Саске слипались глаза, он удобно умостился головой на коленях Каори, слушая всё в пол уха.
Итачи гремел посудой, перемывая остатки.
И вдруг юноша решил задать вопрос.
— А мы после всего вернёмся обратно? — в голосе Саске не было сильного желания.
— Скорее нет, — на этот раз ответил Итачи.
— Мы что-нибудь придумаем, обязательно придумаем, — проговорила Сенджу, перебирая смольные прядки между пальцами.
Вскоре Саске уснул, Итачи отнёс его в комнату, уложив на кровать да укрыв одеялом.
Каори закончила расставлять посуду, встретившись с Учихой, который вернулся в зал.
— Ещё злишься? — спрашивая больше для начала разговора, нежели всерьёз, джонин подошёл к ней сзади, обхватив Сенджу за талию.
— Нет, ты же знаешь, — расслабляясь в его руках, ответила куноичи, — но если вздумаешь ревновать, то выслушай сначала меня.
Итачи мягко хохотнул, утыкаясь носом в её шею, томно простонав.
— Прости, ещё раз, я просто ревнивый идиот, ты права, но Какаши, я ему не доверяю. Уверен, он любит тебя, — такие слова сподвигли его сжать куноичи чуть сильнее.
— Давай не о Какаши, прошу, это волнует меня меньше всего, — откидывая шею чуть в бок, прикрыв глаза для большого погружения в эти ощущения. Одна ладонь Итачи приятно гладила живот, второй же он прижимал девушку к себе.
— Завтра я уйду рано и останусь на ночь у Цуны, — сообщив о предстоящих планах.
Итачи слегка удивился.
— Какие-то важные дела? — его желание быть рядом окрепло вместе с ощущением, что её скоро снова не будет, пусть не долго, но...
— Да, Цуна решила меня обследовать, я рассказала ей о Хатсу, и она боится, что в моей голове что-то сломалось, — честно призналась Сенджу, какой смысл скрывать, если он всё равно всё узнает.
Итачи замер, не дыша, и собранным голосом сказал:
— Я хочу быть там, Каори, — стараясь изъявить это как просьбу.
Сенджу развернулась к нему, успокаивающе заглянув в чёрные глаза.
— Ты обо всём узнаешь первым, Цуна не любит посторонних людей, когда она работает, — стараясь его убедить.
Учиха сощурил глаза, пытливо уставившись на её личико.
— А когда это я стал посторонним?
— Итачи! Ты всё понимаешь, — улыбнувшись кончиками губ.
— Ладно-ладно, но скажи ей кое о чём, — обхватывая правую руку любимой, переплетая их пальцы.
— Скажу, обязательно, — закивав, Каори и сама хотела сообщить о том, что скоро они с Итачи собирались пожениться.
«Если не умрём, конечно», — пробежало в её мыслях.
— Она будет не очень рада, — Учиха высказал свои умозаключения вслух.
— Почему? — не сразу смекнув о чём он.
— Выйти замуж за преступника, который перерезал собственный клан, не самая лучшая партия для наследницы клана Сенджу и сестры хокаге, — с печальной, но такой влюблённой улыбкой, смотря в золотые глаза.
Каори шутливо стукнула его кулачком в грудь.
— Это мой выбор, — она разжала ладонь, переместив её на его скулы, обхватывая их, — ты мой выбор, Итачи Учиха.
Он хотел было склониться и поцеловать её, но Сенджу сжала его скулы крепче.
— И если ты будешь винить себя во всём, я начну использовать шаринган, раскрою весь его потенциал и сотру тебе память, уяснил? — её тон был командным, с ним спорить не хотелось.
Итачи чуть наклонил голову в бок, едва касаясь губами её ладони.
— Хорошо, я исправлюсь, обещаю, но ты не используй щаринган пока что, — буквально упрашивая любимую, продолжая ласкать губами её запястье.
— Я и без него справляюсь, — изогнула бровь куноичи, слегка хмыкнув, — думаю, мне просто бракованный попался, никаких способностей мангёкё, надувательство.
И от такого чудного выражения лица Учиха расхохотался, успев осадить себя, вовремя вспомнив, что за стенкой спал Саске.
