Безрассудная смелость

Эмоции опять стали бунтовать против мозга. Тело растекалось, как мягкая глина из которой Том мог лепить нужную ему фигуру и делать с ней то, что хочет. Я опять попала в этот капкан и у меня не было сил сопротивляться. Это была буря. Ураган, который он обрушил на меня неожиданно и жестоко. Когда моя спина больно стукнулась о стену, а зубы впились в нижнюю губу я поняла, что так Том пытается причинить мне боль. Он хочет отомстить, но отчего-то медлит с проклятиями. Распознать его сложный замысел мой мозг не мог. Особенно сейчас, когда меня насильно принуждают таять в своих руках. Том же грубо истязал. Он лапал, сжимал, как можно сильнее, вызывая во мне желание неведомой силы. Очнись. Он опять тобой манипулирует! Том расслабился, полностью отдался чувствам, из-за которых и провалилась его блестящая актерская игра. Наконец собравшись с остатками моего воспалённого мозга, я уперлась руками в его грудь и толкнула, что есть силы. Том пошатнулся и отступил, явно сильно удивленный моей возможностью сопротивляться. — Хватить пудрить мне мозги! — закричала я. Том же засмеялся, неприятно и страшно, оскалился, как хищник, что смотрит на побитую добычу. — Браво, Колин, ты наконец включила мозги, а то я думал они у тебя совсем поплыли от похоти, — теперь был его черед издеваться. — Я решу эту проблему, Реддл. Знаешь, тот парень, Николас, пожалуй не откажется провести со мной вечер, — решив оставить последнее слово за собой, я развернулась и с прямой спиной пошла вон из подземелий. Только к Тому спиной не поворачиваются. Это его до ужаса оскорбляет и провоцирует. И раз я пока не уяснила эту маленькую особенность в общении с ним, он решил исправить эту оплошность. Меня прибило заклинанием лицом к стене, да так, что я чудом увернулась и не сломала нос. Щека щипала, похоже грубый камень оставил на ней царапину. Но больше испугала неподвижность. Ни единая мышца не могла сократиться, а значит меня парализовало. Страх, что до этого уже привык сидеть глубоко внутри понял, что пришло его время. Я часто задышала, пытаясь справиться с эмоциями, но шаги, что обозначали приближение врага, не дали успокоить бешеное сердцебиение. Змеиный шепот раздался над ухом, а дыхание опалило здоровую щеку. — Одно маленькое проклятье и твою храбрость, как ветром сдуло. А я уже обрадовался, что ты показала себя. Знаешь, эта милая девочка рассказывающая о том, как любит Хогвартс… Меня почти стошнило от тебя. Но сдержался, ради тебя, душа моя. Ты же почувствовала это? — Том провел своими худыми пальцами по моим губам. — какого это быть любимой, да? Была счастлива, это так трогательно. Я показал тебе эту иллюзию, чтобы ты знала к чему стремиться. Но запомни, тот жалкий романтик — это не Том Реддл, ты не хочешь такого Тома. Тебе его жаль. А я ненавижу жалость! Рука Тома стала гладить мою спину и она покрылась мурашками, то ли от страха, то ли от мерзкого желания, которое я какого-то черта всё ещё испытывала. Том взмахнул палочкой и почувствовала, как мой язык обрел чувствительность. — Отпусти меня, чудовище, — я плевалась слюной от злости. — Как грубо, Колин, очень грубо, — его нос стал скользить вдоль моей скулы, а он продолжал говорить. — всего пару часов назад ты считала меня своим милым Томом, ведь так? Я читал это в твоих глазах. — Не приближайся ко мне больше, я сдохну, но не расскажу тебе ничего! — Слишком поздно бросаться угрозами, ты уже моя, а как ты помнишь, я свое не отпускаю. Да и тебе хватит притворяться. Тебе сносит голову от меня настоящего, а не от жалкого подобия, которое ты придумала