La Marine

      По понедельникам в круглосуточном магазине всегда было что-то не так. Сегодняшний день был достаточно насыщенным, и у Мо даже получилось отвлечься от долгих размышлений о том, с чем он столкнется чуть позже. Хотя он всё-таки обругал трёх посетителей, но перед уходом получил выговор от Ивана, от которого с каждым днём всё больше пахло несвежим пивом и водкой.       Мо до сих пор чувствовал субботнее похмелье, если такое вообще было возможно. Слегка пошатываясь, ему всё-таки удалось подняться по лестнице. Бросив сумку на диван в гостиной, — на хуй рабочую одежду, — Рыжик рухнул рядом с ней. Вряд ли он был таким уж грязным, а даже если и был, Мо слишком устал, чтобы обращать на это внимание. Тело отяжелело, мышцы онемели. Ему нужно было как можно скорее выспаться. Переутомление привело к неприятностям, которых он сейчас не мог себе позволить.       Всего через несколько недель ему нужно расплатиться с Ублюдком. Тогда он сможет начать откладывать по-настоящему. Если он будет работать так же, как сейчас, и при этом убирать квартиру, то сможет заработать в два счёта. А там свобода. На год, а может быть, на два… он мог бы уехать.       Это была мотивация, которая подгоняла его последние несколько недель. Мантра, которая помогала, когда он так уставал, что каждое движение давалось с трудом. Однако на этот раз волнения не было. Оно не избавляло его от того, что он чувствовал. Радости, счастья не было. Он мысленно возращался к последним выходным, размышляя обо всём, что произошло.       Цзянь И, Си, ребята, даже Кэролин… Хэ Тянь. Оставить эту жизнь означало оставить и их тоже…       Блять.       В субботу Мо веселился так, словно ему было наплевать на всё на свете. Он не беспокоился ни о долгах, ни о работе, ни об ожиданиях. Он танцевал со случайной девушкой, и это было одно из последних ярких воспоминаний, которые у него остались о той ночи, потом всё было красное от боли, и, как вишенка на торте, он проснулся в высотке. В животе всё невольно затрепетало. Мягкие простыни так приятно ласкали его кожу. Если бы в тот момент у него не болела голова, он бы подольше любовался открывшимся видом. На мгновение, перед тем как окончательно проснуться, он представил, что Хэ Тянь рядом с ним.       Именно поэтому ему и надо было уйти. Эта жизнь была не его, и он больше не был таким наивным. Всё вокруг было связано с незаконным дерьмом. За всеми деньгами и властью стояла боль. А он покончил с этим. Он начал всё сначала. Его друзья будут двигаться дальше.       В любом случае, это просто дурацкая кровать.       Мо встал и пошёл принять душ, чтобы избавиться от этого непонятного ощущения. Не успев полностью снять рубашку, он застыл в дверях своей комнаты. На краю его кровати стояла самая впечатляющая, но в то же время неуместная коробка, которую он когда-либо видел. Подарок. Чёрная обёртка. Белая лента. — Пошел на хуй, — прорычал он. Рыжик бросил рубашку на кровать, частично прикрыв ею коробку, и направился в ванную. Дверь за ним захлопнулась сильнее, чем он рассчитывал. Мо не позволит себе впасть в такое отчаяние…       Он поспешно привёл себя в порядок и не стал, как обычно, стоять под горячей водой. Ноющие мышцы запротестовали, когда он, спотыкаясь, вышел из душа и схватил полотенце. Парень осторожно подошёл к кровати и сел, почти не замечая, как вода впитывается в простыни. Чёрная коробка так и манила. — Петушара, — тот факт, что это прозвучало шепотом, только больше взбесил. Мо положил коробку к себе на колени и медленно открыл её. Внутри была чёрная упаковочная бумага. Он чувствовал, как сердце колотится где-то в горле. Мо сглотнул и разжал челюсти. Распахнув створки, он замер. Он и сам не заметил, как задержал дыхание. Рыжик провёл пальцами по накрахмаленному белому хлопку нового поварского фартука. Он почти сиял по сравнению с мрачной коробкой. На груди чёрным было вышито: «Не Закрывай Гору».       Под фартуком были чёрные брюки и маленькая чёрная открытка. Ему не нужно было её читать, чтобы понять, от кого это. Она была практически идентична той, что лежала у него в бумажнике.       Машина заедет за тобой в шесть. Надень это.

— Голодный клиент

      Мо фыркнул: — Придурок.       Он сел, изучая карточку. Через пару секунд он начал надевать вечернюю форму.       Полностью собранный, Мо практически чувствовал, что сияет. Это казалось правильным. Всё сидело идеально по фигуре. Ткань была такой мягкой и удобной, что теперь вся его обычная рабочая одежда казалась удушающей. Тело радовалось возможности передвигаться по кухне. Похуй, даже если придётся обслуживать Хэ Тяня, он собирался получить удовольствие.       В глубине души он представлял, какой могла бы быть эта жизнь: профессиональный шеф-повар, обеспеченный, успешный. Мо продолжил собираться и готовился ко всему, с чем бы ему ни пришлось столкнуться.       Совсем скоро.

