Ты променял меня, Флиппи

            Знаете, что самое смешное и нелепое сейчас произошло? Флиппи понял, что в здании, где живёт супергеройская белка-летяга, нету лестницы, только тогда, когда он уже вплотную к ней подошел. И, чутка поразмыслив, медведь решил издать как можно громче душераздирающий крик, ибо Сплендид сам спустится к нему и возьмёт угощение.              Супергерой мирно лежал в своей тёплой глубокой кровати с бордовым одеялом, видя свой пятидесяти второй сон по спасению различных жертв всяких злодеяний. И на этот раз тот зверь, которого он спасает, зовут Флиппи.             Перед закрытыми веками быстро крутились кадры, похожие на какой-то типичный американский боевик: ветерана войны туго связали по-адски крепкими верёвками и усадили на ахалтекинца, а безжалостным ковбоем играл роль американский стаффордширский терьер, сидящий на том самом коне. А Сплендид, который выходил в то время из бара, округлил свои глаза от удивления и, не раздумывая больше ни секунды, поднялся высоко в небо и быстрее пули ринулся в сторону скачущей лошади. От такого резкого движения раздался хлопок, и земля чутка затряслась.             Чувствуя сильно бьющуюся о рёбра тревогу внутри своего огромного сердца, Сплендид никак не мог прервать этот злой сон, и даже если взять во внимание тот факт, что Флиппи по природе тоже крайне силён, белке-летяге было, от слова, совсем не всё равно на него. Ведь при первом же взгляде на медведя у супергероя на душе становилось довольно тепло, и даже самый отвратительный день мог стать самым лучшим, и лишь благодаря Флиппи.             В его присутствие у Сплендида заметно потеют лапы, а при разговоре он очень ответственно относится к своим словам. «Думай, прежде чем говорить!» — каждый раз прокручивает у себя в голове белка-летяга и, сам того не замечая, краснеет. Очередной раз как-то хочется дотронуться до ветерана, хоть и минимально, чтобы он ни в коем случае не догадался, что чувствует к нему Сплендид, но это желание всё постепенно и постепенно становится трудно смирять. Казалось, в последнюю с ним встречу супергерой не выдержит и... обнимет его мёртвой хваткой и ни за что, никогда и ни при каких обстоятельствах не отпустит. Даже если тот сильно попросит.             Я, конечно, всё понимаю, любовь любовью, но конь увозит возлюбленного Сплендида всё дальше с каждым мгновением!             И вновь придя в себя, супергерой проделал красным тепловым лучом большой туннель через череп терьера и тут же забрал Флиппи себе на руки. К тому времени конь близился к высочайшему оврагу и из-за своей же глупости прыгнул туда... Животное, как бездвижная кукла, просто покатилась по острым камням и кактусам, а её ковбой уже как давно упал на землю, и вокруг его головы продолжала медленно растекаться тёмно-красная лужа. Остатки розового мозга также вяло падали вниз, а светло-голубые глаза поднялись за веки, будто там они пытались разглядеть сам Рай.              Сплендид уже так дико гордился собой, что совсем забыл отключить безжалостный лазер у себя в глазах. И когда он приземлился и попытался поцеловать ещё связанного зверька у себя на руках, то хватило лишь чуть-чуть открыть один из своих глаз, как тронутая и благодарная мордашка медведя сразу же исчезла (в прямом смысле). Его голова расплавилась, точно металл, и с неё полилась бордовая кровь. Сплендид ужаснулся, отшатнулся назад, услыхав, как напоследок душераздирающе и болезненно вопит Флиппи...             Не выдержав такого кошмарного зрелища, белка-летяга снова открыл глаза, и, слава богу, никакой лазер из них не шёл, но крик его возлюбленного продолжал слышаться.              — Не думал, что я этот сон так близко восприму... — окончательно пробудившись, супергерой навострил своё ухо и по его лбу ручьём пробежался солёный пот. — О нет, это был не сон!             На заднем плане заиграла величественная мелодия, когда он взлетел к потолку. И супергерой, словно по ветру, быстро вылетел через открытое окно, и, увидев, как Флиппи стоит вплотную к его дому, перестал просто висеть в воздухе. Он начал резко падать головой вниз, вытянув перед собой кулак. И спустя несколько секунд белка-летяга уже с шумным грохотом приземлился рядом с ветераном, что тот аж подскользнулся и больно упал прямо на копчик. Он выпрямился в спине и начал испуганно оглядываться по сторонам, продолжая ощущать чересчур быстрое биение сердца, из-за которого дышать стало намного труднее.             — Флиппи, что случилось?! — с ледяным ужасом в голосе выпалил супергерой, но потом дикий страх слегка приугас, когда он посмотрел вниз. Там просто сидел недопонимающий данную обстановку Флиппи.              — ...Ничего. — ветеран простодушно пожал плечами и попытался встать, на что Сплендид тут же протянул ему лапку, а медведь, любезно улыбнувшись, в ответ взял её и поднялся.             — Тогда какого чёрта ты кричал?             — А я что, тебя потревожил? — виновато спросил медведь и отвёл свой стыдливый взгляд куда-то за горизонт.             — Да не, я просто спросил... — попытался успокоить Флиппи супергерой. Ему даже самому захотелось извиниться перед ветераном, но, вспомнив, кто такой Сплендид и его статус, он просто прокашлялся и сухо спросил: — Так почему ты кричал?             Флиппи несколько раз хлопнул глазами, а затем ответил:             — Я угощаю всех своих друзей вкусными печеньками, и тебя в том числе! Но к твоему дому подняться невозможно, поэтому, чтобы ты обратил на меня внимание, я это и сделал. Якобы мне нужна помощь. — Говорил это ветеран всё так, будто от этого у Сплендида не было скорой остановки сердца.             Супергерой глубоко вдохнул и выдохнул. Будь ли это кто-нибудь другой, то он бы обязательно его отчитал, но с Флиппи хотелось иметь чуточку иное отношение. Хоть он и примчался сюда ни живым ни мёртвым,             Сплендид решил не высказывать своё возмущение, ибо он боялся показаться грубым.             — А где эти твои печеньки? — устало спросил белка-летяга, смотря на Флиппи точно таким же взглядом.             — Вот они! — перед его носом появился открытый мешок, у которого на дне одиноко лежало одно овсяное изделие в форме сердечка, украшенного новогодней гирляндой. Сплендид нагнулся и откусил часть печеньки.             — Весьма... вкусно.             — Правда? Спасибо! — Флиппи закрыл мешок и уставился на супергероя доброжелательным и весёлым взглядом. — Ты что, спал?             От такого вопроса Сплендид слегка подавился.              — Чуть-чуть, — отрезал он и снова восстановил своё дыхание.             — Ну что ж, значит, я не буду тебя задерживать. Пока, — Флиппи помахал рукой своему другу и был готов уже развернуться и пойти, как он почувствовал крепкую и сильную хватку на своём запястье.             — Ничего страшного. Я уже взбодрился! — возразил Сплендид, после чего постарался пододвинуть Флиппи к себе.             На это медведь лишь мило улыбнулся и послушно подошёл к белке-летяге.             — Ладно. Можно я тогда к тебе зайду? — спросил он и почесал своей щиколоткой голень, обняв себя лапами. — А то я уже на улице как-то подзамёрз.              — Сплендид спасёт всех и вся. От беды, от смерти, и в том числе от холода или жары! — отшутился супергерой. На заднем плане снова заиграла музыка, но уже победная, и, взяв «Дед Мороза» на руки, он поднялся к себе в дом.             