Пленники одного сюжета

В мертвенной тишине коридора раздавалось учащенное дыхание. Будто охотник загнал в угол свою добычу, и теперь наслаждался страхом жертвы, осознавшим приближение смерти. — Кто тут у нас? — Я… Всего лишь… Слова застряли в горле вязким горьким комком. В голове шумело, будто где-то неподалёку бушевало море. — Следишь за мной? — Нет-нет, вы всё не так… — Кому служишь? Отвечай. — Никому я не служу, я сам за себя! Хотелось зажмуриться, но не было сил даже моргнуть. Страх сковал всё тело. — Ты лжёшь. При дворе каждый кому-то служит, даже сам император. Тяжелая ладонь Дариана схватила парня за плечо и жестко толкнула к стене. От боли и страха хотелось выть. — Полегче! Убить меня хочешь? — Подумываю об этом. Не было похоже, чтобы Дариан шутил. Тим вдруг почувствовал, как головокружение, мучавшее его после бала резко усилилось. Рот наполнил металлический привкус. — Если ты… заг…шь… Слова распадались. Зрение сузилось до одной маленькой точки: глаз Дариана. Блик луны на его зрачке был похож на свет в конце тоннеля, это почему-то рассмешило парня. Он всхлипнул и осел на пол. Последнее, что он услышал — чей-то смазанный голос. — Дариан! Ч… …шь! А сам Тим подумал про себя: «Какая глупая смерть, невероятно…» И его сознание померкло. Оказавшись к полной тьме, мужчина услышал что-то непонятное. Смех? — Они смеются надо мной? — глаза забегали по темноте. — Что я сделал? Прекратите, прошу. Хватит!

***

Первое, что ощутил Тим, придя в себя, это тепло и запах сандала. Тихо потрескивал камин, и, кажется, что-то тяжелое накрыло тело парня, согревая его. Парень постарался успокоиться и притвориться спящим, лучше не выдавать себя слишком рано, прислушаться. Где-то неподалеку можно было различить чье-то спокойное дыхание. Кто-то тихо напевал себе под нос. «Кажется, это мужчина. Тот, чей голос я услышал, прежде чем потерял сознание.» — Вы очнулись. Ни к чему притворяться спящим. Невозмутимый голос Дилана мгновенно успокоил его оголённые нервы. Значит, принц забрал его с места происшествия и уложил его на диван в своих покоях. Присев, он поправил сползший с плеча черный сюртук, а после взял очки которые лежали подле него. — Это я вам обязан своим спасением? Я думал, ваш сумасшедший паразит меня убьет. Не поднимая взгляда от книги, принц холодно хмыкнул. — Вы явно слишком много времени проводите в обществе Эрика. Дариан не сумасшедший, он просто… — Просто ходячая загадка. Он всегда такой подозрительный и кидается на существ? — Тим прищурил глаза глядя на него. — Купите ему намордник, иначе в следующий раз он кого-нибудь укусит. «Тебя, например. Он сделает тебе больно.» — Вы зря поспешно судите о нем. Поверьте, у него есть причины быть таким, какой он есть. Дилан отложил книгу на стол и поднял, наконец, взгляд на парня. — Я говорил вам быть осторожнее. И не привлекать к себе лишнее внимание. — Вы только и делаете, что сулите мне несчастья. Но в конце концов ничего плохого так и не случилось. — Да неужели? Мужчина поднялся так резко, что юноша вздрогнул. В несколько шагов он преодолел разделяющее их расстояние и буквально навис над ним. Никогда Тим прежде не видел его настолько раздраженным. — Ничего плохого? Давайте-ка посчитаем. — Он принялся загибать свои ухоженные длинные пальцы. — Вы умудрились разозлить Дариана в первый день вашего знакомства. Вас чуть не ранила лошадь Её Высочества. И вы публично оскорбили особу императорских кровей. Разве вы не понимаете что могли погибнуть сегодня? — Не вы ли говорили, что Дариан нормальный парень? — Я не о Дариане, я о… — Дилан вгляделся в полное недоумение лицо юноши. — Вы так и не поняли? — О чём вы? — Ваш обморок. Вас не испугала вставшая на дыбы лошадь, но от вида Дариана душа вылетела из тела? — Вы недооцениваете своего названного брата, я был уверен, что он меня прикончит. — Тем не менее Тим задумался. Замечание Дилана попала в точку. — Честно говоря, я ушел с бала, потому что почувствовал себя нехорошо. — Вы что-то пили? Или ели? — Только бокал