***

      Мо недооценил, насколько нелепо он будет себя чувствовать, разгуливая в своём новом наряде. Его белый фартук был почти так же неуместен, как и лимузин, подъехавший ровно без пяти шесть. Когда Мо садился, он старался не оглядываться, чтобы не смотреть, кто на него пялится. В этой части города не привыкли видеть красивые машины, а если кто-то и видел, то обычно по не очень хорошим причинам. Парень действительно старался избежать нежелательного внимания, особенно сейчас. После того, как он извинился перед Вэнем за то, что его вырвало по пьяни, тишина в машине позволила поразмышлять о сегодняшнем вечере и начать по-настоящему запаниковать.       Он же не был шеф-поваром. Что ему, блять, готовить? Он не знал, какие ингредиенты у него будут. Да и заранее ему никто ничего не говорил. Хэ Тянь обрёк его на катастрофу, намеренно или нет. Если только это на самом деле не входило в его планы. Очень забавно выставить прислугу дураком перед своим другом. Мо заёрзал на заднем сиденье. О Боже, о Боже, о Боже. Он стиснул свои избитые руки, вцепившись в сиденье.       Когда они, в конце концов, припарковались перед зданием, Мо не стал выходить из машины. Вместо этого он высунулся из окна. К счастью для него, стекло было затонировано, так что никаких посторонних взглядов не было. Бля, как далеко идти. С переднего сиденья донеслось ворчание, привлёкшее его внимание. Как он мог совсем забыть о Вэне? И долго они здесь стояли? Он слишком ли долго выбирался из машины? — Господин Мо, — парень сглотнул. — Вы сегодня замечательно выглядите.       Оу. — С-спасибо, — Вэнь на это лишь кивнул. Разговор окончен. -Я сейчас выйду, — ответа не последовало. Он глубоко вздохнул, выбрался из машины и бросился через вестибюль к дальнему лифту. Он не оглядывался, чтобы не видеть чужие реакции на его странный выход из машины.       Рыжик кивнул двум охранникам, стоявшим по обе стороны от лифта. Оба были одеты в — как он уже понял, — стандартную униформу — странную смесь мафии и секретной службы. Он точно дома. Знакомый охранник вызвал ему лифт. Мо Гуаньшань был рад, что тот никогда не проявлял особого интереса к разговорам.       Двери открылись. Чёрт возьми, он весь вспотел. Почему он так нервничал? Он же и раньше готовил дома прекрасные блюда из случайных остатков. Благодаря тому, что последние несколько раз готовил здесь, он уже привык к кухне Хэ Тяня. Не может быть, чтобы он не смог приготовить что-нибудь стоящее. Снова оказавшись запертым в дурацкой зеркальной коробке, парень закрыл глаза. Ему было невыносимо смотреть на всех этих Мо.       Чёрт бы его побрал. Этот ублюдок всегда был таким горячим и холодным. В один момент он дразнил Мо и прикасался к нему, а в следующий уже командовал им, как собакой. Перед его мысленным взором промелькнули образы Хэ Тяня и Кэролин вместе в баре. Желудок сжался. Рыжик почувствовал себя так, словно снова стоит по ту сторону стены. Так вот во что он вляпался? Всю ночь наблюдать, как Хэ Тянь флиртует, прикасается и смеётся с кем-то другим. Пальцы сжались в кулаки, а челюсть дёрнулась. Он действительно ревновал? С хуя ли меня должно волновать, что он делает?!       Дзинь       Слава богу, включился автопилот, и его мозг отключил все дальнейшие размышления на эту тему. Как только Мо вошёл в квартиру, крикнув «Эй», он остановился. Заиграла музыка, пианино. Вокруг разлилась лёгкость, к которой он не привык. Там, где когда-то был пустой угол комнаты, стояло большое пианино из чёрного дерева. Оно было массивным, хотя не то чтобы Мо когда-то видел настоящее пианино. Может, разве что в школе?       Мо был прикован к месту, наблюдая за личным выступлением. Одетый в строгий чёрный костюм, Хэ Тянь сидел на скамье. Почему-то Мо никогда не думал, что Хэ Тянь умеет играть на музыкальном инструменте. За исключением тех нескольких раз, когда они виделись, Хэ, казалось, всегда был занят работой. Но вот он, большой и злой Босс. Это было даже мило.       