Теребрис

Последнюю неделю Чонгук не покидал дворец. Советники требовали его внимания каждую минуту. Бумаги, печати, бесконечные обсуждения — всё это затягивало его в водоворот забот. Южные земли королевства готовились к обороне от возможного вторжения из соседнего Солариса. С севера поступали тревожные вести о голоде. Даже драконы, гордость Тенебриса, требовали внимания: их силы нельзя было растрачивать впустую, но и держать их в бездействии было опасно. Каждый день был наполнен напряжением и решениями, от которых зависела судьба королевства.  Однако ни одно из этих дел не тревожило его так сильно, как постоянные напоминания матери о женитьбе. Королева Сеон, женщина с острым умом и несгибаемой волей, не уставала твердить о том, что королю нужен наследник. Каждый вечер за ужином она поднимала этот вопрос, и Чонгук, уже зная, что спорить бесполезно, лишь кивал, избегая прямого ответа. Ему было 25, и он прекрасно понимал, что от него ждут. Но мысль о браке или наложницах вызывала в нем лишь тоску. И всё же был кто-то, кто заставлял его сердце биться чуть быстрее. Кто-то, мысли о ком заставляли его отвлечься от забот. Тэхен. Юный омега из деревни, которого он встретил всего неделю назад. Его мягкая улыбка, искренний взгляд, несмелый, но добрый голос… Эти воспоминания неожиданно стали для Чонгука отдушиной в череде тяжелых дней. Именно эти мысли заставили его сегодня вечером оставить дворец и вылететь на Касе к деревне, где жил Тэхен. Серебристо-чёрный дракон скользил по воздуху, как тень, и вскоре лес, окаймляющий деревню, раскинулся у него под ногами.  Чонгук оставил Каса на небольшой поляне неподалёку от деревни и отправился пешком. Он двигался тихо, стараясь не привлекать внимания. В деревне царила вечерняя тишина, нарушаемая лишь треском костров и звуками работы. Однако взгляд Чонгука сразу зацепился за знакомую фигуру у колодца. Тэхен стоял там, набирая воду в деревянное ведро, его лицо было сосредоточенным, но каким-то мягким, будто он был полностью погружён в свои мысли,но он тут же вздрогнул уловив тень рядом. — Кто здесь? — Голос юноши прозвучал удивлённо, когда он заметил приближающегося Чонгука. Тэхен замер, едва не уронив ведро. — Минсо… ты вернулся? — Конечно, — ответил Чонгук с лёгкой улыбкой, подходя ближе. — Ты ведь не думал, что я забуду тебя, правда? Тэхен опустил взгляд, его щеки порозовели. Он выглядел немного смущённым, но в его глазах читалась радость.  — Я думал… Ты ведь так долго не появлялся.  — Был занят, — просто ответил Чонгук, стараясь не вдаваться в подробности своих обязанностей. — А ты? Всё так же помогаешь папе? — Да, — кивнул Тэхен, поднимая ведро. — Сегодня мы готовим лекарства для старосты деревни. Он простудился. Их разговор был прерван неожиданно, голосом, который раздался из дома неподалёку.  — Тэхен! — Мужской голос был строг и громок, но в нём звучала забота. Из дома вышел невысокий омега лет сорока. Его тёмные волосы уже тронула седина, а суровое выражение лица говорило о человеке, привыкшем к труду и ответственности. Его взгляд тут же упал на Чонгука. — Кто вы? Почему ты разговариваете с моим сыном? Тэхен тут же поставил ведро на землю и быстро заговорил. — Папа! Это Минсо… Мы встретились в лесу. Он мой друг, — поспешно объяснил он, нервно бросая взгляд на Чонгука. Мужчина, которого Чонгук сразу определил как отца Тэхена, медленно подошёл ближе. Его карие глаза внимательно изучали незнакомца, словно он пытался разгадать его намерения. Между ними повисла короткая тишина, прежде чем мужчина заговорил. — Минсо, значит? — произнёс он медленно, словно пробуя имя на вкус. — Я Доен, папа Тэхена. Что привело тебя в нашу деревню? Чонгук слегка поклонился, сохраняя спокойствие. — Просто прогулка, — ответил он с лёгкой улыбкой, стараясь не выдать себя. — Ваш сын добрый и умный юноша. Мне было приятно познакомиться с ним. Доен хмыкнул, но его взгляд оставался настороженным. Он явно не доверял чужакам, особенно тем, кто проявлял интерес к его сыну.  — Прогулка, говоришь? — с лёгким подозрением переспросил он. — Не часто у нас бывают гости. Особенно такие, как ты. Чонгук почувствовал, как его улыбка стала чуть шире. Он понимал, что мужчина пытается защитить своего сына, и это вызывало у него уважение. — Я понимаю ваше беспокойство, — сказал он спокойно. — Но я не причиню вреда вашему сыну. Мне просто нравится проводить с ним время. Доен помедлил, внимательно вглядываясь в лицо Чонгука. Затем его строгое выражение лица смягчилось, и он слегка кивнул. — Хорошо, — сказал он, но его голос оставался твёрдым. — Если ты и правда друг моего сына, то добро пожаловать. Но знай, что я всегда буду защищать свою семью. — Папа! — возмутился Тэхен, краснея. — Минсо ничего плохого не делает! — Тихо, Тэхен, — строго сказал Доен, но его глаза блеснули тёплой ноткой. — Иди в дом, вода остынет. Тэхен бросил извиняющийся взгляд на Чонгука и, подхватив ведро, направился к дому. Чонгук проводил его взглядом, а затем снова повернулся к Доену. — Спасибо за гостеприимство, — сказал он с уважением. — Ваш сын — удивительный человек. Доен ничего не ответил, лишь кивнул и ушёл в дом. Чонгук остался стоять на месте, глядя на закрывшуюся дверь, а затем направился обратно к Касу.

