x -> ∞

Апрель 2066 г.

ㅤ       "В Пантере в 22.30", – прочитала Алекс и недовольно поморщилась. У Найт, что, вообще никогда не бывает личных дел? Вообще никаких? Когда она покупает продукты? Когда она ест? Она вообще ест или спит? И отчего не может подождать утра?       "22.45", – сообщила Алекс и смахнула тут же поступившее "Ок". ㅤ       – Зачем брала дополнительные минуты? – поинтересовалась Найт, когда Алекс вошла в офис и заняла своё привычное место за столом. – Время на пару сигарет я тебе заложила.       Алекс раздражённо повела плечом. Брала, значит было нужно. Вот больше ей нечем заняться кроме бессмысленных споров в переписках.       – Заезжала в супермаркет, закончилась овсянка на завтрак, – натянуто ответила Алекс. – Озвучишь цель встречи?       А об её отношениях с сигаретами Найт знать незачем. И без того непросто далось принять неутешительный вывод после нескольких месяцев экспериментов: больше пары за два-три часа до сна, – и предстоит полночи ворочаться в кровати, а не уснёшь сразу – не будешь с утра в полной готовности. И даже эту пару она приберегла до окончания разговора: нетерпением Найт в отличие от неё не обладала, значит, тема действительно срочная, а срочные новости редко бывают хорошими.       – Повестка сегодняшнего собрания, проводящегося в сокращённом составе команды, – тоже привычно войдя в роль организаторки, неторопливо заговорила Найт, – моя отставка через неделю.       Алекс чуть подалась вперёд.       – Что это значит?       – Возникла необходимость оперативно разрешить некоторые дела Союза. В случае наступления нежелательных последствий моя документальная связь с госпожой Кортес недопустима, поэтому я ухожу в отставку несколько ранее планируемого срока.       – Какие именно дела? – нахмурилась Алекс, предпочтя спросить об этом, нежели начать раскручивать цепочку вероятностей неприятных исходов, ожидающих команду, когда её покинет лидерка.       – Как ты считаешь, изначальные цели Союза достигнуты в полном объёме? – вместо ответа спросила Эрин.       Алекс пожала плечами.       – Откуда мне знать цели Союза. Если это что-то о построении нового мира, то да, пожалуй, цель достигнута.       – Ты потому ушла из Союза, что сочла результаты достаточными, а продолжение деятельности излишним?       Алекс слегка наклонила голову, задумавшись: в темах, касающихся Союза, крайне нежелательно было промахнуться. Опасный вопрос. За вниманием к причинам её ухода легко может последовать внимание к некоторым сопутствующим действиям. Спорный вопрос. Да, тогда ей казалось, что нет смысла добивать побеждённых. Что пора остановиться. Но её стая стала больше за прошедшие годы и проживёт куда дольше, чем она, и хотелось бы, чтобы мир для них оставался свободным и безопасным и дальше, когда она не сможет за этим проследить. Ещё в академии не ладила с предметами вроде социологии или этики. Не любила задаваться вопросами, имеющими слишком много вариантов ответов и ни одного единственно верного.       – Это просто не по мне. Подобной ответственности я не желала и не выбирала. У меня своя работа, и она не завязана на судьбах мира.       Алекс прищурилась.       – Ты это собираешься сделать? Прервать дальнейшие циклы?       Тут же она осеклась – спрашивать «почему» не имело смысла. До новых президентских выборов остался год. Если бы это была инициатива Найт, она бы подождала. Раз по какой-то причине не завершила всё куда раньше. Но, если это распоряжение президентки…       – Она не вправе требовать от тебя такого риска.       – В чём ты видишь риск? – всё ещё не ответив прямо ни на один её вопрос, задала Эрин очередной.       – Остановиться всегда сложнее, чем начать, – медленно заговорила Алекс, – мне хорошо известно как трудно прекратить борьбу. Но что будет, если остановиться? Всё просто однажды вернётся на места? Или начнётся новая война? Пусть не сейчас, но через три-четыре поколения. Думаешь, твои союзницы дадут уничтожить тот мир, что сами создали?       Эрин покачала головой.       – Откат назад невозможен. Вакцина может подавить проявление симптомов у конкретного человека, позволить ему дожить до старости, но поражение ДНК необратимо и делает невозможным рождение здорового ребенка с двойным хромосомным набором. После твоего ухода мы провели ещё два цикла. Вероятность существования человека, не являющегося носителем вируса, в настоящий момент не равна, но стремится к нулю.       – То есть, максимум, что возможно сделать, это позволить оставшимся мужчинам дожить? – осторожно удостоверилась Алекс.       Эрин кивнула. Хорошо, это немного меняло картину. Позволяло представить цель Найт вполне достижимой. И окончательно решало все её этические вопросы.       