Между ударами сердца / Between Heartbeats

Было новолуние и вокруг не было источников света помимо звезд. Даже на улицах в полумиле от пляжа в воздухе стоял насыщенный запах соленой воды и рыбы из доков. Под покрывалом из грозовых туч и тумана, часто досаждавших этому району, на окраинах города не было признаков жизни. Атмосфера была затхлой, застывшей — никакой музыки или искусства. Ганнибал не испытывал особой любви к Великобритании — гораздо больше он предпочитал Европу — но этот маленький городок на побережье Ла-Манша был лишь остановкой, пока их договоренности о Греции не будут подтверждены. Сегодняшняя охота будет последней здесь, в Бирлинг Гэпе, Англия. Улицы были пусты, когда он припарковался в квартале от дома и пошел по заранее исследованному маршруту. Вдалеке залаяла собака, ее пронзительный визг действовал Ганнибалу на нервы. Ему никогда особо не нравились домашние питомцы: животные должны быть частью дикой природы, а не жить в роскошных условиях — лучших, чем многие люди могли себе позволить. Только настойчивые утверждения Уилла о том, что собаки — лучшие друзья людей, заставили Ганнибала пересмотреть свое мнение. Добравшись до дома, Ганнибал обошел его вокруг и нашел камень размером с кулак, идеально подходящий для его нужд. Одним точным ударом он разбил окно, и потянулся рукой внутрь, чтобы откинуть задвижку. На мгновение он замер, напрягая слух в ожидании любого звука, но в доме стояла тишина. Распахнув окно, он подтянулся на выступ окна. Оказавшись внутри, он достал пистолет, и тихо прошел по дому, пока не добрался до дверей спальни. Открыв дверь, он осмотрел планировку комнаты, прежде чем ступить внутрь. Избранная им еда спала в кровати, издавая громкий храп и кряхтение, пока мир сновидений держал ее в неведении относительно предстоящих ужасов. Ганнибал остановился у кровати, его губы изогнула лукавая ухмылка. Этот мужчина понятия не имел, в каком виде встретит утро. Сделав глубокий вдох, и позволив мрачному настроению овладеть им, Ганнибал расположил пистолет так, чтобы дуло оказалось под подбородком мужчины. Он прижал его сильнее, чтобы разбудить свою жертву, и тихо произнес: — Просыпайся. Глаза мужчины резко распахнулись, с его губ сорвался судорожный выдох. — Тс-с, — пробормотал Ганнибал, наклоняясь ниже. — Я хочу, чтобы ты в точности выполнил мои указания. — Ладно-ладно, — прохныкал мужчина. — Пожалуйста, не причиняйте мне вреда. — Встань с кровати, — приказал Ганнибал, игнорируя жалкое нытье. Он отступил, удерживая дуло пистолета на уровне головы жертвы, в то время как мужчина сидел, выпрямив спину и подрагивая от подступающей истерики. — Чего вы хотите? Денег? — спросил он, заставив себя поднять взгляд. — Можете забрать все, только, пожалуйста… — Замолчи, — спокойно и четко сказал Ганнибал. Мужчина поднял руки выше, покорно опустив голову. — Вставай и иди за мной в гостиную, — приказал Ганнибал, указывая пистолетом на дверь. Мужчина встал с кровати и поплелся к двери, держа голову опущенной, а руки поднятыми. Он дрожал с головы до ног, и это приносило Ганнибалу удовольствие. Запах страха был насыщенным, настолько же горьким, насколько сладким — самый сильный запах, который мог учуять Ганнибал. Когда они добрались до гостиной, Ганнибал встал перед мужчиной, держа пистолет у его головы. — Где деньги? — спросил он. — Я… я храню небольшой запас в сейфе в шкафу в спальне, — поспешно признался мужчина. — У меня также есть несколько хороших часов, вы можете взять их все… — Я возьму все, что захочу, — пробормотал Ганнибал. С этими словами он выстрелил мужчине в лоб, едва моргнув, когда несколько капель крови попали ему на щеку. Тело с глухим звуком свалилось на пол спиной вниз, глаза застыли широко распахнутыми, когда кровь из его головы хлынула на ковер. Ганнибал немедленно приступил к работе, разрезав бок мужчины, чтобы извлечь органы, которые ценил больше всего. С печенью и почками было легко, но Ганнибал приложил дополнительные усилия, чтобы добраться до грудины и достать сердце. Оно стоило того, учитывая, что у Ганнибала в рационе почти месяц не было свежего мяса. К моменту, когда он закончил извлекать органы, его кровь была насыщена адреналином. В воздухе витал острый медный запах — привычное топливо для огня в его венах. Собрав драгоценное мясо, Ганнибал отступил и выпустил полдюжины пуль в грудь и живот мужчины, уничтожая следы сделанных им точных надрезов. Выстрелы скорее всего привлекут внимание соседей и полиции. Он действовал поспешно, еще одним выстрелом уничтожив замок сейфа, и забрав деньги и часы, которые упоминала жертва. Из комода он вытащил золотую цепочку с изящной подвеской-крестом, улыбаясь от присваивания собственности мужчины. Ганнибал собирался покинуть дом через окно, когда топот крошечных лапок и тихое поскуливание привлекли его внимание к собачьей лежанке в углу. Он был так сосредоточен на своей жертве, что не заметил маленького черного терьера, почти слившегося с тенями. Собака смотрела на него черными влажными глазами, тяжело дыша и виляя хвостом человеку, который только что убил ее хозяина. — С этого момента ты бездомная, — сказал Ганнибал, делая шаг в сторону собаки. — Совсем одна в этом мире. Собака в ответ тихо залаяла, взволнованно перебирая передними лапами. — Я знаю кое-кого, кто позаботится о тебе, — добавил Ганнибал, опускаясь на колени и протягивая руку. — Ты бы хотела этого, не так ли? Собака подошла на несколько шагов ближе, жадно принюхиваясь, и виляя хвостом так быстро, что все ее тело тряслось. — Пойдем, — сказал Ганнибал, тихо цокнув языком. Собака рванулась вперед, напрыгивая крошечными лапками на бедро Ганнибала. Она нетерпеливо залаяла, выпрашивая ласку тех же рук, что выпотрошили ее хозяина. — Что ж, хорошо, — сказал Ганнибал, беря маленькую собаку под мышку. — Но будешь создавать слишком много шума — закончишь как твой хозяин. Он выбрался через окно, и быстро пошел к машине. Улица уже была освещена соседями, разбуженными выстрелами. Скоро местность будет переполнена полицией. Ганнибал неторопливо отъехал от тротуара и ехал ниже скоростного ограничения до тех пор, пока не выехал за пределы района. К его удивлению, собака относительно тихо и спокойно сидела на пассажирском сиденье. Он почти надеялся, что собака будет изводить его лаем и раздражающим поведением: милосердие или даже доброта были не в его натуре. Это животное войдет в его жизнь как еще одна черная метка имени Уилла. Ганнибал ехал по окраине города до тех пор, пока не достиг моста, пересекающего канал, что впадал в океан. Запарковавшись у него, Ганнибал снял свой пластиковый костюм и сложил его в багажник вместе с холодильником со свежим мясом. Пока он складывал деньги и часы, собака наблюдала за ним большими, выжидающими глазами. — Оставайся здесь, — сказал он собаке. Выйдя из машины, он откинул голову назад, вдыхая запах океана и вкус лета в воздухе. Пока он поднимался на самую высокую точку моста, бриз с океана развевал его волосы. Вода под ним пенилась, устремляясь к океану, где ее ожидала огромная песчаная империя. Ганнибал выбросил деньги и часы за парапет, наблюдая, как купюры кружатся в воздухе, а крошечные стеклянные круги сверкают в тусклом свете, прежде чем погрузиться в холодные объятия океана. Когда в дом прибудет полиция, все будет выглядеть как ограбление, пошедшее не по плану — не редкое происшествие в этой бедной части города. Они никогда не узнают, какое величие прикоснулось к их маленькому, вонючему району. Но он вспомнит об этом, сидя за ужином и затем переваривая останки одной из множества жертв, которые мертвыми стали более ценными, чем были при жизни.

