Страхи в пепле застывали.
15 января 2025 г., 18:25
Сейчас всё казалось беззаботным и тёплым, словно жизнь вдруг решила сделать подарок, обернув её в мягкую ткань спокойствия. Диана чувствовала себя так, как никогда прежде. Словно у неё отобрали бремя, которое она привыкла носить, и заменили его лёгкостью.
Соня была рядом почти каждую ночь. Они долго разговаривали, порой о пустяках, порой о самом важном. Слова текли плавно, будто их подхватывал тихий поток. Каждое касание, каждый поцелуй — мягкий, трепетный, будто они боялись спугнуть это хрупкое счастье. Они лежали в обнимку, в полусонной тишине, и Диана впервые за долгое время чувствовала, что ей не нужно притворяться.
На парах мысли текли легко, как будто ничего больше не отвлекало. Тренировки, которые раньше казались бесконечным напряжением, теперь были лишь частью общего ритма, размеренного и гармоничного.
Казалось, волноваться было не о чем. Всё вокруг дышало покоем, а внутри Дианы зарождалось нечто новое — тёплая, мягкая вера в то, что любовь действительно существует. Да, любили они друг друга не совсем умело. Но старались. Соня убирала все свои «шипы» и «колючки» рядом с Дианой. А Диана убирала её «колючки» торчащие внутрь самой Софьи.
А рутина тем временем не менялась.
На лесной опушке, где солнце мягко пробивалось сквозь плотные кроны, курсанты стояли в строгом строю. Воздух наполнял запах свежести, перемешанной с влажной землёй. Совмещённая тренировка с параллельной группой оживила привычную дисциплину. Екатерина Игоревна, строгая и неумолимая, как всегда, распределяла пары для задания.
— Лейла и Оксана.
В строю боковым зрением несложно заметить, как девушки радостно переглянулись.
— Алексей и Саша.
Парни всегда рады работать друг с другом и никогда не жаловались на свою пару.
— Софья и Евгения, — бросила наставница, указывая жестом на двоих курсанток с разных групп.
Соня обречённо, вздыхая, кивнула. Диана стояла в конце, скрестив руки на груди, всем видом не скрывая недовольства.
— А я? — с вызовом спросила она, словно Екатерина Игоревна ей чем-то должна.
Не то слово — обязана.
— Ты с Ангелиной, — последовал короткий ответ.
Диана скривилась, но, казалось, промолчала. Однако через секунду её голос снова раздался, звонкий и уверенный:
— Товарищ офицер, мне нужно быть с Кульгавой. Нам нужно работать в команде.
Ряд замер. Даже Соня обернулась с недоумением, не скрывая удивления. Нет, конечно, ясна причина её рвения быть вместе. Но надо же иметь такую наглость!
— Это ещё зачем? — наставница подняла бровь.
— Для эффективности, — с наигранной серьёзностью ответила Диана, но в её голосе уже сквозило привычное высокомерие.
— Нет. Учись работать с теми, кого тебе назначили, — отрезала Екатерина Игоревна и вернулась к распределению.
Соня, уже сдерживавшая смех, не упустила возможности:
— Я клянусь, Ди, из-за своего языка ты умрёшь не своей смертью!
Диана лишь фыркнула, пожав плечами. Такой исход событий ее не устраивал.
Сегодня задание было простым: разведка местности, имитация патруля. У каждой пары — учебное ружьё, патроны и рация. Диана шла с Ангелиной. Тишина между ними была почти осязаемой, будто каждая из них упорно делала вид, что другая не существует. Диану раздражало всё: шелест травы, солнечные лучи, даже ровное дыхание напарницы.
По своей природе, Диана — откровенная эгоистка, потому что росла одна. Умением делиться её не наградили. А той, впрочем, и не было это нужным. Никогда не приходилось с кем-то что либо делить. Ревности в Диане было — мама не горюй.