Когда Сплендид опустил Флиппи на ноги, то тот быстро снял пепельную толстую бороду, которая достигала пола, и пустой мешок со своего плеча, сложив их на своём предплечье.              — Что-нибудь есть будешь? — крикнул из кухни Сплендид, роясь в кухонном пурпурно-розовом шкафчике. — У меня есть шампанское.              — Я буду очень благодарен, если ты мне его нальёшь с шоколадными чипсами. — весело хихикнул Флиппи и неспеша пошёл на кухню.             Он сразу же перед собой увидел, как Сплендид хозяйственно всё обустроил: со стола вытер, по стаканам шампанского налил и на одну большую тарелку высыпал все шоколадные чипсы, которые заволялись ещё две недели назад, с тех пор как Флиппи был у него в гостях. В целом — всё выглядело так, будто он ожидал увидеть здесь медведя.             — Располагайся поудобнее, — гостеприимно сказал Сплендид, отодвигая стул в знак приглашения, — и будь здоров. — Он поднял стакан с шампанским наверх, чтобы чокнуться с другим.              Флиппи положил свою бороду и мешок на спинку стула, сел и взял прозрачную ёмкость.             — Ты тоже, — ответил ветеран и поднёс свой стакан к чужому. По всей кухне раздался тихий стук стекла. Затем оба зверька откинули свои головы назад и сделали по небольшому глотку, пуская золотую струйку напитка по своей глотке.              Сплендид первый поставил стакан, поэтому он незаметно провёл по тонкой шее Флиппи свой влюблённый взгляд. Что-то внутри сильно и ярко вспыхнуло, словно пожар в лесу, и он быстро размножается по каждому дереву, кусту и сучку. Но резко медведь опустил свою голову и, подняв одну свою бровь вверх, кивнул зверьку напротив, мол: «Что-то не так?»             А Сплендид лишь отвёл свой взгляд, и настала очередь Флиппи им любоваться: голубая шерсть, которая почему-то приобрела клубничный цвет на его щеках. Супергерой искренне надеялся, что этого не видно из-за его красной маски, но ветеран не слепой. Фронт научил его вглядываться в каждые детали и замечать даже самые крохотные вещи, а точнее воздушно-десантные войска. Флиппи это на мгновение напомнило, как он вёл прицельный огонь из стрелкового оружия. Его зрачки сильно сузились, а роговицы стали золотого оттенка. Это был плохой знак, но снова заметив перед собой знакомый, добрый взгляд, Флиппи из тёмных воспоминаний спустился на землю. Душа приятно и тепло покалывала, а лапы вновь стали потеть. В чёрных мультяшных глазах напротив ветеран мог по-настоящему успокоиться, порадоваться или посочувствовать своему собеседнику, но никак не причинить боль. Ведь стоило лишь глазком туда заглянуть, как медведь тут же выпадал из своего альтер-эго и продолжал вести себя так, будто ничего и не было. Только оплакивал горы жестоко убитых и страшно изуродованных трупов.             — Ты сильно испугался, когда я заорал? — решил взять тему для разговора Флиппи, прервав молчание.             — Если честно, брат, да. — чистосердечно признался Сплендид и сглотнул, прокручивая у себя перед глазами все те грустные мысли про Флиппи, которые он до сих пор себе накручивал. — Очень испугался. Думал, не успею.              — Всё бы ты успел! — отмахнулся рукой ветеран и облокотился на спинку стула, слегка шатаясь. — Ты же супермен. Да и это не признание в любви: когда смелости и силы воли не хватает, чтобы успеть озвучить свои чувства. А потом опечаленно смотреть, как твоя пассия встречается с кем-то другим, или намного хуже: с ней что-то случилось. — Флиппи перестал шататься на стуле так, будто он его, и нормально сел. — Так что я не сомневаюсь, что ты бы успел меня спасти.             