Хэ Тянь, должно быть, не услышал его, потому что продолжал играть, а Мо, наконец, прошёл дальше в гостиную, чтобы лучше его разглядеть. Пальцы так плавно скользили по клавишам, что казалось, будто Хэ едва их касается. Отсюда Мо видел, что брюнет сидел с закрытыми глазами. Нотного листа не было, так что он, должно быть, играл по памяти. Чёрные, обычно непослушные волосы были зачёсаны гелем назад. Прежде чем Рыжик смог окончательно сформулировать свое мнение об этой перемене, пальцы на клавишах перестали танцевать. Хэ Тянь подождал, пока затихнут последние аккорды, прежде чем, наконец, открыл глаза и посмотрел на Мо. — Понравилось?       К собственному удивлению, Мо даже не вздрогнул. Ну, конечно, он слышал, как он вошёл. — Да.       Хэ Тянь с нежностью посмотрел на него, в его взгляде снова появилось что-то уязвимое. Мо не привык такое видеть. Он кашлянул и отвёл взгляд. Несмотря на активность последних нескольких дней, Хэ Тянь выглядел хорошо отдохнувшим. Это было совсем на него не похоже: волосы подняты, а лицо так и сияло. Мо его когда-нибудь таким видел?       Пальцы забарабанили по клавишам. — Стейнвей, — Хэ поднялся. — Хорошо выглядишь.       Мо почувствовал, как жар поднимается вверх по шее, и продолжал пялиться в пол. — Так что ты хочешь, чтобы я приготовил? — Я сказал, ты хорошо выглядишь, — Хэ Тянь изобразил какой-то жест.       Мо оглянулся в сторону кухни. — Как скажешь. Не привыкай видеть меня таким. А где же твоя спутница? — Хэ Тянь уже стоял рядом с Мо, обхватив пальцами его подбородок и заставив парня повернуться. Этот придурок улыбался. — Перестань мне улыбаться.       Хэ Тянь убрал руку от его лица, но положил её на чужие ладони, незаметно для самого Мо переплетая пальцы. — Учись принимать комплименты, Рыжик. Как тебе фартук?       Он убрал руки за спину. — Нравится… Спасибо. — Хорошо. Иди за мной.       Мо вздохнул достаточно громко, чтобы Хэ Тянь, как он надеялся, услышал. Ни в коем случае не прямолинейно. Они вдвоём прошли по коридору в кладовку. С недавних пор она стала главной комнатой Мо. Помимо перестановки всех инструментов и принадлежностей, у Мо был тут запасной комплект одежды, который он так и не забрал домой после стирки, и запасная зарядка для телефона. Ему было немного неловко сейчас стоять рядом с Хэ Тянем. Он создал в чужом доме пространство, которое от и до казалось ему своим. Хуже того, это было в кладовке в доме конкретно этого придурка. Мо так волновался, что проморгал всё, что делал Хэ Тянь, пока часть задней стены не отодвинулась. — Что за херня? — Пошли, — Хэ Тянь проскользнул в открывшуюся дверь, даже не взглянув на парня. — У тебя в доме серьёзно есть чёртова потайная комната? — Мо был вынужден признать… это было довольно круто. Он последовал за брюнетом, и тот привёл его в короткий коридор с дверью в другом конце. Он был серым, тяжёлым на вид и резким по сравнению с тем, как, насколько знал Мо, выглядела остальная часть квартиры.       Хэ Тянь только закончил вводить код. — Это не комната. Холл, — дверь открылась, пуская их обоих внутрь. Теперь эта обстановка была для Мо гораздо более знакомой. Это была бетонная лестница. Очень красивая лестница, но, тем не менее, очень высокая. Рыжик стоял на площадке этажа, где жил Хэ Тянь, и не последовал за ним, когда тот начал спускаться по лестнице. Брюнет остановился на следующей площадке и выжидающе посмотрел на него. — Ты шутишь, да? — слова сорвались с губ Мо прежде, чем он успел себя остановить. — Куда мы, блять, идём?       Хэ Тянь ухмыльнулся и продолжил спускаться. — Это недалеко, — Мо неохотно последовал за ним. Хэ Тянь небрежно произнес: — Это пожарная лестница. Она ведёт на первый этаж. По понятным причинам на дверях есть коды. На моей свой, — Хэ остановился у другой двери. Они спустились всего на два этажа, но эта выглядела уже проще. — И на этой, — набрав код, он потянул дверь на себя.       Мо не должен был удивляться, но то, что он заглянул на чердак «La Marine», было чем-то настолько далёким от того, чего он ожидал от сегодняшнего дня, что он застыл, разинув рот. Конечно, там тоже была пожарная дверь. Он никогда раньше об этом не думал. Рыжик пробормотал: — О-он… закрыт.       Хэ Тянь не растерялся: — Он принадлежит мне, — брюнет подвинул Мо и направился на кухню.       