***

Тем временем во дворце разворачивалась сцена, в которой принимали участие два совсем других человека. Чон Хосок, лучший друг и советник короля, шёл по длинному мраморному коридору, держа в руках несколько пергаментов. Его мысли были заняты делами королевства, когда он внезапно столкнулся с Мин Юнги — омегой, который управлял гаремом. Юнги нес в руках стопку свитков, и столкновение едва не привело к тому, что все бумаги разлетелись по полу. — Ах, прости! — Хосок ловко подхватил выпавший свиток, прежде чем он коснулся земли. — Юнги, ты как всегда стремишься сделать всё сам. — Господин советник, — поклонившись произнёс Юнги. Его серебристые волосы блестели в свете факелов, а его лицо оставалось сдержанным, почти холодным. — Спасибо, но я справлюсь.  — Это я вижу, — усмехнулся Хосок, внимательно разглядывая омегу. — Но ты выглядишь слишком серьёзным. Иногда тебе стоит улыбаться. Юнги поднял бровь, словно удивлённый его словами. — Мне некогда улыбаться, — ответил он, аккуратно укладывая свитки обратно в стопку. — У меня много дел. — Ты выглядишь очаровательно даже под тяжестью работы, — сказал Хосок, не скрывая своей улыбки. Юнги замер на мгновение, его глаза чуть расширились от удивления. Однако он быстро вернул себе невозмутимое выражение лица. — Спасибо, — холодно сказал он, сделав шаг назад и снова поклонившись. — Но мне действительно нужно идти.  Хосок проводил его взглядом, в котором читался явный интерес. Он знал, что Юнги — человек, который не поддаётся лёгким эмоциям, но именно это и привлекало его. Его сдержанность, его неприступность — всё это заставляло Хосока задуматься, как можно сломать эту стену.  Когда Юнги скрылся за углом, Хосок усмехнулся и покачал головой. "Ещё увидимся", — подумал он, начиная догадываться, что это столкновение было лишь началом.