Слова медведя тронули белку-летягу до глубины души. Тот снова был готов погрузиться в свои мысли, но только уже о признании в любви, если бы не внимательный взгляд, направленный прямо на него. Сплендиду показалось, что на него так смотрят специально, чтобы прожечь в нём дыру или просто убить своей мучительной атмосферой. Супергерой тоже посмотрел в чужие глаза.             — Не понимаю таких людей, — холодно отозвался он. — Неужели действительно так сложно сказать всего лишь три слова: «Я тебя люблю»?             В ответ на его слова последовал заинтересованный взгляд и удивлённо поднятая бровь.             — А ты хоть сам когда-нибудь признавался?             — Эм... да! — занервничал Сплендид, на то и соврал, дабы не показаться неопытным идиотом, который сначала судит, нежели чем побывать на чьем-то месте. — Много раз!             — И что, все те девушки тебе взаимностью отвечали? — Флиппи слегка наклонился к белке-летяге.              — Пф-ф-ф! — тот лишь махнул рукой и скрестил пальцы за головой. — Ещё спрашиваешь! Конечно, я же великий Сплендид — просто безжалостный сердцеед. — уголки его губ самодовольно поднялись, и он прикрыл глаза.       — А где все те девушки? Что с ними стало? И когда ты в последний раз признавался в любви, то по идее у тебя должна быть спутница, — поразмыслил медведь, задумчиво почёсывая себе нос. — Можешь хотя бы имя назвать?             Он что... Издевается? Такое подозрение, что ветеран специально задаёт такие вопросы, дабы раскрыть обман Сплендида. Тот явно думал, что супергерой пургу какую-то гонит, поэтому и хочет так постепенно его разоблачить. Очень жаль, что Сплендид глуповат и не умеет убедительно врать.              Белка-летяга защелкал пальцами в поисках различных женских имён.             — Р...Рэдди, — вымолвил из себя он, а затем про себя сказал: «Пожалуйста, вот бы звучало убедительно!» — Супергерой вздохнул. — Эта красная панда была моей второй половинкой, но мы с ней расстались из-за разных характеров и взглядов.              И тут что-то острое и болезненное, словно игла, кольнуло в грудь Флиппи. Он подозревал, чуйкой слабо ощущал, что Сплендид и блефовал, но также, с другой стороны, он мог этого и не делать. Ведь вся эта интонация, в которой он говорил, могла быть признаком того, что супергероя могло воротить от столь грустных и неприятных воспоминаний. А Флиппи, как дурак, пошутить хотел! Это больно не только для белки-летяги, но и для самого медведя. Потому что сочувствие... Нет, даже не сочувствие! А эмпатия переполняла всю его и так добрую душу мучительными волнами. И ещё, вдруг он Рэдди до сих пор любит. Мало ли, хочет всё вернуть... И Флиппи не стал себе заранее что-либо навязывать, а снова посмотрел ему в глаза, спросив:             — Тебе больно? — от его чуткого тона поддержки Сплендид незаметно вздрогнул. А вот чтобы сказанное тронули медведя — в план не входило. — Извини, я...             — Пх... Пха-ха-ха-ха-ха-ха! — звонкие и заразительные нотки смеха разлетелись по всей кухне. Из-за этого шампанское в стаканах начало делать маленькие блинчики. Но белка-летяга вскоре перестал так делать, когда заметил на себе непонимающий и чутка возмущённый взгляд. — Хм... хи-хи, ладно-ладно. Кхм! Прости. — Он сконцентрировался на том, что сейчас хочет ответить своему другу, и, глубоко вдохнув, наконец-то сказал: — Боже. Не нервничай ты так! Было и было, ничего не вернуть.             Затем супергерой вновь взял свой стакан и поднял его наверх.             — За твои крепкие нервы! А то если вдруг каждый раз по пустякам заморачиваться, можно и в психушку угодить!

