Ибо Мимоходом Мы Обретаем Бессмертие

      — О, посмотрите-ка, если это не новейший оруженосец Камелота, — раздался голос, в котором смешивались лукавство и искренняя радость.              Жон, влачивший свое уставшее тело по ставшему уже знакомым коридору, обернулся. К нему подбегала Гарет. Слой пота, грязи и латные доспехи ничуть не умаляли её сияния; она широко улыбалась своему товарищу по званию. Когда она поравнялась с ним, Жон ответил на приветствие, крепко сжав её латную перчатку своей рукой, и с готовностью парировал: — Рад тебя видеть, самый юный оруженосец Камелота.              Гарет рассмеялась и закатила глаза. Когда они разомкнули руки, она спросила: — Не знала, что ты уже вернулся в Камелот, Жон... Когда вы с сэром Мордред прибыли?              — Вообще-то, только что, — сообщил Жон, потягиваясь. — Сэр Мордред пошла сдавать отчет о нашей поездке сэру Агравейну.              — Понимаю, — Гарет кивнула, быстро осмотрев друга с ног до головы, после чего с нетерпением спросила: — И это правда?              — Что именно правда? — Жон озадаченно моргнул и склонил голову набок.              — То, что болтают воины о ваших с сэром Мордред приключениях за последние несколько недель! — возбужденно пояснила Гарет.              — Что мы натворили? — недоуменно повторил Жон. — Мы просто объезжали окрестные города и деревни в учебных целях, как и собирались...              — Значит... вы не разбивали наголову целый отряд саксонских налетчиков? — спросила Гарет с лишь легким оттенком разочарования.              — ...Я, кажется, даже саксов-то в глаза никогда не видел, — признался Жон, качая головой.              — А как насчет того, чтобы сравнять с землей десяток лесов отсюда до земель пиктов в яростных бесчисленных дуэлях?              — Нас не было всего пару недель, и мы точно не забирались так далеко на север!              — И «нет» на вопрос об убийстве разъяренного дракона ради спасения города?              — ... Это что, реальная проблема, которая здесь часто случается? — не удержался от вопроса Жон, хотя краем сознания уже понимал, что Гарет не совсем серьезна в своих допросах.              В конце концов, в его рассказ о битве с драконом здесь поверили с поразительной легкостью, и хоть он тогда не стал смотреть в зубы дареному коню...              — Ну, сэр Ланселот сразил одного в поединке несколько лет назад, как раз перед тем, как стал моим наставником. А сэр Кей, говорят, так напугал огненных драконов, что те улетели восвояси... — припомнила Гарет, после чего усмехнулась: — Но я бы определенно удивилась, окажись эта история правдой.              — Ну, так или иначе, мы с сэром Мордред точно ничего подобного не делали, — Жон закатил глаза, после чего риторически добавил: — Ты правда думаешь, что сэр Агравейн позволил бы сэру Мордред взять меня в такую поездку, если бы считал подобное вероятным?              — И то верно... — согласилась Гарет. Она задумчиво приставила руку к подбородку, рассуждая: — Знаешь... Агравейн — единственный, помимо Его Величества, кто действительно может заставить сэра Мордред слушать его большую часть времени...              — Неужели? — Жон постарался придать голосу как можно больше незаинтересованного скептицизма, внезапно обнаружив за окном крайне любопытное облако, на которое стоило посмотреть.              — Я серьезно! — настаивала Гарет, бездумно следуя за своими мыслями. — И если подумать... когда Мать впервые представила сэра Мордред Круглому Столу, Агравейн не выглядел ни удивленным, ни впечатленным.              — А сэр Агравейн вообще когда-нибудь выглядит удивленным или впечатленным? — поинтересовался Жон вскользь, всё еще пытаясь увести разговор в безопасное русло.              — Может, для большинства людей и нет, но я умею читать своего брата, Жон, — указала Гарет, отказываясь отвлекаться от картинки, медленно складывающейся в её голове (к ужасу Жона). — Но хотя он не был ни удивлен, ни впечатлен, он всё равно был среди первых, кто высказался в поддержку членства сэра Мордред...              