Мо замешкался у двери. Высокомерный придурок. Он не мог рисковать своей работой. Конечно, Хэ Тянь был владельцем, но Скай не пожалел бы сил, чтобы вышвырнуть его из ресторана. Хэ Тянь дошёл до кухонной двери и исчез, не оглядываясь. — Похуй, — Мо закрыл за собой дверь и погнался за Хэ Тянем.       Завернув за угол, он, словно в сюрреалистическом сне, увидел главную часть кухни. Здесь было идеально чисто и тихо, чего он обычно не видел ни до, ни после смены. Медные сковородки спокойно висели в ожидании, когда их выберут для готовки. Они звали его, как сирены. Учитывая, что ресторан был закрыт, никто из шеф-поваров обычно не появлялся здесь до начала смены четверга. Мо обычно не приходил сюда до тех пор, пока они не начинали готовить.       Рыжик почувствовал, что Хэ Тянь наблюдает за ним. Он прочистил горло и повернулся к брюнету лицом. Тот стоял в своём дорогом костюме, облокотившись на стол, который использовался для хранения дополнительной посуды, меньше чем в метре от стоков, которые во время обслуживания превращались во все круги ада. Мо ухмыльнулся про себя. Его мрачный и дорогой вид был неуместен при ярком искусственном освещении. — И. Какой у нас план? — при виде Хэ Тяня здесь он почувствовал себя неуютно. Как будто пересеклись две абсолютно разные вселенные. В баре было одно дело, но здесь он выглядел неправильно. — Приготовь нам поесть.       Он усмехнулся: — О, правда? Вот так просто, да? Эта кухня стоит больше, чем я заработаю за всю свою жизнь. Я не собираюсь здесь ошиваться. — С чего ты взял, что моя кухня дешевле? Ты готовил там, даже не спросив у меня разрешения.       Фу. Мо терпеть не мог его глупую фальшивую улыбку. — Тут вообще что-нибудь подключено? — прежнее волнение нахлынуло на него с новой силой.       На лице Хэ Тяня промелькнула эмоция, которую Мо не смог распознать, но она была настолько незаметной, что он едва её не пропустил. Озорство? Гнев? Он ещё не до конца разобрался в этом парне. — Ты всегда был обо мне невысокого мнения, Малыш Мо. — Не называй меня так, — парня захлестнула злость, стоило подойти к Хэ Тяню. — Пожалуйста, может, ты уже перестанешь быть таким чертовски загадочным?!       Хэ Тянь выпрямился и обхватил щёку Мо пальцами, едва не до боли. — Не Закрывай Гору. Помни, с кем ты разговариваешь, — они стояли в таком положении слишком долго, пока Мо пытался понять выражение лица Хэ Тяня. Горячо и холодно. Наконец, Хэ Тянь отпустил его лицо и направился к холодильнику в другом конце помещения. Блять. Мо нужно было помнить, что стоит быть начеку. В голове эхом пронеслись слова Шэ Ли и Ивана. В новостях сообщали о трупах…       Он медленно последовал за Хэ Тянем в холодильную камеру. — Срань господня, — как выяснилось, в воскресенье звонил владелец прекрасного заведения «La Marine» и приказал кухонному персоналу приготовить продукты для завтрашней смены, хотя ресторан откроется только в четверг. Сегодня утром кто-то даже сходил на рынок за свежей рыбой. Всё, что было в меню, и даже больше, можно было приготовить на ужин. — Что… Почему? Здесь есть буквально всё… Какого хера?! Что ты хочешь, чтобы я приготовил?! — Ужин, — в его голосе явно слышалось веселье. — Ужин? Здесь достаточно продуктов на любое блюдо, — Мо прошёл дальше в холодильник. Все ингредиенты были в идеальном состоянии. Удивительно, насколько лучше качество ресторанных продуктов по сравнению с магазинными. — Что ты хочешь, чтобы я приготовил? — Что угодно. — Что угодно? — он снова переключил внимание на Хэ Тяня, стоящего в дверях. — Тебе совсем ничего не хочется? Это вообще-то ни хрена не помогает. — Всё на твой вкус, Не Закрывай Гору, — он направился к выходу, оставив Мо. — Подожди! — Хэ Тянь остановился. — А твоя девушка? Какие у неё предпочтения? — Готовь то, что хочешь, — в его тоне чувствовалась решительность. — Сколько блюд?       Хэ обдумывал вопрос всего три секунды. — Одно. — Что? — Мо, наверное, неправильно его расслышал. — Ты хочешь только… основное блюдо? — Да. — И всё это только ради двух порций основного блюда? — и всё ради этого. Вся эта одежда и вся эта чепуха ради того, чтобы он просто приготовил две тарелки еды.       Хэ Тянь улыбнулся своей глупой широкой фальшивой улыбкой. — Да, сделай так, чтобы это было вкусно, Момо, — он захлопнул тяжёлую дверцу холодильной камеры, оставив Мо одного в окружении еды.