шампанского. В нем что-то было? — Про себя Тим подумал о Файлине. Ведь она дала ему этот бокал, неужели попыталась отравиться его? Юноша запаниковал. — В бокале был яд? Я умираю? — Ничего опасного, всего лишь снотворное. — Но зачем травить меня снотворным? В этом нет смысла. — Почему же? Быть может, кто-то хотел не хотел позволить вам блистать на балу. Или же хотел, чтобы вы ушли из-за недомогания, и вас можно было легко похитить. — Дилан отвел взгляд. — А может, этот бокал и вовсе предназначался не вам. Трудно было поверить в то, что принцесса могла пойти на столь отчаянный шаг. Как же жаль, что в этом мире нет дактилоскопии и прочих полицейских штучек! Зябко поежившись, Тим плотнее закутался в сюртук Дилана. — Вам холодно? Позвольте вас согреть. Осторожно, будто рядом с ним не парень, а пугливая птица, Дилан придвинулся ближе. От его тела исходил ровный жар, и приятный запах сандала. — Это от нервов. Но отказываться от вашего предложения я не намерен. Хмыкнув от его комично-серьезного тона, принц аккуратно обнял мужчину за плечи. Нервная дрожь тут же стала угасать. — Так и в самом деле лучше, спасибо. — Моя мать всегда обнимала меня, когда я переживал в детстве. Я думал, что она волшебница, раз так легко прогоняет тревоги. — Похоже, вам досталось частичка её волшебства. — Нет, я обычный эльф. Это прозвучало до странного жестко. Тим прижался щекой к груди Дилана и затих. Будто тоже пытался своим присутствием прогнать то, что огорчило его. — Лучшего бы вам не задерживаться в моих покоях. Мы не должны давать поводов для пересудов. — Стоит ли переживать о том, что болтают глупые существа при дворе? — К сожалению, стоит. Вы должны возвращаться к себе. Если у вас только не осталось подозрений, которыми вы хотели бы со мной поделиться. Вы знаете, кто мог желать вам зла сегодня вечером? — Это наверняка Файлина, она мне мстит. Сначала чуть не затоптала меня лошадью, теперь яд. Хочет со свету меня сжить, потому что думает… — Думает?.. — Она считает, что я претендую на вашу любовь. — Полагаете, что она могла насолить вам из ревности? — Она юная и эмоциональная. Я практически уверен, что это она. — Мы не должны быть слишком скоры на суждения. Ваша версия кажется разумной только на первый взгляд. «Подозрения могут зайти очень далеко — только дай им волю». Нам нужны доказательства. Дилан провёл ладонью по волосам, он выглядел очень уставшим. Тим же ощутил укол жалости. Было похоже, что этот человек готов был взвалить на свои плечи весь мир. — Будьте осторожнее, Дилан. Не всё же вам меня предостерегать. — Не стоит беспокоиться обо мне. — С вашего позволения, я сам решу, за кого мне беспокоиться. Тим с неохотой скинул сюртук с плеч и встал с дивана. Холод тут же зябкой волной прошелся по его телу. — Думаю, мне и в самом деле пора. — «Ночь многое усложняет», так говорят. Постарайтесь, чтобы вас никто не заметил. Юноша кивнул и собирался уже направиться к двери, как вдруг его взгляд зацепился за письменный стол. Он был завален книгами и бумагами и будто бы манил к себе любопытный взгляд. Решив всё же поддаться своим желаниям, мужчина подошел к столу. Как он и думал, здесь была масса книг. Сборники поэзии, художественных романов, тяжелые исторические тома. Всё аккуратно систематизировано по стопкам. Тим невольно подумал о том, что Дилан какой-то контрол-фрик, а потом его взгляд скользнул по бумаге в стороне, и он едва не ахнул от удивления. Это были рисунки. — О, что это? Какие милые детские рисунки. Дилан, у вас есть младший брат или сестренка, кроме Эрика? Повернувшись к нему, Тим с удивлением наблюдал, как принц медленно краснеет. Кажется, жгучий румянец обжёг даже его красивую сильную шею. — Нет. Это… нарисовал я. — Оу… Ну, эти рисунки… — поджав губы эльф пытался подобраться подходящие слова. — Очень милые! У вас здорово получается. — Не говорите глупостей, я знаю, что мои рисунки ужасны. — Мне они все равно очень нравятся. Дилан вдруг замолчал, словно не решался снова заговорить, лишь смотрел издалека