Часть 7
10 мая 2025 г., 10:33
Тэхён ворочался в постели, не в силах уснуть. Образ Чонгука с его чуть опущенными уголками губ и искренним взглядом преследовал его. Он помнил, как побледнел Чонгук после его слов, и это жгло омегу изнутри сильнее любого огня. Сожаление — вот что он сейчас ощущал.
Он знал, что должен был быть более мягким. Чонгук, казалось, был искренен, и, возможно, Тэхён упустил шанс на что-то хорошее из-за своих собственных страхов. Он снова и снова прокручивал в голове их разговор, жалея о каждом своём слове. О каждом забитом гвозде в гроб их едва обозначившихся хороших отношений.
— Почему я так с ним поступаю? — прошептал он в пустоту комнаты. — Ведь он всегда был так добр к нам. А я просто ужасный омега.
Сам же горько усмехнулся. Вот теперь он сам с собой разговаривает. Это он не в себе, похоже. А с Чонгуком всё нормально. Чонгук был честен с ним и оказался гораздо смелее его самого, разобравшись в собственных чувствах и признавшись в них омеге. Ему следовало бы поступить так же, но он просто не мог.
Страх быть уязвимым сковывал его, мешая открыться новым отношениям. Он понимал, что если продолжит в том же духе, то навсегда останется в одиночестве, окруженный лишь стеной из собственных предубеждений.
Тэхён решил, что должен извиниться. Завтра он попытается объяснить своё поведение Чонгуку. Если тот, конечно, ещё придёт после таких слов. Они ведь даже не обменялись телефонами. Так бы он уже давно написал ему и извинился.
Он не обещал ничего, но чувствовал, что должен дать Чонгуку и в первую очередь себе шанс. Может быть, не все альфы одинаковы, и, возможно, Тэхён зря так категоричен. Во всём виноват его горький опыт и предвзятое отношение к творческим личностям. А Чонгук здесь совершенно ни при чём. Однозначно, поговорить надо. И признаться в ответных чувствах и страхах.
С этими мыслями он успокоился, пришёл в душевное равновесие, поймал дзен и наконец уснул.
***
Уснув только под утро, Чонгук решил, что Тэхён имеет право на своё категоричное мнение. Но это не значит, что он откажется помогать омеге. Что-нибудь придумает, чтобы оставить его пекарню на плаву. Главное, сделать хоть что-то до того, как он уедет в командировку. Чонгук откинулся на спинку дивана, разглядывая потолок. Мысли роились в голове, не желая формулироваться во что-то дельное. Он перебирал варианты один за другим, отбрасывая нереалистичные вроде переноса остановки обратно и недостаточно эффективные типа оптового закупа всей выпечки, организованного его агентством. Нужна была искра, что-то, что привлечёт долговременное внимание к пекарне Тэхёна, заставит людей говорить о ней, интересоваться и становиться постоянным клиентом. Какая-то реклама, но ненавязчивая, чтобы сам Тэхён не уследил связи между альфой и его непрошеной помощью. Возможно, он недостаточно умён для этого всего. Решив спросить совета у менеджера, когда тот приедет к нему обсудить заграничное расписание, Чонгук поднялся с дивана и направился в душ, чтобы в последний раз перед командировкой съездить в пекарню. Хотя бы просто для того, чтобы выпить вкусный чай и съесть диетический десерт. Ну, и заодно посмотреть, насколько сильно он вчера испортил отношения с омегой своим импульсивным поведением. Чонгук вышел из машины и через большое окно пекарни увидел, как Тэхён просматривает какие-то документы. Одну руку он приложил ко рту, будто сдерживая слёзы. Сердце Чонгука болезненно сжалось. И как-то стало плевать, что вчера его оттолкнули. Всё это оказалось неважным и несущественным в данный момент. Он не мог просто стоять и смотреть, как омега страдает. Без лишних размышлений толкнул дверь, и колокольчик над головой издал тихий звон, возвестивший о его появлении. Тэхён вздрогнул и быстро вытер глаза, стараясь скрыть признаки недавней слабости. — Чонгук? — его голос звучал немного хрипло. Альфа подошёл ближе и неуверенно, боясь, что его прямо с порога попросят уйти, положил руку на плечо Тэхёна. Старался