Часть 3
4 января 2025 г., 20:13
Они старались двигаться быстро, и вскоре близнецы и больной принц оказались под густой тенью ветвей и высоких деревьев, которые тянулись почти до небес. Лес был таким густым, что хорошо защищал от суровых ветров и лютого холода, и найти место между двумя деревьями с огромными сросшимися стволами было проще простого. Изгиб стволов стал идеальным укрытием, и по просьбе Элладана деревья дали свои ветки, чтобы укрыться от снега. Близнецы соорудили укрытие всего за несколько минут, и там было достаточно хвороста для костра.
Подождав, пока брат разведёт костёр, и убедившись, что ребенок хорошо укрыт плащом, который они расстелили на земле, Элрохир слабо улыбнулся брату, взвалил на спину своё оружие и рюкзак и выскользнул из укрытия, быстрым шагом направившись обратно к пещере, которую они только что покинули.
— Береги себя! — крикнул Элладан вслед быстро исчезающему близнецу, а затем повернулся к принцу, который уже успокоился и тихо лежал у костра, с грустью глядя на старшего эльфа.
— Прости, Элладан. Элрохир не должен был возвращаться. Нам следовало просто подождать, пока пройдёт буря.
Элладан повернул голову и пристально посмотрел на молодого эльфа, оценивая его взглядом целителя, чтобы понять, не поднялась ли снова температура. Увидев ясность в грустных голубых глазах, он опустился на колени рядом с Леголасом, положил руку ему на голову и пригладил волосы. Он выдавил из себя улыбку, встретив пристальный взгляд.
— К тому времени дерево, скорее всего, уже погибнет, малыш. Нет, это наша вина. Мы должны были взять с собой маленькое деревце. Было нечестно будить его, а потом оставлять одно в темноте.
Леголас прикусил губу, продолжая смотреть на него.
— И всё же я бы не хотел, чтобы с Элрохиром что-то случилось только потому, что я тосковал по дереву… Элрохир важнее.
Элладан сухо усмехнулся.
— Он будет рад услышать, что ты так считаешь. Тем не менее, я думаю, что Элрохир вполне способен пройти несколько часов и принести маленькое деревце. Вот увидишь. До наступления ночи он вернётся и присоединится к нам здесь, в нашем безопасном и тёплом укрытии. А теперь не думай об этом. Тебе нужно отдохнуть, пока есть такая возможность.
***
Прошло три часа с тех пор, как Элрохир ушёл. Элладан знал, что ведёт себя глупо, и он бы почувствовал через связь близнецов, если бы что-то пошло не так. Но все же волновался. Шторм не утихал, ветер по-прежнему яростно дул вокруг их маленького укрытия, время от времени забрасывая снежинки сквозь ветки. Уютный маленький костер уже давно не согревал больного ребенка. Холодный воздух и снег начал просачивался внутрь, и Леголас снова начал дрожать. Элладану удалось успокоить его, свернувшись рядом с ним и крепко обняв его под плащом, чтобы поделиться теплом своего тела. К счастью, это помогло, но старший эльф не мог оставить больного ребенка чтобы на пару минут выйти наружу и осмотреться возвращается ли его брат. Иногда было трудно разрываться между двумя обязанностями размышлял он, осторожно вытаскивая руку из-под плаща и подбрасывая ещё одну ветку в костёр. Леголас легонько вздохнул, Элладан спрятал руку обратно под плащ и снова прижал к себе ребенка, поцеловав в макушку. Леголас всё ещё тяжело дышал, и температура не сильно спала. Элладан боялся, что Элрохиру понадобится слишком много времени на то, чтобы вернуть дерево. Интуиция целителя подсказывала ему, что каждая минута на счету, и нужно было доставить ребёнка в безопасное место в Лихолесье. Леголас беспокойно пошевелился, повернув лицо к Элладану, и тихо застонал, когда его одолел приступ кашля. Элладан бормотал успокаивающие слова и нежно гладил ребенка по спине, пока кашель наконец не прекратился. — Спасибо, Элладан. Элрохир уже вернулся? — тихо спросил он, и Элладан осторожно поднес флягу с водой к сухим губам Леголаса, пока тот не сделал несколько глотков. Старший эльф положил его обратно на землю и откинул пряди светлых волос с бледного лица, ободряюще улыбнувшись ему. — Нет, малыш, он ещё