Я старше тебя

Как Хёнджин объяснил Йеджи полицию? Просто. Сказал, что это проблемы у соседей, а его позвали просто поговорить про них. Дочь поверила, а Хёнджин стал думать, как быть дальше. Как ей рассказать? Как объяснить, что он влюбился в её лучшего друга? - Хван, елы! Ты тут вообще? Он посмотрел на недовольного Минхо, который уже несколько минут рассказывает что-то. - Прости, задумался. Что? - Через твоё плечо, блять, - выдохнул он, а у Хёнджина в голове что-то щёлкнуло. Минхо. Как он отреагирует? Да, конечно, он не Йеджи, но... Он лучший друг. Тоже рано или поздно узнает. Да и врать ему больше не хочется. Недолго взвешивая все "за" и "против", он на одном дыхании выпалил: - Я встречаюсь с Феликсом. Минхо заморгал, не понимая, что только что услышал. - Чего? С Феликсом? Кто это? Господи, дай сил. - Я. Встречаюсь. С Феликсом, - повторил Хёнджин и уставился на друга. А тот так же бараном уставился на него. - Я понял. Кто это? Ни хера он не понял. - Лучший друг Йеджи. Минхо снова захлопал глазами. - У нее появился ещё один друг с таким именем? Пиздец. Он либо не понимает, либо не хочет его понимать. Второе ближе к правде, и Хёнджин его прекрасно понимал. - Нет. Это все тот же Феликс. - Феликс? Феликс, который просил меня построить с ним ракету из Лего? Феликс, которому мы заклеивали коленки, когда он упал с велика? Феликс, который обижался на меня, когда я его друга хомяком назвал? Этот Феликс??? Хёнджин сглотнул и кивнул. - Да. "Пизда", читалась в глазах напротив. - Ты шутишь? - Минхо нервно засмеялся, - Пожалуйста, скажи, что ты шутишь. - Нет. Не шучу. - Этого быть не может. - Может. Минхо долго смотрел в одну точку, заставляя Хёнджина нервничать ещё больше. Пусть наорет, пусть скажет, что он урод и всё такое, но только пусть не молчит. И, к счастью, он всё-таки подал голос. Хо оглянулся, не слышит ли их кто, и только потом наклонился ближе. - И... у вас... было... что-то? Хёнджин закатил глаза. - Хо... - Было? Он посмотрел на Минхо, и этого тому хватило. - Пиздец. Я в шоке, братан. Это же статья. - Он совершеннолетний. И это с его согласия, - выдохнул мужчина, чувствуя усталость. - Тебя посадят. Ты же знаешь Таена. - Он уже пробовал. Как видишь, я перед тобой. Минхо широко раскрыл глаза. - Тебя посадили?! - Придурок, что ли? Тихо. Нет. Я же здесь, - чуть помолчав, он добавил, - Но могли. - И как ты вышел оттуда? Таен передумал? Сказал тебе валить из страны? А как Йеджи? Если что, у меня есть знакомые в Японии. - Господи, заткнись. Меня Феликс вытащил. И нет, мне не нужно бежать из страны. И Йеджи ещё не знает. - Почему? Когда расскажешь? Боишься? Хёнджин вздохнул. - А ты-то сам, как относишься к этому? Минхо выпрямился. - Эмм... Ну я немного в ахуе. Минхо прищурил глаза. - И как ты его ахомутал? - Я? - А кто ещё? Молчание. - Он, что ли? - Выпучил глаза Хо, - Охренеть. Вот это у малыша вкусы. Минхо заржал, а Хёнджин выдохнул. Минус проблема. Друг ещё долго смеялся, теперь тупых шуток в сто раз больше. Но они есть. Хо не отвернулся от него, даже помощь с Японией предложил. Осталась Йеджи. Будет ли так же всё хорошо? *** Рассказать всё Йеджи они не договаривались в какой-то конкретный день. Чем быстрее, тем лучше. Всё. Ей надо было знать правду, но вот только страх Феликса сейчас съест. Он не знает, как подруга отреагирует, но медлить нельзя. Лучше она это узнает сейчас и от них, чем от посторонних или, что хуже, по неосторожности самой парочки. - Давай я сам. - говорит Ликс, сжимая руку мужчины. - Феликс, я думаю, лучше сделать это вместе. - Нет. Поверь мне, будет лучше, если сначала поговорю с ней я. - Уверен? - Да. - Ладно, тогда я пока поставлю машину на парковку, а потом присоединюсь. — Хёнджин вздохнул и невесело усмехнулся, — Ну или хотя бы помогу оттащить Йеджи от тебя. - Всё будет хорошо. Феликс тянется вперёд и целует Хёнджина, после выходит из машины и идёт в дом семейства Хван. Он слышит позади скрип колёс, но не оборачивается, просто не может. Он как под гипнозом, сверлит знакомую дверь глазами и чувствует, как трясётся от страха всё тело. Он не хочет терять подругу, не хочет видеть в её глазах отвращение и неприятие. Особенно по отношению к отцу. Если они поссорятся сегодня, то Феликс будет себя винить за это всю оставшуюся жизнь. Он выдыхает и стучится. Секунды кажутся часами, но вот дверь открывается, и он видит девушку со счастливой улыбкой. - Феликс! Ты как чувствуешь, я