Мое место - твой дом

      Как Лань Сичэнь и говорил, Вэй У Сянь и Лань Ванцзи не ложились спать после девяти. Вместо этого они подготовили чай и закуски, к приходу гостей. Вэй У Сянь даже поставил на край стола небольшую вазу с цветами. В последнее время у него вообще было непреодолимо сильное желание все украшать и обустраивать так, чтобы ему самому, и его супругу было как можно комфортнее. К сожалению, из-за этого самого желания у них скопилось очень много одеял, потому что желание гнездоваться просыпалось в самые неожиданные моменты и было очень сильным, а гнезда требовали ресурсов. Лань Ванцзи смотрел на это с нежным терпением и даже умилением, в некоторой степени, постоянно пополняя запасы подушек и одеял, но все-равно то и дело находя в гнезде очередной свой халат, вытащенный из корзины для стирки.       В целом, их совместная жизнь быстро выровнялась и пришла к полному спокойствию, незаметно пройдя стадию привыкания. Они словно годами жили друг с другом, настолько им было хорошо. Лань Ванцзи легко управлялся с Вэй У Сянем, когда тот, ничего не видя и не слыша, засиживался за очередным талисманом, раскидывая бумаги и наработки вокруг, не обращая внимания на создаваемый беспорядок, а Вэй У Сянь, в свою очередь, научился готовить супругу полезную, но вкусную еду, которую и сам был есть не прочь, и старался вставать пораньше, чтобы проводить супруга.       И кто-то сказал бы, что они живут скучной жизнью, что Вэй У Сянь, человек яркий и шумный, не может быть счастлив здесь, но дело в том, что даже ему иногда хотелось тишины и покоя. Да и никто ведь ему не запрещает развлекаться. Да, прямо сейчас он вынужден жить скрываясь, но у него часто бывают гости, с которыми он может поговорить. В частности Лань Цижэнь, с которым он периодически ведет разговоры на тему поэзии или философии, или же на научную тему, что им обоим нравится больше всего. Хотя, конечно, бывали моменты, когда они были настолько не согласны друг с другом, что переходили на повышенные тона, хотя это и было всего пару раз, но с тех пор Лань Сичэнь или Лань Ванцзи - смотря кто в этот момент находится рядом, - взялись присматривать за их дискуссиями, чтобы вовремя растащить.       И так, их жизнь была мирной и спокойной, хотя, во избежание лишних глаз, - а этого полностью избежать было нельзя, как ни старайся, потому что любопытство людей Гу Су росло, и в эту часть Облачных Глубин все чаще начали забредать посторонние, - Вэй У Сянь разработал и установил иллюзорный барьер, при взгляде на который, все, у кого нет настроенного на него жетона, не видят ничего, кроме одинокого дома в окружении горечавок, а вот обладатели таких жетонов видели и кипящую в нем жизнь, и счастливый смех Вэй У Сяня, который раздавался очень часто.       На самом деле, если говорить о самом Вэй У Сяне, он пришелся по душе многим ученикам Лань. Им нравился его игривый и веселый характер. Из их слов, он был похож на искристый фейерверк, освещающий ночное небо, или же на яркое солнце, греющее всех вокруг своими ласковыми лучами. Пришелся по душе он и детям, некоторые из которых как-то раз случайно забрели на территорию дома, и познакомились с омегой. С тех пор, с одобрения старейшин, малышей часто приводили к Вэй У Сяню, когда Лань Ванцзи был занят, и омега оставался один. Тот был только рад такой компании. Он детей искренне любил и просто обожал с ними возиться, а маленькие тихие Лани были только рады его нежной заботе. И так, Вэй У Сянь стал любимой няней для множества родителей, которые теперь были спокойны, зная что их дети будут в надежных, нежных руках, когда их самих не будет рядом.       