Благословение небожителей/отредактированная версия

Каждый из участников процессии был рослым мужчиной в самом расцвете сил, но на их лицах читалось напряжение, а мускулы были натянуты до предела. Создавалось впечатление, что они несут не свадебный паланкин, окруженный атмосферой радости и счастья, а жуткий помост для казни, где им всем отрубят головы. Интересно, что за человек скрывается за алым пологом?                  Се Лянь хотел было выйти и рассмотреть процессию повнимательнее, как вдруг налетел порыв ветра, приподнявший занавеску с боковой стороны паланкина. Взору открылась фигура человека, сидящего в скрюченной позе. Его голова была наклонена вбок под неестественным углом, а под сползшим свадебным покрывалом виднелись ярко накрашенные губы, растянувшиеся в неестественной улыбке. Паланкин качнулся, покрывало соскользнуло, и показалась пара широко открытых немигающих глаз, глядящих прямо в их сторону. Это была женщина со сломанной шеей, которая беззвучно смеялась над ними. Вероятно, из-за того, что руки носильщиков сильно дрожали, паланкин раскачивался из стороны в сторону, и голова невесты покачивалась в такт этой тряске. Она качалась, качалась, пока наконец не оторвалась от шеи, с громким стуком упала и покатилась по улице. Оставшееся в паланкине безголовое тело вскоре тоже рухнуло со своего места и с грохотом вывалилось через дверцу. Один из носильщиков паланкина по неосторожности наступил на руку и заголосил первым. Отряд, провожающий невесту, тут же взорвался криками: — Что случилось?! Он пришёл?! Шух-шух-шух – в едином порыве они обнажили сверкающие клинки, непонятно откуда достав их. Улица наполнилась гвалтом. Се Лянь же присмотрелся внимательнее – вопреки ожиданиям, безголовое тело оказалось не человеком, а деревянной куклой. Фу Яо снова высказался: — Слишком уродлива! — Не стоит каждый раз, как видишь женщину, сразу оценивать ее внешность. Это может ранить ее чувства, — сказал Се Лянь. Нань Фэн нахмурился еще сильнее: — Что они делают? — Ищут смерти, — ответил Фу Яо. — Ха-ха-ха…— неловко рассмеялся Се Лянь. — Я слышал, что отец одной из невест обещал целое состояние тому, кто отыщет его дочь. Они, вероятно, планируют использовать куклу, чтобы выдать её за невесту и выманить Призрачного жениха. Наверняка награду назначил тот самый чиновник, который устроил весь этот переполох с обрядами, поднявшими на уши всех на Небесах. — Если бы я был тем Призрачным женихом и мне прислали такую уродину в качестве невесты, то я бы сразу уничтожил этот город, — сказал Фу Яо. Лицо Се Ляня от его слов тут же покрылось потом[1]: — Разве это слова, которые подобает говорить небожителю?

[1]汗颜 [hànyán] лицо покрылось потом; обр. застесняться, застыдиться.

В этот момент из глубины толпы протиснулся молодой человек с пробивающимся над верхней губой пушком усов, похоже, их предводитель. Он поднял руку и воскликнул: — Слушайте! Так мы ничего не добьемся! Сколько раз за последние дни мы проходили здесь? Призрачный жених так и не появился! Здоровяки, один за другим, присоединились к жалобам, соглашаясь с ним. Юноша продолжил: — По-моему, раз взялись за дело–нужно доводить до конца[2]!Ворвемся на гору Юйцзюнь, хорошенько обыщем ее и убьем его! А награду разделим между собой! Кто смелый – за мной!

[2]一不做二不休 [yī bù zuò èr bù xiū] раз начал – доводи до конца.

Здоровякам, похоже, не терпелось двинуться вперед. Но их остановил женский голос: — Не слушайте его! Нельзя подниматься на гору! Говорившей оказалась та самая девушка, которую они встретили вчера вечером. Стоило Се Ляню её увидеть, как у него тут же слегка заныла щека, и он машинально потер ее. — Мужики разговаривают, чего ты лезешь? Все здесь готовы рискнуть жизнью, чтобы от имени народа бороться со злом, а ты? Думаешь только о себе, отказалась притвориться новобрачной даже после того, как выпила предложенный мной чай[3], а теперь еще и мешать нам вздумала, чего ты добиваешься? Пошла с дороги! — с каждой новой фразой юноша толкал девушку, отчего Се Лянь все больше хмурился.

[3]фраза про чай в данном контексте может расцениваться как символ выражения уважения. В Китае чай является важной частью социальной культуры, и приглашение выпить чай может означать дружеское отношение или предложение о сотрудничестве.