только о тебе подумала. Заходи! Ликс улыбается в ответ и проходит внутрь. - Ты прикинь, этот мудак сказал Замфрине, что не хочет с ней идти на др к Джисону, потому что, видите ли, она... Феликс не слушает её, стук собственно сердца перебивает любые звуки. Как же он боится. - Йеджи! - А? Да? - Мне надо поговорить с тобой. Это очень важно. - Эмм... Ладно. Идем на кухню. И вот стул, стол, кружка с чаем в его руках, а он не знает, с чего начать. - Ликс, с тобой все нормально? Тебя кто-то обидел? Смешно. Нет. Тут все наоборот. - Эмм... Ну это... - Так, не пугай меня. Я уже начинаю серьёзно нервничать. Феликс выдыхает и собирается с силами. Понимает, что больше тянуть нельзя. - Йеджи, помнишь, мы говорили о том, что у меня кое-кто появился? Йеджи распахнула глаза, резко поддалась вперёд, так, что аж стол сдвинулся, и чуть ли не заорала: - Ты мне расскажешь, кто это?! Наконец-то. Кто?! Кто он? Не тяни! Блять. Блять, блять, блять. Феликс сглотнул, но молчать нельзя было, а ужасно хотелось. - Да, расскажу. Но пообещай, что отреагируешь спокойно. - Не обещаю, Ликс! Ты знаешь меня. Ага, знает. - Эм, как ты отнеслась бы, если я скажу, что этот человек старше меня? - Ну, возраст - это не помеха, — отмахнулась подруга, — Насколько он старше? Лет пять, шесть? - Нет, больше. - Серьезно? Вот это ты даёшь. Не думала, что такие в твоём вкусе. - Я тоже. - Кивнул Ликс. - Ну так что? - Ну, если он не на тридцать... - Нет!!! - Нуууу, тогда ещё ладно... А насколько? Не как мой папаша же? Феликс подавил в себе нервный смешок. Блять. - Йеджи... - А? - Это он и есть. Молчание. Слишком тяжело. Подруга прерывает тишину первой. - Чего? Феликс выдыхает и поднимает глаза на, пока что, подругу. - Йеджи, я встречаюсь с твоим отцом. Йеджи хлопала глазами, а потом ненатурально засмеялась. - У тебя ужасное чувство юмора, ты знаешь? Это не смешно, Феликс. - Я знаю. И я не шучу. Я люблю твоего отца, и мы вместе уже несколько месяцев. С лица подруги пропали все краски, она, не моргая, смотрела на парня перед собой, а потом тихо сказала: - Быть того не может. Я не верю. - Но это так. - Нет, Феликс, ты не можешь быть с моим отцом. - Прости, надо было сказать тебе раньше. Но мы боялись твоей реакции. - Это бред какой-то. Это не может быть правдой. Феликс уже боялся, что будет, когда придёт Хёнджин. А тот стоял перед дверью уже минут пять и боялся заходить, но это надо сделать. Он заходит в квартиру как можно тише, подходит к кухне и вслушивается в слова. Он слышит возмущения дочери и уже хочет пойти на помощь, но понимает, что дочка может возмущаться и чему-то другому, и тогда получится, что он все испортит. Мужчина слушает их и наконец-то произносится фраза, которая говорит о том, что Ликс все рассказал: - Феликс, блять, он мой отец! Как вы можете быть вместе? Хёнджин больше не ждёт, он показывается и смело подходит к притихшему парню. Две пары глаз сразу обращаются к нему, но он держит лицо. Хёнджин подходит к Феликсу и привычно кладёт руку на его шею, успокаивая. Он улыбается ему и смотрит на дочь. Йеджи глупо моргает и смотрит на эту картину. - Пожалуйста, скажите, что это шутка. - Нет, Йеджи. Мы вместе, - уверенно говорит мужчина и присаживается рядом с Феликсом, переплетая с ним пальцы на одной руке, что лежала на столе. И вот только сейчас Феликс слегка расслабляется. - Это что получается, ты его совратил? Это же... Педа...ты же не... Изнасил... Да твою налево. Почему все думают, что Хёнджин его изнасиловал? - Йеджи, пожалуйста, послушай. Я тебе все расскажу, - взмолился Ликс, тоже не в силах это слушать. Девушка складывает руки на груди и все же кивает. - Во-первых, знай, что Хёнджин ничего плохого мне не сделал. Это я первый начал. Феликс с алеющими ушами и с огромным стыдом рассказывает, как все началось, конечно, без подробностей. Рассказывает, что у них все было, когда он напивался, как сам обвинял его в домогательстве, и о том, как все вспомнил. Йеджи засмеялась. - Феликс, ты же знаешь, что тебе пить нельзя. Я тебе столько раз это говорила. - Я тоже, - усмехается Хёнджин. - Я знаю, и мне ужасно стыдно. Но это правда, Йеджи. Феликс продолжает и рассказывает, как Хёнджин пытался всё это прекратить, рассказал, как они начали встречаться и даже о том, что произошло недавно. - Ты был в тюрьме?! - возмутилась Йеджи. - И я не в курсе?! Это тогда, когда пришёл Таен с тем ментом? Это было не из-за соседа? - Извини, но