в своей голове. — Ты не сможешь меня больше запутать! Каждое твое слово — наглая ложь! Том резко отстранился и наигранно печально вздохнул. — Что ж, придется доказать. На пару секунд коридор погрузился в тишину, то ли от страха мои уши заложило, то ли он и впрямь молчал. Но когда моё тело оторвало от стены и оно поплыло в неизвестном направлении, я решила сделать то, что единственное было мне доступно — кричать во все горло. Ублюдок пропустил всего одно «А», а потом наложил заклинание. Теперь даже мой голос был под властью этого опасного волшебника, который похоже левитировал меня в какую-то комнату пыток. Мы спускались все ниже и ниже, в глубь подземелья, где похоже Малфой и Нотт уже сбивали мне гроб из гнилых досок. Я стала вспоминать семью, чтобы насладиться последними приятными воспоминаниями. Будет больно, я выдержу. Как и все выдерживала до этого. Я оступилась, когда поверила ему, но на ошибках учатся. Зато теперь ему меня не провести. Я выдержу. Обещаю, папа. Ради вас. Все это время мои глаза были закрыты, чтобы лучше концентрироваться на образах в голове. Наверно Дениз уже подросла, стала ещё красивее, а папа наверняка осунулся из-за переживаний. Как там Гермиона и друзья? Смогли сбежать из лап Пожирателей? Надеюсь с крёстным Гарри все в порядке, иначе вылазка и впрямь вышла бесполезная. Хотя даже в истории героев есть поражения. И чаще всего не одно. Я распахнула глаза, когда моя спина опустилась на мягкую поверхность. Это было неожиданно, я ждала, как минимум шипы. Том прочитал удивление в моих глазах, он нависал надо мной, но я не чувствовала тяжести его тела. Реддл взмахнул палочкой и голос вновь появился. — Что ты собираешься делать? Пытать меня? — прозвучало не очень жалко, но и храбрости в своем голосе я не услышала. — Именно. Я уже открыла рот, чтобы начать кричать и звать на помощь, как Том важно сказал: — Я наложил заглущающее, пострадают только мои уши, но если тебе от этого легче, не сдерживайся. Я стала осматривать помещение где находилась. К сожалению, пошевелить головой не получилось, а Реддл заслонил собой весь обзор, но я чётко рассмотрела балдахин и факел. Он был единственным источником света. Паника надвигалась с новой силой. — Зачем ты притащил меня сюда? На кровать? Ты совсем спятил? Реддла моя паника веселила жутко, улыбка прямо приросла к лицу. Но вот глаза, опасные, жутко опасные. Голодный взгляд, и мне было страшно представить, чем он питается. Я поняла, что своим страхом разгоняю его аппетит, так что решила сбить желание глупыми шутками. — Секс с тобой и есть пытка? Ну разумеется, поэтому ты не с кем не встречаешься. Не получится избавиться от слухов. Какой позор! Заказал бы себе проститутку! Я не сразу подумала о том, что мы в комнате Реддла и что здесь наверняка есть соседи. Мой рот закрылся, когда Реддл с жадностью прильнул к моей шее, обхватывая интересные места руками и сжимая их, что есть силы. Я задохнулась, то ли от шока, то ли от неожиданности. А Реддл продолжал, только по звуку я поняла, что Том расстегивает рубашку и сейчас подбирается к самому интересному. Квиддичный бюстгальтер был при мне. Когда губы Реддла коснулись груди я вздохнула еще сильнее и мне казалось, если бы не заклинание, точно выгнулась бы в спине. А Реддл продолжал, кусал и сразу целовал. Чувства были, но вот пошевелить пальцами не получалось. Когда его наглые руки стали гладить мою ногу, подбираясь все ближе к уже мокрому белью, сердце попыталось вырваться из груди. — Нееет, — с придыханием сказала я, но не успела закончить фразу, потому что его чёртовы длинные и