К счастью для Жона, прежде чем он успел ляпнуть лишнего и выдать себя, Гарет вслух задалась вопросом: — Как думаешь, брат помогал тренировать сэр Мордред до того, как она пришла в Камелот?              Жон едва не испустил вздох облегчения от того, что тайна наставницы осталась в сохранности. Собравшись с мыслями (что он ловко замаскировал под глубокое раздумье — в лучших традициях младших братьев, пытающихся избежать проблем), он ответил: — ...Ну, полагаю, тебе это виднее, чем мне...              — Хм, и то правда... — задумчиво хмыкнула Гарет, но через мгновение покачала головой и вздохнула: — Мастерство сэра Мордред во владении клинком намного превосходит навыки Агравейна. Учитывая его обязанности в Камелоте и преданность им, я не верю, что у него нашлось бы время или желание брать ученика, разве что в качестве писца...              Жон ободряюще закивал, хотя в глубине души чувствовал себя неловко из-за того, что Гарет пришла к ложному выводу об отношениях сэра Мордред с Агравейном (и с ней самой, соответственно).              Конечно, такое недопонимание было ожидаемым (он сомневался, что Гарет вообще способна допустить мысль, что её мать скрыла от всей семьи ещё одного брата — сестру — ото всех, кроме сэра Агравейна) и удобным (это был не его секрет, а сэр Мордред ясно дала понять, что не хочет, чтобы Гарет узнала, сколько бы Жон её ни спрашивал). Но в то же время он чувствовал, что Гарет могла бы благотворно повлиять на Мордред.              Тем не менее, он добился успеха только потому, что команда JNPR уважала его секреты, поэтому он сменил тему: — Кстати, о тренировках. Как успехи у тебя? Скоро ли мы увидим самого юного Рыцаря Круглого Стола?              — О, сэр Ланселот сказал, что готов посвятить меня в рыцари, как только я достигну совершеннолетия! — весело сообщила Гарет, оживившись при возможности поговорить о наставнике. Затем каштановая челка, оттеняющая её светлые волосы, поникла, и она тихо пробормотала: — Хотя в последнее время...              — Всё в порядке? — Жон подался вперед, не в силах сдержать нахлынувшее беспокойство.              После секундного колебания, во время которого Гарет взвешивала свое восхищение сэром Ланселотом и тревогу по поводу его недавнего поведения, она покачала головой и успокаивающе улыбнулась: — Я уверена, это пустяки, Жон. Он был немного... рассеян со времен того пира, но кто может его винить? Слова сэра Тристана до сих пор преследуют многих из присутствовавших, но он не позволил этому повлиять на мое обучение — такова сила его характера.              — ... — Жон на мгновение оглянулся на замок, вспоминая тот самый пир. Он покачал головой, не желая думать о том, насколько тяжелее пришлось тому, кто на самом деле знал и Короля, и сэра Тристана.              На несколько мгновений воцарилась тишина, пока Гарет, в свою очередь, не сменила тему: — Итак, хочешь взглянуть, как я продвинулась с «Ира Лупус»?              — Конечно, почему бы и нет, — с улыбкой пожал плечами Жон, втайне благодаря Руби Роуз за все те случаи, когда она часами рассуждала об оружейном деле. Конечно, он был далеко не на уровне ученика кузнеца (или студента Сигнала), но нахватался достаточно, чтобы хотя бы дать пару советов.              Однако, когда пара вместе направилась к новой цели, и шепот прохожих вокруг стал лишь громче, Жон с трудом подавил желание любопытно оглядеться, про себя удивляясь, почему люди в Камелоте всё еще не привыкли к его присутствию.              /-/              

ТЕМ ВРЕМЕНЕМ В ПОКОЯХ АГРАВЕЙНА