Она продолжала упорно стоять на своем: — Я просто не хочу, чтобы вы все погибли. Более того, я не пила предложенный тобой чай, и даже если я отклонила твое предложение, не было нужды разрезать мою юбку… Молодой человек тут же подскочил и, тыча в нее пальцем, закричал: — Не смей плевать на людей кровью[4], уродина! Я порезал твою юбку? По-твоему, я ослеп? Не согласилась выпить предложенный мной чай – с таким уродливым лицом можешь не мечтать, что кто-то другой тебя угостит!

[4]含血喷人 [hánxuèpēnrén] плевать на людей кровью; обр. возводить злобную клевету; очернять.

Нань Фэн больше не мог этого слушать, и чайная чашка в его руке – хрясь! – разлетелась на осколки. Но быстрее, чем он успел подняться, мимо промелькнула белая тень. В тот же момент молодой человек громко закричал, схватился за щеку и упал на землю; алая кровь каплями стекала между пальцев. Никто даже не понял, что произошло – решили было, что это дело рук уродливой девушки, но, обернувшись к ней, не смогли даже ее увидеть – даос в белых одеждах заслонил девушку от толпы. Се Лянь вложил руки в рукава и, не оглядываясь, слегка наклонился, чтобы встретиться с ней взглядом, а затем с улыбкой сказал: — Юная госпожа, могу ли я угостить вас чашечкой чая? Он словно появился из ниоткуда, и девушка широко раскрыла глаза от изумления. Тем временем усатый парень, неуклюже поднявшись с земли, закричал: — Этот человек – колдун[5]!

[5]妖法 [yāofǎ] чёрная магия, колдовство.

Стоило здоровякам позади него услышать слово «колдун», как они тут же, один за другим, подняли клинки, готовые к схватке. Но в этот момент Нань Фэн, стоящий позади Се Ляня, резко ударил ладонью–хрясь! – и с громким звуком одна из колонн переломилась пополам. При виде этой нечеловеческой силы здоровяки моментально переменились в лицах. Усатый парень, хотя и струсил, все же попытался сохранить лицо. Он выкрикивал на ходу: — Сегодня мне не повезло! Но скажите, кто вы такие? Назовите свои имена, чтобы мы могли встретиться снова! Нань Фэн даже не удостоил его ответом, Фу Яо, однако, начал говорить: — Конечно, конечно, вот он из храма Огромного… Нань Фэн снова ударил ладонью, прервав его речь. Се Лянь хотел пригласить девушку зайти, угостить ее чаем и фруктами, но, обернувшись, обнаружил, что она снова исчезла. Ему ничего не оставалось, как войти в чайную одному. Стоявший у входа слуга сухо напомнил: — Не забудьте заплатить за колонну. Се Лянь, садясь, повторил Нань Фэну: — Не забудь заплатить за колонну. Нань Фэн: — … Се Лянь продолжил: — На чем мы остановились? Этот Призрачный жених – «Свирепый», а значит, силой обладает немалой, деревянной куклой его не одурачить. Если хотим выманить его, невеста должна быть живым человеком. — Тогда отправимся в город, найдем какую-нибудь девушку и предложим ей стать нашей приманкой, — сказал Фу Яо. Се Лянь покачал головой. Фу Яо спросил: — Почему? Боишься, что не согласится? Дадим ей денег – и она согласится. — Даже если найдется девушка, которая согласится, это не сработает. Если мы допустим ошибку и невесту похитят, ее ждет верная смерть, — ответил Се Лянь. Фу Яо пожал плечами: — Нас трое, как мы можем допустить ошибку? Если не хочешь просить женщину, тогда остается просить мужчину. — И где мы найдем мужчину, который согласится нарядиться… — начал Нань Фэн. Не успел он закончить фразу, как взгляды обоих юношей устремились на Се Ляня, который все еще мягко улыбался: — ???