***

Вечер окутал дворец Тенебриса мягким светом, а королева Сеон с волнением готовила для своего сына сюрприз, который, как она надеялась, изменит его жизнь. Она украсила комнату Чонгука, расставила свечи, которые мягко освещали стены, создавая атмосферу уюта и интриги. В воздухе витали тонкие ноты благовоний, призывающие к близости и страсти. На мягкой постели, усыпанной бархатными подушками, ждала девушка — Рина, наложница из соседнего королевства, которую королева тщательно выбрала для своего сына. Чонгук вернулся в свои покои позже, чем обычно, уставший от бесконечных заседаний и обсуждений. Входя в комнату, он сразу ощутил перемену в воздухе. Запахи и свет создавали атмосферу интимности, которая сразу же напомнила ему о его обязанностях как короля и о том, что он должен был сделать. Он взглянул на Рину, и его сердце замерло. Она была прекрасна, с длинными каштановыми волосами и мягкими, тёплыми глазами, полными ожидания. — Мама? — произнёс он, входя в комнату и удивлённо глядя на королеву. — Что здесь происходит? — Чонгук! — Королева улыбнулась, её глаза блестели от удовлетворения. — Я решила, что тебе нужно немного расслабиться. Знакомься, это Рина. Она станет твоей гостьей на эту ночь. Чонгук почувствовал, как его сердце колебалось между долгом и внутренними переживаниями. Он не мог игнорировать свою обязанность перед королевством, но в его душе бушевали другие чувства. Он вспомнил Тэхена — его тёплые глаза, искреннюю улыбку и ту невидимую связь, которая возникла между ними. Но королевская жизнь требовала от него жертв, и он знал, что не может оставить Рину в одиночестве. — Спасибо, мама, — произнёс он, подавляя внутренний конфликт. —Вы можете идти. Королева удовлетворённо кивнула, а Рина, слегка смущённая, подошла ближе. Её глаза светились ожиданием, но Чонгук чувствовал, как в его сердце разгорается тревога. Он пытался сосредоточиться на моменте, но его мысли не оставляли образ Тэхена, который был слишком близок, слишком настоящим. — Я здесь, чтобы сделать тебя счастливым, Ваше Величество, — произнесла Рина, её голос звучал нежно и мелодично, как музыка, которая должна была убаюкать его тревоги.  Конечно, я могу описать взаимодействие между Чонгуком и Риной более подробно, сосредоточившись на их эмоциях и внутреннем состоянии. Когда Чонгук подошёл к Рине, его сердце колебалось между чувством долга и желанием. Он чувствовал, как напряжение в воздухе нарастает, в то время как Рина смотрела на него с надеждой и ожиданием. Чонгук, стараясь отвлечься от своих мыслей о Тэхене, наклонился к ней и нежно поцеловал её. Это был осторожный поцелуй, полный неуверенности и стремления. Рина, почувствовав его сомнение, ответила на поцелуй с большей страстью, её руки скользнули по его спине, прижимая его к себе.Они медленно переместились к постели, где мягкие подушки и простыни ждали их. Чонгук чувствовал, как его тело реагирует на Рину, но в то же время его мысли всё ещё были о том, кто остался в его сердце. Он пытался сосредоточиться на её прикосновениях, на том, как её кожа была мягкой и тёплой, как она прижималась к нему. Когда они оказались на постели, Чонгук почувствовал, как его сердце забилось быстрее. Он положил руки на её талию, чувствуя, как она дрожит от его прикосновения. Он прижал её к себе, и в этот момент он закрыл глаза, представляя, что это Тэхен, а не Рина. Это было сложно, и он понимал, что пытается заполнить пустоту, которая возникла в его душе. Рина, чувствуя его колебания, старалась быть нежной и ласковой. Она прижималась к нему, шептала слова, которые должны были разбудить в нём желание. Чонгук пытался ответить на её ласки, но в его сердце всё ещё бушевали противоречивые чувства. Каждый её поцелуй, каждое прикосновение вызывало в нём смешанные эмоции — желание и печаль. Несмотря на это, они продолжали двигаться друг к другу, и вскоре Чонгук почувствовал, как их тела сливаются воедино. Это было физическое соединение, но в его душе оставалась пустота. В этот момент он осознал, что, несмотря на физическую близость, он не может забыть о своих истинных чувствах. Чонгук понимал, что эта ночь — это не просто физическое соединение, а попытка разобраться в том, что он на самом деле чувствует.