на него как птица. Пожав губы, он сказал: — Знаете, я всегда хотел научиться выражать свои чувства не только словами. И мне кажется, у меня отлично начинает получается. Приблизившись, Дилан с нескрываемой нежностью посмотрел на рисунки. Было похоже, что он и в самом деле гордился своими успехами. И тут Тим понял что не может разбить ему сердце… Но ведь это просто худшие рисунки, что ему доводилось видеть. — Продолжайте в том же духе, уверен, скоро вы станете настоящим художником. — Спасибо, ценю ваши слова. Если хотите, можете взять один из рисунков на память. Кивнув, недолго думая, парень осторожно извлек из блокнота рисунок с кошкой. Точнее, он надеялся, что это кошка, а не лошадь или карета. Еле сдерживая улыбку, Тим спрятал рисунок в свой карман. Теперь точно можно отправляться к себе. — Желаю вам удачно добраться. И прежде чем вы уйдете, я все же рекомендовал бы вам извиниться перед Файлиной. Даже гордость велит вам обратное, во дворце нужно уметь приветливо улыбаться даже врагам. К тому же это может помочь вам в расследовании. Нужно узнать, кто подлил снотворное. — Вы правы, я так и поступлю. Доброй ночи, Ваше Высочество. Коротко поклонившись, он выскользнул в темную вязь коридоров.

***

На следующий день Тим раздражено мерил шагами гостиную, где была назначена встреча с принцессой. Та отнюдь не спешила увидеться со своим сводным братом. — Поверить не могу, что делаю это… Может быть, ещё не поздно вернуться к себе? Ну её нахер, эту Файлину. Ожидание длилось уже не меньше пятнадцати минут. И с каждой секундой решимость принести извинения таяла. В конце концов, это она отдала ему отправленный бокал! Налаживать с ней дружбу — чистой воды лицемерие. Закусив губу до крови, он остановился у великого гобелена. И наконец решил всё же остаться, ведь нужно быть хитрее, и он выведет её на чистую воду! Только так можно выяснить, кто подлил снотворное в бокал. Это мысль наполнила сердце твёрдой решимостью. Раздались лёгкие шаги, дверь в глубине комнаты отворилась. — Ваше Высочество… Слова «добрый день» застряли в горле. Всё в Файлине, от заплаканных глаз и встрёпанных волос, говорило о том, что день у неё отнюдь не добрый. — Что тебе нужно? — шмыгнув носиком сказала она. — Пришел посмеяться надо мной? Тим отвел взгляд на пару секунд. Может он всё-таки ошибся? По край не мере сейчас, она не выглядела злобной отравительницей. — Я бы хотел извиниться за случившееся на балу, Ваше Высочество. Моё поведение было недопустимым, но, поверьте, у меня и в мыслях не было оскорбить вас. Миловидное личико Файлины наполнилось сомнением. — Ты и в самом деле не стал смеяться надо мной. Хотя мог выставить идиоткой перед всеми придворными. — Я действительно сожалею об этом. Не думал, что моя шутка с костюмом зайдет настолько далеко. Файлина выглядела довольно жалко. Печаль не красила её, но идти на попятную уже было поздно. Нужно было хотя бы попытаться помириться с принцессой, а уж потом выяснять, причастна ли она к отравлению. — Могу ли я сделать что-нибудь, чтобы загладить свою вину? — В самом деле? Ты сделаешь всё, что я попрошу? То, насколько оживилась Файлина, даже слегка напугало. Её голубые глаза сверкали озорными огоньками. — В разумных пределах, Ваше Высочество. Надеюсь на вашу рассудительность. Файлина была юной и эмоциональной. Ведомая ревностью и обидой, она могла потребовать что-то глупое или опасное. Чтобы выжить при дворе, Тим должен был быть умнее и осторожнее. — Что ж, на самом деле у меня есть к вам небольшая просьба, братец. — Я слушаю. — Составьте мне компанию на прогулке. — Всего-то? — Конечно! А вы уже напридумывали себе каких-то ужасов? Не держите меня за злодейку. Предложение Файлины звучало не так уж и плохо. Тим позволил себе выдохнуть с облегчением. — В таком случае… Погода прекрасная, почему бы и нет. — Чудесно. Я прикажу запрягать лошадей. Прокатимся. Он с удивлением посмотрел на неё. Запрягать лошадей? О нет, только не снова. От улыбки Файлины по спине пробежала стайка мурашек.

