Череп / Cranium (тайская gl-новелла)

      — Я могу найти покупателя, если доктор Пинья захочет продать это.       — Правда?        Пинья сидела рядом с Сонгватом. Рядом с ней сидела Бусая, которая ела, не слушая разговор. По сути, Бусая не особо понимала в торговле антиквариатом. Хотя она и слышала об этом, она не придавала особого значения, поскольку никогда не задумывалась о том, чтобы вступить в эту сомнительную индустрию. Даже если некоторые сделки не являются незаконными, они всё равно могут быть не совсем правильными, и она никогда не хотела бы иметь с этим дело. Ей и так было достаточно её повседневных забот. Она не была уверена, как Пинья относится к этому делу. Хотя она говорила, что кто-то пригласил её в этот бизнес, она отказалась. Тем не менее, Пинья, скорее всего, знала этих людей лучше, поэтому Буа оставила решение этого вопроса за ней. Она также не понимала, куда ведёт этот разговор, ведь Пинья изначально не планировала ничего продавать.       Предмет, о котором шла речь, принадлежал их профессору, и даже если бы было получено разрешение, продавать его было бы не совсем уместно. Было почти трудно поверить, что этот таинственный череп привёл их к такому повороту событий.       — Да, — спокойно ответил мужчина, улыбаясь.        — Я и не знала, что здесь кто-то интересуется такими вещами. В Англии это было бы совсем по-другому.       — Люди не интересуются этим, потому что это редкость, — сказал он. — Но если вы сможете найти это, кто-то обязательно заплатит.        Пинья кивнула и посмотрела на сидящего рядом человека, который молча ел. То, что она сказала о предыдущем ужине, не было преувеличением. Сонгват посмотрел на её помощницу, прежде чем продолжить.       — Обычно имя покупателя не раскрывается. Я сообщу вам цену, которую предложат. Если доктор Пинья согласится с этой ценой, просто сообщите мне, и я организую встречу для окончательной сделки, перевода денег и отправки товара, — подробно объяснил он весь процесс.        — Разве покупатели не должны осматривать товар перед покупкой По моему опыту... ну... осмотр товара будет, но только перед завершением сделки.       — Правда? — сказал он, вскинув бровь. — Не ожидал, что доктор Пин в курсе этого.       — Ну, чуть-чуть, — кивнула Пинья, заметив, что Бусая смотрит на неё. Она замерла на секунду, а затем отвернулась.       — На самом деле, это зависит от покупателя, — ответил он, услышав, что у Пиньи есть опыт на чёрном рынке.       — Я думала, что будет проверка перед тем, как согласовать цену.       — Это зависит от соглашения сторон, — ответил Сонгват. — Если доктор Пинья согласится продать, я могу найти покупателя.       — Угу, — ответила она, глядя через квадратные очки на Бусаю. — Могу я подумать и дать вам ответ позже? Цена довольно высокая.       — Без проблем, — ответил он. — Когда примете решение, просто дайте мне знать.