***

      Акула.       Почему-то она показалась уместной.       Подлая, бездушная, черноглазая, тупая… Обычно в основной части кухни такого размера работало не менее пяти человек. Сегодня он был совсем один. Ему потребовалась минута, чтобы всё найти и привыкнуть к расположению. Приходилось выполнять много дополнительной работы, но это всё равно было волшебно. Тяжесть меди. Огромное количество первоклассных блюд в его распоряжении. Один из шеф-поваров показывал ему, где у них хранится запасной японский стальной нож, и Мо решил не упускать возможность им воспользоваться. Сегодняшний вечер, вероятно, был единственным, когда ему разрешалось готовить на этой кухне. Мо — будь проклят этот Хэ Тянь, — пытался насладиться каждым мгновением.       И только в самом конце, когда он полностью закончил всё раскладывать, он понял, что Хэ Тянь не вернулся на кухню. — Прихорашивается, наверное, — в голове снова возник образ Хэ Тяня с намазанными гелем волосами и в костюме. Он фыркнул, схватил поднос и вынес две тарелки за дверь. Тарелка поменьше и попроще, которую он сделал сам, была спрятана на кухне.       В зале горел только приглушённый свет, но было достаточно светло, чтобы видеть, что происходит вокруг. Во всём помещении был накрыт только главный стол, самый лучший. Он располагался в углу нижнего этажа, рядом с двумя окнами из кристально чистого. Там создавалось впечатление, будто ешь на краю города. На столе была расставлена новая изысканная посуда на две персоны. Изящные столовые приборы освещались длинной свечой, которая отличалась от тех, что он обычно использовал в ресторане. Из-за этих небольших перемен он чувствовал себя ещё более далёким от своей повседневной жизни. Один гость однажды спросил его, не надоедала ли ему эта работа. Он сказал «нет», потому что разве может когда-нибудь надоесть работа в таком высоком и далёком от шума месте. Но теперь. Теперь он почувствовал, как всё волшебство возвращается, хотя до этого даже не осознавал, что оно куда-то исчезло.       Через пару секунд он поставил поднос на одну из подставок, чтобы ничего не уронить. — Что бы это ни было, выглядит аппетитно.       Мо подпрыгнул. Хорошо, что он отставил поднос. Ублюдок. Этот голос. Рыжик понятия не имел, как Хэ Тянь так разговаривал. Мрачно. Туманно.       Этот голос мог заставить людей совершать ужасные поступки.       Рыжик слегка покачал головой. — Это… Где твоя девушка? — он взглянул на Хэ Тяня, стоявшего рядом. Свет от свечи танцевал на его лице. Брюнет открыл бутылку виски, которую Мо не заметил. — Нет никакой девушки, — он подошёл к столу и поставил две тарелки на соответствующие места.       Мо вздохнул, хотя это прозвучало как судорожный выдох. — Нет никакого другого человека.       Тёмная бровь изогнулась вверх. Хэ Тянь молча налил им два бокала, пока мысли Мо крутились, как заезженная пластинка. — Садись. — Это шутка?       Хэ Тянь громко застонал. — Просто сядь, чёрт возьми… пожалуйста.       Мудила.       Мо с грохотом выдвинул стул и плюхнулся на него. Хэ Тянь пробормотал себе под нос «долгий день». Они сидели перед огромными стеклянными окнами, за которыми открывался вид на ночной город. Хэ Тянь принялся за еду, пока Мо пытался пробудить в себе аппетит. Гуаньшань сидел наедине с мужчиной, о котором шептались на каждом углу аж на другом конце города. Это был какой-то грёбанный последний ужин? Что он натворил? Мо ни черта не видел. Ладно, может быть, один или два больших красных флага, но больше ничего. Или это было… Что-то вроде свидания? Его терпение лопнуло: — Что, блять, происходит?       Хэ Тянь сделал паузу, откусив кусочек акулы. Он слегка опустил вилку и подозрительно посмотрел на Мо. Господи, этот придурок действовал Мо на нервы. — Мы ужинаем? Разве это не очевидно? — Почему здесь? Почему я? И какого хрена мы так вырядились?       Лицо брюнета было невозмутимым. — Да ладно, ты же знаешь, что так веселее, — Хэ Тянь сделал большой глоток виски, не отводя взгляда. — Мне нужна была компания. А еда здесь одна из лучших в городе.       Компания? Лучшая еда? Это был не тот ответ, которого он ожидал. Это был комплимент? Мо не знал, радоваться ему или беситься. Он думал, что находится здесь как обслуга Хэ Тяня. Но теперь они ещё и друзья, да? — Ты же понимаешь, что это ненормально.       Хэ Тянь только улыбнулся в ответ на его явное раздражение. — Проводить время с друзьями — это ненормально? — Платить им за то, чтобы они готовили и ели с тобой?       