Дракон морской пучины ждет ветра по весне

На таинственном острове завывал сильный ветер, словно пытаясь выгнать непрошеных гостей. Однако их мало волновало его недовольство. Не обращая внимание на гнетущий полумрак и тревожную тишину, боги терпеливо обшаривали пещеру, к которой вели следы человека. Цинсюань, осматривая стены, параллельно что-то напевал или болтал околесицу. Му Цину скоро это надоело, и он не выдержал: — Пов… Господин Ши, вы решили, что мы на отдыхе и нам требуются услуги певичек? — Тебе что за дело? Он тебе не мешает, — отрезал Фэн Синь. — Зато ты мне мешаешь! Ты эту стену уже раз пять осмотрел, можешь сдвинуться с места и дать пройти? — огрызнулся Му Цин. — Сколько можно придираться ко мне по пустякам?! — рявкнул Фэн Синь, сжав кулаки. — Фэн Синь, Му Цин, перестаньте! — вздохнул Се Лянь. — Сейчас не время ссориться. — Здесь ничего нет, — заявил Му Цин. — Мы тут уже два часа маемся без толку. — Но что-то точно должно быть, — пробормотал Се Лянь. — Может, мы что-то упустили? Цинсюань задумчиво надул губы. Он уже несколько минут пялился в стену. Ему казалось, что с ней что-то не так, но он не понимал, что. Он провел рукой по шероховатой поверхности и радостно вскрикнул: — Нашел! Боги тотчас метнулись к нему. — Нужно воздействовать на эту стену тремя стихиями — огнем, землей и ветром. Огонь создаст кто-нибудь из вас, земли тут и так навалом, а ветер, — Цинсюань сжал кулак, — это моя рабта. — Вы уверены, что это хорошая идея? — с сомнением протянул Му Цин. — Если стена обвалится, мы столько времени завалы будем разгребать… — Не обвалится, я уверен! Му Цин закатил глаза, но последовал словам Цинсюаня и создал пламя на ладони. Цинсюань одним взмахом веера создал сильный порыв ветра, который припечатал огонь и целую гору земли к стене. После этого он прильнул к ней ухом и стал нащупывать что-то рукой. Му Цин хотел снова закатить глаза, но внезапно послышался глухой звук и легкий щелчок. — Вуаля! — улыбнулся Цинсюань. — Как вы догадались, Цинсюань? — спросил Се Лянь. — Я уже видел подобные механизмы, — пожал плечами Цинсюань. — Когда я скитался, несколько раз приходилось разбираться с подобным. Умелые люди научили. Если захотите установить сложную ловушку, обращайтесь, — добавил он. Стена отъехала, явив нерадостную картину — в открывшейся пещере были сотни связанных людей, от половины из которых уже разило мертвечиной. — Наконец-то, — вздохнул Фэн Синь. — Людей нашли, осталось разведать, что за чертовщина в водовороте. Едва он это сказал, как земля под ними заходила ходуном. — Это ещё что такое? — вскрикнул Цинсюань. — Может, мы активировали какой-то защитный механизм? — предположил Му Цин, напряженно осматриваясь. — Или водоворот решил, что пришло время обеда, — пробормотал Се Лянь, нахмурившись. — Осторожно! В тот же миг из узкой расщелины хлынул водный поток и захлестнул их с головой. Волна, грозно зашипев, понеслась к морю, где уже раскрывался водоворот. Се Лянь одной рукой держал Цинсюаня, а другой вместе с Фэн Синем и Му Цином поддерживал щит, ограждавший их и людей от готовой затянуть в себя, будто зыбучие пески, безжалостной стихии. — Удлини щит! — выкрикнул Фэн Синь. — Уже удлинил! — крикнул в ответ Му Цин. — Водоворот слишком мощный, он поглощает наши силы! Щит вот-вот спадет. Если вода не утихомирится, мы тут все утонем. Услышав последнюю фразу, Цинсюань нервно сглотнул. Сейчас самое время было позвать Повелителя Воды. Вот только его не было. Да и справился бы он? Если кому под силу смирить этот бешеный водоворот, то