Прозрачный как лёд
27 марта 2025 г., 17:20
Вечер выдался особенно тихим. Снег за окном перестал падать, оставив лес в молчаливой белой маске. Джек сидел в углу комнаты, лениво крутя в руках свою посох, изредка бросая взгляды на Элис. Она, как обычно, была занята чем-то, сидя за столом с книгой.
"Всё-таки она странная," подумал он, наблюдая за тем, как её пальцы аккуратно перелистывают страницы. Казалось бы, ещё вчера они не разговаривали, но теперь между ними вновь поселилась эта тонкая, почти осязаемая близость.
Ему стоило бы чувствовать себя легче, но вместо этого внутренний узел лишь крепче затянулся.
"Хватит юлить, Джек. Если не скажешь сейчас, то вообще никогда не скажешь."
Он глубоко вздохнул, как перед прыжком в ледяную воду, и громко постучал пальцами по столу.
— Эй, — его голос звучал нарочито непринуждённо. — Можно отвлечь тебя от твоих книжных приключений?
Элис подняла глаза, не отрывая рук от книги, и слегка приподняла бровь.
— Уже отвлёк, — сухо заметила она, но в её тоне скользнуло что-то тёплое.
Джек встал, облокотился на посох и начал расхаживать по комнате, как бы подбирая слова.
— Тут такое дело… — начал он, явно играя на паузе. — Я тут подумал: ты когда-нибудь задумывалась, что мы… как это сказать… Мы, такие как я, не всегда знаем, кто мы на самом деле?
Элис медленно захлопнула книгу и, скрестив руки на груди, слегка наклонила голову.
— Ты снова к этому вернулся?
Джек попытался сделать вид, что вопрос его не задел. Он широко улыбнулся и махнул рукой.
— Ну, знаешь, я просто решил, что было бы неплохо узнать, кем я был до того, как стал… этим, — он указал на себя.
Элис долго смотрела на него, и в её взгляде читалось больше, чем Джеку хотелось. Она знала. Видела его насквозь.
— И ты думаешь, что это что-то изменит? — спросила она мягко, но безо всякого укора.
Он остановился, нервно постучав пальцами по посоху.
— А ты бы не хотела знать? Если бы вдруг очнулась одна, в мире, где никто тебя не помнит, где ты сама себя не помнишь? — его голос слегка задрожал, но он тут же попытался это скрыть, сменив тон на более шутливый. — Хотя, знаешь, может, я был каким-нибудь… скучным фермером?
Элис молча смотрела на него, и Джек почувствовал, как его сердце начинает колотиться сильнее.
— Нет, серьёзно. Наверное, я был кем-то совершенно обыденным. Может, у меня был глупый акцент. Или я был очень плохим танцором.
Её поднятая бровь была красноречивее любых слов.
— Джек… — начала она, но он перебил её, подняв руку.
— Подожди. Дай мне договорить.
Он встал напротив неё, не замечая, как посох в его руках слегка дрожит.
— Я шучу, потому что... мне страшно, Элис. Я не знаю, кем я был. Я не знаю, каким человеком я был, хорошим или плохим. Я не знаю, захочешь ли ты остаться рядом со мной, если я вспомню всё и окажусь совсем другим.
Элис не сводила с него взгляда. Её глаза, большие и зелёные, будто удерживали его на месте.
— Джек, — мягко сказала она, но на этот раз не перебила его.
Он продолжил, не отпуская её взгляда:
— Я... впервые за долгое время я чувствую, что могу быть кем-то, кроме вечно одинокого озорника. Ты… ты единственная, кто видит меня таким, каким я есть. И это пугает. Потому что если я что-то испорчу…
Он осёкся, не зная, как закончить. Элис медленно поднялась, подойдя ближе, чем обычно.
— Ты боишься потерять себя? Или боишься, что я перестану видеть в тебе того, кого вижу сейчас? — тихо спросила она.
Джек смутился, опустив глаза.
— Может, и того, и другого, — честно признался он. — Я всё это время скрывался за своим льдом. И ты… ты первая, кто пробил эту стену.
Элис медленно подняла руку и коснулась его плеча.
— Джек, если ты так сильно этого хочешь… если хочешь узнать, кем был, я помогу тебе. Но знай: кем бы ты ни оказался в прошлом, я вижу, кем ты являешься сейчас.
Он замер, чувствуя тепло её прикосновения.
— Ты уверена? — прошептал он, боясь поверить.
— Абсолютно, — твёрдо сказала она. — Потому что человек не определяется только своим прошлым. Ты — это тот, кто сейчас стоит передо мной.
Его губы дрогнули в благодарной улыбке, но он тут же снова попытался скрыть свои чувства за очередной шуткой.
— Ну, надеюсь, я не был каким-нибудь плаксой в прошлой жизни, а то это будет сильно бить по моему репутационному льду.
Элис усмехнулась, но не отпустила его.
— Ты тот, кто ты есть, Джек. И если ты хочешь узнать правду, то вперёд, мне все равно кем ты был, я знаю тебя слишком долго, чтобы то чего ты не помнишь поменяло мое отношение к тебе.
На мгновение между ними повисла тишина, наполненная только теплом, которого Джек так давно не чувствовал.
