(Темные) пути неисповедимы

      Выдавать себя было нельзя, поэтому в Даого Бэйтан Ванцзи и Усянь сменили одежды на черные. Вэй Ин не смог промолчать, ведь ему вспомнилось их путешествие в город И.       - Ну кто бы мог подумать, что все зайдет настолько далеко, - улыбнулся Усянь. - Темный ритуал связанный с самой Империей, та гора и Гуанъяо этот, - Вэй Ин вздохнул. - Все слишком запутанно.       - Вэй Ин нашел способ и пошел дальше, - Лань Чжань обнял супруга со спины. - Разберемся.       - Конечно же разберемся, - согласился Вэй Ин. - Просто ты должен будешь, - он замолчал.       Почему-то от одной только мысли, что Ванцзи должен стать Верховным заклинателем становилось не по себе. Помня, что было в прошлом... Усянь боялся за мужа. Он бы никогда и ни за что не поступил так же, как поступил тогда. Вэй Ин не желает пользоваться добротой своего мужа.       - Брат все подготовил. - Ванцзи чуть сильнее прижал супруга к себе. - Уже. Остается просто устранить проблему. Душа Сун Ланя указала на Цинхэ. Нужно быть уверенным, что там не будет проблем. Обсудим все в Юньмэне. И отправимся дальше.       Усянь повернулся, чтобы поцеловать мужа в щеку и в уголок губ. Ванцзи поймал чужие губы и вовлек Вэй Ина в более требовательный поцелуй.       До Пристани Лотоса добрались меньше, чем за полчаса. Чтобы простых заклинателей пустили, нужно было воспользоваться приглашениями, которые Ваньинь прислал заранее. Выдавать себя нельзя было от начала до самого конца.       Цзян Чэн встретил гостей лично. Усяню его улыбка показалась уж слишком натянутой и вымученной, но говорить он ничего не стал. Встреча со старшим братом порадовала его.       В этой жизни Вэй Ин уж слишком привык к белому, а за обе жизни он приспособился видеть братьев Лань в белых траурных одеждах. А сейчас они все втроем были в черном. Что казалось забавным - в этом цвете ходил только Усянь в прошлой жизни и очень долго привыкал в светлому в новой.       - Спасибо, что прибыли пораньше. Теперь я хотел бы обсудить серую зону и Цинхэ, - предложил Хуань и обратился к Чэну. - Глава Цзян, составите нам компанию?       На самом деле Ваньинь собирался уйти. Но от предложения Сичэня отказаться не смог.       - Д-да. Я вас проведу.       - Цзян Чэн, все нормально? - Вэй Ин окинул его слегка беспокойным взглядом. - Выглядишь бледным. Если тебе нужно...       - Нормально, - перебил тот. - Вчера было много дел, и мне нужно заниматься подготовкой к слиянию с Чунцином. Глава Фань не должен иметь никаких возражений, а его земли, - Ваньинь слегка поморщился, словно от головной боли. - Не важно.       - После контроля дел в Гусу, я вернусь в Юньмэн, - заговорил Хуань. - Все пройдет хорошо, и я присоединюсь уже к вам, - он посмотрел на братьев. - В серой зоне.       Ваньинь ничего на это не сказал. Он направился в сторону зданий. Пока шли, Чэн поинтересовался Лином. В последнее время они с племянником мало общались. Чэн не мог рассказать всего, а Лину словно было нечего рассказать. Ваньиня слегка пугало, что племянник отдаляется от него. Он переживал, что может потерять его. Это буквально разбило бы ему сердце.       - Скучает, - кратко ответил Ванцзи. - Возможно, он мог бы посетить Юньмэн. Вместе с остальными.       - Я буду рад видеть их, - сразу же ответил Чэн. - И как только я закончу дела с Чунцином, - он глянул на Хуаня. - Я хотел бы их увидеть.       - Мгм.       Усянь улыбнулся и спросил у Чэна:       - Как тот ребенок? Хэй, да?       - Ю присматривает за ним, - ответил Ваньинь. - Но я все еще считаю, что в ордене Тоу ему будет лучше.       - Теряете адептов, глава Цзян, - подметил Вэй Ин. - Но то, что Хэй столько времени все еще здесь, уже о многом говорит.       - Прекрати, - Ваньинь посмотрел на него устало и как-то печально. - Я не пытаюсь быть для кого-то отцом. Рано или поздно Хэю нужно будет узнать о родителях. О настоящих.       - Отец тот, кто воспитал, - произносит Усянь. - Уж мне хоть поверь.       Цзян Чэн вздохнул и открыл одну из дверей центрального здания и указал внутрь комнаты:       - Прошу.       Свою речь Хуань начал с того, что Юньмэн под полным надзором главы Цзян, и никаких непредвиденных ситуаций не возникнет.       - Слияние с Чунцином тоже пройдет быстро. Время объединения его и Юньмэна совпадает с союзом Фоу и Сэ, - Хуань стоял во главе столов и говорил как всегда спокойно и уверенно. - Как только глава Фань полностью подчинится главе Цзян, я хочу, чтобы Шао Сунлинь отправился в пограничную зону и оказал поддержку. Его навыки как наемника действительно хороши. Ваш путь, - он говорил конкретно об Усяне и Ванцзи. - Будет лежать от пересечения границ Чунцина, Юньмэна и Лэйху. От юга к северу. Важно узнать все, что происходит там, любую мелочь.       Ваньинь, молчавший до этого, решил перебить, заранее подняв руку в желании высказаться.       - Насколько я знаю, сейчас конкретно та область неопределенности, которой касаются границы Юньмэна, представляет собой пустырь. Вы упоминали Империю, - он скользнул взглядом по Хуаню и повернулся к его братьям. - Границы четко обозначены. Я знаю, что Гусу Лань не пользуется всякими сплетнями, но, - он помедлил. - Я ни разу не слышал, чтобы кто-то пытался пересечь границы серой зоны и Империи. Я к тому, что Лэйху был полон бродячих заклинателей. По какой-то причине они не пошли к этой местности, где их бы никто не трогал, а перемещались по территории орденов, которые вели на них охоту.       - Серая зона закрыта для всех, - напомнил Хуань.       - Поэтому я и говорю о том, что мелкие группы бродячих заклинателей никто не трогал. Четкие границы отделяли Земли Заклинателей от Империи на протяжении сотен лет. И они не нарушались. Я, - он поднялся и снова помассировал висок, стараясь отвлечься от боли. - Хотел вам помочь и узнал кое-что о промежуточной зоне. Это касается Чунцина, чьи границы с серой зоной самые длинные. По пограничным кланам Чунцина прошел слух, что один глава мелкого ордена попытался расширить свои владения, обосновавшись в части серой зоны. Но все заклинатели, которые следовали указанию главы, умерли. Не знаю, проклятье это или нет, но, - он слегка нахмурился. - Это странно. Ранее на тех же землях располагался Мэйшань Юй. И никто не умирал.       - Мэйшань, - задумчиво проговорил Хуань. - Чэн, кровно ты относишься к тому ордену. Возможно, ты знаешь историю его возникновения?       Когда Хуань назвал его "Чэн", Ваньинь сразу же посмотрел на Сичэня. Было непривычно и очень приятно. Головная боль в один момент прошла.       Усянь и Ванцзи переглянулись. Кажется, что время, проведенное Хуанем в Юньмэне, сблизило его с Чэном чуть больше.       - Н-не всю, - ответил Ваньинь. - Но мать очень гордилась тем, что они соседи с Империей. Она считала, что род Юй происходит оттуда.       - "Считала"? - Усянь даже переспросил.       Чэн посмотрел на него так, словно извиняется, что является сыном этой женщины:       - Да. Подтверждений нет, а история Мэйшаня, которую я знаю, начинается с того, что Вэнь Хо назначил одного из, - он помедлил. - Своих советников главой. Вероятно, этого мать стеснялась. Ведь... По факту ее предок - даже не основатель, а назначенное одним из бывших глав Вэнь лицо. Но мать скорее искала подтексты. Что Вэнь Хо назначил именно того человека из-за связи с Империй.       "Она просто пыталась видеть то, что хотела", - понимал Усянь. Он осознавал это и нежелание Ваньиня говорить о подобном.       Но рассказ Чэна дал понять - история ордена Юй начинается с того времени, когда Вэнь Хо уже назначил своего человека. То есть, истоков глава Цзян не знает. Но в чем-то Юй Цзыюань и была права. Ведь основал Мэйшань и правда Император с целью контролировать заклинателей на их землях.       - Интересно, - Усянь улыбнулся. - То есть, Мэйшань Юй каким мы его знали пошел от Цишань Вэнь.       Ваньинь пожал плечами:       - То, что я знаю. Но последний глава Вэнь выжег все те места, а сейчас там Чунцин и другие люди, которых вынуждают соблюдать границы.       "Оговоренные границы" - понимал Хуань и слегка нахмурился. Это же понимали и его братья. На территории серой зоны нужно быть крайне осторожными.       - Предположительно вы столкнетесь с пустошью, - говорил Сичэнь. - Постарайтесь как можно незаметнее исследовать ее. И держитесь поближе к границам с Землями Заклинателей.       Любые исследования отменяются - понял Усянь. Навлечь на себя гнев Империи он не хотел. Сейчас он был как никогда благодарен воспоминаниям из прошлой жизни. Ведь только благодаря им он понимал, какую опасность таит в себе Империя. И лучше не привлекать к себе внимания этих людей.       - Если двигаться медленно и вдоль границ Земель Заклинателей, это займет больше времени, - говорил Ванцзи, глядя на брата. - У нас оно есть?       - Да, - сразу же ответил Хуань. - Там лучше узнать любые мелочи.       Сичэнь посмотрел на Ваньиня, который сразу же отвел взгляд. Хуань понимал, что у Цзян Чэна сейчас довольно много вопросов. И поскольку содействие этого человека, можно сказать, безукоризненное, глава Лань не против ответить на его вопросы.       - Спрашивай, - мягко предложил Хуань. - Помимо своих братьев, я доверяю также и тебе.       И Чэн сразу же задал вопрос:       - Вы собираетесь начать какие-то дела с Империей?       - Не совсем, - отвечал Сичэнь. - Этот интерес из-за того, что Верховный заклинатель связан с Империей. И Ванцзи просто необходимо знать больше о соседях.       Ваньинь посмотрел на Лань Чжаня с удивлением, но быстро обратился к Хуаню:       - Но я думал... Ладно, - вздохнул он. - В любом случае я поддержу любое решение. А что касается Империи, - он снова сосредоточил внимание на Ванцзи. - Несмотря на то, что Мэйшань с нею граничил, никаких общих дел они не вели. Полагаю, что Империя сама по себе место закрытое и не желает взаимодействовать с орденами заклинателей. Не ясно, есть ли вообще в Империи заклинатели.       "О, Цзян Чэн, они есть. И ты даже не представляешь, насколько они ужасны", - ответил ему внутренний Усянь.

