Так живут все

Громкий смех и разговоры заполнили пространство бара. Тяжеловесные мужчины обсуждали новости, слухи и последние события. Антуан находился здесь в числе приглашенных гостей. Сегодня здесь праздновался день рождения сэра Людвига, друга отца Антуана. Юноша был не поклонником выпивки и вечернего веселья в барах; ему привычнее было находиться на утонченном балу в дорогом особняке, но посетить это мероприятие было вопросом воспитанности, поскольку он получил именное приглашение. И вот, уже несколько часов Антуан сидел за столом в темном и душном баре, наблюдая за отцом, именинником Людвигом и другими гостями. В основном это были мужчины средних лет и лишь несколько красивых статных женщин, пришедших в компании мужей. Среди мужчин был и Жакоб Дюваль, веселившийся наравне с другими. — Антони, — ласково обратился к сыну друга Людвиг, — ты не мог бы принести нам из кладовой еще пару бутылочек вина? Не понятно куда делись местные крестьянские девчонки, совсем не хотят работать!.. Людвиг был изрядно пьян и говорил невнятно. За его спиной виднелась фигура Кенеля старшего, виновато улыбающегося сыну. Антуан поднялся, мысленно радуясь, что сможет покинуть компанию пьющих мужчин. Он спустился в погреб, где температура была несколько прохладнее и облегченно вздохнул. Блондин поднял наверх три трехлитровых бутылки красного вина и спустился за четвертой — чтобы точно всем хватило. Взяв бутыль, парень услышал шорох и тихие голоса. В погребе во время шумной вечеринки никого быть не должно и Антуан насторожился. Поставив бутыль, он прошел вглубь погреба, прислушиваясь к голосу. — Ну давай… Я не могу больше ждать… Пожалуйста… — ясный женский голос доносился из закутка погреба. — Ты такая нетерпеливая… Неужели так соскучилась?...— в голосе читалась усмешка, — мы не виделись всего неделю… Антуан замер, шокированный. Застать подобную сцену он точно не рассчитывал. В нескольких отсеках от него стоял темноволосый парень, а перед ним на коленях была девушка с волнистыми длинными волосами. Свет свечей был тусклым, но темные волосы парня бросались в глаза Антуану. Его лицо было незнакомо Кенелю и он с опаской вспомнил о темноволосом юноше в рассказе невесты. — Я скучала… Ты даже не представляешь, как, — девушка ловким движением высбодила из штанов парня член и с наслаждением стала целовать его, постанывая. Стон сорвался и с губ парня. — Черт… — выругался он с наслаждением, — скажи честно, тебе интересен только мой член? — Он лучше, чем у моего мужа, — она с неохотой оторвалась от набухшего органа и вернулась к процессу. — Так я и знал… — парень запустил пальцы в волосы девушке и с силой сжал их, помогая ей взять нужный темп ласок. Антуан стоял не в силах пошевелиться и даже вздохнуть. Он не знал, как реагировать. Стоит ли остановить их или лучше просто беззвучно удалиться. И он хотел бы уйти, но не мог. Столь эротичные цены юноша видел впервые и смотрел, как завороженный. Очень скоро после осознания происходящего он и сам почувствовал возбуждение. — Ну все… — девушка высвободила упругий член из своего рта и поднялась к лицу парня, — хватит болтать… я хочу чтобы ты трахнул меня здесь… прямо сейчас… эти олухи наверху ничего не заметят, пока ты будешь иметь меня… а я буду стонать, как никогда… — она поцеловала юношу и он ловко опустил ее на пол. Длинные волнистые волосы девушки золотом разлились по полу. Она в спешке задрала подолы своего платья и приподнялась. — Скажи мне кое что, — располагаясь между ее ног, начал юноша, — как прошел допрос? — Ах, это? Не о чем беспокоиться, я натравила этого Линара на моего мужа… — со смехом заявила девушка, — Пусть его упекут далеко и надолго… а я буду наслаж… ААХхх… — парень