***

День был действительно солнечным, только вдалеке, у самого горизонта, бродило по небу несколько тучек. Птицы заливались веселыми трелями и летали наперегонки. В любой другой ситуации прогулка стала бы удовольствием, но только не сегодня. — Не отставайте, Тим! — Чтоб тебя разорвало… Тим, вцепившись в поводья, в мыслях возносил молитвы всем богам, которые были готовы его слушать. Сидеть в седле в одиночку было невероятно страшно. — Вы что-то сказали, братец? — Нет. Я беседовал с лошадью, Ваше Высочество. — Так вы нашли себе достойного собеседника. Искренне рада за вас. — Какая чудесная погода, принцесса! Поездка обещает быть веселой. От злости аж зубы заскрипели. Файлину на прогулке сопровождала стайка болтливых придворных дам. Небось нарочно пригласила зрительниц, чтобы полюбоваться на его унижения, рано он решил, что она невинная овечка. В следующую секунду лошадь под его ногами всхрапнула и дернулась. — Полегче, малышка. — потрепал её по холке сказал Тим. Оказаться в седле было еще ужаснее, чем он представлял. Казалось, все ноги парня уже были покрыты синяками. — Я слышала, что господин Тим отличный наездник. — заявила одна. — Да, я надеялась, вы поучите нас кататься! — сказала другая. — Что же случилось с вашими умениями? — Я решил посвятить всё свое время одному делу, милые дамы. Вот мои умения и заржавели. — Вы пожертвовали одним талантом ради другого! — Это ведь шитье, так? Надеюсь, вы не откажете сшить мне красивое платье? — Надеюсь, не точь-в-точь такое же как мой костюм? — улыбнувшись сказал он. — Ах, братец, вы сегодня так забавны! Кажется, прогулка идет вам на пользу. — Прогулка ли? — вмешалась в разговор одна из дам. Придворные леди разразились переливистыми смешками и таинственными шепотками. — О чем это вы? — О, господин Тим, вы же знаете, во дворце новости быстро распространяются. — Даже у стен есть уши… — И что же говорят? — в нетерпении заговорила Файлина. — Поведайте же! Файлина раскраснелась. Она явно ждала секрета, который унизит Тима и повеселит дам. Тим закусил губу. Во рту горчило от дурного предчувствия. — Говорят, после того, как господин Тим покинул бал, его видели в обществе из одного из гостей. — Неужели? Наедине? Подумать только! — О ком вы говорите? — Мало ли никчемных слухов бродит по дворцу. — Сказал тот откашливаясь. — Взгляните, тучи на западе сгущаются. Не стоит ли нам вернуться во дворец? Но придворных дам уже было не остановить. — Господина Тима видели в обществе того дикаря, телохранителя принца Дилана. Эта новость произвела небольшой фурор среди придворных дам. — Неужели! — довольно улыбаясь белоснежными зубами сказала принцесса. — Ах, я и подумать не могла, что ваши вкусы столь специфичны. Если бы не конь под ногами, Тим клялся про себя что полез бы уже в драку с этими глупыми вертихвостками, даже не смотря на то, что они были дамами, которые явно уступали ему в силе. — Но это еще не всё! Позже ночью господина Тима видели выходящим из личных покоев совершенно другого мужчины. — Какой скандал! — И не кого-нибудь, а самого принца Дилана! — Что вы сказали? Личико Файлины покраснело от злости. Она так резко потянула за поводья Селесты, что та чуть не встала на дыбы. — Братец, это правда? Что вы делали ночью в покоях Дилана? — Незамужний господин… В гостях у незамужнего мужчины… — Это не ваше дело. — сдерживая деловой тон говорил Тим. — Я не считаю необходимым перед вами отчитываться. Задайте этот вопрос Дилану, если хотите. А если он вам не ответит… Что ж, смиритесь с тем, что вас это не касается. От праведного гнева дрожали руки. Даже страх верховой езды позабылся на мгновение. В воздухе повисла напряженная пауза. Казалось, можно было расслышать тихий треск молний, которые метали глаза всех присутствующих. Лавина вот-вот должна была сойти со скалы. И вот наконец она сорвалась с грохотом. — Я думаю, пришла пора господину Тиму продемонстрировать нам свое мастерство наездника. Тонкий хлыст в руках Файлины свистнул, разрезая воздух. Лошадь