***

      По всей территории Лэйху были объявлены празднования. Каждый орден на этой территории знал - главы Фоу и Сэ заключают брачное соглашение. И помимо счастья молодым, каждый глава ордена и клана желал лично обсудить дела с прибывшим в резиденцию Сэ главой Цзинь. Все понимали - совсем скоро этот человек возглавит объединенные земли. Поэтому нужно было выслужиться перед ним в ближайшее время.       Хуайсан наблюдал за происходящим с какой-то тоской. Он помнил резиденцию Сэ совершенно другой. Залитой кровью, наполненной криками и мольбами. Он вспоминал, как орден Сэ сдавался и как он лично срезал с Сэ Пинга кожу.       Теперь же это спокойное место, а главой Сэ является вовсе не связанный с этим родом человек. Однако фамильный знак Сэ он носил, как и его сын, который в один день станет и мужем, и главой. Указ о слиянии уже готов, а брачное соглашение - лишь банальное подтверждение.       Также Хуайсана позабавил тот факт, что орден Сэ снова стал разменной монетой. Когда-то Сэ Фуань выдали замуж за Вэнь Чао, невзирая на то, что она своему мужу в матери годилась, только чтобы заключить союз. Это же происходило и сейчас. Фоу Ксу должна стать женой Сэ Мэйфена.       - А-Яо, - произнес Хуайсан, восседая с Гуанъяо за одним столом.       - Что такое?       - Хочу нашу свадьбу.       Глава Цзинь сразу же накрыл чужую руку своей и заверил:       - Осталось подождать совсем немного.       - Скроешь лицо за красной вуалью? - Хуайсан даже улыбнулся.       Яо нахмурился, но беззлобно заметил:       - То, что ты засаживаешь в меня свой член по самые яйца, не значит, что я буду невестой.       Глава Не усмехнулся:       - Мои яйца были у тебя во рту.       - О да, - закатывает глаза Яо. - Чем не повод надеть на меня вуаль. Ты просто невыносимый, а-Сан, честное слово.       - Но ты же меня любишь?       Гуанъяо повернулся к нему и глядя прямо в глаза произнес:       - Люблю. И, - он улыбнулся чуть более весело. - Если ты повторишь то бесстыдство с веером, то я подумаю над вуалью.       Хуайсан сразу же рассмеялся, прикрыв рот рукой. Кажется, что на глазах даже слезы выступили. "Охуеть, он и правда влюблен, - думал Не. - Вуаль он, блять, наденет. Но за эту шутку можно и веер в зад сунуть".       Гуанъяо погладил смеющего Хуайсана по голове. Ну кто бы мог подумать, что все зайдет настолько далеко. Но этот Хуайсан был...       - А-Яо, я тебя обожаю, - Не бросился в чужие объятия, прижимаясь к груди будущего мужа.       Ну да, этот Хуайсан совершенно другой. Он не ищет утешения. Он ищет любви.       Но перед церемонией бракосочетания было бы неплохо закончить с некоторыми делами. И эта свадьба, на которой они находятся - лишь первый шаг.

***

      Если ранее неожиданные визиты наносил Чжимин, то на этот день настало время Цижэня. Но вопреки удивлению в глазах старшего, в его взгляде все равно можно было различить радость. Которую Цижэнь проигнорировал. Он желал закончить это все как можно скорее, поэтому сходу перешел к сути своего появление в этой комнате.       - Ты спрашивал об артефакте Вэнь Ву. Это была бусина. Она олицетворяла Цишань и давала понять, в какой точке этих земель непорядок. Эта вещь была создана еще во времена Вэнь Хо. Согласно истории Цишань Вэнь, он освободил Мэйшань Юй от влияния империи. Поскольку, как мы уже знаем, этот орден был организован специально Императором, чтобы контролировать Земли Заклинателей, некоторые предметы оттуда связаны с Империей и ее сектами. Способ создания бусины известен оттуда. То есть, связан с Империей.       Цижэнь произнес это все и развернулся, чтобы уйти, не дожидаясь ответа. Но Чжимин сориентировался быстрее ожидаемого:       - Погоди. То есть, этот магический предмет - последствие очередного столкновения Цишань Вэнь и Империи?       - Эпоха воин, - ответил Цижэнь и все же продолжил разговор, повернувшись к собеседнику. - Вмешательство Империи в дела Земель Заклинателей было недопустимо. Вэнь Хо выжег Мэйшань тогда с отсылкой на Имперский указ.       - А он много знает, - проговорил Чжимин и задумался.       - Любой глава знает историю своего ордена. Цишань Вэнь - орден воинов, и они никогда этого не скрывали.       Старший покачал головой:       - Я не об этом. Вэнь Жохань был довольно молодым главой. И он к этой власти стремился, - пояснил старший. - Как он присвоил эту реликвию себе?       - Бусина слетела с чужого пояса, а ребенок ее подобрал. Случайность, - ответил Цижэнь.       - Понятно... Собственно, способ создания такого артефакта сгорел вместе с Безночным Городом, - слегка раздосадовано заключил Чжимин.       Это раздражало. Благодаря этим беседам, Чжимин уже многое узнал. И во многое вещи Цижэнь не хотел бы посвящать своего отца. Но опытом Чжимина, как бывшего главы Гусу Лань, не следовало пренебрегать.       - Нет, - возражал Цижэнь. - Повторение этого ритуала стоило Цзинь Чину жизни - это также было упомянуто в истории реликвии Цишаня. И если бы создание магического предмета можно было повторить, Жохань сделал бы это. В некоторые вещи лезть не стоит, и Жохань это понимал вопреки своей жажде власти.       - Интересно.       - Я сказал об этом, чтобы у тебя и мысли не возникло пойти и предложить Вэй Ину поработать над чем-то подобным. Ты уже знаешь достаточно, чтобы понимать, насколько опасно связываться с подобными вещами, - говорил Цижэнь. - Я понимаю перспективы назначения Ванцзи Верховным заклинателем, но если уж говорить прямо, - он слегка прищурился. - В этом деле у него есть только один мертвый советник, который может ответить на вопросы и дать подсказки. Никто из Гусу Лань не был Верховным заклинателем и мы далеки от этого. Но неизвестно, каким будет масштаб трагедии, если это место займет кто-то другой.       Чжимин и сам начал говорить на полном серьезе и по фактам, не пытаясь рассуждать и размышлять больше необходимого:       - Последний глава Вэнь определенно полезен. Но странно слышать от этого... Этой души, - справился Чжимин. - Что он не желал куда-то лезть.       - Жохань властолюбив, неоправданно жесток, иногда заносчив и шел по трупам. Его можно называть кем угодно - убийцей, тираном, диктатором. Но он никогда не был безрассуден. Его поведение было оправдано его силой и способностями. И я не желаю развивать эту тему.       Неожиданно, но Чжимин согласно кивнул:       - Оставаться в стороне и не лезть. Воспользуемся этим советом. Но, - он снова задумался. - Артефакты из Мэйшаня... Из того, что я услышал, я делаю вывод, что Мэйшань, каким мы его знали, был создан уже Вэнь Хо. Занятно, что именно Вэнь уничтожил этот орден.       - Занятно? - Цижэнь даже удивился. - Это скорее дает ответ на вопрос о том, откуда у Жоханя был четкий план действий, чтобы вырезать этот орден за одну ночь на пару со своим сыном. Он просто знал все ключевые точки по которым нужно бить.       - Удивительная история, да?       Чжимин улыбнулся. А Цижэнь уже не сдержался - закатил глаза и покинул комнату.       Изначально Цижэнь не хотел, чтобы об этой связи кто-то знал, но теперь... Ладно, стоит считать, что это все будет во благо. И вовсе не потому что чья-то "любовь настолько сильна, что пылает даже после моей смерти, а-Жэнь".