тонкие пальцы достигли точки, которая ждала этого слишком долго. Лицо Тома остановилось в паре сантиметров от моих губ, и не пытаясь заглушить мои отрицания поцелуем, он аккуратно повернул мою голову на бок и провел влажным языком вдоль царапины, которую я получила по его вине. Пока я была ошарашена его кошачьей нежностью, пальцы Тома начали активные движения. А дальше началась пытка, на грани снятия этого фееричного возбуждения и томления в попытках сделать хоть малость движения. Внутри я извивалась, снаружи же кусала губы, чтобы ни единым звуком не подать виду, что мне это нравилось. А это нравилось. Слишком сильно. Словно все рецепторы работали только в одном неприличном месте, которое сейчас распалял Реддл. Его же желание пока ограничивалось на груди и болезненных поцелуях. В какой-то момент все изменилось, сначала возбуждение притихло, а потом стало нарастать с бешеной скоростью, мне хотелось быстрее, сильнее и жёстче. Я уже сжимала простынь не в силах совладать с таким поток эмоций. Ноги раздвигались все шире, а Реддл ложился на меня уже всем весом. Его хриплое дыхание раздавалось где-то издалека, пока я не услышала свой голос. Протяжный стон заполнил помещение под балдахином, где было невыносимо жарко. Я наконец отпустила бедную простынь и разжала пальцы, сведя ноги вместе. Том лег рядом, всё ещё сжимая моё тело в своих руках, как куклу. И чтоб ему провалиться, но он не дал мне прийти в себя: — И как давно ты можешь двигаться, душа моя? Мне хотелось завыть от досады. Это было унизительно. Ощущение прекрасной судороги давно прошли и теперь остался только стыд, а так же улыбка мерзавца, которую я боялась увидеть даже мельком, так что зажмурила глаза. На удивление он не стал требовать ответа, встал с кровати и молча ушел, я полагала в ванную, мне осталось только завернуться в одеяло, в надежде спрятаться там навсегда. Утро выдалось странным, кругом кто-то шептался и постоянно слонялся туда-сюда мимо моей кровати. Раздражало. Я недовольно открыла глаза и уже хотела возмутиться, как зелёный цвет сбил с толку. Шторы полностью отгородили меня от мира в котором сейчас голоса парней шептали друг другу: — Надо его разбудить, иначе он опоздает на уроки, — голос наверно принадлежал Нотту. — Не смей, он разозлиться, — этот голос был мало знаком. — Зато обрадуется если проспит урок? — Том никогда не опаздывает, не лезь, Нотт. — Лучше предупредить его, я не собираюсь потом отвечать за вашу трусость, — рука мальчика ухватилась за балдахин, он уже начал отодвигать штору, а я сжалась от страха. Если они увидят меня в кровати Тома — ни к чему хорошему это не приведет. Я вообще не понимала, почему этот идиот не выгнал меня отсюда. — Не смей! — кто-то толкнул Нотта и рука исчезла, я облегченно выдохнула и тут же зажала рот рукой. — мы скажем, что ему не здоровится. Иди лучше на завтрак. Постепенно комната опустела и я наконец смогла спокойно вздохнуть. Моя рубашка была на распашку, а вся грудь в гематомах. Фиолетово-синих, в форме рук гаденыша, что полностью растоптал мою гордость сегодня ночью. По скорее скрыв это безобразие одеждой, я встала с постели и осмотрелась. Комната слизеринцев была в зелёных оттенках, а кровати с серебряными вставка, должно быть символы на них что-то значили, но я не разбиралась в этом. Здесь было 5 кроватей, возле каждой стояла тумбочка. Разумеется уйти из комнаты и не порыться в вещах Реддла я сочла преступлением. Сначала у меня были опасения, что на тумбочку наложены защитные заклинания, но нет, дверца поддалась легко. На верхней полке лежала стопка учебников, идеально