Череп / Cranium (тайская gl-новелла)

      Доктор Бусая стояла на балконе своей квартиры на пятнадцатом этаже, опершись на перила. Она смотрела вдаль через свои квадратные очки, а внизу начиналась городская суета — люди только выходили на вечерние прогулки. Когда дверь в спальню открылась, она не обернулась — прекрасно зная, кто это. Пинья, освежённая после душа, подошла и встала рядом с ней. Сегодняшний вечер был временем, которое она пообещала посвятить прояснению всего между ними.       — Ты хочешь спать, Буа?       На вопрос Буа ответила не сразу. Она продолжала смотреть вдаль, вглядываясь в городские огни. В её голове бурей прокручивались воспоминания, особенно связанные с Пиньей. В этот момент Буа не знала, что ей чувствовать. Она давно осознала, что её чувства к Пинье давно перешли границы обычной дружбы. Это была не просто привязанность, не просто физическое влечение или что-то ещё, что Буа обычно говорила. Это было гораздо больше, чем просто симпатия. Возможно, она влюбилась в Пинью с самого начала, позволив всему идти своим чередом. Мысль о том, что однажды Пинья скажет, что больше не хочет её, или попросит забыть всё, что было, ставила Буа в тупик. Но кого ей винить, как не себя? Буа должна была взять ответственность за свои чувства. Она помнила первую интимную ночь с Пиньей, когда та спросила её, хочет ли она остановиться. Это Буа позволила Пинье взять всё в свои руки, и после этого она погрузилась в чувства глубже, чем рассчитывала.       — Ещё рано, но если я лягу, точно усну.        — Верю, — ответила Пинья с улыбкой, поворачиваясь к ней. — Ты просто мастер сна.        — Потому что я ни в чём другом не хороша, — Буа ответила с ухмылкой. — Так ведь?        — Кто это сказал? — поинтересовалась Пинья, подходя и осторожно поглаживая лицо Буа. — Ты представляешь, как сильно я горжусь тобой?        — Ты просто хочешь быть рядом, поэтому говоришь такие вещи, — с улыбкой ответила Буа. — Но я всё равно буду доверять тебе.       — Я докажу тебе это. Подожди, Буа.       — Пин...       — Я серьёзно настроена. Это не просто ревность, как ты могла бы подумать, — она заглянула в глаза Буа, замечая, как те начинают наполняться слезами. — Но сперва ты должна выслушать меня.       Буа лишь нерешительно кивнула, не зная, что именно хочет сказать Пинья. Она увидела, как та глубоко вздохнула и улыбнулась — её улыбка была такой искренней, что сразу затронула сердце Буа. После этого Пинья начала говорить.       — Я говорила это раньше, но повторю ещё раз: прости, Буа. За всё, за каждый раз, когда я намеренно причиняла тебе боль. — Пинья осторожно коснулась лица Буа, убирая её волосы с глаз, заметив, как та готова вот-вот заплакать. — Прости меня, что не замечала тебя, раньше, Буа. Прости за то, что тратила твоё время напрасно. Прости за все те моменты, когда кидала в тебя упрёки и камни, вместо того, чтобы дарить тебе цветы. Прости, что не объяснила, что между нами, и что, возможно, ты подумала, что я использую тебя.       — Я была той, кто использовал тебя. Ты пыталась обсудить это несколько раз, но я всё избегала, потому что не доверяла тебе, — сказала Буа, и слёзы потекли по её щекам. Пинья мягко протянула руку и вытерла их.       — Ты можешь довериться мне, Буа. Поверь, я больше не причиню тебе боли, — она мягко положила правую руку Буа на свою грудь. — Доверься мне сейчас.        — Пин.        — С этого момента, если ты решишь ударить меня лопатой, я просто встану и приму это, — сказала Пинья, заставив Буа улыбнуться сквозь её слёзы и рыдания. — Я позволю тебе бить меня до тех пор, пока ты не будешь удовлетворена.        — Я правда могу так поступить?  Если тебе будет больно, ты думаешь, что мне будет всё равно? — сказала Буа. — Возможно, я влюбилась в тебя задолго до того, как поняла это.       — Если я заставлю тебя сомневаться во мне, ты должна мне об этом сказать, хорошо? Не делай предположений.       — После той ночи ты больше не заставляла меня сомневаться, Пинья, — сказала Буа, улыбаясь.       — Теперь ты понимаешь, почему я вернулсась? — спросила Пинья, пристально смотря в тёмные глаза Буа.       — Из-за меня... правда, из-за меня?       — Нет никого более рассудительного и достойного, чем ты, Буа, — сказала Пинья, желая, чтобы Буа почувствовала уверенность. — Ты знаешь, что я была побеждена тобой давно? Трудно в это поверить, но когда я отказалась от должности в Англии, я не сомневалась ни на мгновение. И ты полагаешь, что я могла бы уехать куда-то ещё? Даже несмотря на то, что я была далеко, я решила вернуться.       — Спасибо, Пин.       — Помни, что я здесь, Байбуа, — сказала заместитель директора. — И уходить я не собираюсь.       Бусая кивнула в ответ.       — Так что можешь мне довериться — я не ревнивый ребёнок, который хочет постоянно быть рядом с тобой. — Шутливое замечание заставило Бусаю мягко рассмеяться. — Но я взрослый собственник. Так что, теперь тебя устраивает моя ревность?       — Я не могу никуда уйти без тебя, Пинья, — сказала Буа, слегка улыбнувшись. — Наверное, ты — единственный, кто может выносить мою лень. Остальные начинают жаловаться, если я не отвечаю пару дней.       — Но ты никогда не игнорируешь мои сообщения. На всякий случай, если ты не заметила.       — Иногда это всего лишь вопрос приоритетов, — объяснила Бусая. — Единственный, кому я отвечаю сразу, — это наш профессор, потому что если не отвечу, она меня отчитает.       Она рассмеялась, произнеся это. Буа почувствовала, как пальцы Пиньи нежно коснулись её подбородка.       — Профессор осмеливается тебя ругать? Ты ведь её любимица.       — Не говори так. Тебя никогда не просили об отчёте о прогрессе, так что ты не знаешь, — объяснила руководитель лаборатории. — Меня во сне даже преследовали из-за отчётов.       — Правда? — сказала Пинья, медленно приближая свои губы к губам Буа, игриво прикусывая нижнюю губу. Это заставило Буа приблизиться к ней.       — Пинья, — Буа инстинктивно обвила руки вокруг шеи Пиньи, наклонив голову, чтобы принять её поцелуй.        — Сегодня ночью я не дам тебе заснуть.       И Пинья сдержала своё обещание. Это была первая ночь для обеих. Хотя это и не была их первая ночь вместе физически, это была первая ночь, когда они обе приняли друг друга как пару. Особенно для Буа... Она не могла точно сказать, когда её подозрения по поводу Пиньи исчезли. Возможно, их вообще не было. Иначе как бы она решилась позволить этой женщине свободно входить и выходить из своей спальни? К тому же у Пиньи были запасные ключи от всех комнат и автомобилей, которые Буа дала ей раньше. Может, это были просто сомнения по поводу того, сможет ли кто-то вроде Пиньи серьёзно относиться к ней, что оказалось за пределами того, что Буа могла ожидать.        Обнажённое тело Буа медленно опустилось на кровать, за ней последовала её партнёрша по постели, которая явно не собиралась давать ей спокойно спать этой ночью. Пинья была сверху, её глаза, полные страсти, смотрели на Буа, не отрываясь.       — Мне жаль, что я зря потратила те годы, — сказала Пинья, кладя руку на плечо Буа, прежде чем медленно провести ею по всему обнаженному телу Буа. Что касается Буа, то она могла только смотреть на собеседницу, пока её тело дрожало от прикосновения исследующих пальцев.        — Забудь об этом, Пинья, — сказала Буа.       Рука Буа скользнула по бёдрам, которыми она раньше так восхищалась, и Пинья незаметно пододвинулась к ней.        — Твоё телосложение совсем не монголоидное.       — Правда? — ответили губы на её шее, сопровождая вопрос мягким смехом. — Почему я должна слышать это почти каждый раз, когда мы спим вместе?       — Потому что, когда я взволнована, я много болтаю, — объяснила женщина-исследователь. — Это происходит у меня непроизвольно.       — Ладно, есть ли ещё что-то, что ты хочешь добавить по поводу строения тела или таза как особенностей млекопитающих?       — Сейчас ничего не могу вспомнить, но как только мне что-то придёт в голову, я сообщу тебе.       — Буа, может, тебе стоит съесть сом там* вместо риса?       Пинья продолжала дразнить, смеясь всё громче. Почти каждый раз, когда они проводили ночь вместе, Буа вела себя так. Иногда она начинала болтать обо всём подряд. Вначале Пинье это казалось странным, но со временем она привыкла и начала находить это забавным, хотя иногда это сбивало с настроя. Впрочем, Пинья предпочла не обращать внимания на это и позволила Буа продолжать говорить. В конце концов, если спишь с такой занудой, как она, это и происходит.       — Пока не забыла, — сказала Буа. — Как я уже говорила, ты — отличный объект для исследования.       — Конечно, и ты даже получаешь практический опыт, — сказала Пинья.       Затем Буа почувствовала только тёплое прикосновение губ и языков, ласкающих её тело. Ей было трудно представить, что она будет делать, если однажды Пинья исчезнет. Буа, наверное, влюбилась в свою решительную подругу с их встречи после крушения самолёта. И то, что Пинья призналась, что вернулась сюда ради неё, казалось невероятным. До этого Буа ощущала, что всегда уступала ей, особенно в плане способностей. Теперь, наверное, уже не важно, кто победит или проиграет. Важно то, что она приняла свои чувства к Пинье. Бусая едва ли помнила тот гнев, который она когда-то испытывала к Пинье. В её сердце зарождались другие чувства — она по-настоящему любила эту женщину. Когда их взгляды встретились, Буа ощутила тепло, которое проникло в самое сердце.       — Доверь своё сердце мне, Буа. Ты можешь мне верить.       Эти слова, полные решимости, заставили её поджать губы, а затем она взглянула в глаза, которые, казалось, ждали ответа. Бусая медленно кивнула.       — Я доверяю тебе, Пинья.        Буа не может дать ничего взамен, кроме любви и своего доверия.       — Я доверяю тебе. *Сом там (som tam) — традиционное тайское блюдо, которое представляет собой острую салатную смесь, основанную на незрелых папайях (зелёных папайях).