выглядеть отстранённым и незаинтересованным, задавая вопрос из обычной вежливости. — Я просто проезжал мимо и решил заехать. Всё в порядке? Тэхён попытался улыбнуться, но вышло это неестественно натянуто. Попытавшись спрятать документы, он отмахнулся и засунул их под стойку, не глядя. — Да, всё хорошо. Просто разбираюсь с кое-какими бумагами. Чонгук не поверил ни единому слову. В глазах омеги плескался океан, готовый вот-вот вырваться солёными слезами. Он хотел казаться сильным, но на это было так больно смотреть. — Тэхён, пожалуйста, скажи мне правду. Что случилось? — сделал последнюю попытку он. На лице омеги проступила растерянность, он явно размышлял о том, достоин ли Чонгук знать правду. Открывал и закрывал рот, в попытках начать, но никак не мог решиться. Альфа послушно ждал, но всем своим видом также давал понять, что просто так от него не отстанет. В конце концов Тэхён тяжело вздохнул и кивнул на спрятанные документы. — Новый договор от владельца этого помещения. Я думал, что поработаю один несколько недель и смогу спокойно оплатить аренду за следующие полгода. Я всё рассчитал, до последней воны. Только вот не смог предугадать, что владелец внезапно поднимет стоимость аренды сразу на двадцать процентов. — Он охре… кхм, — Чонгук был возмущён. Даже он, не имеющий ничего общего с рынком недвижимости, понимал, что так не делается. Тем более без предупреждения. — Он не имеет права. — В договоре всё прописано, — пожал плечами Тэхён. — Юридически оформлено. Думаю, он об этом позаботился, не прикопаться. Срок оплаты — месяц. — Да что ж всё так против тебя-то, а? Чонгук сжал кулаки и развернулся. Предложить снова финансовую помощь, рискуя тем, что омега окончательно выгонит его из пекарни и из своей жизни? Он так и не придумал, чем может помочь, а сейчас ещё и сроки поджимают. — Чай? — с грустной улыбкой предложил Тэхён, пытаясь перевести тему. — Я больше не могу. — Чонгук уронил голову и упёрся руками в прилавок. — Я не могу видеть тебя таким уставшим. Несмотря на то, что ты не хочешь подпускать меня ближе, я хочу помочь. Просто как человек, который может. Забудь всё, о чём я говорил, и позволь помочь. Я хочу, чтобы Чиён чаще видел своего папу. Хочу, чтобы ты высыпался и радовался жизни, а не тянул лямку, пытаясь спасти то, во что вложил всего себя. — Я справлюсь, — как мантру повторял Тэхён, мотая головой. Чонгук едва сдержался от разочарованного стона. Развернулся и краем глаза увидел за окном идущих вдалеке молодых омег. Безумная идея возникла настолько спонтанно, что он чуть не подпрыгнул от радости. Сняв с головы капюшон и стянув маску, он попросил Тэхёна: — Налей мне стакан чая навынос, пожалуйста. — Уже уходишь? — одними уголками губ улыбнулся омега. — Ко мне должен прийти коллега по работе. Чонгук небрежно обернулся к окну и поджал губы, поняв, что омеги проходят мимо. Жаль, такой шанс пропадает… Сделав вид, что разминает затёкшие мышцы, он взмахнул руками, и те, к счастью, инстинктивно отреагировали на это движение, повернув головы в его сторону. И замерли. — Твой чай. — Тэхён протянул стаканчик Чонгуку, а тот обхватил его, чуть сжимая пальцы омеги. — Прости, но я не смог придумать ничего более дельного, — быстро проговорил он, глядя искренне в его глаза. — Что? — не понял Тэхён. — Ты о чём? Но он едва не подпрыгнул от неожиданности, когда одновременно со звоном колокольчиков услышал радостный писк возле входа. — Чон Чонгук! — то ли прыгали, то ли приседали омеги лет двадцати, хватая друг друга за руки, наверняка, чтобы проверить, не снится ли им это. А возможно, просто поддерживая друг друга, чтобы не упасть от переизбытка чувств. Чонгук развернулся к ним со стаканчиком в руке и улыбнулся. — Здрасьте, — растянул губы в довольной улыбке, глядя на них, а те запищали ещё громче. — А можно с вами сфотографироваться? — Ну, если только быстро, — согласился Чонгук и дождался, когда те подскачут к нему, окружив с двух сторон, и включат фронтальную камеру. Встав так, чтобы в кадр попало меню, висящее за стойкой, вместе с названием пекарни, альфа улыбнулся. — Я сегодня не в форме, но если вы так настаиваете…***