К работе вместе с Соней она так привыкла, что сейчас чувствовала полное неудовлетворение. В голову полезла картина: Соня с этой белобрысой Евгенией сейчас вглуби леса... совсем вдвоём. Ну уж нет! Если Диана что-то задумает, то – держи фашист гранату!
Наконец она остановилась, решив, что терпеть это больше невозможно:
— Слышь, Ангелина, да? Давай так. Поменяемся напарниками.
Ангелина, ожидавшая такое предложение, только пожала плечами:
— Мне без разницы.
Диана даже не удивилась к тому, что напарница быстро согласилась. Она спеша взяла рацию, но остановилась. Как истинный солдат, она захотела придумать позывной для товарища. В голове перебрала варианты и кивнула самой себе, подумав про самый подходящий. Больщим пальцем она переключилась на третью линию и услышала шорох.
— Акула, приём. — голос прозвучал уверенно, — Это Диана.
— Акула у аппарата, — раздался голос Сони и будто бы смешок, но из-за шума было не расслышать, — Где ты?
— Около озера, недалеко от штаба.
— Иду. Конец связи.
Через несколько минут Соня с Евгенией вышли из-за деревьев. Встретились молча, обменялись короткими взглядами. Женя только хмыкнула, пожав плечами, и направилась к своей одногруппнице. Соня тяжело вздохнула:
— Надеюсь, ты довольна.
— Более чем! — ответила задорно Диана, направляясь вглубь леса.
— Подожди, — остановила её та, притягивая к себе ближе.
— Что? — столкнувшись телами, подняла глаза на неё снизу Диана.
— Почему «Акула»? — прищурилась Соня.
— А кто ж меня в озере за ногу схватил?
***
Лесная тропа постепенно становилась всё более извилистой. Одуванчики уже пробивались сквозь траву, их жёлтые головы яркими пятнами выделялись на фоне зелени. Диана шла рядом с Соней, переплетя пальцы, и на этот раз её настроение было заметно легче. Воздух очистился, мышцы расслабились. — Знаешь, меня вдохновляют девушки в форме, — вдруг сказала она, лукаво поглядывая на девушку. Соня замедлила шаг, оглянувшись: — Вдохновляют? Или возбуждают? — Соня! Та захохотала, а Диана засмеялась вместе с ней. Разговоры перешли на Артёма, которого все знали как мастера нелепых ситуаций. — Как же он заебал, — протянула Соня, вертя головой. — Внатуре! Почему он вообще можешь заходить так нагло в комнаты? — сморщилась Диана, вспоминая недавний инцидент, — А если бы мы с тобой там... — Что? — игриво приподняла брови Соня. — Ну... Переодеваемся. — А он по-любому этого и желает. — Я угараю с того, как он поправляет очки. — Учишься балету, Поттер? — громко и артистично произнесла Соня. Диана взорвалась от смеха так, что другая удивилась, но захохотала вслед за ней. — Врата рая нам не светят, — добавила Диана, еле успокоившись. Сзади голос Оксаны разрезал их смех: — Поганая грязнокровка. Соня вздрогнула от неожиданности и обернулась. Оксана с Лейлой шли чуть дальше, махая свободными руками. — Эй, обидно, — крикнула Диана, надувая губки, — Я тоже метиска. — Правда? — удивилась Соня, переводя на неё взгляд. — Да, — кивнула она, — Мама казашка. — Скажи что-нибудь на казахском. Диана на секунду задумалась, перебирая в голове все слова. Хотелось сказать какое-нибудь смешное ругательство, но в голову полезло совсем другое. — Мен сені жақсы көремін. — сказала она практически без акцента. — Что это значит? — Дословно — я тебя хорошо вижу. — А по смыслу? — Это секрет, — уклончиво ответила Диана, слегка улыбнувшись. Они остановились у небольшой полянки, чтобы собрать пули из разобранного магазина. Соня сосредоточенно перебирала патроны, а