Есть место для любви

Раннее утро встретило Джисона прохладой и запахом леса. Перебежками добравшись до своего дома, он быстро обтёрся тряпками, смоченными в колодезной воде и схвативши корзинку для трав, отправился за их сбором. То, что случилось накануне вечера в доме старосты, а опосля и у генерала в спальне, омега старался не думать. События трёхлетней давности всё ещё вызывали неблагоприятный отклик у местных, а если лекарь донесёт на Хёнби и её мужа, то житья ему точно здесь не будет. Омега был хорошим лекарем, и он это прекрасно знал, но покинуть родной дом, оставляемый ему на опеку папой, отправившись в соседнее поселение он не мог. Нигде не любят чужаков. Омега всегда мало брал за свою работу, потому что знал, что его прокормит лес, да и наряжаться на всякие ярмарки и гуляния для порченного него не было уже никакого смысла. Он не мог загубить в себе обиду на людей, которые так просто отдали его в постель незнакомого альфы, пусть даже и генерала, назначенного наместником их восточного княжества. Идя старым маршрутом по опушке с глухо звенящими глиняными бутылками на ветру, он меланхолично подошёл к могучему дереву, обнимая то, мысленно передавая всю свою боль и обиду, прикрывая воспалённые от утренней печали глаза. Подойдя к репейному полю, он присел на корточки рядом с ярким соцветием, завороженно рассматривая лепестки, будто видя их в первый раз в жизни. Усмехнувшись, омега лёг в высокую траву, смотря в бескрайнее синее небо, представляя, что было бы, если бы наместник Ли Минхо не спас его от сущи в то туманное утро. Это было всего лишь два дня назад, но для Джисона как будто прошла одна маленькая жизнь. Омега весь день провалялся на опушке, жалея о тогда не случившийся смерти, что могла бы таким чудесным способом привести его домой к любимому папе. Он где-то там на небесах наблюдал за своим маленьким неуклюжим омежкой, и как надеялся сам Джисон, очень сильно ждал его там. Как только солнце начало клониться за горизонт, омега направился в поселение, браня себя за весь день проведённый в бездельничестве. *** Лёгкий запах полевых цветов осел на альфе словно душистые капли столичной омеги и не отпускал на протяжении всего рабочего дня. Изначально, когда вызвал Хёнджина переодеваясь в повседневную военную форму, прося проследить за омегой так рано покинувшем его постель этим утром. После, собирая срочный совет из-за ночного инцидента. Хотя, встреча Джисона в мраке своей спальне нельзя было назвать неприятным происшествием, скорее всего это было нежданным чудом, на отголоски которого внутренний зверь урчал, радуясь сообразительности своего человека. Хван следил за Джисоном, поэтому Минхо в полном спокойствии толкнул дверь в зал совета. Генерал прошёл и сел во главу стола, сверля взглядом всех присутствующих. Первым заговорил Чи Хисын: «ООО! Наш многоуважаемый управляющий! Вам пришёлся по вкусу наш подарок? Надеюсь, он не сильно строптивелся?!». По залу прошёл гул одобрительных смешков. Эти альфы смотрели на Минхо своими голодными глазами, как будто требуя подробности прошедшей весёлой ночки. - Куда уж тут строптиветься с лошадиной дозой снотворного в крови? – безрадостно ответил генерал. - Ну мы не думали, как вам нравится больше, мы учтём в следующий раз ваши пожелания. Честно говоря, я вас понимаю, сам люблю укрощать непослушных малышей. – смачно хрюкнув заявил во всеуслышание староста. - Теперь мы бы хотели обсудить некоторые поправки в законах, которые вы недавно ввели. – озабочено раздалось справа. - Хм, да. Давайте обсудим то, что вскоре со столицы приедут доверенные мне люди и займут место старосты и остальных членов совета. Князю Бану я уже отправил письмо с гонцом рано утром ещё до самого собрания. – спокойно заявил Минхо. - Но! – вскочил Хисын с места, ударяя кулаками по столу. - Никаких «но», многоуважаемый! – раздувая ноздри, озлобленно начал Минхо. – Это вы так встречаете гостей? Подкладываете еле живого от ваших же манипуляций омегу под незнакомого альфу? Это недостойно поведения не только члена совета, но и человека. - Он порченный! Порченный! Он не годится порядочному альфе в пару! – судорожно заявил старец с другого конца, попытавшийся сходу исправить ситуацию. На удивление его самого, Минхо от этого поспешного заявления совсем не успокоился, а ещё сильнее зверел на глазах присутствующих, стирая подлинно человеческие черты. Глаза налились кровью, жевалки на лице ходили ходуном, а из-под верхней губы начали выглядывать клыки доминантного альфы. Запах стал гуще, он чуть ли физически не душил всех присутствующих. Пришедший после утреннего задания Хёнджин, застал зловещую картину. Увидя его в дверях зала, Минхо вмиг успокоил бушующий феромон, замечая облегчение в глазах собравшихся. Прочистив горло, он произнёс заключительную речь: «Я надеюсь, что больше мы с вами в этом зале не увидимся. Бывшему старосте Чи Хисыну назначаю восемь ударов плетьми за идею и последующее ее исполнение. Остальным членам совета по пять ударов за то, что знали и не остановили необдуманный поступок своего представителя. Со Сехун и Чхве Чорин освобождаются от наказания в силу своего преклонного возраста. На этом и закончим» Минхо встал со своего места и незамедлительно покинул помещение. - Ну, что узнал? Говори быстрее! – поторапливал Минхо друга. В одно мгновенье из грозного и справедливого человека, альфа становился игривым котом, выуживая нужную ему информацию. Хёнджина забавляли эти такие редкие метаморфозы в его члене семьи. - Он утром как ушёл в лес, так его и никто не видел. Проследил за ним, дальше поля около черты леса он не ходил. Скорее всего находится ещё там. – доложил Хван. - Хорошо! Я пошёл по делам, а ты проследи, чтобы эти люди незамедлительно покинули мой дом и получили своё наказание. – вернул серьёзный настрой Ли, обращаясь к собеседнику. Выйдя за порог своей резиденции, генерал устало потянулся, проверил наличие меча в ножнах и с лёгкой улыбкой направился за пределы деревни в сторону опушки, где, не дойдя до леса, он нашёл омегу привалившимся к стволу дуба, смотрящего на его крону, где в ветвях играл уходящий свет прошедшего дня. Минхо тихо подошёл к задумавшемуся и казалось ничего не видящему в округе парню. - Привет, малыш. Ты почему так рано сбежал сегодня утром? - улыбаясь во всю спросил Минхо у вмиг округлившего глаза омеги.