не вернулся. Однако прошло не так много времени, и я не чувствую ничего плохого. Не бойся за него. Леголас вздохнул, повернул голову и уставился на ветки, разбросанные по их маленькому укрытию. — На улице слишком холодно, и это всё моя вина, — печально сказал он. Элладан крепче обнял маленького эльфа. — Нет, малыш! Это мы виноваты. Мы знали, что не стоит оставлять маленькое деревце. Ты не виноват в том, что напомнил нам о нашей халатности. В конце концов, мы бы поняли это и были бы ещё дальше, так что ты на самом деле сэкономил нам немного времени. Элладан не был уверен, что в данный момент говорил правду, потому что беспокоился о брате. Но нельзя было винить ребёнка за то, что он лесной эльф с большим сердцем. Леголасу не нужно было чувствовать себя виноватым, когда он был так болен. Старший эльф почувствовал радость от того, что его слова подействовали, и ребенок прижался к нему и слегка вздохнул с облегчением. — Наверное… — задумчиво произнёс Леголас, сжимая в руках плащ. Элладан посмотрел на него сверху вниз. — Тебе всё ещё холодно? И, пожалуйста, будь честен. — Немного, но не так сильно, как раньше, — Леголас твёрдо встретил его взгляд, и Элладан понял, что он говорит правду. Он похлопал его по плечу и сел, затем встал, плотнее укутав ребёнка плащом и улыбнувшись ему. — Я пойду соберу ещё дров, малыш, пока ты не сильно мерзнешь. Я скоро вернусь. Леголас кивнул, улыбнувшись ему в ответ, и положил голову на импровизированную подушку из плаща. Элладан оценивающе посмотрел на него. Ребенок делал вид, что ему лучше, но старший эльф заглянув в его голубые глаза и понял, что он просто притворяется. Ребёнку было больно и он был измотан, но он не хотел, чтобы Элладан это видел. — Наверное, он не хочет еще больше меня беспокоить, — подумал Элладан, отчасти расстроенный, отчасти чувствуя умиление от попытки ребенка. — Бедный малыш всегда думает о других, а не о себе. Если он умрёт из-за этого дурацкого дерева… Элладан быстро вышел из укрытия, едва успев закрепить ветки, чтобы не впускать большую часть холодного воздуха. Он чувствовал, как в нём нарастает гнев при мысли о том, что им приходится тратить время на возвращение дерева. Но он не хотел, чтобы принц видел, что он расстроен. Элладан сердито топал по снегу и раздражённо пинал камни, ветки и стволы деревьев. Пока одно из них не сбросило снег прямо ему на голову. Отплёвываясь и кашляя, он стряхнул снег с волос и лица, сердито глядя на самодовольное дерево. В его серых глазах было столько злости, что он мог бы сжечь дерево дотла. Затем он быстро собрал ещё хвороста для костра и положил его под плащ, легко взбежал на холм, чтобы посмотреть вдаль сквозь всё ещё кружащийся снег. Затем вернулся в их укрытие и сложил ветки рядом с костром. Элладан бросил в костёр одну из больших веток, надеясь немного повысить температуру в их укрытии, затем плюхнулся рядом с принцем, который удивлённо посмотрел на него. Леголас резко сел и уставился на промокшего старшего эльфа широко раскрытыми глазами. — Твои деревья в плохом настроении, — очень спокойно сказал Элладан, насмешливо глядя на ребенка и намеренно подчёркивая слово «твои». — Я почти готов поджечь их все! Глаза Леголаса округлились, а затем заблестели от веселья, и он хихикнул. — Они сделали это с тобой? — весело спросил он, высунув руку из-под одеяла и указывая на голову Элладана, с тёмных волос которого всё ещё стекал тающий снег. Элладан лишь фыркнул и отвернулся, чтобы посмотреть на огонь, притворяясь, что сердится. Его настроение значительно улучшилось, когда он увидел, что ребенок развеселился. Он задумчиво размышлял о том, как юному принцу всегда удавалось поднять настроение всем вокруг. Он не в первый раз подумал о том, как им с братом повезло, что они так тесно связаны с этим ребёнком. — И мы сильно подвели его, — с грустью подумал он, оглядываясь на Леголаса, который теперь смотрел на него с сомнением, словно не понимая, действительно ли старший эльф на него сердится. Он широко улыбнулся, давая