Диана присела на траву, начав срывать одуванчики. Один она закрепила за своим ухом, второй — пристроила на волосы Сони, когда та сняла кепку. «Ты о победе, мальчик забудь, забудь» — пронеслась строчка песни в голове, ожидая следующей. — Как ни старайся — цветы все же лучше пуль... — вздыхая, произнесла Соня, разглядывающая на своей ладони партоны и сорванные одуванчики. Диана, перевела на неё взгляд полный удивления. Не верилось — как так. Казалось бы, простое совпадение. Но разве объяснишь это влюбленному подростку? — У меня тоже это было в голове! — принялась делиться Диана, поглядывая на чужую ладонь. Были бы сейчас при них телефоны, могли бы сфотографировать на память. — Да? — Да-а! — Получается — соулмейты, — подняла глаза Соня, улыбаясь. — Связаны. Позади показались Лейла и Оксана. Разговоры продолжались, они снова пошли в сторону деревьев. Все расслабились, но тут внезапно на Оксану села бабочка. Лейла резко и со вскриком дёрнулась от испуга, случайно задев Диану. Диана пошатнулась, потеряла равновесие и упала, зацепившись лбом за выступающий сук. — Диана! — вскрикнула Соня, и оставив оружие на траву, бросилась к ней. — Блять, прости пожалуйста, прости! — затараторила Лейла, тоже подходя ближе. Когда девушка поднялась, на её брови красовалась глубокая царапина. — Нормально всё? — Соня внимательно смотрела на неё, бережно приподнимая за подбородок. — Крови нет, — удивлённо сказала Диана, касаясь раны пальцем. Лейла, осмотрев её, фыркнула. — У тебя анемия, долбоебка! — выпалила она, хлопнув себя по лбу. Соня сначала растерялась, но, увидев, как Диана улыбается, тоже рассмеялась. Их смех разлился по поляне, растопив остатки напряжения. Пусть этот лесной день начался с тренировок, но закончится он куда ближе к ним, чем они могли ожидать.***
Диана закрыла дверь комнаты, села на кровать и бросила сумку на пол. Лейла ушла к Оксане, а Соня, которая обычно была рядом, отправилась в душ. Диана оставалась одна, в тишине. Она потянулась к задвижке стола, достала маленькое зеркальце с потёртой серебристой рамкой и поднесла к лицу. Шрам на брови бросался в глаза. Диана внимательно рассматривала его, слегка наклоняя голову то в одну, то в другую сторону. Рана затвердела, стала бордовой. Но выглядело очень даже ничего. «Даже красиво», — подумала она с неожиданной гордостью. Диана всегда искала себе то, что может зацепить чьё-то внимание. И вот — наконец-то нашла. Резкий звонок телефона выдернул её из размышлений. На экране высветился ожидаемый контакт. Диана нахмурилась, недолго раздумывая, не сбросить ли вызов, но всё же ответила так же быстро, как и всегда. — Алло, — сухо бросила она. — Диана, ты объяснишь, что происходит? — начала мать с раздражением. — Привет, мама, — язвительно ответила Диана. — Рада тебя слышать. — Хватит, — холодно перебила мать. — Со мной говорил завуч. Ты, видимо, совсем забыла, зачем тебя туда отправили. — Чтобы восстановить вашу «великую репутацию», — с насмешкой произнесла Диана, вставая с кровати и проходя по комнате. — Разумеется. Как я могла забыть? Если ты каждый божий раз при удобном случае напоминаешь мне. — Именно так, — отчеканила мать. — И вместо этого ты снова позоришь нашу семью. — Ты вообще понимаешь, что я живу своей жизнью? — резко ответила Диана. — Твоя жизнь, Диана — это отражение нашей работы. И я не позволю тебе уничтожить всё, чего мы добились. Диана остановилась, глядя в окно. — Ты хотя бы спросила бы, как у меня дела? — проговорила