Алекс ещё немного помолчала, прикидывая варианты, зачем Найт сообщила ей о своей отставке лично, почти открыто поделилась своими планами. Наиболее логичным казался наименее предпочтительный.       – Что насчёт твоих дел с Союзом? Нет ли непогашенных задолженностей, незакрытых вопросов, невозвращённых предметов? – подтверждая её догадку, заговорила Найт. Осведомлённость не то чтобы удивляла, но требовала реакции. Риск за риск, как сказала ей Найт однажды. Или честность за честность.       – Нет, – не отводя взгляда, честно ответила Алекс. Работу, о которой просила тогда Найт, она выполнила в полном объёме. Незаданные вопросы не могут считаться незакрытыми, а возвращают только предметы, изначально взятые в долг по взаимной договорённости.       – Я знаю, что ты украла дозу вакцины из Союза девять лет назад, – выдержав паузу, негромко проговорила Эрин. – Взяла ответственность на себя, когда Джейн устроила очередное расследование моих преступлений.       – Зачем принимать на себя то, что ты не делала? Если считала, что это я, логичнее было меня ликвидировать, – сухо заметила Алекс, не собираясь выдавать чистосердечное признание. Ответственность за кражу она примет, при предъявлении доказательств, конечно, хотя и у подобных дел должен существовать срок давности, но не более того. А избавиться от неё как от преступницы или свидетельницы не позволит ни при каком раскладе. Она теперь тоже – сильная противница.       – Что тебе известно о действии вакцины?       Алекс снова прищурилась. Возможно, Найт ещё сомневается в том, насколько критичен уровень её информированности, хотя, скорее всего, лишь проверяет, прекрасно зная ответы. В любом случае, в ближайшую неделю она всё ещё обязана отвечать на её вопросы.       – Её эффективность привязана к гормональному фону, конкретно, к уровню эстрогена в организме человека. При его дефиците вакцина перестаёт действовать.       Эрин в ответ улыбнулась, несколько снисходительно, пожалуй.       – Это неправда? – быстро и напряжённо спросила Алекс.       Почти забылась названная всего несколько минут назад повестка встречи. Почти отпала необходимость держать лицо. Если её информация неверна, если всё, в чём Джейн Майер была с ней откровенна, – ложь, то ей не удалось защитить свою стаю. Угроза остаётся и усиливается с каждым годом.       – Алекс, твоя готовность брать на себя риск, уменьшая его для других, – это похвально, – с той же сдержанной снисходительной улыбкой ответила Эрин. – Но не всегда обязательно. Есть разные способы решения проблем. Например, просто задать вопрос.       – Какой вопрос?       Эрин заговорила размеренно, неторопливо, очевидно, отлично считывая бьющиеся в её голове мысли, но не собираясь их разрешать, по крайней мере, не слишком быстро.       – Джейн наверняка охотно отвечала на твои вопросы, её и до сих пор крайне прельщает возможность хотя бы на время снова надевать халат главдокторки, но, без претензий к твоим интеллектуальным способностям, вряд ли ты настолько разбираешься в тонкостях генетики и вирусологии, чтобы понять её слова до конца.       – Что ты имеешь в виду? – уточнила Алекс с трудом удерживая нарастающее тревожное нетерпение.       – Думаю, мои догадки относительно того, кому предназначалась украденная доза вакцины, верны. Назовёшь её имя?       Найт хотела получить признание. Честность за честность. Справедливое требование. Если бы дело не касалось её стаи.       – Знаешь, что нет, – сухо ответила Алекс, прекрасно считав подтекст, содержащийся в местоимении "её".       Найт, впрочем, удовлетворённо кивнула, словно получив подтверждение некого неозвученного подозрения в её адрес, и заговорила, столь же неторопливо.       – Вакцина изначально была создана на основе компонентов вируса, соответственно обладая присущими им свойствами. Влияние гормонального фона свойственно не вакцине, а самим вирусным частицам. Эстрогены усиливают иммунный ответ и снижают репликацию вируса внутри клеток человеческого организма, поэтому организм женщины дополнительно защищён на случай, к примеру, генетических аномалий, при которых женщина рождается с y-хромосомой. Есть и иная модификация вакцины, та, что позволяет продолжать выработку антител вне зависимости от гормонального фона, на данный момент подавляющим большинством голосов на её использование наложено вето.       Алекс помолчала. Эрин как всегда умело вела игру, за несколько фраз заставив её пережить страх за свою стаю, выдохнуть с облегчением, и, наконец, осознать, что её преступление даже не имело смысла. Вот какое признание Найт хочет услышать, – в очередном неоправданном риске. В очередном импульсивном, безрассудном, нетребуемом поступке, за который в конечном счёте последует расплата. Нет. Слишком много допущений. Слишком много всего могло пойти не так. Кое о чём в своей жизни она жалела, но точно не об этом.       