Тэхён нахмурился, чувствуя себя потерянным в этом внезапном водовороте событий. Чонгук, стоявший совсем рядом, казался совершенно спокойным и даже немного смущённым от такого внимания. Он улыбался, кивал головой, позволяя делать снимки, но Тэхён видел, что альфа напряжён. Губами он улыбался, но в глазах читалась озабоченность и вполне себе серьёзные мысли. Когда омеги отстранились от него и начали с восторгом просматривать сделанные фото, тот повернулся к нему и попросил ещё диетический десерт. — Чонгук, ты… знаменитость? — тихо спросил Тэхён, не в силах сдержать любопытство. Альфа неловко почесал затылок. Улыбнулся на этот раз другой, искренней улыбкой, заставляя сердце Тэхёна сжаться. — Ну, что-то вроде того. Я… работаю моделью, — пробормотал он, избегая взгляда омеги. — Немного в сериалах снимаюсь. Тэхён присвистнул. Модель? Это объясняло его идеальную внешность и эту ауру уверенности, которая, казалось, всегда окружала его. А ещё теперь стало понятно, почему тот сидел на диете. Но почему он никогда об этом не упоминал? Может быть, он просто не хотел привлекать к себе лишнее внимание. Тэхён невольно улыбнулся. Ему нравилась эта его скромность. И сам альфа нравился. И он хотел бы поговорить с ним, объясниться и извиниться за вчерашнее, но эти шумные студенты никак не хотели уходить из пекарни. Снова повернувшись к Чонгуку, взявшему уже с собой десерт, они поинтересовались: — А как вы здесь оказались? Вы часто здесь бываете? — Ооо, — протянул загадочно альфа, а Тэхён не смог сдержать смешка, — довольно часто. Я обожаю здешний диетический десерт — самое лучшее для меня. Но, простите, я уже тороплюсь. Меня ждут. Проводив альфу влюблёнными вздохами, омеги набросились на Тэхёна. — Дайте нам диетический десерт Чонгука! — И чай, который он сейчас взял! — За каким столиком он любит сидеть? — По каким дням он приходит? Омеги перебивали друг друга, практически наваливаясь на стойку, наседая на опешившего хозяина пекарни. Тэхёна закидали вопросами о Чонгуке, а тот не знал, что и ответить. Не так уж и хорошо он его знал, как оказалось. И не был уверен в том, какую информацию можно выдавать, а что оставить в секрете. Что там сказал альфа, «Прости, но я не придумал ничего лучше»? Это и был его план? — Я могу вам дать «десерт Чонгука», как вы выразились. Чай обычный, с жасмином, — наконец ответил он, беря два стаканчика. — И я не уверен, могу ли выдавать остальную информацию. — Ладно, нам и этого хватит! — радостно щебетали те. — Дайте нам два десерта и два чая, пожалуйста! Как только омеги ушли, Тэхён тяжело вздохнул. Что ещё за модель? Он, прямо настолько знаменит, что даже пищат все? Почему Тэхён его не знает тогда? Странно. Безумие какое-то. Чонгук действительно считает, что этим как-то поможет его пекарне? Невозможно. Надо будет спросить его в следующий раз, что он задумал. И поговорить о поцелуе, да…***
Но на следующий день Чонгук не пришёл в пекарню. Зато пришло много покупателей. Очень много. Кто-то надеялся встретить там Чонгука, кто-то чуть ли не посидел на каждом стуле, чтобы потрогать то, что трогал Чонгук, кто-то покупал тот же чай, что пьёт альфа, а кто-то без конца щёлкал камерой. И покупали всё, что было на витрине. Тэхёну даже пришлось закрыться на час прямо посреди рабочего дня, чтобы приготовить ещё тех самых диетических десертов, что прорекламировал накануне альфа. Его выручка за день превысила среднюю за неделю, правда, к концу рабочего дня голова пошла кругом. Все приходили и фотографировали, фотографировали, фотографировали. А ещё задавали кучу вопросов, ответов на которые он не знал. А если и знал, то не был уверен в том, что мог выдавать такую информацию. Даже выйдя на улицу, он заметил на противоположной стороне улицы молодых омег, что делали селфи на