испуганно заржала, едва не встав на дыбы. Тим не успел даже зажмуриться, как лошадь его понесла. Воздух ударил в лицо, замелькали деревья. А вслед неслись издевательские смешки. — Постой! Постой, милая, прошу тебя! Но как он ни натягивал поводья, испуганная лошадь не останавливалась. От жесткой скачки болело всё тело, а от страха хотелось кричать. Кобыла перемахнула через невысокую ограду и ринулась в сторону леса. Безумная скачка длилась и длилась. Казалось, они пролетели уже с десяток миль. Тим отчаялся в своих попытках остановить лошадь. Он молился о спасении, вцепившись в гриву побелевшими пальцами, да и наклонил голову вниз, чтобы очки не улетели. И вот, наконец, лошадка похоже, совсем притомилась. Со стремительной рыси она перешла на медленный бег, а потом и вовсе остановилась. — Слава богу, смерть откладывается. Чтобы я когда-нибудь еще сел на эту лошадь… С трудом Тим буквально стекал с седла на негнущиеся ноги. От облегчения хотелось разрыдаться, но из груди вырвался только истеричный смешок, на что лошадка фыркнула. — Спасибо, что не растоптала меня, малышка. Ты хорошая девочка. В ответ она лишь еще раз фыркнула. Слова его не растоптали лошадиное сердце. Напротив, кобыла презрительно фыркнула и вдруг приспустилась вниз по дороге. — Эй! Эй, постой! Как же я вернусь во дворец! Чёртова лошадь! Уже через пару минут от лошадки не оставалось и следа. В полном одиночестве Тим замер посреди глухого леса. Приближался вечер. — Так, не стоит отчаиваться. Я всё-таки воспитанец императора. Наверняка, когда при дворе поймут, что я исчез, отправят слуг меня искать. Слова ободряли, но не слишком. Небо всё темнело над головой. — Зря я послушался Дилана. — стиснув зубы сказал он. — Извиняться перед Файлиной было плохой идеей. Может, и в самом деле, это она подлила мне снотворное на балу? Эта девчонка способна на всё. Решив, что топтаться на месте глупо, мужчина пошел по следам своей лошади в сторону дворца. К счастью, ноги и руки у него остались целы. Неизвестно, что было бы, выбери он другую лошадь вместо своей. Тот был явно более агрессивным. А лес всё не кончался. С каждым шагом раздражение назревало в груди. — Этим придворным дамам не жить, уж я найду способ, как с ними поквитаться. Больше никакой жалости, это книга будет работать по моим правилам. Вдруг ногой он споткнулся об корягу, и Тим повалился в грязь. — Вот сука, бля-я-ть! Ну конечно! Что дальше? На меня нападут волки? Всё из-за Файлины. Какая же она невероятная, бессовестная, отвратительная, бесконечная… Оу. Только сейчас Тим заметил прохожую которая замерла на дороге, разглядывая валяющееся в грязи парня в роскошном костюме. — Прошу прощения, я… Меня сбросила лошадь. — Не утруждайтесь, сэр. У всех бывают плохие дни. — У некоторых просто не бывает хороших. — Поднимайтесь, костюмчик совсем попортился. Прохожая помогла парню встать и даже отряхнула комки грязи с его брюк. — Спасибо, вы очень добры. — Пустое! У меня тоже есть сын. За ним глаз да глаз нужен, такой непоседа. Дочка моя поспокойнее будет… Тим невольно улыбнулся. Женщина напомнила ему маму. Такая же добродушная и внимательная к другим. Над головой, где-то за облаками, раскатисто заворочался гром. — Вам бы спрятаться, сэр. Дождь скоро, промокните. — Да я бы и рад спрятаться. Скажите, здесь есть неподалеку какое-нибудь поселение? Или дом? — Пешком долго идти будете. Нет здесь ничего, но вы не мыкайтесь, найдется, где ночь скоротать. На север через лес идите, там заброшенный храм стоит. — Храм? — Храм Безымянного бога, сэр. Давно забытый. — Звучит интересно. Там, случайно, не растут цветы сквозь камни? — Вот уж чего знать не знаю. Спрячьтесь там от дождя. — А что на счет вас? Вы тоже можете промокнуть. Не хотите пойти в укрытие со мной? — Я не светская дама, мне работать надо, иначе дети будут голодать. Некогда мне. Идите, сэр, а то промокните, да хворь к вам прицепиться какая. Тим кивнул и призадумался. Ему хотелось как-то отблагодарить женщину. Можно было ограничиться