только ему. Подчиняющему моря мановением руки. Се Лянь сложил обе руки в печать. На запястьях вздулись вены, на бледном лбу выступили капельки пота. Щит стал толще и мощнее, но было ясно, что долго он не продержится. — Цинсюань! Цинсюань! — Да, да, я тут, Ваше Высочество, чем помочь? — Позовите господина Хэ! — выдохнул Се Лянь. — Н-но… — Саньлан сказал, что договорился с ним, он поможет нам. — Я?! Но п-почему не вы? — Я немного занят, — поморщившись, сказал Се Лянь. — Цинсюань, быстрее, прошу! Оглянувшись на напряженных Фэн Синя с Му Цином, Цинсюань нервно выдохнул и приложил два пальца к виску. Назвав пароль, он проорал: — Хэ-сюн, помоги мне! Ему никто не ответил. Неужели сменил пароль? Или не хочет слышать его? Цинсюань хотел крикнуть ещё раз, но тут услышал какое-то гудение под водой. Через секунду морскую гладь разрезали костяные хребты драконов. Они всплыли на поверхность, помахивая хвостами. Боги тут же использовали их, как спасательные лодки, и затащили всех людей на спины костяных существ. Цинсюань опустил голову и увидел темное марево под водной гладью. Ему показалось, что под ним проступил силуэт, но толком разглядеть его он не успел. Водоворот истерически свистнул, словно испугавшись чего-то, и, свернувшись в миниатюрную воронку, исчез. — Плывем к берегу! — скомандовал Се Лянь. Оказавшись у берега, бывший Повелитель Ветра нервно выдохнул. Хотя ему не пришлось сражаться, он весь трясся от пережитого волнения. Цинсюань обнял себя руками и пытался выровнять дыхание. Он медленно сполз по спине дракона, плюхнувшись в воду. Тут он почувствовал, как ему в спину настойчиво ткнулось что-то острое. Обернувшись, Цинсюань встретился взглядом с желтыми горящими глазницами на костяной морде. Он протянул руку, чтобы погладить существо, но тут костяной дракон зашипел. — Что такое? — удивился Цинсюань. В ответ она протянула хвост, на котором зашевелились кости, образовав удобные ступеньки и поручни. — Благодарю! Ты очень умная. Подъем тут крутой, мне самому было бы сложно забраться. И спасибо, что спасла нас, — благодарно сказал Цинсюань. Костяная рыба довольно хрюкнула, но погладить себя не дала. Дождавшись, когда Повелитель Ветра заберется на берег, она взмахнула хвостом и скрылась под водой. Цинсюань вздохнул ей вслед. Её хозяина он так и не увидел… Он правда услышал его? Или Хэ Сюань просто следил за ними по просьбе Хуа Чена и появился в нужный момент? Как покончить с воодоворотом окончательно, нужно было подумать, пока что за островом просто установили наблюдение. Всех спасенных людей разместили в храме Водных Каштанов. Из-за наплыва гостей теперь в храме и лишнего шага сделать было нельзя. Цинсюаню это даже нравилось. Он вспоминал убежище в заброшенном столичном храме, в котором находили приют сотни обездоленных душ. Среди живых родных Ин-эр не было. Зато отыскались знакомые, которые сказали, что всю семью девочки парой дней ранее скинули в водоворот. Услышав это, Ин-эр ничего не сказала. Почти весь вечер она сидела, молча уставившись в стену, ни на что не реагируя. Переживая за неё, Цинсюань устроил постель рядом с нею и лег, только убедившись, что девочка заснула. Ночью поднялся сильный ветер. В какой-то момент он завыл, как оголодавший волк. Заворочавшись, Цинсюань протянул руку и нащупал пустое место. Открыв глаза, он увидел, что девочки рядом нет. Сердце панически забилось. Шустро, как мог, Цинсюань встал и торопливо начал перелезать через тела, пытаясь протиснуться к выходу. Пару раз он чуть не навернулся, кого-то разбудил, но, наконец, смог