фоне его пекарни. Безумный день. А вечером к нему в квартиру завалился Чимин. Едва войдя в дверь, тот начал возмущаться: — То есть все уже всё знают, а лучший в мире сосед, тире нянька малыша Чиён-и остаётся не в курсе?! — Что? — не понял Тэхён. Голова после такого напряжённого дня шла кругом, и разгадывать его ребусы не очень хотелось. — Чон Чонгук! — пояснил сосед, скидывая обувь. — Весь интернет пестрит фотками твоей пекарни! — Серьёзно? — Во, глянь. Чимин плюхнулся на диван, потрепал по макушке увлечённо смотрящего мультики Чиёна и достал телефон. Полетав пальцами над экраном смартфона, он показал несколько сохранённых фото и скриншоты постов в соцсетях. Тэхён листал и листал галерею, поражаясь тому, сколько всего там было. Фото пекарни со всех возможных ракурсов, её адрес, даже меню! А на паре фотографий оказался и сам Тэхён, нервно улыбающийся, пытаясь справиться с внушительной очередью покупателей. — Обалдеть, — только и смог выдать он, возвращая телефон. — И когда ты собирался сказать мне о том, что твой альфа — знаменитая модель? Обидно, знаешь ли. — Мой альфа? — округлил глаза Тэхён и перевёл взгляд на Чиёна. Кивнув в сторону кухни, встал с дивана и потащил за собой соседа. — Ну и? — Тот отказывался садиться за стол. Стоял в дверях, сложив руки на груди, показывая всем своим видом, что недоволен. — Я не знал! — начал оправдываться Тэхён. — Сам в шоке, правда. Вчера, когда Чонгук был в пекарне, зашли какие-то студенты и начали пищать, увидев его. Фотографировались и задавали кучу вопросов… Погоди. А ты же видел его, когда он забирал Чиёна. — Видел. — Ты же тоже не знал… — Тэхён подозрительно покосился на него. — Или я просто не в курсе? — Да я его сразу узнал! — воскликнул сосед, но тут же прикрыл рот, оглядываясь на гостиную, и всё же сел на стул. — Даже в маске и капюшоне. Это же Чон Чонгук! Его огромные сияющие глазки ни с чьими другими не спутаешь… то есть… в общем… Чимин стушевался, увидев, как Тэхён поджал губы и отвернулся. На кухне воцарилось неловкое молчание. Старший омега достал чашки и заварил чай. Им предстоял долгий разговор. — А теперь рассказывай всё, что знаешь о нём.***
— Ты чего устроил? — Хосок поднял брови, переводя взгляд со своего телефона на Чонгука. — Какая пекарня? Какие десерты? Это что за несогласованная реклама? Тебя же оштрафуют! Как только он включил телефон на борту самолёта, ему посыпались сообщения от помощников и коллег. Со ссылками на посты и фото. Начальство его за это по головке не погладит, а объясняться придётся, конечно же, менеджеру, а не звезде. — Это не реклама, — растянул губы в улыбке тот. — Они случайно увидели меня в пекарне, в которую я заезжаю по дороге домой. Я ничего не рекламировал, даже название не говорил. — «Не говорил»… — устало передразнил менеджер и протёр лицо ладонями. Ему и говорить ничего не надо, всё и так разнесли. — Ладно. Что-нибудь придумаю. Но не исключено, что тебе придётся провести дополнительную рекламную кампанию для кофейни «Минглз». — Проведём, — отмахнулся Чонгук, потянулся и устроился поудобнее в кресле, чтобы немного поспать во время полёта. Через пятнадцать часов Чонгук просматривал ленту соцсетей, удовлетворённо отмечая, что всё прошло по плану. Спонтанному, неидеальному, но хотя бы какому-то. Едва заселившись в отель, он включил телефон и обнаружил себя в трендах. Как и пекарню Тэхёна. Зашибись. Оставалось надеяться, что это не быстро пролетающий интерес и омега сможет заработать достаточно для того, чтобы хотя бы оплатить аренду на следующие полгода. В голове промелькнуло осознание того, что, увлёкшись общением с омегой и его сыном, он совершенно не подумал о том, чтобы взять его номер телефона. И теперь он сгорал от неопределённости, не имея ни малейшего понятия, как чувствует себя Тэхён, что он думает о его внезапной выходке с пекарней и, главное, будет ли общаться с ним после того поцелуя. Но сейчас ничего не оставалось кроме того, чтобы послушно