— Ты права, — он старался говорить ровно, но всё ещё посмеиваясь, ему это удавалось плохо.
Оставшуюся часть ночи они провели вместе, вспомнив старую традицию засыпать в постели под чтение книг. На глаза попалась какая-то с названием «Умирать не страшно», но Каори посчитала её слишком депрессивной, и они остановились на книге «Путь самосознания».
Ночь подарила земле дождь, от чего комната быстро заполнилась запахом свежей травы, успокаивая сознание, отпуская его в царство снов.
***
Рано утром Каори уже сидела в коричневом кресле, попивая кофе в кабинете хокаге. — Завтракала? — вопросила Цунаде, наливая и себе чашку крепкого кофе. — Не-а, — покачав головой, младшая Сенджу грела руки о тёплые стенки кружки. Хокаге поставила перед сестрой бутерброды и вазочку с печеньем. — Бери, я утром готовила, еле отобрала у Джирайи. Каори заулыбалась, нападая на сытный завтрак. Времени трапезничать не было, она ушла ещё до рассвета, оставив двоих Учих сладко спать в доме. — Бо-о-о-ж-е-е... — с набитым ртом простонала куноичи, — это так фкусно, — уплетая завтрак. Цунаде улыбнулась. — Сегодня тебя ждёт ещё и ужин, но после наших процедур, — тут она чуть посерьёзнела, присев в кресло напротив. — Ещё мне нужно, чтобы ты рассказала о составе Белого Лотоса, не хотела просить тебя сходу. Саннин чувствовала, что тема для Каори сложная, но сестра кивнула. — Да, я уже подумала об этом, нам тоже не помешает информация, которую сможете узнать вы, — и дожёвывая бутерброд, младшая Сенджу приступила к рассказу — всё, что она знала о фанатиках, их способностях, но даже так, в подробностях куноичи рассказала лишь об Хатсу, по известным причинам.***
Утро было удивительно приятным, Саске выспался, и вся усталость окончательно покинула тело. Учиха быстро накинул белую рубашку со свободными рукавами да чёрные штаны, кое-как бросив одеяло на кровать, выходя с комнаты, дабы поскорее оказаться в зале, и уже спрыгивая с последних двух ступенек, он очутился внизу. За плитой стоял Итачи, тот заваривал крепкий матча, выключая второй рукой газ, на котором готовился омлет. — Доброе утро, Саске, проголодался? — на его лице была тёплая улыбка. Генин кивнул, осматривая комнату на наличие ещё одного человека. Это заметил Итачи. — Она уже ушла, — накрывая на стол, столкнувшись с неприятным удивлением в голосе брата: — Почему? Саске последовал к столу, усевшись. — У неё дела с хокаге, мы завтра утром покидаем деревню, Каори нужно всё закончить. Такие новости были не особо приятными, но Саске понимал: «Рано или поздно она бы ушла». — Вечером она вернётся? — с некой надеждой вопросил юноша. — Как раз насчёт вечера, — Итачи уселся в позу лотоса, передавая палочки брату. — Сегодня ты отправляешься к Наруто, а я прослежу, чтобы всё прошло гладко. Саске ещё больше нахмурился, омлет нелепо плюхнулся на тарелку. — То есть мы не увидимся? Итачи чуть склонил голову в бок, смотря на понурый вид брата. — Увидимся, я обязательно навещу тебя перед уходом, а Каори, думаю, к вам она точно попадёт, ты же её знаешь. Эти слова немного погасили огонь тревоги в груди Саске. — И сколько мне торчать в Конохе? — интересуясь у брата. Итачи совсем не смутил заданный вопрос, он положил пару кусочков сочных помидорных долек в тарелку Саске. — Я удивлён, что ты вообще согласился, не могу сказать сколько, но во всяком случае держись подальше от Страны Снега и не лезь на рожон, — Итачи говорил так размеренно, что Саске удивился. — Почему не отговариваешь меня? Тут же «безопасно», — показав кавычки пальцами, чем вызвал новую улыбку брата. — Не безопасно везде, Каори считает Лист защищённым, я же так не думаю. Тут Наруто, а он как