Рыжик наблюдал, как Хэ Тянь торжествующе скрестил руки на груди: — Ты бы пришёл, если бы я тебе не заплатил? — Ну, в следующий раз не устраивай этот дерьмовый цирк. — Хорошо.       Молчание затянулось. Наконец Мо сдался и решил, что можно и насладиться трапезой. Акула оказалась восхитительной. От вкусной еды, виски и ночного города под ними Мо начал потихоньку расслабляться. Он почти мог притвориться, что Тёмного Принца здесь вообще нет. — Ну, рассказывай.       Рыжик невольнр вздохнул, когда его снова заставили посмотреть на своего собеседника. — Как ты сломал руку?       Он сунул обе руки под стол. — Я её не ломал.       Хэ скептически приподнял бровь: — Ты думаешь, я не узнаю сломанную руку по её виду? — Я… ударился о стену, — как он, чёрт возьми, вообще до этого додумался?       Брюнет фыркнул: — Ты самый неуклюжий человек, которого я когда-либо встречал.       Мо огрызнулся на него: — Конечно, Петушара! Раз ты такой большой и плохой, почему бы тебе не найти кого-нибудь, кто сможет дать сдачи?! — У-у-у-у. Успокойся, — Хэ Тянь ткнул Мо ногой под столом. — Весь аппетит портишь, — Мо сидел и ворчал себе под нос о высокомерных богатых придурках. — Ты ведь понимаешь, что ты один из немногих, кто как раз может дать сдачи, да?       Мо не ответил. — Именно это мне в тебе и нравится.       Мо не смог сдержать ухмылку. — Это был комплимент от самого Жнеца? — его разум бил тревогу. — Мило, — блять. Хватит возиться с этим психом! Чтобы выиграть время, Мо начал пытаться незаметно смахнуть всё, что попадалось на глаза. — Ну, будешь хорошо себя вести и расскажешь мне о себе?       Что он только что сказал? Рыжик закашлялся: — Прошу прощения?       Хэ Тянь отодвинул тарелку и поставил локти на стол. — Я ничего о тебе не знаю. — Вот и не знай дальше.       Хэ Тянь закатил глаза на эти слова. — Ты бываешь в моем доме каждую неделю, трогаешь все мои вещи и видишь все мои дела. Мне нельзя хотя бы немного тебя узнать? — Нет, — Мо откусил большой кусок, чтобы скрыть своё беспокойство. — Ладно. Что ты хочешь знать? — Как ты научился готовить?       Его взгляд невольно метнулся к брюнету. — Бля, ты серьёзно помешан на еде, — он взял свой стакан виски, чтобы набраться храбрости. — Ты видел мой дом. У моей семьи было кафе. Я научился готовить у своих родителей. — Значит, ты не готовишь там вместе с ними? — БЫЛО кафе. Оно уже закрыто. — Хм… Тогда почему тут ты не на кухне?       Настала очередь Мо фыркать. — Ага. Да они из кожи вон лезут, чтобы нанять сюда необразованное южное отребье. Скай с удовольствием уволил бы меня, я же всего лишь официант. — А ты хотел бы стоять на кухне? — это был провокационный вопрос, и Мо это слышал. Он знал, что если ответит «да», то всё так и получится. — Нет, — он отвёл взгляд. — В любом случае, зачем тебе это? — Потому что мы друзья.       Мо уже закончил есть. Он выглянул в окно, стараясь не замечать в стекле отражение наблюдающего за ним Хэ Тяня. — Могу я тебя кое о чём спросить?       Хэ Тянь, не колеблясь, ответил: — Да. — Как у такого человека, как ты, оказалась рыбка?       Хэ Тянь рассмеялся. — Ты мог спросить что угодно, но в итоге спросил это? — Мо пожал плечами. У него приятный смех. — Это был подарок. Мой брат подарил мне Фрэнка, когда я был намного младше… Думаю, он понимал, что я не готов к чему-то более серьёзному. — Вы близки? — Мо едва слышал о брате Хэ Тяня. Чёрт возьми, да он почти ничего не знал о Хэ Тяне. — Уже нет… Как ты на самом деле сломал руку?       Мо на мгновение почувствовал, что прикоснулся к чему-то сокровенному. — Я же уже сказал. — Мо Гуаньшань. — Я не хочу об этом говорить. — Ты же знаешь, что можешь попросить о помощи. Кажется, у тебя постоянно что-то происходит, — брюнет прервался, чтобы сделать глоток виски. Они поменялись ролями — Хэ Тянь выглянул в окно, а Мо уставился на него. — Вот почему мне приятно видеть тебя на кухне. Там ты больше улыбаешься, — он с нежностью улыбнулся, вспомнив что-то. — Это… моя мама сказала бы о моём отце то же самое, — Хэ Тянь повернулся к нему лицом. — Я начал готовить вместе с ним, когда был маленьким. Навевает старые воспоминания. — Ты с ним близок? Со своим отцом? — Нет, — Мо сжал кулаки под скатертью. — Он умер. — Прости. — Всё в порядке, — Рыжик посмотрел на их пустые тарелки. — Ты сделал всё это, только чтобы я мог поразвлекаться на кухне?       