работать и завершить все дела, связанные с его заграничным расписанием как можно скорее, чтобы вернуться домой. Дни тянулись мучительно медленно. Каждая съёмка, каждое интервью, каждый деловой или рекламный обед — всё было лишь досадной помехой между ним и возвращением в Сеул. Чонгук работал на автомате, стараясь не показывать своего беспокойства менеджеру. Он знал, что его отвлечённость может сказаться на репутации и конечном результате, но сердце томилось в ожидании возвращения, и рисовать улыбку на своём лице становилось всё труднее. Он перебирал в голове возможные сценарии разговора с омегой, придумывая слова, которые могли бы смягчить ситуацию, сгладить впечатление и внушить ему, что он никогда больше не сделает ничего, что было бы ему неприятно. Ночи были особенно тяжёлыми. Когда рядом не было ни жужжащего стаффа, ни сосредоточенного отдающего распоряжения менеджера, становилось слишком тихо и тоскливо. В пустой гостиничной комнате он чувствовал себя невероятно одиноким. Он пересматривал фотографии Тэхёна и его сына, вспоминая моменты радости, которые они разделяли. Чиён в парке в той самой пиратской бандане выглядел самым счастливым на свете. И альфе не хотелось думать о том, что он больше никогда не увидит это тёплое солнышко. А фото спящего на его плече Тэхёна напоминало ему то благоговение, в котором он находился каждый раз, оказываясь в зоне его всепоглощающей ауры. В эти моменты надежда разгоралась с новой силой, давая ему сил пожить ещё один день без этого удивительного омеги. Так прошло около трёх недель. И когда он уже почти упал духом, в его серые, но загруженные до предела будни ворвался Мингю. — Чонгук-и! — воскликнул омега, набрасываясь на него с разбегу. — Ого, не думал встретить тебя здесь! — радостно подхватил его альфа. — Я думал, у тебя долгосрочный контракт с японцами. — Да, я всё ещё с ними, — подтвердил омега и спрыгнул с него, разглаживая образовавшиеся складки на одежде. — Просто приехал на недельную выставку бренда. Я же амбассадор. Омега выделил последнее слово и рассмеялся, увидев надувшегося альфу. Но тут же вскрикнул, получив шлепок по заднице. — Хвастаться нехорошо, ты знаешь? — наигранно обиженно произнёс Чонгук. — Мне вот до сих пор никто так и не предложил стать амбассадором. А тебе сразу три компании! — Потому что я — омега, — пожал плечами тот. — Да и вообще. Я в бизнесе дольше тебя, поэтому хватаюсь за всё, что предложат, пока ещё держусь на плаву. А у тебя всё впереди. — Ладно, успокоил. — И вообще, мой менеджер уже переговорил с твоим менеджером, и нам дали свободное время на сегодняшний вечер. — Правда? Вау! — Альфа был действительно рад хоть немного отвлечься. — Предлагаю выпить за это. — Ты пьянеешь с полбокала, — усмехнулся Мингю. — Именно, — поиграл бровями тот.***
Тэхён сидел дома, читая книжку про пиратов Чиёну. Тот накануне затащил его в книжный магазин и выбрал её по яркой картинке на обложке. Конечно. Пираты. Кто бы сомневался. Чиён явно тоже скучал по Чонгуку. Тоже. Да, стоило признать, что омега слишком быстро привык к присутствию Чонгука в жизни их маленькой семьи. И ему этого вдруг стало не хватать. Хотелось увидеть его улыбку, услышать беспокойство в голосе и серьёзный тон, когда тот объяснял что-то Чиён-и. Внезапно его телефон начал разрываться оповещениями. Отбросив мысли в сторону, он залез в карман домашних штанов и достал гаджет. Сосед прислал несколько коротких сообщений. Чимин: Чонгук! На стриме *ссылка — Чиён-и, прости, мне нужно отойти. Посмотри пока картинки. — Тут же вскочил с дивана омега и побежал в спальню. Зайдя на стрим по ссылке, он увидел до боли знакомое лицо. Как он мог раньше не понимать, что Чонгук — знаменитость? Ведь он был слишком красивым для обычного человека. И постоянно скрывал лицо маской. Но сейчас он сидел, кажется, в гостиничном номере, совершенно открыто улыбался в камеру и рассказывал, как прошёл его день. Омега завис и невольно улыбнулся в ответ. — Я