***

            Белка и медведь отлично проводили время вместе: через каждое мгновение можно было услышать дикий хохот и смешные диалоги из полупьяных друзей. Флиппи отодвинул свой рукав камуфляжной куртки и посмотрел на часы, которых не было.              — Ладно, братан, — невнятным голосом с небольшим трудом выдавил из себя ветеран, отводя взгляд от своих невидимых часов, — домой мне уж пора. Свет забыл выключить, энергия впустую тратиться будет.              После этих слов Флиппи приподнялся и был готов уже пойти к двери (которая ведёт лишь к оврагу), как ему это не позволила сильная лапа, обвившая его запястье.              — Сплендид, что ты тво... — вопросительно выгнув бровь, хотел спросить медведь. Но из-за перебившего его друга у него это не получилось сделать.             — Послушай, друг, — проговорил белка-летяга, смотря на него не совсем трезвым и почему-то грустным взглядом. — Я знаю, мы эту тему давно не упоминали, но всё-таки мне надо к ней вернуться... — Адреналин бурно кипел в нём, и, нервно сглотнув, начал говорить ещё быстрее: — Когда ты закричал, я ужаснулся, что смогу не успеть тебя спасти. И вдобавок мы подняли одно похожее понятие — успеть признаться в любви и всё такое... Поэтому... — Слова резко начали жить по своим правилам: они встали, как вкопанные, прямо на языке супергероя. И как бы сильно тот не хотел высказать всего лишь три слова об его отношении к Флиппи, как тот был готов яростно растоптать свой трусливый язык за столь несупергеройское поведение.             — Брат, мне правда нужно...             — Заткнись! — неожиданный грубый тон сам вырвался из его уст, что Сплендид аж сам испугался. — Я просто хотел сказать сразу, что если вдруг я не успею и ты будешь занят другим или другой, то хочу тебе сказать предложение из трёх слов... — он приблизился к успевшему покраснеть лицу Флиппи и своим горячим, но нежным дыханием произнёс: — Я тебя люблю.             Затем супергерой отстранился и стал терпеливо ожидать его ответ. Хоть он был и невозмутим внешне, внутри всё было будто ураганом! «Что, если он скажет "нет"?», «А если отошьёт и потом расскажет всем об этом?», «Какой же ты конченный, даже не додумался для начала спросить, как он относится к ЛГБТ...» — вот такие мысли неслись по его черепной коробке, больно ударяясь о неё. Казалось, что сердце сейчас просто выскочит из его рёбер, и это не в переносном смысле! И прежде чем Сплендид успел опомниться, до него донёсся облегчённый выдох.              — Дружбан... ты серьезно? — легко хихикая, отозвался Флиппи. Супергерой был готов поклясться, что ветеран хотел хорошенько ударить его по щеке и скрыться, но вместо этого он так простодушно и мягко произнёс эти слова... что у Сплендида появилось желание заплакать. Глаза медведя смотрели также мило и по-доброму. — Я этих слов ожидал услышать чуть ли не целую вечность!             Чужие лапы легли на плечи супергероя, и голова туда же. Тихий, но счастливый хихикающий голос теперь раздавался под самым ухом белки-летяги, отчего его шерсть встала дыбом, точно ток по нему прошёлся. И, не в силах больше терпеть, Сплендид нагло схватился за ляжки медведя, на что тот удивлённо охнул и поднял. Он теперь смотрел снизу вверх на своего возлюбленного.              Сплендид, когда почувствовал, как Флиппи обхватил его таз ногами, чтобы получше держаться, схватил своими острыми концами когтей за подбородок ветерана и резко повернул в свою сторону. Их страстные, искренние глаза столкнулись между собой. И, не став терять время просто так, супергерой неожиданно подчинил губы Флиппи своим, периодически покусывая их. А медведь поменял место нахождение своих лап, и вместо плеч они теперь оказались где-то возле виска. Скорее всего, это были щёки.              Это было райским наслаждением — осознавать, что зубы возлюбленного ветерана прямо здесь и прямо сейчас нежно и аккуратно покусывают его нижнюю губу. И от этого он расслабляюще и медленно выдохнул через нос в сладостном блаженстве.             — Сегодня остаёшься у меня, — чуть-чуть властно изрёк Сплендид, когда отстранился. — К чёрту свет.