Я старше тебя

Феликс проснулся от громкого голоса, хлопков и недовольного бурчания подруги в ответ. - Подъем, пьянь молодая! - Ну, пааап... - Подъем! Подъем, я сказал. Феликс поморщился от голоса отца Йеджи и с трудом открыл глаза. Черт. Как ярко. Темноты бы. И воды бы. Лучше второго, и побольше. Он зажмурил один глаз и с трудом сел, опираясь на руки позади. Ох, зря он это сделал, лучше бы лежал, ей-Богу. Желательно, всю жизнь. - Встаём! Живо! Феликс замычал и поежился от слишком громкого голоса Хёнджина. - Быстро по домам! Мамочке с папочкой настроение портить! Отец Йеджи ходил вокруг молодняка, аккуратно перешагивая через каждого. Сама подруга лишь ноет и пытается попросить быть тише. Феликс медленно крутит головой, оценивая масштаб трагедии. Ну, лучше, чем в прошлый раз. Значит, Хёнджин не должен быть так зол. Ликс смотрит на него и действительно, на губах мужчины лишь ухмылка. Он остановился, когда наткнулся на друга дочери. Ли улыбнулся ему, а тот заморгал, натянул улыбку и ретировался на кухню. Странное поведение. Всё-таки злится, что ли? Черт. Но он же не виноват! Это его сюда затащили! Да и Йеджи вон, жива и относительно здорова. - Воды..., - услышал он сбоку хриплый голос, - Ликс, воды... - Ханни, сам... И мне дай, если найдёшь. - Нелюди вы. Хван-старший ещё долго всех выпроваживал из своего дома, а потом приводил дочь и её друзей в более-менее человеческий вид. Только все так же странно косился на Феликса. - Извините..., - тихо проговорил он, понимая, что надо бы все же извиниться. - За что? - Как-то нервно засмеялся тот. - Ну... За это, - Феликс обвел комнату рукой, - все. - А... - Да, пап, извини. Я не думала, что будет так. Хёнджин заметно расслабился и засмеялся. - Картины целы, и, слава Богу. Йеджи хихикнула и сразу поморщилась от боли в голове. - Пффф... Сам Ликс чувствовал себя не лучше. Голова болела, тошнило и во рту был странный привкус, от которого он всё никак не мог избавиться, сколько бы воды ни выпил. Хотя, если учесть, что вчера намешал его друг... Он покосился на стол, и его передернуло. Такое мог намешать только Хан. - Извините, а... У вас сока нет случайно? - Был... Апельсиновый, вроде, - кивнул Хёнджин и поднялся изо стола. - Супер. - Ликс, он от похмела не помогает. Поверь мне, - вяло засмеялся Хан, который почти лежал на столе. - Да я вкус во рту перебить. Странный какой-то. И вообще, странное ощущение. Послышался стук, а после звон. - Пап? Все нормально? - А? Да. Да, все хорошо, - отмахнулся Хёнджин, не поворачиваясь к ним. Он всё же налил сок и поставил кружку перед Феликсом, при этом даже не взглянув на него. - Спасибо. - Угу. Пойду я к себе. А вы в себя приходите. Феликс, Хан, вызовите себе такси. Деньги я дам. - Да не надо. У нас есть. Спасибо, господин Хван. Мы Вам, наверное, и так много хлопот принесли. И... Да... За все это, - Хан тоже обвел комнату взглядом, - тоже извините. Мы переборщили. - Бывает. Я уже привык, - отмахнулся мужчина и ушёл. - Странный он какой-то, - вздохнула Йеджи, - М-да. Пьют дети, а страдаю родители. Эх. Феликс и Хан уехали от подруги через час. Легче не стало и через два часа, отходил он долго. На следующий день в школе он проклинал всех и вся. Йеджи - в первую очередь. - Феликс... - Иди в жопу..., - пробурчал парень, уткнувшись лбом в стол. - Нууу, Лиииикс... - Боги, ну что, что? - Дай воды... - Вот скотина. - Доброе утро, - послышался слишком бодрый голос учителя, - сегодня у нас тест. Феликс заныл. За что ему это? Чтобы он ещё хоть раз. Хотя, кого он обманывает, конечно, он пойдёт ещё, если туда его потащат друзья. Выбора не будет. - Я надеюсь, твой отец приедет за нами, - говорит Феликс, облокачиваясь о спинку скамейки и прикрывая глаза. - Приедет, - кивнула Йеджи, - только не факт, что тебя заберёт. - Не понял? В смысле? Почему? - А где моя вода? - Ну ты и сучка, знаешь это? - Да. - Ну и черт с тобой. Сам доберусь, - Феликс даже встал, показывая всю серьёзность своих слов. - На следующие тусовки сама плетись. Йеджи надавила на его плечо и толкнула обратно на скамейку. - И кто ещё из нас большая сука. Сиди уже. - А на меня всем похер, - захныкал Хан, который все это время старался не помереть окончательно. - Вот тебя мы любим больше всех, Ханни, - протянула Йеджи, пересаживаясь и обнимая его. Папа подруги приехал как всегда вовремя. Он стоял возле машины и смотрел, как они плетутся к нему. - Как мы себя чувствуем? - Слишком бодро и громко спросил он, из-за чего друзья поморщились. - Все хорошо, папочка. Спасибо, что спросил, - криво улыбнулась его дочь, поднимая большой палец вверх. Потом цокнула и первая села в машину. Ханни поплелся за ней, а Ликс остановился и улыбнулся мужчине. - Здравствуйте. Хёнджин как-то поменялся в лице. Его глаза быстро-быстро заморгали, он натянул улыбку и кивнул. - Привет. Садись. Феликс кивнул, но возле открытой двери остановился и всё же решил спросить. - Господин Хван, когда Вы вчера пришли, я не делал ничего странного? Хёнджин замер. - Почему спрашиваешь? - Вы как-то странно себя ведёте. Я сделал что-то настолько ужасное? Хёнджин долгие пару секунд смотрел на него и молчал, в этот момент Феликс реально испугался. - Нет. Когда я пришёл, вы уже все дрыхли на полу. Легче не стало, но все же. - Я просто устал, Феликс. Не обращай внимания. - Хорошо. Не хочу, чтобы Вы плохо думали обо мне, - сказал Феликс и всё же сел в машину, оставляя мужчину позади. Хёнджин же, когда тот скрылся в салоне, сглотнул. Он прикрыл глаза и медленно выдохнул. - Блять. Ох, Феликс, ты даже не представляешь КАК теперь может о тебе думать Хёнджин. А лучше бы не думал. Вообще.