уже почти завершил половину расписания, да, — говорил тот, отвечая на комментарии. — Я тоже по вам скучаю. Но мне нужно ещё немного поработать. Сделав глоток из своего стакана, он слегка поморщился, и Тэхён понял, что там крепкий алкоголь. Покачав головой, внимательно следил за его движениями, будто под гипнозом ведя взглядом от дёрнувшегося кадыка, до острых ключиц, виднеющихся в вырезе рубашки. Чонгук был красив. Слишком красив. Эта мысль засела в его голове, не желая покидать её. А тот продолжал общение с поклонниками. — Да, конечно, я видел это. Спасибо вам за поддержку. Вы же знаете, что лучшие. И всегда будете такими, я уверен. — Сделав ещё один глоток, прочистил горло и слегка мотнул головой. — Что я пью? А, да, это алкоголь. Но менеджер мне разрешил — сегодня выходной. По одному особенному случаю. В это время в кадре появилась изящная рука и приветственно помахала. Чат взорвался комментариями, которые летели с такой скоростью, что прочитать их было фактически нереально, но Тэхён понял лишь одно слово, повторяющееся в каждом из них: «Мингю». — Да, — расплылся в довольной улыбке Чонгук. — Вы такие догадливые. Это Мингю. Он прилетел из Японии, представляете? — Привет, ребята! — Омега придвинулся ближе к Чонгуку, полностью попадая в кадр. — Так что выходной, да. — Чонгук потрепал омегу по волосам, а тот устало прилёг на его плечо. — Как вы тут без меня, скучали? — лениво поинтересовался Мингю у зрителей, отпивая глоток из собственного стакана. — Знаю, что скучали. Я тоже, мои хорошие. Сердце Тэхёна болезненно сжалось. Он смотрел на экран как заворожённый и не мог отвести глаз от смеющегося Чонгука. Омега, сидящий рядом с ним, был удивительно красив, и они весело переговаривались, порой касаясь друг друга руками. Каждое прикосновение отзывалось в душе Тэхёна острой болью. Он помнил их последние разговоры — натянутые, полные недосказанности. Чонгук стал каким-то будто осторожным после поцелуя. Тэхён ощущал неописуемый груз сожаления, чувствовал, как между ними возникла стена, но боялся даже думать о том, что своими словами сам же всё и разрушил. Теперь же, наблюдая эту идиллию на экране, он понимал — всё кончено. Чонгук принял его отказ и двигался дальше, а он остался стоять на месте, не в силах что-то изменить. Омега выключил стрим, чувствуя, как по щекам катятся слёзы. Кажется, он не плакал целую вечность, стойко перенося все невзгоды, держась ради сына. Но сейчас была последняя соломинка, ломающая его выдержку. В этот момент он почувствовал себя совершенно одиноким и потерянным. Собственными словами закончив то, что только начиналось. Возможно, это и само бы сошло на нет уже довольно скоро, но он мог бы хотя бы какое-то время чувствовать себя нужным. Пришлось признать — да, он дурак. Комната погрузилась в тишину, нарушаемую лишь тихим всхлипыванием. Тэхён обхватил себя руками, пытаясь согреться, но холод проникал в самую душу. Он снова и снова прокручивал в голове моменты их совместного времяпрепровождения, словно пытаясь удержать ускользающее тепло. Каждое воспоминание отзывалось острой болью, напоминая о том, что утеряно навсегда. По собственной глупости. Он встал и подошёл к окну. За стеклом мерцали огни ночного города, чужие и безразличные. Тэхён смотрел на них сквозь пелену слёз, чувствуя себя маленькой никому ненужной деталью в механизме Вселенной. Взглянув на небо, он подумал об огромном мире, в котором ему из миллионов людей совершенно случайно повстречался именно он. Альфа, считавший его своим ангелом-хранителем. Получивший в ответ лишь обидные слова. И сейчас где-то там, в шумном Лос-Анджелесе, Чонгук смеялся и радовался жизни, но уже без него. Наверное, это справедливо. Вытерев слёзы, он убрал мешающую чёлку. Что ж. Значит, не судьба. Выйдя из комнаты, он прошёл к Чиёну и крепко обнял сына. Жалея себя, Тэхён совершенно забыл о своём малыше, ведь и он будет скучать не меньше без капитана Чона. И это делало омеге ещё больней.