***

      Утренний разговор никак не давал Цзян Чэну покоя. Он все время возвращался мыслями к нему. Вопрос о Мэйшане и то упоминанием Империи... Что-то не то. Глава Лань и его братья явно знали больше, но не договаривали. Не то, чтобы Ваньинь был обижен или стремился узнать чужие секреты. Но этот разговор натолкнул его на мысль о том, что всё в целом какое-то странное.       Невзирая на то, что мать старалась убедить себя в том, что ее род имеет начало в Империи, Мэйшань никогда с ней не взаимодействовал. Абсолютно никто. Ни один орден заклинателей. Империя оставалась чем-то неизведанным и далеким.       Ваньинь посмотрел на карты. Та часть, где располагалась Империя даже не была как-то помечена - просто серая часть карты с названием "Имперские Земли". Земли Заклинателей были окружены Имперскими, Северными и морем. К югу располагалась "Южная провинция Имперского устоя", которая была отделена широкой рекой у горного хребта.       "А ведь никто и не думал идти туда", - размышлял Ваньинь, глядя на карту. Он знал, что на севере были кочевые племена, с которыми возникали стычки. Но вот на юге все было настолько спокойно, что на это место не обращали внимание.       Цзян Чэн задумался. Для самого себя он признал, что его отец был отвратительным главой, и в тоже время, жестокость своей матери он не оправдывал. Его не обучали быть главой, не показывали как управлять орденом, его учили быть исполнителем, который четко делает то, что ему говорят. И где-то Ваньинь остался самим собой - он хорошо выполнял то, что ему рекомендовали. Но тем не менее, Хуань стал для Чэна еще и очень хорошим учителем.       Ваньинь мог управлять орденом только благодаря его наставлениям, а также, из-за вмешательства Сичэня, Цзян Чэн смог получить вновь объединенный Юньмэн.       Взгляд Чэна снова переместился на ту часть карты, где была Империя. Помимо границ Земли Заклинателей от нее отделяла еще и серая зона. Это было заявлено Хуайсаном, который на пару с Сичэнем отсрочил назначение Верховного заклинателя. Они наверняка сказали об этом непосредственно тем, кто за этой неопределенной зоной - донесли до Империи. И те смерти людей Чунцина наверняка связаны с этим. Империя блюдет свои границы и исполнение соглашений. Так, да?       Размышлять можно сколько угодно. Но союз с Чунцином это не изменит.       Цзян Чэн отвернулся от карты и вернулся к делам ордена.

***

      Перед ними была... Пустошь. Иначе это место Вэй Ин описать не мог. Как только они пересекли границу с зоной отчуждения, то попали на какой-то огромный пустырь.       Усянь точно знал, что ранее здесь располагались ордена и кланы, которые были при Цишань Вэнь. Но все было словно стерто. Будто здесь никогда не было жизни. Не чувствовалось даже дуновения ветерка. "Да что за... Хуйня?" - только и мог недоумевать внутренний Усянь.       Крик ворона в небе привлек внимание. Вэй Ин посмотрел вверх, наблюдая за полетом птицы.       Сухая земля, редкие иссушенные кустарники и затянутое серыми тучами небо - сама атмосфера здесь была гнетущей и давила. В таком месте точно жить не хотелось. Усяню вспомнился Илин и Луанцзан не в самые лучшие их времена. Здесь разве что нежить не бродила.       - Подозрительно, - произнес Ванцзи и осмотрелся. - Лучше идти пешком.       Усянь был полностью согласен. На мечах они будут слишком заметны. Но путь на своих двоих займет достаточно времени.       Для того, чтобы поддерживать связь с Хуанем, они решили использовать то письмо по крови. Если Сичэнь к ним присоединится, то лучше бы ему знать точное местоположение.       - Лань Чжань, мне не дает покоя тот рассказ Цзян Чэна, - поделился Вэй Ин. - То, что в серой зоне убили тех заклинателей из Чунцина... Это страшно. Старший брат абсолютно прав, что об этих местах нужно узнать больше.       - Мгм.       Покидать ордена на столь долго время не хотелось, но в этом была необходимость. После своего путешествия по Землям Заклинателей как темный заклинатель, Усянь предпочел бы оставаться в Облачных Глубинах. А находясь здесь, Вэй Ин снова уходил в воспоминания. Причем в воспоминания о прошлой жизни.       Он понимал, что состояние этих мест - это работа Империи. Они словно зачистили все после окончания сражений.       Спустя час ходьбы на пути начали встречаться разрушенные здания. Точнее - обломки каких-то домов. Оба заклинателя поняли, что сейчас они на территории какого-то ордена.       Отдаляться от границы с Лэйху они не собирались, поэтому примерно понимали, где находятся. Им предстояла долгая дорога.       Остатки зданий этого ордена говорили о том, что это место не просто подверглось разграблению, но и полному уничтожению.       Усянь остановился.       - Лань Чжань, мне это совсем не нравится. Из того, что мы уже знаем... Они опасны, - практически прошептал он. - И чем больше я думаю об этом, тем больше понимаю, что не хочу, чтобы ты связывался со всем этим. Но тем не менее я так же понимаю, что и альтернативы у нас нет.       - Здесь мы можем понять методы, - спокойно произнес Ванцзи и коснулся чужой руки. - Они жестоки. Длительность существования серой зоны не обсуждалась.       - Они сами решили, - хмуро ответил Вэй Ин.       Усянь точно помнил, как в воспоминаниях о его прошлой жизни такие же пустыри с обломками вместо домов оставались после сражения с войсками Империи в Юньмэне.       - Идем, - Ванцзи коснулся руки мужа. - Здесь мы поняли, что люди оттуда способны уничтожить все.       "Ты даже не представляешь - насколько" - ответил ему внутренний Усянь.       Где-то вдалеке залаяла собака. Вэй Ин снова остановился и дернул Ванцзи на себя. Откуда на этом пустыре, где нет ничего живого, взяться собаке? Почему она не сдохла?       - Вэй Ин?       Усянь пояснил:       - Это странно. Все выглядит так, словно тут вообще все мертво.       - Ранее мы видели ворона. Здесь может не быть людей, но животные, - Ванцзи помедлил. - Вероятно, могут существовать. Но лучше к ней не подходить.       - Я не боюсь, - ответил Усянь. - Просто это странно.       - Мгм.       Вэй Ин сделал шаг вперед и поморщился от головной боли.       Собаки...       Псы, словно одержимые разрывали тело Цзычжэня. Пять черных псов жрали не только плоть, но и грызли кости.       Тело Цзян Чэна лежало неподалеку. У него была оторвана рука. Кровь с изгиба локтя уже не текла, но было видно торчащую кость. На лице мертвого Ваньиня застыла гримаса ужаса. Он точно испугался до смерти перед смертью.       Хруст костей смешался с запахом крови, а с неба лил кровавый дождь. Вокруг была разруха, а озера были во льду.       Усянь снова посмотрел вниз. Сычжуй. Мертвый Юань...       "Блять, - Вэй Ин постарался отогнать наваждение. - Только не снова. Хватит, я уже понял, что Империя - это ебучий пиздец, который может всех прикончить". Он сжал пальцы свободной рук в кулак. Только сейчас Вэй Ин осознал, что ничего не чувствует.       Он снова задумался и прислушался к своим ощущениям. Он словно оказался в кругу того ритуала, который блокировал ощущение любой ци. Но нельзя же использовать ритуал на таких обширных землях. Или можно? Нет, здесь явно что-то не так.       Когда находишься в каком-то месте, ты можешь почувствовать окружающий тебя мир. Ведь он наполнен отголосками ци. Энергию можно черпать из окружающего тебя мира. Но конкретно в этом месте черпать было нечего. Словно все, что только можно было, тут забрать - уже забрали.       Чем дальше они шли, тем меньше Усяню нравилось это место. И тем больше он вспоминал те отвратительные моменты.

***

      Жулань опустил лук и поспешил закончить тренировку. Но от судьбы не уйдешь. Тем более - если твоя судьба еще и будущее видит.       - А-Лин, прекрати.       Голос Юаня звучал издалека. Он быстрым шагом направлялся к Лину, не давая тому сбежать в очередной раз.       После того случая Лин несколько раз переспросил, а можно ли ему оставаться в комнате Юаня, и не противно ли Сычжую ложиться в одну постель с Жуланем. Но несмотря на все уверения Юаня, днем Лин старался проводить время за тренировками, пересекаясь с Юанем лишь во время общих занятий у старшего наставника Лань.       Цзинь Лин не мог простить себя за то, что он сделал. И попытках разобраться в самом себе он начал отдаляться от Юаня. Когда они были вместе Жулань был излишне нежен и заботлив по отношению к возлюбленному, но все равно чувствовал себя неловко.       - Прости, - Лин смотрел себе под ноги. - Я понимаю, что веду себя глупо, но мне стыдно перед тобой за свою несдержанность.       Сычжуй встал напротив Жуланя и взял его за руку:       - А-Лин, сколько раз мне нужно повторить, что все хорошо, и что я понимаю...       - Нет, - Жулань сразу же посмотрел на Юаня. - Все совсем не хорошо. Я же, - он опустил взгляд на их руки. - Сделал тебе так больно. Я хочу, чтобы ты улыбался. Хочу заботиться о тебе и любить. А по итогу, - он вздохнул. - Извини. Мне трудно принять, что ты не злишься.       - Это невозможно. Лин, прошу, прекрати избегать меня. И я не собираюсь разрывать нашу помолвку, хоть о ней и не было официально заявлено, - слегка отстраненно произносит Юань.       Жулань не ожидал, что Юань скажет точно то, о чем Лин думал во время своей тренировки.       - Клянусь, Юань, я больше никогда...       - Лин, не говори "никогда", - неожиданно перебил Сычжуй. - Мы же, - он вздохнул. - Будущие мужья. И я считаю, что мы это преодолеем вместе. Просто прекрати пытаться сбежать от меня. Пожалуйста.       Лин несильно улыбнулся и кивнул. Он сделал шаг вперед и прильнул к чужим губам нежным поцелуем. Сычжуй углубил поцелуй и устроил руки на талии любимого.