             Агравейн пристально смотрел на бронированную фигуру, которая только что закончила зачитывать отчет, которого он требовал. Он моргнул. Ничего не изменилось. Он моргнул снова. Язык тела его младшей сестры оставался прежним. Он моргнул в третий раз. К несчастью для его кровяного давления, Мордред всё еще оставалась столь же беззаботной, сколь невыносимо самодовольной.              Агравейн медленно выдохнул, собираясь с мыслями, а Мордред подалась вперед, явно неправильно истолковав его действия.              — ... Мордред? — наконец начал Агравейн. — Ты помнишь, что мы обсуждали и что ты обещала перед тем, как я позволил тебе забрать оруженосца из Камелота на месяц?              — Э-эм, что я буду хорошо его учить? — Мордред озадаченно склонила голову, не понимая, зачем ей задают такой очевидный вопрос.              В конце концов, по её собственному суждению, она была уверена, что они отлично поработали, помогая городам, которые посетили (по крайней мере, по сравнению с легендами, которые ей рассказывали, и книжками с картинками, на которых она выросла).              А что касается его верховой езды...              /-/              Брови Жона были сдвинуты в глубокой концентрации: он пытался держаться за поводья боевого коня (а не за его шею) и тихо молился, чтобы тот не попытался снова его сбросить (как это было постоянно с тех пор, как они покинули замок).              — Тебе нужно расслабиться, оруженосец, — наставляла его Мордред, подъезжая вплотную и подмечая изъяны в его посадке. — Если твоя хватка будет слишком крепкой, а разум — слишком сосредоточенным на самой езде, это может стоить тебе лишних секунд при обнажении клинка. А я знаю, что ты понимаешь, как это важно в бою...              Жон глубоко вдохнул, а затем медленно выдохнул, заставляя себя ослабить хватку на кожаных ремнях.              Мордред только начала одобряюще кивать, как старый конь, почуяв неопытность и неуверенность всадника, резко топнул копытом и фыркнул. Прежде чем Жон успел снова вцепиться в поводья, Мордред вмешалась, прикрикнув на лошадь и перехватив управление.              Когда конь успокоился, понимая, что сейчас лучше не искушать судьбу, Жону осталось лишь виновато посмотреть на Мордред. Та вздохнула и заметила: — Знаешь, я ожидала, что ты будешь гораздо лучше ладить с животными, учитывая твое детство на ферме и подготовку Охотника...              Жон неловко рассмеялся, быстро отводя взгляд и не зная, что ответить. Ведь он не мог объяснить, что на ферме его семьи не было животных (это повлекло бы за собой ещё больше расспросов, а объяснить, что такое трактор или комбайн, людям, использующим волов и лошадей, было бы сложно). Не говоря уже о том, что любимым средством передвижения Охотников был «Буллхед»...              Мордред прищурилась на его смех, гадая, не упускает ли она чего-то, но затем покачала шлемом и снова вздохнула. Ткнув его локтем в бок, чтобы привлечь внимание, она придвинулась ближе к своему оруженосцу. Её прикосновение было мягким: она накрыла его ладони своими и снова направила их к поводьям старого коня.              — Ещё раз, — велела она. Голос прозвучал гораздо мягче, чем тот нетерпеливый лай, которого ожидали бы от неё окружающие. И никто не увидел бы слабую улыбку, скрытую за забралом, пока она наблюдала, как Жон изо всех сил старается следовать её указаниям.              В конце концов, она учила друга. Человека, которому поклялась стать наставником, даже если во многом им приходится разбираться вместе.              ... Хотя, судя по тому, как шли дела, ему, возможно, снова придется ехать на её лошади, когда они въедут в следующую деревню (всё же куда более достойная участь, чем вылететь из седла на глазах у местных крестьян).              Как ни странно, она обнаружила, что вполне может с этим смириться.              /-/              — ...Что ж, учитывая, что спустя три недели пути он смог-таки укротить ту строптивую клячу, которую я ему выбрала, я могу с уверенностью заявить: он способен ездить на любом обычном боевом коне Камелота...              — Помимо этого, — резко оборвал её Агравейн, возвращая в настоящее.              — Э-эм... обеспечить его безопасность? — ответила Мордред в замешательстве, всё еще не видя проблемы.              — Именно, — подтвердил Агравейн сухим тоном, сверяясь с записями отчета Мордред. Указав рукой на описание их путешествия, он потребовал ответа: — И как бы ты назвала вот это?              — Безопасное путешествие? — рискнула предположить Мордред.              — Дюжина волчьих стай, два разъяренных медведя и группа пиктских бандитов, грабящих округу, лишают всё это мероприятие статуса «безопасного», Мордред, — отрезал Агравейн без тени улыбки.              — Серьезно? — искренне удивилась она.              — Да, — тон Агравейна был отрывистым; он снова потер переносицу.              — Но это были всего лишь волки, медведи и бандиты! — воинственно возразила Мордред. — Я же не давала ему сражаться с очередным демоном или драконом...              — Мордред, я знаю, что твои суждения искажены воспитанием матери, — вздохнул Агравейн, переходя на более доверительный тон. — Но это не отменяет того факта, что волки, медведи и бандиты представляют смертельную опасность для большинства людей.              — Сомневаюсь, что хоть один рыцарь Камелота пал бы от столь ничтожных врагов, даже Бедивер, — парировала Мордред, обиженная за недостаток веры брата в её оруженосца.              — Но Жон ещё не полноправный рыцарь, Мордред, — указал Агравейн.              — Но он сталкивался с куда более опасными врагами! — возразила она. — Помнишь, в каком состоянии мы его нашли? Помнишь его рассказ о том, как он попал сюда, про дракона? Помнишь его магию души, Ауру?              — А ты не помнишь, как Адданк едва не сразил тебя, чье мастерство меча и врожденные способности намного превосходят человеческие? — напомнил ей Агравейн. — Не помнишь, что его история закончилась едва не наступившей смертью от рук ведьмы и дракона?              Мордред на мгновение замолчала, и Агравейн, поймав момент, положил руку ей на плечо: — И я помню магию твоего оруженосца, Мордред. Я признаю, что он сильнее многих, и уверен, что под твоим руководством он стал только лучше. И я могу лишь похвалить те деяния, что вы совершили, ту помощь, что вы оказали подданным Его Величества!              — Но! Чего я не могу принять, так это твоей ошибочной уверенности, что то, с чем вы столкнулись, было приемлемым или, упаси Господь, «безопасным»! Мордред, как Рыцарь Круглого Стола, ты была выбрана Королем лично, и с этой честью приходят ожидания и ответственность! Не говоря уже о том, что как наставник...              Мордред удрученно вздохнула под шлемом: нотация Агравейна начала набирать обороты. Это был далеко не первый раз, когда она выслушивала подобную лекцию, но слушать брата было всё же терпимее, чем Ланселота с его бесконечными «а что если» и «как бы чего не вышло».              В конце концов, что в этом такого? На этот раз никто даже не пострадал, верно? ...но в то же время она уже признала себе, что она лишь «третьесортный рыцарь». Если два первоклассных рыцаря говорят ей одно и то же, вероятно, ей действительно есть чему поучиться?              Она была должна и Королю, которым восхищалась, и оруженосцу, наставницей которого была, стать лучшим рыцарем, на которого способна. Поэтому она заставила себя сосредоточиться на словах брата.              Спустя несколько секунд она вставила: — Ладно, ладно, я поняла! Ситуация была необычной и небезопасной, и я должна была это осознать, так?              — ...Это... не самое неточное резюме... — признал Агравейн, довольный тем, что младшая сестра, кажется, действительно усвоила его слова. Хотя он сомневался, что она понимает, насколько странной была ситуация (особенно упоминание пиктских варваров так далеко на юге).              — Хорошо, договорились, урок усвоен, — быстро заверила брата Мордред. Плечи её поникли от облегчения: лекция наконец-то закончилась. — В следующий раз, когда такое случится, я... э-эм...              — ... — Агравейн снова потер переносицу, пока Мордред выжидающе смотрела на него, ожидая подсказки.              К сожалению, это был лучший результат, которого он когда-либо от неё добивался, поэтому он помог: — Ты отправишь послание в Камелот, информируя нас о ситуации, чтобы мы могли принять необходимые меры?              — Да, именно так! — закивала Мордред, после чего уточнила: — ...И?              — ... — Агравейн бросил на сестру взгляд, полный изнурения, после чего вздохнул: — ...Просто... просто помни, что у людей иные стандарты безопасности, чем у тебя, хорошо? В следующий раз у любого из нас может не оказаться столь способного спутника...              — Что это значит? — низким голосом потребовала ответа Мордред.              — Жон не будет твоим оруженосцем вечно, Мордред, а у твоего следующего может не оказаться такой полезной магии, — сообщил ей Агравейн. Он приподнял бровь, удивляясь внезапной резкости сестры. — Если ты и твой гипотетический будущий оруженосец столкнетесь с подобным...              — ... — Мордред на мгновение замерла, после чего быстро ответила, глядя в сторону: — А, ну конечно, ты это имел в виду! Точно, поняла!              Агравейн какое-то время изучал сестру, но решил не искушать судьбу. Вместо этого он взглянул на стол, на послание, спрятанное под грудой пергамента. Пришло время перейти ко второй причине, по которой он вызвал Мордред: — В любом случае, Мордред... говоря об обучении... твоя наставница только что прислала мне весточку.              Мордред мгновенно вытянулась в струнку. Агравейн достал письмо, пробежал его глазами и бросил в камин. — Она говорит, что посетит Камелот через несколько дней.              Мордред лишь простонала и разразилась ругательствами, буквально рухнув в кресло. ___________________ Примечания автора: Короче говоря, я переписал эту главу 14 раз. Изначально Мордред даже не фигурировала в этой главе, а вторая половина была сценой между Артурией и Жоном. Но это меня не устраивало, поэтому я добавил короткую сцену (не более нескольких строк) между Мордред и Аграваном в качестве шуточного эпизода. Но когда я перечитал то, что написал, я почувствовал еще большее недовольство тем, что экскурсия Жона с Мордред получила минимальное описание (в основном это были шуточные фразы о том, что преувеличенные слухи на самом деле не были такими уж преувеличенными, которые были использованы для смеха), поскольку там был значительный потенциал для развития персонажей. Поэтому я все выбросил, попытался посвятить этой поездке целую главу... и, честно говоря, получилось отвратительно. Абсолютно отвратительно. Итак, после многих переписок... э-эм, это, наверное, лучшее, что я могу предложить для этой главы. Кроме того, еще раз — Жон, будучи из Реманта, вероятно, имеет совершенно другое представление о том, что такое «мирное путешествие», учитывая, что он родом из мира, в основном захваченного Гримм. А Мордред, будучи Мордред (то есть воспитанным Морганой и в основном выросшей на книжках с картинками и сказках), вероятно, не знает ничего лучше. В отличие от этого, Камелот существует уже около десяти лет, и центральные районы королевства в основном умиротворены. Тот факт, что у этой пары было так много случайных встреч в пути, является для Агравейна признаком того, что что-то не так, и то, что они, похоже, не осознают этого и не понимают, какую опасность это представляет для них самих и для других, особенно раздражает его. В принципе, это то же самое послание, которое она получила от Ланселота после сражения с Адданом (больше думай о своих поступках), хотя на этот раз акцент делается больше на ее реакции на него. А почему его удача настолько ужасна... кто знает? Может, он просто от природы невезучий? Может, это связано с его попутчиком? Или, возможно... эх, пока это не имеет значения.