она с горечью. — Нет, — отрезала мать. — Потому что я всё уже знаю. Диана почувствовала, как внутри закипает гнев. — Ну и поздравляю, — бросила она через силу. — Взрослей, Диана. Хватит вести себя, как ребёнок, — голос матери был твёрдым, почти механическим. — А ты когда-нибудь задумывалась, чего хочу я? Мать замолчала на несколько секунд, затем проговорила: — Всё, что я делаю, я делаю ради тебя. — Тогда перестань меня ломать, — прошептала Диана, чувствуя, как в груди нарастает комок. — Ты поймёшь это со временем. А сейчас веди себя достойно. Исправь всё, что успела натворить. — холодно закончила мать и повесила трубку. Диана опустила телефон на кровать, стараясь усмирить дыхание. Шаги в коридоре дали понять, что Соня уже возвращается, совсем скоро успокоит, приласкает, поддержит. Либо, возможно, это был кто-то другой. Но Диане это сейчас казалось неважным. Важным было лишь то, что её никто не слышит.***
Соня шла по длинному коридору, слегка улыбаясь. После душа на душе было непривычно легко, словно поток горячей воды смыл с неё всю усталость дня. Но приближаясь к комнате, она заметила впереди две фигуры. Диана и Артём о чём-то разговаривали, и по интонации было ясно, что разговор далёк от дружелюбного. Соня замедлила шаг, незаметно приближаясь. Она остановилась прям рядом с ними и нагло прислушалась. — С чего бы мне идти с тобой на общение? — голос Дианы звучал жёстко, с нотками раздражения. — За то, что я вас прикрываю, — Артём говорил быстро, будто пытался оправдаться. — Мы с тобой разве договаривались? — Да, — он уверенно кивнул, — Мне Лейла сказала... Соня шагнула ближе, её голос разрезал воздух: — Что? — резкость её тона заставила Артёма вздрогнуть. Он перевел взгляд на неё и замешкался. — Что она тебе сказала? — повторила Соня, на этот раз чуть тише, но в её голосе было столько угрозы, что Артём запнулся. — То, что... — начал он, но под взглядом Сони его уверенность окончательно испарилась. — Диана согласна пообщаться ближе, если я вас прикрою. Она даже пообещала... — Ты какого хуя веришь каждому второму? — взорвалась Соня, — Разве Диана сама тебе что-то обещала? Её тон был ледяным, но наполнен яростью. Артём сглотнул и беспомощно посмотрел на Диану, словно искал поддержки, но та лишь прищурилась, рассматривая его с явным презрением. — Чтоб я тебя больше возле неё не видела, — процедила Соня, приближаясь к нему. Слова звучали как угроза, от которой мурашки пробежали бы у любого. Артёму не оставалось ничего, кроме как подавленно подажать губы и молча уйти. Диана осталась стоять, её взгляд метался между удаляющимся Артёмом и рядом стоящей Соней. — Почему ты отвечаешь за меня? — внезапно спросила она, поворачивая Соню за локоть к себе. — В смысле? — Соня посмотрела на неё с удивлением. — Я тоже человек, Кульгавая. За меня отвечать не надо. Соня вскинула брови, её лицо исказилось от насмешки. — Да ну нахуй! А то, что твоя подруга, — язвительно протянула она, — пиздит за тебя налево и направо, тебе похуй? — Это уже моё дело. Я сама за себя отвечу, — отрезала Диана, задирая голову. Соня шагнула ближе, прожигая взглядом. — Вот как мы заговорили, значит? Успокойся, Ди. Я разве что-то плохое делаю? Я просто защищаю свою... — Думаешь, будет так, как ты захочешь? — перебила её Диана, её голос звенел от сдерживаемых эмоций. Соня остановилась, нахмурилась. Её глаза метнулись к лицу Дианы. — Да, — наконец ответила она, глядя прямо той в глаза. — Нет. Будет так, как захочу я.