добраться до двери. Он резко распахнул её, осмотрелся и облегченно выдохнул. Ин-эр сидела на крылечке, обняв колени руками. Увидев опухшие глаза и растрепанные волосы, Цинсюань цокнул: — Дети ночью должны спать, воробушек. Уже начинает холодать, все-таки скоро осень. Давай вернемся в дом, а? В ответ Ин-эр зарылась в колени. Черные волосы водопадом струились по спине, а плечи тряслись от рыданий. — Золотце, яшмочка ты моя, ну что ты, — Цинсюань обнял её, поцеловав в макушку. — У меня день рождения, — сквозь рыдания, проговорила она и тихо заскулила. — О как. И сколько тебе? — Пятнадцать, — прохныкала она. — Надо же, как много, — с улыбкой прошептал Цинсюань. — Ты совсем взрослая. А у меня нет подарка, вот безобразие. Слушай, в Цзяннани есть лавка тетушки Жун. Она и её муж — ювелиры, у них самые красивые украшения. Давай съездим, ты выберешь самую красивую шпильку, я куплю её тебе. Она помотала головой. — Ты думаешь, что у меня ни гроша нет и я не смогу купить тебе подарок? — А разве есть? — Ну нет, конечно! — засмеялся Цинсюань. — Но я найду. Заработаю. Без подарка не останешься. — Не нужны мне подарки. И жизнь тоже не нужна. — Зачем ты так говоришь? — вздохнул Цинсюань. — Твоим родителям бы это не понравилось. — Не понравилось. Но они мертвы. И все мои родные тоже. Они убили всех — даже наших служанок. Никого у меня нет. Я хочу умереть, гэгэ. — Не надо так, Ин-эр. — Зачем мне жить? Сюань-гэ, зачем ты живешь? Цинсюань закусил губу. Он не знал, что ответить. Бывший бог никогда не понимал вопроса о смысле жизни. Жизнь нужна, чтобы жить, что тут непонятного? — Ну…я… Солнце, не надо так. Я хорошо тебя понимаю. Семь лет назад я потерял последнего родственника, моего родного брата. А заодно и лучшего друга. — Он тоже умер? — Нет, он убил моего брата. И с тех пор мы не общались, — усмехнулся Цинсюань. Ин-эр в шоке посмотрела на него. — Какой кошмар. Значит, сейчас у тебя тоже никого нет из близких? — Получается, что нет. — Твой брат погиб, а друг предал. Это так ужасно. А что ты чувствовал, когда это случилось? — Ин-эр, ты ещё такая малышка, а задаешь такие сложные вопросы, — улыбнулся Цинсюань, приобнимая её за плечи. — После смерти брата мне тоже хотелось умереть. Цинсюань потер носком сандалии землю и примял пожелтелую листву. — Когда это произошло, я оказался один на улицах столицы. Я провалялся в канаве несколько дней. Хах, пару раз бродячие мальчишки приняли меня за нечисть, это было забавно. Пара нищих пожалела меня, оттащила и дала еду. — И с тех пор ты живешь… вот так? — Ага. — Ты скучаешь? — Конечно, — без раздумий бросил Цинсюань и закусил губу. — Мой брат, честно говоря, был не самым хорошим человеком. Но он много сделал для меня. Невероятно много. И умер, чтобы спасти меня. Мне часто бывает несладко. Но я не могу позволить, чтобы он умер напрасно. Это неправильно. Понимаешь меня? Ты тоже не должна умирать, иначе жертва твоей семьи окажется напрасной. Разве они не хотели, чтобы ты выжила? Ин-эр пробурчала в ответ что-то невразумительное. — Поймешь попозже, — вздохнул Цинсюань. — Когда боль станет тише, ты вспомнишь, что в мире есть много хорошего. — Да ты что, — хмыкнула она. — Поверь мне, я не просто так это говорю. — Ты отомстил ему? Другу, который убил твоего брата? — Нет, — прошептал Цинсюань, подняв голову к звездам. — А ты думал об этом? — Думал. Но я бы не стал ему мстить, даже если бы имел для этого силы. — Но он же предал тебя и убил твоего брата! — возмущенно воскликнула Ин-эр. — Разве он не заслуживает смерти? — Все