ввел член в лоно девушки и она громко застонала, — ммм… да… буду наслаждаться твоим членом… — Линара… Густава Линара?... — переспросил юноша, ускоряя фрикции, — ты уверена, что отвела от себя все подозрения? Этот человек работает на короля… — юноша прекратил движение и наклонился в уху девушки, — он может нарушить мои планы… — парень накручивал прядь светлых волос на палец, играясь. — Не переживай… он на меня не выйдет… — она обхватила ногами торс юноши и углубила проникновение, — он не догадается, что это я отравила собственного отца. Яд, который я использовала не распространен и не применялся ранее, потому что я сама его сделала. Поэтому, — она погладила парня по щеке, — он никогда не догадаются, что он умер из-за яда. Врачи уже сделали заключение, что смерть была естественной. Густав смирится с этим за неимением доказательств… Девушка развязала корсет и отбросила ткани с тела, оголяя небольшие груди. Она потерла их ладонями, дразня юношу сверху: — Я знаю твои слабости, — произнесла она, когда парень обхватил ее грудь руками, — я чувствую, как ты пульсируешь, когда видишь мою обнаженную грудь… ммм… Жан… — простонала она в наслаждении, — кончи в меня… я хочу забеременеть от тебя, и говорить всем вокруг, что ребенок от моего мужа… ты знаешь, — продолжала она, — я люблю тебя… Жан, я люблю тебя больше всех на этом свете! И я хочу родить от тебя детей… и ни один мой ребенок не будет от законного супруга… В помещении раздались пошлые стоны, влажные звуки проникновения и тяжелое дыхание. Антуан услышал достаточно и медленно поднялся из погреба. Он взял бутыль, за которой спускался, и вышел на улицу. Парень сел на ступени бара. Окружающие звуки доносились до него будто через стену. Он закурил сигару, которую когда-то ему кто-то дал в дар и попытался успокоиться. Член в его брюках все еще пульсировал и жаждал ласки, будто завидуя парню в погребе, но Антуан упрямо его игнорировал. Он пытался досконально воспроизвести услышанный диалог и думал лишь о том, что сказала девушка. Увидеть Густава Линара стало для него главной целью сейчас. Антуан продумывал, что скажет отцу, чтобы покинуть праздник и отправится в поместье Линар прямо сейчас. Информация, полученная им сейчас, была ценнее любого праздника. Сигара в его руках была толстой и длинной, но Антуан даже не заметил, как скурил ее полностью. Он открыл бутыль с вином и отпил. Юноша старательно выстраивал дальнейший план действий. — Не угостишь огоньком? — спросил вдруг кто-то. Антуан обернулся и увидел того самого юношу из погреба с сигарой во рту. Секундное промедление. Кенель чиркнул спичкой и в ночной темноте загорелся маленький дневной свет. — Благодарю, — сказал темноволосый парень, присаживаясь рядом с Антуаном, — мы, кажется, не знакомы? — Похоже на то, — пробормотал Антуан, вглядываясь в лицо собеседника. Парень сразу приметил его зеленые, будто горящие изнутри, глаза. — Меня пригласили на торжество здесь. Слышал, это день рождение местного чиновника, — продолжил Жан, — я не так давно в Ла—Фонде и был приятно удивлен приглашению на частный праздник. Дружелюбный жест. — Тут многие дружелюбны, — заметил парень, — Я Антуан Кенель, — он пожал руку брюнета в знак приветствия. Кенель сделал над собой не малое усилие, чтобы не вытереть ладонь обо что-то в тот же момент. Касаться Жана после произошедшего в погребе было отвратительно для него. — Я Жан Дюваль, — представился в ответ парень. Его глаза сверкнули огоньком, — так, это о тебе рассказывала Клементина, — парень затянулся и в момент поймал недобрый взгляд Кенеля. Блондин поднялся и сверху грозно посмотрел на Жана: — Я ее жених, — с внутренней ненавистью сказал парень. Такого холодного