There’s A Place For Us

***

8:58, квартира Леорио Леорио боится, что у него будет инфаркт. Тахикардия преследовала его все утро (Ночь? День? Неделю? Сон кажется чем-то далеким), и его синий костюм пропитан холодным потом. Он ходит по комнате, раскладывает украденное оборудование и проверяет состояние Каллисто каждые 5 минут. Босая Линда яростно врывается в квартиру. — Где он? — Она задыхается, ее глаза бегают по квартире. — Где Калли? — Там. — Говорит Леорио и показывает на спальню. В его руках капельницы и физраствор. Линда, не говоря ни слова, проходит мимо него, и он слышит, как она восклицает, когда оказывается в спальне. Леорио настолько устал и эмоционально вымотан, что даже не пытается скрыть свои слезы. Он шмыгает носом, стоя в дверях и наблюдая, как Линда обнимает Каллисто. Мальчик хихикает, когда она осыпает поцелуями его маленькое личико. — Ну все, мам, хватит, перестань! — жалуется он. Каллисто отталкивает мать, и она разражается рыданиями, прижимая его крошечное тельце к груди. Вырываясь из ее объятий, он смотрит на Леорио ярко-зелеными глазами. Он напоминает Леорио маленького воробышка, такой же нервный и ясноглазый, с растрепанными волосами цвета ржавчины, торчащими во все стороны, как перышки. — Привет, дядя. Я голодный. У вас тут есть что-нибудь перекусить? — Тебе нужно отдохнуть день или два, прежде чем что-то есть, — говорит ему Леорио, и улыбка с лица мальчика спадает. — Но потом ты сможешь есть все, что захочешь, я обещаю. — Он подключает новый пакет с физраствором к капельнице, подвешивает пакет с молочной жидкостью к столбику кровати, прежде чем отойти и вытереть ему лоб. Каллисто еще не выздоровел. Он дистрофично худой, а его бледная кожа покрыта болезненно выглядящими язвами. Детоксикация от яда — очень сложный процесс. Приходится часто вызывать рвоту. Но хорошая рвота — это облегчение, размышляет Леорио. После нескольких недель ухода и хорошего питания состояние Каллисто постепенно улучшится. В следующую секунду он думает о Курапике, и его глаза снова наполняются слезами. — А папа нас навестит? — Щебечет мальчик. Линда рассеянно улыбается и гладит его по волосам, не встречаясь с его полным надежды взглядом. — Может в другой раз, малыш. Леорио дает им еще четыре минуты на то, чтобы наверстать упущенное, прежде чем снова приступить к делу. Он застегивает молнию на спортивной сумке с медикаментами и ставит ее у двери. При виде чемодана Курапики в спальне у него внутри все переворачивается, но он стискивает зубы и роется в аккуратно сложенной одежде, пока не находит пару блестящих рабочих туфель Курапики, которые бросает Линде. — Держи. Размер не твой, но хотя бы не босиком. Линда в замешательстве смотрит на обувь. — А? — Надо выдвигаться. — О чем ты? — Нельзя здесь оставаться. В больнице знают мой адрес. Я, вроде как, просто украл твоего ребенка. Они быстро начнут разбираться. Мои друзья заберут вас и отвезут в безопасное место. — Что? Куда мы едем? — Китовый Остров. Не беспокойся, все будет хорошо. Калли там понравится. — Китовый… Стой, Реолео, я хочу отвезти его домой! — Нельзя. Они знают и твой адрес тоже. В документах есть записи и все такое. Поверь мне. Линда несколько раз переводит взгляд с Леорио на Каллисто, моргая и сплетая руки. Она делает глубокий вдох. — Хорошо. Раз… Раз ты так уверен. Она просовывает стопы в лакированные ботинки Курапики и завязывает шнурки. — Калли хорошо перенесет поездку на машине? Леорио вздыхает. — Тц, вы будете не на машине. — Чего? Самолетом? Серьезно? — Не-а. Увидишь. Пойдем, нам нужно на крышу, они почти тут. Возьми сумку, а я возьму