Сезон проливных надежд. Вторая попытка

В новую жизнь — новую суть

Может быть, так лучше для нас

Просыпаюсь от звука будильника, и, нащупав телефон, отключаю его. Повалявшись ещё пару минут в тёплой постели, поднимаюсь и принимаю положение сидя. Потягиваюсь, кое-как обуваю тапочки, и направляюсь в ванную. Включаю Джизуса на Яндекс станции, стоящей в коридоре, и, прибавив громкость почти на максимум, делаю уход за лицом, тихо подпевая трекам. Чищу зубы и выхожу на кухню. Открываю окно, запуская в помещение свежий, утренний воздух, делаю несколько глотков воды, и, вернув стакан на место, ставлю на плиту сковороду. Быстро позавтракав и выпив кофе, иду собираться. Сегодня у Вики день рождения, и, конечно же, она пригласила меня, как самую близкую подругу. Я, растроганая такими её словами, моментально приняла приглашение, так ещё и настроила достаточно большой текст с поздравлением ровно в нули. Подруга, от души поблагодарив меня, сказала приезжать к ним к часу дня. А про подарок выразилась кратко: «— Главное, чтобы ты была, больше мне ничего не нужно», но, я, конечно же, не могла оставить Ви без подарка, поэтому купила ей сертификат в Золотое Яблоко. Вика, как, наверное, любая девушка, очень любит ходить по магазинам и тратит, порой, по целому выходному дню на шоппинг. Консилером перекрываю образовавшиеся синяки под глазами, паралельно причитая, что пора уже побольше спать. Ага, только вот найти бы время на сон. Наношу легко-розовые тени с едва заметными глиттером на веки, подкрашиваю ресницы и наношу хайлайтер в уголки глаз. Какое-то время верчусь перед зеркалом, подбирая наряд, но в итоге останавливаюсь на белом топе с завязками по бокам и тёмно-синих бэгги джинсах с небольшими потёртостями. Наверх надеваю чёрную зипку и застёгиваю её, но не до конца. Не думаю, что мы долго будем на улице, но, раз осень постепенно забирает контроль над погодой себе, то стоит одеться потеплее. К счастью, у ребят частный дом в пригороде, по классике, с большой трассой и задним двором. Ещё пару минут проведя у зеркала и сделав несколько снимков, беру небольшую сумку и, накинув её на плечо, прохожусь по комнатам, везде выключая свет. Натягиваю новенькие вансы и черный бомбер, хватаю ключи с комода и покидаю квартиру, громко хлопнув входной дверью и закрыв её на все замки. Решив не дожидаться лифта, практически сбегаю вниз по ступенькам, пропуская последние. Кажется, сегодня отличный день, чтобы вновь прочувствовать вайб подросткового периода. Сажусь в машину, приобретённую на мной честно заработанные деньги, и включаю свой любимый плейлист. Сразу же начинает играть, конечно же, Джизус, а я довольно громко подпеваю, ведь знаю, что за пределами моей чисто белой бмв ничего не слышно. По правде говоря, этой покупкой я гордилась больше всего, ведь именно эту модель хотел Глеб, а теперь она была моей. Усмехаюсь, ведь мысли вновь возвращаются к нему, но на этот раз от воспоминаний мне ни капли не больно. Ни капли не скучные полчаса проходят достаточно быстро и я, всё ещё в приподнятом настроении, заруливаю на парковку Гришиного с Викой дома. Вот кто-кто, а эти ребята газ: за меньше, чем полгода отношений успели купить совместный дом и съехаться, завести кота и начать спокойную семейную жизнь. Улыбка быстро сползает с моего лица, когда, зайдя на просторную закрытую терассу, я вижу до боли знакомую кудрявую макушку. Конечно, шанс, что мы пересечёмся тут, был огромен, я очень надеялась, что его тут не встречу. Стараясь игнорировать желание обернуться, направляюсь к Вике, и, здороваясь, приобнимаю её и вручаю сертификат. Та, тихо завизжав, буквально накидывается на меня с объятиями, а я чувствую, как мою спину прожигает кое-чей внимательный взгляд. С Гришей здороваюсь довольно громким братским хлопком, а после тот как бы невзначай приобнимает меня, а отстранившись, подмигивает. Хитёр пацан. Отхожу обратно ко входу и стягиваю с себя кроссовки, ровненько ставлю их в ряд, а следом вешаю и бомбер. Возвращаюсь к ребятам и, не кинув и взгляда на Глеба, плюхаюсь в тёмно-серое бескаркасное кресло. Достаю из кармана телефон, и, листая ленту инстаграма, закидываю ногу на ногу. — А где Лизка с Даней? — спрашиваю я, не отрывая взгляда от экрана мобильного. Ни ребят, ни их машину я не заметила, но они сто процентов должны присутствовать на таком мероприятии. — В пробке стоят, лошки, короче, — сразу же отзывается Гриня, а я хмыкаю. По яндекс картам пробок сейчас нету от слова совсем, но я, всё же, тактично об этом умолчу. Не проходит и пятнадцати минут, как в моих руках оказывается банка светлого пива, а в дверях – немного запыхавшаяся чудо-пара. Встаю, оставляя вещи у своего кресла и направляюсь к ним, приобнимаю и немного покачиваю в разные стороны блондинку, с которой мы, по независимым от нас обеих обстоятельствам, последний раз виделись около месяца назад. — Бля, Кир, ты выглядишь, будто сбежала с пар на непонятную тусовку, — усмехается Даня, а я, показав ему средний палец и наигранно надувшись, возвращаюсь на уже облюбованное мной место. Гриша, сидящий рядом, заливается громким смехом, а я сую скрученную из пальцев фигу практически ему в нос, заставляя парня успокоиться. Меня расслабляет настолько, что я забываю, что сегодня с нами «культурно отдыхает» Глеб, только вот я практически не пью, а он тянется за второй банкой тёмного и достаёт из пачки очередную сигарету. Заебал. Я встаю, чтобы выйти на улицу, и, убедившись, что это особо никто не заметил, покидаю террасу и сажусь на деревянные ступени. Достаю из кармана зипки пачку шоколадного чапмана и прикуриваю. Пока была с Викторовым, никакие сигареты для успокоения не нужны были. Да и впринципе, с ним не нужно было ничего. Только он рядом. Постоянно. Выдыхая дым в воздух, я невольно начинаю вновь задумываться о том, чтобы свалить с Нижнего Новгорода куда-то в Питер. Не знаю, каким ветром меня занесло обратно сюда, но я буквально поняла, что свободно дышу лишь в этом городе. Тут мои друзья, воспоминания и, в целом, жизнь. Как говорят умные люди, «без прошлого не может быть будущего», поэтому нахуй этот Питер и столицы. Я там, где надо. Входная дверь хлопает, заставляя меня вздрогнуть и обернуться. На пару секунд застываю, рассматривая его силуэт. Поменялся. Очень. Из своеобразного оцепления меня выводит его же охрипший, но до боли родной, голос. — Кир, прошу, давай поговорим как взрослые люди, — тихо произносит Глеб, а я отворачиваюсь спиной к нему, едко кидая в ответ лишь одну фразу: — А ты умеешь?