не так просто, малышка, — вздохнул он. — Я предал его раньше. Еще до того, как мы встретились. — Это как? — недоуменно спросила она. — Долгая история, — махнул рукой Цинсюань. — За ночь не расскажешь. Тем более ночью надо спать. Пойдем в дом, тут такой ветер, ещё простынешь. — Гэгэ, я… — Что такое? — А что теперь со мной будет? — тихо спросила Ин-эр, не двинувшись с места. — Я попросил Его Высочество связаться с Повелителем Дождя. У неё здорово — спокойно и привольно. Отличное место для самосовершенствования. Будешь жить у неё, помогать ей и развивать свой потенциал. Ты же хочешь стать богиней? — Нет. — А? — опешил Цинсюань. — Я не хочу самосовершенствоваться, — по слогам произнесла Ин-эр. — Почему это? У тебя большой потенциал. Странно, что твои родные это не заметили. — Заметили, просто решили, что я не смогу, так как не родилась мальчиком. Но я и не хочу быть богиней, — тихо, но твердо сказала она. — Тогда я буду жить вечно. А я хочу умереть и однажды встретиться с родными. Цинсюань опешил. Такое он точно не ожидал услышать. — Вы можете не встретиться. Кто знает, как всё устроено в загробном мире. Может, когда ты умрешь, они уже уйдут в круг перерождения. — Я хочу попробовать. В любом случае, я не хочу жить вечно. Все равно, что продлевать свои мучения, — буркнула она. — Ладно, не будем об этом сейчас. Ты ещё маленькая, у тебя есть время подумать. Скажи, когда передумаешь. — Я не передумаю, — упрямо пробурчала она. — Всякое бывает, — улыбнулся Цинсюань. — Так или иначе, до того, как ты отдашь концы или вознесешься, тебе надо на что-то жить. Что будешь делать? Хочешь, я найду тебе мужа? — Кого? — Не знаю, надо подумать. Попрошу помочь Его Высочество, найдем хорошую партию. Поживешь в семье жениха пару лет, если не понравится — разорвешь помолвку. — Я даже не знаю… — Ин-эр замялась. — Если просто не хочешь замуж, то так и скажи, не надо ничего выдумывать, — улыбнулся Цинсюань. — У меня нет цели от тебя избавиться. Просто скажи: хочешь или нет? — Нет. — Ладно, значит отложим это на несколько лет. Думаю, Его Высочество будет не против, если ты поживешь у него. Храм небольшой, но место для маленькой девочки тут найдется. — Так нельзя, — вздохнула она. — Почему? — Я не хочу жить за чужой счет. Цинсюань устало вздохну. — Ты и не будешь. Будешь помогать по дому. Не волнуйся, он хороший человек и не заставит тебя много работать. — Вот поэтому и не хочу. Это не честно. Я не хочу быть у кого-то в долгу. Гэгэ, у меня есть деньги, вот. Мне дали их перед тем, как переодели в мальчика. Она достала из-за пазухи небольшой мешочек. Цинсюань пересчитал. Около сотни золотых. — Я просто буду жить на них, вот и всё. — Ох, ну что за упрямство, — вздохнул Цинсюань. — Как ты собираешься жить одна и где? Даже если бы у тебя был дом, жить одной молодой девушке тяжело — каждый день готовить, убираться, хлопотать по хозяйству не так уж и просто. Ты хоть раз брала в руки метлу или стирала? — Нет. Можно подумать, это сложно, — вздернула носик Ин-эр. — Сложнее, чем кажется, — хмыкнул Цинсюань. — Поверь на слово — совсем не просто. Это, во-первых. Во-вторых, денег, честно говоря, не так уж и много — самое большее, хватит на год сносной жизни. Что будешь делать потом? — Всего на год? — огорченно спросила Ин-эр. — Н-но тут же много золота. — Много — понятие сложное, — хмыкнул Цинсюань. — Для того, кто не имеет ничего, это большая сумма, но это не значит, что её хватит надолго. Ин-эр замолчала. Она сжала губы. — Гэгэ, у меня есть одна идея. Но она, наверно, глупая. — Какая? Не