Калли. Линда хмурится, но наклоняется, чтобы поднять тяжелую спортивную сумку. Леорио поворачивается к мальчику и широко улыбается. — Ну что, приятель, готов к приключению? — Да-а! — вскрикивает он, размахивая руками от восторга. — У-и-и! Леорио осторожно поднимает его хрупкое тело, стараясь не задеть капельницу, когда перекидывает ее через плечо. Линда подхватывает спортивную сумку и выходит за ним из квартиры на темную лестничную клетку. — Так. Три пролета и налево. Мы идем на крышу. Они карабкаются вверх по лестнице. Каллисто напевает себе под нос веселую бессмысленную песенку, и когда они добираются до крыши, он щурится от яркого солнечного света, пробивающегося сквозь туман. Дует соленый бриз, развевая темные волосы Линды вокруг ее лица и заставляя глаза Леорио слезиться. — Тебе нужен витамин Д, — говорит Леорио. — Впитывай, пока можешь! Линда тянется к щеке сына и поглаживает большим пальцем шрам. — Откуда ты узнал? Как понял? Что он на самом деле здоров? Как так вышло, что никто из докторов не заметил? Леорио приставляет ладонь к лбу и щурится. На горизонте пока чисто. — Линда, ты знаешь, что такое Нэн? Она качает головой и хмурится. — Э-э… Долго объяснять. Можешь спросить у моих друзей по дороге. Не знаю подробностей, но мне кажется Бессмертники держали твоего сына в заложниках, чтобы использовать тебя. — Как ты вообще это понял? Леорио трет шею и уводит взгляд в сторону. — Ну, это не я. Мой, э-э, друг догадался. — Тот из клана? Курапика? — Ага. — Но он же просто хочет вернуть глаза. — Верно. — Это он тебя в это втянул? — Вроде того. Там… сложно. Линда на мгновение погружается в свои мысли, теребя лямку спортивной сумки. Ветер поднимает вихрь опавших листьев на крыше. — Мне скучно, — заявляет Каллисто и пинает Леорио в живот. — Ай! А ну перестань! Смотри, такси приехало. — Бурчит он и кивает в сторону неба. Линда и Каллисто смотрят туда же. — Леорио-о-о! Оглушительный вопль разносится по улице, когда в поле зрения появляется миниатюрный воздушный шар. В корзине в лучах утреннего солнца видны фигуры двух мальчиков с растрепанными волосами. Линда ахает и отскакивает назад, когда воздушный шар опускается на крышу, его маленький пропеллер громко жужжит. Стайка испуганных скворцов взлетает в вихре пыли, когда два мальчика вываливаются из пассажирских мест. — Что тут происходит, старикашка? — ворчит Киллуа. — Что ты сделал с пацаном? Еще доктором называешься... — Я тоже рад тебя видеть. — Леорио окликает Гона, когда тот подбегает к нему. Его загорелое лицо расплывается в улыбке, и он начинает что-то лепетать. Киллуа прячется за его спиной, засунув руки в карманы. Оба мальчика выросли примерно на 30 сантиметров с тех пор, как Леорио видел их в последний раз. — Леорио! Мы так по тебе скучали! Даже Киллуа хотел тебя навестить, хотя мы хорошо проводили время с Кайто, но Киллуа все равно дал попользоваться его семейным воздушным шаром, ой, ты знаешь Кайто? Наверное, нет! Он мой друг, ну, он друг моего отца, но это не важно, а ты уже доктор? А кто эти люди? Где Курапика? Я еще не говорил тете Мито, что они приедут, но она хорошо справляется с заботой о больных, так что должно быть…. — Гон, — прерывает Леорио, — у нас не так много времени. Мне нужно, чтоб ты привез их в свой дом. Плохие люди скоро начнут их искать. Здесь небезопасно, и Каллисто все еще болен. Сможешь? Гон яростно кивает. — Конечно! Я и Киллуа справимся. Линда молча наблюдает за всей сценой. Она скептически поворачивается к Леорио. — Не понимаю. Это же… дети. — Я знаю, — кивает он, — но первый тренированный наемник, а второй может