***

      — Как ты думаешь, что нам теперь делать? — поинтересовалась Бусая, стоя перед таинственным мумифицированным черепом.        Двухмерная модель была готова, и теперь оставалось только одно — дождаться информации о пропавшем человеке, в надежде, что полиция найдёт хоть какую-то зацепку. Но, увы, новых данных, способных пролить свет на его личность, не поступало. Всё казалось безнадёжным. Чартерная компания прекратила свою деятельность на неопределённый срок. Извлечение чёрных ящиков не привело к новым открытым данным, разве что подтвердилось, что за несколько минут до того, как самолёт утратил связь, прозвучали два выстрела. Это полностью подтверждает прежние предположения о том, что на борту самолёта произошла стрельба, ставшая причиной трагической катастрофы. Из пятнадцати погибших пассажиров было опознано одиннадцать. Никаких новых данных о личности или назначении таинственного черепа не было найдено, хотя список пассажиров и пункт назначения наводят на мысль, что это связано с аукционами или торговлей. Но самые важные вопросы, помимо вопроса о владельце черепа, остаются: кто стоял за этим преступлением? Зачем? Как была подготовлена эта жуткая находка?  Это узкая и специфическая область, особенно когда речь идет о рынке древнеегипетских артефактов. Как удалось отыскать такого редкого человека? Несмотря на то что она антрополог, её знания значительно уступают знаниям Сонгвата.       — Я думаю, — ответила Пинья без эмоций.        Разговор с Сонгватом, который состоялся два дня назад, до сих пор не выходил у неё из головы. Она не была уверена, стоит ли рисковать и продолжать расследование, но как антрополог, она не могла просто оставить всё так, ничего не предприняв. Доктор из Англии вздохнула, её лицо омрачилось тревогой, когда она, придерживая линейку, осторожно измеряла длину ребра, которое оказалось повреждено от удара или взрыва.       — Очень жаль, что я только вернулась и не успела хорошо изучить эту местность, — сказала Пинья с нотками беспокойства в голосе.       — Мы сделали всё, что в наших силах, — вдруг заговорила Бусая, которая лепила глину, создавая мышечную структуру на левой стороне лба загадочного черепа.        Бусая время от времени украдкой смотрела на Пинью, стараясь не дать ей заметить взгляд. Ей не нравилось, как её подруга выглядела — тревожное выражение лица и её молчаливое, спокойное поведение беспокоили её. Прожив вместе какое-то время, Бусая прекрасно понимала, что Пинья переживает сильный стресс, ведь всё вокруг казалось безнадёжным. Хотя она и предложила помощь в идентификации жертв инцидента, выступив как эксперт, обе осознавали что их роль ограничена консультациями, и расследование не входило в их обязанности. Пока что им оставалось лишь ждать, надеясь, что полиция всё-таки найдёт хоть какие-то данные о неопознанном мужчине. Они так же понимали, что чем дольше затягивается расследование, тем сложнее будет ситуация, и, возможно, она приведёт к новым жертвам. Самым тревожным было то, что и она, и Пинья считали: внешний вид черепа в мумиеобразном состоянии указывает на насильственную смерть. Это был самый главный вопрос сегодняшнего дня.        Исследование нижней челюсти, которая была сломана, исключило возможность деформации, связанной с повреждениями при упаковке или транспортировке. Оставались только две теории: взрыв или удар, и, что особенно важно, травмы, полученные до смерти. Перелом, который тянулся от верхней до нижней части челюсти, составлял четыре сантиметра в длину. Если бы повреждения были результатом взрыва или удара, то они выглядели бы слишком незначительными. Именно поэтому Бусая склонялась к версии о травмах до смерти. Она знала, что Пинья придерживалась той же версии, что и объясняло её обеспокоенное выражение лица. Не похоже, что это случайность или катастрофа... Более того, загадочный череп может быть частью дела об убийстве.        Внезапный звонок телефона нарушил тишину и холод в лаборатории. Пинья, стоявшая рядом с аппаратом, подняла трубку. Она заметила, что горит индикатор на четвёртой кнопке телефона.       — Да, говорит доктор Пинья, — ответила она.       Бусая, которая была занята разглаживанием глины маленьким шпателем, подняла взгляд.        — Хорошо, мы скоро будем, — сказала она и повесила трубку. — Профессор звонила.       — Хорошо, — ответила Бусая, быстро сняв перчатки и бросив их в мусорное ведро.       Через десять минут они уже находились в кабинете директора Биологического Исследовательского Института.       — Профессор всё ещё не привыкла видеть такое, — подшучивала доцент Ниссара над своими двумя студентами. — Полагаю, мне придётся звонить вам почаще, чтобы вы к этому привыкли.       Её слова заставили сидящих рядом студентов улыбнуться и обменяться взглядами.       — Зачем вы нас вызвали?       — Это касается профессора, который уже на пенсии. Возможно, это окажется вам полезным, — сказала профессор, откидываясь на кресло в своём кабинете. — Но не уверена, насколько.       Её глаза были прикованы к её бывшему аспиранту.       — Профессор Рамеш только что вернулся. Кстати, помните профессора Рамеша?       — Да, помню. Вы просили меня проконсультировать его по исследовательскому проекту, — ответила Бусая. — Я пыталась дозвониться, но в университете сказали, что доктор Рамеш всё ещё в полевой экспедиции. Он уже вернулся?       — Да, — подтвердила директор, — он отправил письмо, в котором сообщил, что его публикация была принята. Он значится четвёртым автором.       — Правда? Поздравляю, профессор, — сказала Бусая с улыбкой. — Кстати, моя работа готова. Я отправлю её вам на рецензию, а потом подам на публикацию.       — Хорошо, спасибо, — ответила директор. — А когда Бусая начнёт исполнять роль со-руководителя? Нужно получить одобрение доцента.       — Я не спешу. Если кому-то нужно раньше, пусть берёт, — ответила Бусая, не успев услышать, как профессор Ниссара мягко засмеялась. — На самом деле, мне достаточно и кандидатской.        — А что насчёт Пиньи? — директор повернулась к сидящей рядом с Бусаей.       — Меня? — переспросила Пинья.       — Ты же говорила, что завершила сбор первоначальных данных.       — Да, профессор, — подтвердила Пинья. — Сейчас я вношу данные в программу. Результаты будут готовы к концу месяца.       — Хорошо, если вам нужно будет обсудить что-то с профессором Рамешем, пожалуйста, сообщите мне, — сказала директор.       — Да, профессор, — ответили они одновременно, что заставило их руководителя, сидящего напротив, улыбнуться.