ровно, а рядом стопка пергаментов, в таком же идеальном порядке. На второй полке покоились перья и чернила, а на третий, как не странно, пергаменты со старыми эссе. Идеальная тумбочка студента. Ничего особенного. Это и напрягало. Никаких сладостей, личных вещей. Я решила все же продолжить поиски запрещенки и совершенно обнаглев, залезла в его сундук, что располагался у подножья кровати. Когда я не столкнулась с заклинанием, подозрения, что я не найду там ничего, укрепились. Действительно, пара рубашек, брюки, мантия и носки. Рассматривать трусы Реддла не было никакого желания, так что я захлопнула крышку и присела на сундук совершенно разочаровавшись. Мой взгляд упала на кровать напротив, точнее под нее. Туда студенты прятали чемоданы. Конечно Том приехал сюда с ним. Быстро вытащив из-под кровати Реддла черный чемодан с гербом Хогвартса я стала расстёгивать замки и замерла на мгновение. Все же здесь возможно и хранилось все то, что описывало его как личность. Мне предстала картина уже не того идеального порядка, что я застала в тумбочке и сундуке. Вещи здесь были накиданы друг на друга и скомканы. Первым в глаза бросился костюм. Серые потёртые штаны и такая же серая с заплатками рубашка. Видно вещи старые, и я не могла представить Тома в подобном, эти тряпки казались совершенно чужим имуществом, вероятно он просто стащил это у какого-то студента для глупого эксперимента по трансфигурации. Под ними лежала скомканная газета, на такую судьбу ее обрекло колдофото Дамблдора, что задорно махал в камеру. Ну тут все просто и очевидно. Дальше здесь лежала тетрадь с надписью «Том Марволо Реддл». Возможно кто-то из друзей подарил ему именной ежедневник, но похоже тот не пользовался успехом у Тома, раз лежал здесь. Лишь пара записей рецептов зелий и все. Но под всем этим барахлом я заметила ещё кое-что. Девушка смотрела на потолок в Большом зале, ее взгляд был скучающим, она не обращала внимание на суету маленьких студентов Хогвартса вокруг, а лишь пожирала глазами волшебное небо. Это была я. Со злостью я захлопнула крышку сундука. Вот хитрец, подложил сюда эту фотографию, чтобы опять сбить меня с толку. Конечно Реддл догадывался, что я стану копаться в его вещах и ничего не найду. И конечно, чтобы успокоить мое любопытство, подсунул фото. Я сверлила взглядом чемодан, наверняка у него есть место, где хранятся все его секреты, но спрятал он его надёжно. Повертев чемодан в разные стороны и собрав всю пыль под кроватью я почти сдалась, как меня привлекла застёжка на чемодане. Мой обходился обычным замками, здесь же была аккуратная серебряная застёжка, я вставила бегунки в отверстие и заперла чемодан, после чего нажала на нее снова, но та не поддалась. Чемодан заперся и не хотел открывать секреты хозяина, как бы я не старалась, но даже алохомора не смогла вскрыть этот тайник. Ну конечно, наверняка там есть секретное отделение. И открыть его мне не удастся. Смирившись с поражением я решила отправиться на занятия, похоже я уже опоздала на зельеварение, но этот предмет меня уже не сильно заботил, все-таки в своем времени я неплохо разбиралась в нем. Я приоткрыла дверь комнаты и осмотрелась, к моему разочарованию гостиная не оказалась пустой. Несколько первокурсников, так я решила учитывая их маленький рост, сидели на креслах и что-то бурно обсуждали. Наверняка они ещё не всех студентов выучили и был шанс их обмануть. Вернувшись в комнату я перерыла сундуки однокурсников Реддла и нашла таки зелёный галстук. Аккуратно завязав его и пригладив волосы, я собралась с мыслями и задрав подбородок, рискнула. Я