магнит для желающих заполучить девятихвостого. Младший Учиха закинул помидорку в рот, пережёвывая, да слушая старшего. — Чего улыбаешься? — задавая вопрос брату, который неприкрыто тянул губы да разглядывал его самого. Становилось не по себе. «Слишком долго смотрит...» — подумал генин. — Да так, думаю, какова причина твоего добровольного решения остаться в деревне, не Наруто ли? — прямо вопросил джонин. Саске поперхнулся едва выпитым чаем. — Нет! Просто Каори попросила, да и я тут на время, мне не сложно — говоря то, во что Итачи откровенно не верил. «Какая знакомая манера речи, Саске, ты так и не научился обманывать», — подумав про себя, а на деле ответив: — Ну хорошо. После плотного завтрака они собрались и уже покинули дом. Саске шёл по улицам Конохи, рассматривая дома да улицы, за ним следовал Итачи, скрытый под маской Анбу. Люди не узнали Саске, и от того было легче, никто не оценивал его взглядом, никто не смотрел с укором, и ни от кого не было лишних проблем. Ни один человек не увидел в нём того самого мальчишку, что был лишь одним из драгоценных трофеев, которым деревня могла бы воспользоваться. «Ну вот и та самая дверь», — подумалось Саске, и едва он поднял руку, дабы постучать, как она распахнулась, а там показался взлохмаченный балбес, так радостно улыбающийся, будто случилось что-то грандиозное. — Саске, привет! — просияв улыбкой, слишком энергично воскликнул Наруто, и пока Учиха не опомнился, схватил напарника за рукав, затаскивая в помещение. — Добро пожаловать в моё скромное жилище, — раскинув руки, триумфально заявил Узумаки. Саске обвёл глазами комнату. «Всё будто недавно убрано, он готовился заранее? Для меня что ли?» Учиха молчал слишком долго, так что Наруто завёл его уже на кухню, она была довольно маленькой, там ещё стояли пачки молока сомнительного срока годности. — Я не всё успел убрать, узнал только вчера, старался сделать всё быстро, хех, — смущённо потирая затылок, тараторил генин. — А я никогда у тебя не был, — витая в своих мыслях и вдруг сказав их вслух. Однако Наруто быстро подхватил это. — Ну мы с тобой не очень то и ладили, да и я не приглашал, но теперь будем жить вместе, — лыбясь. Учиху передёрнуло, и он скоро добавил: — Временно... Это временно, — усаживаясь на стул, что чуть скрипнул. «Как бы не развалился», — пробежало в мыслях Саске. — Да сколько хочешь, я только за! Вдвоём не будет так скучно, — Узумаки был очень воодушевлённым и позитивным, что у Саске начало просыпаться старое ощущение какой-то язвительности. — Ты же в курсе, что меня тут держат как потенциально опасного шиноби? — скрестив руки на груди, вопрошая. — Саске, не неси чепуху, — тут же отмахнулся Наруто, — какой ты опасный, я тебя и в одиночку победить смогу, пф. Учиха сощурил глаза, приняв вызов. — То-то я видел, как тебя избивали немощи из Белого Лотоса, — лёгкая насмешка была слышна между слов. Наруто чуток задумался, но потом слепил какую-то через чур уверенную морду, выдав: — Это я не пользовался Режимом Мудреца, и кстати изучал я его с Каори. Для Саске это было как ножом по стеклу. — Ну давай проверим, вечером, сегодня, — на эмоциях вызывая напарника на поединок. — Саске, ты забыл, мы под присмотром Анбу... — не успев закончить. — Зассал, — дал твёрдую оценку Учиха. — Ничего я не зассал! — сжав кулак, рьяно отрицая. — Так давай же, — чёрные глаза сверкнули хищным блеском, он встал и ступил шаг в сторону Наруто, тот сглотнул, наблюдая неприкрытые эмоции напарника, которые видел он не так и часто, — давай, Узумаки, соглашайся. У Саске так и чесались кулаки, ему нужно было выплеснуть куда-то эмоции, а Наруто был прекрасным, пусть и единственным