Алекс подняла голову.       – Зачем ты всё это рассказала? Зачищаешь территорию перед уходом? Пора избавиться от единственной свидетельницы? Ты знаешь, сейчас я могу оказать сопротивление. Я даже не уверена, что не одержу верх.       – Пожалуй, одержишь, – согласилась Эрин. – Оттого что твоя тяга к риску и сопротивлению сейчас не равносильна тяге к саморазрушению. Но вернёмся к тому, с чего начали.       – К овсянке? – фыркнула Алекс, пытаясь ухватить мысль о саморазрушении, чтобы подумать об этом на досуге.       – Нет, к отставке, – терпеливо поправила её Эрин.       – Через неделю, – чуть прищурившись, утвердительно произнесла Алекс.       Возможно, Найт действительно не решается противостоять ей одна на одну, а привлечь к делу союзниц, учитывая намерения, у неё не выйдет. Тогда она в безопасности. Либо она ошиблась с определением цели встречи, и тогда возможны угрозы посерьёзнее.       – Через неделю, – подтвердила Эрин.       – И кто останется за главную? Или госпожа Кортес назначит кого-то со стороны? Уже известно, кто это будет?       – Ты, – кратко ответила Эрин.       – Что "я"?       – Ты примешь мои полномочия и возглавишь службу охраны президентки.       – Нет, – мгновенно среагировала Алекс.       – Почему?       – Ответ очевиден.       – Какой ответ?       Алекс замолчала, не находя слов. Как это, почему? Найт снова дразнит её? Наказывает за девятилетнее молчание, вынуждая дискредитировать себя в её присутствии? Окей, она это сделает. Алекс открыла рот. Закрыла. После четырнадцати лет службы слова про недостаточный опыт прозвучат неубедительно. Как и про возраст.       – Есть те, кто работают дольше меня, – наконец, выдавила Алекс.       – И? Это не наследование по старшинству, а мой выбор, основанный на комплексной характеристике качеств, опыта и навыков.       – Каких качеств?       – Хочешь похвалы? Пожалуйста. Высокий профессионализм. Оперативное реагирование в экстремальных ситуациях. Нестандартные подходы к разрешению задач. Готовность к принятию ответственных решений. Умение урегулировать сложные коммуникативные сценарии. Любовь к своей работе. Достаточно?       Алекс отвела взгляд, не отвечая. С лихвой. Вот только теперь ещё более нечем крыть.       – Родственные связи, – наконец, нашлась Алекс. – Коррупционный риск.       – Госпожа Кортес готова принять последствия твоего назначения.       Алекс обвела взглядом офис Найт. Кажется, её загнали в ловушку. Если даже президентка в курсе, и одобрила её кандидатуру, что остаётся?       – Когда ты расскажешь об уходе остальным?       – Рассчитывала сделать это одновременно с объявлением имени будущей главы службы охраны президентки.       Алекс прикрыла глаза, ощущая как восторг шевелит волоски на руках и ногах, поднимается волной откуда-то из брюшной полости. Бабочки в животе. Так вот что это такое. В сорок-то лет.       – Мне надо подумать, – небрежно бросила Алекс. – И сначала поговорить с Лэс и Джин.       – Пожалуйста. Только имей в виду: госпоже Кортес я озвучила недельный срок для передачи дел, поэтому ответ нужен мне завтра.       – Я встречусь с ними утром. У Джин сегодня ночная смена, Лэс завтра с полудня.       – И графики сокомандниц ты помнишь, чтобы…       Эрин улыбнулась на этот раз как-то иначе. Без насмешливого снисхождения. Сестра и Ана похоже улыбаются, когда смотрят на Люси. Как на кого-то, заслуживающего любви просто за то, что существует.       – Вот тебе и ещё одна причина моего выбора, – не дожидаясь ответа, произнесла Найт. – Забота об окружающих тебя людях, а равно высокая мотивация к защите своей семьи и близких.       Алекс недовольно кивнула, признавая истинность её слов. Увы. Хотелось думать, что это не так, потому что забота привязывает, а привязанность бьёт куда больнее чем кулак под рёбра. Но да, эта чёртова стая, рано или поздно ты просто сдаёшься. Чуткая миролюбивая сестра. Чересчур умничающая бывшая напарница. Шумная гиперактивная Оливия. Суетливая опекающая Софи. Любопытный ураган Люси Волф (и всё же звучит даже хуже, чем Эмили Волф и уж точно хуже чем Ана Волф). Даже непрестанно ревущий комочек Прайд* Джонс. Они брали её в окружение медленно, осторожно, усыпляя бдительность и заметая следы, и вот ты уже обнаруживаешь себя в магазине возле полки с детскими радиоуправляемыми машинками (дарить племяннице игрушечное оружие сестра запретила категорически).       – Разумеется, если ты не желаешь этого назначения, ты можешь отказаться, – продолжила Найт. – Я выбрала кандидатуру, которую считаю подходящей, но принять решение за тебя я не вправе.       