Леголасу понять, что просто притворяется, затем придвинулся ближе и взъерошил ему волосы, из-за чего тот отстранился и засмеялся в знак протеста. Рука Элладана задержалась на лбу Леголаса, проверяя, нет ли у него жара. Но у ребёнка всё ещё была температура. Элладан мысленно вздохнул, ещё раз улыбнувшись наблюдающему за ним принцу, потом притянул его к себе в нежные объятия и положил голову на макушку, намеренно стряхивая воду со своих волос. — Эй! — запротестовал Леголас. — Это не моя вина, что ты их разозлил! — Он попытался отстраниться, но был слишком слаб для этого. Элладан ухмыльнулся. Вода не причинит ему вреда и поможет сбить температуру. — Позволь мне кое-что объяснить тебе, малыш. Ты лесной эльф. Деревья могут говорить с тобой. Ты можешь говорить с деревьями. Следовательно, все что они делают, когда ты находишься рядом с ними — это твоя вина! Леголас сердито посмотрел на него, а затем откинулся назад, прислонившись к груди старшего эльфа. Он закрыл глаза, и Элладан нахмурился, желая встряхнуть его, чтобы привести в чувство. Но знал, что это было бы глупо. Леголасу нужно было отдохнуть, но Элладана беспокоило то, что глаза принца были закрыты, словно он умирал. Старший эльф сидел неподвижно и молчал, пока ребенок отдыхал, надеясь, что тот погрузится в целительный сон. Через мгновение Леголас снова открыл глаза, удивив старшего эльфа, который решил, что тот заснул. Он посмотрел на Элладана и сжал его руку. — Где Ро? — спросил он с беспокойством в голосе. — Почему он ещё не вернулся? Элладан замер. Он уже отвечал на этот вопрос совсем недавно. Неужели у Леголаса настолько высокая температура, что он бредит? Он обнял принца, прижав ближе к своей груди и нежно положив подбородок на взъерошенную, слегка влажную светлую голову. — Я же говорил тебе, помнишь, малыш? — осторожно спросил он, надеясь пробудить память ребёнка. — Прошло совсем немного времени. Нет необходимости беспокоиться. Леголас вздохнул, откинув голову на плечо Элладана. — Он должен быть здесь. Это моя вина! Буря снова усиливается, а он не возвращается… Эладан вскинул голову, внимательно прислушиваясь к шуму ветра, который дул вокруг них за пределами маленького укрытия. Лесной эльф, как обычно, был прав. Буря снова усиливалась! Старшему эльфу удалось отвлечь ребенка, и тот погрузился в беспокойный сон. Но Элладан не мог уснуть, пока ветер свистел и ревел вокруг их маленького укрытия. Ему приходилось внимательно следить за маленьким костром, чтобы пламя не погасло, хотя от него становилось всё меньше тепла по мере того, как буря набирала силу. Несмотря на их нынешние и вполне реальные заботы, Элладан думал только об одном. Если они так сильно страдали в своём уютном маленьком убежище, то каково было Элрохиру посреди метели и ледяного ветра?***
Элрохир чувствовал себя очень плохо, пробираясь сквозь снег, который каким-то образом умудрялся проникать в каждую складочку его одежды, примерзая к бледной коже. Особенно сильно от холода страдали его руки, и он сомневался, что сможет нести дурацкое дерево, когда он до него доберётся. Удивительно, что он ещё не сбился с пути, и его эльфийские чувства хорошо служили ему, несмотря на быстро надвигающуюся бурю. По его расчётам, до пещеры оставалось ещё двадцать минут пути. Возможно, он успеет развести в пещере костёр и отогреть руки и одежду, прежде чем снова выйти в страшный шторм. Возможно, он использует это глупое дерево в качестве дров и, вернувшись, выразит свои соболезнования Леголасу, сообщив, что буря забрала жизнь растения. На мгновение на его лице появилась злорадная ухмылка, но затем перед его мысленным взором предстало юное, бледное лицо с жалобными огромными голубыми глазами, и ухмылка резко исчезла. Нет, он не мог вернуться без маленького деревца. Ребенок и так пережил много болезненных потерь и сокрушительного горя. Его приемному старшему брату не нужно было усугублять ситуацию! Элрохир вздохнул, и мечты о мести дереву разбились о заснеженный склон и развеялись по ветру. Всё ещё ворча