вариантом. — Да отвянь, пристал, — упираясь в плечи друга, чуть отталкивая того, и Учиха со смешком отшатнулся, чувствуя привкус победы. — Не сегодня, но я принимаю вызов, — вдруг добавил Наруто, пойдя в зал. Саске был доволен, и чуть подождав, направился следом. Узумаки положил пару оранжевых полотенец на стол. — Держи, это будут твои, мне пришлось купить новые, ради тебя, между прочим, — он слегка злился на Саске. — Не обеднеешь, — в своей манере ответил Учиха, падая на диван. — А кровать, тут она одна? — Извините, Саске-сан, что не купил вам отдельную, — съязвил Наруто. — Тогда мне нужен футон, я с тобой спать не буду, — отозвался Учиха. — Больно-то и хотелось, а вот футон раздобудешь как-то сам, — ухмыляясь, ведь Наруто был больше чем уверен — у напарника нет и гроша. — Окей, — вставая с дивана, он куда-то на серьёзе собрался, — одевайся и пошли. — Куда? — ошеломлённо уставившись на друга. — Узумаки, не тупи, в магазин, давай, ты же моя собачка-повадырь, вот и веди меня, — ощерился Учиха, да, издеваться над Наруто было отдельной формой наслаждения. — Я тебе не повадырь! И не собачка! Это ты... ты... — не в силах найти подходящего слова. — Ну кто же я... я..?! — передразнивая товарища. — Придурок, Сасуке, — накидывая находу спортивную кофту, Наруто вышел из квартиры раньше, чем за ним поплёлся улыбающийся Учиха. Анбу следили за двумя генинами до самого магазина. — Как же они светятся, — выдохнул Саске, попивая лимонад, который дал ему Наруто. — Эй! — окликнул его тот, носясь со списком по всему магазину, — ты какого пьёшь мой лимонад? Я сказал тебе подержать. И вообще сам таскайся со своим списком, — впихивая бумажку в грудь Саске, забирая напиток. — Ну ты тут живёшь, а я не умею коммуницировать с людьми, ненароком пришиблю кого-то не того, а ты же следишь за мной, вот и будешь виноватым, — направляясь в следующий отдел. — Эй, Саске, по-постой! — ухватив тележку, побежав за ним, ибо кто ж его знает. Проторчав больше часа в огромном магазине, Узумаки уже опирался на тележку, не в силах стоять сам. — Саске, ну почему очередь не заканчивается, я устал... мне жарко, и ты выпил пол моего лимонада, Са-а-а-ске, — нудя уже минут двадцать над ухом Учихи, вечно хватаясь за его плечо. — Наруто, заткнись, хватит ныть, что я могу сделать? Раскидать их с помощью чидори, ну если ты так просишь, — решив припугнуть напарника, ведь тот уже достал, но тут ему на ногу наехала тяжёлая тележка, и Саске побелел. — Сука, Усоротонкачи, ты... — матерясь в полтона, убийственно смотря на второго. — Это тебе карма, понял? — тыкая пальцем в потолок, спихивая всё на высшие силы. И Саске уже хотел уложить свои пальцы прямо на глотку этому болвану, как их кто-то позвал. — Наруто-кун, — женский тонкий голосок. — О, Хината, — обернувшись, Узумаки помахал ей и рядом стоящим Неджи с Тен-Тен. — Привет, Наруто, — помахала вторая куноичи, Хьюга же поздоровался коротко. — А вы что тут делаете? — как болван вопросил Наруто. — За покупками пришли, — ответила Тен-Тен, обняв Хинату, — вот, готовимся к завтрашней вечеринке, придёшь? Хината тебя приглашает. Да, Хината? — девушка от такого напора вся покрылась красным румянцем, неуверенно кивнув. — А-а-а... да я не знаю... — начал мяться Наруто. — Да ладно тебе, там будет круто, все наши, — настаивала Тен-Тен. — Ну... э... — Узумаки не знал, что ответить, отказываться было как-то неудобно. — Наруто, бери пакет, — послышалось из-за спины генина, и он скоро извинился перед остальными, ухватывая третий пакет, набитый покупками, два остальных взял Учиха. — Саске?! — Тен-Тен раззявила рот. — Саске-кун... — Что? Учиха? — не удержался и