(Темные) пути неисповедимы

      К этому нужно было подготовиться. Скорее морально, на самом деле. Было немного не по себе, но Лин и правда хотел, чтобы этих преград больше не было. Юань - тот самый особенный человек в его жизни. А Цзинъи - самый лучший друг и надежная поддержка.       С самого детства они были вместе, с того самого времени, которое каждый из них даже вспомнить не может. Но уже тогда они были друзьями. Поэтому для Жуланя они были близки всегда. И это было что-то само собой разумеющееся.       Лин пропустил ужин, но хотел восполнить это чуть позже. Он зажег благовония и снова посмотрел на Суйхуа. В последнее время меч снова и снова притягивал к себе взгляд.       Первым в комнату заглянул Цзинъи. Он глянул на стол и довольно улыбнулся:       - А ты подготовился.       - Я же тебя в гости ждал, - ответил Лин оторвав взгляд от меча. - Как а-Юй?       - Ему понравилась тренировка. Он впечатлен тобой. Ну а еще - очень благодарен за то, что ты сделал в деревне Мо. Хотя, это же его и смущает. Уверен, это связано с тем, что ты назвал его "дядя", - отвечает Лань и прикрывает за собой дверь. - Старший наставник Лань провел с а-Юем время в наше отсутствие. Это помогло. Теперь остается дождаться учителя Вэя и наставника Лань. Уверен, учитель Вэй будет удивлен новому ученику в лице а-Юя. Но так даже лучше - Сюаньюй всегда будет под присмотром и найдет себе занятие, которое не связано со сражениями. Кстати, Сюин говорил, что у Сюаньюя отличная память. Это у вас семейное?       Жулань непроизвольно улыбнулся. Иногда а-И такой... А-И, если честно.       - Ну, никогда не жаловался на память, если быть честным. Может, мне стоит найти еще какого дядю и устроить опрос?       - А-Лин, - Цзинъи прошел глубже в комнату и остановился у стола. - Что касается а-Юя, - он поднял взгляд на друга. - Ему страшно. Он смотрит на меня как на спасителя, а не как на товарища. Не знаю, когда это изменится. Но пока мы все в Облачных Глубинах, давай хотя бы по несколько минут в день уделять ему, чтобы он привык к нашему обществу.       Жулань ничего не имел против. Но были свои нюансы.       - Я не против. Лишь бы он не пугался меня, как в тот раз. А-И, я понимаю, что не могу избегать его вечно, тем более, если он останется в Облачных Глубинах. Но я... Я не могу чувствовать людей так, как ты. Я опираюсь на имеющуюся информацию и подмечаю поведение, а уже потом нахожу подход. А ты просто чувствуешь, когда нужно что сказать. Поэтому тебе и проще с Сюаньюем. Но я, правда, хочу, чтобы он не боялся меня. Хоть я напоминание не только о его рождении, но и о Ланьлин Цзинь, где с ним поступали просто ужасно.       - Всему нужно время. Ну а я сделаю все со своей стороны. - Цзинъи все же присел за стол. - Как тебе урок с главой Не?       Лин также присел за стол напротив друга:       - Ты был абсолютно прав в том, что это нужно прочувствовать на себе. Ваш бой был потрясающим. Думаю, что раньше мне было трудно, потому что я полагался только на логику. А в заклятиях по крови все немного иначе. И мне все еще не верится, что глава Не так просто продемонстрировал запретную часть техник.       - Он много знает. Очень много, - Цзинъи немного нахмурился. - И глава Не далеко не первый раз упоминал Цинхэ Не. Я знаю, что моя мать была из его ордена, но она была целительницей. Это все равно немного другое.       - Учитель Вэй яркий пример тому, что целитель может быть превосходным воином, - заметил Лин.       - Как и старший наставник Лань, - согласился Цзинъи. - Но я и целительство, - он отвел взгляд. - Ты и сам знаешь. Ни я, ни ты, ни Юань.       С этим оставалось только молчаливо согласиться. Они все знали основы, но углубляться никто из них не стал. Даже Юань, родитель которого является одним из лучших целителей всех Заклинательских Земель.              Сычжуй пришел уже когда начинало темнеть. Он выглядел уставшим и немного задумчивым. В последнее время Юань часто изматывал себя мыслями о целесообразности собственного будущего. А с недавнего времени к этому добавились размышления о прошлом. Если так можно сказать о возможности видеть грядущее.       Заметив слегка потерянный взгляд брата, Цзинъи сразу же наполнил для него чашу.       - Спасибо, - тихо поблагодарил Сычжуй и присел за стол. - Старейшина, - он замолчал и тяжело вздохнул. - В отсутствие главы Лань, старейшина Лань выразил желание заняться моим обучением.       - Струны, - произнес Цзинъи и оперся руками о стол. - Это будет интересно.       - Я не знаю.       После этой фразы Юаня в комнате повисла тишина. Цзинъи попытался сказать что-то, но Лин его опередил:       - Юань, из тебя получится лучший глава ордена. Глава Лань и старейшина уверены в тебе.       Сычжуй посмотрел на Жуланя слегка виновато, даже немного с отчаянием:       - Если они узнают, что я... Я считаю, что это неправильно. Я боюсь подвести. Я не знаю, насколько верно посвящать меня в таинства ордена. Старейшина Лань Чжимин всю жизнь совершенствовал свою технику. Струны, которые он создает... А-И, я все равно считаю, что ты куда больше подходишь на роль главы.       Цзинъи помедлил перед ответом. Он посмотрел на старшего брата с сочувствием:       - Зря ты так. Подумаешь - в будущее можешь заглянуть.       - А-И, - Лин не скрывал своего возмущения. - Ты же понимаешь, о чем переживает Юань. Не говори так.       - Я не вижу в этом никаких проблем. Только привилегии, - отмахнулся тот.       А вот Сычжуй видел проблему. Огромную проблему. Глава-гадалка. Да это же позор на всю Поднебесную.       - Я пытался поговорить с главой. И меня это очень сильно беспокоит. Но глава Лань... Он будто избегает этого. Специально, - Сычжуй опустил взгляд на свою чашу. - Он обучает меня, он уверен во мне. Даже бывшие главы ордена поддерживают его решение. Но все это почему-то вызывает у меня вопрос. Почему я? - Юань поднял взгляд на Лина. - Я понимаю почему ты, я понял бы выбор в сторону а-И. Но я же... Меня же просто нашли. Это а-И имеет дальнюю кровную связь с главой. А я мало того, что приемный, так еще и это.       Жулань и Цзинъи переглянулись. Сычжую не стоит беспокоиться о том, что его приняли, но с тех пор, как того поставили перед фактом, что именно Юань станет будущим главой, Сычжуй снова и снова задумывался о своих корнях и кровных связях.       Цзинь Лин поднялся из-за стола. Он направился за своим мечом, чтобы вернуться за стол уже вместе с ним. Кровные связи - не только Юань думает об этом. Но есть то прошлое, которое навсегда останется тайным и туманным. Которое всегда будет вызывать вопросы. Цзинь Лин немного вынул клинок из ножен. Он посмотрел на свою личную ценность с улыбкой:       - Он достался мне от отца. Дядя Чэн говорил, что отец очень любил меня и даже, - Жулань прикрыл глаза. - Шил для меня одежду. Мне все еще не верится, что почти что будущий глава ордена занимался подобным. Но вещи, которые сделал отец потрясающие. Они очень красивые. Иногда я... У меня не получается также хорошо, как у него, - слегка смущенно признался Лин и спрятал клинок обратно в ножны. - Я не раз думал - почему меч, а не лук? Но помимо этого были еще и записи. Отец оставил очень много записей, которые помогли мне на пути совершенствования.       Юань поднял взгляд на Лина:       - А почему бы и не заниматься? Если он любил тебя, то вполне мог. Это никак не, - он осекся, заметив немного веселья во взгляде Жуланя. - Лин, это же другое. Шить одежду и гадать - это разные вещи.       - Мой отец погиб по время осады Безночного Города, а мама - во время покушения на бывшего главу Не, - Цзинъи посмотрел на старшего брата с легкой печалью. - Мне рассказывали, что оба моих родителя были героями. Отец - хороший воин, а мать - целительница. Мне не дали второе имя, потому что в ордене Не принято иметь одно - это как память о том, что я принадлежу не только к Гусу Лань. Я знаю о родителях, но это не меняет сути. Я их не помню.       - Верно. Мы только по рассказам можем что-то знать, - вздохнул Лин и отложил Суйхуа. - Дядя Чэн много говорит об отце, а вот о матери... Он уклоняется от вопросов. Он сказал, что во время нападения у Безночного Города, но, - он покачал головой. - Не знаю. - А после - улыбнулся. - Я могу думать что угодно. Но у меня есть дядя Чэн и вы. Ты, - он протянул руку, чтобы коснуться запястья Юаня. - Каким бы не было прошлое, у нас есть настоящее.       