      - Я не... Так, только давай без упоминания оргий моего деда, - предупредил Лин. - Я не представляю себя с женщиной, но это не значит, что я не знаю того, о чем ты говорил.

      - Какой взрослый, - протянул голубоглазый мужчина, прекращая заплетать свои волосы в косу. - Можешь не переживать, Гуаншань размножился за всех вас. И тебя, и папашу твоего. Хотя я все еще в ахере с того, что ты существуешь.

      - М, - протянул Лин. - Знаешь, я - тоже. Выжить в Башне Кои - то еще испытание.

      - И ты какого-то хера справился. И Юаня трахнул.

      - Изначально я лег под него. Это тебя утешит?

      - И это - наследие Гуаншаня, - беловолосый мужчина закатил глаза. - Золотой веер вам в сраку.

      Жулань улыбнулся:

      - Это наставление?

      Но победить этого собеседника сарказмом оказалось не так-то просто.

      - Я могу дать тебе пару уроков, если хочешь. Но тогда ты немного больше узнаешь о женщинах, оргиях и возможностях продолжить свой род.

      - Странно, что ты не продолжил, - подметил Лин.

      Мужчина фыркнул и растрепал заплетенные ранее волосы:

      - Кое-кто решил, что одного внука достаточно. Спроси у своего впечатлительного учителя Ин-Ина, какую дрянь нужно выпить, чтобы детей не иметь. - Он цыкнул. - Твоему деду эта херня точно пригодилась бы.

      Сычжуй потерянно моргнул. Это было странно. Юань невольно улыбнулся. "Ин-Ин"? Серьезно? И кому только в голову пришло назвать учителя Вэя так?       Но с этим видением было следующее - уже более понятное и, вероятно, близкое.       - А-Лин, кажется, что дядя Хуань хочет нас видеть.

***

      Юань знал, о чем хочет поговорить Сичэнь. Но не торопился с выводами. Видения все еще не настолько четкие, чтобы точно знать наперед абсолютно все.       На самом деле Сычжуй не понимал, как это правильно применять. С одной стороны его очень пугало развивать этот дар, но с другой - он осознавал, что способность предвиденья только прогрессирует и от нее никуда не деться. Оставалось только... Ждать.       У Юаня было достаточно видений о том, что Вэнь Сюй жив и они встретятся. Также дядя Хуань это подтвердил. Возможно, стоит больше полагаться на встречу с кровным отцом.       Сичэнь кратко изложил обо всем, что произошло в Пристани Лотоса. Помимо Юаня и Лина, Хуань пригласил еще Цзинъи, Цижэня и Чжимина.       - Слияние Гусу и Даого практически завершено, - говорил Сичэнь. - Юань, ты должен был уже изучить все тонкости управления объединенными землями. Также это касается и Жуланя, - Хуань перевел взгляд на Лина. - Первое время, я считаю, что вам будет полезно провести какое-то время в резиденции бывшего Бэйтан. Пограничные ордена в этой части Земель Заклинателей были слегка изменены. Лину тоже будет неплохо с этим ознакомиться. В мое отсутствие, - Сичэнь поднял взгляд на Цижэня. - Я снова вынужден просить о помощи.       Чжимин покосился на Цижэня и подметил:       - Давненько я адептов не обучал. Думаю, что можно было бы мне вспомнить молодость.       Цижэнь это проигнорировал и обратился к Хуаню:       - Вэй Ин сделал достаточно, чтобы найти ответы на многие вопросы. Но упоминание того, что случилось с тем орденом земель Чунцина на территории серой зоны беспокоит. Ты уверен, что желаешь отправиться один?       - Есть более глобальные проблемы, - возразил Хуань. - И я не желаю подвергать будущее моего ордена опасности, - он посмотрел на Юаня. - Проведите в Даого Бэйтан столько времени, сколько потребуется. А что касается а-И, - Сичэнь посмотрел на Цзинъи и немного виновато улыбнулся. - Кажется, ты знаком с местностью Цинхэ. Нам будет, что обсудить. Вы трое всегда были вместе. И я считаю, что лучшим решением будет отправить вас всех в Даого Бэйтан.       - Вы считаете, что Гуанъяо в первую очередь нанесет удар по Даого Бэйтан или переживаете о Юньмэне?       Этот вопрос Жуланя был немного резким. Сичэнь не желал поднимать вопрос о том, что после единения Ланьлина и Лэйху можно ожидать повторного удара. Но Цзинь Лину не нужно было говорить такие очевидные вещи.       - Жулань, начнем с того, что быстрых действий не будет. Но я скажу прямо, что ордена с территорий Лэйху могут начать открытый конфликт, - ответил Сичэнь. - Это предположение имеет место быть, и мы все это понимаем.       Лин кусал нижнюю губу все время, что Хуань говорил. А когда закончил, то младший ответил:       - Гуанъяо не начнет открытый конфликт, пока не заручится полной поддержкой Цинхэ. Просто, - он помедлил. - Глава Не... У нас состоялся разговор, когда он был в Облачных Глубинах. Не Хуайсан говорил о моей родословной и упомянул... Назовем это местом Гуанъяо.       - Глава Не нам не враг, - поддержал Цзинъи. - Но к войне он готовится. Только, - он задумался. - Мне кажется, что глава Не рассчитывает на что-то более грандиозное.       - У Гуанъяо есть какие-то точки давления на других, - рассуждал Лин. - В смысле... Он точно знал, что нужно делать и как поступить, чтобы такие ордена как Оуян и Чанг решились на предательство. Также пострадал орден Фоу, лишившись главы. Вопросы вызывает орден Сун. Они также имеют влияние в западной части Ланьлина.       Сичэнь улыбнулся:       - Я тоже так подумал, поэтому кое-кто уже продолжает познавать мир. Одержимый своей идеей Сяо Синчэнь, полон сомнений. Пусть даже это связано со всеми нами. Но нельзя полагаться только на бывшего сектанта, - продолжил Хуань. - Поэтому я и хочу, чтобы вы были в Даого. Отправной точкой Синчэня был именно этот орден.       - То есть, он либо дойдет до ордена Сун и расскажет обо всем, либо распустит сплетни и обратит свое внимание к Даого, - Лин нахмурился. - Провокация.       Сичэнь глянул на Цижэня. Тот едва заметно улыбнулся. Обучение дало свои плоды - Цзинь Лин говорил более прямо, рассуждал со всеми и прекрасно понимал подтекст.       - Провокация либо внутри Ланьлина, то есть, орден Сун начнет задавать вопросы главе Цзинь, - пояснил Хуань. - Либо конфликт выйдет на новый уровень и обратит внимание к Даого.       - Поразительно. Вы использовали одного недалекого человека, чтобы иметь как минимум две возможности отвлечь Гуанъяо на разборки.       - Буду считать это за похвалу, будущий глава Цзинь, - улыбнулся Хуань. - Итак, что касается серой зоны. Ванцзи и Усянь уже там. Они будут держать меня в курсе происходящего до того времени, пока я к ним не присоединюсь. Юньмэн уже должен был начать свое слияние с Чунцином. И что касается этого, - Сичэнь вздохнул. - Какое-то время я пробуду там еще.       - Я могу отправиться с вами? - сразу же задал вопрос Жулань. - Просто... Я хотел бы хоть чем-то помочь дяде.       Сичэнь сразу же возразил:       - Ни в коем случае. Нельзя подвергать тебя опасности.       Цзинь Лин хотел было возразить, но молчавший до этого времени Юань его опередил:       - Предположительно проблема может быть скрыта на границах Цинхэ и серой зоны. Па... Лангуан-цзюнь разобрался с ритуалом и по мере продвижения к Цинхэ может его совершенствовать. Также они с Ханьгуан-цзюнем оценят саму зону и вероятное вмешательство Лэйху в те места. Но я не совсем, - он посмотрел на Цзинъи. - Цзинъи мог бы вам помочь. Прости, а-И, но все что касается Цинхэ, тебе ближе.       Тот глянул на старшего брата слегка хмуро:       - Я предпочту проводить время в Даого Бэйтан с тобой и Лином, нежели убивать... Ладно, - он вздохнул и посмотрел на Хуаня. - Ранее глава Не передал мне свиток, в котором хранятся знания о том, как соединять техники Цинхэ Не и заклинания по крови. Масштабы этих атак огромны. И если глава Не решил использовать оружие в моем лице, то ему явно есть, чего опасаться.       - Ты не оружие, - сразу же возразил Юань.       Но Цзинъи продолжал обращаться к главе Лань:       - Ранее Лин говорил о точках давления. У главы Не их две. Одну он обезопасил, дав возможность научиться тому, что целый клан враз истребит. А вторая мертва, но не дает покоя. Меня использовать не получилось, - Цзинъи печально улыбнулся. - И глава Не и Цзинь прекрасно понимают, что в первую очередь Вы, глава Лань, не позволите тронуть адепта Гусу.       В комнате повисла тишина. И нарушил ее Цижэнь:       - Во-первых, прекрати говорить о себе, как о вещи, Лань Цзинъи. Во-вторых, Не Минцзюэ мертв, а его тело находится в родовом Некрополе клана Не. Ты верно сказал о том, что Минцзюэ важен для Не Хуайсана. Однако к Некрополю, - Цижэнь посмотрел на Хуаня. - Невозможно даже приблизиться без дозволения главы Не. Ни войти, ни выйти, раз уж на то пошло.       Сичэнь согласно кивнул:       - Все так. Но твоя мысль интересна, а-И. Я думаю, что то место все-таки стоит проверить.       Юань слегка нахмурился. Некрополь? Не Минцзюэ?       - Итак, - Сичэнь продолжил. - За ближайший месяц я собираюсь решить все эти проблемы.       Чжимин молча слушал всех, бросая взгляды на задумчивого Юаня. Старший Лань заметил, как Сычжуй едва заметно нахмурился, когда речь зашла о Не Минцзюэ.       - Ритуал воскрешает мертвеца, - произнес Чжимин. - Я, конечно, приверженец кремации. Но за пятнадцать лет, - он посмотрел на Хуаня. - Что там от тела могло остаться? Далее - проклятье. Цзинъи наверняка известно об этом чуть больше.       Цзинъи слегка удивился:       - Вы знаете?       - Я наблюдаю, - ответил Чжимин. - На моей памяти Не Минцзюэ - уже четвертый глава, похороненный в Некрополе. Если бы все было так просто, их бы не хоронили с саблями.       - Проклятье точно дало бы о себе знать, - согласился Цзинъи. - А сохранность тела остается под вопросом. Я не учитель Вэй, и понятия не имею, что может быть, если два, грубо говоря, ритуала встретятся.       - Я не настаиваю, - вмешался Хуань. - Но давайте не будем рассуждать о том, что Гуанъяо создал разумного мертвеца из тела Минцзюэ.       Цижэнь вздохнул. Этот разговор свернул куда-то не туда.       Цзинъи несильно поклонился:       - Простите. Мне нужно было несколько раз подумать прежде, чем высказывать это.       Юань покосился на Цзинъи, но промолчал. Давление на главу Не. Ровным счетом Не Минцзюэ мог бы стать той самой точкой давление не только на Хуайсана, но и на Сичэня. Но неясно, возможно ли подобное. Чтобы глава Не упустил что-то настолько важное? Да быть такого не может! Что-то не сходится. Совсем.       - Через пару дней я отбуду в Юньмэн, - закончил Хуань. - А-И, я понимаю, что нужно быть готовым ко всему, но это звучит как абсурд. Прости.       Цзинъи пожал плечами и почувствовал себя еще более виноватым.