Когда парень поднял глаза, Хэ Тянь так пристально на него смотрел, что у Мо перехватило дыхание. — Возможно. — Какой же ты странный, — Рыжик чувствовал, как краснеет его бледная кожа, выдавая его с головой, но всё равно надеялся, что это не слишком заметно. — Зачем ты так причесался?       Напряжённый взгляд сменился ухмылкой. — Я пытался выглядеть как сомелье перед шеф-поваром. -…       Мо расхохотался. — Это самая странная чушь от богача, которую я когда-либо слышал. — Почему? — Хэ Тянь склонил голову набок, как щенок.       Мо поднял свой бокал. — Ты даже не взял вино. — Ха, так смешно. — Ты выбрал виски! — Мо Гуаньшань давно так не смеялся, из его глаз уже потекли слёзы. — Ты даже не купил бутылку вина, — он так сильно смеялся, что едва заметил, как к нему присоединился Хэ Тянь. Хохот Мо стих, и он смог услышать чужой смех, такой ровный и восхитительный.       Блять, он такой сексуальный.       Треск       Мо вскочил так резко, что стул отлетел назад и ударился об пол. Хэ Тянь подпрыгнул от шума, позже Мо готов был поклясться, что ему показалось, будто брюнет потянулся к ремню. — Что такое? — Н-ничего… Чёрт, я пойду домой. — Сейчас? — Да!       Вместо того чтобы отругать его, Хэ Тянь просто покачал головой. — Хорошо. Пошли, — он жестом показал Мо следовать за ним. — Подожди, нам нужно…       Хэ Тянь раздражённо вздохнул. — Ты каждый день убираешься. Хоть раз побудь плохим. Пошли, — он взял Мо за руку и повёл его к обычному лифту.       Мо вспомнил, что они вошли через кухню. — Мы не вернёмся к тебе домой? — Ты чего такой нетерпеливый, Не Закрывай Гору?       Рыжик отдёрнул руку, когда Хэ Тянь вызывал лифт. — Ты же понял, что я имею в виду.       Двери открылись. — Ты сказал, что хочешь вернуться домой. Так быстрее. — Ладно.       Хэ Тянь проскользнул за ним до того, как двери закрылись. Словно услышав его мантру, лифт доставил только больше дискомфорта, чем обычно. Рядом с Хэ Тянем стало как-то тесно, почти клаустрофобно. Прежде чем Мо успел пошевелиться, брюнет протянул руку и нажал на красную кнопку, останавливая лифт до того, как тот начал спускаться. Блять. — Что ты делаешь? — Я подумал, что тебе захочется немного полюбоваться видом, — слова были едва громче шёпота. Как он это делает? — У меня дома ты иногда замираешь и смотришь в окно, — Хэ не смотрел на Мо. Огни города были единственным освещением в лифте, не считая маленьких кнопок. — Мне тоже нравится смотреть на этот вид. Хотя, возможно, немного по другим причинам. Раньше мне нравилось сидеть здесь, наверху… А когда смотрю, как ты это делаешь, чувствую себя не таким одиноким, — Мо Гуаньшань больше не смотрел на город. Всё пространство было заполнено Хэ Тянем. Мо раньше никогда не задумывался, что Хэ Тянь чувствовал то же самое. Брюнет напротив него ухмыльнулся. — А ещё мне нравится наблюдать за твоим выражением лица.       Мо не пытался задержать дыхание, но теперь они оба пристально смотрели друг на друга. Парень почувствовал, как всё тело начало краснеть. На мгновение он почувствовал себя жертвой, загнанной в угол у стены, открытой всему городу. У Хэ Тяня были глаза хищника, и они приковали его к месту. По спине Мо пробежала дрожь. Какого хрена ему одновременно хочется бежать и драться? В глубине души он понимал, что делает, ещё до того, как произнёс это вслух. — Хуесос.       Он не успел среагировать.       Сильная рука схватила его за шею и прижала к стеклу, через которое они только что смотрели. Мгновение они стояли, сцепившись, прежде чем губы Хэ Тяня прижались к губам Гуаньшаня. Это было удушающе. Колени Мо подогнулись. Рука на его шее стала нежнее и переместилась на щёку, удерживая парня на месте. Его поцелуй, его губы были такими же, как и он сам. Мягкими и твёрдыми. Властными, но нежными. Хэ Тянь углубил поцелуй и прижался к Мо всем телом.       Всё, что он пытался подавить, начинало обжигать изнутри. Мо понял, что позволит Хэ Тяню разрушить себя до последней частички, если не будет осторожен. Они двигались так естественно. Губы брюнета поглощали его. Их жар и воздух слились воедино. Рыжик почувствовал, как у него вырвался стон, когда зубы Хэ Тяня прикусили и дразнили его нижнюю губу. Блять. Ему нужно было поскорее выйти на свежий воздух. Запах Хэ Тяня был ошеломляющим. Он провёл языком по губе Мо, прося зайти дальше.       