Юань снова опустил взгляд. На их руки. Все так, как сказали его возлюбленный и брат. Родители а-Лина и а-И были героями. Они прошли войну и о них есть, что рассказать. А вот что касается Юаня? Сычжуй не раз задумывался о том, а чей он вообще. Его приняли в Облачные Глубины совсем маленьким. Но его приняли отцы. А вот кем же были его настоящие родители? Гадалками? Пока что это самое убедительное предположение из всех. Но имеет ли право какой-то там сын предсказателей становить главой Великого ордена? Это казалось абсолютно неверным.       Сычжуй повернул руку Лина так, чтобы посмотреть на его ладонь.       - Ты чего? - Жулань выглядел слегка удивленным.       Тот покачал головой:       - Ничего. Просто... Никто не знает, кто мои родители. И я... Я могу только догадываться, что они из себя представляли, учитывая открывшиеся обстоятельства. Я просто знаю, что отцы приняли меня. И все. Ну а еще то, что имя "Юань" было вышито на моих одеждах. Это, правда, все. - Он тяжело вздохнул. - И... Ядро.       - Ядро? - Переспросил Лин.       - Оно... Уже было практически сформировано, когда меня нашли. - Юань покосился на Цзинъи. - Папа Ин в детстве говорил о том, что это необычно. Но он был в восторге. Может, а-И был прав, когда говорил, что мои кровные родители все же были заклинателями.       Цзинь Лин пересел поближе, чтобы можно было устроить свою голову на плече Юаня:       - Да какая разница. Главное - что ты сейчас с нами. И ты сам сказал, что раз уж шили что-то на одеждах, то любили.       - Да, - улыбнулся Юань, скрывая свою печаль. - Мне тоже очень хочется в это верить.       Сычжуй чувствует поддержку, но в то же время и печаль близких ему людей. Поэтому он молчит о редких снах. О том, что иногда видит странный сон о том, как кто-то бережно держит его на руках и тихо говорит, что Юань - его маленький мир, и обещает сделать все, чтобы Юань был счастлив и любим.       Кто же этот человек, смутный образ которого заставляет Юаня испытывать счастье и взаправду чувствовать себя самым любимым?       Все же отужинав, Лин предложил переместиться на кровать под предлогом того, что в детстве они часто спали все вместе. Но именно это помогало Лину расслабиться. Всегда.       - Юань, я, правда, уверен, что ты будешь лучшим главой, - тихо начинает Жулань, сидя на кровати и обнимая согнутые в коленях ноги. - Тебя поддерживают. Но я... Чем больше я думаю о себе и о своем положении, тем отчетливее понимаю, что стоять во главе ордена я не буду.       - Что? - Сычжуй подсел ближе и обнял Лина. - Не говори так. Ты обязательно...       - Юань, я даже на доверенных людей из ордена положиться не могу. Меня ни во что не ставят, я не могу и шагу свободно ступить. Мне с самого детства твердят, каким должен быть глава и обучают этому. Но меня не поддерживают. Дядя Чэн делает все для меня. Я понимаю это. И очень ценю. Но я не будущий глава Цзян. Я - наследник ордена Цзинь. А дядя Яо, - он спрятал лицо в коленях. - Я не могу объяснить или доказать, но он препятствует и явно против. Это тяготит меня. Сегодня глава Не сказал, что я в первую очередь - сын Цзысюаня, а таких как Яо много. Он провел параллель с Сюаньюем. Но... Я не хочу возвращаться в Башню Кои. Мне хорошо здесь, с вами. Или в Пристани Лотоса с дядей. Я бегу из собственного ордена. Ну какой из меня глава?       - А-Лин...       - Нет, Юань, ты не понимаешь, - Лин покачал головой и посмотрел на возлюбленного уже слезящимися глазами. - Возвращаясь в Облачные Глубины, ты возвращаешься домой. Вы с а-И чувствуете себя в безопасности здесь, в своем ордене. А я чувствую себя чужим. И тем, кто не дотягивает до того, чтобы быть главой.       Сычжуй мог только чуть крепче обнять Жуланя. То, что гнетет Лина куда глубже. Лин никогда не бежал от обязанностей. Он всегда бежал от одиночества. Его лучшие друзья в Гусу. Человек, заменивший родителей - в Юньмэне. А в Ланьлине у Жуланя есть только комната, в которой тот хочет закрыться до следующего раза, когда будет возможность покинуть Башню Кои.       - Это их проблемы, - говорит Цзинъи и ложится на кровати так, чтобы опереться на Жуланя с другой стороны. - Ты сможешь. И мы все это знаем. Глава Лань и будущий глава Лань точно на твоей стороне. Как и глава Цзян. И глава Не. Поддержка извне - тоже поддержка.       - А-И, быть главой - это другое, - на выдохе произносит Жулань. - Никакая поддержка извне не заменит преданности. Ланьлин - не самое простое место. Мне свои же глотку перережут.       - Вот поэтому я и говорю о том, что ты сможешь, - заверил Цзинъи уже более серьезно. - Ты уже знаешь, чего ждать. И ты сможешь предотвратить.       - Как ни странно, но а-И прав. - Поддержал Юань. - Шао, - он помедлил, но все же признался. - Я знаю, что мы еще встретимся с ним. И он продолжит называть тебя главой.       Цзинъи сел ровнее и посмотрел на старшего брата с интересом:       - Это... Предсказание? Юань, это будет наш секрет, правда. Но мне очень интересно.       Лин тоже решил сменить тему:       - И правда, - он повернулся к Сычжую. - Как это работает?       - Не знаю, - отозвался Юань. - Это просто... Видение. Как вспышка перед глазами. Я вижу какие-то события, которые не могу понять. Нет какой-то последовательности. Поэтому раньше я считал это совпадением. Но в последнее время это происходит слишком часто. Начиная с деревни Мо, я постоянно вижу что-то. Странные вещи. Вроде, - он задумался. - Вроде горящей воды. Она не испарялась, а горела.       - Звучит очень интересно, - Цзинъи буквально просиял. - Еще. Расскажи еще. Скажи, что ты видел, как Лин будет главой.       Юань замер. Он опустил взгляд и покачал головой. Он не мог солгать, но и сказать о том, что видел, как Лин отказывается от своего ордена, он тоже не мог. Поэтому Юань тихо произносит:       - Я не видел ничего такого. Просто, - Юань смотрит на Лина. - Есть те, кто предан тебе. В любом случае.       Жулань вздохнул, а потом обнял обоих:       - Спасибо вам, правда. А-И, теперь твоя очередь.       Когда Лин отпустил его, Цзинъи задумался над тем, что бы он хотел такого рассказать.       - Есть кое-что. Но не уверен, насколько правильно говорить это при будущем главе, - он улыбнулся старшему брату. - Орден Не. Так или иначе я имею связь с ним. Поэтому пока глава Не здесь, я бы хотел продолжить изучать некоторые техники. И я понимаю, что у главы Не есть причины желать всучить мне в руки саблю. - Цзинъи стал серьезнее. - Это связано с искажением ци. Сабля способна накапливать темную энергию, что влияет на самого заклинателя. Но это проблема тех, в ком течет кровь главенствующей ветви. У меня с этим не может быть проблем. Глава Не желает, чтобы я изучил секретные техники предыдущего главы Не. Точнее - отработал их под себя. Это важно для него как наследие.       Прозвучало очень... Неоднозначно. С одной стороны Хуайсан и не принимал Цзинъи в орден, но с другой - делился тайными техниками и мог в любой момент настоять на том, что а-И должен стать частью Цинхэ Не.       - Тебе не нужна сабля, - заметил Юань. - И, - он глянул на Лина. - Я считаю, что подобное просто необходимо обсудить с главой Лань.       - Не хочу, чтобы между ним и главой Не возник конфликт, - заметил Цзинъи.       Но Юань был краток:       - Не возникнет. Ну... Нет, это не гадание. Просто они и правда в хороших взаимоотношениях. Не Минцзюэ, - уже тише добавил он и замолчал.       Ох, в этом естественно был смысл. Лань Хуань и Не Минцзюэ были близки. Также близки, как отцы Юаня. Потеря Минцзюэ была болезненной, но Сичэнь не остановился на мертвой точке, а продолжил двигаться вперед.       - Изучать его техники, - Цзинъи снова практически улегся на Жуланя. - Считаешь, что глава Лань поощрит подобное?       - Глава Лань уже поощряет занятия с главой Не, - заметил Лин. - Конечно же он не будет иметь ничего против того, что ты будешь нести наследие Не Минцзюэ.       Сычжуй кивнул. Но прямо сейчас он вспомнил видение, где а-И был освобожден из какого-то плена. Если это предсказание - то оно просто отвратительно. Почему Юань не может видеть какие-то хорошие и светлые вещи?       - Юань, а вы с Лином поженитесь?       - Да, - незамедлительно ответил Сычжуй на вопрос своего младшего брата. - Это... А-И, - Юань посмотрел на Цзинъи с возмущением. - Иногда ты бываешь невыносимым.       Но тот просто рассмеялся:       - Я вас обожаю.       Лин хоть и смутился, но не мог промолчать:       - Конечно мы поженимся. Что за странные вопросы? Юаню не нужно ничего предсказывать, чтобы знать это.       Цзинъи рассмеялся сильнее. Он буквально лежал на Жулане и не мог прекратить смеяться.       А вот Сычжуй не мог оторвать взгляда от своего возлюбленного. Не нужно предсказывать, чтобы знать...