°❀❀❀°

Вечер. Храм Наньяна. Се Лянь, с распущенными волосами, вышел из внутренней части храма и сказал: — Я сделал все что мог. Как вам? Действительно неплохо? Увидев его, Нань Фэн громко выругался и выбежал наружу. Се Лянь на мгновение опешил, затем все же спросил: — Что случилось? Фу Яо стоял неподвижно, его взгляд, направленный на Се Ляня, был полон сложных эмоций. — Ты хочешь что-то сказать? — спросил Се Лянь. Фу Яо кивнул: — Если бы я был тем Призрачным женихом и кто-то прислал мне такую женщину… Се Лянь перебил: — Ты бы сразу уничтожил весь город? Фу Яо холодно отрезал: — Нет. Я бы тот час же убил эту женщину. Се Лянь с облегчением сказал: — Хорошо, что я не женщина. В этот момент побледневший Нань Фэн вернулся внутрь. Похоже, он выругался и успокоился – в этом он был поразительно похож на Фэн Синя. Фу Яо попытался придумать, как спасти положение: — Брови подведены криво, слой румян слишком плотный… Забудь, ты безнадежен! Тебе сейчас лучше спросить по духовной сети, не найдется ли небожитель, который согласился бы обучить тебя искусству смены облика. — Нет необходимости. Уже стемнело, а это все равно что погасить свет – в темноте все одинаковые! — ответил Се Лянь. С этими словами он собирался набросить свадебное покрывало, но, стоило ему сделать шаг, как послышался треск разошедшейся ткани. Это свадебное одеяние, которое нашел для него Фу Яо, на самом деле оказалось не очень-то в пору. Женские наряды рассчитаны на хрупкие фигуры, и хотя на талии Се Ляня оно село хорошо, плечи и грудь стянуло так, словно он оказался в тесных путах. Одно неосторожное движение – и ткань тут же разошлась по шву. Пока он пытался понять, где именно образовалась прореха, от входа в храм донесся голос: — Прошу прощения… Все трое повернулись на звук и увидели стоящую там девушку – ту самую, которая залепила Се Ляню пощечину. Се Лянь улыбнулся: — Прошу прощения? Как только он улыбнулся, слой пудры на его лице треснул, и часть осыпалась. Нань Фэн снова выбежал наружу, чтобы выругаться, а Фу Яо сказал: — Прошу, перестань улыбаться, иначе слезы польются[6].

[6] 求你别笑了, 再笑要哭了 [qiú nǐ bié xiào lе, zài xiào yào kū lе] в оригинале фраза имеет определенную ритмичность и структуру, которая придает ей выразительность.

Девушка сделала шаг вперед, внимательно разглядывая Се Ляня. Фу Яо нахмурился: — На что ты смотришь? Се Лянь, ощутив резкость в его голосе, произнес: — Не стоит говорить подобным тоном. Не пугай девушку. Фу Яо на мгновение потерял дар речи: — Ты уверен, что она испугается меня, а не тебя? Се Лянь опешил. Однако девушка тут же ответила: — Нет! Он не испугал меня. Этот… даочжан, я пришла поблагодарить и извиниться... Меня зовут Сяо-Ин[7].

[7]萤 [yíng] светлячок.

Се Лянь помахал рукой: — Не стоит беспокоиться. Лучше поспешите домой, сегодня ночью может быть неспокойно. Но Сяо-Ин не сдвинулась с места. — Что-нибудь еще? — удивился Се Лянь. Сяо-Ин посмотрела на его улыбающееся лицо и спросила: — Даочжан, вы собираетесь выйти замуж сегодня вечером? Фу Яо фыркнул. Се Лянь почувствовал, как с его лица осыпался еще один слой пудры: — Нет, девушка, вы неправильно поняли. У меня нет подобного рода пристрастий. — Я имела в виду, что даочжан собирается притвориться невестой, чтобы поймать Призрачного жениха? Это слишком опасно, лучше позвольте мне отправиться вместо вас, — поспешила исправиться Сяо-Ин. — Разве ты не была против? — спросил Фу Яо. Се Лянь с улыбкой добавил: —Да, девушка, вы сами сказали, что это опасно, как же я могу позволить вам пойти? Сяо-Ин смотрела на него в оцепенении: — Тогда… тогда, позвольте мне хотя бы помочь вам! — Помочь мне? Как вы можете помочь мне? — покачал головой Се Лянь. Он прижал руки к лицу, пытаясь сохранить последний слой пудры. Увидев его в таком состоянии, Сяо-Ин вдруг решительно улыбнулась, подошла и крепко обхватила его руками: — Доверьтесь мне! Две палочки благовоний спустя, Се Лянь снова вышел из внутренней части храма, опустив голову. На этот раз его поддерживала Сяо-Ин. Лицо его уже было скрыто под свадебным покровом, а изящность и плавность движений действительно навевали образ юной новобрачной. У двоих юношей мурашки побежали по коже. Се Лянь не знал, как он сейчас выглядит, поэтому спросил: — На этот раз хотите посмотреть? Фу Яо ответил: — Я предпочитаю беречь свои глаза. Нань Фэн тоже кивнул. Се Лянь сказал: — Мудрое решение. Тогда пошли. У храмовых врат их уже ждал найденный заранее паланкин и тщательно отобранные носильщики. В темную безлунную ночь, когда бушевал шквалистый ветер[8], Его Высочество Наследный принц, облаченный в свадебный наряд, сел в паланкин яркого алого цвета.

[8]月黑风高 [yuè hēi fēng gāo] ночь, когда нет луны и дует сильный ветер; выражение описывает тревожную атмосферу, предвещающую опасность и вероятность ужасных событий. Происходит из текста《拊掌录》автором которого является 元元怀 Юань Юань Хуай. Полностью строка выглядит так:«月黑杀人夜，风高放火天。» – «Ночь без луны – время для убийств, сильный ветер – время для поджогов».

Где вы можете материально поддержать творчество любимого автора: https://www.jjwxc.net/onebook.php?novelid=3200611