стесняйся, малышка, — улыбнулся Цинсюань. — Дочь моей кормилицы была замужем за хозяином харчевни. Она рано овдовела, и ей пришлось самой вести дело, чтобы прокормить четверых детей. Я подумала, что может… — И ты бы так смогла! Правильно подумала, это чудесная идея, — обрадовался Цинсюань. — Да нет, глупость какая-то. Думаю, это слишком сложно. Я не справлюсь. — Почему это ты не справишься? Не смей говорить такую чушь! Ин-эр, ты у меня умница, у тебя всё получится. — Ничего у меня не получится! — раздраженно бросила она. — Я даже считать не умею. — В смысле не умеешь? — в очередной раз опешил Цинсюань. — Ну умею, но плохо, — смущенно призналась она. — Могу только простые числа складывать. И писать не умею. И читать тоже. Меня этому не учили, — передернула она плечами. — А что умеешь? — Играть на цитре, разливать чай, вышивать, танцевать, петь. Да уж, с такими навыками только в проститутки. Цинсюань потер глаза. — Читать и писать вообще не умеешь? — Немного иероглифов знаю. Могу свое имя написать. Я совсем бесполезная, да? — понурив голову, спросила она. — Нет! — уверенно заявил Цинсюань, тряхнув головой. — Бесполезных людей не бывает. То, что не умеешь читать и писать — не беда, малышка. Это не такое уж сложное дело. Я тебя научу. А ещё на первых порах буду помогать управляться с делами. Постепенно ты освоишься и потом всё будешь делать сама. Как тебе? — Сюань-гэ, это бесполезно. У меня не получится. Я и готовить не умею. — Я научу тебя! Я умею. — Правда? — Ну смотря, с кем сравнивать, — хмыкнул Цинсюань. Навыки у него были далеко не аховские. Но Цинсюань не считал поиск повара большой проблемой. С этим он разберется. Как и с тем, что у него нет ни опыта, ни денег, ни плана. Главное — это зажечь искорки жизни в глазах Ин-эр. Он присел перед ней на корточки и взял её за руки. — Если ты сейчас пойдешь и повесишься, твои родители не обрадуются. Ты не хочешь заниматься самосовершенствованием — будь по-твоему. Я не одобряю такое решение, но это твое дело. Просто попробуй пожить хоть немного, пожалуйста. Совсем скоро ты снова почувствуешь вкус жизни. — Гэгэ, я так боюсь, — прошептала Ин-эр, обнимая его. — Все так резко поменялось, даже не хочу думать, что будет дальше. — Жизнь скучна без риска, — улыбнулся он и взлохматил девочке голову. — Давай просто попробуем. Если провалимся, то придумаем что-нибудь ещё. Согласна? Ин-эр прикрыла глаза и кивнула. — Так, а теперь иди спать. И подумай на досуге о моем предложении насчет Повелителя Дождя. Ин-эр раздраженно вздохнула, но ничего не ответила, а покорно пошла в постель. Цинсюань хотел отправиться вслед за ней, но, похоже, спать в эту ночь ему была не судьба. Его взгляд вдруг зацепился за темную тень у дерева. Силуэт был едва различимым, но разве мог он не узнать его? Он был не один. Он говорил о чем-то с Его Высочеством и Искателем цветов. Цинсюань быстро вернулся в дом, пока его не заметили, а потом приник к окошку. Его Высочество и Хуа Чен вскоре ушли. Черновод вместо того, чтобы исчезнуть, направился к дому. Цинсюань едва не грохнулся на очередного несчастного спящего. Кое-как найдя место, он прилег и накрылся одеялом с головой. Черновод прошел в дом и проскользнул в кухню. Наверное, Се Лянь предложил ему подкрепиться. Или он сам решил. Цинсюаня понадеялся, что Его Высочество принесет завтра еду. Вряд ли после прихода Хэ Сюаня что-то останется. Цинсюань встал и поковылял к кухне. Черновод поглощал маньтоу одну за другой, меланхолично уставившись в стену. Цинсюаня он не замечал или делал