голоса Дюваль давно не слышал. — Спокойно, спокойно, — глупо улыбнулся Жан, пытаясь расслабить собеседника, — я видел ее на церемонии очищения, вот и все. Она счастливая рассказывала, как хочет выйти за тебя замуж, — он снова затянулся, пристально наблюдая за реакцией Антуана. Создавалось впечатление, будто два хищника находятся у одного водоема и присматриваются к врагу. — Да… Прости… Что-то я сегодня сам не свой, — Антуан старательно изображал беспечность. — Наверное, предсвадебное… — не сводя взгляда с блондина, предположил Дюваль. Реакция Антуана была не адекватной в его глазах. Дюваль отлично разбирался в людях и понял, что Антуану что-то известно о нем. — Так, как скоро состоится ваше торжество? — как ни в чем не бывало спросил он, — это должно быть глобальное событие по меркам маленького Ла—Фонда. — Меньше двух недель, — отозвался Антуан и задумался, — я думаю… Клементина будет рада тебя видеть… — вдруг сказал он, — Почему бы тебе не разделить с нами этот радостный день? Парень рассчитывал, что Жан согласится, ведь организовать его арест было бы гораздо проще, зная где, и когда он будет. Их взгляды встретились на несколько секунд. — Ах, — с досадой сказал Жан, — к сожалению меня не будет в это время в Ла—Фонде. Уезжаю по делам в столицу… — Вот как?.. И как скоро? — глаза Антуана выражали напряжение, которое не укрылось от Жана. — На… Днях… — стало так тихо, что шуршание листвы деревьев казались громким шумом. Напряжение разговора лилось через край. — Чтож… Пойду попрощаюсь с отцом. Я утомился за сегодняшний вечер… — проговорил Антуан, направляясь ко входу в бар. — Ты прав, время позднее, — Жан не сдвинулся с места, вновь затягиваясь сигарой. Заметив, что брюнет да ним не пойдет, Кенель быстро зашел в помещение. — Как жаль… Это не входило в мои расчеты… — Дюваль выпустил столп дыма и потушил сигару. Антуан быстро вышел со стороны запасного входа, ловко взобрался на коня, и рванул в сторону поместья Линар. Доехать до поместья, найти Густава, и рассказать ему все, что он узнал — было его основной задачей. Путь лежал через лесную дорогу. На полпути Антуан заметил одинокого всадника, скачущего позади. Сначала далеко, после все ближе. Неизвестный догонял Антуана и нервы парня накалились до предела. Не понимая зачем, блондин достал меч из ножен и держал его наготове. Тем временем преследователей стало двое, а после, показался еще один. — Трое… Растут как грибы в дождь… — Антуан сжал зубы, и судорожно размышлял, как ему выпутаться из этого. Первый всадник нагнал Антуана и поравнялся с ним. Это был Дюваль. — Опусти меч и мы не тронем тебя! — громко заявил Жан, — мы не хотим ненужного насилия, но ты не оставляешь нам другого выбора! — А где гарантии, что моя голова не слетит с плеч в ту же минуту?! — воскликнул Антуан. Он замахнулся мечом в сторону Жана, но столкнулся с другим мечом. Всадник, скачущий позади, прикрыл брюнета от удара. В следующую секунду конь Антуана был атакован третьим всадником. Конь громко заржал и с грохотом упал, волочась по земле еще какое то время. Ногу Антуана зажало тушей коня. — Ты не сбежишь, — Жан спешился и подошел к Антуану. — Ты! — воскликнул блондин, — я вызываю тебя на дуэль чести! Если я одержу победу, вы отпустите меня! Сподвижники Жана схватили Антуана и достали из-под коня. Стало очевидно, что у парня травма ноги. Кенель не мог самостоятельно стоять. — Мысль хорошая. Я бы даже согласился, будь у тебя целы обе ноги, — заявил Дюваль, — но сейчас у меня нет времени ждать, когда ты восстановишься… Дюваль подошел совсем близко к Антуану и тихо сказал: — Добро пожаловать в жестокую реальность. Последнее, что видел Антуан, это летящий к нему кулак Жана Дюваль.