      Красные одежды были богато украшены золотом. Они стояли друг напротив друга у алтаря. Глаза Цзинь Лина блестели от счастья и он просто не мог оторвать взгляда от Юаня. Да и сам Сычжуй не сводил взгляда со своего возлюбленного. А-Лин сейчас слишком красив. Он просто прекрасен.

      Неужели наконец-то счастливое видение?       Юань улыбнулся и приобнял Лина, пока Цзинъи пытался унять свой смех.

      - Они ваши.

      Красивый мужчина протягивал красные одежды Юаню, который с удивлением смотрел на богато расшитые халаты, как на самую большую ценность. Сычжуй поднял взгляд на того, кто отдавал ему одеяния.

      - Благодарю. Мы... Мы наденем их. А-Лин?

      Жулань вздохнул и все же улыбнулся:

      - Ну конечно. Уверен, во всей Поднебесной не найдется одежд красивее этих.

      Мужчина улыбнулся и посмотрел с не скрытыми нежностью и печалью:

      - Вы выросли такими потрясающими. Самое большое наше сожаление - что нас не было рядом. Ничто не может искупить нашей вины. Эти одежды - малейшее, что лично я могу сделать. Ну, и украшения. Твой отец подготовил их заранее.

      Юань принял одежды и смущенно кивнул:

      - Благодарю. Вы с... И правда... Нас...

      Видение прервалось, когда к тому мужчине подошел второй. Он держал в руке шкатулку. Наверное, внутри были украшения, но... Юаня поразило другое. Человек, отдавший свадебные одежды был так похож на Лина. Жулань был словно его уменьшенной копией.       И если у Сычжуя и правда дар предвиденья, то можно ли говорить о том, что... Цзинь Цзысюань жив?       Нет, это все точно какой-то бред. Полнейший бред! Цзинь Цзысюань не просто жив, но и знает... Отца Юаня. В этом видении... Речь точно шла не о Лань Ванцзи или Вэй Усяне.       Юань обнял Лина чуть крепче и попытался отогнать эти мысли. Красные одежды, украшения, эти видения - это все казалось слишком нереальным. И необъяснимым.