Звёзды сияют ночью.

После того откровенного разговора прошла целая неделя, но, как ни странно, отношения между Сонхва и Хонджуном совсем не изменились. И Чонхо это совершенно не устраивало. - Я думал, твой император станет более чутким по отношению к принцу, - жаловался он Сану. – А он все так же почти не видится с ним. - Это сам Сонхва сказал или чисто твое видение ситуации? – спросил телохранитель Хонджуна, буквально вытащенный камердинером из тренировочного зала. - Сонхва ничего не говорил. У меня вообще такое чувство, что им обоим все равно. Они вроде как пытаются понять друг друга и стать ближе, но лично я прогресса особо не вижу. - Может, стоит оставить их в покое? – вздохнул Сан. – Я, как и ты, переживаю за самого принца больше, чем за их отношения, но они оба взрослые люди. Пусть сами разберутся. - Все таки ты положил глаз на Сонхва! – хитро прищурившись, сказал Чонхо. Сан картинно закатил глаза. - Даже если и так, что с того. Поверь, я вмешаюсь только в том случае, если увижу серьезный разлад между ними. Просто я очень хочу, чтобы принц был счастлив. А вбивать клин между Сонхва и императором я не буду. - А что он говорил? - Кто? – устало спросил Сан. - Хонджун, кто еще! Дураком не прикидывайся! Он ведь наверняка обсуждал с тобой происхождение принца? - Обсуждал. И он полностью на его стороне. - И все? – всплеснул руками Чонхо. – Никаких подробностей? Мы же с тобой друзья! - Там нет никаких подробностей! Просто дай им время, ладно? - Ладно, - неожиданно легко согласился камердинер. – Кстати, через несколько дней приезжает посол Кан. С Сонхва они давние и очень близкие друзья. Надеюсь, что хоть Ёсан-и скрасит одиночество нашего принца. - Близкие друзья? – удивился Сан. – С послом Каном- младшим? И насколько близкие? - Они знают друг о друге все, - пожал плечами Чонхо, направляясь к выходу из террасы. – Когда Сонхва приезжал в Нитау, Кан-старший всегда привозил с собой сына. - Постой! И все? А где подробности? - Там нет никаких подробностей, - бросил через плечо Чонхо. – И плохо работает ваша разведка, раз вы это не знаете. - Вот зараза! – пробормотал Сан, провожая взглядом камердинера. *** Хонджун задумчиво смотрел на открытые окна покоев Сонхва, прокручивая в голове разговоры с Саном. После откровения аммарского принца император лишь спустя два дня поделился этой тайной с телохранителем. - И что вы намерены делать? - Защищать своего мужа, что еще? – император устало потер виски. – Вообще, я много думал о том, что рассказал мне Сонхва. И знаешь, что? Теперь у меня несколько вариантов причин, по которой принца вдруг захотели убить. Первый. Мы не берем в расчет его происхождение. А значит, если Сонхва вдруг умрет, Ли Джин будет втюхивать мне Лэйна. А раз у него с Сонхва отношения не задались, то если Лэйн появится в Санаре в роли моего официального мужа, то прибрать к рукам мою империю будет намного легче. Конечно, я могу отказаться от нового брака, но тогда начнутся провокации на границе, а это может перерасти в войну. Второй вариант. Смертью Сонхва Ли Джин сможет спровоцировать раскол между Санарой и Аль-Атар, напирая на то, что я был обманут, вступив в брак с полукровкой. А то и вовсе свалить смерть принца на меня. - Значит, надо усилить охрану вашего мужа, - сказал Сан. - Сонхва не хочет, чтобы во дворце за ним ходили толпы стражников, - тяжело вздохнул Хонджун. – Знаешь, я понимаю причину его отказа. Его обучали пустынные воины, а значит, Сонхва вполне сможет сам защитить себя. Вот только от шальной стрелы не застрахован никто. И потом, мне будет спокойнее, если я буду знать, что мой муж защищен не только своими навыками, но и профессиональными воинами. - Скоро приезжает посол Кан, - напомнил Сан. – Думаю, можно попросить его об охране принца пустынными воинами. Минги рассказывал о них. Точнее, о тех воинах, что охраняли императора Аль-Атар в вашу тогдашнюю поездку. Он говорил, что они словно тени. Вроде бы есть, а вроде и нет. Думаю, посол Кан не откажет, тем более Чонхо сказал, что они с Сонхва очень близки. - Близки? – в голосе Хонджуна промелькнуло неподдельное изумление. – С Кан Ёсаном? - Да, - кивнул Сан. – Они часто встречались в Нитау. - Что значит близки? - Чонхо не уточнил. - А почему Уён об этом не знает? Сан мысленно чертыхнулся. Он прекрасно знал этот обманчиво спокойный голос императора, за которым