Алекс остановила расползающуюся по губам улыбку и сфокусировалась на Эрин. Волна, всё набирающая силу, резко остановилась и больно ударила в рёбра. Разумеется, она может отказаться. Это будет правильно. Так и следует сделать.       – Завтра я буду ждать твоего ответа, – напомнила Найт.       Алекс рассеянно кивнула и покинула кабинет, а затем и здание, сосредоточившись на реальности только когда зашумел заведённый двигатель. До утра есть время подумать. Принять решение. Если не признаваться себе, что оно уже принято. ㅤ       Отставка Найт не была такой уж неожиданностью, если быть честной. То, что Эрин не собирается оставаться на службе после истечения полномочий госпожи президентки, она озвучивала, и не раз. В её возрасте положено понимать такие вещи. Вещи как долг и ответственность. Кому-то нужно будет защищать госпожу Кортес и после отставки, и Найт планирует, как и положено, выполнять свои обязательства столько, сколько понадобится. И нельзя сказать, что предложение тоже было таким уж неожиданным. Лет пять-шесть назад она бы отреагировала с куда большим негодованием, но сейчас... Она была готова к любой угрозе. Джин без зазрения совести постоянно оставляла все организационные вопросы при совместной работе на неё. Сейдж и Дженис два года назад завели ребёнка, и, соответственно, сменили приоритеты. Лэсли в последние месяцы довольно часто просила сокомандниц поменяться сменами, её приоритеты были расставлены давно и окончательно. Ларри и Стиви были почти новичками, как она когда-то, несколько раздражающими и упрямыми. Окей, Стиви была чересчур раздражающей. Алекс как-то пыталась поговорить с ней о борьбе, сопротивлении и подобных вещах, но, чёрт, кто в двадцать с небольшим слушает советы. Да и Найт накладывала санкции в последний раз два года назад, за неоправданный риск, хотя в минувшей беседе ту же склонность рисковать высоко оценила.       Саморазрушение порой брало вверх, никогда не отступая слишком далеко, всегда оставаясь с ней. В ней. И к лучшему. Без его преступно-сладкого послевкусия было бы скучно. Алекс закурила четвёртую сигарету, всматриваясь в серебрящиеся блики на поверхности воды далеко внизу. Как давно это было впервые. Капитанка полиции, хитростью заполучившая квартиру сразу после совершённого в ней жестокого убийства, позже сама едва не убитая в ней, и майоресса службы охраны президентки. Глава службы охраны президентки, если всё же позволить этому ощущению проникнуть глубже, растечься по телу. Ана говорит, что она всегда заслуживала доверия и уважения. Эмили говорит, что она производит впечатление самоэффективного человека с развитой внутренней стабильностью, что бы это ни значило. Оливия говорит, что она всегда была занудой. Лэс говорит, что она очень изменилась с момента их знакомства. “Не факт, что к лучшему”, – добавляет Джин. Эрин считает, что она готова к столь масштабной ответственности. Наверное, они все правы.       "Сможешь завтра задержаться после смены? Могу тебя забрать. Есть срочный разговор", – написала она Джин.       "Сможешь встретиться со мной с утра? Могу заехать за тобой примерно в 9.00 и после отвезти обратно. Есть срочный разговор", – написала она Лэсли.       Джин ответила сразу. От Лэс стоило ждать ответ к утру. С сожалением глянув вниз, Алекс поднялась. С тёплым полом и тройными стеклопакетами она не замёрзла бы здесь и в январе, не то что в апреле, но ей действительно давно было пора в постель. ㅤ       Пассажирки молчали, пока Алекс давила на газ, когда на перекрёстке у "Пантеры" резко свернула через сплошную по направлению к выезду из города, пока парковалась на обочине, долго, тщательно, несколько раз переставляя автомобиль. Здание в это время должно было быть свободно, она действительно знала все рабочие графики коллег, чтобы оперативно страховать Лэс, когда ей нужно уйти, но сейчас ехать туда ощущалось неправильным, казалось злоупотреблением ещё неполученной властью.       Выйдя из автомобиля и оказавшись напротив сокомандниц, терпеливо ожидающих её новостей, Алекс набрала воздуха в лёгкие и медленно выдохнула.       – Найт собирается в отставку.       – После ухода Кортес? – лениво уточнила Джин.       – Нет, – снова выдохнула Алекс, – через неделю.       Лэсли резко подалась вперёд.       – Откуда знаешь?       – Она сказала вчера.       – Почему тебе первой? – нахмурилась Лэсли.       Джин фыркнула. Лэс выглядела озадаченной, сбитой с толку, а Джин новость об уходе Эрин, казалось, позабавила. А может быть, не хочет делиться своими переживаниями при команде, приберегая их для себя. Она бы так и сделала. Лэсли, игнорируя её, продолжила:       – Ты была с ней, когда это решалось? Её вынудила госпожа президентка или что?       – Лэс, – негромко окликнула её Джин. – Ясно, почему Найт сообщила ей первой. Просто подумай ещё немного.       Лэсли помолчала, прищурилась и отошла на шаг назад, задумчиво её разглядывая.       – Выражаю свои поздравления, – наконец, официально кивнула она.       – Я не дала согласия, – не глядя на сокомандниц, ответила Алекс.       – А о чём думать? Это предложение делает тебе честь. Эрин оказывает тебе доверие.       – Лэс, – снова насмешливо перебила её Джин, – ну что начинаешь. Ну решила она из уважения сделать вид, что советуется с командой, а ты сделай вид, что веришь. Не смущай её.       Алекс заставила себя на этот раз не отводить глаз. Это было правдой. Она была согласна с того момента, когда услышала предложение, и Найт это знает. И Джин знает.       – Я не смутилась. Просто ситуация несколько неловкая. Лэс была моей инструкторкой. И ты тоже, в какой-то степени.       Джин снова фыркнула.       – А тебе всё же понравилось? Раз спустя девять лет до сих пор вспоминаешь?       – А тебе? – в тон ей переспросила Алекс. – Раз точно помнишь, сколько лет прошло.       Джин чуть прищурилась и кивнула, уступая ей. На этот раз.       – Что понравилось? – растерянно спросила Лэсли.       – Ничего, Лэс. И я шучу. – Джин посерьёзнела. – Мы не против. Лэс тоже, просто она пока приходит в себя. Она с Найт дольше всех, ей сложно сейчас.       Лэсли легко толкнула Джин в плечо.       – Я могу говорить за себя.       Она тоже серьёзно посмотрела на Алекс.       – Мы не против.       – А я как-то по-другому ответила? – лениво уточнила Джин.       Алекс почувствовала, как вчерашняя волна взметнулась очередным приливом, разбилась изнутри о грудную клетку и солёными брызгами восторга хлынула по телу.       – Спасибо. Я постараюсь. Очень постараюсь не подвести вас.       – Ты и не подведёшь, – кивнула ей Лэсли.       – А если облажаешься, мы тебе скажем.       Алекс криво улыбнулась.       – Как всегда.       Повисшее молчание не было в полной мере тишиной. Не из-за проезжающих автомобилей или шума деревьев. В нём Алекс отчётливо слышала шорох бумаги, словно именно сейчас ставила подпись в приказе о назначении.       Алекс отвезла, как и обещала, Лэс – домой, на время, оставшееся до смены, Джин – тоже домой, отсыпаться, и набрала сообщение.       "Я согласна. Но у меня будут условия".       "Разумеется", – тут же ответила Найт. – "Буду в офисе через двадцать минут".       – Мне нужна "Пантера", – заговорила Алекс, снова оказавшись с Найт лицом к лицу по обеим сторонам стола, превратившегося со вчерашнего дня в стол переговоров. – Как минимум тренировочный зал и зона отдыха.       – Что ещё? – деловым тоном уточнила Найт.       Алекс на мгновение бросила взгляд на дверь и, снова сосредоточившись на Найт, продолжила.       – Парковка. Пара служебных автомобилей. На всякий случай. Ты давно не обновляла президентский автопарк. Офис в "Пантере". Не обязательно твой, будет же офис в доме президентки, просто любое подходящее помещение. Твои пароли доступа к информационным ресурсам. Списки контактов.       Эрин подняла ладонь, останавливая её.       – Перечень бесконечен, я поняла.       В её голосе снова слышалась улыбка. Алекс вдруг осознала, что Найт со вчерашнего вечера ведёт себя иначе. Даже её всегдашнее спокойствие отчего-то выглядело другим: более расслабленным, более непринуждённым. Принятие решения об отставке стало таким облегчением? А она тогда на что собирается подписаться? Не ошибается ли? Нужно было взять побольше времени. Ещё можно передумать. Алекс открыла рот, чтобы сообщить об изменении своего ответа.       – Не бесконечен, – вместо этого произнесла она. – Ещё примерно восемь пунктов.       Торги шли с переменным успехом. Эрин гарантировала передачу здания "Пантеры" в её временное пользование в полном объёме включая технику и программное обеспечение, но весь автопарк и оружейный арсенал отбить не получилось. Найт оставила себе возможность оформления гостевого пропуска по запросу в дом президентки, зато Алекс был обещан единоразовый двухчасовой доступ к её списку контактов в смартфоне. Удалось перехватить договорённость о личных рекомендациях главам департаментов и служб при необходимости, но ушло к Найт право на ограниченное информирования о критических угрозах безопасности.       Не то чтобы большая часть предметов торга не являлась обязательным условием передачи полномочий, но Найт, очевидно, хотела выяснить пределы её притязаний. Значит, и последнее требование стоило озвучить. В "Пантере" было всё, чего можно желать от офиса, кроме одной вещи. Хотелось бы сказать, маленькой вещи, но это было несколько не так. Алекс начала издалека.       – Тренировочная площадка на улице слишком большая. Раньше и команда была больше, а сейчас? Мы ей почти не пользуемся.       – Предложения? – несколько устало уточнила Эрин.       – Бассейн. Открытый, с системой нагрева. На три дорожки. Предоставлю проект и смету. Денег не надо, только разрешение.       Эрин недоверчиво покачала головой, слегка подняв брови. Ладно, попробовать стоило.       – Разрешаю, – вопреки ожиданию, ответила Эрин. – Подготовлю доверенность на право ограниченного распоряжения. Все коммуникации, проектные решения, согласования, работы – на тебе, меня ставить в известность не нужно. Разумеется, контроль сохранения конфиденциальности и доступа к территории.       Алекс сжала ладонь в кулак, сдерживаясь, чтобы не выбросить вперёд в жесте ликования.       – Торг окончен? – осведомилась Найт.       – Да. Теперь ты начнёшь меня учить?       – Сначала озвучу своё последнее условие.       – Ещё одно? – вскинулась Алекс.       – Точнее, не условие, а предупреждение.       Алекс прищурилась, встретив взгляд Эрин. Четырнадцать лет назад, в день, когда она решилась заговорить с Марией о работе в её будущей охране, она впервые увидела в глазах Эрин Найт нечто такое, что могло бы напугать, если бы не было знакомо. Опасный взгляд. Хищный. Нет, звериный. Взгляд главы стаи, перед которой опускают голову враги и соперники. Она видела его и после: в вечер свадьбы своей сестры, и в другой вечер после другого покушения на президентку. Сейчас Найт смотрела на неё также. Не будучи ни врагессой ни конкуренткой, Алекс не опустила голову.       – Я не буду варить кофе, – на всякий случай предупредила она.       – Я не стану вмешиваться в твою работу, – проигнорировав её, негромко и спокойно заговорила Эрин, – за одним исключением. Если ты проявишь халатность в обеспечении безопасности госпожи Кортес либо подвергнешь её риску, я вмешаюсь в той форме, в которой сочту необходимым, независимо от того, повлечёт ли это твою дискредитацию перед командой, репутационные потери или иные риски.       Алекс помолчала. В общем-то, ничего нового. Обоснованное требование качественно выполнять свою работу, уже достаточно чётко выдвинутое ранее, но, видимо, заслуживающее повторения.       Последнее на данный момент покушение на госпожу Кортес было два года назад, на публичном мероприятии, кажется, открытии нового центра или улицы, носящей женскую фамилию, что-то вроде того. Алекс среагировала вовремя, оттого выстрел из толпы президентку не задел. Сразу после она проводила госпожу Кортес в безопасное место, оставила с ней Дженис, вызвала спецслужбы, и, до их прибытия, сама отправилась на поиски стрелявшего или стрелявшей. Совместно с полицией задержать стрелявшую удалось. Задача была выполнена, угроза устранена. А тем же вечером, на похожем собрании в сокращённом составе, как Найт называет беседы наедине, она получила жёсткое взыскание за намеренный, целенаправленный и неоправданный риск. За то, что на несколько минут оставила президентку без своей защиты, состояв при ней в качестве личной охраны. Обвинение Алекс сочла правомерным, хотя и несколько субъективным, как и только что озвученное предупреждение. Было в этом что-то личное. Что-то большее. Что-то, отчего Найт готова вести войну против своих же союзниц. Отчего второй день улыбается так, словно не оставляет работу, которой посвятила большую часть жизни. Отчего идёт на риск по просьбе президентки.       Алекс поморщилась, вспомнив ещё одно короткое собрание два с половиной года назад. Дженис тогда вот-вот должна была родить, Сейдж дежурила в больнице вместе с ней. Найт впервые отказала Лэсли во внеочередном выходном. Слово за слово, обычная перепалка, и Лэс бросила обвинение, что Эрин защищает госпожу Кортес не как клиентку, пусть и приоритетную, а как любимую женщину. Алекс тут же подобралась, ожидая последствий. Готовая чуть что вступиться и напомнить, что завтра будет некому выйти на смену, если Лэс отправится под арест. Впрочем, Найт не требовала строгой субординации в своём отношении, да и прежде кое-кто не стеснялись в выражениях, Джин, например, как-то сравнила президентку с яйцом, а Найт с курицей-наседкой. Это, конечно, звучало как шутка, а то, что сказала Лэс, было прямым оскорблением, но Найт только легко покачала головой.       – Отменное терпение. Давно хотелось это озвучить?       Лэс, конечно, не знала, что Мария Кортес встречалась с бывшей президенткой Эланты, иначе не стала бы предполагать подобного, тем более вслух. С другой стороны, Джин однажды упоминала, что спит с троими. До сих пор было немного интересно, происходило ли это одновременно или в разное время, но уточнять Алекс не стала, не желая нарваться на редкие, но никогда окончательно не надоедавшие Джин намёки о её сексуальном опыте, а именно его отсутствии.       