Ꭰᴇviliᴀn Ꭲᴇʍᴩᴛᴀᴛiᴏn

Пасмурный понедельник сентября начался для Лисы весьма увлекательно. Ее родители уехали на целую неделю в командировку в другой город, чему девушка была несказанно рада. Что делают в такие моменты в фильмах? Конечно, вечеринка, алкоголь, громкая музыка. Лиса была из обеспеченной семьи, которая имела не один дом в городе и не один участок за его пределами. Но на вечеринках Лиса была не тем человеком, который напивается до беспамятства и позволяет громить свой дом, наблюдая за их играми, ссорами и разборками. Нет, она будет потягивать один бокал чего-то крепкого, наблюдая за тем, как другие напиваются до отключки. Весело и познавательно. Эти выходные прошли по-высшему разряду. Все ее друзья и знакомые были в восторге от вечеринки, которая имела хороший исход. Никто не подрался, никого не забрали в полицию, кто-то перепил и полночи провел в обнимку с унитазом, но это не так страшно. Лиса танцевала, строила глазки молодым людям и слушала сокровенные тайны на балконе с электронной сигаретой в руках. Эту часть она любила больше всего. Грязные секреты — самое ценное в их обществе. В школу девушка пришла не в трезвом состоянии, гуляя две ночи подряд, но достаточно свежа и бодра. Стоя рядом с ней, нельзя было сказать, что Манобан под кайфом, и это было на руку. Если бы мисс Пак узнала, в каком она состоянии, одним звонком родителям не обошлось бы. — Сегодня придёшь? — спросила Лиса, садясь за парту к своей подруге. — Нет, конечно. Я не смогу выглядеть завтра утром также, как ты, — длинноволосая девушка заправила непослушные пряди волос за уши и убрала зеркальце в сумку. — Может, ты успокоишься? Ты как с цепи сорвалась. — Джису, не читай мораль, — оборвала ее Лиса. Джису заметила тоже, что ее подруга очень сильно изменилась за последние полгода. Но была рада тому, что Манобан не связалась с плохой компанией и не начала употреблять запрещённые вещества. Начался урок истории. Сидя на задней парте, Лиса заскучала под нудную лекцию пожилого преподавателя. Она устала слушать речи о том, что изменилась. Это было очевидно, и она это прекрасно осознавала. Просто выросла. Стала более уверенной и раскрепощённой. Но главной причиной была влюблённость в мисс Ким. Лиса не могла до конца признаться себе, что все её выходки были направлены на привлечение внимания. Она была готова спорить с женщиной, ругаться, надеясь получить хоть какую-то отдачу. Мысли об этой женщине терзали её изнутри. Лиса хотела бы быть с ней, но понимала, что это невозможно. Много нюансов. Манобан уже не следила за ходом мыслей учителя и перестала вести конспект. Она думала о том дне, когда шлепнула мисс Ким по попе. Она не раз хотела извиниться. Не за шлёпок, а за его силу, которую не рассчитала. Но брюнетка её избегала. — Лис… Лисаа, — Джису уже в четвёртый раз позвала подругу. — Что он сказал после…? Ким заглянула в незаконченный конспект подруги, понимая, что спрашивать её о чём-то бессмысленно. — Что с тобой? Отходняк? — Да, немного, — Лиса встряхнула головой и потянулась к своему рюкзаку, из которого достала бутылку с водой. — Будешь? Джису приняла воду и сделала один глоток. Жидкость, напоминающая далеко не воду, обожгла горло, отчего девушка закашляла на весь класс. — Сдурела? — шикнула брюнетка. Она сунула бутылку обратно Лисе и начала искать в своей сумке жвачку. — Тише ты. — Манобан сделала два глотка, немного поморщившись. — Я продолжаю веселиться. — Тебе двух дней не хватило? — Джису начало злить такое поведение подруги. — Тебя за это могут исключить. — Не исключат. Мой отец в попечительском совете. Он этой школе отстегивает столько денег, что я могу здесь открыть свой бар, — усмехнулась Лиса, делая последний