обычно следовали весьма жесткие действия. И Уён, который и так уже не раз попал под горячую руку Хонджуна из-за неполных и недостоверных сведений по аммарскому принцу, вполне сейчас мог схлопотать по полной. - Не думаю, что здесь есть вина Уёна, - Сан выдержал тяжелый взгляд напротив. – Не только ему, но и разведчикам Минги не удалось многое узнать о Сонхва. Вы ведь сами понимаете, что невозможно… - Ты всегда его выгораживаешь! – перебил Хонджун. – Странно, что при всем этом ты не замечаешь главного. - Что именно? – не понял Сан. Император усмехнулся. Он бы мог сказать, что даже ему надоели эти многозначительные взгляды самого ценного шпиона на его телохранителя, но пока в мыслях Сана витает Сонхва, это было бесполезно. - Ничего. К слову пришлось… Конечно, он прекрасно понимал, что действительно невозможно узнать о человеке абсолютно все. И уж если Уён не смог, то другие точно не смогут. Но периодически отчитывать своего лучшего шпиона он все же должен. Не потому что император, а потому, что Уён иногда ошибается в своих донесениях, а еще потому, что Хонджун откровенно устал от этой безответной влюбленности Уёна в Сана, считая ее главной причиной промахов шпиона. Но сейчас Хонджуна волновали не промахи Уёна, а слова Чонхо о Кан Ёсане. Посла Аль-Атар император видел лишь дважды, но этого хватило, чтобы отметить привлекательность Кана-младшего. И теперь его беспокоил лишь один вопрос – насколько близки были аммарский принц и посол. Простояв еще немного у окна, Хонджун решительно направился в покои Сонхва, сталкиваясь в коридоре с Чонхо. - Принц у себя? - Он занят тем, что принимает ванну, - камердинер поудобнее взял поднос и бросил лукавый взгляд на императора. – Вообще-то он просил не беспокоить, но вам, думаю, можно. Проводив взглядом невысокую, но крепкую фигуру Чонхо, и снова отметив про себя, что камердинер аммарского принца тот еще хитрый лис, Хонджун вошел внутрь покоев, тут же отмечая чутким нюхом легкий аромат лотосов. Шагнув за уже знакомую ширму, император снова замер. Пены в этот раз было мало, а вот лепестков целая ванна. Смуглые длинные ноги опять покоились на бортике, а широкие плечи украшали невесомые лепестки. - Так и будешь стоять там? – не открывая глаз, спросил Сонхва. - Почему ты решил, что это я? – Хонджун неожиданно для себя отметил более низкий тон голоса принца, отчего где-то в груди полыхнуло. – Может, это Чонхо. - Чонхо ходит бесшумно, - серые глаза распахнулись, и губы Сонхва тронула легкая улыбка. – А ты топаешь как слон. А еще я просил меня не беспокоить, но, видимо, моему камердинеру и тебе все равно. - Я хотел поговорить, - Хонджун неспешно подошел к ванне, садясь на бортик и ловя в глазах напротив изумление. – Просто подумал, что момент подходящий. - Насчет момента я бы поспорил, но ладно, - Сонхва удобнее расположил подушечку под шеей. – Я весь во внимании. Император скользнул взглядом по изящным ключицам, поднимаясь выше, к точеным скулам и серым глазам. Невероятно красивым глазам в обрамлении пушистых ресниц. Почему он раньше не замечал, насколько притягательна необычная красота его мужа? Хотя, конечно, замечал, просто предпочитал не видеть. И очень даже зря. - Хонджун? – в серых глазах заплясали хитрые искорки. Кажется, аммарский принц прекрасно понимал, в чем причина возникшей паузы, но вовсе не хотел делать на этом акцент. - Скоро приезжает посол Кан, - заговорил Хонджун. – Чонхо сказал, что вы очень близки. - Мы с Ёсан-и знаем друг друга с детства, - охотно ответил Сонхва. – Он часто приезжал с отцом в Нитау, когда меня там обучали. Поэтому да, мы очень близки. Следующий вопрос буквально вертелся на языке у Хонджуна, но он все же смог заставить себя забыть о нем. По крайней мере, на время. - Я бы хотел попросить у после Кана охрану для тебя из пустынных воинов. Насколько я знаю, у него и его отца в Аль-Атар очень большие возможности. Изумление на лице принца сменилось растерянностью, и император буквально с наслаждением наблюдал за живыми эмоциями Сонхва. - Ты ведь знаешь, что я сам могу за себя постоять. Лучше найми их себе, для подстраховки. - Для подстраховки у меня есть Сан, - ответил Хонджун, бездумно опуская ладонь в теплую воду, почти касаясь смуглого обнаженного бедра. – Я хочу, чтобы ты был в безопасности. Сонхва впервые в жизни не знал, что ответить. Искреннее желание