Неджи, уставившись на темноволосого генина как на призрака. — Лица знакомые, но я вас не помню, — в грубой форме отмахнулся Учиха. — Это и правда он, — состроив физиономию, подтвердила Тен-Тен. — Саске-кун вернулся? — тихо пролепетала Хината. Наруто был в замешательстве, что вообще говорить? Поэтому выбрал стоять и просто смотреть то вправо, то влево. — Я думал у обладателей бьякугана со зрением всё хорошо, — с желанием подковырнуть произнёс Саске. — Не стоит, Учиха, возьми слова обратно, — вперёд вышел Неджи, посчитав тон Саске не почтительным. — Да ты что, — Учиха воспылал гордыней, но вот Наруто встал между двумя конфликтующими сторонами. — Саске очень устал, недавно прибыл в деревню. Ладно, ребят, до скорого, — помахав всем, заслоняя собой Учиху, второй рукой пихая его к выходу из магазина. И как только они оказались на улице, Узумаки неприкрыто выдохнул. — Герой-спаситель, — теперь зубоскальство Саске перекинулось на Наруто, но ему не привыкать. — Ну вот что они тебе сделали? Чего ты на Хинату набросился? — вопрошая товарища, идя с сумками по направлению к дому. — Кто из них Хината? — отрешённо вопросил Саске. — Ты же помнишь их, зачем спрашиваешь? — считая, что это очередной прикол напарника. Но Учиха покачал головой. — Я ничего о них не помню. — Если это шутки, то какие-то странные, — глядя на Учиху искоса. — Имена помню, внешность смутно, я с ними не работал, зачем мне их запоминать? — честно ответил тот. Скоро они добрели до квартиры Наруто, и следующие часы раскладывали вещи по своим местам. Саске ушёл на кухню, и уже через пол часа Узумаки уловил запах чего-то вкусного, прибежав на аромат. — Саске, а что это так пахнет? — разглядывая друга, который укладывал свеже-сваренную лапшу в тарелку, добавляя ломтики мяса и зелени. — Держи, ставь на стол, — выставляя перед Наруто порцию, затем снимая чёрный фартук, который он сегодня купил в магазине. — Вау, ты оказывается бог готовки, — голубые глаза засветились, и Наруто упал пятой точкой на стул. Учиха расставил последние закуски, садясь напротив. — Приятного, — скрестив руки в молитвенном жесте, чему удивился Узумаки. Генин выплюнул лапшу, отложив палочки в сторону, дабы помолиться перед приёмом пищи. «А он оказывается следует традициям, я не замечал», — открыв для себя новую сторону Учихи. — Саске, это очень вкусно, я в шоке, — попробовав только один кусочек, налетая на остальное. — А ты себе не готовил никогда? — кушая более медленно, нежели Наруто. — Было пару раз, но чтоб вот так — нет, — добавив: — Меня никто не учил, откуда уметь такое! — обводя вкуснейшие блюда на столе глазами. Саске остановил руку с палочками прямо у рта, глянув из-под лба на Узумаки, который так легко говорил о подобном. «Его просто не было кому научить даже готовке», — подумалось Учихе. — А тебя кто учил? — спрашивая друга. — Итачи, сначала готовил он, потом я помогал ему и маме, — рассказывая малоизвестные факты о себе кому-то другому, и Учихе стало дико, но почему не было страха... — Так ты мне не рассказал, что между вами с Итачи, — вспоминая их невероятные приключения и появление старшего Учихи, от вида которого кровь сама начинает выходить из человека. — Мы всё обговорили, — муторно ответил Саске, он был не готов к этому разговору сейчас. И в который раз удивился странному тонкому чутью этого дурочка, что не отличался особым умом, но читал чужие чувства с пугающей точностью. — Я рад, кстати, Саске, сыграем сегодня в приставку? — уводя тему. — Приставку? — уточнил Учиха. — Ага, — закивав головой, засасывая лапшу, — я тебя сделаю, обещаю, — заулыбавшись с набитым ртом лапши. — Обосрёшься, уверен, — хмыкнул второй.