***

      По мере продвижения вперед пейзаж совершенно не менялся. Дело близилось к ночи и нужно было делать привал.       За это время Усянь и Ванцзи проверили, работают ли духовные силы, Вэй Ин предложил проверить действие и темной ци. Но найти ее здесь не удалось, а создать темную энергию из ничего Усянь все же не мог.       - Знаешь, а мне нравится спать с тобой под открытым небом, - Усянь удобно устроился на груди супруга. - Есть в этом что-то необычное.       - Мгм, - Ванцзи обнял мужа. - Конец середины осени, - тихо произнес он. - С днем взросления, а-Ин.       А ведь и правда. За всеми этими исследованиями и ритуалами Усянь совершенно забыл об их традиции.       - Спасибо, а-Чжань, - отвечал Усянь и прикрыл глаза. - Я рад, что в этот день ты со мной.       Глядя в звездное небо и слушая тихое дыхание своего мужа, Лань Чжань снова порадовался тому, что его Вэй Ин рядом. Пусть со всеми своими тайнами и недоговорками, но Усянь его любит. И их любовь взаимна. Ранее они пережили слишком много трудностей. И происходящее сейчас - лишь очередная преграда, которую они преодолеют вместе.       Вдалеке послышался вой. Кажется, что лучше в эту ночь не спать.       - Вэй Ин, сейчас я не могу вручить тебе подарок. Но у меня для тебя есть еще кое-что.       Усянь хотел было спросить, но Ванцзи уже начал напевать тихую мелодию.       Ну почему каждый раз, когда Вэй Ин считает, что влюбиться в Лань Чжаня еще больше просто невозможно, это получается? Усянь прижался чуть сильнее и прошептал слова благодарности. Ванцзи зарылся пальцами в волосы супруга и продолжил.       Теперь эти пустынные места не казались такими уж страшными. Вэй Ин постепенно проваливался в сон под приятный голос своего супруга. Правда, сон этот был беспокойным.       Снова снились смерти. Ваньинь, Хуань, Ванцзи - все умирали. Один за другим. Усянь был бессилен. Он уверенно пытался видеть в любой ситуации хорошее всю свою жизнь. Он пытался оправдать жестокое отношение к себе, старался соответствовать требованиям, которые ставили люди давшие ему кров над головой. Он пытался разглядеть свет во всем. Но в той войне... Вэй Ин был не Старейшиной Илина, а глупой помехой.       - О чем ты вообще думал?! Блять, какой же ты тупой! - Какой-то адепт орал на Усяня, который сидел в кровати с едва начинающими заживать ранами.       - Эй, разве в Облачных Глубинах сквернословить не запрещено?       - Да лучше бы ты сдох! - зло выплюнул адепт в белом. - Что Ханьгуан-цзюнь вообще нашел в таком ублюдке?!       Усянь рассмеялся:       - Я все ему расскажу. Как считаешь, каким будет наказание?       Вместо ответа адепт снял лобную ленту. Он с ненавистью посмотрел на Вэй Ина:       - С меня хватит. Умереть должен был ты, а не глава. Я не желаю больше заниматься твоим лечением. И не желаю быть в ордене, где находится такой идиот.       Адепт положил ленту на столик рядом с отварами. Он быстро пересек комнату и покинул ее.       Усянь вздохнул. И снова все из-за него...       Дверь снова открылась.       - О, ты что-то забыл? - Усянь думал, что это тот крикливый адепт.       Но на пороге стоял Хуайсан, который ответил на заданный вопрос:       - Я - нет. Это ты кое-что забыл, Вэй-сюн. Здравый смысл, например, - он прикрыл за собой дверь. - Благодарю, что пополняешь ряды Цинхэ Не, но от перемены мест слагаемых, ничего не меняется. Глава Лань мертв.       - Да-да, и это из-за меня, - хмурился Усянь. - Хватит.       Хуайсан вздохнул и присел прямо на столик, который располагался у окна.       - Знаешь, вот раньше ты армию нежити поднимал, на Цишань шел. И истории о смерти адептов Вэнь радовали. А сейчас? - Хуайсан с интересом посмотрел на Усяня.       - Что? - тот нахмурился. - Что "сейчас"?       Глава Не улыбнулся:       - Не хотел бы ты и сейчас принести какую-то жертву? Подумай над этим. Ради тебя Лань Сичэнь жизнь отдал. Хотя, - протянул Не. - Скорее ради мужа своего брата. Не скажу, что после того, что ты самовольно отправился в Юньмэн и прихватил с собой младших адептов, он тебя вообще за человека считал.       Усяню не нашлось, что ответить.       Вэй Ин распахнул глаза и сел. Вокруг него была знакомая пустынная местность, а Ванцзи сидел неподалеку в позе для медитации.       "Прекрасно. Теперь мне еще и всякое дерьмо сниться будет, - думал Усянь. - Охуенное начало путешествия".       - Лань Чжань, я могу немного посидеть. Отдохни.       Но Ванцзи отказался:       - Ночью. Идем. Пока ты спал было тихо.       Ну хоть что-то радовало. Вэй Ин тяжело вздохнул и поднялся. Он затянул волосы в высокий хвост и осмотрелся. Небо было еще темным, но вдалеке виднелась полоса рассвета. И все же интересно, что же такого Империя сделала на этих землях, что тут вообще никакой ци не чувствуется?