выходила из комнаты старательно избегая их взглядов, однако мальчики все равно обратили внимание и сверлили меня глазами. Галстук я считала своим щитом и он сработал, потому что никто не крикнул: воровка и обманщица. Когда стена подземелья наконец выпустила меня из темницы, я наконец смогла вздохнуть свободно. Коридоры были пустыми, но похоже родилась я и впрямь под неудачной звездой, потому что за пару коридоров до лестницы, что вела в башню Гриффиндора, передо мной распахнулась дверь и из кабинета повалили слизеринцы, однокурсники Реддла. Несмотря на то, что меня чуть не прибило дверью, маленькое укрытие радовало. Наконец дверь закрылась и студенты уже разбежались по школе, а я двинулась дальше. Но в один момент сердце подпрыгнуло от испуга и забилось чаще, потому что на мое плечо легла чья то рука. — Пропускать занятия без веской причины — это нарушение дисциплины Хогвартса, — надменный тон и обвинение. Том Реддл. Закатив глаза я все же обернулась, после чего тут же была прижата к стене. А нахальная усмешка окончательно испортила мое настроение. — Том, доброе утро. Понимаешь, причина у меня довольно веская, один наглец оставил меня спать в его комнате, в компании ненормальных чистоплюев. Реддл ухватил меня за галстук и притянул ближе. Его губы почти касались моих, но Том лишь сказал: — Какая наглость, брать чужие вещи. — Не переживай, он идиота с кровати у двери. — Вернёшь Эйвери галстук? — Смотря, как попросит. Он не выдержал, вцепился в меня губами, как пиявка и начала жадно высасывать душу. Потому что я опять позволила ему собой распоряжаться, как ему угодно. В коридоре послышался шум, следующий класс шел на урок зельеварения. Так что я отстранилась, и развязав свою маскировку, ткнула ему в грудь. — Держи, извини, трусы вручить не могу, но это тоже неплохой трофей, — у меня слишком мало нижнего белья для того, чтобы им раскидываться. Мы уже разговаривали на расстоянии, когда коридор заполнили студенты Пуффендуя. — Вчера ты не была такой дерзкой, расстроилась, что проснулась одна? — нагло спросил Том. — Видимо, ты не на столько меня впечатлил, чтобы моё хорошее настроение сохранилось до утра. — Хочешь повторить? — с каждым словом Том становился все злее. — Да, но не с тобой, — я опять попыталась покинуть место схватки, но рука Реддла вцепилась мертвой хваткой в мое предплечье. — Ещё слово и ты пожалеешь… — О чем? — не дала я ему озвучить свои мысли. — Что встретила тебя, так вот уже жалею. — Моё терпение не безгранично, думаю ты это уже поняла. — Так действуй! — мой голос уже задрожал от обиды. — Давай, возьми меня силой, манипулируй. Ты думаешь я после этого буду относится к тебе с уважением? — Ты первая провоцируешь, — Том, в отличии от меня, говорил тихо, однако голос его вызвал мурашки. — Я уже сказала тебе, что против насилия и вашей, — я сделала кавычки в воздухе. — «организации». — А я говорил, что ты ошибаешься. Мы не занимаемся ничем незаконным. — Какая тебе разница, что я думаю о вашей деятельности? — напрямую спросила я. Том замолчал, он пожирал меня глазами, но я не собиралась давать ему подсказку. Пусть скажет сейчас напрямую, я чувствовала, как в его голове формируются варианты ответов, но их все он отчего-то отметал и не хотел делиться. А я покорно ждала признания, вновь призрачная надежда гуляла в моей бестолковой голове. — Если я увижу тебя с кем-то из парней, он отправится в Больничной крыло, — твердо сказал Реддл и отправился на занятия. Я же опять осталась без ответов и крикнула ему в спину: — Это по твоему законно? Но Реддл даже не обернулся.