***

Уилл застонал, крепче закрывая глаза, противостоя тому докучающему фактору, что медленно вырывал его из сна. Он знал, что утро еще не наступило, но нетерпеливое частое дыхание и толчки крошечных лапок на его руке заставили его проснуться. Глаза Уилла открылись и увидели маленькую, пушистую мордочку, нависающую над ним и обдающую его щеки горячим дыханием. Он едва успел вновь закрыть глаза, прежде чем маленькая собачка высунула язык и ласково провела им по его щеке. — Что за… — застонал Уилл, приподнимаясь на локтях. Он провел рукой по лицу, и заставил себя вновь открыть глаза, чтобы посмотреть на Ганнибала, сидящего на его кровати с крайне самодовольной ухмылкой на губах. — Я принес тебе кое-что, — сказал Ганнибал, указывая на извивающийся комок шерсти, пытающийся залезть на руки Уилла. Уилл удивленно моргнул, вознаградив собаку поглаживаниями по макушке. — Ты принес мне собаку? — Ты сказал, что скучаешь по своим собакам, а эта чуть не оказалась бездомной, — ответил Ганнибал. — Мне кажется, решение было очевидным. — Подожди, это… — голос Уилла прервался, когда он сложил части воедино. — Ты только что убил кого-то, не так ли? — Да, — беззастенчиво признал Ганнибал. — И забрал собаку этого человека? — Да. Для тебя. — Эм… Спасибо? — слабо проговорил Уилл. — Называй ее как хочешь, но я думаю, что ей подойдет имя «Боттичелли», — сказал Ганнибал, вставая с кровати и разворачиваясь, чтобы уйти. — Ганнибал, — позвал Уилл, свесив ноги с кровати. Ганнибал замер и посмотрел на него. В его глазах был проблеск — скрытая надежда мальчика произвести впечатление на понравившуюся девочку. — Спасибо, — сказал Уилл, держа собаку на руках. — Я не думал, что ты запомнил, как я скучаю по моим собакам. — Ты не думал, что меня это волнует. — Нет, — пробормотал Уилл. — Я как никто другой знаком с чувством одиночества в этой жизни, — ответил Ганнибал. — Все люди жаждут близкого общения. Даже некоторые мои коллеги придерживаются мнения, что это необходимая часть жизни. До того, как мы покинули Балтимор, у меня было искусство и опера, у тебя были твои собаки. Общение не всегда включает в себя другого человека, особенно для людей, подобных тебе и мне. Это не то, что я могу забыть или проигнорировать. Я знаю тебя лучше, чем ты думаешь, Уилл. — Думаю, Боттичелли идеально подходит, — улыбнулся ему Уилл.