Что же касается его разработок, то те немногие талисманы которые он успел создать за это время, уже произвели фуррор, и добавили не малое количество золота в казну ордена. Разумеется имя создателя скрывали, говоря что он не желает афишировать свое имя, но так, все же, будет не всегда.       Вэй У Сянь, за это недолгое время, успел искренне полюбить Облачные Глубины. Они стали для него куда более приветливым домом, чем была Пристань Лотоса, пусть он ее и любил.       - Лань Чжань, Лань Чжань, смотри, идут! - Вэй У Сянь вылез из окна почти наполовину, радостно размахивая руками, пока его супруг терпеливо держал его за талию, не позволяя вывалиться из дома полностью.       Цзян Яньли, сопровождаемая, под руку, женихом, тоже увидела своего младшего брата и радостно помахала ему рукой.       Прошло совсем немного времени, когда они наконец вошли в дом, и счастливый Вэй У Сянь тут же бросился в объятия старшей сестры. После некоторого времени радостных объятий, Цзян Яньли отодвинула Вэй У Сяня от себя и тщательно осмотрела его. Даже сейчас, в не ярком освещении дома, она прекрасно видела, что ее младший брат приятно округлился, чего не было на Пристани Лотоса, из-за постоянного стресса, наказаний и усталости, и ярко сиял. И пусть живота еще не было видно, но уже сейчас она видела, что отцовство ему будет к лицу. Протянув руку, она нежно погладила его по щеке.       - Я так счастлива видеть тебя, а-Сянь. Так счастлива, что ты в порядке, - нежно произнесла она, заглядывая ему в глаза.       Под нежностью любимой старшей сестры, омега еще сильнее заискрился радостью.       - Я тоже счастлив видеть тебя, шицзе. Я так скучал! - Он вновь зарылся в ее объятия, положив голову ей на плечо, хоть и был немного выше.       - Мой Сянь-Сянь все такой же маленький и милый, для своей шицзе, - засмеялась Цзян Яньли, нежно его обнимая. - Второй молодой господин Лань, я искренне благодарна вам за заботу о моем младшем брате.       - Мн. Рад заботиться о Вэй Ине.       - Я очень рада, что чувства моего а-Сяня оказались взаимны. Он говорил о вас с такой тоской, - она покачала головой. - Он ведь очень не хотел тогда покидать Гу Су, но защита моей чести для него была важнее. Мой благородный, маленький герой. - Цзян Яньли погладила брата по голове.       - Всегда буду защищать шицзе, - пробормотал он ей в плечо.       - Прямо сейчас в защите нуждаешься ты, Сянь-Сянь, и обеспечивать ее - наша работа. - Отодвинув его, она строго посмотрела ему в глаза. - Боюсь тебе придется так пожить подольше. Сомневаюсь что даже рождение ребенка убережет тебя. Лучше дождись своего совершеннолетия, и, в идеале, роди еще одного малыша, если получится.       Оба супруга, в ответ на ее слова, залились ярким румянцем. Это было очень милое зрелище.       Помотав головой, чтобы остудить лицо, Вэй У Сянь потянул сестру к столу. Усевшись, он аккуратно разлил всем чай и пододвинул купленные сегодня пирожные.       - Вот, шицзе, угощайся! Локва в этом году особенно сладка, а пирожные из нее - просто чудо!       Улыбнувшись, девушка еще раз провела ладонью по его лицу.       - Просто не могу поверить, что вновь вижу тебя, пусть и прошло всего несколько месяцев. - Она покачала головой. - Дома было столько шума по этому поводу. Кажется отец не хочет мириться с твоим побегом больше всего. Даже а-Чэн по этому поводу говорит меньше. Хотя, в его случае, боюсь это молчание может быть взрывоопасным, судя по тому, сколько раз он уже дрался.       Вэй У Сянь поморщился.       - Цзян Чэн никогда не умел особо себя контролировать, и это играет против него. Он наследник, такое поведение недопустимо, но он совершенно не желает кого-либо слушать. Кто его теперь будет прикрывать, когда меня больше нет рядом?       - А-Сянь, ты и раньше не должен был этого делать. Как ты и сказал - а-Чэн наследник, и должен понять, что у каждого его необдуманного действия есть последствия. Раньше он этому не научился, но ему придется сделать это сейчас. В конце концов, когда он станет главой, ему не будет позволено вести себя столь необдуманно. У всего есть последствия, и он должен это понимать.       - И все же, мне жаль, что мне пришлось так с ним поступить, - Вэй У Сянь ссутулился. - Я хотел быть ему поддержкой, помогать ему, когда он станет главой, но Цзян-шушу... Я вообще не понимаю, почему он так поступил. Зачем было портить все?       Лань Ванцзи, немного недовольный темой, обнял супруга и притянул к себе. Видевшая все это Цзян Яньли, слегка улыбнулась и покачала головой.       - Думаю, я всегда знала, что так случится, поэтому и надеялась, что ты станешь альфой, а не омегой. Отец... мать ведь права, он действительно любил твою маму, но при этом он любил и твоего отца. Мне как-то рассказал их историю один из наших старейшин. Мама не права лишь в том, что думает, что у него была любовь лишь к Цансэ Саньжэнь. Впрочем, об этом вообще мало кто знал. - Цзян Яньли вздохнула. - Поэтому, когда он увидел в а-Чэне те же чувства, то решил что это лучший выход. Решил побыть хорошим отцом хотя бы раз, - она усмехнулась. - А-Чэн ведь всегда любил тебя, а-Сянь. Ты просто этого не видел. Ты умный, но когда дело касается чувств, ты на удивление слепой. С самого вашего детства а-Чэн никогда не смотрел на тебя как на брата. Мне жаль, а-Сянь. Ты просто этого не видел.       Вэй У Сянь поджал губы и опустил глаза.       - И все же, я рад что стал омегой, пусть все и получилось так. Это подарило нам с Лань Чжанем шанс, которого не было бы, если бы я стал альфой, - он с любовью посмотрел на мужа. - И пусть многие сказали бы, что мы слишком юны, чтобы по-настоящему разбираться в чувствах, но я уверен, наши с Лань Чжанем чувства будут такими всегда, и со временем станут только сильнее.       - Я действительно очень рада за вас, а-Сянь. Мой маленький Сянь-Сянь уже такой взрослый, он уже готов стать папой, - она утерла притворную слезу.       - Шицзе! - Смущенно воскликнул Вэй У Сянь, спрятав лицо на плече мужа. Цзян Яньли засмеялась.       - Мн, - Лань Ванцзи погладил мужа по спине. - Рад за брата и деву Цзян.       Названные тоже покрылись смущенным румянцем, переглянувшись.       - Да-да, шицзе, Хуань-гэ хороший, он ни за что не будет тебя обижать, он обещал! - Вэй У Сянь тут же сел ровно, посмотрев на пару искрящимся взглядом.       - Да, Сянь-ди, я никогда не стану обижать деву Цзян, - Лань Сичэнь взял в свою крупную ладонь ее маленькую ладошку, и нежно сжал. Цзян Яньли залилась румянцев еще сильнее.       - Кстати, а как госпожа Юй отреагировала на эту помолвку? Подозреваю она была не очень счастлива, - пробормотал Вэй У Сянь, коснувшись указательным пальцем кончика носа.       - Мама... была недовольна, - тактично сказала Цзян Яньли, вспоминая яростные крики матери, которая впервые в жизни едва не подняла на супруга Цзыдянь, но вовремя опомнилась. С тех пор они не разговаривали. Сама Цзян Яньли тоже матери избегала, так как идея этой помолвки принадлежала ей, и мать об этом каким-то образом прознала, и была очень зла.       - Не в обиду будет сказано, шицзе, но госпожа Юй, в принципе, не бывает довольна. Лично я, за годы жизни на Пристани Лотоса, видел ее довольной только когда к ней приезжала госпожа Цзинь с Цзинь Цзысюанем.       - Ты все верно сказал, а-Сянь. Мама именно такая. Возможно она просто не может быть счастливой. - Цзян Яньли вздохнула, но потом приободрилась, посмотрев на Вэй У Сяня с куда большим воодушевлением. - Но давай поговорим о другом! Я хочу потрогать твой животик. Мне можно? - Она с надежной посмотрела на младшего брата.       Омеги очень трепетно относились к своему животу во время беременности, как и к личному пространству в целом. Даже самые тактильные ограничивали свой контакт с другими, когда вынашивали ребенка. Если омега инициирует с вами близкий контакт во время беременности, это означает, что она доверяет вам, но если омега позволила вам коснуться своего живота, то это просто высшая форма доверия. Поэтому в просьбе потрогать живот нет ничего необычного.       Вэй У Сянь счастливо улыбнулся, поудобнее устраиваясь в объятиях супруга, чтобы сделать живот более доступным.       - Конечно, шицзе. Ты могла и не спрашивать.       - А-Сянь, не говори так. Это очень важно, - мягко пожурила Цзян Яньли.       Придвинувшись ближе, девушка осторожно накрыла живот омеги, ощущая что он немного твердоват и мягко поглаживая его. Даже она, будучи слабым заклинателем, чувствовала еще один яркий огонек в его чреве, совсем близко к его золотому ядру.       - Это так чудесно, Сянь. Я уже представляю, насколько славным будет ваш малыш. Наверняка будет похож на вас обоих. Такой же восхитительный.       Голос Цзян Яньли был полон нежности. Она действительно представляла их будущего малыша. Не имеет значения, будет это мальчик или девочка, их дитя наверняка будет невероятно в обоих воплощениях. С такими родителями иначе быть и не могло. Она была уверена, ее будущие племянники, сколько бы их ни было, потрясут заклинательский мир.       - Хотелось бы посидеть подольше, но нам нужно идти. Лучше не вызывать никаких подозрений. Вдруг меня будут искать.       Вэй У Сянь вновь обнял сестру, прижимаясь к ней плотнее.       - Я буду рад, если ты придешь вновь.       - Конечно, Сянь. Я обязательно приду еще, - Цзян Яньли похлопала его по спине и отстранилась.       Лань Сичэнь подал ей руку, помогая подняться, и в сопровождении Ванцзи и У Сяня они покинули дом, пока им махали вслед.       - Они действительно хорошая пара. Оба такие счастливые, - с нежностью произнесла Цзян Яньли, когда они покинули границы барьера. - Уверена, с годами их любовь станет только крепче, а семья больше. То, с какой любовью они смотрят друг на друга, вызывает даже зависть. Мои отец и мать, за всю нашу жизнь, никогда так друг на друга не смотрели. Были только гнев, раздражение, тоска, равнодушие и боль. Моя мама не перестает обвинять отца в измене, и в том что а-Сянь его сын, но правда в том, что мать и сама никогда не любила отца. Она просто хочет снять ответственность с себя, а отец... ему просто все-равно. Стало все-равно ровно в тот момент, когда стало понятно, что тех кого он любил, больше нет.       Лань Сичэнь, до сих пор державший ее руку в своей, нежно сжал ее.       - Наша семья будет не такой. Мы видели не лучшие примеры семьи в своей жизни, и это означает, что мы сами можем постараться не допустить такого в своей жизни.       - Вы правы, Лань-гунцзы, - Цзян Яньли улыбнулась. - Постараемся вместе. Как думаете, скольких детей нам будет достаточно?       Сначала этот вопрос вогнал Лань Сичэня в ступор, и он даже остановился. А потом он покраснел настолько сильно, что горела даже шея. Цзян Яньли рассмеялась. Громко, и неудержимо.       Да, она была уверена, все будет прекрасно.