***

      Перед отбытием в Даого Бэйтан Юань все же решился подойти к своему дяде. Сычжуй постарался убедить себя в том, что Сичэнь ранее упоминал правильность видений Вэнь Сюя. И очень хотелось попробовать разобраться в своих собственных.       Юань постучал в дверь комнаты Хуаня и сразу же заявил о себе:       - Дядя, я могу войти?       Дверь бесшумно открылась. Сычжуй вошел внутрь.       - Простите за беспокойство...       - Ничего, - ответил Сичэнь. - У тебя какие-то вопросы?       - Я... Эм... Дядя, мне нужна вещь Не Минцзюэ. То, что говорил а-И...       Юань замолчал, столкнувшись со взглядом Хуаня. Такого холодного взгляда Сычжуй никогда не наблюдал у всегда улыбчивого и понимающего Сичэня.       - Юань, - спокойно начал Хуань. - Хуайсан бывает в родовом Некрополе. Это даже не обсуждается. Если бы он заметил изменения там, он бы точно узнал. Но если желаешь, - Сичэнь обвел взглядом комнату. - Я дам тебе вещь.       Выбор Хуаня пал на кинжал. Пора бы закончить с этими подозрениями. Но Сичэнь вовремя одернул себя. Не стоит давать в руки Юаня такую вещь. Тем более, что в комнате нашлась и другая. Точнее - на самом Хуане.       Сичэнь снял свою заколку и протянул палочку Сычжую. Юань удивился, а Хуань пояснил:       - Подарок. От Минцзюэ.       "Он всегда носил ее", - думал Юань, принимая столь важную вещь. Никто даже не придавал значения, а Сичэнь бережно и нежно относился к каждому подарку своего покойного возлюбленного.       Приняв в руки палочку, Сычжуй попытался сосредоточиться и повторить то же самое, что было с куклой. Но... Ничего не получилось. Юаню пришло видение о том, как Минцзюэ дарит заколку. И все. Заколку и кисть. За этим следует видение о том, как молодой Хуань пишет этой же кистью на каком-то листе. Это было послание... Координаты?       Юань вернул вещь дяде:       - Прости. Просто... Нет, ничего, - он покачал головой.       - Сюй всегда говорил, что видения совсем не то, чем кажутся. Не переживай. Когда-то ты научишься их понимать.       - Когда встречу его? - Юань смотрит на Сичэня слегка растерянно.       Хуань улыбается:       - Возможно - раньше.       Сычжуй не решился ничего сказать. Он извинился снова и ушел. Зря. Зря. Зря! Не нужно было приходить. Ну куда он полез? Вместо того, чтобы убедиться в чем-то, теперь Юань не может успокоиться из-за осознания влюбленности близкого для себя человека.       А когда Юань почти дошел до своей комнаты, к нему пришло видение о том, как... Горько рыдал Хуань, сжимая бездыханное тело своего возлюбленного.       "Чертовы видения! Покажите будущее!", - Сычжуй вошел в комнату и впервые порадовался, что Лина здесь нет.

***

      Лун встретил гостей в своем кабинете. Он посмотрел на трех юношей и перевел взгляд на Хуаня:       - Это... Значит, что я свободен?       - Лун, - улыбнулся Сичэнь. - Посвяти Юаня и Лина в то, как обстоят дела.       Глава Бэйтан вздохнул и указал на места перед своим столом:       - Располагайтесь. Что я должен рассказать?       - Все, - ответил Хуань. - От начала и до конца. Удели особое внимание тому, что происходит на границах. Это очень важно, - снова улыбнулся он.       Сичэнь не присел на предложенное место. После краткого разговора с Луном, он покинул кабинет.       - Так... И кто его из себя вывел? - задал вопрос Лун после того, как Хуань покинул помещение.       Лин покосился на Цзинъи и Юаня, который сидели рядом и сразу же опустили взгляды вниз.       - Возможно, мое предположение, - начал Цзинъи. Но не договорил.       - Мы оба хороши, - добавил Юань. - Твое предположение имело место быть, а-И.       Лун заинтересовался:       - А что предположили хоть?       Сычжуй и Цзинъи лишь вздохнули, а Жулань ответил за них:       - Что трупом Не Минцзюэ могут воспользоваться.       После услышанного Лун мог выдать только тихое "м-да". И перешел к делу:       - Ладно, давайте не думать об этом. Глава Лань крайне болезненно воспринимает все, что связано с Не Минцзюэ. Поговорим о Даого Бэйтан?       Лун пытался быть дружелюбным и открытым, и не давал младшим думать о том, что те совершили какую-то непоправимую ошибку. Это оставалось только ценить, и ответить Лань Луну, что они будут рады у него поучиться.       Несмотря на абсурдность предположения Цзинъи, Хуань не мог не думать о нем. Сичэнь решил, что как только они с братьями встретятся, он узнает у а-Ина вероятность. Больше всего волновало, что Юань все же пришел, чтобы попытаться узнать об этом.       И чем больше Сичэнь развивал эту мысль, тем больше приходил к выводу, что он в этой жизни уже ничему не удивится. Но все же, какой бы болезненно она не была, нужно было признать. Минцзюэ - это самая больная точка для Хуаня. И для Хуайсана.       Яо - достаточно подлый человек. Но он не смог бы достать тело и остаться незамеченным.       Хуань коснулся мешочка на своем поясе. На этот раз меч и инструменты у него были при себе. Также с собой у него был кинжал. Пора бы уже наконец-то исполнить "Расспрос" до конца.

***

      - Выглядишь грустным, - Гуанъяо поправил влажную прядь волос Хуайсана и поцеловал его в щеку.       - Ты сам отказался присоединится, - ответил Не и провел рукой по воде.       Ранее Хуайсан настойчиво просил составить ему компанию в омовении. Эта купальня была большой и действительно нравилась Хуайсану. Он подумывал сделать что-то подобное в Цинхэ. Огромное углубление в полу, отделанное золотыми узорами и заполненное горячей водой. Орден Цзинь точно знает толк в отдыхе и расслаблении.       - Ну же, не дуйся, - Яо щелкнул Не по носу, от чего тот сразу же поморщился. - У меня были дела. Но, - он расслабил пояс на официальных одеждах Ланьлин Цзинь. - Я мог бы присоединиться сейчас.       Хуайсан фыркнул:       - Поздно. И вообще, - Не перехватил чужую руку. - Ты отказался надевать вуаль.       Хуайсан со всей силы дернул Гуанъяо на себя, заставляя свалиться в этот бассейн.       Плеск воды показался особенно громким. Хуайсан рассмеялся и отплыл подальше. Он с весельем наблюдал за тем, как Яо убирает прилипшие к лицу волосы.       - А-Сан, ты просто придурок, - вздохнул Гуанъяо и плеснул водой в Не.       Тот ответил тем же.       Со стороны это выглядело донельзя странно - двое взрослых мужчин, оба при статусе, главы Великих орденов, устроили такое. Но никто не собирался останавливаться.       Гуанъяо сократил расстояние между ними, перехватил одну руку Хуайсана, заставляя того прекратить плескаться, и потянул на себя. Хуайсан вскрикнул и буквально упал на Яо.       - Да надену я эту чертову вуаль, - закатил глаза Гуанъяо. - Но с тебя меха из Цинхэ.       Хуайсан прекратил дурачиться и спросил:       - Что? Меха?       - Я думал провести торжество в Ланьлине. Зимы здесь не настолько холодные. Но меха Цинхэ теплые и красивые. Они будут прекрасно смотреться на красных одеждах, - Яо убрал с чужого лица капельки воды. - Давай не будем тянуть. И сыграем свадьбу этой зимой.       - Хочешь, чтобы я выбрал нам одежды?       Улыбка Гуанъяо стала шире:       - Я надену вуаль. И гуань. На тебя, а-Сан.       Хуайсан посмотрел с восторгом. Он обнял Яо, окуная того под воду. Блядство. Это все просто чертовски идеально. А мокрый и счастливый Яо это лишь доказывал.