***

Том выводил меня из себя. Своими приказами и действиями. Пришлось поделится с Дельвой, потому что мне был необходим совет. И когда после всех уроков мы с Дельвой остались в комнате вдвоем, я, краснея и жутко стыдясь, рассказала ей о том, где была всю ночь, то не получила осуждения, а лишь восторженные «Ох» и «Мерлин Всемогущий!». — Подожди, то есть, Том предлагает тебе встречаться, а ты отказываешься потому что он… Эм, плохой? — подруга вкратце обрисовала ситуацию. Я конечно утаила от нее много деталей, но про его домогательства и хамство рассказала во всех красках. — Почти, неужели ты не видишь, что он просто монстр. Командует, манипулирует и часто оскорбляет меня. А ещё, я совершенно не понимаю, зачем я ему нужна. Уверена, он просто хочет узнать откуда я сюда перевелась. Дельва закатила глаза и сказала: — У тебя просто низкая самооценка. Ты ему нравишься, вот и все. Все парни ведут себя глупо, когда влюблены. Он просто хочет узнать тебя по-лучше. Однако, подруга наверно не могла дать нужный мне совет, потому что сама не знала всей правды. Вообще ложь сильно утомляет. Скрывать от Дельвы правду конечно неправильно, но и рассказать было бы слишком опасно. — Сомневаюсь, что ты права. Хотя, — я опять покраснела. — мне бы наверно этого хотелось. Из-за этого я не могу определить, что правда, а что мои розовые очки, которые Реддл мне нагло надевает, когда мы оказываемся наедине. — Тогда проверь его намерения, — пожав плечами сказала подруга. — Как? — Он сказал, что отправит любого парня в Больничное крыло, так? Я кивнула. — Так пусть это будет кто-то из слизеринцев. Своих он не сможет просто так покалечить, вот и будут тебе доказательства, заодно узнаем, на сколько Реддл держит слово. С ума сойти конечно, ты обольстила самого Тома Реддла, тебе за это должны дать награду «за заслуги перед школой». А то он со своей учебой умрет девственником. А такую мордашку нельзя упускать. Я засмеялась, в этом веке у подростков хоть и бурлили гормоны, все же разговоров о сексе было куда меньше, чем в мое время. Обычно невинные поцелуи и свидания. Реддл же вообще не имел чувства стыда. Да и я хоть и не опытна, но все же относилась к этому более беспечно. Другие девушки говорили о девственности шепотом и с заклятьями от подслушивания. Дельва же похоже отличалась прямотой даже в этом. — И как я обольщу слизеринца? Наверняка он запретил ко мне подходить, это раз. А во-вторых, чтобы он там не рассказал про мою кровь — вряд ли кто-то поверил. — Тогда мы сделаем хитрее. Эйвери давно звал меня в Хогсмид, — подмигнула Дельва. — пора принять предложение. — Но мы не похожи, — я не могла понять к чем она ведёт. — Агнес, включай мозги. Я пойду на свидание с Эйвери и просто потом выпью оборотное зелье и поцелую его. А ты как-то заманишь Реддла туда, чтобы он все увидел. — Это просто невозможно! Эйвери же не станет меня целовать! Да и как я заманю Реддла? Твой план нереально осуществить. Ах, да. Где мы возьмём оборотное зелье? — Эйвери я беру на себя, будь уверена, он ничего не поймет. А вот Реддла ты лучше знаешь, хотя можно будет просто пустить слух, что у тебя свидание и он сам тебя найдет. — Но… Но оборотное. Но подругу уже было не остановить. — Стащу немного у Слизнорта. — Дельва, ты не обязана. — Перестань, я наоборот рада поучаствовать в чем-то интересном. Да и мы же подруги. И я сжала Дельву в объятьях, потому что не смогла найти подходящих слов для благодарности.