Руки, вцепившиеся в дорогой чёрный костюм, оттолкнули его на достаточное расстояние, чтобы Мо смог перевести дух. Что я, мать твою, делаю? Как только чужие опухшие губы снова начали манить, Мо опять оттолкнул Хэ Тяня, на этот раз более агрессивно.       Они оба стояли, тяжело дыша, не сводя друг с друга взгляды и застыв над городом. Глаза Хэ Тяня затуманились. Рука Мо ударила по кнопке «стоп», прежде чем он успел передумать. Лифт пошатнулся и продолжил спускаться.       Гуаньшань начал учащённо дышать. — Зачем ты это сделал?!       Хэ Тянь просто отвернулся, глядя куда-то вдаль, весь холодный и отстранённый. Зрение Мо затуманилось, когда он сосредоточился на дверях лифта. Он начал подпрыгивать на носках. Давай, давай же. — Я думаю, тебе стоит успокоиться, — чужая рука потянулась, чтобы коснуться его плеча, но Мо, не задумываясь, оттолкнул её. — Не трогай меня, блять!       Хэ Тянь снова потянулся к нему: — Умоляю, успокойся.       Дзинь       Мо не стал отвечать и выбежал в открывшиеся двери. Надо было убираться отсюда. Он схватил запасной ключ мистера Сина от входной двери и рванул вперёд. Кажется, он видел Вэня, когда выбегал из вестибюля, но уже не был в этом уверен. Мо добрался до станции в рекордно короткое время.       Поезда не было.       Рыжик упал на колени рядом с жёлтой линией. Он был там один, но всё равно яростно вытирал слёзы. Он оказался в ловушке до прихода следующего поезда. Всё вокруг закружилось. Как это, чёрт возьми, случилось? Всё шло так хорошо. Недалеко от него стихли быстрые шаги. Ему не надо было оборачиваться, чтобы понять, кто это. Мо застыл, пытаясь отдышаться. — Почему ты убежал? — раздался у него за спиной голос Хэ Тяня. — Зачем… зачем ты это сделал? — это прозвучало как мольба с придыханием. Он принялся тереть руки, пытаясь унять панику. — Что? Поцеловал тебя? — Заткнись! — горячие слёзы не переставали катиться по щекам. Мо повернулся к нему лицом. Хэ Тянь стоял в нескольких шагах от него. Красивый костюм и растрёпанные волосы. Если он и запыхался, то не показывал это. — Ты не можешь вот так просто взять и сделать такое… Почему ты думаешь, что это нормально? — Потому что ты мне… — ХВАТИТ БОЛТАТЬ! — его крик эхом разнёсся вокруг. Мо не мог думать. Он задыхался. Поезд пронёсся по станции, перекрывая все звуки и обдавая их порывом ветра. Пиджак и чёрные волосы Хэ Тяня развевались на ветру. Когда поезд скрылся, в ушах зазвенело от внезапной тишины. — Ты с кем-то встречаешься? — Хэ Тянь выглядел обиженным. — Что? Конечно, нет. — Тогда в чём дело? — Прекрати. Я не такой! — он не знал, кому он это говорил: Хэ Тяню или самому себе. В тот момент, когда эти слова слетели с его губ, внутри словно что-то разорвалось. Казалось, что каждая частичка его тела раскалывается пополам. Расплавленный свинец в чужих глазах затвердел. Это было какое-то внетелесное ощущение — видеть, как кто-то закрывается от тебя прямо у тебя на глазах.       Хэ Тянь кивнул: — Тогда извини, — не дожидаясь ответа, его тёмная фигура развернулась и пошла прочь.       Нужный Мо поезд начал подъезжать к станции.       Отпусти, отпусти, отпусти.       Мо окликнул его достаточно громко, чтобы мрачный силуэт обернулся. — Послушай!.. Я… я… я тут подумал. Мне… просто нужно… побыть одному.       Хэ Тянь оценивающе посмотрел на него. Мо почувствовал себя рыбой, болтающейся на крючке. Прошла целая вечность, прежде чем в воздухе между ними раздалось едва слышное «хорошо». А потом Хэ Тянь оставил Мо одного.

***

      Гуаньшань подошёл к тайнику в своём столе и отодвинул в сторону конверт Шэ Ли. Он осторожно вытащил фотографию с помятыми от неаккуратного обращения краями. Мо и его отец вместе что-то готовили на плите в кафе и улыбались в камеру. Его отец был его взрослой копией, только с каштановыми волосами. Его отец выглядел счастливым, немного уставшим, но счастливым.       Мо прижал фотографию к груди и свернулся калачиком на полу, прислонившись к столу. Горячие слёзы катились по щекам, и парень вытирал их другой рукой, оставляя на коже раздражённые и шершавые следы. Он злился на себя. Злился по многим причинам.       Злился, что ему нравилась жизнь, которой, как он понимал, у него никогда не будет.       Злился, что он влюбился в такого придурка, как Хэ Тянь.       Злился, что он не мог быть нормальным.       Злился, что не мог остаться.       Он так и просидел остаток ночь, свернувшись калачиком. В его сне то и дело всплывали и исчезали мягкие губы Хэ Тяня.