мне даже позвонить не дали. - Йеджи, это все из-за моего отца. Он все не так понял. - Но не волнуйся, Ликс меня вытащил оттуда, и сейчас все хорошо. - Ну пиздец просто. Ребята замолчали, и Хёнджин с Феликсом понимали, что теперь надо только ждать. Но терпение заканчивалось. - Йеджи? Скажи что-нибудь? Подруга пожала плечами. - Я не знаю. Не знаю, что сказать. Это слишком неожиданно. - Ты... против? - А это что-то изменит? - Вряд-ли, - сказал Хёнджин. - Это сложно. Мне надо время. Феликс закивал, он прекрасно всё понимал и готов дать ей это время. Девушка смотрела на них и внезапно спросила: - Ну и кем ты мне будешь? Отчимом? Ребята засмеялись. - Нет. Я хочу быть твоим другом. Подруге нужно было время. Феликс готов его дать. Всё, что нужно — лишь бы не потерять её. С того дня пропала вся скрытность. А смысл скрываться? Родные и друзья знают, а на остальных всё равно как-то. Йеджи три дня не приходила в школу. Феликс отгонял от себя мысли, что она его теперь избегает. Хёнджин говорит, что дома она ведёт себя тоже тихо. Почти не говорит с ним. Всё время у себя и редко выходит из комнаты. За день до экзамена, Йеджи пришла. - Всем привет, - бодро поздоровалась она, присаживаясь рядом. Феликс смотрел на нее глазами, полными надежды. Заметив это, подруга усмехнулась. - Что? Родственничек. Ликс усмехнулся. - Не называй меня так. - Почему это? Правда же. Расслабься. Все нормально. - Правда? - Угу, - она пожала плечами, - что я могу с этим поделать? Феликс улыбнулся, грея надежду, что все будет хорошо. *** Скоро подошёл к концу учебный год. Оглядываясь назад, Феликс понимал, что НАСТОЛЬКО насыщенного года у него ещё не было. Произошло слишком много всего, чего он вообще не ожидал. Врать не будет. Он представлял себя в отношениях. Но точно не в таких. Всегда привычный Хёнджин вдруг стал совсем новым человеком в его глазах. Он никогда бы не подумал, что его сердце украдет именно этот человек. Но он рад, что так вышло. Он никогда не признается, но мысленно благодарит страсть Хана мешать алкашку. Ведь, если бы не друг, он бы в тот вечер не сделал того, что сделал. Если бы не вечные тусовки Йеджи, он бы никогда не влюбил в себя такого человека. Хёнджин - лучшее, что произошло с ним за долгое время. С тех пор, как все всё узнали, не сказать, что прям многое поменялось. Феликсу просто стало легче. Теперь он мог спокойно говорить друзьям, что идёт на свидание. Правда, все ещё неловко перед Йеджи. Да и та ещё долго будет привыкать, что теперь при встрече друга и отца они не просто здороваются друг с друга, а целуются. Что теперь, когда Феликс приходит к ним в гости, ночует он не у неё в комнате, а у Хёнджина. Что они там делают, она знать не хочет. Хан теперь, казалось, дышит легче. - Вы не представляете КАК я рад, что ты, Йедж, знаешь. Прям камень с души. - А, собственно, как ты узнал? Феликс сам тебе все рассказал? Феликс закашлялся и многозначительно посмотрел на друга. - А... Ага... Да. Случайно. Нет, такое они оба унесут в могилу. Йеджи эти подробности ни к чему. Отец так и не принял. С Феликсом он общается нормально, но до тех пор, пока речь не заходит о его отношениях и о семье Хван. - А Йеджи-то тут при чем? - возмущается Феликс. - Не причём, - кивает отец, - ребёнок не виноват, что её отец такой муд... - Папа! - Таен! Отец хлопнул ладонью по столу. - К Йеджи вопросов нет, но про этого, чтобы я не слышал. Ясно? Феликсу больно от этих слов. Он хотел, чтобы и папа был на его стороне, но видимо, это выше его сил. Не всегда происходит все так, как мы хотим. А очень жаль. Из-за поступления с Хёнджином они видятся не очень часто. Но после того, как встречи все же происходят, он ещё долго не может нормально говорить от того, что горло болит от стонов. Их встречи всегда — это огонь, перерастающий в пожар. Губы Хёнджина оставляют следы везде, где можно и нельзя, чем ещё больше выводят Таена из себя. После таких встреч Феликс приходит домой помятый, но до безобразия довольный. Их отношения изначально были ненормальные. Такие отношения под запретом. Их не поймут и многие осудят. Они оба мужчины. И один старше другого не на три, четыре года. Им нельзя быть вместе. Феликс не должен быть влюблен в отца своей подруги. Хёнджин не должен быть влюблен в мальчика, которого знал ещё с детского сада дочери. Их нельзя было представить вместе. Они разные. Это дико. Это неестественно. Им нельзя. …Но так хочется. -Конец-