вид, что не замечает. Цинсюань зацепился за кого-то костылем и едва не упал. Когда он выпрямился, Черновода уже не было. Не захотел встречаться? Или просто наелся? Цинсюань обиженно цокнул. Он сделал это довольно громко, так как спавший рядом сосед заворочался. Цинсюань вздохнул и закрыл дверь в кухню. Затем проковылял к шкафу и достал из него пару банок с соленьями. Разрезал их и разложил на блюде. А потом уселся за стол и поднес два пальца к вискам. " — Хэ-сюн, давай поговорим?» Молчание. " — Хэ-сюн, давай поговорим. Пожалуйста. Мне скучно, я не могу заснуть. Хэ-сюн, я просто услышал одну историю, и мне надо её кому-то рассказать. Я не буду говорить о чем-то серьезном. Хэ-сюн, ответь. Хэ-сюн…» Спустя какое-то время он нервно отдернул руку и стукнул кулаком по столу. Он завалился на него, лег на локоть и закинул в себя горсть капусты. Едва он это сделал, окно со скрипом раскрылось. Цинсюань быстро обернулся. Никого. Он повернул голову и увидел, что Хэ Сюань сидит перед ним. Цинсюань подавился едой и закашлялся. Слезы выступили у него на глазах. Он поднял взгляд на демона. Тот апатично смотрел на него чернильными глазами. Цинсюань сглотнул и снова закашлялся. Хэ Сюань презрительно нахмурился, встал, налил воды из чана и подал ему. — Кхе, спа-спасибо, кхе-кхе. Кашель не унимался. Цинсюань кряхтел, как старик, пытаясь перестать кашлять. Наконец, он прочистил горло и облегченно вздохнул. Цинсюань с подозрением покосился на капусту, а потом посмотрел на Хэ Сюаня. Тот стоял спиной к нему и смотрел в окно. Опять бежать надумал?! — Двести раз, — бросил Черновод. — Что? — еле слышно спросил Цинсюань. — Столько раз ты произнес мое имя, — сказал Хэ Сюань с раздражением. Знакомый ворчливый голос. Цинсюань непроизвольно широко улыбнулся, как идиот. — Не правда. Уверен, там и сотни не набралось. Тебе просто нравится ворчать на меня. Ты такой бука, Ми… Хэ-сюн. Невольно с языка чуть не сорвалось незнакомое имя. Хэ Сюань заметил. Он едва заметно напрягся. — Хэ-сюн, — тихо произнес Цинсюань. Хэ Сюань не шевелился. Его наконец-то звали по настоящему имени. Это было непривычно. Цинсюаню было немного неуютно. Он повторял его настоящее имя про себя много раз. Но сейчас звать его, родного «Мин-сюна» по-другому было так странно. Он чувствовал себя неловко, будто он специально что-то делает неправильно. — Хэ-сюн, — прошептал он. Хэ Сюань. Оно ему больше подходит. Изящное. Как празднование фонарей в глубокой ночи. — Что? — спросил демон. — М? — Ты позвал меня. Зачем? — А…Я…Ну… Я хотел рассказать историю. О том, как пил вино на крыше и смотрел на свадьбу. Хочешь услышать? — Не особо, — пожал плечами Хэ Сюань. Зато честно. — Ну я все равно расскажу, — вздохнул Цинсюань. Он говорил тихо, почти шепотом, чтобы не разбудить людей. Черновод слушал вполуха. Он очень устал. Последние дни его терзал голод и он плохо спал. Сегодня он весь день пытался понять, что такое этот водоворот, но безуспешно. Ещё и пришлось помогать богам. И спасать одного дурня. Снова. — Хэ-сюн. Хэ-сюн. Цинсюань повторял его имя, словно мантру. — Что ты мое имя бормочешь без конца? — раздраженно вспыхнул Хэ Сюань. — Пытаюсь привыкнуть, — Цинсюань неловко улыбнулся. — И как? — Пока так себе. Непривычно, — признался Цинсюань. — Но это ненадолго. Мне просто нужно больше практики, — улыбнулся он в мрачную прямую спину. — Стоять спиной к собеседнику невежливо, Хэ-сюн. Хотя кому я это говорю, ты всегда плевал на правила. Иногда мне казалось, что тебя не волнует собственная жизнь. Но это ведь неправда, ты