проделать дырку в стене кулаком. Они могут убить меня за секунду. Я тебе обещаю, с ними ты в безопасности. Давай, вам нужно идти. Он осторожно кладет Каллисто в ее протянутые руки и спортивную сумку в корзину. Линда забирается на борт и садится на пол, усаживая сына к себе на колени. Он зевает и закрывает глаза, а его голова опускается ей на грудь. — Когда капельница закончится, поставь другую. Если будешь следовать инструкциям, которые я для тебя написал, с ним все будет в порядке. Если что-нибудь случится, позвони мне. Теперь он, наверное, немного поспит, — говорит Леорио Линде, пока Гон и Киллуа закрепляют веревки на воздушном шаре. — Сообщи, когда доберешься, ладно? А теперь улетайте отсюда! — Вас понял! — восклицает Гон. Киллуа машет рукой на прощание, и они начинают подниматься. — Стой! — Линда кричит сквозь порывы ветра и пропеллера, — подожди, стой, Леорио! — Что?! — Он поднимается, дамочка, мы не можем задерживать судно долго! — Перекрикивает ветер Киллуа, хватается за веревку и держит шар на месте. — Только быстро! — Курапика может занять мое место на собрании! — Чего? — Собрание! Там все носят маски! Я найду способ заплатить членский взнос, и Якусин скажет мне место встречи. Он может пойти! — Э-Э… Хорошо, я понял! — Леорио кричит в ответ. — Я ему передам! Вам надо отправляться. — Пока, Леорио-о-о! — До встречи, спасибо, мальчики! Киллуа заводит пропеллер, и воздушный шар взмывает вверх. Леорио яростно машет рукой, пока воздушный шар и его пассажиры не становятся всего лишь черной точкой на фоне голубого неба. Как только она скрылась из виду, он упал на колени в ледяную лужу и закрыл лицо руками.

***

10:24, поместье Нострадов Курапика забился в углу подвала, оглушенный и полусонный, когда телефон зазвонил снова. Это Линда. Он резко просыпается от нервного напряжения и отвечает на звонок. — Говорит Курапика. — Привет. Это, э-э, это Линда. Линда Мияки. На той стороне какие-то помехи, как будто она в очень ветренном месте. Он охватывает ладонью динамик, чтобы лучше слышать. — Да? — Я получила звонок. — Звонок. На собрание? — Ага. Сегодня. Если хочешь пойти за меня, я разрешаю. Я не пойду. От напряжения и эмоций Курапика прикрывает глаза. Мерцающий свет свечей отбрасывает на его веки причудливые пятна приглушенного красного света, которые меняются, как в калейдоскопе. — Да, хочу. Что мне нужно для входа? — Я перешлю тебе письмо с инструкциями. Мы носим маски, но тебе нужно одеться в мою одежду. Моя квартира открыта, можешь их взять. — Понятно. Спасибо, Линда. Видимо, я недооценил тебя. Она что-то говорит, но звук пропадает в порыве ветра. — Прошу прощения? — Говорю, удачи. Она тебе понадобится. Это плохие люди. Мне жаль, что я отдала глаза Якусину. Надеюсь, ты сможешь забрать их назад. — Как и я. Спасибо за помощь. И, — добавляет он, сомневаясь, — Каллисто в порядке? — Да. С ним все будет хорошо. Твой друг хороший человек. Да, он такой. Курапика расслабляется от облегчения, прикрывая лицо свободной рукой. — Я рад. Пусть он увезет вас подальше отсюда. — О, а Леорио не со мной. Я с детьми. Эм… Ген? И Киллер? Это что-то типа их прозвищ? Не уверена. Ну, не важно, мы… — Что? — Курапика поднимается, встревоженный. — Леорио не с тобой? — он пытается осознать сказанное девушкой. — Стоп. Гон? И Киллуа?! — Нет, он остался там… Он резко вскакивает с места, игнорируя волну тошноты. Знакомое чувство тревоги пульсирует в глазах. — Мне нужно идти. Пока. Опустив последний взгляд, Курапика задувает свечи и запирает подвал, прежде чем проскочить по лестницам, чувствуя свое яростное сердцебиение где-то в горле.