глоток, после чего спрятала бутылку обратно в сумку. Ким проигнорировала подругу и наконец вернула внимание к учителю. Ее отец не смог бы отмазать дочурку, распивающую алкогольные напитки в школе. — Хей, ты чего? — Лиса заметила перемену настроения. — Отвали. — Ну и пожалуйста, — фыркнула Манобан. Она запивала свою душевную боль алкоголем. Как бы она не старалась этой вечеринкой отвлечься, и хоть на 10 минут перестать думать об учителе, ничего не получалось. В каждом темном силуэте она видела мисс Ким. В каждых накрашенных алой помадой губах она пыталась разглядеть губы этой женщины. Настроение Лисы упало, и в обеденный перерыв она скрылась в туалете. Она сидела на подоконнике, смотрела на школьный сад, в котором обедали некоторые ученики, и пила мартини из пластиковой бутылки. Нужно было отсидеть ещё три урока, и можно было ехать домой. Желания продолжать веселье не было. Лиса понимала, что алкоголь не сможет вытряхнуть из головы образ горячей брюнетки, которую она видела каждый день по нескольку раз. Это было сложнее всего — видеть, желать, но не иметь возможности обладать. Прозвенел звонок на урок, и Лиса поспешила в класс. Коридоры школы были пусты, ведь все ученики знали правила — никаких опозданий. Именно для этого их перерывы были дольше, чем в любой другой школе Бостона. Ноги нехотя волочили её в класс, который располагался в конце коридора. Навстречу ей шёл предмет её воздыханий и мучений. Как всегда в деловом костюме. Только сегодня строгую юбку она заменила брюками, которые облегали её стройные длинные ноги. Без туфель на шпильке мисс Дженни Ким было невозможно представить. Голубая блузка, расстёгнутая на три верхние пуговицы, подчеркивала её элегантность. Губы, подведённые красной помадой. Глубокие карие глаза. Лиса замечала каждую деталь в образе этой женщины. Она старалась не зацикливаться на ней, но это не всегда получалось. — Опаздываешь, — заметила Ким, проходя мимо ученицы. — Как и вы, — ответила Лиса, не останавливаясь и не поворачивая головы в её сторону. Дженни не стала оправдываться перед ученицей. У неё не было урока, и она могла спокойно прогуливаться по коридорам школы, что нельзя было сказать о Лисе. — Стоять! Стук каблуков прекратился, неотвратимо отдаваясь эхом в пустом коридоре. Дженни не ошиблась. Она не была любителем крепких алкогольных напитков, но запах был слишком явным, чтобы его не заметить. Или ей просто так показалось? Развернувшись, она шагнула к Лисе, которая стояла, не понимая, что происходит. Чёрт! — прокляла про себя Лиса. Она совсем забыла выпить таблетку, которая блокирует запах алкоголя. — Бежать некуда, — сказала про себя Дженни, подойдя ближе и внимательно вглядываясь в затуманенные серые глаза Лисы, которые начинали нервно бегать. Манобан не стала открывать рот — запах алкоголя был очевидным. — В мой класс, живо! — процедила Ким сквозь зубы, направляясь в конец коридора. Ей не нужно было оборачиваться — она знала, что Лиса будет следовать за ней. У Дженни не было много вариантов. Первый вариант — рассказать все Пак, как директору школы, и придать этой ситуации огласку. Это случилось бы в любом случае. Как бы Лису не любили, ей не станут делать поблажек. Это прямое нарушение правил. Второй — лично разобраться с Лисой и отправить её домой. Дженни не хотела, чтобы девушку исключили. Она не знала, как объяснить это желание, да и не собиралась разбираться со своими эмоциями. Лиса зашла в класс математики, поставила стул рядом с учительским столом, села на него и закинула ногу на ногу. — Рассказывай, — потребовала Ким, встала рядом с девушкой и облокотилась пятой точкой о край своего стола. — Да в принципе и рассказывать нечего, — фыркнула Манобан. — Хорошо, — Дженни