***

      В отсутствие Сичэня, Цзян Чэн уже успел встретиться с главой Фань и обсудить вопросы слияния. Ваньинь не предлагал ничего, кроме условий и воспользовался полученным ранее опытом. Он - глава Великого ордена, и с ним должны считаться. Даже такие люди как глава Фань, который долгие годы то и делал, что избегал какой-то определенной ответственности.       Фань Нинг был человеком скрытным и не слишком общительным. Он был из тех, кто предпочел бы оставаться в стороне всегда и во всем. Однако в свете настоящих событий это просто невозможно. Конечно же глава Фань слышал о переделе Юньмэна, перекрытии границ и новом объединении земель соседнего ордена.       Глава Фань уже имел неприятный опыт своего предшественника, поэтому вместо того, чтобы выбирать сторону, он предпочел бы сохранять нейтралитет. Однако у этого всего была вторая сторона - сильный так или иначе тебя покорит. И не важно насколько ты далек от всего. Рано или поздно Чунцин стал бы разменной монетой. А глава Цзян просто оказался куда быстрее всех остальных.       Соглашение заинтересовало Нинга в первую очередь тем, что оно предлагало сотрудничество с Даого Бэйтан и Гусу Лань. Эти два ордена все еще упоминались отдельно, но это был лишь вопрос времени.       Цзян Чэн же понимал, что официальное заявление Хуань скорее всего сделает уже после урегулирования ситуации с Цзинь Гуанъяо. Когда Жулань станет главой Ланьлина.       Поскольку Лину предстоит нелегкий путь, когда он станет главой объединенного Ланьлина, куда проще оказать поддержку по всем границам более обширного ордена.       Глава Фань ответил согласием. Он не желал потом метаться меж двух огней - теми же Сичэнем и Гуанъяо. Поэтому Нинг предложил к рассмотрению свои коррективы, которые были связаны непосредственно с серой зоной. Чунцин желал расширения территорий.              Обсудив все это с Хуанем, Чэн услышал то, что и ожидал - отказ. Однако обсудить отказ с Сичэнем - это одно. А вот донести информацию до главы Фань нужно было в более мягкой, но в той же время неоспоримой форме.       - Предложите ему часть земель бывшего Оуян, - говорит Хуань. - Орден Гэн сейчас под контролем вашего человека.       Ваньинь задумался. Идея хороша, но он только-только объединил Юньмэн заново и не желал разбрасываться своими землями, даже если по факту, они все и останутся под его контролем.       - Я просто откажу, - ответил Чэн. - Фань Нинг старается держать нейтралитет до последнего. Но он наверняка понимает, что как только влияние Ланьлина окончательно расширится по территории Лэйху, взгляд главы Цзинь падет на него. Мне просто нужно сделать что-то, что заставит его бояться союза с Гуанъяо.       - Например? - заинтересовался Хуань.       - Вы не против, если я упомяну город И?       Сичэнь ответил незамедлительно:       - Ни в коем случае.       - Тогда я буду ссылаться на бродячих заклинателей в целом, - спокойно говорит Чэн. - Я долго думал об этом. И... Благодаря тебе, - он несильно улыбнулся. - Это быстрое обучение принимать решительные меры очень мне помогло. Спасибо.       Хуань улыбнулся в ответ:       - В таком случае, я так понимаю, соглашение можно считать заключенным.       - Чунцин получает гарантию защиты от трех орденов, - заметил Чэн. - Не думаю, что Гуанъяо может предложить больше.       По крайней мере, ему очень хотелось бы в это верить.       Пребывание Хуаня в Юаньмэне на этот раз было кратким. Он пробыл здесь всего несколько дней и уже собирался отправляться дальше, к серой зоне.       Усянь и Ванцзи писали, что по всей той территории пустынно. Там никого нет, и никто им не препятствует. К началу зимы Вэй Ин рассчитывал уже проверять земли Цинхэ. Несколько сомнительных мест подсказал Цзинъи, но все равно посоветовал обратиться за советом к главе Не.       И в тот день, когда Сичэнь уже был готов попрощаться с Ваньинем и отправиться в путь вместе с Сунлинем, Пристань Лотоса посетили гости. Цзян Чэн был настолько увлечен убеждением главы Фань подписать соглашение, что совершенно забыл о привычке некоторых людей поздравлять его.       Тоу Шан прибыл не один, а с Гуном. Второй явно был смущен, но ни на шаг не отходил от Шана. На что сам Тоу лишь улыбался и изредка касался чужой руки. Однако Чэн не ожидал увидеть супругов Цзу. Сяоли объяснила свое пребывание здесь тем, что соскучилась по Хэю. Ну а Джинг просто закатил глаза. На самом деле ему самому нужен был повод, чтобы прибыть сюда и переговорить с главой Цзян лично. И удачно, что глава Лань тоже оказался здесь.       - О, путешествие откладывается, - подметил Шао. - Отлично, пойду попрошу Ю трахнуть меня еще разок.       - Чокнутый проститут. Но если твой ебарь занимается Хэем, то нам с тобой по пути, - сказала Сяоли и направилась в одну сторону с Сунлинем, продолжая пререкаться с ним.       Шан кивнул Гуну:       - Иди. Я же знаю, тебе нравится заботиться о детях.       Сао улыбнулся и кивнул в знак благодарности.       Джинг усмехнулся:       - Вот теперь верю.       Шан шикнул на него:       - Заткнись.       Чэн посмотрел в ту сторону, куда ушел Гун. А это было... Неожиданно однако.       - Глава Лань, - Джинг демонстративно отвернулся от Шана. - Не задержитесь на празднование? Идея этого Тоу поздравить главу Цзян с его днем появления на свет показалась мне интересной.       Ваньинь хотел бы сказать, что это вовсе не обязательно, и что сам он не желает отмечать этот день, и что у Хуаня есть дела, но Сичэнь согласился:       - Почему бы не остаться? В прошлый раз мне представили совершенно другой Юньмэн.       Прошлый раз закончился очень... Нет, на самом деле это было предсказуемо. Чэн давно смирился со своим положением, но согласие Хуаня остаться вызвало у него радость.       Глава Цзу вкратце описал то, что узнал о свадьбе в Лэйху. Самым примечательным из всего его рассказа было то, что глава Не также был там. Судя по рассказам - за одним столом с главой Цзинь, что говорило об их непосредственной близости.       - Я ничего не имею против всякого, - Джинг посмотрел на Хуаня. - В свое время я сам на Гуаншаня засматривался, - уже более весело заметил он. - Но не кажется ли конкретно Вам, глава Лань что глава Не немного... Как бы это помягче выразиться, - он задумался. - Ставит палки в колеса?       - Господин Цзу, - мягко начал Сичэнь. - Как человек опытный, Вы понимаете, что многие вещи не делаются просто так. Глава Не - человек непредсказуемый. Никогда не знаешь, что от него можно ожидать. Но с ним я прошел войну. Его методы сомнительны, но не его цели.       - Он трахается с человеком, который пытался Юньмэн разрушить, - прямо заявил Джинг. - Сама мысль о том, что наследник Не Широнга лег в постель с бастардом вызывает у меня отвращение.       - Да почему ты такой озабоченный? - Шан покосился на Джинга. - Ты бы хоть слова подбирал.       - Это я еще подобрал, - заверил Цзу. - Ланьлин - это земли сплетен и слухов. И люди говорят всякое.       А вот это заинтересовало Хуаня. Сплетни и слухи, которыми полнится Ланьлин - это то, на что он делал ставку. Провокация должна была работать.       - И что же говорят? - поинтересовался Шан.       - Что глава Цзинь убивает себе подобных. Бастардов. И что эти странные перемещения бродячих заклинателей связаны с распадом орденов на границах. Кто-то яро глаголит истину. И мне интересно, - протянул Джинг. - Когда его заткнут.       - Разве источник слухов найти так просто? - уточнил Хуань.       Цзу усмехнулся:       - Это Ланьлин. В одном конце расскажут, что изнасиловали девственницу, а на другом - будут во всю кричать о том, что шлюха совратила ребенка. И теперь его территория стала больше. Исказить можно все, что угодно. И я заприметил у мужа Шана цзиньское золото, - Джинг улыбнулся. - Мне показалось это интересным.       - Не смей, - зашипел Шан.       - Уймитесь, - резко произнес Чэн. - Джинг, слухи - твоя работа?       Тот пожал плечами:       - Мне нужно было как-то обосновать, почему я не прибуду на свадьбу. И теперь мы точно знаем, что письма вскрываются прежде, чем дойти до получателя.       Тоу нахмурился:       - Бешеный старик.       - Я Гуаншаня хотел. Отвали от меня.       Хуань проигнорировал изречения о Гуаншане. Такой поворот его более, чем устраивал. Пустив эти слухи в первую очередь по территории Лэйху, чьи границы с Юньмэном более обширны, он посеял некоторые сомнения во владениях Сэ и немного подорвал авторитет Гуанъяо. По сути Цзу Джинг сделал то же самое, что и Хуань. Просто действовал не через посредника, а собственноручно.       - Довольно впечатляющая форма взаимодействия, - заметил Сичэнь. - Интересный способ доказать преданность.       - Я не собака, а просто оцениваю перспективы, - ответил Джинг. - Слияние с Чунцином уже началось. Приятным приложением ко всему прочему будет объединенный Гусу. Я не могу влиять на обстоятельства. Но могу под них подстроиться. Сяоли того же мнения.       Ваньинь глянул на задумчивого Хуаня и вздохнул:       - Благодарю за содействие, глава Цзу.       - Не нужно, - ответил тот. - Продолжайте делать то, что начали и оставайтесь собой, глава Цзян.       Цзу поднял свою чашу. Это был сомнительный момент для тоста, но Шан и Хуань поддержали его, подняв свои.       - Верно, - согласился Сичэнь. - Достойному человеку достойные пожелания. Я рад, что задержался.       Хуань улыбнулся, глядя на Чэна. И Ваньинь снова забыл обо всем.