простой благодарностью или же отдать ей дорогие карманные часы или перстень. Но примет ли она такой щедрый подарок? Наверняка. — Спасибо за помощь, вы очень добры. Примите, пожалуйста, в качестве благодарности. Парень поспешно стянул с пальцев кольца и снял карманные часы. — Ну что вы, да разве я ради наживы какой. — Отказ я не приму. Купите своей дочке красивое платье. С некоторой опаской женщина всё же приняла и тут же спрятала его за пазухой. — Пусть несчастья обойдут вас стороной, сэр. Всего доброго. Женщина низко поклонилась парню и поспешила вниз по дороге. — Что ж, а теперь нужно найти храм Безымянного бога. И желательно до того, как начнется дождь. Со вздохом Тим пнул небольшой камень и сошел с протоптанной дорожки. Лес встретил его мириадами тончайших запахов, шорохов и звуков. Невысокие каблуки утопали в мягком мху. Идти приходилось медленно и осторожно, чтобы не угодить в какую-нибудь случайную ямку или впадину. — Костюму конец, хорошо, что я всегда могу себе сшить новое. — мужчина оглянулся. — Ох, надеюсь, я не заблудился. Вдруг крупный ворон сделал круг над головой парня и приземлился на ветку неподалеку. Небось смеется над ним? Ну и пусть смотрит сколько влезет, махнув рукой, Тим продолжил свой путь. В этот момент ворон вдруг поднялся на крыло и полетел в направлении севера. — Неужто показываешь мне дорогу? Птица будто и в самом деле вела парня. Перелетала с дерева на дерево, подглядывала на него то одним, то другим обсидиановым глазом. И вот буквально минут через десять между деревьями мелькнул просвет. Неужели получилось? — А ты хороша, птичка, спасибо тебе. Первые капли ударили по листьям деревьев, когда Тим вышел на прогалину, где возвышались утомленные в зелени руины храма. Признаться, это выглядело весьма зловеще. — Надеюсь, Безымянный Бог не будет против моего присутствия. Не теряя больше времени, Тим нырнул под мрачные своды святилища. — Какое странное место. Никогда не видел ничего подобного. Своды охватили приглушенные слова парня и разнесли их во все уголки храма таинственным эхо. В воздухе пахло травой, влажной землей и еще каким-то неопределимым сладковатым ароматом что у Тима зажурчал желудок. — Да-да, дружок, я помню, мы с утра ничего не ели. Потерпи. Пройдусь, посмотрю, нет ли здесь каких-нибудь ягод. Поправив свой грязный пиджак, Тим отправился бродить по руинам. Он шёл ступая по потрескавшимся плитам, поросшим мхом и травой. Каждый его шаг отдавался глухим эхом под каменными арками. Он заглядывал в каждый угол, раздвигал влажные ветви, заглядывал под обломки колонн — но ничего, кроме старых следов времени, не находил. Лишь пустые кувшины, осыпавшиеся фрески и редкие светлячки, лениво мигающие в тени. Прошёл час, другой, а потом и третий. Тим устало выдохнул, откинул прядь со лба и присел на холодный камень. — Ничего здесь нет, вот блять. Кажется, придется всю ночь голодать. Надеюсь, меня уже ищут. — Тим на мгновение подумал о Дилане, как тот, наверное, волнуется. Он улыбнулся — Надеюсь, Дилан уже соскучился по мне. Было бы мило, если бы именно он нашел меня. Юноша решил в этот раз отдохнуть. Таинственность храма не смогла перебороть потребность организма. Тим на миг подумал о душе, ах, как же хотелось! Но теперь он сидит на плоском камне, растирая озябшие пальцы, пока его тело ноет от боли. Камень, кстати говоря, похоже, был когда-то алтарем, но теперь все узоры и надписи практически стерлись. Из трещин прорывались нежные головки вьющихся незнакомых цветов. — Как красиво.. Голова парня стала тяжелой, словно налилась сталью. Он даже не сразу услышал тихие шаги за спиной. Холодный клинок прижался к его горлу. — Кто это тут у нас? — Дариан?! Как ты нашел меня? — Давно пора было укоротить твой любопытный нос. — Я.. Я буду молчать! Слышишь? Я никому не скажу, что ты предатель. Даже Дилану! Буду молчать, только не убивай меня! — Слишком много болтаешь. В следующий миг клинок с пугающим влажным звуком рассек горло парня. Кровь полилась потоком на костюм.