и пряча руки под мышки, чтобы не замёрзнуть, он прищурился, увидев впереди, сквозь кружащийся снег, вход в пещеру. Он был так погружён в свои мысли, что не осознавал, насколько приблизился к своей цели. Вздохнув с облегчением, он ввалился в пещеру и протиснулся в самый дальний угол, чтобы укрыться от ледяного ветра. Переведя дыхание и энергично растирая руки, он повернулся, чтобы посмотреть на маленькое деревце. И нахмурился, увидев, что маленькое растение поникло и выглядит болезненно. Оно было почти мертво, как и до того, как Леголас прикоснулся к нему. Элрохир с благоговением осознал, насколько сильно юный эльф влиял на живых существ. Маленькое деревце, должно быть, каким-то образом почувствовало, что лесной эльф покидает его, и решило отказаться от недавнего пробуждения. Элрохир почувствовал странное чувство вины за то, что думал дурно о бедном маленьком деревце. — Хотя вряд ли у него есть чувства, — проворчал он себе под нос, присаживаясь рядом с маленьким деревцем и нежно погладив его по веточке. Ему показалось, или оно слегка оживилось? У него точно не было способности оживлять мёртвые растения! Возможно, оно было связано с Леголасом, или, может быть, запах Леголаса всё ещё оставался на его одежде после того, как он обнимал его раньше. Оглядевшись, эльф заметил несколько сухих веток, оставшихся от их предыдущего привала, и быстро развёл небольшой костёр, чтобы согреть руки, ведь он собирался выкопать дерево. Элрохир откинулся на ствол деревца, вытянув руки к костру, снял перчатки и положив их на ближайший камень сушиться. Когда костёр разгорелся, эльф снял плащ и верхнюю тунику и положил их сушиться. В маленькой пещере вскоре стало уютно и тепло, и Элрохир погрузился в спокойный сон, слишком уставший после борьбы со штормом, чтобы бодрствовать дальше. Он был эльфом, но даже эльфам нужен отдых! Когда он наконец проснулся и огляделся, то разочарованно зашипел, обнаружив, что снаружи стало темнее. Должно быть, он проспал гораздо дольше, чем планировал! Скорее всего Элладан и Леголас сходят с ума от беспокойства, думая, что его схватили орки! Элрохир вытащил из рюкзака, который положил у стены, маленькую лопатку и принялся быстро выкапывать маленькое деревце, которое выглядело удивительно отдохнувшим и снова живым. — Должно быть, ему нужно было немного тепла, — сказал себе Элрохир, засунув лопату под корни и осторожно разрыхляя почву вокруг них. Закончив, он отряхнул лопату и убрал её обратно в рюкзак, быстро перекусил лембасом с сыром и глотнул воды из бурдюка, затем надел верхнюю тунику, плащ и перчатки. Он поднял маленькое деревце и обернул тканью корни. Выпрямившись, он поднял маленькое деревце на руки и забросал костер землей. Быстро оглядев пещеру, он взвалил на плечи свой рюкзак, накинул капюшон на голову, прикрыл ёлочку частью своего плаща и выбежал в гущу бушующей метели. Хотя нести деревце было неудобно, но с ним он продвигался быстрее чем с больным ребенком на руках. В конце концов, он был эльфом с безупречным чутьём. Что такое небольшая метель для эльфа, самодовольно подумал он, без происшествий преодолевая особенно каменистый участок. Не успел он об этом подумать, как тропа, по которой он шел, внезапно исчезла без всякого предупреждения. Элрохир почувствовал, что падает. Одной рукой он держал деревце, а другой попытался ухватиться за что-нибудь повыше на тропе, но ничего не было. Элрохир в шоке моргнул, а потом упал, кувыркаясь среди камней, кустов и снега, врезаясь по пути в небольшую рощу. Он не хотел отпускать деревце, когда был так близок к тому, чтобы вернуть его ребенку! Из-за того, что у него одна рука была занята Элрохир не мог удержаться хоть за что-нибудь. Снег летел ему в глаза, мешая видеть, что происходит ниже по склону. Он начал чувствовать боль и ушибы от камней и небольших деревьев, ветки которых впивались в его тело. Наконец, с глухим стуком, который заглушил вой ветра, Элрохир ударился о большой камень и неподвижно замер, всё ещё сжимая в руке маленькое деревце.