императора защитить его никак не вязалось с тем образом, что он вообще из себя представлял. Да еще память услужливо напомнила о том моменте, когда Хонджун своим телом загородил его от стрелы наемника. Интересно, что двигает императора на подобные действия? Чувство долга или другое чувство? - Даже если ты ответишь нет, я все равно обговорю этот вопрос с послом Каном, - карие глаза буквально впитывали каждую эмоцию на красивом лице. – И еще я хотел, чтобы ты присутствовал на моей официальной встрече с послом. - Но по правилам и по нашему договору… - Я бы хотел аннулировать договор, - неожиданно сказал Хонджун. – Точнее, ту его часть, где написано, что ты не имеешь право вмешиваться в политику Санары. - На тебя что, так действует мой образ в ванной? – Сонхва и правда не знал, что нашло на императора, и ляпнул первое, что пришло на ум. Потому что по другому он не мог объяснить внезапные порывы Хонджуна. - Возможно… Принц на мгновение замер. Конечно, он прекрасно знал, как он выглядит, и прекрасно видел, как на него смотрит император. И как в глубине карих глаз поднимается искра самого настоящего интереса. Вот только, положа руку на сердце, он сам не знал, радовало его это или нет. Привыкший к роли невидимки, он действительно боялся узнать, во что может вылиться интерес императора к его персоне. Боялся, но где-то в самых потаенных уголках своей почти разбитой души хотел, чтобы этот интерес был настоящим. - Тебе пора, Хонджун. И впредь не приходи в мои покои, если я занят. И не советую вести деловые разговоры в подобном… ммм… месте. - Знаешь, ты единственный, кто уже не первый раз просто выгоняет меня за дверь в собственном дворце, - император нехотя поднялся с бортика ванны, вынимая ладонь из воды и задевая обнаженное бедро. Взгляд скользнул выше, на изящные щиколотки, и пальцы сами потянулись к гладкой коже, медленно ведя мокрую дорожку от колена к стопе. - Ты прав, - в голосе императора проскользнула хрипотца. – Это место не для деловых разговоров. С трудом оторвав руку от гладкой кожи, Хонджун, не оборачиваясь, вышел. Сонхва шумно выдохнул, прикрыв глаза. Какого черта он творит? И почему каждый раз, стоит ему прикоснуться к принцу, дыхание учащается? *** Хонджун захлопнул дверь покоев принца, прислонившись лбом к прохладному резному дереву. - Какого черта ты творишь, император? – сам себе усмехнулся Хонджун, все еще ощущая гладкость медовой кожи. Ему вообще не стоило идти к принцу после слов Чонхо. И он мог не пойти. Мог, но пошел. Потому что снова хотел увидеть эту совершенную красоту в розовых лепестках, угадывая за оседающей пеной участки обнаженной кожи. Неужели именно так выглядит влюбленность? Или влечение? Или все вместе? Хонджун тряхнул головой, прогоняя из мыслей образ принца. Вообще то, изначально он планировал поговорить только о после Кане, и даже представить себе не мог, что решит затронуть тему их договора. Нет, конечно, он не собирался сдавать назад, говоря об аннулировании. Просто император не ожидал сам от себя таких действий. Миновав два внутренних дворика, Хонджун свернул к Юнхо, застав своего лекаря за сортировкой сушеных трав. - О, мой император! – заулыбался Юнхо, вежливо поклонившись. – Давно вас здесь не было. Решили за чаем зайти? - Нет. Скажи, ты поставляешь Сонхва лотосы для ванны? - Да, - кивнул Юнхо. – Его Высочеству не понравилась последняя партия? - Я здесь по другому вопросу, - Хонджун махнул рукой. – Какие лотосы самые редкие? И подходят ли они для ванны? Юнхо удивленно хлопнул глазами. Ему же не послышалось сейчас? Если нет, то будет что обсудить с Минги и Чонхо. Последний уж точно обрадуется. - Желтые лотосы самые редкие. Они подходят для ванны, только, к сожалению, в Санаре они не растут. И в соседних империях тоже. Их можно достать из-за моря в западных империях. - В свежем виде? - Только сухоцветы, мой император, - ответил Юнхо. – Можно привезти семена и попробовать вырастить у нас. Или нанять корабль со льдом, чтобы сорванные цветы сохранились. - Мне нужны свежие желтые лотосы! – тоном, не терпящим возражений, заявил Хонджун. – Много. Цена не важна. И пусть заодно привезут семена. - Я достану их, мой император, - поклонился Юнхо. – Но не раньше, чем через две недели. И то, если все пройдет гладко. - Хорошо. Только никому ни слова об этом! Пусть для моего мужа это будет сюрпризом. - Конечно!