Разумеется, Найт, защищала госпожу Кортес куда вовлечённее, чем кто-либо из них. Непоколебимое исполнение взятых на себя обязательств было ей понятно. И она, ну, не собирается подвергать президентку риску.       – Согласна, – кивнула Алекс, словно засчитывая удар в тренировочной схватке. – Риск за риск. Теперь мы приступим к обучению?       Эрин снова улыбнулась.       – Если ты рассчитываешь на секретные боевые приёмы или что-то вроде, этого не будет. Только слова и бумаги. Это будет твой самый скучный курс.       – Тогда наверное, я порадуюсь, что это всего на неделю.       Через неделю Алекс, набрав воздуха в лёгкие, толкнула дверь и вошла в офис. И напряглась, удерживаясь на месте, когда присутствующие начали вставать. Она, впрочем, успела заметить, что первой поднялась Джин, а за ней, осторожно, сомневаясь, остальные. Очевидно, это только первая проверка. Командные игры ценились и прежде, и это никак не связано ни с возрастом, ни со стажем работы, ни с личным отношением.       Пройдя мимо сокомандниц, она села на своё привычное место, весьма удачно освобождённое вставшей Сейдж: занимать кресло Найт казалось неуместным, — только и останется закинуть ноги на стол и начать подписывать приказы. Найт представила её четыре дня назад, все были готовы. Заручившись поддержкой Лэс и Джин, ждать открытого недовольства было не от кого. И это в общем-то было короткое организационное собрание. Задачи на неделю, возможные риски, сведения об угрозах, распределение рабочих смен.       – Я могу остаться? – вежливо спросила Лэсли, когда собрание закончилось.       Алекс дёрнула плечом.       – Конечно.       Все разошлись. Лэсли пересела в кресло напротив неё и наклонилась над столом.       – Давай-ка поговорим об обязательствах.       Алекс на секунду прикрыла глаза. Едва выдохнула, что всё прошло нормально. Что она однажды привыкнет. Что Джин однажды надоест развлекаться за её счёт.       – Обязательно? Нельзя просто оставить всё как было?       – Нет, нельзя. И смотри на меня.       Алекс медленно подняла взгляд.       – Ты же уже говорила всю эту хрень Найт. Зачем повторять мне?       Лэсли выбросила руку вперёд, как расценила Алекс, намереваясь стукнуть её в плечо. Она отклонилась назад мгновенно, автоматически, пытаясь понять, чем обидела сокомандницу. Лэс моргнула.       – Ты чего? Я не стала бы тебя бить. Имею понятие о субординации.       Алекс мысленно застонала. Если от Джин следовало ожидать издёвки и насмешек, дружеских, ценимых как возможность несколько развлечься в спокойные будни, то Лэс определённо говорила искренне, что делало ситуацию куда хуже.       – А что ты хотела сделать?       Лэсли снова протянула руку, на этот раз медленнее, и дотронулась до её плеча, на несколько секунд крепко сжала его и отпустила.       – Я о других обязательствах поговорить хотела. О тех, которые ты мне дашь.       Алекс нахмурилась.       – О чём ты?       Взгляд Лэсли стал непривычно жёстким и сосредоточенным.       – Если я погибну на службе, ты позаботишься об Аманде. Эрин обещала, что в случае моей смерти ей будет выплачиваться пенсия, кроме того, расходы на похороны она возьмёт на себя. От тебя мне нужно то же, а помимо этого, – присматривать за ней лично, не оставлять одну.       Алекс рассеянно посмотрела сквозь сокомандницу. Предшествующую неделю её действительно сопровождали слова и бумаги. Толстый конспект записей от руки, три страницы из которых шли под заголовком "Аманда". Ещё две под заголовком "Майли", так звали дочь Сейдж и Дженис. Тогда Алекс в очередной раз из бессчётного их количества за всю жизнь подумала, что просчиталась. Решать вопросы с чужими жёнами, чужими детьми и прочими членкинями семей сокомандниц, – не то, к чему она хотя бы немного была готова. Но, как минимум, она поняла, почему Эрин за столько лет не заблокировала Аманду. И что сильно недооценивала её. И она всё же надеялась, что в её команде никто не умрёт.       – Это может и не понадобиться.       – Может и не понадобиться, – согласилась Лэсли.       Слова прозвучали глухо, Лэс отвела взгляд, и Алекс подумала об очередном курсе химиотерапии Аманды. Чёрт. Она ведь совсем не то имела в виду, а лишь то, что Лэс не обязательно столкнётся с угрозой жизни. Алекс неловко протянула руку, тоже дотронувшись до её плеча.       – Лэс, я не то хотела сказать. А то, что приложу усилия, чтобы ничего подобного не случилось. Но если тебе нужен будет отпуск или выходной или что-то ещё…       Лэсли повернула голову.       – То я скажу. Динамика сейчас хорошая, но если вдруг станет хуже, уйду без всяких отработок. Без обид.       – Никаких обид. И все твои договорённости с Найт продолжают действовать. У тебя ведь контракт со службой, а не с ней как с частным лицом. И насчёт присматривать, – разумеется. Любая помощь, которая понадобится, будет оказана. Даю слово.       Алекс выдохнула. Ещё даже ничего не случилось, а уже так чертовски сложно. Разумеется, она поможет. Разумеется, сделает всё, что в её силах, чтобы обеспечить безопасность своей команды. Разумеется, возьмёт риск на себя если придётся. Но договорённости, обещания, уверения, к этому ещё только предстоит привыкать.       – Если что, ну, если всё сложится, то ты можешь, понимаешь, о чём я, я не против.       – Нет, Лэс, я не понимаю, – устало ответила Алекс.       – Жениться на Аманде, – буднично пояснила Лэсли, глядя ей в глаза. – Я буду рада, если она не встретит старость в одиночестве.       Алекс мысленно застонала. Лэс всё-таки шутит, определённо. После они с сокомандницами здорово посмеются над её реакцией и выражениями лица. Но Лэс смотрела на неё почти умоляюще. Ох нет, она не шутит. Она и вправду верит в то, что говорит.       – Лэс, – твёрдо возразила Алекс. – То, о чём ты сейчас думаешь, чертовски неактуально. Я не способна на длительную романтическую привязанность, да вообще ни на какую. Я без понятия, какого чёрта ты решила, что меня может интересовать женитьба, тем более на твоей жене, но этого не будет. Ясно?       – Ясно, – коротко кивнула Лэсли.       – Извини, – через несколько секунд заговорила Алекс. – Не то что теперь я считаю себя вправе разговаривать таким тоном. Просто неловко, что нам приходится обсуждать подобные темы. И что ты до сих пор считаешь, будто с моей стороны существуют какие-то чувства. Лэс прикрыла глаза, показывая, что всё в порядке. Чёрт, не была она в порядке. Она весь последний год переживала за жену, и этот разговор только сильнее её подкосил. А ей ещё ехать за рулём домой. Алекс наклонилась вперёд.       – А правда, что Аманда однажды записалась на приём к президентке и пожаловалась на то, что Найт заставляет вас работать сверхурочно и без выходных?       Лэс нахмурила брови и тут же расхохоталась.       – Было. Почти сразу после её первой инаугурации. Работы было невпроворот. У госпожи президентки наверное, тоже. Она влепила Эрин замечание и заставила зачитать приказ вслух перед всей командой. А ты где была тогда?       Алекс сжала губы. Замечательно. Её, видимо, тоже ждёт подобный опыт после следующих президентских выборов. А возможно и до них тоже.       – Не знаю, – пожала плечами Алекс. – На складе. Или в отстранении. Или в камере.       – Точно, – фыркнула Лэсли, улыбаясь своим воспоминаниям. Через полминуты она встряхнулась. – Я пойду, хорошо? И спасибо.       Алекс кивнула.       – Отпишись, когда доедешь домой.       Лэс нахмурилась.       – Зачем?       – Просто напиши, что ты дома.       – Ок.       Лэсли ушла. Алекс откинулась назад. Это только первый день. А завтра ещё предстоит представиться госпоже Кортес и обговорить условия дальнейшего взаимодействия. Надо лечь спать пораньше. Она тряхнула головой. Лэс своим предложением всё-таки её озадачила. Этот вопрос между ними после единственной довольно неудачной попытки разговора не поднимался, она и не думала, что Лэс столько лет не считала его закрытым. И вообще, Найт была права, считая, что её по большому счёту интересует только работа. И, иногда, семейные обеды. Возможно, материнство – это что-то похожее на руководство командой. Надо будет спросить у сестры. Попозже, в ближайшие дни стае предстоит справляться с шоком, когда её назначение прокатится по новостным сводкам. ㅤ       Алекс застегнула пуговицы на пиджаке и поправила галстук. Эрин предупредила, что госпожа Кортес, вероятно, предложит ей сменить форму охраны с костюмов на что-то более по её мнению комфортное. Костюм сидел на ней как вторая кожа, не то чтобы отзываясь, а словно предвосхищая каждое движение. Если госпожа президентка не станет настаивать, она, пожалуй, останется при своём. Хотя это и неплохая идея, чтобы одна из охранниц при дежурстве в паре или тройке была в обычной гражданской одежде, так проще при необходимости скрыться в толпе и заметить то, что можно не увидеть, находясь рядом.       Она постучала в дверь и, войдя внутрь, вежливо кивнула.       – Госпожа Кортес, разрешите представиться. Глава службы охраны президентки Алекс Волф. ㅤ       * pride (англ.) – 1) гордость, 2) Гей-прайд (англ. Gay pride) — акция, задачей которой является демонстрация существования в обществе ЛГБТ (лесбиянок, геев, бисексуалов и транс-людей), поддержка толерантного отношения к ним, защита прав человека и гражданского равноправия для всех людей вне зависимости от сексуальной ориентации и гендерной идентичности (© Википедия)