***

И вот я стою среди сухих деревьев и наблюдаю за воркующей парочкой, что недалеко от, пока ещё почему-то Просто Хижины, обмениваются комплиментами. Эйвери легко поддался на уговоры подруги найти уединённое место и с радостью отправился на окраину деревни. Моя миссия состояла в том, чтобы подать знак, когда Том будет приближаться, чтобы подруга провернула фокус с зельем. То что Реддл придет я не была уверена, но Дельва меня заверила, что план сработает. Я лишь сказала Афелии, соседке по комнате, что иду на свидание с Эйвери и вот та должна была разнести слух по всей школе. Кончено потом мы просто скажем, что она ошиблась и речь была о Дельве, но сейчас это было не важно. Так что я пару раз мелькнула в Хогсмиде перед маленькими Пожирателями и побрела в сторону Хижины в надежде, что ему все передадут. Прошло пол часа, когда я заметила вдалеке силуэт. Том двигался не спеша, но твердым шагом, словно уже продумал все действия и точно знал, что он там увидит. Обмануть Реддла столь банальным и глупым способом мне казалось невозможной задачей, но когда я увидела его, то поняла, что подруга действительно умна. Все гениальное просто, так говорил Фред. Я с трудом трансфигурировала из чернильницы птицу — сороку. Это единственный вид, который у меня получался достойным и пустила ее в сторону парочки. Подруга была начеку и сразу заметила мой знак. — Ты такой милый, я… Я хочу кое-что попробовать, но немного стесняюсь, — робко сказал Дельва Эйвери. — Как мне помочь тебе решиться? — слегка нагло ответил ее ухажёр. — Закрой пожалуйста глаза и не открывай, пока не скажу, — опуская глаза ответила Дельва. Я стояла совсем недалеко и подруга ещё накинула на меня отвлекающие чары, а вот Реддл был уже близко, так что я начала переживать. — Обещай, что не проклянешь, — пошутил блондин. — Я сейчас передумаю, — подруга похоже поняла, что следует торопиться. Когда Эйвери показательно закрыл глаза и отвернулся, подруга достала флакончик и залпом опрокинула ворованное зелье. Его было мало, вроде как на пару минут, но я все же переживала, что Эйвери откроет глаза. Дельва сказала, что тогда просто оглушит его. Порой она пугала. Из-за того, что дорогу в это место ещё не протоптали туристы, то пробираться сюда было затруднительно. А Реддл известный чистоплюй и шел аккуратно, стараясь не цепляться за сухие ветки. Это дало ей время на превращение. Я открыла рот от шока, моя точная копия сейчас сидела рядом со слизеринцем и одной рукой закрыв ему глаза, а второй обхватив за шею, потянулась целоваться. Через несколько секунд я наконец оторвала взгляд от пары и устремила его на Реддла, что неподвижной статуей стоял в кустах, крепко сжимая в руке палочку. Он был зол, очень зол. Взглядом пожирая мою подругу он сжимал челюсти, но не спешил выходить из гущи деревьев. Я чувствовала, как вокруг него сгущается темная магия. Ветки возле него стали трепыхаться, а сухая листва закружилась вокруг, словно поднимался ураган. Мне стало страшно, ветер шумел с новой силой, а листья стягивало к нему словно металл к магниту. Когда его силуэт почти скрылся за кружащей листвой, я не выдержала. Том успел сделать лишь один шаг вперёд, как я оказалась перед ним с провинившимся лицом. Я уже надеялась лишь на то, что Реддл просто посмеётся над глупой шуткой и уйдет, но листва не спешила успокаиваться. Наоборот, этот ураган поглотил и меня, и теперь силуэты подруги и слизеринца скрылись за летящим мусором. Я боялась смотреть ему в глаза, потому что в них сейчас отражалась вся злость, что он испытывал. Зрелище не для слабонервных. — Том, я… — И ты считаешь меня плохим, хотя сама подвергаешь Эйвери смертельной опасности? — Это была лишь неудачная шутка, я просто…- мне было стыдно, потому что я почему-то и впрямь не задумалась о том, что может сделать Реддл. — ГОВОРИ! ЧТО ТЫ ХОТЕЛА ЭТИМ ДОКАЗАТЬ? — Том, — послышался мой первый всхлип. — я лишь хотела узнать что ты… Что ты правда ко мне… — ком в горле не дал закончить предложение. — Убедилась? А я не знала. Это ещё одна манипуляция. Он хотел убить своего друга, а не ты. Но я тоже подставила под удар Дельву. — Молчишь? Какое же ещё тебе нужно доказательство? НУ! ГОВОРИ! — Том был в бешенстве и похоже ветер с листьями, что создало купол вокруг нас — глушил все звуки, потому что Эйвери с Дельвой ещё не кружили вокруг нас, я вообще боялась повернуть голову в их сторону. — Обещай, что не убьешь никого. Том сузил глаза и молчал, а я добавила: — Я не смогу смириться с тем, что ты станешь убийцей. — Ты больше никогда не посмеешь проверять меня подобным образом.