направилась к двери. — Вы куда? — испуг читался в её глазах. — За директором, — почти переступив порог, ответила Дженни, но услышала: — Стойте, — Лиса потерла лицо ладонями. — Я расскажу. Может быть, действие алкоголя на время прекратилось из-за стрессовой ситуации, в которой находилась Лиса, но она поняла, что натворила делов, за которые действительно могла бы быть исключена. — Я слушаю, — мисс Ким вернулась на прежнее место. — Да, я немного выпила. У меня на выходных была вечеринка. И я… ну вот… как-то так… — то ли из-за алкоголя, то ли из-за нервов речь девушки стала непонятной. — Что пила? Как много? — Мартини. Немного, — Лиса не могла поднять взгляда. Ей хотелось провалиться под землю от стыда и, в то же время, напасть на эту женщину, зацеловывая её до потери сознания. — Где твои родители? — Ким видела состояние девушки. Она не была в сильном алкогольном опьянении, но, тем не менее, это нарушение. — Они по делам уехали. Приедут к концу недели, — Манобан стало жарко. Встав, она скинула пиджак и бросила его на парту. Тело отказывалось следовать сигналам мозга. Она оказалась напротив учителя и поставила руки на стол, по обе стороны от бёдер Ким. — Что ещё хотите знать? — Зачем ты пила в школе? Дома не хватило? — Ким бросило в жар от такого близкого контакта. Она видела маленький пожар в глазах девушки, которая сейчас была уязвима. — Вы говорите прямо как Джису. — Что? Ким, Джису тоже пила? — Нет-нет. Она отказалась. Пила только я, — даже если бы Джи и выпила, Лиса бы её не сдала. Всё-таки она была хорошей подругой, хоть и вела себя иногда по-идиотски. — Вы расскажете директору? — Мне кажется, мы можем обойтись без этого. Я отправлю тебя домой отсыпаться, но ты должна пообещать, что об этом больше никто не узнает. Если сболтнешь кому-нибудь, у меня будут большие проблемы. — Почему вы меня покрываете? — Лиса накрыла своей ладонью руку мисс Ким. — Сама задаюсь этим вопросом, — Дженни понимала, какую ответственность она на себя берет, но этот вариант казался самым правильным. — Я никому не скажу, — Лиса понимала, на какой риск идут ради неё, и пообещала молчать. Главное, чтобы Джису тоже держала язык за зубами. — Из чего ты пила? Где бутылка? — Дженни пыталась найти хоть какой-нибудь вопрос, чтобы прервать их долгий зрительный контакт. — Она у меня в сумке. — Отдай её мне, — попросила Ким. — Зачем? Я отвезу её домой и… — Лиса замолчала. — И там допьёшь? — закончила её фразу Дженни, прожигая девушку суровым взглядом. — Ты в курсе, что тебе вообще нельзя пить? — Нет, конечно, — усмехнулась Манобан. — Ты что, издеваешься? Дженни слегка оттолкнула от себя девушку и направилась к лежащему на столе рюкзаку ученицы. Но Лиса была шустрее и проворнее. Изловчившись, она выхватила бутылку и, оббежав стол, допила содержимое несколькими глотками. Ким сразу пожалела, что собиралась прикрывать ученицу. — Легче стало? — Дженни сжимала кулаки, пытаясь сдержаться и вытряхнуть эту эгоистичную девчонку. — Нет, — Лиса опустила голову. Мысли путались. — Я не должна была этого делать. Прости, — её немного покачивало, и она облокотилась руками о стол. — Нравится состояние опьянения? — Да. Пока не начинаются вертолёты, — в ответ она услышала только фырканье. — Но зато алкоголь придает смелости. — Сейчас тебе смелость не нужна, — Дженни присела на стул, за которым сидела Лиса несколько минут назад. — А может, и нужна. Голова болит? — от глаз Манобан не ускользнуло, как учитель трет виски. Мда, она доставила немало хлопот своими выходками, но время вспять уже не вернуть. — Да. Ты сводишь меня с ума, — Дженни понимала, что стоило бы отвесить Лисе подзатыльник и отправить её домой. Говорить с ней, когда она в таком