***

      Сичэнь смиренно ждал, пока Шао попрощается с Ю. Сунлинь очень долго говорил довольно развратные вещи, чтобы смутить Шеня, а потом - делал очень много комплиментов, стараясь растрогать.       - Ну ты словно на войну, - не выдержал Ваньинь. - Не переживай, ничего с твоим Ю не случится.       - Слышь, если с ним что-то случится - я тебе голову оторву, - резко ответил Шао. - Ю, - он поцеловал руку любимого. - Я все еще не хочу, но нужно.       Шеню хотелось провалиться сквозь землю от стыда. Ну почему а-Линь такой? Но Ю соврал бы, если б сказал, что не будет скучать.       - Уд-дачи, - тихо произнес Ю и поспешил уйти, поклонившись двум главам орденов.       Сунлинь раздраженно цыкнул:       - Все испортил. Глава Цзян, ну в тебе ни капли романтики!       Ваньинь закатил глаза:       - Да-да, поэтому я и одинок.       - Не поэтому, - сразу же произнес Шао и глянул на Хуаня. - Ладно, я заткнулся и встал на меч.       Что он собственно и сделал.       Сичэнь вздохнул. Это будет интересная компания на ближайшие несколько дней. Удивительно, как такой шумный человек, может оставаться совершенно скрытным и незаметным, когда требуют обстоятельства. Шао всегда был в центре внимания, но когда нужно - сливался с тенью. Для будущего главы Цзинь он и правда просто идеальный выбор в качестве приближенного.       - Благодарю за гостеприимство, глава Цзян, - Сичэнь поклонился. - Я рад, что смог стать для вас наставником.       Чэн немного терялся. Но не Сунлинь, который все это время был рядом:       - Но лучше бы ты стал его мужем.       - Убирайся, - рыкнул Ваньинь и зло посмотрел на Сунлиня.       Тот показал не самый приличный жест и правда отлетел на своем клинке в сторону. И только после этого Чэн вздохнул с облегчением:       - Просто невыносимый. Могу сочувствовать такой компании.       Но Сичэнь не выглядел расстроенным или разочарованным.       - Он просто говорит то, что думает. Я бы сказал, что он тебя дразнит, пользуясь своей проницательностью.       - А я ведусь, - устало произнес Ваньинь. - Ладно, - он посмотрел на собеседника уже серьезнее. - Если нужна будет поддержка или какая-то помощь - дай знать. За последнее время, - он помедлил. - Дело не в моих неразделенных чувствах или неоправданных ожиданиях. Я восхищаюсь тобой как главой и ценю, как друга. Поэтому, - он заговорил тише. - Учитывая опыт Чунцина и их потери в попытках расшириться там, я делаю вывод, что серая зона охраняется. Ты и твои братья упоминали Империю. Я немного поразмышлял над историей Мэйшаня, и пришел к выводу, что Вэнь Хо назначил приближенного к себе человека на уже существующее объединение. То есть... До того, как советник Вэнь Хо встал на место главы Юй, до него уже кто-то был главой. Все это... История орденов кажется ограниченной. Возможно, мы знаем не все, а эта территория, - он помедлил. - Будь осторожен. Вот. - Чэн протянул колокольчик. - Если потребуется помощь - просто разбей его.       - Ваньинь...       Но тот насильно вложил значимый предмет в руки Хуаня:       - Просто возьми. Лучше перестраховаться и иметь поддержку извне.       Сичэнь смотрел на смущенного, но одновременно грустного Чэна и едва заметно улыбнулся:       - Спасибо, - и после небольшой паузы добавил. - А-Чэн.       И пока Ваньинь справлялся с переполняющими его эмоциями, Хуань уже встал на меч и поднялся вверх.

***

      - Они с Шао Сунлинем уже в пути, - сказал Усянь и отложил лист с кровавыми надписями. - На территории Цинхэ будет куда проще связаться с Хуайсаном. Лучше пригласить его к местам, которые нас интересуют.       - Мгм. Пока глава Не на своей территории, глава Цзинь точно никак не вмешается, - согласился Ванцзи.       - Старший братик снова все предусмотрел, - улыбнулся Вэй Ин, устраивая голову на чужом плече. - Мне все еще не верится, что мне так повезло с вами. А особенно - с тобой, Лань Чжань.       Они сделали небольшой привал. Из-за того, что на этих пустынных землях не было буквально ничего, супруги практиковали инедию, чтобы компенсировать отсутствие еды и воды. Взятых с собой запасов должно хватить на какое-то время, но пока в них не было острой необходимости.       Ванцзи обнял мужа и объединил их потоки ци. Вэй Ин сразу же шумно выдохнул, почувствовав приятное течение энергии. Каждый такой раз казался Усяню самым лучшим и самым ценным.       - Спасибо, что остался рядом со мной и разделил жизнь, - тихо произнес Лань Чжань.       И это заставило Вэй Ина умирать от любви к своему мужу снова.       К следующему утру Сичэнь и Шао должны были нагнать их. Поскольку они не преследовали какую-то исследовательскую миссию, их путь должен был занять намного меньше времени, чем у Усяня и Ванцзи.       Для ожидания старшего брата и наемника, супруги выбрали довольно примечательное место. Здесь точно можно было узнать о возможности подавления на территории не только светлой, но и темной ци.       Ранее это было кладбище. Но сейчас от него остались только неровная земля, указывающая на места, где ранее были могилы, выглядящие как небольшие ямки на поверхности почвы с разбитыми камнями, которые ранее были надгробиями. Вэй Ин присел у одного более или менее уцелевшего камня и протянул к нему руку. Но вовремя одернул себя. Да что он творит?!       Вместо того, чтобы сразу пытаться подчинить темную ци, Усянь сосредоточился на том, чтобы хоть почувствовать ее.       Но вся территория кладбища тоже была пуста. Как и все здесь.       - Ничего, - сказал Вэй Ин и поднялся.       Но вот внутренний Усянь просто разрывался от недоумения: "Это ненормально! Это, блять, пиздец как странно! Что за хуйня!? Мы уже несколько дней здесь бродим, а не встретили ничего! И никого. Кроме ворон и собак. Прекрасно". Но стоит отдельно отметить, что животные ни разу не приблизились к людям. Словно им это запрещено.       - Я не понимаю, - покачал головой Усянь. - Так не должно быть, - он развел руками. - Это кладбище. Здесь не может полностью отсутствовать темная энергия.       - Мгм. Подозрительно.       Вэй Ин вздохнул и присел на землю.       - Лань Чжань, ложись отдыхать. Сегодня моя очередь. Может, пока не сплю, у меня получится что-то почувствовать.              Пока Ванцзи спал, Усянь изредка гладил его по голове, которую Лань Чжань устроил на его коленях.       Вот бы можно было повторить подобные ночевки в более непринужденной атмосфере. Пока один спал, уходя в глубокую медитацию, второй помогал сохранять баланс сил. Даже если бы Усянь и подумал о том, чтобы пойти на хитрость и попытаться обнаружить темную ци путем подчинения, Ванцзи это сразу заметил бы.       Нельзя. Это отразится не только на Усяне, но и на Ванцзи. За столько лет парного совершенствования они и правда едины.       Вэй Ин улыбнулся и прикрыл глаза. Наконец-то его мучили не кошмары из прошлой жизни. В памяти всплывали приятные воспоминания из детства, совместные ночевки и очень много теплых объятий.       Это - идеальная жизнь. Вэй Ин ни за что ее не потеряет!       И как только они дойдут до Цинхэ, найдут то, о чем говорила душа Сун Ланя и разрушат все планы Гуанъяо, все будет кончено. И хочется верить в мирную жизнь, а не помнить о тех кошмарах.       Которые... Снова вызывают сильную головную боль, из-за чего Усянь снова поморщился. Он старался терпеть, но особенно сильная вспышка боли заставила его вскрикнуть.       Ванцзи сразу же проснулся и сел рядом с супругом не давая ему упасть на землю.       - Вэй Ин!       Но тот уже не слышал.       - Ненормальный! Остановись! Ты, блять, даже не знаешь, что делаешь!       Хуайсан орал это как ненормальный. Но сильная концентрация духовной энергии не давала ему подойти к кругу, в котором был Вэй Ин. Сотни символов, выведенных кровью горели красным.       - Блять! Вэй Усянь! Приди в себя!       - Хватит! - Вэй Ин сидел в кругу и зло смотрел на Хуайсана. - Я начну все сначала! Я не дам Цзян Чэну умереть!       - Не смей!       - Замолчи! - для Усяня пути назад уже не было. - Я спасу их всех!       - Ты не можешь знать, сработает ли эта херня! Прекрати! Придурок!       Поток духовных сил отбросил Хуайсана назад. Он ударился спиной о стеллаж и с полок на него посыпались книги.       Они находились в подземных библиотеках Гусу Лань. Именно здесь Вэй Ин решил испытать судьбу и применить ритуал.       Усянь был поглощен своими мыслями, поэтому не заметил, как Хуайсан решил просто бежать из помещения. Все дрожало, с полок сыпались книги, а сами стеллажи рушились. Вместо свечей источником освещения здесь были те самые кровавые символы.       Пережитое было просто невыносимо. Усяню надоело терять дорогих себе людей снова и снова. Он просто обязан попытаться!       Когда он летел с Луанцзан, он желал, чтобы его хоть кто-то любил. А ведь любил же! Лань Чжань любил и оставался на его стороне несмотря ни на что. Благодаря стараниям одного одержимого, Усянь получил свой второй шанс. Но как он его использовал?       Он все изменит! Все непременно будет иначе!       - Смогу. Блять... Пусть сработает. Да работай же ты!       Подземелье не выдержало такой тряски. Но прежде, чем начался обвал... Душа Вэй Усяня покинула тело Мо Сюаньюя.       Вэй Ин заорал. Он просто сидел на земле и кричал. А из его глаз катились слезы.       Ванцзи пытался успокоить его, но ничего не помогало. Усянь его не слышал, не чувствовал и даже ци отторгал.       И пока Лань Чжань пытался делать безуспешные попытки достучаться до мужа, Вэй Ин сходил с ума от одного единственного осознания.       Причиной своего перерождения был он сам!       - Вэй Ин!       Усянь поднял заплаканные глаза на Ванцзи и тихо произнес:       - Прости меня Лань Чжань. Прости, что я такой ублюдок.       Так продолжаться не может. Но Ванцзи и рта открыть не успевает, когда Вэй Ин коснулся точки на своей шее и потерял сознание, падая в объятия своего супруга.       Из-за возрождения в теле Мо Сюаньюя, при перерождении память о прошлой жизни была повреждена. Поэтому Вэй Ин помнил не все.       Символы, который были написаны в том кругу, Усянь знал. Но Усянь, который сходил с ума от непонимания, а не Усянь, который проводил ритуал. И те символы объясняли многое - и причины, по которым не только Усянь помнил прошлую жизнь, и непреклонность судьбы, которая касалась многих событий.       Но самое главное - Вэй Ин теперь понимал, почему он переродился в теле шестилетнего себя. Одни из символов точно гласили:

      Переломный момент.