же демон, потому и живешь, — поняв, что его опять заносит не туда, Цинсюань засмеялся, — Не слушай, я ерунду болтаю, просто… — Цинсюань. Тихий спокойный голос. Но в нем сквозила смертельная усталость. А еще что-то непонятное — мягкое и легкое, как лист клена на водной глади. — Что? — Давай поговорим… позже. Сейчас мне нечего тебе сказать. Цинсюань незаметно для себя выдохнул и расслабился. — Хорошо, Сюань-гэ. Тебе имя идет больше, чем мне. Хэ Сюань вздохнул и направился к выходу. Он так и не обернулся. Если посмотрит на это лицо, то оно опять будет ему сниться каждую ночь. Он не готов говорить. А будет ли готов? И нужно ли? Меньше всего хотелось думать об этом. Мертвое сердце болезненно ныло. Больше всего хотелось возвращаться к этой боли, пить её, как сладкое вино. Уже в лесу он обернулся. Силуэт исчез в окне. Поднебесная такая огромная, почему двум несчастным душам не удается спрятаться в ней друг от друга? Цинсюань заснул, сидя за столом. В такой позе его и обнаружил вернувшийся Се Лянь. Он осторожно коснулся его плеча, и Цинсюань тут же проснулся. — Ваше Высочество! — Простите, что разбудил. — Я не спал. Уже утро, скоро завтрак… Давайте я помогу с готовкой! — Не волнуйтесь, я не буду готовить, — улыбнулся Се Лянь. — Селяне уже всё приготовили. — Ох, понятно, — тихо пробормотал Цинсюань. Он встал из-за стола и принялся массировать затекшие конечности. — Ваше Высочество, а что будет с этими людьми? — Большая часть из них — бывшие чиновники. Умные люди нужны везде. Смогут устроиться на службу в других государствах. У кого-то есть родственники в провинции, мы с Саньланом поможем им добраться до них. А у остальных… У них хотя бы есть жизни. Не всем так повезло, — помрачнел Се Лянь, вспомнив Ин-эр. — Цинсюань, что скажете о вчерашнем водовороте? Вы заметили темное марево внутри него? — Да. Думаю, это был дух. Правда очень странный. У него мерцающая и непонятная аура. Да и сам он какой-то бесформенный. Я не удивлен, что боги войны не обнаружили его. Он объявлялся в тех местах? — Нет. Похоже, сбежал. Рано или поздно он даст о себе знать. Надо решить, как разобраться с ним, — вздохнул Се Лянь. — Может, новый Повелитель Вод вознесется и сделает всю работу, — хмыкнул Цинсюань. — Ваше Высочество, а где сейчас Искатель цветов? — Снаружи подметает двор. А что? — Хочу занять у него денег. Будете моим поручителем? — Да, конечно, — кивнул Се Лянь, не выразив и тени сомнения. — Но необязательно обращаться к Саньлану, я могу дать вам денег. — Брать у друзей взаймы — плохая примета, а мне надо беречь удачу, — весело хохотнул Цинсюань. — Как думаете, он может сейчас уделить мне время? — Я думаю, что Саньлан не откажет, — улыбнулся Се Лянь. — Даже и без моего поручения. — Вы так во мне уверены, это приятно. — Это первый раз, когда вы что-то просите после вашего низвержения, — тихо проговорил Се Лянь, испытующе смотря на Цинсюаняю — Не первый. Ещё была Ин-эр. — Вы просили для неё, не для себя. Се Лянь понимал чувства бывшего Повелителя Ветров. Когда ты на самом дне, тебе стыдно просить о помощи, даже если ты не виноват, что оказался в таком положении. То, на что решился Цинсюань, было очень смелым поступком. — Тогда не будем терять время. У него большие проценты? — Не знаю, не могу сказать. — Как же вы долг отдаете? Вы же столько духовных сил ему должны, — подмигнул Цинсюань. Се Лянь, перешагивающий порог, едва не споткнулся. — Я шучу, Ваше Высочество. Конечно, он от вас ничего не требует, вы же родственные души — все его ваше. У меня… У меня тоже так было.