состоянии, не имеет смысла. — Как и вы меня, — призналась Лиса. Дженни была не в силах трактовать эту фразу, потому что головная боль стала невыносимой. Она даже не заметила, как девушка оказалась за её спиной. Лиса была ведома своими желаниями, на осуществление которых её толкал алкоголь. — Вам надо расслабиться, — еле слышно произнесла она и опустила руки на напряжённые плечи Дженни. — Что ты делаешь? — Ким ощутила эти прикосновения, но была не в силах подняться или хоть как-то остановить это. — Тсс, — Лиса принялась разминать плечи, ощущая скованность. Ким моментально напряглась всем телом, не зная, чего ожидать. Голова ее была вновь затуманена рядом с этой девушкой. Вроде бы пила не она, но все же как-то удалось опьянеть. Может, от этих нежных прикосновений. — Расслабьтесь, — приказала Манобан — Голова перестанет болеть. Дженни последовала ее приказу. Как бы её мозг не кричал: «Остановись. Это ненормально!», сердце и тело требовало продолжения. — Я оголю плечи, так будет удобнее, — Лиса даже не спрашивала, она смело опустила руки к пуговицам блузки и принялась расстёгивать одну за другой. Ким совсем позабыла о том, что они в школе. Что их могут прервать и будет слишком много вопросов к происходящему. К тому же, у Дженни урок, на котором ее нет. Она не могла сейчас придумать, как оправдать девушку, глядя на то, как её пальцы ловко распахивают блузку. — Хочу сказать, что у тебя шикарная грудь, — Лиса приспустила с плеч мисс Ким блузку, и опустила руки на пылающую кожу. — Не туда смотришь, — Дженни лишь сильнее выпятила грудь вперёд, демонстрируя свои формы и кружевной бюстгальтер белого цвета. Ох, как же Лисе хотелось в этот момент уложить Ким на стол, раздвинуть ноги и трахнуть так, чтобы она больше не могла указывать. — Мои глаза там, где надо, — шепнула она на ушко, продолжая массировать плечи. Дженни изо всех сил пыталась не застонать. Ей было настолько приятно, что она перестала контролировать свое тело. Если бы сейчас Лиса действительно уложила ее на стол, она была бы не против. Плечи были ее лёгкой эрогенной зоной, и Дженни поняла это только сейчас. Надо записаться к массажисту, желательно красивому и сексуальному. — Нравится? — Лиса и так знала ответ. — Да, — голос женщины охрип и стал намного ниже. Этот звук вызвал у Манобан дрожь во всем теле. — А Вам когда-нибудь делали массаж груди? М? — Лиса медленно начала вести ладонями вниз, минуя ключицы, но руки, опустившиеся поверх, остановили её. Дженни прочистила горло и встала со стула. Ноги были ватными, а кое-где стало очень дискомфортно из-за возбуждения. Стоя спиной к Лисе, она начала застегивать блузку, боясь развернуться. — Я вызову тебе такси, — произнесла она. — Когда доедешь до дома, напиши мне, пожалуйста, смс, чтобы я не волновалась. И давай договоримся, чтобы этого больше не повторялось. — Чего именно? — Лиса стояла позади, ощущая жар, исходящий от тела сквозь одежду. — Алкоголь в стенах школы, — Дженни поправила блузку и развернулась. Она не могла предстать перед ученицей напуганной. — То есть я смогу ещё раз сделать вам массаж? — подмигнула она. — Об этом и речи не может быть. — Дженни отодвинулась от девушки на достаточное расстояние, не в силах трезво мыслить рядом с ней. Она призналась себе, что потеряла контроль. На время. И этого больше никогда не повторится. Но вслух она не могла произнести. — Иди. Скоро закончится урок, — Ким взяла со стола свой мобильный и дрожащими руками начала искать такси в приложении. Когда Ким из окон своего класса убедилась, что девушка села в машину и уехала, она рухнула на свой стул и прикрыла глаза. Она чувствовала себя заведенной и неудовлетворенной. Головная боль, действительно, прошла.